Жанр: Любовные романы
Ловец мечты
... — Что ж, возможно, ваш диагноз
точен. Но если бы я делал операцию, то правильно наложил бы швы. Может,
тогда у нее не было бы этих осложнений.
Неожиданное бахвальство Джозефа развеселило Сонни. Впрочем, она уже знала,
что доктор Делейни прекрасный специалист.
— Согласна, — сказала она со смехом. — Я должна признать, что вы шьете очень хорошо.
Джозеф кивнул на ближайшую дверь.
— Я уже дал указания миссис Бернал в первом кабинете. Не могли бы вы
выдать ей препарат? Пузырек лоперамида гидрохлорида. И скажите, что я велел
на время отменить джалапенос.
Сонни улыбнулась — хорошо, что у миссис Бернал нет более серьезной болезни.
— Я еще скажу ей, чтобы пила побольше жидкости.
— Прекрасная мысль. — Джозеф подмигнул ей и уже собрался уходить.
Но потом вдруг обернулся и вполголоса добавил: — Мой саквояж на столе. Надо,
чтобы противозачаточные таблетки попали туда, куда следует. Приготовьте их.
Джозеф исчез в своем кабинете, и только через несколько секунд Сонни поняла,
что он говорил о Мерсед.
Она нашла таблетки, переложила их в карман халата и занялась оставшимися
пациентами. К счастью, у них ничего серьезного не было, и вскоре в приемной
остались только Джим и Мерсед.
Джозеф вышел из кабинета.
— Твоя очередь, Джим. — Он посмотрел на Мерсед: — Не могли бы вы
остаться тут и посплетничать с Сонни? Это недолго.
Когда мужчины ушли, Мерсед придвинулась к Сонни.
— Он вам сказал? Вы ведь понимаете, о чем я?.. Сонни протянула ей пачку
таблеток. Мерсед засунула их в сумочку и с облегчением вздохнула:
— Слава Богу. Я уже пропустила один день.
— Если пропустили, то не рассчитывайте, что таблетки помогут, —
предупредила Сонни. — Вам нужно принять другие меры.
— Но как я смогу их скрыть?
Но почему же она скрывает это от мужа? — подумала Сонни. — А
впрочем, не имеет значения. Должно быть, у Мерсед есть на то причины
.
Тут открылась наружная дверь, и в приемную вошел шериф.
— Доброе утро, леди. — Он чуть приподнял форменную шляпу.
Мерсед побледнела и покосилась на Сонни. Та поборола свой страх и с
невозмутимым видом спросила:
— Чем могу помочь, шериф?
— Просто небольшая проверка. — Он прикоснулся к своему оружейному
поясу и пристально посмотрел на Мерсед. — Как Джим?
— Ему снимают швы, — с дрожью в голосе ответила молодая женщина.
Шериф покачал головой и усмехнулся:
— Скажи ему, чтобы знал, с кем пить. Не хочу, чтобы его еще раз
изувечили.
Мерсед молча кивнула. Сонни тоже молчала. Шериф Мартинес снова приподнял
шляпу и шагнул к двери.
— Счастливо оставаться, леди.
— Зачем он приходил? — спросила Сонни.
Мерсед пожала плечами:
— Я думаю, он просто делает свою работу.
Тут дверь кабинета распахнулась, и Джозеф с Джимом вышли в приемную. Швов на
лице парня не было. Молодые супруги тотчас же направились к выходу и
покинули клинику.
Повернувшись к Джозефу, Сонни спросила:
— Если Мерсед так трудно сюда приходить, то, может быть, надо давать ей
побольше таблеток? Она уже пропустила один прием.
— Я очень за нее беспокоюсь, — со вздохом сказал Джозеф. —
Джим почти не выпускает ее из дома. Если бы я не установил интервал в три
месяца, я бы ее вообще не видел.
— Что именно вас беспокоит? — Ей казалось, она уже знает ответ.
Джозеф нахмурился и пробормотал:
— Не думаю, что он поднимает на нее руку, но все же...
— У нее здесь есть родственники?
— Своего отца она не знала, а мать умерла.
— Ох... — Сонни невольно отвела глаза.
— Я бы помог ей, — продолжал Джозеф. — Она прекрасно знает,
что если бы решилась уйти от Джима, то могла бы пожить у меня.
Он, конечно, предложит ей убежище, но Сонни понимала, что молодая женщина на
это не согласится. Гордость не позволит. Та же самая глупая гордость,
которая и ей не позволяла прибегнуть к помощи друзей, но позволяла мужу
отравлять ее жизнь.
— Что с вами? — Джозеф тронул ее за плечо.
— Ничего. Все в порядке. — Сонни поняла, что стоит, уставившись в
одну точку.
— Вы уверены? — Он заглянул ей в глаза.
— Поверьте, все в порядке.
Казалось, Джозеф хотел еще о чем-то спросить. Но он вдруг улыбнулся и
сказал:
— Как насчет ленча? По-моему, сандвич
дели
— замечательная вещь.
Обрадовавшись, что он сменил тему, Сонни охотно согласилась. Она надеялась,
что Мерсед в конце концов откроется ей, но вступать с доктором в разговор о
домашнем насилии она не рискнула. Слишком живы были воспоминания. К тому же
ему незачем знать, кто она такая и почему сюда приехала.
Они вышли; снег скрипел под ногами, и ветер приносил с гор запах
можжевельника. Она сунула руки в карманы, и пальцы наткнулись на каменного
медведя, которого ей подарил Джозеф. Сонни принялась машинально поглаживать
фигурку.
— О чем вы думаете? — Джозеф взглянул на нее с улыбкой.
— Я думаю о том, как здесь красиво. Я не привыкла к холоду, но...
— Вы не мерзнете в этом пальто? Может, наденете еще вот это? —
Джозеф снял шляпу.
От непривычной заботы ей стало теплее. Все-таки он целитель во всех смыслах слова. Она отмахнулась:
— Я не это имела в виду. Просто я родилась во Флориде, а к снегу надо
привыкнуть.
— Правда не хотите? — Он пожал плечами и снова надел свою
ковбойскую шляпу.
Сонни покосилась на шагавшего рядом с ней мужчину. Сейчас его волосы были
стянуты на затылке в хвост. А вот в первый вечер, в аэропорту, они были
заплетены в косички, и он очень походил на индейца; во всяком случае, вид у
него был весьма угрожающий. Но тогда она его еще не знала и не видела, как
он относится к своим пациентам. Тогда он не целовал ее, и она не... Сонни
покраснела и отвернулась.
— Нет-нет, не надо шляпу. Мне вовсе не холодно.
Они подошли к небольшому павильону и, заказав сандвичи, стали в очередь в
кассу. Перед ними стояла группа горластых мальчишек, бравших напрокат
коньки. Вспомнив, что дочка любит кататься на коньках, Сонни уже хотела
спросить, куда мальчишки направятся, но тут Джозеф вдруг выхватил из
стоявшего возле прилавка ящика вязаную шапочку и надел ей на голову.
— Вам нужна шапка, чтобы не мерзнуть. — Он завернул лиловый
отворот шапочки и осторожно поправил ее.
Сонни взглянула на него с удивлением. Он же с улыбкой сказал:
— Вам очень к лицу. Смотрится великолепно.
— Надеюсь. — Она вспыхнула и в смущении потупилась.
Тут Джозеф увидел Барри и Карину, хозяев заведения; он познакомил их со
своей спутницей, и они ей сразу же понравились. Сонни была тронута рассказом
Барри о том, как он приехал из Лас-Вегаса, большого города, чтобы жениться
на местной девушке Карине.
Позже, уже в клинике в комнате отдыха, она спросила:
— А где мальчишки катаются на коньках? Тут есть поблизости каток?
Джозеф едва не поперхнулся от смеха. Поставив кофейную кружку на стол, он
ответил:
— Они ходят на замерзший пруд в Эко-Ридже. Здесь любят коньки. Правда,
мальчишки там часто ссорятся, но ничего страшного...
Джозеф почему-то нахмурился, но это не испортило Сонни настроения. Вспомнив,
как Джесси скользила по льду, она с улыбкой сказала:
— Моя дочь ужасно любит кататься на коньках. В Сиэтле она каждый день
ходила на каток.
Джозеф скомкал обертку сандвича и швырнул ее через всю комнату в мусорную
корзину.
— В Сиэтле? Я думал, что вы из Флориды.
Сонни поняла, что проговорилась, и попыталась хотя бы отчасти исправить свою
ошибку:
— Да, из Флориды. Но последние полтора года мы прожили в Сиэтле. Там я
и работала в доме для престарелых.
— Вам нравилась ваша работа?
Она вздрогнула и кивнула.
— Тогда почему же вы оттуда уехали? — Джозеф пристально взглянул
на нее.
— Видите ли, там... Там не все было гладко. — Она тоже скомкала
обертку от сандвича и крепко сжала ее в кулаке.
Он смотрел на нее все так же пристально.
— А разве когда-нибудь бывает так, чтобы все было гладко?
Сонни молча пожала плечами. Она мысленно проклинала себя за свою оплошность.
Тут Джозеф внезапно сменил тему:
— Вам с дочкой нужны зимние вещи. Я думал, что на уик-энд мы сразу же
поедем в Альбукерке. Но мы можем в субботу сначала покататься на коньках, а
потом уехать в город. Можно там переночевать и остаться на все воскресенье.
Я уверен, что Анна тоже поедет.
Сонни с улыбкой кивнула. Она была благодарна Джозефу за то, что он не стал
мучить ее вопросами.
— Дочка будет в восторге. Ей понравится кататься на пруду. — Она
вдруг встревожилась. — А там не опасно?
— Лед продержится еще несколько недель. Может, на мели, у берега, лед
уже подтаивает, но мы будем избегать таких мест.
Глава 6
В пятницу в клинике царило затишье, словно весь город решил уехать на
выходные. Несколько часов Джозеф и Сонни заполняли карточки, а потом решили,
что рабочий день окончен.
Сонни взяла напрокат коньки для себя, затем помогла Анне приготовить обед.
После обеда все вышли из дома. Выглянуло солнце, и стало немного теплее.
Джозеф покатал Джесси на Черном Вихре. Потом, подмигнув Сонни, спросил:
— Может, хотите попробовать?
— Я не очень-то умею ездить верхом.
Джозеф рассмеялся в ответ:
— Не бойтесь, Черный Вихрь — настоящий джентльмен. Попробуйте.
— Ну, не знаю...
Когда Сонни было одиннадцать лет, она училась ездить верхом и до сих пор
помнила, как инструктор строго говорил:
Сядь прямо. Не тот ритм
.
— Не бойся, мама, это ужасно интересно, — сказала Джесси.
Анна взглянула на племянника.
— Джозеф, может, ты поедешь вместе с Сонни? Сонни невольно вздрогнула и
в замешательстве посмотрела на Джозефа.
— Поезжай, — настаивала Анна. — Пока тебя не будет, я научу
Джесси сгребать навоз.
Джозеф расправил плед, накрывавший спину жеребца, сплел пальцы
замком
и,
чуть наклонившись, сказал:
— Вперед, вот вам ступенька.
Сонни забралась на спину жеребца, и тот вскинул голову. Но Джозеф обнял его
за шею, что-то тихо сказал ему на ухо, и Черный Вихрь успокоился.
В следующее мгновение Джозеф вскочил на коня позади Сонни, и она тут же
ощутила его запах — запах мужчины. Он вложил ей в руки уздечку и сказал:
— Править будете вы.
Она прекрасно понимала, что он говорит не только о верховой езде. Стиснув
пятками бока жеребца, Сонни натянула уздечку, и Черный Вихрь, сорвавшись с
места, пошел быстрым аллюром. Позади нее подскакивал Джозеф; она
чувствовала, как его тело прижимается к ней, но старалась думать только о
дороге.
Когда они подъехали к развилке, она собралась повернуть налево, чтобы
объехать вокруг деревьев, но Джозеф вдруг накрыл ее руки своей рукой и
потянул за узду. Конь тут же повернул и ринулся в рощу.
На повороте Сонни сползла набок, и Джозеф обхватил ее одной рукой за талию.
Выпустив уздечку, она вцепилась в жесткую гриву жеребца и наклонилась к его
шее. Вскоре они выехали на широкую поляну, где лишь изредка попадались
большие деревья. Это была еще одна
ступенька
горы, на этот раз — без домов
и без выезда на главную дорогу.
— Все нормально? — спросил Джозеф.
Она оглянулась и с улыбкой кивнула:
— Да, нормально.
Джозеф рассмеялся:
— Тогда держитесь. — Он дернул за уздечку, и Черный Вихрь помчался
еще быстрее.
Ветер развевал волосы, громыхали подковы; казалось, конь наслаждался
внезапно обретенной свободой. Сонни же наслаждалась чудесными ощущениями,
наслаждалась теплом мужчины, сидевшего у нее за спиной.
Сделав два круга по поляне, Джозеф придержал жеребца. Чуть отстранившись от
Сонни, он спросил:
— Ну как, повеселились?
Она обернулась и расплылась в улыбке:
— Кажется, вы сказали, что править буду я.
— Пришлось устроить так, чтобы вам было удобно сидеть. Мне это удалось?
Сонни рассмеялась в ответ, и Джозеф снова дал ей уздечку.
— На сей раз правите именно вы. Везите нас домой. Она засмеялась,
ударила пятками, и Черный Вихрь пошел резвой рысью, а Джозеф снова обхватил
ее за талию.
Когда они вернулись к загону, Сонни задыхалась от восторга... и некоторой
неловкости; быстрая скачка, близость Джозефа, ритмичные подбрасывания — все
это кружило голову.
Джозеф помог ей спешиться, и взгляды их встретились. Но он тут же отвел
глаза и повернулся к коню, чтобы снять с него попону и уздечку. Было ясно,
что на него никак не подействовала их близость.
Анна и Джесси действительно разгребли от навоза мощеный въезд, но Анна,
похоже, так и не согрелась. Поежившись, она проговорила:
— Что-то холодает. Пожалуй, вечером я поплаваю вместе с Джозефом. В
бассейне вода с подогревом, она делает чудеса.
— Можно я тоже пойду? — Джесси прислонила грабли к столбу и
подбежала к матери.
Сонни подхватила дочку на руки и поцеловала.
— Дорогая, у тебя даже купальника нет.
— Полагаю, у нее найдется что надеть, — заметила Анна.
— Мамочка, пожалуйста, — умоляла Джесси, обхватив ладошками лицо
матери.
— Ладно, найдем что-нибудь, — согласилась Сонни.
— А вы? — раздался голос Джозефа. Он уже закрыл ворота и теперь
стоял, прислонившись к перилам и поставив одну ногу на перекладину. — У
вас есть купальник?
— Нет, к сожалению. — Сонни вспомнила лихорадочные сборы в Сиэтле.
Она швыряла в саквояж вещи, совершенно не думая о том, что когда-нибудь
наступит такое время, когда они с дочерью смогут развлекаться.
— Наденет мой, — сказала Анна. Она увлекла Сонни в дом. — У
меня кое-что осталось от тех времен, когда я была худенькая. Тебе понравится
в бассейне.
Анна оказалась права. В теплой воде Сонни почувствовала себя беззаботной и
счастливой, даже на время забыла о своих проблемах.
Джозеф долго не показывался, и Сонни уже решила, что он вообще не придет. Но
вот вдруг послышался всплеск, и она увидела, что он скользит по
поверхности, — казалось, его бронзовое тело сверкало на фоне водной
голубизны.
Джозеф остановился в нескольких метрах от нее и откинул со лба волосы; по
его мускулистому торсу стекали капли. Он протер глаза и, повернувшись к
Джесси, спросил:
— Покатаемся?
Устроив хохочущую малышку у себя за спиной, Джозеф сделал круг по бассейну,
а затем принялся играть с Джесси. Глядя на них, Сонни то улыбалась, то
грустно вздыхала. Она снова думала о том, что девочке нужен отец.
Внезапно к ней подплыла Анна и, ухватившись за бортик, сказала:
— Пока Джозеф играет с Джесси, ты должна сделать несколько заплывов.
— Должна, — кивнула Сонни.
Джесси начала хныкать. Анна взяла девочку за руку.
— Пойдем со мной. Пора перекусить.
— Я сама могу пойти с ней, — сказала Сонни.
Но Анна решительно заявила:
— Нет-нет, оставайся. Все равно я уже выхожу. — Она завернула
девочку в полотенце и добавила: — Скажи Джозефу, чтобы отвел тебя в сауну.
Сонни смотрела, как дочь с Анной уходят. Вскоре дверь за ними захлопнулась.
— Кажется, остались только мы с вами. — Джозеф взглянул на нее с
улыбкой.
Она улыбнулась ему в ответ, однако промолчала.
— Мне кажется, Джесси скучает по отцу. Они редко видятся?
Сонни нахмурилась. Совершенно бессмысленный вопрос! Стараясь держать себя в
руках, она ответила:
— Дело в том, что он... Он умер.
— Умер? — Джозеф подплыл к ней и взял ее за плечи. —
Простите, Сонни. Я не знал.
Она молча потупилась, потому что не могла смотреть ему в глаза. Она солгала,
не осмелилась сказать правду. Впрочем, Клифф для нее действительно как бы
умер. Так что она солгала лишь отчасти.
— Ничего... — Она судорожно сглотнула. — Дочка его почти не
помнит.
— Когда это случилось? — Он по-прежнему держал ее за плечи.
— Два года назад. — Она и на сей раз солгала лишь отчасти. Ведь
именно столько они с Клиффом не виделись.
Может, Джозеф сейчас подсчитывает? — промелькнуло у нее. — Может,
сравнивает со временем, которое мы прожили в Сиэтле?
Она украдкой
посмотрела на него. В его глазах было сочувствие, а не подозрение.
— Не беспокойтесь, у меня все в порядке. А теперь я поплаваю.
Сонни высвободилась и поплыла. Она решила забыть о своей лжи. В конце
концов, она имеет полное право защищать себя и ребенка. Даже если при этом
нужно вводить в заблуждение мужчину, к которому она начинает слишком хорошо
относиться.
Вскоре Сонни заметила, что Джозеф тоже поплыл; он обогнал ее в центре
бассейна, а она, ухватившись за бортик, остановилась отдохнуть.
Минуту спустя он подплыл к ней, и на губах его появилась робкая улыбка.
— Хорошо в воде, правда?
— Замечательно.
За окном уже садилось солнце, и стеклянный зал купался в золотистых лучах,
заливавших лицо и широкие плечи Джозефа. В эти мгновения он был
необыкновенно красив, и Сонни не могла отвести от него глаз.
Внезапно тело его взметнулось, над водой, и он выбрался на край бассейна.
Сонни же замерла, затаила дыхание: лишь сейчас, когда Джозеф предстал перед
ней в одних плавках, она смогла в полной мере оценить великолепие его
фигуры.
Он завернулся в полотенце и с улыбкой спросил:
— Готовы для сауны?
Она почувствовала, что краснеет, и невольно потупилась.
— Идемте, не пожалеете. — Он держал для нее полотенце.
Сонни подплыла к бортику и с помощью Джозефа выбралась из бассейна. Сейчас
она с особой остротой почувствовала, что на ней старенький купальник Анны. К
счастью, Джозеф тотчас же накинул ей на плечи полотенце, и она следом за ним
вышла в темный холл. Он щелкнул выключателем и указал на ближайшую дверь:
— Сауна здесь. Но прежде вам нужно смыть с себя хлорку. — Джозеф
завел ее в просторную облицованную кафелем ванную. — Схожу за сухим
полотенцем, — сказал он, направляясь в смежную комнату.
Сонни последовала за ним и оказалась в его спальне. Он рылся в шкафу, а она
прошла мимо — ее заинтересовали кровать, сколоченная из бревен, и навахский
ковер ручной работы, лежавший на кафельном полу. В дальнем конце комнаты всю
стену занимал каменный камин с дровяной печкой.
— Нравится?! — раздался у нее за спиной голос Джозефа.
Она обернулась и с улыбкой сказала:
— Ваша спальня... Она очень похожа на вас.
Он пристально посмотрел на нее и отвернулся. Направляясь обратно в ванную,
бросил через плечо:
— Пойдемте быстрее. Полотенце повешу в ванной.
Сонни тихонько вздохнула — она хотела, чтобы он ее обнял и поцеловал. Хотела
с такой страстью, которой не испытывала уже давно. Но она тут же напомнила
себе:
Ты должна радоваться, что он тебя не поцеловал. Ты не имеешь на это
права, потому что не можешь быть честной с ним
.
— Идете?! — донесся голос из ванной.
Она вошла, и Джозеф сразу же вышел.
— Можете взять мой халат! — прокричал он, захлопнув за собой
дверь, и его фланелевый халат качнулся на крючке, словно насмехаясь над ней.
Услышав, что шум воды прекратился, Джозеф представил, как нагая Сонни
надевает его халат, и невольно застонал. Нет, он не должен входить к ней в
сауну, хватит с него мучений во время верховой прогулки, когда ее ноги
прижимались к его ногам, а круглые ягодицы двигались возле самых
чувствительных мест.
Джозеф усмехнулся, вспомнив, как чуть не свалился с коня, пытаясь побыстрее
отстраниться от нее, чтобы она не заметила, как он возбудился. И чтобы
другие не заметили. Черт побери, Анна, конечно, заметила. По какой-то
причине его тетка усиленно толкала их друг к другу.
Он осторожно постучал в дверь ванной.
— Сонни, вы готовы?
— Да, я закончила. Сейчас пойду в сауну. — Щелкнул замок, и она
вышла.
Немного помедлив, он вошел в ванную, хранившую ее запах; на двери висел ее
купальник. Он прополоскал его и отжал. Уже у себя в комнате он надел трусы-
боксеры, но потом решил, что в данных обстоятельствах уместнее шорты.
Тут зазвонил телефон, стоявший на тумбочке у кровати. Джозеф снял трубку.
Оказалось — звонил пациент, желавший уточнить предписания.
С минуту Джозеф разговаривал, потом все же решил отправиться в сауну, —
к счастью, нашлась медицинская тема для беседы. Проводить с ней время и не
выдавать своих намерений — это не так-то просто; к тому же он не хотел ее
отпугивать, особенно теперь, когда узнал о ее потере. У нее умер муж, и,
конечно же, она еще не оправилась после такого несчастья. Но все-таки у него
есть надежда. Ведь она уже два года жила одна. Только надо действовать не
спеша, надо дать ей время...
— Как погода? — спросил он, входя в сауну.
Сонни рассмеялась, откинув голову; при свете лампы ее светлые волосы
казались рыжеватыми.
— Полагаю, что не холодно, — ответила она и тут же снова
рассмеялась.
Джозеф сел рядом с ней на лавку, стараясь не прикоснуться. Надо, чтобы ей
было с ним комфортно, — значит, ему следует забыть, что под халатом она
голая.
— Звонил пациент, — сообщил он. — Хотел узнать, не может ли
грейпфрутовый сок нейтрализовать действие медикаментов. Я ему сказал, чтобы
не беспокоился.
Сонни кивнула. Какой он заботливый, разрешает пациентам звонить ему домой и
даже навещает их в больнице, если туда направляет. Не глядя на него, она
сказала:
— Здесь все не так, как в больших городах. Тут совсем другие порядки...
— Именно поэтому я здесь работаю. А вы? Вам нравится работать в такой
глуши?
— Да, — ответила она не колеблясь. И тотчас же поняла, что сказала
чистейшую правду.
— Знаете, а вы прекрасно справляетесь со своими обязанностями, —
сказал он с улыбкой. — Вы произвели впечатление. Пациенты говорят о вас
только хорошее.
Сонни немного смутилась, но ей было приятно. Джозеф прикоснулся ладонью к ее щеке и тихо проговорил:
— Мне очень нравится с вами... Я имею в виду — работать.
— Мне тоже нравится с вами работать, Джозеф. Вы прекрасный специалист.
Какое-то время оба молчали. Наконец Сонни сказала:
— Я вам очень признательна за то, Что вы тратите время на мою дочь.
Малышка так... — Она внезапно умолкла. Ей вдруг пришло в голову, что
Джозеф начнет расспрашивать об отце Джесси.
Но он с удовольствием заговорил о Джесси:
— Она такая очаровательная... Просто куколка.
Сонни поспешно отвела взгляд, чтобы Джозеф по глазам не мог догадаться, как
она им восхищается. Да, он нравился ей все больше, и это очень ее
беспокоило, ведь она твердо решила, что никому не будет доверять.
Через несколько секунд она не выдержала и снова на него взглянула. Он сидел
с закрытыми глазами, и Сонни, воспользовавшись этим, окинула взглядом его
широкую грудь. Курчавые волосы углом спускались к животу и исчезали в
боксерах, видневшихся из-под шортов.
Ее охватил жар, не имевший никакого отношения к температуре в сауне. Она
отвернулась и сложила руки на коленях. Нечего ей здесь делать, когда он
полуголый, а она в его халате. Сонни опять на него посмотрела и вдруг
подумала:
А вот если сейчас прикоснуться губами к...
Нет-нет, ни в коем
случае! И вообще ей следует уйти отсюда побыстрее. Потому что если она
сейчас же не уйдет, то все кончится тем, что она...
Сонни решительно поднялась на ноги.
— Мне пора идти.
Джозеф тоже встал.
— Что-то не так?
Она не могла взглянуть на него. Она знала, что если взглянет, то уже не
уйдет.
— Джесси, наверное, уже волнуется. А ваш халат я позже принесу. —
И она поспешила уйти, пока еще была в силах это сделать.
Утро выдалось на редкость холодное, но Джесси, отправлявшаяся на каток,
этого даже не заметила. Она уселась на переднее сиденье, между Сонни и
Джозефом, и всю дорогу к Эко-Риджу без устали болтала — рассказывала о том,
как замечательно было кататься в Сиэтле.
Сонни же мысленно молилась, чтобы дочь не рассказала об их поспешном отъезде
из Сиэтла. Джозеф не должен об этом узнать. И вообще, очень жаль, что им
...Закладка в соц.сетях
