Жанр: Любовные романы
Ловец мечты
... весь город.
Дети — тоже. — Он улыбнулся. — Даже собаки.
Сонни догадалась, какую собаку Туай имел в виду.
— И учителя?
Он расплылся в улыбке:
— Вы оба приезжайте, как только освободитесь. Дамы приготовят закуску.
Карина и Барри привезут выпивку, а старушка Лоретта испечет замечательный
пирог. — Туай прошагал к стеклянной двери, но, взявшись за ручку,
остановился. — Кстати, ты в телевизоре выглядела очень неплохо.
Доказала, что за каждым героем стоит женщина. — Он прикоснулся к полям
шляпы и вышел.
Ошеломленная, Сонни снова уселась за стол. Да, она действительно стояла
позади Джозефа, когда на него навели камеру. В душе зашевелилась тревога, но
она ее отогнала. У нее было слишком много работы, чтобы думать об этом.
К вечеру солнце скрылось за свинцовыми тучами и похолодало. И сейчас Сонни
одолевали недобрые предчувствия. Она пыталась убедить себя в том, что просто
устала, но тревога не отступала.
Из смотровой вышел Джозеф и окинул взглядом приемную. Увидев, что пациенты
уже разошлись, он подошел к Сонни и привлек к себе.
— Я сегодня еще не говорил тебе, что ты очень красивая?
Сонни улыбнулась, ее охватило ощущение счастья, и она тотчас же забыла обо
всех своих страхах.
— Туай устраивает вечеринку. Приглашен весь город. Предполагается, что
мы придем туда сразу после работы.
— Я надеялся, что мы устроим собственный праздник. — Он наклонился и поцеловал ее в губы.
— Доктор Делейни приглашает меня на прием к себе домой? — Сонни
лукаво улыбнулась.
— Тебе никогда не потребуется приглашение, Солнечный Свет. — Он
снова ее поцеловал.
Любовь, которую она видела в его глазах и чувствовала в объятии, придала ей
сил. Она не могла больше ждать. Она должна была сказать ему правду.
— Джозеф, нам надо поговорить. — Заявление получилось более
серьезное, чем ей хотелось.
Он взглянула на нее с удивлением. Потом отступил на шаг и сказал:
— Да, конечно. Но попозже. Мне еще надо сделать кое-какие записи.
Около шести Джозеф сказал ей, что должен еще заполнить карточки.
— Иди без меня, Сонни. Я приду позже.
Он снова направился в свой кабинет, но тут в приемную вошли Джесси и Мерсед.
— Анна уже загрузила в машину провизию, — сообщила Мерсед. —
Если хотите, чтобы она вас подвезла, то поторопитесь.
— А ты разве не едешь? — спросила Сонни.
Мерсед отрицательно покачала головой:
— Нет, не поеду. По пути Анна подвезет меня домой.
— Ты поедешь домой? — удивилась Сонни. Она повернулась к Джозефу:
— Ты думаешь, это хорошая идея?
Он подошел к Джесси и спросил:
— Малышка, ты не могла бы оказать мне услугу? В кабинете есть
холодильник. Так вот сходи туда и принеси мне банку лимонада, хорошо? Очень
пить хочется.
Девочка, разумеется, не поняла, что ее выдворяют из комнаты, и с
восторженной улыбкой убежала.
— Сонни, это не Джим избил Мерсед, — сказал Джозеф. — Это
Мартинес и его головорезы. Джим в тюрьме, но его через несколько дней
выпустят. Помнишь его разбитый нос? Видишь ли, в то утро он сделал попытку
вырваться из наркотической петли Мартинеса. А вчера Мерсед вступилась за
него, и ее избили. — Сонни ахнула, прикрыв рот ладонью. Джозеф
продолжал: — Я это заподозрил вчера, когда она утверждала, что ее избил не
Джим. Вот почему я позвонил в ФБР. — Он взглянул на Мерсед: — Я все-
таки считаю, что ты должна обдумать, стоит ли тебе оставаться с Джимом. Не
знаю, какое будущее тебя ждет с таким человеком, как он.
Тут прибежала Джесси, и разговор прервался. Девочка вручила Джозефу банку
лимонада с таким видом, будто это был бесценный подарок.
— Спасибо, малышка. — Он посмотрел на Сонни. — Отправляйся на
вечеринку вместе с Анной. Я немного задержусь.
Сонни молча кивнула и ушла. Она хотела поговорить с Джозефом, хотела
поцеловать его на прощание, но при дочери и Мерсед это было неудобно. Да и
Джозеф вел себя как-то странно. Какие у него могли быть дела?
Дома Сонни переоделась и, подгоняемая Анной, уселась в машину. Когда они
приехали к Туаю, вечеринка уже началась. Кажется, прошла вечность, прежде
чем появился Джозеф. Его приветствовали громкими криками. Он извинился за
опоздание, сказал, что должен был проведать Делорес и новорожденного, но его
никто не слушал. Мужчины поднимали бокалы с шампанским и произносили тосты —
все пили за Джозефа и все его поздравляли.
После ужина и пирога с яблочным повидлом, который Лоретта в честь героя
украсила глазурью, мужчины занялись бильярдом, и игра грозила затянуться
надолго.
— Будешь моим партнером, — сказал Туай Кейти и громким шепотом
добавил: — Мы им не скажем, что ты акула в этом деле.
Красивая учительница немедленно согнала с коленей Мистера Пибоди и пошла с
Туаем. Собачка же побежала облизывать забытые на столе тарелки.
Джозеф посмотрел на Сонни, но, ничего не сказав, взял в руки кий и намелил
его. Сонни с грустью вздохнула. Конечно, Туай заслуживал счастья, но она
тоже хотела быть счастливой. Джозеф избегал ее весь вечер, и она не понимала
почему.
Анна оглядела комнату.
— Какой здесь беспорядок. Вымоем посуду перед уходом.
Сонни взялась помогать. Вынося стопку грязных тарелок, она почувствовала на
спине взгляд Джозефа и оглянулась. Но Джозеф быстро отвел взгляд, как делал
это весь сегодняшний вечер.
Что случилось? Вернулось недавнее дурное предчувствие, а с ним и слабость.
Он стал вести себя странно после того, как она сказала, что им нужно
поговорить. Может, прошедшая ночь не так много для него значила, как ей
казалось? Он сказал, что любит, но, возможно, он имел в виду совсем другое?
Сонни терзали прежние сомнения, и даже возникло чувство, что ее предали,
хотя она не могла бы сказать, кто предал ее на сей раз.
Тут к ней подошла Джесси.
— Я устала... — Малышка зевнула.
— Еще бы. — Сонни погладила дочку по волосам. Джесси так долго
играла с детьми, ела пирог и носилась по дому. Но других детей уже развезли
по домам, чтобы они успели отдохнуть перед завтрашним днем.
Сонни тоже зевнула. Было уже почти десять. Джесси завтра в школу, а ей на
работу.
Анна догадалась, о чем она думает.
— Давай я домою посуду, и мы поедем.
Сонни почувствовала неловкость. Надо ли сказать Джозефу, что они уезжают?
Надо ли позвать его с собой?
Она заглянула в бильярдную. Там все еще играли. Карина толкнула мужа в
круглый живот, когда он, прицеливаясь, навалился на край стола. Кейти же
стояла рядом с Туаем, и он обнимал ее за плечи.
Только Джозеф был один. Он взглянул на нее холодными глазами, но тут же
засмеялся и подтолкнул кием Туая — была его очередь бить.
Сонни помогла дочке одеться, и Анна объявила, что они уезжают. Игроки с
улыбкой подняли на них глаза.
— Мы тоже скоро поедем, — сказала Карина.
— Не раньше, чем закончим игру, — предупредил Туай. — Не
забыла, что все поставили деньги на кон?
— Ну а мы уезжаем, — сказала Анна.
Джозеф, казалось, колебался.
— Я приеду, как только закончится игра, — сказал он тетке, избегая
взгляда Сонни. — Будь осторожна на дороге.
Дома Сонни уложила Джесси, затем надела ночную рубашку и легла в постель.
Зевая, выключила свет. Она полежит, пока не вернется Джозеф, и пойдет к нему
поговорить. Он же не будет задерживаться...
Сонни поняла, что наступило утро, хотя солнце не сияло, как накануне. За
завтраком Джесси ныла, что из-за ледяного дождя она не сможет пойти с
Джозефом посмотреть на Черного Вихря.
— Тихо, — сказала Анна. — Я на завтрак сделала
солнечное
сияние
. — Она подмигнула девочке, поставила на стол тарелку с
кукурузными лепешками, а затем выставила горшочек меда. — Это
подбавляет лета в кровь.
Тут в кухне появился Джозеф, и тотчас же зазвонил висевший на стене телефон.
Он снял трубку и с минуту разговаривал. Затем, повернувшись к столу, с
широкой улыбкой проговорил:
— Сегодня прибывает новый шериф. Это Бен Гэмбел из Вороньего Пика.
Помнишь его, Анна? Я принимал всех его пятерых детей.
— Помню. Но здесь шериф я. Так что нечего топтаться здесь в мокрых
ботинках! Ты ведь сегодня уже выходил из дома, не так ли? — Она
замахнулась на него полотенцем. — Убирайся отсюда!
Уходя, Джозеф бросил на Сонни веселый взгляд, и в ней встрепенулась надежда.
Не важно, что он решил, важно, что он думал о ней, — и она в любом
случае расскажет ему правду. Она должна очиститься от прошлого, непременно
должна.
Сладкие лепешки воодушевили Джесси, и у нее настроение улучшилось. Когда
подъехал школьный автобус, малышка сияла. Выскочив из-за стола, она
бросилась к выходу. Сонни кинулась за ней, чтобы подержать зонтик.
У автобуса Туай протянул ей видеокассету.
— Утром опять показывали вас с Джозефом. Теперь Пелданьо-Деснудо
помечен на карте. Я записал для вас.
— Спасибо. Мы еще не видели. — Сонни помахала дочке рукой и
побежала в дом. Увидев у нее кассету, Анна пожелала немедленно ее
посмотреть. Они пришли в ТВ-комнату, и Анна закричала:
— Джозеф, мы смотрим тебя по телевизору! — Она не стала ждать
племянника и, включив видео, села в кресло.
Действительно, передача
На карте
. Сонни стояла позади Джозефа — красивая,
как голливудская звезда. А он отвечал на вопросы. После интервью экран
заполнила цветная карта, и стрелка показала на их город.
— Этим летом у нас будет столько туристов, сколько мы никогда не
видели, — заявила Анна и тут же добавила: — Хорошо, что Джесси помогла
мне с тыквами. Я разрисую много тыквенных бутылей для показа.
Когда вошел Джозеф, она тотчас же перемотала пленку, чтобы он тоже
посмотрел.
Сонни не разделяла восторгов Анны.
Теперь Пелданьо-Деснудо помечен на
карте
, — вспомнились слова Туая.
Ярко, как телевизионная заставка, перед ней возникли белые волосы Клиффа за
стеклом синего
седана
, и она снова и снова переживала тот ужас, который
испытала, увидев его из окна. Теперь он опять может ее найти.
— О нет! — Вопль Анны вернул ее в настоящее. — Мои лепешки!
Сонни тоже почувствовала запах подгоревших лепешек. Вскочив с кресла, Анна
выбежала из комнаты, что-то бормоча себе под нос. Сонни тоже поднялась на
ноги. Она подошла к Джозефу и взяла его за руки. Слишком озабоченная новыми
проблемами, она не заметила в его глазах страх и тревогу.
— Джозеф, я... я должна тебе кое-что сказать. Мне нужно...
— С этим придется подождать. — Джозеф отстранил ее руки. —
Видишь ли, сейчас у меня нет времени.
Он-то думал, что сможет посмотреть Сонни в лицо, позволит ей сказать, что
она сожалеет, что пришла к нему ночью, и не собирается здесь оставаться...
Черт побери, даже в мыслях он не мог взглянуть правде в лицо.
Ноги сами понесли его к выходу. Он пробормотал:
— Мне надо проведать Делорес и ребенка.
Ботинки его громко застучали по кафельному полу. Выбежав из комнаты, он
схватил куртку и шляпу и бросился к входной двери, потом — к двери веранды.
Усевшись в машину, включил мотор, рванул ручку переключения скоростей и дал
задний ход. Но выехав на покатую дорогу, он сказал себе, что нужно соблюдать
осторожность.
Джозеф прекрасно понимал: убегая, он только отсрочит неизбежное, он не
сможет заставить Сонни остаться, как не сможет запретить солнцу уходить с
небес. Так же когда-то отец не смог удержать его мать.
На полпути к Делорес он свернул на боковую дорогу. Ее не требовалось
навещать. Они с маленьким Вильямом прекрасно себя чувствовали. Джозеф
скрипнул зубами при мысли о том, какую боль причинило Делорес известие об
аресте шерифа. Вчера она ему сказала, что всегда подозревала что-то неладное
в той аварии, в которой погиб ее брат и пострадал Туай. Теперь она все
узнала. Загадочное замечание, которое брат сделал за день до аварии,
приобрело смысл. Вильям что-то узнал о Мартинесе и его операциях. И
Мартинес, конечно, не мог позволить ему пойти к властям.
Сколько же горя людям принес этот шериф. Один человек умер, другой на всю
жизнь искалечен. А сколько жизней разрушил Мартинес тем, что помогал
контрабандой доставлять наркотики из Мексики? Его грязные делишки привлекали
сюда парней из Альбукерке, а они терроризировали маленький городок.
Джозеф вздохнул и стиснул руль. Что ж, сейчас с этим покончено. Мартинес в
тюрьме, а когда ФБР и местная полиция закончат расследование, они найдут
доказательства убийства и надолго упрячут его за решетку.
Джозеф развернулся и поехал обратно к дому. Он обязан хотя бы выслушать
Сонни, а потом пусть уезжает, если он не убедит ее остаться! Но он должен
хотя бы попытаться...
Да-да, он должен вернуться как можно быстрее. Нажимая на газ, Джозеф
проклинал дождь и лед на лобовом стекле, проклинал скользкую дорогу и этот
крохотный городок, куда он переехал восемь лет назад и откуда никогда не
сможет уехать.
Прошла вечность, прежде чем он добрался до дома. Но где же машина Анны? Куда
тетка отправилась в такую погоду?
Тетка была на кухне. На ней все еще был халат, и она наливала себе кофе.
Увидев племянника, Анна сказала:
— Джозеф, я рада, что ты приехал. — В ее голосе чувствовалось
беспокойство.
— Где твоя машина?
— Сонни взяла. Она поехала за Джесси. Она...
— В такую погоду? Зачем?
— Джозеф, сядь. — Она подтолкнула его к креслу. — Перед
уходом Сонни мне кое-что рассказала о себе. Она пыталась поговорить с тобой,
но ты не захотел слушать, как я поняла. — Анна помолчала, потом
выпалила: — Она не та, за кого себя выдает, и... ее зовут Соня. Сонни —
детское прозвище, которое придумал ее отец. Смит — тоже не ее фамилия — так
проставили на документах, которые она купила на черном рынке.
— Что? — Он не мог сообразить, что говорит тетка — мозг
отказывался воспринимать информацию.
Анна села и пристально посмотрела ему в глаза:
— Ее избивали, Джозеф. Бывший муж ее бил. После развода она все время
убегает от него. Она сказала, что в Сиэтле он ее разыскал. Вот почему она
уехала оттуда и взяла чужое имя.
— Бывший муж? — Это не укладывалось в голове. — Но ее муж
умер.
— Нет. Она хотела, чтобы мы так думали, потому что боялась, что он ее
найдет. Она рассказала о нем подруге, а та ее предала, и муж нашел их с
дочкой в Сиэтле. — От возмущения у Анны сорвался голос. Сделав глубокий
вдох, она заявила: — Мы не должны обвинять ее за ложь. Она ужасно боится...
Слова Анны эхом отдавались в ушах. Он ее бил. Его маленькая Сонни была в
руках насильника! Джозеф сжал кулаки и пробормотал:
— Я должен был догадаться.
Да, конечно же, ему следовало догадаться. Неудивительно, что она так
расстроилась, когда пострадала Мерсед, — тогда с ее лица на мгновение
сползла профессиональная маска и он увидел подлинные чувства. Все это время
он думал, что видит в ее глазах печаль, а это был страх, тот страх, который
он разглядел, когда впервые ее увидел, и который исчез, как только она
сказала, что у нее умер муж.
— Джозеф, утром она посмотрела кассету и испугалась, что он снова их
найдет. Ее лицо видно на экране отчетливо, а это — национальное телевидение!
Она боялась, что он видел передачу. Вот почему она поехала забрать Джесси.
Она сказала, что он никогда не был груб с Джесси, но ей нужно быть
уверенной, что девочка в безопасности.
— Она не может ездить в такую погоду. — Джозеф вскочил на
ноги. — Я поеду за ней. — Поеду немедленно.
Анна проводила его до двери.
— Я ей говорила, что он не сможет так быстро ее разыскать. Наверное, не
надо было выпускать ее из дома. — Анна всхлипнула.
Джозеф прижал тетку к груди и погладил ее по волосам.
— Не переживай, Анна. Тебе все равно не удалось бы удержать ее. Но я
должен убедиться, что с ней все в порядке. Не волнуйся, я скоро вернусь.
Глава 15
Сидя за рулем, Сонни видела перед собой заледеневшее лобовое стекло с
полосами от
дворников
. Лед на стекле осыпался и скатывался вниз, образуя
просветы, через которые можно было рассмотреть поворот на спуске дороги.
Внезапно она услышала шум мотора и посмотрела в зеркало заднего вида. Было
плохо видно.
Дворники
пробивали только крохотные полоски на замерзшей
мозаике льда, покрывшей заднее стекло. Но она все же уловила серебристый
блеск машины, преследовавшей ее. Машина перебралась на другую полосу, как
будто собралась обгонять — никто из местных не стал бы этого делать на такой
дороге, в такую погоду. Ее охватила паника.
Это не Клифф
, — сказала
она себе, чтобы успокоиться, но она почти не сомневалась, что ее преследует
именно он, бывший муж.
Слякоть не позволяла разогнаться, нога зависла над педалью тормоза. Она
заставила себя остаться на той же полосе, со страхом сознавая, что справа —
крутой обрыв, огражденный перилами.
Серебристая машина была уже совсем близко. Пытаясь хоть что-нибудь
разглядеть, Сонни скосила глаза влево и увидела безошибочно узнаваемые белые
волосы мужчины за рулем. Клифф! Он нашел ее!
Клифф прибавил скорость. Почти поравнявшись с ней, он подтолкнул ее к
обрыву. Сонни надавила на газ, и Клифф немного отстал. Сонни отчаянно
вцепилась в руль. Она знала, что если сейчас не свернет с этой дороги, то он
исполнит свою угрозу. Он убьет ее.
Нет, она его не боится! Теперь она уже совсем другая, не та безответная
рабыня, которую он так долго избивал. Она как-нибудь съедет с этой горы и
свернет в сторону.
Тут он снова нагнал ее и снова подтолкнул, на этот раз сильнее. Сонни еще
крепче вцепилась в руль и перебралась на другую полосу,
хвостом
задев
передний бампер Клиффа. В следующее мгновение ее машина соскользнула с
полосы и, оставляя широкую борозду на снегу, увязла в снежном сугробе. Мотор
тотчас же заглох. Сонни надавила на газ, но колеса вертелись на месте.
Теперь спешить ей было некуда, она выключила мотор. Послышался хлопок
дверцы, и она увидела, что сзади на нее надвигается мужская фигура. Он шел,
чтобы покончить с ней.
Страх заставил ее действовать. Она метнулась к пассажирской дверце, чтобы
выбраться из машины, но было поздно — Клифф опрокинул ее на сиденье. Он
смотрел на нее сверху вниз, и за его мальчишеской улыбкой скрывался сам
дьявол.
— Что ж, здравствуй, Соня. — Он промок под ледяным дождем и дрожал
от холода.
Если она не выберется из машины, будет еще хуже — здесь он без помех с ней
расправится. Она вылезла из машины и посмотрела ему прямо в глаза.
— Клифф... — Сонни внезапно умолкла: ей казалось, что она не
сможет вымолвить ни слова. И закричать, конечно, тоже не сможет. Впрочем, ее
все равно никто не услышал бы.
Она сделала шаг в сторону, но он поднял руку — в ней какой-то предмет.
Пистолет! Сонни почувствовала, как силы покидают ее. И она по-прежнему не
могла вымолвить ни слова.
Он направил на нее пистолет.
— Не думаешь ли ты удрать? — Он весело рассмеялся. — Или,
может быть, попросишь пощадить тебя?
Сонни стиснула зубы. Не станет она ни о чем его просить. Ни за что не
станет, а если он сейчас убьет ее, даже смерть лучше, чем прежнее рабство.
Она подумала о дочери, о ее невинной улыбке, о мягких чуть рыжеватых
волосах, обрамляющих личико. Любовь к дочери придала ей сил.
Когда Клифф шагнул к ней, она с силой ударила его ногой в пах. Раздался
вопль, и пистолет выпал из его рук.
Сонни тут же подобрала оружие и крепко сжала тяжелую холодную рукоять.
Можно выстрелить в Клиффа и навсегда покончить с этим кошмаром
, —
мелькнула мысль. Нет, она не убийца. По-прежнему сжимая в руке пистолет,
Сонни осторожно шагнула к машине.
Она уже почти добралась до дверцы, когда он навалился на нее, прижал к
капоту и ударил кулаком в лицо, разбив в кровь губу.
Сонни прижала дуло пистолета к его животу, держа палец на спусковом крючке.
— Убирайся! — закричала она, молясь Богу, чтобы хватило сил
выстрелить, если придется.
Клифф не двигался, он придавил ее всем своим весом. Она задыхалась. Неужели
она не сможет выстрелить?!
Вдали послышался рокот мотора. Кто-то едет! Но Клифф, казалось, не расслышал
этот звук. Он схватил ее за волосы и сквозь зубы проговорил:
— Ты этого не сделаешь, Соня. — Похоже, он был абсолютно уверен в
том, что она не сможет спустить курок. — Да, не сделаешь. Ведь мы оба
это знаем, не так ли?
— Убирайся... — процедила она. — Немедленно убирайся,
иначе...
Сонни еще крепче прижала дуло к его животу, и он чуть отстранился. Теперь
она по крайней мере смогла поглубже вдохнуть...
Внезапно Клифф отошел от нее и сделал несколько шагов в сторону
дороги, — вероятно, услышал шум мотора. Но нет, похоже, он ничего не
услышал. Расплывшись в ухмылке, Клифф поднял вверх руки и сказал:
— Ты, кажется, набралась огня за то время, что мы не виделись. Но мы
оба знаем, что ты просто обманываешь себя. Ты не сможешь выстрелить, не
сможешь меня убить.
— Заткнись! — Она снова посмотрела в глаза бывшего мужа. Этот
человек уже убил однажды ее ребенка. И сегодня он снова убил бы, на сей раз
— ее. Да, он сделал бы это, если бы она не завладела оружием.
Вскинув пистолет, Сонни прицелилась, поддерживая кисть другой рукой — так,
как она научилась на курсах самозащиты в Сиэтле. У нее никогда не было
собственного оружия, она думала, что не сможет выстрелить в человека. Даже в
Клиффа. Но сейчас она знала, что если потребуется, то, может быть, и спустит
курок.
Крепко сжимая руль, Джозеф спускался с горы. Может быть, Сонни не уедет.
Может быть, она хотела ему рассказать правду — что ее муж не умер. Что она
живет под чужим именем. Что она его любит и... черт побери, он должен
выбросить из головы эти мысли. Сейчас нужно сосредоточиться на том, чтобы
благополучно спуститься с этой проклятой горы и найти Сонни, а уж потом...
Он свернул за поворот — и с силой надавил на тормоз, чтобы не сбить
человека, стоявшего на дороге. Раздался визг тормозов, и машина заскользила
по льду. В следующее мгновение он увидел Сонни, стоявшую перед машиной Анны.
Она повернула к нему голову, и в тот же миг мужчина набросился на нее.
Прогремел выстрел.
Облегчение, которое испытала Сонни при виде машины Джозефа, вынырнувшей из-
за поворота, сменилось ужасом, когда на нее бросился Клифф. Она нажала на
курок в тот момент, когда
блейзер
, скользя по льду, боком подъехал и
остановился. Клифф рухнул к ее ногам, и на снегу появилась лужица крови. Он
попытался подняться, но снова упал и со стоном откатился к дороге.
Подбежав, Джозеф забрал у нее пистолет, заглянул ей в лицо и тотчас отметил,
что губа у нее сильно распухла. Он говорил ей ласковым голосом какие-то
слова, но Сонни ничего не понимала, она была в шоке. Она его застрелила. Она
застрелила Клиффа.
Внезапно ноги у нее подкосились, но Джозеф вовремя подхватил ее на руки,
отнес в
блейзер
и закутал одеяло. Движения его были осторожные и в то же
время быстрые. Ему нужно было заняться Клиффом.
Ее охватил ужас, она попыталась заговорить. Даже после всего, что Клифф с
ней сделал, она не хотела становиться убийцей.
— Он выживет? — спросила Сонни.
Джозеф прижал палец к ее губам.
— Оставайся здесь и ни о чем не беспокойся. Сними с себя мокрую одежду.
Сзади есть еще одеяла. И включи обогреватель. — Джозеф схватил
докторский чемоданчик и сотовый телефон и захлопнул дверцу. Она видела, как
он на бегу набирает какой-то номер, заслоняя трубку от дождя; его фланелевая
рубашка темнела на фоне снега.
Сонни вздохнула и зябко поежилась, придерживая на плечах одеяло. Интересно,
Анна ему рассказала? Он знает, что она им лгала?
Слезы застилали глаза, и она видела только каменного медведя, лежавшего на
сиденье. Сонни взяла фигурку в руки, гладкий серый камень почему-то
успокаивал. Наверное, Мерсед отдала его Джозефу. Вероятно, она ошибалась,
думая, что он нужен Мерсед больше, чем ей. Эта мысль показалась теперь почти
смешной, ведь Клифф ее все-таки нашел.
Сонни опустила медведя в карман — пусть лежи
Закладка в соц.сетях
