Жанр: Любовные романы
Уроки для ангела. Орден света -1
... Улыбнувшись и иронично покачав головой вслед удаляющейся машине, Алекс
развернулся и твёрдыми, решительными шагами направился в небольшую уютную
польскую деревеньку, раскинувшуюся за живописным холмом, чуть придерживая
распахивающиеся на ветру полы чёрного плаща, скрывающие заткнутые за пояс
пистолеты. — Умница, Ника! — в глазах Марии светилась
благодарность. Она подошла и обняла уставшую от длительного телепатического
сеанса девушку.
Сердце Ники было наполнено ликованием: она всё же спасла Алекса, у неё
получилось! Но она понимала, что если бы не помощь старейшин, перекачивающих
свою энергетику в её разум и дававших ей силы телепатировать свои мысли
Алексу на такое большое расстояние, сама бы девушка не справилась с такой
огромной энергетической нагрузкой.
Она с благодарностью взглянула на старейшин, которые, как только Алекс был
спасён, без лишних эмоций вновь сгрудились вокруг серого булыжника,
сконцентрировав усилия на стабилизации защитного Экрана Ордена. —
Теперь всё в порядке, и вы можете спокойно идти спать! — произнесла
Мария, обращаясь к Нике и Дмитрию, который за всё время телепатической связи
с Алексом тихо и молча, чтобы не мешать, простоял прислонившись к стене у
дверей, переживая за своего друга. — Кстати, а что там за история с
Саймоном? — остановила Нику Мария, когда они с Дмитрием были уже в
дверях. Но, увидев растерянность и замешательство на лице Ники, Мария
произнесла: — Ладно, с тебя на сегодня хватит эмоций. А о Саймоне мы
поговорим завтра. Спокойной ночи, ребята, — кивнула она Нике и
Дмитрию, и дверцы в потайное Святилище Ордена с тихим шорохом сомкнулись
вслед за ними, возвратясь на прежнее место и вновь превращаясь в обычную
бетонную стену. — А что это за серый камень в вашей потайной комнате?
— поинтересовалась Ника, когда они с Дмитрием дошли до дверей её
комнаты — Не в "вашей", а в НАШЕЙ потайной комнате, Ника, —
поправил Дмитрий. — Не забывай, что теперь ты — одна из нас. А
священный для нас камень — это булыжник из мостовой, по которой Иисус
шёл на Голгофу. На этот камень ступала Его нога. Он заряжен невероятной
энергией Его Божественной силы и мощности. Он подпитывает своей энергией
старейшин, многократно усиливает наши способности, помогая нам бороться со
злом, и поддерживает энергетический Защитный Экран нашего Ордена. — А
ты и правда молодец! — после небольшой паузы похвалил Нику Дмитрий.
— Старейшины действительно в тебе не ошиблись! Хочу от своего имени
поблагодарить тебя за спасение своего лучшего друга и кровного брата!
— улыбнулся он. — Благодарить меня будет Алекс, когда вернётся!
— хитро улыбнулась в ответ девушка. — Хотел бы я быть на его
месте! — невольно вырвалось у Дмитрия, и увидев, с каким недоумением
посмотрела на него Ника, он быстро сменил тему, сглаживая оплошность:
— Кстати, а что у тебя за проблемы с Саймоном? Может, в отсутствие
Алекса я могу тебе чем-нибудь помочь? — совершенно искренне спросил он
Нику, и уже в третий раз за эту ночь он увидел, как при упоминании о Саймоне
краснеет от смущения лицо девушки, и она в растерянности отводит свои глаза
в сторону.
Заинтригованный, Дмитрий попытался просканировать её мозг, чтобы понять, в
чём дело, и конечно же, наткнулся на сильный энергетический барьер,
выстроенный Саймоном. У Дмитрия ещё не было такой силы и умения, как у
Фёдора Матвеевича по взламыванию энергетических барьеров, и его попытки
проникнуть сквозь него были безуспешны. — Прости, Дима, но я не хочу
сейчас говорить на эту тему, — ушла от ответа Ника. — Не
обижайся. — Как скажешь, — пожал плечами Дмитрий. —
Увидимся завтра, на тренировке, — произнёс он и подавил тяжёлый вздох,
когда девушка, с улыбкой кивнув ему в ответ, закрыла двери своей комнаты у
него перед носом. — Мы делаем то, что должны делать, а эти бабы
— делают лишь то, что хотят! Пашешь и пашешь на них сутками, а взамен
— никакой тебе благодарности! — горестно думал Николай, охранник
закрытого тайного клуба.
Попивая кофе из термоса, он размышлял о том, какая всё-таки змеюка его жена,
Зинка. С виду маленькая, беззащитная и хрупкая, эта стерва кого угодно может
сжить со свету! Запилит своим пронзительным визгливым голосом так, что хоть
вешайся! Или домой не приходи... Верно ведь говорят, что хорошее дело браком
не назовёшь! — вздохнул Николай. — И ведь не докажешь, что всю
ночь не с девками гуляешь, а вкалываешь на работе как проклятый!
Полгода назад, когда Зинка чуть не запилила его до смерти по причине его
маленького заработка, ему как манна небесная через одного знакомого
свалилось предложение поработать охранником в каком-то тайном, глубоко
законспирированном клубе для богатых. Зарплату пообещали — более чем
приличную (даже Зинка заткнулась на какое-то время), работа — сутки
через двое. Жить можно. Если бы не муки совести и сомнения в законности
происходящих в клубе событий. Сомнения эти накапливались день за днём,
ложась на душу мрачной тенью.
Николай хорошо помнил тот день, когда он впервые вышел на эту работу. Какой-
то мрачный тип с уголовной внешностью подъехал к его дому, завязал у
подъезда ему глаза (конспирация, ё моё!) и привёз куда-то за город, к какой-
то полуразвалившейся часовенке из красных кирпичей. Вход в эту часовенку
преграждали нешуточные массивные дубовые двери, выглядевшие так, словно они
были способны выдержать прямое попадание ядерной боеголовки. — Богатые
люди любят экзотику, — пояснил ему мрачный тип. — Твоя задача
— охранять эти двери и пропускать внутрь только по определённому
паролю. Пароль будет меняться каждый день, ты будешь узнавать его от меня.
На сегодня — пароль "Люциус".
Николая впустили внутрь и он уселся на своё новое рабочее место — за
небольшим столом в коридоре, прямо за дверями. В тот день, как и во все
последующие, посетителей было мало, и все они приезжали в серых рясах с
остроконечными капюшонами, накинутыми на голову и скрывающими их лица. В
течение дня всё было спокойно, и Николай лишь радовался как всё здорово и
удачно складывается в его жизни. Но вечером произошло что-то странное. На
его глазах двое "серых" (как он называл про себя людей в рясах), протащили
вниз какой-то мешок. И то, что в нём лежало, очертаниями сильно смахивало на
человеческое тело.
Остолбеневший Николай лишь пропустил этих двоих с их ношей внутрь и видел,
как они потащили этот мешок вниз, по ступенькам, в подвал. Туда, куда ему
запрещалось входить под страхом смерти.
Через минуту один из серых вернулся к Николаю и приглушённым голосом
произнёс, протягивая ему пухлую пачку купюр, перетянутую резинкой: —
Вот твой аванс. И помни: у нас — тайное общество, поэтому —
никому ни слова!
Судорожно сглотнув, Николай взял протянутую ему пачку денег чуть дрогнувшей
рукой. Когда серый удалился, он повнимательнее взглянул на свой аванс, и у
него чуть не отвисла челюсть. Здесь было столько денег, сколько раньше он
зарабатывал за год! Он представил себе, как удивится Зинка, когда он швырнёт
эту пачку денег прямо ей в лицо! — при этой мысли лицо Николая
расплылось в довольной улыбке, и все его сомнения и терзания совести тут же
были загнаны куда подальше.
В последующие дни загадочные мешки проносили внутрь нечасто, примерно раз в
две недели. И тогда душу Николая, бывшего спецназовца, прошедшего Чечню,
наполняли дурные предчувствия и муки совести. Но все эти душевные терзания
прекращались как по волшебству, когда ему выплачивали зарплату, которая с
каждым месяцем всё росла и росла.
Внезапно горестные размышления Николая о стерве-жене прервал решительный
стук в массивную дубовую дверь. Он отодвинул задвижку, и словно через
амбразуру танка, посмотрел на нового гостя. Вновь прибывший выглядел
стандартно — серая ряса, капюшон, скрывающий лицо. — Пароль?
— чуть позёвывая, поинтересовался Николай. — Архангел! —
жизнерадостно произнёс "серый", откидывая капюшон с лица. — Но...
— заикнулся было Николай и тут же смолк, поскольку пронзительный,
гипнотический взгляд ярко-голубых, как небо, глаз, накрыл его разум
стремительной волной и подчинил его чужой воле. Медленно, словно во сне, он
отворил железный засов и пропустил незваного гостя внутрь. — Хорошая
собачка! — вошедший с усмешкой похлопал Николая по плечу, и одним
коротким, резким ударом вырубил охранника законспирированного тайного
общества.
Двигаясь уверенно и бесшумно, как бесплотная тень, Архангел спускался вниз
по лестнице, ведущей в подвал. Он знал, что его там ждало. Он видел это в
своих видениях.
Пятеро богатеньких папенькиных сынков решили, что за деньги они могут делать
всё, что угодно и оставаться безнаказанными. Их уже пресытил секс,
наркотики, экстрим. В поисках развлечений они решили создать своё тайное
общество, выдумали себе новоиспечённого демона и используя сатанинский
антураж, стали ему поклоняться. И все эти игры можно было бы назвать вполне
безобидными, если бы не одно обстоятельство. Они убивали людей. И этого
Архангел простить им не мог.
Резким рывком открыв подвальную дверь, он вошёл внутрь. Пятеро молодых
мужчин в серых рясах, обступившие обнажённую молодую девушку, лежащую со
связанными руками и ногами на каменном столе, остолбенело уставились на
вошедшего. В руках одного из них был кинжал в виде распятия, украшенный
драгоценными камнями. — Вы всё ещё не в белом? Тогда мы идём к вам!
— с иронией произнёс Архангел, чуть склонив голову набок и с лёгким
звоном вынимая из ножен свой меч.
Словно Смерть с косой, Архангел прошёлся между заметавшимися в панике
убийцами и богохульниками, и через несколько секунд всё было кончено.
Несколько молниеносных взмахов мечом — и пять отрубленных голов уже
валялись на полу, рядом с дёргающимися в последних конвульсиях
окровавленными телами.
Выполнив свою миссию, Архангел скинул с плеч серую рясу и закутал в неё
обнажённую дрожащую девушку, привязанную к холодному каменному столу. Подняв
с пола инкрустированный кинжал, он стал разрезать верёвки на её ногах и
руках. Похитители основательно накачали девушку наркотиками, поэтому она не
сопротивлялась, и лишь блуждающий взгляд серых, с расширенными зрачками,
глаз, равнодушно скользил по лицу спасшего её мужчины. — Ты меня
хочешь? — вдруг спросила она каким-то бесцветным, безжизненным
голосом. — Ох, уж эта молодёжь! Я не беру плату за спасение натурой!
— усмехнувшись, покачал головой Архангел.
Освободив руки и ноги девушки, он усадил её на стол, и пристально
вглядываясь в помутневшие глаза, своей энергетикой принялся исцелять тело и
разум спасённой жертвы. — Ну вот, теперь совсем другое дело! —
через несколько минут как факт отметил Архангел. — Как ты себя
чувствуешь? — поинтересовался он. — Где я? Что происходит? Кто
вы? Что это за место? — в шоке спросила девушка, с уже вполне
осмысленным удивлением озираясь на отсыревшие стены мрачного затхлого
подвала, изрисованные матерными словами, пентаграммами и черепами, и
недоумевающе уставившись на серую рясу, накинутую на её голое тело.
Когда же её взгляд упал вниз, на валяющиеся трупы с отрубленными головами и
грязный побуревший пол, весь залитый кровью, её лицо побелело, и с коротким
возгласом "О Боже!" — она без чувств рухнула на каменный стол.
Вздохнув и покачав головой, Архангел склонился над девушкой, чтобы
дотронуться рукой до её лба и привести в чувство.
Но его рука замерла на полпути. Архангел застыл в неподвижности, чувствуя,
как по позвоночнику пробегает вверх лёгкий холодок. В ушах раздался лёгкий
звон, а в глазах потемнело. Эти чувства были ему уже знакомы. Он испытывал
их каждый раз перед тем, как получить новое видение.
Он уже привык видеть перед своим мысленным взором различные зверства,
насилие и убийства, но то, что он увидел на этот раз, заставило его
закалённую душу похолодеть от страха. От страха за женщину, которую он так
долго ненавидел, за ту, которая много лет назад призналась ему в любви...
— Мария... — с тревогой прошептал Архангел. — Молодец,
Алекс! — с лёгким кивком головы похвалила Мария. — Я знала, что
ты справишься! Ты молодец, не подвёл нас! — Здесь я не один молодец,
— произнёс он с усталой улыбкой, обнимая Нику за плечи. — Вот
кого мы должны благодарить в первую очередь!
Кивнув головой, Мария мягко рассмеялась в ответ: — Да, ты прав!
— произнесла она, с улыбкой глядя на девушку. — Вы оба молодцы!
А теперь идите, у вас впереди — куча дел! Алекс, прими с дороги душ,
переоденься и идите с Никой позавтракайте! — по-матерински заботливо
дала указание Мария. — А потом — приступайте к тренировке!
— добавила она, не дав Алексу возможности отдохнуть после тяжёлого
пути. Она чувствовала, что впереди их ждут тяжёлые испытания, и от их силы,
выносливости и подготовленности будет зависеть судьба всего Ордена. —
На счету каждая минута! — тихо прошептала она, глядя на удаляющиеся
спины ребят, выходящих за дверь. — Ты вернулся! — с сияющими от
счастья глазами Ника кинулась на шею Алексу, как только они зашли в его
комнату. — Наконец-то ты вернулся! — прошептала она, зарывшись
лицом в его сильное и такое родное плечо. — Я так испугалась, когда
поняла, что ты в опасности! — Ты спасла мне жизнь, мой ангелочек!
Теперь всё позади, девочка моя! — Алекс обнял её, крепко прижав к
себе, и Нике показалось, что она растворяется в этих объятиях. Она вдруг
отчётливо поняла, что они с Алексом были двумя половинками единого целого,
нерушимого и вечного, и в её душе воцарилось такое счастье и гармония, что,
казалось, она сейчас оторвётся от земли, преодолев земное притяжение, и
унесётся ввысь. — Ты плачешь? — тихо спросил Алекс, с нежностью
вытирая слезинки, катящиеся из её глаз. — Это от счастья! — так
же тихо ответила девушка. — Я люблю тебя, Сашенька! — её
блестящие от набежавших слёз глаза напомнили Алексу два огромных сияющих
изумруда. — Я тоже люблю тебя, моя красавица! — со счастливой
улыбкой ответил ей Алекс, ещё крепче прижимая Нику к себе, словно самое
драгоценное сокровище во всей Вселенной. — Неужели это и вправду ты?
— спросила Ника, внимательно вглядываясь в лицо своего любимого, и
Алекс с удивлением заметил, что в её взгляде промелькнуло сомнение. —
А кто же ещё? — удивился он. — Что ты делаешь? —
озадаченно улыбнулся Алекс, когда Ника зачем-то потыкала пальцем в его
грудь. — Это слишком хорошо, чтобы быть правдой! — объяснила
она. — Так, признавайся, чем ты тут без меня занималась? — с
улыбкой поинтересовался он, заинтригованный её поведением. — Всем
понемногу! — туманно, но честно ответила Ника, прижимаясь к Алексу и
вновь зарываясь лицом в его плечо. Она не хотела, чтобы он увидел в её
глазах замешательство и растерянность.
Она до сих пор не знала, как ей относиться к тому, что произошло между ней и
Саймоном, и стоит ли об этом рассказывать Алексу. Не обдумав по-хорошему всю
эту ситуацию, Ника решила, что пока не будет торопиться с откровениями. Что
же касается её поцелуя с Дмитрием, то после объяснения с ним она твёрдо
решила, что об этом Алекс никогда не узнает. По крайней мере, от неё. Она не
станет разрушать их с Дмитрием дружбу. — Всем понемногу? —
удивлённо переспросил он. — Ладно, не буду тебя пытать! —
улыбнулся он. — Позволь мне сейчас принять душ и переодеться с дороги,
потом я зайду за тобой и мы позавтракаем. А затем — на тренировку, в
спортзал: приказ Марии — это закон, — вздохнул он и после
небольшой паузы с хитрой улыбкой добавил: — А вечером мы с тобой
продолжим то, на чём расстались! И так просто ты от меня не отделаешься!
— Обещаешь? — лукаво улыбнулась Ника. — Обещаю! —
рассмеялся в ответ Алекс.
Старейшина Иннокентий Михайлович, сидевший в уютном кресле в кабинете Марии,
с улыбкой смотрел на довольное лицо парапсихолога Ордена. — Итак,
компромат у нас, — подвела итог Мария. — Мы уже связались с
надёжными влиятельными людьми и уже вечером этот компромат будет передан в
руки тех, кто сможет им распорядиться. Теперь Ворон уже не будет
представлять для нас такой опасности, как раньше, так как он не только
утратит свою власть и влияние, но и окажется за решёткой. А оттуда делать
нам пакости ему будет уже гораздо труднее, — иронично улыбаясь,
произнесла Мария. — Наконец-то мы добьёмся своего и сотрём его с лица
Земли! — Это кого здесь собираются стирать? — неожиданно
произнёс холодный, ироничный голос. Ворон, собственной персоной
материализовавшись за спиной Марии, быстрым движением нажал на точку на её
сонной артерии и подхватил потерявшую сознание женщину на руки. — Это
не вы сотрёте меня с лица Земли, это я сотру в порошок вашу жалкую
организацию! — улыбнулся он старейшине, и эта улыбка, словно
высеченная в камне, не оставляла ни малейшего сомнения в том, что он
выполнит угрозу. — У вас есть то, что принадлежит мне! —
произнёс он ледяным тоном, надвигаясь на Иннокентия Михайловича.
Ворон с усмешкой перевёл свой взгляд с лица старейшины, смотрящего на него с
презрением и укором, на ровную, плоскую стену в кабинете Марии и пристально
уставился на точку в двух метрах от пола. С тихим щелчком отворился замок
потайного сейфа, и его дверцы бесшумно распахнулись, открывая доступ к
содержимому, среди которого находился и компромат, с таким трудом добытый
Алексом.
Лёгким взмахом руки Ворон телепортировал всё содержимое сейфа в свой рабочий
кабинет в Обители Тьмы. После этого он с холодной, презрительной насмешкой
поглядел на застывшего в углу старейшину, парализованного мощной энергетикой
чёрного мага, а затем таким же взмахом руки на расстоянии свернул шею
Иннокентию Михайловичу, старейшему члену Ордена Света. — Тебе пора на
отдых, старик, — с издёвкой произнёс он, наблюдая, как тело
старейшины, словно подкошенное, с глухим стуком падает на пол.
В этот момент дверь в кабинет распахнулась, и вбежал Ян. Проходя мимо по
коридору, целитель почувствовал смерть старейшины, хоть и не мог определить
её причины. Увидев открывшуюся перед ним картину, он замер, в шоке наблюдая
за тем, как очертания фигуры Ворона с Марией на руках бесшумно растворяются
в воздухе.
Ян кинулся к поверженному Иннокентию Михайловичу и сразу понял, что не в
силах вернуть его к жизни. Он умел исцелять живых, но возвращать с того
света мёртвых было не в его власти. — Мария! — с тревогой
прошептал Ян. — Надо предупредить старейшин! — пробормотал он и
бросился бежать в Тронный Зал.
Старейшин было всего трое, и с лицами, застывшими от скорби, они стояли друг
напротив друга посреди Тронного Зала. Они почувствовали смерть Иннокентия
Михайловича, словно эта смерть была их собственной. Они настолько долго
работали вместе, их энергетика и биополя настолько переплелись между собой,
что смерть одного из них невыносимой физической болью и чувством огромной
утраты отозвалась в каждом.
Они без слов поняли всё, что происходит, и когда Ян ворвался в Тронный Зал,
ему уже не было необходимости объяснять им что-либо. Они уже всё знали. В
момент смерти Иннокентия Михайловича они поняли, что Ворон пробил Защитный
Экран Ордена, телепортировался в кабинете Марии, забрал компромат, убил
старейшину и похитил Марию.
Они поняли всё, и даже то, что всё это время среди них был предатель. И этим
предателем, длительное время саботирующим работу Ордена, день за днём
разрушающим Защитный Экран изнутри, был Борф.
Борф сидел в одиночестве в одном из особняков Ворона, в красиво обставленном
рабочем кабинете, раскинувшись в уютном кресле и ожидал прихода Ворона. У
него не было сомнений или терзаний совести относительно своего поступка.
Приняв решение однажды, он уже больше не сомневался в правильности
выбранного им пути. Он взвесил все за и против и пришёл к выводу, что его
предательство принесёт больше пользы для людей этой Земли, нежели его
преданность Ордену.
Полгода назад Ворон предложил ему сделку. Используя дар убеждения и знание
психологии, он смог убедить Борфа, что то, чем занимается Орден Света,
— это всего лишь мелочи, капля в море по сравнению с той пользой,
какую могла бы принести организация такого уровня для всеобщего блага
человечества.
Уставившись немигающим взглядом куда-то в пространство, Борф вспоминал
события полугодовой давности. — Ты мог бы стереть зло с лица всей
Земли! — вкрадчиво улыбаясь, убеждал его тогда Ворон. — Ваш
Орден и на сотую часть не использует те возможности, которыми он обладает. Я
считаю, что проблемы преступности необходимо решать на государственном
уровне. Нужно изменять систему, нужно совершенствовать милицию, социальную
сферу. Только так можно что-то изменить в этой стране и принести реальную
пользу! И я могу помочь тебе в этом... Хоть ваш Орден стараниями Марии и
записал меня в число врагов, я не считаю себя злодеем. Я не делю мир на
белое и чёрное, — вздохнул Ворон, стараясь придать тону своего голоса
максимально убедительное выражение. Борф сидел в кресле молча и с
непроницаемым выражением лица выслушивал его монолог. — Я просто
бизнесмен, деловой человек, и везде ищу выгоду. Я отделился от Ордена, когда
понял, что только настоящая, реальная политическая власть в силах изменить
что-либо в этой стране. Спасая жизнь каким-нибудь глупым девчонкам,
шляющимся посреди ночи после пьяных вечеринок и дискотек, снимая с крыш
самоубийц, этих идиотов, которые сами сделали свой выбор, вы тратите силы и
свой дар впустую. Вы мечете бисер перед свиньями. Так ли опасны все эти
маньяки, садисты и убийцы, которых вы ловите, по сравнению с некоторыми
государственными деятелями? Ведь полно политиков, депутатов, чиновников,
которые приносят несравнимо больший огромный вред этой стране! Как пиявки,
наживаясь на богатстве России, они не приносят никакой пользы, хоть и
обладают достаточной силой, властью и влиянием, чтобы изменить ситуацию в
стране, облегчить жизнь простым людям! Зачем тратить свой дар на то, чтобы
останавливать каких-то жалких маньяков, несчастных психов, счёт жертв
которых исчисляется единицами, если можно принести пользу миллионам! Нужно
мыслить масштабнее! — с горячностью воскликнул Ворон. С
удовлетворением он отметил, что в глазах Борфа промелькнуло едва заметное
согласие с этой мыслью. (- Я на верном пути! — понял Ворон, и с
удвоенным пылом продолжил "обрабатывать" старейшину). — Я готов
предоставить тебе такую власть и влияние! Я готов предоставить тебе нужные
связи и возможность перенести битву добра и зла на государственный уровень!
Изменив систему, ты будешь в состоянии контролировать и тюрьмы, и больницы,
и детские дома, и школы, и все социальные учреждения. Ты сможешь создать
целую систему отслеживания и контроля за преступными мыслями людей во
всероссийском масштабе, раз и навсегда решив проблему предотвращения
преступлений! Ты создашь свой Орден, и станешь его руководителем, своей
мудростью ведя эту страну к процветанию и прогрессу! Только так ты сможешь
приносить настоящую, РЕАЛЬНУЮ пользу людям! Я не собираюсь переманивать тебя
на сторону зла, или даже на свою сторону! — иронично улыбнулся Ворон.
— Ты будешь сам по себе, и создашь свой Орден, свою организацию, и
станешь бороться со злом так, как считаешь нужным, ни под кого не
подстраиваясь!
Ворон ненадолго замолчал, давая время Борфу поразмыслить над услышанным.
После небольшой паузы он продолжил: — Подумай над тем, что я сказал,
Борф! Я предлагаю тебе доступ в государственные структуры! — вкрадчиво
произнёс Ворон, склонившись над старейшиной, по-прежнему невозмутимо
сидевшем в кресле.- Взамен я прошу от тебя совсем немногого. Я лишь прошу
тебя информировать меня обо всём, что происходит в Ордене, и вносить
небольшие помехи в ваш Защитный Энергетический Экран. Это такая малость!
— Понимаю, — сочувственно кивнул Ворон, видя сомнение,
промелькнувшее в глазах старейшины. — Ты знаешь, что в результате
твоих действий я смогу убить всех членов Ордена Света. Но вспомни вашу
арифметику, нелёгкую арифметику Орд
...Закладка в соц.сетях
