Жанр: Любовные романы
Уроки для ангела. Орден света -1
...й. И в один прекрасный момент
он понял, что весь его гнев, злость и ненависть постепенно куда-то исчезли,
исчерпали себя, перегорели и превратились в пепел. День за днём вновь и
вновь прокручивая в уме прошлое, он всё чаще вспоминал её смех, её глаза, её
улыбку.
От любви до ненависти — один шаг, гласит популярная поговорка.
Архангел же вывел для себя обратную закономерность: один шаг от ненависти до
любви. И он этот шаг сделал.
Шагнув навстречу Марии, он заключил её в свои объятия. — Всё будет
хорошо, Машенька, всё будет хорошо! — шептал он, проводя рукой по её
шелковистым волосам. — Как мы отсюда выберемся? — с тревогой
спросила его Мария. Она прекрасно понимала, что если проникнуть в этот
особняк было очень сложно, то выбраться из него было сложнее в десятки раз.
Вся охрана Ворона уже на ногах, в коридоре раздавался топот ног, слышались
выстрелы и крики раненых. — А я здесь не один! — улыбнулся
Архангел, взглядом показывая на окно. Обернувшись, Мария потрясённо охнула:
за окном на верёвке альпинистского снаряжения свисал Дмитрий. С весёлой
улыбкой подмигнув Марии, он поторопил их: — Скорее, наше время на
исходе! — Потом мы всё объясним! — пресёк её вопросы Архангел, и
обняв Марию за талию, тихо сказал: — Прижмись ко мне и ничего не
бойся! — Задание выполнено, отходим! — Дмитрий по рации отдал
приказ Воинам Света и удовлетворённо кивнул головой, когда очертания фигур
Архангела и Марии медленно растаяли в воздухе. — Неужели Дмитрий жив?
Ты помогла его вылечить? Однако! Впрочем, это ненадолго, — задумчиво
бормотал Ворон, сканируя разум Ники. — Что? Старейшины знают, где
Мария? — поражённо воскликнул маг, увидев в сознании девушки момент,
когда этим утром она подошла к дверям Тронного зала и услышала разговор
Саймона со старейшинами.
На поясе мага внезапно запищал мобильный телефон, и ещё до того, как взять
его в руки, Ворон уже знал, кто звонит и какую новость ему сейчас сообщат.
— Мария... — шёпотом процедил он сквозь зубы.
Вскочив с кресла, Ворон нервно заходил по комнате, затем, приняв какое-то
решение, жестом подозвал к себе Велдона. Ника видела, как маг даёт какие-то
указания своему слуге, а затем фигура главы Обители Тьмы бесшумно
растворилась в воздухе. — Так на чём мы остановились? — ехидно
поинтересовался Велдон, надвигаясь на девушку, потирая свои огромные
волосатые руки и пожирая Нику плотоядным взглядом.
И то, что Ника увидела в его маленьких, свинячьих глазках, заставило девушку
поёжиться от нахлынувшего на неё ужаса.
Алекс очнулся от адской головной боли. Он был совершенно без сил, а боль
усиливалась с каждой минутой. Очевидно, прошло много времени, прежде чем к
нему вернулось сознание. Он всё ещё находился в подвале. Руки, прикованные
цепями к бетонной стене, затекли настолько, что Алекс их уже не чувствовал.
Сконцентрировавшись, он попытался вернуть им чувствительность с помощью
своей энергетики, но очень скоро понял, что в результате "общения" с Амадеем
он не в состоянии собрать даже самый маленький энергетический лучик.
Перед глазами всё плыло, и Алекс с трудом сфокусировал взгляд на стоящем
напротив пустом кресле. Вдруг перед ним заколыхались концентрические круги
воздуха и стали проявляться очертания серой фигуры. Ворон,
материализовавшись напротив Алекса, уселся в кресло. — Как вижу, ты
ещё держишься! Похвально... — отметил глава Обители Тьмы. — Твоя
девчонка — тоже крепкий орешек. Да, она у меня, и я уже имел
удовольствие немного с ней пообщаться, — с улыбкой сообщил Ворон,
наблюдая, какую боль и тревогу вызвали его слова у Алекса.
Ворону было не интересно просто убить своего сына. Ему хотелось помучить
его, проверить на прочность его характер и заставить страдать от невыносимой
боли. Виктор по своему опыту знал, что боль физическая — ничто по
сравнению с болью душевной. Этому его научила Мария. Он хотел сломать
Алекса. А сделать это можно было только одним способом — растоптать их
с Никой любовь. — Вначале я попытался соблазнить её с помощью своей
энергетики. Ты знаешь, как это делается, — улыбнулся Ворон, с
наслаждением наблюдая, как побелело от этих слов лицо Алекса. — Она
стонала от желания в моих объятиях и таяла от моих поцелуев. — Я не
верю тебе, — глухо процедил сквозь зубы Алекс. — Это ложь.
— А я тебе покажу! Просто удивительно, сколько тайн скрывается в её
хорошенькой головке! Я покажу тебе правду о ней! — усмехнулся Ворон,
вставая с кресла. Подойдя к Алексу, он положил свои руки ему на голову.
— Смотри!
Видения, одно за другим стали волнами просачиваться в мозг Воина Света. Он
увидел Нику, его Нику, в объятиях Ворона. Она тяжело дышала, её грудь
вздымалась от страсти, а Ворон покрывал её тело поцелуями, от которых она
запрокинула назад свою белокурую голову, прикусив губу от переполняющего её
желания.
Следующая картинка — скорчившееся на полу беспомощное тело, которое
ногами избивает Велдон. Алекс увидел лицо Ники в тот момент, её глаза,
полные боли и отчаяния, её разбитое, окровавленное лицо, и из его груди
вырвался глухой стон. — Это лишь цветочки, Алекс! Смотри, что было
раньше...
И Алекс увидел... Ника и его лучший друг Дмитрий целуются в спортзале...
Ника в постели с Саймоном, и на её лице выражение такого счастья и
наслаждения, что сердце Алекса было готово разорваться на части...
Обнажённая Ника в объятиях Редфорда, и её тело со страстью отзывается на его
ласки...
Лицо Алекса перекосилось от нечеловеческой боли и из его груди вновь
вырвался стон, полный отчаяния. Всё самое светлое, самое святое, всё то,
ради чего стоило жить и бороться было растоптано в один момент... —
Убей меня! — с мольбой прошептал Воин Света, и на лице главы Обители
Тьмы появилась довольная улыбка...
Очень медленно к Веронике возвращалось сознание. Но вместе с ним
возвращалась и боль. Она почувствовала, как волны боли, одна за другой,
подобно цунами, накрывают её избитое, истерзанное тело. Голова кружилась и
раскалывалась на мелкие кусочки, от побоев на теле девушки не осталось
живого места, из раны на виске и разбитой губы всё ещё сочилась кровь, два
пальца левой руки (мизинец и безымянный) были сломаны. Но больше всего
досталось её почкам, и от нестерпимой, пульсирующей боли в пояснице хотелось
лезть на стенку. Что, впрочем, было невозможно, так как оказалось, что её
положили на какую-то кровать в мрачной комнате без окон и связали. Её руки и
ноги были разведены в стороны и привязаны к спинкам железной кровати
настолько крепко, что она практически не могла пошевелиться.
Ника с огромным трудом удержалась, чтобы не расплакаться от боли и отчаяния.
(- Всё пропало! Мне уже не спасти Алекса, и самой отсюда живой не выбраться!
Какая же я дура! Я сама во всём виновата! Я должна была действовать, что-то
предпринять, когда гоблины Ворона пришли за мной к Редфорду! Он бы меня
поддержал! Но теперь всё кончено! Прости меня, Алекс, прости, любовь моя!
— думала девушка, с трудом сдерживая слёзы).
Но тут словно какой-то голос из глубины её сознания произнёс: — Ты не
должна сдаваться! Борись! Верь в себя, как верил в тебя Алекс! Ещё не всё
потеряно! Ты сможешь! Ты Воин Света! Не смей сдаваться!
Ника с трудом повернула голову и огляделась по сторонам. Итак, — из
окна не выпрыгнуть, так как его просто нет. Кроме кровати в углу комнаты, к
которой она привязана, другой мебели или каких-либо вещей в
комнате не было. С потолка свисала тусклая лампочка в пыльном красном
пластмассовом абажуре, придавая месту заточения Ники мрачновато-багровый
оттенок, который усиливался грязно-коричневыми обоями на стене. (- Убить бы
их декоратора! — подумала она с иронией, озираясь по сторонам).
Несмотря на боль, к ней стало возвращаться чувство юмора, что было уже
неплохо. (- Если голова болит, значит она есть, — подумала девушка и
философски добавила про себя: — Жизнь — это вообще вредная
штука: от нее умирают... Впрочем, свою смерть я всё же попытаюсь
отсрочить!).
Она постаралась сосредоточиться и понять, сколько времени она была без
сознания. Но несмотря на все попытки, ей это не удалось. (- Хорошо, тогда
попробуем восстановить в памяти последние события... — подумала
девушка, пытаясь вспомнить всё до мельчайших деталей, что произошло с ней
после того, как её похитили у Редфорда).
Ника закрыла глаза и мысленно восстановила картинку последних событий. Она
увидела, как её вытаскивают из постели Редфорда четверо гоблинов в чёрных
очках, наставив на них оружие, как накидывают на её голову мешок, садят в
машину, куда-то везут... Затем мысленным взором она увидела Чёрного Ворона,
со снисходительностью доброго дядюшки смотрящего на неё, пока её избивают по
его же приказу... Ника увидела довольное бульдожье лицо верзилы Велдона
— своего мучителя и палача, избивающего её руками и ногами, и ей
казалось, что эта пытка длится целую вечность... Последнее, что она смогла
вспомнить, — то, как Велдон с силой сжимает её грудь огромными
волосатыми лапами, причиняя сильную боль. На его лице в это время была
жуткая похотливая ухмылка.
При этом воспоминании Ника почувствовала, как к её горлу подступает тошнота.
Но она всё же справилась с собой, взяв под контроль эмоции.
Сконцентрировавшись, она вспомнила слова Велдона в тот момент: —
Прости детка, если я был немного груб с тобой! Но у нас впереди ещё куча
времени, и сегодня вечером я обещаю тебе загладить свою вину! Я доставлю
тебе такое удовольствие, что ты окажешься на небесах! — и с лошадиным
ржанием, отдалённо напоминающим человеческий смех, он так сильно ударил её
по лицу, что девушка потеряла сознание.
(- Итак, — мысленно подвела итоги Ника, — этот ублюдок обещал
доставить мне "удовольствие" вечером. Его пока нет, значит, — ещё не
вечер. Но что-то мне подсказывает, что времени у меня мало).
Девушка вновь закрыла глаза, сосредоточилась и постаралась вспомнить всё,
чему её успели научить в Ордене. Перед её мысленным взором всплыло лицо
Саймона. (- Действуй не руками, а мыслью! — вспомнила она его слова).
Ника сконцентрировалась и попыталась вызвать в себе ощущение энергетического
луча, с помощью которого она передвигала шахматные фигурки в комнате
Саймона.
Поймав наконец ощущение этого лучика, она представила себе, что этим лучом,
словно рукой, она развязывает верёвку на правом запястье. И когда ей это всё
же удалось (со второй попытки), — девушка почувствовала ликование. (-
Но всё равно рано пока радоваться! — тут же одёрнула она себя).
В руку тут же, как по волшебству, словно воткнулись тысячи мелких иголочек,
и к её прежней боли присоединилась ещё и эта. (- Так, не раскисать! —
приказала она себе. — Потерпи немного!). Девушка попыталась
освобождённой рукой, к которой постепенно возвращалась чувствительность,
отвязать левую руку. Но эти попытки были безуспешными, ей не удалось
дотянуться до узла на верёвке. Поэтому она вновь откинулась назад на спину
и, сконцентрировавшись, снова представила себе, что развязывает узелок на
верёвке энергетическим лучом.
Ей удалось это с огромным трудом, но всё же удалось! (- Саймон был бы сейчас
мною доволен, — подумала девушка). Два пальца на её левой руке были
сломаны ботинком Велдона, и когда тысячи мелких иголочек впились и в эту
руку, возвращая ей чувствительность, — Ника чуть не заорала от боли.
Пару минут она пролежала неподвижно, собираясь с силами, а потом, собрав
волю в кулак, села на кровати. От резкой, многократно усилившейся боли она
чуть снова не потеряла сознание. ( — Всё в порядке, Ника, держись! Ещё
немного, и у меня всё получится! — сказала она самой себе).
Она чувствовала, что её энергетика слабеет, и призвав на помощь всё своё
мужество, с мыслью "Помоги мне, Господи!", превозмогая чудовищную боль,
девушка наклонилась к верёвке на правой ноге (спасибо Алексу за тренировки
её растяжки) и трясущимися руками принялась её развязывать. Отвязав свою
правую ногу, Ника потихоньку, время от времени собираясь с силами, отвязала
и левую.
Освободившись от пут, девушка тут же откинулась на кровать, на спину.
Вставать с кровати и пытаться открыть дверь сейчас не было никакого смысла.
Дверь наверняка заперта, но даже если ей каким-то чудом и удалось бы её
открыть, — пользы от этого не было бы никакой, поскольку Ника
понимала, что с этой жуткой болью, разрывающей её истерзанное тело на части,
она сможет пройти по коридору в лучшем случае пару шагов. А потом —
вновь потеряет сознание, её снова схватят, и тогда ей уже ничто не
поможет...
Поэтому теперь ей нужно было решить вопрос насчёт боли и телесных
повреждений. Когда этот ублюдок войдёт сюда (возможно, даже и не один), она
должна быть в состоянии драться! И победить! Она просто обязана! — Она
же просто обыкновенная шлюха, Алекс! Она тебя не стоит! Подумать только
— любит тебя, целуется с твоим лучшим другом Дмитрием, спит с
Саймоном, и сама идёт в постель к Редфорду, откуда её вытащили мои ребята!
Верно говорят, что женщины последовательны в своем непостоянстве! —
усмехнулся Ворон. — А этот Саймон — далеко не дурак! Пока ты
церемонился с этой шлюхой, он поступил просто — пришёл, увидел,
полюбил.
Боль в глазах сына доставляла Виктору настоящее наслаждение. (- Наверное,
Мария права, и я действительно превратился в чудовище! — с усмешкой
подумал про себя Ворон. — Но так жить гораздо интереснее!). —
Убей меня! — вновь с мольбой прошептал Алекс. — Я с
удовольствием выполню твою просьбу, — кивнул головой Ворон. — Но
чуть позже. А пока — побудь наедине со своими мыслями! — с
иронией улыбнулся глава Обители Тьмы, и очертания его фигуры снова растаяли
в воздухе. — Надо вспомнить всё, чему меня учили в Ордене! —
думала Ника, лёжа на кровати в месте своего заточения. — Я ведь
вылечила Дмитрия, значит, смогу вылечить и себя! Этот Дар уже есть у меня, и
мне просто нужно им воспользоваться.
Закрыв глаза, Ника вновь постаралась сконцентрироваться. Она вспомнила, как
энергетика из её руки перетекала в руку Дмитрия, и мысленно перенаправила
этот энергетический луч на себя, на свои повреждённые органы. Результат
появился незамедлительно, и она почувствовала, как по телу прокатываются
тёплые волны, и под их мягким напором боль притуплялась и постепенно стала
вполне терпимой.
Но полностью исцелить себя Ника всё же не успела, так как раздался резкий
щелчок отпираемого замка, и широко распахнув двери, в комнату вошёл Велдон.
Девушка резко вскочила с кровати, и сжав кулаки, с вызовом встала перед
громилой. — Так, так, — заржал он. — Птичка пытается
упорхнуть! Ничего, сейчас я почищу твои пёрышки и ты сразу передумаешь!
Он попытался ударить Нику кулаком в лицо, но девушка уклонилась от удара, а
затем, вспомнив тренировку с Дмитрием, резко наступила Велдону на ногу.
Металлическая шпилька её сапога распорола его кожаные ботинки и вонзилась в
ногу.
Велдон зарычал от боли, и раскинув руки, бросился на девушку, но Ника, вновь
уйдя в сторону, изо всех сил ударила его другой шпилькой в пах, и Велдон,
как подкошенный, рухнул на колени, издавая нечленораздельные булькающие
звуки.
Ника взглянула на идеально подставленную для удара бычью шею своего палача,
и с ударила его ногой по шее сверху — вниз. В этот удар она вложила
всю свою ярость и силу, и с коротким всхлипом громила рухнул на пол.
Пока Велдон корчился на холодном полу, пытаясь встать, Ника нагнулась и
молниеносно вытащила из чехла его нож, который он повсюду носил с собой на
поясе. — Ты, сука, я тебя прикончу... — заматерился Велдон,
поднимаясь на колени, но встать на ноги так и не успел, так как Ника с
размахом воткнула охотничий нож ему в спину.
Словно в кошмарном сне девушка наблюдала, как дёргается в агонии тело её
палача и мучителя, и когда его огромная туша наконец затихла, Ника вышла из
ступора.
Осторожно приблизившись к Велдону, она с усилием вытащила из него нож и
вытерла стекающую с лезвия кровь о его пиджак. После этого, преодолевая
отвращение и стараясь не смотреть на труп, она пошарила у него в карманах в
поисках ключей или другого оружия, но ничего не обнаружила.
Крепко сжав новоприобретённое оружие в руке, Ника бросила последний взгляд
на поверженного врага, и, сдерживая внутреннюю дрожь, направилась к выходу.
— Спасибо, Миша! Я — твоя должница! — улыбнулась Мария,
когда туман вокруг них рассеялся и она поняла, что Архангел со старейшинами
телепортировали её прямо в Тронный Зал Ордена. — Как-нибудь сочтёмся!
— подмигнул ей Архангел, выпуская её из своих объятий.
Их тут же обступили старейшины — Фёдор Матвеевич, Роман Алексеевич и
Андрей Викторович. — Ты в порядке, Машенька? — обратился к ней
Фёдор Матвеевич. — Нужна помощь целителей? — Нет, я в порядке!
— покачала головой Мария и с тревогой сразу задала вопрос, который
волновал её больше всего: — Где Алекс и Вероника? — У Ворона,
— тяжело вздохнул Роман Алексеевич. — Алекс попал в плен, когда
пытался спасти тебя, а Веронику похитили гоблины прямо из дома Редфорда.
Редфорд поставил условие, что он поможет нам обнаружить ваше
местонахождение, только если мы отдадим ему Веронику. Она пошла к нему, так
как решила, что это — единственный способ спасти Алекса. Саймон
пытался остановить её, но не смог, — кратко изложил последние новости
Андрей Викторович. — Мы должны спасти их, — решительно
произнесла Мария. — Это правда, что Иннокентий Михайлович и Борф
— убиты, и что Борф оказался предателем? — спросила она
старейшин, и получив в ответ утвердительные кивки, подвела итог: —
Значит, теперь в Ордене всего три старейшины. Очень жаль... Наши силы
подорваны, а ведь именно сейчас нам так необходим ваш Дар, ваши силы. Пять
старейшин Ордена составляли определённую пентаграмму, и если бы не
предательство Борфа, мы были бы неуязвимы. А теперь вас — всего трое,
и я не уверена, сумеем ли мы выстоять в этой борьбе... — Я знаю, кто
может стать четвёртым старейшиной, — улыбнулся Фёдор Матвеевич,
пристально глядя на Архангела. — Если захочет, разумеется. — Я?
Старейшиной Ордена? — удивлённо воскликнул Архангел. — Почему бы
и нет? — пресёк его возражения Фёдор Матвеевич. — Ты
ясновидящий, как и мы, и борешься на стороне Добра. К тому же, ты только что
доказал свою способность действовать с нами синхронно, сообща. Что скажешь?
Архангел потрясённо переводил взгляд с одного старейшины на другого, словно
пытаясь понять, не шутят ли они. Но лица всех старейшин были абсолютно
серьёзны. Они стояли молча, в ожидании ответа устремив пристальные взгляды
на человека, от которого могло зависеть будущее их Ордена. Мария стояла
рядом со старейшинами тоже молча, и Архангел, взглянув на неё, увидел в её
глазах мольбу. И любовь...
Этот взгляд определил его решение. — Я согласен! — с твёрдостью
произнёс новый старейшина Ордена Света. — Слишком просто, слишком
просто, всё это слишком просто... — вновь и вновь проносилась
навязчивая мысль в голове Ники. Она без проблем прошла через длинный
коридор, освещаемый неяркими люминесцентными лампами, подошла к пустой
раскрытой комнате у выхода, и осторожно заглянув внутрь, увидела свой плащ,
одиноко висящий на вешалке у дверей. Подходи и бери.
Озираясь по сторонам и успокаивая бешеное биение сердца, девушка завязала
узелком на груди полы разорванной водолазки, и сняв плащ с вешалки, накинула
его на себя. После этого она подошла к выходу, без труда открыла двери,
вышла на улицу и огляделась.
Уже стемнело, в небе холодно мерцали звёзды. Двухэтажный кирпичный особняк и
территория вокруг него, обнесённая забором, за которым серел лес, освещалась
яркими фонарями. Кругом — ни души. Обледеневшая трава сухо
потрескивала под её ногами, и кроме этого звука, в воздухе висела тишина.
Ворота особняка были приветливо распахнуты, не наблюдалось даже признаков их
охраны. А у самых ворот стоял мотоцикл, подойдя к которому Ника увидела
ключи зажигания, оставленные в замке. — Слишком просто, всё слишком
просто... — снова пронеслось у неё в голове.
У неё вдруг возникло чувство, что за ней кто-то наблюдает. Ника ещё раз
настороженно и внимательно оглянулась вокруг, и вновь не увидев каких-либо
признаков жизни, села на мотоцикл, заткнула охотничий нож себе за пояс,
повернула ключ в замке зажигания и помчалась прочь от места, от которого у
неё по телу пробегали мурашки. — Видишь, Амадей, я был прав. Абсолютно
прав! — довольно усмехнулся Ворон, наблюдая через бинокль из дальних
кустов за Никой, отъезжающей на мотоцикле прочь от его особняка. — Она
всё же убила Велдона! — Вы всегда правы, хозяин! — бесстрастно
отметил вампир. — Итак, я избавился от Велдона, и теперь мне не нужно
марать об него руки. Девчонка проявила себя и справилась со всем просто
отлично. Как по нотам! — улыбнулся глава Обители Тьмы. — Теперь
нужно лишь немного подождать. Операция "Троянский конь" началась, и к утру в
особняке Ордена Света не останется ни одного живого человека! Я —
гений! — подвёл он итог со зловещей улыбкой. — Мне уже надоела
сложившаяся ситуация, когда вместо того, чтобы спасать жизни невинных
граждан, нам приходится бросать свои лучшие силы на то, чтобы защитить самих
себя и свой Орден! — с возмущением произнесла с трибуны Актового Зала
Мария, окидывая взглядом собравшихся членов Ордена. — Пока мы были
заняты своими проблемами, зло в нашем городе резко активизировалось.
Произошло несколько взрывов в жилых домах, а о террористическом взрыве бомбы
на городском рынке, который мы легко могли бы предотвратить, уделяя больше
внимания своим прямым обязанностям, — об этом я вообще не могу думать
без содрогания! — заявила она в полной тишине. — Я считаю, что
единственный выход из создавшейся ситуации — подготовить нападение на
нашего главного врага — Чёрного Ворона и стереть его Обитель Тьмы с
лица Земли! Если он хочет войны — он её получит!
Архангел впервые видел Марию в такой ярости. Её эмоциональная речь нашла
отклик и поддержку в сердцах Воинов Света, и он отметил, что практически все
собравшиеся здесь сотрудники Ордена с согласием качали головой, поддерживая
предложение Марии. — Давно пора! — вдруг выкрикнул из зала один
из оперативников. — Кто за моё предложение — прошу поднять руки!
— произнесла с трибуны Мария. — Единогласно! — подвела она
итог, окинув взглядом взметнувшийся лес рук. — Выступаем завтра на
рассвете и атакуем одновременно пять особняков Ворона, где расположены его
люди. Основные силы будут брошены на главный особняк Обители. Инструкции
получите перед началом операции. — Ты скажи, ты скажи, чё те надо, чё
те надо, может дам, может дам, чё ты хошь... — напевал себе под нос
Редфорд, копаясь в потайном сейфе Ворона в главном особняке Обители Тьмы.
После того, как гоблины увели у него Веронику, Редфорд, сидя у себя дома в
позе лотоса, своим даром просканировал обстановку в Ордене Света и в Обители
Тьмы. Ему это было несложно: Защитный Экран Ордена работал неисправно, а
Защитный Барьер Обители Тьмы, выстроенный Вороном из заклинаний от
проникновения сил Добра, Редфорда остановить не мог тем более.
Он телепортировался прямо в кабинет Ворона, и нейтрализовав приставленного к
сейфу охранника — гоблина (энергетическим лучом разорвав его сердце),
щёлкнул пальцами, и дверцы сейфа, сливающиеся со стеной, тут же приветливо
распахнулись.
В сейфе отдельной стопочкой были сложены 5 папок. Редфорд прочитал надписи
на них: Данилов Александр Викторович; Ипатов Дмитрий Владимирович; Андреева
Вероника Юрьевна; Саймонов Сергей Валентинович; Фёдоров Михаил Олегович
(Архангел).
Вытащив эти папки из сейфа Ворона, Редфорд взмахом руки телепортировал их к
себе в особняк, в свой сейф, надёжно спрятанный от чужих глаз в его
кабинете.
Затем, засунув руку в сейф чуть глубже, Редфорд достал оттуда то, ради чего
он и появился здесь — небольшой шприц с голубоватым содержимым. Он
задумчиво покрутил в руках этот шприц и осторожно положил его в нагрудный
карман своей рубашки. — Я — доктор love! — довольный сам
собой, усмехнулся Редфорд.
Теперь пора было переходить к следующему пункт
...Закладка в соц.сетях
