Жанр: Любовные романы
У подножья Эдельвейса
...вульгарные девицы вроде той дешевки, с которой ты
обнимался под лестницей. Я зря тратила время на твою жалкую персону.
Она получила удовольствие от произнесенных слов. Чак на сто процентов
заслужил каждое из них. Но для достойного отпора ей пришлось собраться,
призвать на помощь остатки самообладания, что давалось с огромным трудом.
Горло пересохло от криков на морозе, ноги по щиколотку утопали в снегу.
Линду так захватила ссора, что смотреть, куда поставить ногу, было некогда.
Она хотела уйти, забыть о случившемся. Воспринимать это только как кошмарный
сон. Ну где же треклятый охранник?
А Чак, казалось, пропустил мимо ушей нападки в свой адрес. На его лице не
дрогнул ни один мускул, даже глупая ухмылка осталась без изменений. Он как
будто готовился к очередной атаке, размышлял, куда побольнее ударить. У
Линды руки чесались надавать подлецу пощечин, но страх получить в ответ то
же самое останавливал. Чак вел себя неадекватно, как с цепи сорвался. Ему
нечего было терять, так захотел напоследок отыграться за раскрытый обман.
Улица, на которой они были совершенно одни, внезапно заставила Линду
почувствовать страх. Отчасти она сама опрометчиво спровоцировала ссору, не
дождавшись более подходящей обстановки. Но кто знал, что разоблачение лишь
разбудит в Чаке самые низменные чувства.
Конец ссоре положило долгожданное событие. Ажурные створки ворот с гулом
разъехались в стороны, открывая путь машине Чака. Он метнул испепеляющий
взгляд в сторону будки охранника и помчался туда, забыв, кажется, обо всем
на свете. Линда не слышала, что именно было сказано работнику, заставившему
мерзнуть их на морозе. Но, судя по угрожающей жестикуляции Чака, речь шла по
меньшей мере об увольнении.
Она не стала присоединяться к выясняющим отношения мужчинам. Пусть
разбираются сами. Линда прошла через ворота и повернула в сторону своего
дома. Ей хотелось побыть одной. Полежать в горячей ванне, закрыв глаза,
забыв о неприятностях. Если бы не туфли на каблуках, она побежала бы сломя
голову. Чем больше становилось расстояние между нею и Чаком, тем спокойнее
билось сердце. Ссора сильно измотала Линду, но из этой истории она вынесла
хороший урок на будущее...
Однако вечер не закончился по тому сценарию, о котором мечтала Линда. Не
успела она подойти к парадному входу, как за спиной затормозила машина.
Оттуда выскочил Чак и без лишних слов бросился за ней. Линда не успела
захлопнуть дверь, и он оказался в холле. У него был вид боевого петуха, в
любой момент готового к схватке.
— Куда же ты так быстро убежала? — Вкрадчивые интонации в голосе
Чака не обещали ей ничего хорошего. — У меня в запасе еще много
интересных мыслей, которыми я всегда мечтал с тобой поделиться. Если уж
бросаешь меня, будь добра выслушать.
— Убирайся, Чак. Не хочу ничего знать.
— Постой. — Он вцепился в руку Линды чуть выше локтя. Эта грубость
совершенно не вязалась с приторно-слащавым тоном. — Разве можно так
обращаться с людьми, которые присутствовали в твоей жизни долгое время? Ты
выбрасываешь меня как ненужную вещь, а ведь дело обстоит как раз наоборот.
Это я избавляюсь от обузы, от репутации идиота. Наконец-то состоится мое
возвращение в нормальное общество, где меня избегали из-за романа с тобой.
— Поздравляю тебя с радужными перспективами. Тогда убери свои руки и
уходи. Надеюсь, ты будешь не против, если мы перестанем поддерживать всякие
контакты друг с другом, раз оба этого хотим. Думаю, наш разговор все же
окончен.
Чак с минуту смотрел в ее глаза, отразившие ледяную ненависть. Он отступил
на шаг, одновременно отпуская Линду. Она быстро пошла к двери, надеясь, что
скандалу положен конец. Увы, ей снова не повезло.
— Ты никому не нужна! — раздались на весь холл злорадные
крики. — Я один терпел твои выходки! Учти, что назад ты уже не
вернешься, а тебе этого непременно захочется, когда поживешь в одиночестве
пару лет. В Анкоридже для тебя нет мужчины! Рано или поздно ты отсюда
уедешь. Я дождусь этой минуты!
Линда застыла на месте. Волна протеста поднималась в ее душе с каждой
услышанной фразой. Чак с такой бесцеремонной уверенностью предрекал ей
безрадостное будущее, словно взял на себя роль вершителя судеб. Да как он
смеет? Самовлюбленный, избалованный эгоист!
Внезапно Линда передумала уходить. В самый неожиданный момент она вдруг
поняла: у нее есть пара козырей в рукаве. Этот болван утверждает, будто ее
шансы стать здесь счастливой без него упали до нуля? С каким же
удовольствием она возразит ему!
— Ты сочиняешь на ходу, — ответила она, оборачиваясь. — Спешу
тебя огорчить, в моей жизни уже появился мужчина, с которым я ощущаю себя
гораздо более счастливой, чем с тобой. Вот кто на самом деле заслуживает
моей любви.
Чак дал понять, что не воспринимает ее слова всерьез. Он скептически оглядел
молодую женщину с головы до ног, и самодовольная улыбка возникла на его
лице. Но Линда не собиралась сдаваться:
— Думай как хочешь! Я не спрашиваю твоего мнения. Мне хочется не
доказывать свою правоту, а любить. Быть рядом с человеком, умеющим в любой
ситуации оставаться мужчиной. Ему не нужна вся эта мишура, дешевые приемы,
которыми ты старался завоевать мое расположение. С ним я по-настоящему
поняла, что такое забота, нежность, внимание. Ты же, наоборот, никогда меня
не ценил, обманывал. Но теперь я узнала, каков идеал, и больше не собираюсь
довольствоваться жалкой пародией на настоящие отношения. Твои оскорбления
меня не трогают.
— Какая убедительная ложь! Значит, лгу я, а не ты?
— Хватит придираться к словам, Чак. Уйди, прошу тебя.
— Нет, мне хочется выяснить, кто в конце концов ближе к истине. —
Он демонстративно сложил руки на груди и как будто упивался собственной
проницательностью. — Хочешь, чтобы я ушел, оставил тебя в покое раз и
навсегда? Тогда топай к своему ненаглядному, который не побоялся связаться с
сумасшедшей.
Плохо понимая, куда клонит Чак, Линда проигнорировала его нападки. Она не
оставляла попыток завершить разговор.
— Отстань, мне не нужны указчики в личных делах.
— Я предлагаю замечательный выход из положения. Если тебе так хочется
опровергнуть мои выводы, а заодно избавиться от меня навсегда, то почему ты
не бросаешься к новому ухажеру? Или ты уже сомневаешься, захочет ли он с
тобой иметь дело? Или стыдно признать, что просто сочинила третьесортную
сказочку, где не хватает реального главного героя? Давай, Линда, признайся.
Ты вполне способна на такие глупые выдумки.
— Хочешь спровоцировать меня? Зря стараешься. Оставь свои дешевые
уловки для дурочек. Я буду поступать так, как решу сама. Твои советы мне не
нужны. Отправляйся лучше домой, подумай над своим поведением, пока не
поздно.
Линда наконец дошла до своей квартиры. Чак остался стоять на месте.
Дрожащими руками она открыла дверь. Оказавшись в безопасности от его
нападок, Линда медленно опустилась на пол в коридоре. Последние силы
оставили ее.
— Мисс Кроу, добрый вечер. Вам нужна моя помощь?
С трудом повернув голову, Линда увидела горничную, с тревогой следящую за
ней. Она совершенно забыла, что сегодня придут убирать квартиру. Хотя
присутствие даже постороннего человека вселило в нее уверенность. Чак
слишком труслив, чтобы открыто, при свидетелях вести себя сомнительным
образом. Едва он и ворвется в квартиру, то увидит горничную и поспешит уйти.
Линда поднялась с пола и скрылась от любопытных глаз служанки в спальне.
Похоже, они сделали содержание ссоры достоянием третьего лица. Со дня на
день большинство жителей Анкориджа будут обсуждать скандал, устроенный
представителями двух самых известных семейств города. Нет, кажется, о
причинах разрыва упоминалось только на улице. Тогда людская молва припишет
им ссору из-за денег. Линда давно привыкла, что ее жизнь обсуждают все кому
не лень, и по мере возможности старалась пропускать мимо ушей перешептывания
за спиной.
В спальне было тепло и уютно. Опустившись на кровать, она сняла испорченные
прогулкой по снегу туфли. Для полного спокойствия ей хотелось узнать, уехал
ли Чак, но окна выходили на другую сторону. Линда вспомнила его
провокационное предложение. По правде говоря, она сама еще не до конца
осмыслила то чувство, которое открыла в себе. Это произошло так спонтанно,
что вызвало безотчетный страх.
Джон Нейл... Любовь к нему... Линда давала своему чувству самые разные
логические объяснения, боясь быть честной с собой. Отчасти мешало
присутствие Чака. Вот почему, разочаровавшись в нем, она легко выпустила
любовь на свободу. С одной стороны, ее душа болела от подлого предательства,
с другой — ликовала, радовалась, обретя надежду.
Ей хотелось поговорить с Джоном. Весь вечер они словно нарочно держались
друг от друга на расстоянии. Смех удачно маскировал ее смятение. Кто же мог
подумать, что самые неприступные преграды рушатся за секунды? Линда
вспомнила уют и тепло затерянной в горах хижины. Она пойдет туда немедленно,
иначе, поразмыслив, засомневается, испугается.
Чак даже заслуживает благодарности за ценную идею. Ему так хотелось
доказательств? Отлично, она, мисс Кроу, положит конец глупым заявлениям в
свой адрес. Если кучка ограниченных людей приклеила к ней ярлык
ненормальной, то их можно только пожалеть. Особенно мужчин, не желающих, по
словам Чака, общаться со странными девушками. Они рабы чужого мнения, и
только человек, далекий от мерзостей мира, увидел в ней главное. Линду вдруг
охватил праведный гнев. Ей захотелось бросить вызов закомплексованным
занудам вроде Чака. Из-за боязни досужих вымыслов и пересудов она не станет
жить по чужим законам.
Не теряя времени на дальнейшие раздумья, Линда приступила к действиям.
Вечерние украшения, меховая накидка, платье одно за другим полетели на
туалетный столик, кровать и пол. Она вытащила из шкафа удобные штаны с
объемистыми карманами, теплый свитер, темно-зеленую куртку с капюшоном. И
быстро переоделась, превратившись из светской дамы в озорную девчонку. Она
даже не пожалела времени, чтобы ополоснуть лицо теплой водой, избавляясь от
макияжа.
Удивительно, какое сразу появилось ощущение легкости, комфорта в каждом
движении. Высокие кожаные ботинки на шнуровке определенно нравились ей
больше, чем изящные туфли на шпильке. Сунув черную вязаную шапочку в карман
куртки, Линда закончила переодевание. Походный рюкзак, оставшийся еще с
юности, словно ждал все эти годы, когда же у хозяйки проснется острая
потребность в нем. И вот момент настал.
Почти не глядя, она стаскивала с полок теплые вещи, забирала все, что могла
унести с собой. Линду не покидала уверенность, что вернуться назад удастся
очень не скоро.
Отвлек ее робкий стук в дверь.
— Мисс Кроу, простите за беспокойство. Просто мне послышалось, что у
вас в комнате разбилась ваза. Я могу убрать осколки, пока еще здесь.
Позовите, если понадоблюсь.
Линда оглядела спальню, в которой полновластно царил беспорядок, и с
удивлением заметила возле комода груду черепков в луже воды. Венчал
живописную картину букет цветов, подаренный Чаком буквально на днях. В
спешке она не заметила, когда именно смахнула вазу, а оглушенная
собственными мыслями, пропустила мимо ушей характерный звук.
Это событие было в чем-то символичным. Такие идеальные в глазах окружающих
отношения между ней и Чаком вызывали восхищение, схожее с восторгом
ценителей искусства от этой китай-ской вазы с ручной росписью. Но хватило
одного резкого движения, чтобы от всего осталась лишь кучка осколков, не
подлежащих восстановлению.
Линда отвлеклась от грустных сравнений, вспомнив о горничной, ждущей у
двери.
— Вы правы, с вазой случилась неприятность. Подождите пять минут. Я
закончу свои дела и позову вас. Спасибо.
При других обстоятельствах она бы сильно расстроилась, ведь эта вещь
принадлежала ее бабушке по материнской линии. Но когда параллельно
разбивается вера в близкого человека, меркнут бытовые происшествия. Больше
нет возврата к прошлому. Линда любила не вазу, а память, олицетворенную в
ней. От того, что одно теперь существует отдельно от другого, ничто не
изменилось. Люди остаются в сердце исключительно по нашему желанию. И если
Чак навсегда вычеркнут из ее жизни, ситуацию не изменит присутствие в этой
комнате вещей или цветов, которые он дарил.
Линда чувствовала, что покидает квартиру налегке, сбросив с себя груз
сомнений, ложных привязанностей, надуманных проблем. Она хотела двигаться
только вперед, открывать новые возможности для самосовершенствования.
Ограниченное пространство того мира, в котором протекала ее жизнь, лишало
сил. Сама того не замечая, Линда погружалась в болото обыденности, рискуя
увязнуть окончательно. Но хватило одной лавины, которая обрушилась на нее со
всей мощью, угрожая и увлекая своим стихийным буйством.
Наверное, чтобы пробудиться от тяжелого забытья, действительно надо получить
сотрясение мозга. Она шла запутанными тропами судьбы иногда с опаской, а
чаще с надеждой. Каждый новый поворот увлекал в омут неизвестности. Линда
посмотрела на вещи, которые принципиально решила оставить. И в первую
очередь мобильный телефон. Кто станет ее искать? Отец давно исключил старшую
дочь из постоянного круга общения, да и Чак в чем-то прав.
В городе у мисс Кроу репутация странной, психически неуравновешенной девицы.
В лицо люди обычно улыбаются, а за спиной порой крутят пальцем у виска. Но
разве она виновата, что родилась в семье, которая постоянно на виду. Еще
неизвестно, какие вещи творятся за плотно закрытыми дверьми домов
добропорядочных граждан, относящихся к среднему классу. Ей всегда не хватало
именно возможности спрятаться от любопытных глаз, оказаться вне пределов
досягаемости противных перешептываний.
В домике Джона, вдали от цивилизации, Линде жилось намного комфортнее, чем в
родных стенах, напичканных современной электроникой. У нее создавалось
впечатление, что комнаты шпионят за хозяйкой. Компьютер, мобильный телефон,
спутниковое телевидение, домашний кинотеатр окружали ее. Она поддалась
уговорам Чака, мечтавшего иметь все необходимое под рукой, даже находясь в
чужом доме. В результате для него здесь был райский уголок, а Линда лишь
терпела засилье техники. Сколько глупых жертв ради того, кто в душе презирал
ее!..
Столкнувшись в коридоре с горничной, она наплела что-то про важные дела.
Усталость как рукой сняло. Линда вышла из дома уверенным шагом. Правда,
впереди ее ждало последнее испытание. Облокотившись на машину, у дома стоял
Чак, на его губах застыла уже знакомая мерзкая усмешка. Едва завидев Линду,
он расхохотался во весь голос.
— Куда ты собралась в таком виде? В жилище снежного человека? Если это
правда, то я готов признать свою полную несостоятельность по сравнению с
твоим новым женихом!
— Смотри не отравись собственным ядом, — посоветовала
Линда. — И научись скрывать, когда завидуешь кому-то.
— Ну уж нет! Твой новый ухажер, если он на самом деле существует,
заслуживает искреннего сочувствия. Передай ему это от моего имени.
Посмотрим, как скоро ты доконаешь беднягу.
Линда устала держать себя в руках. В какие-то два шага она преодолела
расстояние, разделявшие их с Чаком, и залепила наглецу оплеуху. Поскольку
все случилось молниеносно, он не успел даже увернуться. С явным
удовольствием Линда смотрела, как проступает на его лице красный отпечаток
ее ладони. Она не боялась ответного удара, поскольку в таком случае получила
бы отличный повод обратиться в полицию. Чак знал об этом и лишь растерянно
тер щеку, бросая на Линду полные ненависти взгляды.
В первый раз за вечер она улыбалась ему. Но сердце вновь бешено колотилось.
Ему не повезет увидеть, как она измотана этим противостоянием.
Только отойдя на безопасное расстояние, Линда дала волю слезам. В них
смешались и усталость, и обида, и боль. Она шла среди заснеженных деревьев,
растущих вдоль дороги, таинственно горели фонари. Ночь выдалась просто
сказочная.
В противовес красивой картинке в душе образовался клубок из самых негативных
впечатлений. Озорной ветер не мог развеять плохого настроения. Линда еще
слышала крики Чака, изобилующие оскорблениями. Наверное, он бы с радостью
бросился за ней и постарался помешать, если бы не глубокий снег, лежащий на
тропинке. Ему оставалось, подобно пуделю на поводке, бегать вокруг своей
машины, выкрикивая гадости.
Ладно, пусть орет. Линду волновало уже совсем другое. Будущее больше не
выглядело радужным. Злые пророчества Чака медленно отравляли душу. Вновь
накатила апатия, и молодая женщина шла вперед больше по инерции. Прошлое
провожало ее чередой ошибок, но как встретит новая жизнь, в которой она
искала избавление от проблем? Слишком много вопросов пока оставалось без
ответа. Линда машинально вытирала слезы рукавом куртки и в глубине души
ждала какого-то знака.
Идеально прямая дорожка сворачивала за воротами жилого комплекса. Если
пройти этот поворот, то пути назад уже не будет. Не в прямом смысле,
конечно. Просто Линда не относила себя к тем, кто по десять раз за день
меняет решение. И тогда она все поняла. Перед ней был самый настоящий,
знаковый поворот. Какое направление выберешь, в таком будешь двигаться в
будущем. Линда сомневалась какие-то доли секунды, когда вспомнились прежние
страхи, но им на смену пришла уверенность.
Стоя возле машины, Чак видел, как фигурка в бесформенной куртке растворяется
в снежной мгле. Это было похоже на сон.
10
Боже! Какая разница! И как раньше она могла не замечать ее? Хотя, конечно,
не с чем, а точнее, не с кем было сравнивать. Этот... этот... Даже слова не
подберешь, чтобы обозначить!
Слезы текли по щекам вместе с водой от снежных хлопьев, быстро таявших на
лице. Линда не могла надеть шапку, которую, видимо, выронила из кармана, и
теперь волосы мокрыми прядями липли к воротнику куртки, спадали на лоб.
Поднявшийся ветер бросал снег в лицо и слепил глаза. Погода, казалось, снова
сошла с ума.
Все кружилось, вращалось в мире, вовлеченном в хаос бессмыслицы и путаницы,
словно утратили свой смысл пространство и время. Но Линде было все равно.
Она брела наугад, совершенно потерянная, отрешенная от всего на свете. Ее
внутренний мир сейчас разваливался на части, хотелось, образно говоря,
нажать на газ и кончить все одним махом. И поэтому она не видела ни снега,
ни черноты бескрайней ночи. Остались только мысли.
Куда она идет? Зачем? Джон неожиданно предстал перед ней в новом свете.
Теперь во всей своей очевидности высветились все его положительные качества:
нежный, чуткий, заботливый, самоотверженный, по-мужски волевой и твердый.
Линда просто не могла себе представить, что он говорит ей вещи вроде тех,
которые она только что выслушала от Чака. Да и вообще сама ситуация
выглядела ненормальной. Джон ну никак не укладывался в ее рамки.
Почему-то при этой мысли в памяти возникла фраза:
Я сказал выпить, значит,
выпить!
. И стало даже немного весело. В ушах раздался звук шлепка, и Линда
так четко ощутила его, что даже подалась немного вперед, словно принимая
задней частью тяжелую ладонь.
Ну почему? Почему все случилось именно так? Ведь при других обстоятельствах
она могла остаться в доме Джона и не возвращаться сюда вовсе. Пусть бы
считали, что сумасшедшая мисс Кроу нашла наконец упокоение в каком-нибудь
ущелье. Пусть бы радовались. Почему надо было ему перепутать возраст? Линда
вспомнила его лицо, когда на приеме выяснился реальный возраст
малышки
.
Было смешно. Интересно, что чувствует человек, осознавший, что в течение
почти полумесяца наказывал взрослого?
На душе стало как-то легче от этих мыслей. Чак... Да что Чак, ему не понять.
Он не стоит и мизинца Джона. Линда поднималась все выше в горы, и с каждым
шагом тот,
нижний
мир отдалялся от нее не только пространственно, но и
духовно. Она чувствовала, как где-то внутри одна за другой рвутся невидимые
нити. Знакомые, друзья, родственники — все оставалось в прошлом. И это
прошлое тем более радовало, чем дальше становилось. Бывают минуты, которые
ни за что на свете не захотелось бы пережить дважды. И вот Линда
чувствовала, что именно такой сплошной минутой стала для нее вся предыдущая
жизнь, кроме тех двух недель, которые она провела в хижине Джона.
Кстати, а что он делает сейчас? Наверное, читает свои медицинские книги. И
тут Линде в голову пришла пугающая мысль. Под воздействием эмоций у нее все
сложилось в очень четкую картину: вот она приходит, бросается ему на шею,
говорит, что любит... А, собственно, кто ее звал? Ведь после тех двух недель
они виделись только раз, сегодня на этом дурацком приеме, где он чувствовал
себя явно не в своей тарелке, а она блистала, изображая даму из высшего
общества.
Конечно, они мило побеседовали, но ведь после одного разговора люди обычно
не бегут к алтарю. Только сейчас Линда осознала, что все чувства, мысли,
намерения — это только ее чувства, мысли и намерения. А Джон, как совершенно
правильно предположил рассудок, читает книгу и думать не думает о ней.
Может, еще и радуется, что избавился. Наконец-то тихо и не надо ни за кем
следить.
Тогда что сказать?
Здравствуй, я пришла искать твоей любви
или
Давай
притворимся, что ты ничего не знаешь о моем возрасте, и поиграем еще
? Нет,
шутки шутками, но, действительно, что она скажет? На каких правах теперь
переступит порог его дома? Ведь ее никто не звал, не приглашал.
Линда остановилась. А может, вернуться назад, собраться с мыслями как
следует и потом уже идти, твердая зная, зачем она это делает? Но, вообще-то,
какая разница. Ведь она и сейчас твердо знает, что делает...
И тут Линду осенило: заблудилась в горах! Ну что поделаешь, ума нет, считай,
калека. Джон должен поверить. Такая взбалмошная девица, как она, вполне
могла отправиться ночью в горы, несмотря на уже имеющийся негативный опыт
подобных прогулок. С нее станется. Походный рюкзак, все как нужно. Только
снаряжения нет. Но, может, она собралась побродить по горным тропам. Без
палатки и спичек, чтобы ощутить прелесть и опасность дикой природы. Спать на
снегу, питаться ягелем, если откопает, искать мерзлые коренья и отогревать
их на своем теле. Романтика, да и только!
Джон не может не поверить, главное — рассказывать как можно более
воодушевленно. В том, что она без царя в голове, он уже не сомневается после
ее попытки встретить рассвет на Эдельвейсе. Поверит, еще как поверит, да еще
вычитывать начнет. Кстати, и вид подходящий. Действительно, зачем,
отправляясь в горы на неопределенный срок, брать с собой шапку? Глупость
какая! Нет, надо шататься с мокрой от снега головой и ждать, когда начнут
болеть уши и горло. А спать на снегу без шапки! Это ж какая проверка силы
воли!
И Линда, порадовавшись своему внешнему виду, смело пошла дальше. Странно, но
разрыв с Чаком как-то подозрительно быстро перестал ее волновать. Абсолютно.
Словно и не было никакого жениха.
А снег все шел, все крутился, мельтешил перед глазами. Успокоившись, Линда
стала более внимательна к происходящему вокруг. И вдруг поняла, что не
совсем хорошо помнит дорогу. Больше того, в расстроенных чувствах бредет,
что называется, наугад, в неизвестном направлении, просто прямо.
Ночь, снег... Линда осмотрелась. Заблудилась. Действительно заблудилась. И —
самое страшное — ведь в такую погоду можно легко сорваться в какое-нибудь
ущелье. Опять же теперь она точно не выйдет никуда, пока не закончится
снегопад. А до этого момента... вот тебе и сон на снегу, даже сочинять не
придется. И как ей сразу в голову не пришло? Ведь она действительно
проезжала по дороге, ведущей к дому Джона, только раз. И куда теперь? Не
факт, что она найдет ее даже днем при ярком солнечном свете.
Заблудилась, заблудилась по-настоящему...
Она с другим. И этого следовало ожидать. Чтобы у такой девушки да не нашлось
поклонников ее возраста — нонсенс!
Джон ходил взад-вперед по комнате и не мог найти себе места, причем в прямом
смысле слова. Ему не сиделось, не стоялось, не лежалось, даже не ходилось,
но летать, увы, он не умел и потому мерил помещение из угла в угол. Лютый
лежал тут же и спокойно позволял через себя перешагивать. Взгляд его выражал
откровенное недоумение: что вы, люди, мучаетесь? Непонятно. Иди, найди,
возьми. Эта простая философия природы была так и написана на собачьей морде.
А Джон страдал. Она с другим. Если бы все было как у животных... Драка, и
дело в шляпе. Но люди вечно все усложняют. Нет, конечно, не исключено, что
это ошибка, что не жених он ей вовсе, а... Ну, к примеру, брат. Джон
зацепился за эту мысль. Брат! Какое хорошее слово! И потом, если по
Закладка в соц.сетях
