Жанр: Любовные романы
Женщина для Адама
... — тоже их семейная черта.
- Ему пришлось рано повзрослеть. — Брови Адама сошлись на
переносице.
- Понимаю, обстоятельства заставили.
Адам кивнул. Казалось, он не замечал, как его пальцы медленно поглаживают ее
стройные ноги. Но Анна замечала это очень хорошо, даже слишком.
- Джейк молод. Плохо, что на него и сестру свалилось столько
ответственности. Теперь Кейт приходится заменять близнецам мать. — Он
посмотрел на нее из-под тяжелых век, и она поняла, что нежная ласка его
пальцев не случайна.
- Теперь, без сомнения, ей поможет Джессика, — спокойно заметила
Анна. — Так ты планировал, верно? — не удержалась она от
скептических ноток в голосе. Она не помнила лица невесты Адама, в памяти
звучал лишь ее холодный, хорошо поставленный, но какой-то равнодушный голос.
- Джессика старается... и близнецы тоже.
- Они чудесны, — тепло промолвила Анна, вспоминая их ангельские
мордашки.
- Им очень не хватает родителей, — произнес Адам. — Бена и
Тесс.
Его лицо посуровело, и сердце Анны сжалось.
- У малышей есть ты!
Адам бросил на нее удивленный взгляд.
- Из меня вряд ли получится хороший отец.
- У тебя есть неплохие задатки им стать. Я уже говорила, помнишь?
- Наверное, все, что ты говорила, навсегда останется у меня в памяти.
Признание было настолько неожиданным, что Анна поспешила скрыть смущение за
потоком слов:
- Родителями не рождаются, ими становятся. Мама с папой почти отчаялись
иметь детей, но потом появились мы трое, и они справились. Ты тоже
справишься. Сначала будет трудно, но потом ты научишься заботиться о детях,
— запинаясь, закончила она.
Что он имел в виду? Почему ее слова навсегда останутся у него в памяти?
Неужели она произвела на него более глубокое впечатление, чем ей кажется?
Ближе к действительности, Анна! — жестко одернула она себя. Он хочет
получить от тебя только одно — твое тело!
- Не ожидал таких радужных прогнозов в мой адрес, — произнес
Адам, как-то странно посматривая на нее.
Анна не вынесла его пристального взгляда и отвернулась.
- Неужели ты полезла под колеса не ради сенсационных заголовков?
— резко сменил тему Адам. —
Отважная демонстрантка, рискуя
жизнью, вырывает старушку из лап смерти
. Пресса воспела бы столь геройский
поступок!
- Ты считаешь меня ненормальной? — вспылила она. — По-
твоему, я способна на такие уловки? Борьба с бюрократами — серьезное
дело, нужно уметь воздействовать на людей, убеждать их словом, а не
дурацкими трюками! Общество должно...
- Побереги свой пыл для выступлений перед камерой. — Он
наклонился вперед и легонько приложил к ее губам палец. — Что с твоим
чувством юмора? Я просто пошутил.
Воздушное прикосновение снова вызвало в душе Анны целый вихрь эмоций, и она
подозрительно прищурилась:
- Спасибо, с моим чувством юмора все прекрасно. Зато твое оставляет
желать лучшего.
- Ого! — Он поморщился. — Неужели во главе этого движения
против сноса домов стоишь ты?
- На самом деле много людей...
Он нетерпеливо махнул рукой.
- Но ведь сегодняшней демонстрацией, по сути, руководила ты? Никогда не
встречал человека с таким запасом жизненной энергии — духовной и
физической, — задумчиво проговорил Адам.
Эта его неохотная похвала сбила ее с толку.
- Мне нравится побеждать. — В один прекрасный день она одержит
победу и над упрямым Адамом Диконом. Так думала Анна, напрочь забыв о том,
что решила держаться от него подальше.
- Тогда зачем тебе этот неудачник Саймон?
- Саймон не неудачник, — заметила она, и ее глаза гневно
сверкнули. — Ты не знаешь его, и он вовсе не мой.
- Но ведь он допустил, чтобы ты поехала в госпиталь со мной? —
напомнил Адам. В его взгляде читалось неприкрытое презрение к мужчине,
которым так легко управлять. — Я насквозь вижу людей его сорта,
— продолжал он с непонятной злобой. — Мальчишеское обаяние,
беспомощный взгляд маменькиного сынка... все это лишь для того, чтобы
пробудить в тебе материнские инстинкты, чтобы захотелось приласкать его.
- Никаких материнских инстинктов Саймон во мне не пробуждает! — с
невозмутимой улыбкой заверила его Анна.
- Теперь, конечно, расскажешь байку о том, что вы с ним просто
старые
друзья
, да?
- Я знаю Саймона с детства и высоко ценю его дружбу. Он добрый,
надежный, понимающий... —
И скучный
, — добавил вредный голосок
в ее голове, и Анна в ужасе поспешила продолжить: — Он не
самовлюбленный наглец, считающий себя центром вселенной. Он... — Слова
потонули в тепле его губ, когда Адам склонился над ней и крепко поцеловал.
- Он никогда не осмелится пойти на такой презренный поступок, —
хрипло прошептал он в ее раскрытые губы.
Еще недавно Адам сам не пошел бы на это, но в Анне было нечто такое, что
заставляло его изменять своим правилам.
- Быть рядом с тобой и не прикасаться к тебе выше моих сил, —
сделал он горькое признание.
Анна подняла тяжелые веки и посмотрела в его тронутое загаром лицо. Он был
так близко, что она видела крошечные морщинки в уголках его глаз, слышала
его дыхание.
- Ты прав, Саймон не способен на такое, — проговорила она с
хрипотцой в голосе. Ее губы подрагивали, и она захватила нижнюю зубами.
— В тебя влюблена моя сестра. — Господи, что я несу! —
ужаснулась Анна.
- Которая? — спросил Адам, поглаживая большим пальцем округлость
ее щеки.
- Не умничай. — Она из последних сил пыталась отвести взгляд от
его зеленых глаз, которые словно гипнотизировали. Теперь, когда она выдала
секрет, нельзя позволить ему высмеять ее.
Адам рассмеялся, как ей показалось, бессердечным смехом.
- Ничего смешного! Странно, что ты не предложил должность жены и матери
ей; она куда лучше Джессики!
- Считаешь, она бы заинтересовалась? Польщен. Однако нас с Розалиндой
связывают только профессиональные отношения. Начни она испытывать ко мне
более личные чувства, я бы обязательно заметил и не допустил бы никаких
романов на рабочем месте.
Его слова показались Анне безжалостными, но она промолчала. Потом вспомнила
взволнованный голос сестры по телефону и спросила:
- Почему ты считаешь себя таким проницательным? Может, она скрывала
свои чувства?
- Линда сама сказала, что влюблена в меня?
- Нет... но...
- Что она сказала?
- Что плохо ладит с новым хирургом, что скучает по временам, когда
работала с тобой.
- Из этого следует вывод, будто она влюблена в меня? — язвительно
усмехнулся Адам.
- У нее был такой... такой беспокойный голос. А ведь Линда —
олицетворение спокойствия.
- В отличие от тебя, — сухо пробормотал он. — Слушай, Линда
помешана на работе. Я бы доверил ей провести операцию любой сложности. Что
касается проблем с новым хирургом, то, когда в коллективе появляется
новичок, всегда возникают какие-то трудности. Может, Линда чувствует себя
невостребованной. Когда мы работали вместе, я в каком-то смысле
покровительствовал ей. — Он нахмурился. — Придется поговорить со
Стивеном...
Анна вздохнула с облегчением.
- Не надо. Линда очень независимая. Ты, правда, считаешь, что она
волновалась только из-за того, что ей не хватает твоей помощи? — Было
ужасно ревновать к собственной сестре. Анна сгорала от стыда, но чувство,
которое она испытывала, называлось именно ревность.
- В молодости на меня очень повлиял один человек. Если бы не его
поддержка, я бы забросил медицину. Ангус Монфорд был прекрасный учитель и
верный друг.
- Был? — тихо повторила Анна. Грусть, прозвучавшая в голосе
Адама, глубоко тронула ее.
- Ангус умер три года назад. Джессика — его внучка, —
коротко объяснил он.
Анну затопило безнадежное чувство потери. Джессика — внучка человека,
которому Адам обязан своей карьерой! Он никогда не бросит ее ради страсти,
которая для него не больше чем мимолетное увлечение. Сердце ее защемило от
боли.
- Значит, ты давно знаком с Джессикой?
- Вообще-то я познакомился с ней на похоронах. Она была совершенно
разбита.
- И ты утешил ее. — Анна представила, как он мог ее утешать.
Картина была тошнотворной. — Если она была такой преданной внучкой,
странно, что ты не встречался с ней до похорон.
- Ничего странного, — ответил Адам. Лицо его стало таким суровым,
что Анна почувствовала себя провинившейся девочкой. — Ангус был
замечательным человеком и выдающимся врачом, многие тяжело перенесли его
смерть.
- Значит, я сделала поспешные выводы. Уверена, у Линды хватит ума не
связываться с человеком, который уже занят. Такие связи не приносят счастья.
- Как ты тонко подметила! — (Анна покраснела от его нарочито
восторженного тона.) — Только не нужно намекать на наше с тобой
знакомство. Если Линда и влюблена, то не в меня. Всегда заметно, когда
женщина любит мужчину.
- Всегда?... — Плохие новости, подумала она, закрывая глаза.
- Саймона ты не любишь.
У Анны вырвался вздох облегчения, который легко мог сойти за выражение
гнева.
- Нельзя не заметить, что ты не любишь Джессику! — Если Адам
перешел на личности, она отплатит ему той же монетой! Анна поймала его
ладонь, которая поглаживала ее щеку, и отбросила.
- Ради меня Джессика отказалась от выгодной должности —
должности, которой она долго добивалась. Значит, она достаточно привязана ко
мне. Она всегда рядом.
- И в благодарность ей ты хотел заниматься со мной любовью. —
Анна была шокирована.
- Думаешь, этому можно было противостоять? Господи, Анна, ты хоть
представляешь, что я пережил, когда увидел тебя под колесами машины? —
Он закрыл глаза, и дрожь прошла по его телу. — Едва с ума не сошел...
— простонал он, прикасаясь к ее лицу свободной рукой.
Волнение переполняло Анну.
- Адам, мне не нужны остатки твоей нежности к Джессике.
- Ты хочешь, чтобы я бросил ее? После всех жертв, на которые она пошла
ради меня и детей?
- От тебя я хочу только одного — чтобы ты оставил меня в покое!
— с отвращением в голосе ответила она.
Дальше ехали в гнетущем молчании. Когда такси остановилось, Адам молча
подхватил ее на руки — Анна не противилась, понимая, что сейчас опасно
с ним спорить, — и понес к дому.
Родители встретили ее так тепло и ласково, что ей на глаза навернулись
слезы.
- Не представляешь, сколько сегодня людей звонили, спрашивали о тебе!
Ты просто местная героиня, — сказала ей мать.
- Положи ее сюда, сынок. — Отец Анны подвел его к дивану, и Адам
осторожно опустил свою ношу на подушки. — Мы видели вас двоих в
новостях, показывали тебя, дочка, и доктора, который, к счастью, оказался
поблизости во время аварии.
- Замечательно.
Адам явно не слишком обрадовался своему появлению на экране. Теперь он
станет винить меня в том, что я втянула его в скандал, угрюмо подумала Анна.
- Мы очень благодарны вам, — сказал Адаму ее отец. —
Посидите с нами.
- К сожалению, нет времени. Меня ждет такси, нужно забрать мою невесту
и племянников. Дел невпроворот.
- Вы остановились в доме священника? — спросила Бет.
- В отеле, дом еще не обустроен. — Он умолчал о том, что
Джессика, мягко выражаясь, не пришла в восторг от нового жилища. — На
следующей неделе приедут рабочие, дому требуется небольшой ремонт. Мы хотим
переехать туда как можно скорее. Пока дети поживут у моей матери —
временно, ведь она уже совсем старенькая, и ей трудно присматривать за
четверыми.
Бет сочувственно кивнула, не делая вид, что впервые слышит о его
усыновленных детях.
- Тогда большое спасибо, что позаботились об Анне. Саймон рассказал
нам, как все было. — Она переглянулась с мужем с таким загадочным
видом, что Анне оставалось только догадываться, как именно описал
случившееся Саймон. — Вы разминулись с ним, он совсем недавно ушел
домой. И хорошо, что ушел, Анна терпеть не может, когда вокруг нее суетятся.
Она становится совершенно... хм... невыносимой, — сказала Бет, не
обращая внимания на протестующий жест дочери. — Вы, наверное, сами
заметили.
Адам мудро решил не комментировать ее предположение.
- До свидания, миссис Лейси, мистер Лейси. — Они с отцом Анны
пожали друг другу руки.
- Спасибо, дорогой Адам, — тепло поблагодарила его Бет и
выразительно посмотрела на дочь, напоминая ей о хороших манерах.
- Спасибо, — промямлила Анна. Слова
дорогой Адам
повисли в
воздухе, хотя ей ужасно хотелось произнести их.
Адам снова удивил ее: опершись рукой о диван, он наклонился и целомудренно
поцеловал ее в лоб.
- Не бери привычку попадать в неприятности, ладно? — с улыбкой
произнес он, но, когда наклонился ближе, Анна увидела, что глаза его не
улыбались.
- Мало надежды, что она послушается, — услышала она голос отца,
которой пошел проводить Адама до дверей. — Анна всегда отличалась тем,
что никогда не думала, прежде чем что-нибудь сделать.
На сей раз я превзошла саму себя, промелькнуло у нее в голове. Влюбилась и
совершенно не подумала о последствиях!
ГЛАВА ШЕСТАЯ
После двух дней ковыляния на костылях Анна скрипела зубами от злости. Не
наделенная от природы терпением, она изводила домашних нытьем.
- Ты не в настроении только из-за ноги? — поинтересовалась мать
после очередной вспышки раздражения у дочери. — Или травма просто
предлог?
- Как это понимать? — Анна прислонила костыли к стене и
потянулась за тарелкой. Она знала, что в последние дни стала невыносима,
испытывала чувство вины, но, тем не менее, не могла прекратить огрызаться.
- Ты в скверном настроении оттого, что растянула сухожилия, или по какой-
то другой причине?
Анна снова достала костыли и заковыляла по кухне.
- Не надо меня спрашивать, чтобы потом не пожалеть, — смиренно
заговорила она.
- Тебе не дают покоя мысли об Адаме Диконе? — сочувственно
продолжала Бет, наблюдая, как лицо дочери стало пунцовым, а потом
побледнело.
- Адам Дикон не имеет ко мне никакого отношения, — сухо ответила
Анна, но по глазам матери видела, что та верит ей не больше, чем если бы она
заявила, что белое — это черное. Мать никогда не напоминала ей о том
происшествии в спальне, свидетелем которого она стала, и Анна благодарила за
это Бога. Не хватает ей еще жалости!
Улыбнувшись, Бет вытерла мыльные руки о передник и отошла от раковины.
- Как скажешь, дорогая. Не думала, что ты сдашься без борьбы.
- Без борьбы!... Ты забыла, что Адам почти женатый человек? —
Анна стиснула зубы, чтобы не дать вырваться жалостному всхлипу.
- Почти.
- Мама!
- Девочка моя, иногда судьба сильнее обстоятельств.
- Неужели правда? — осипшим голосом спросила Анна, перестав
притворяться.
- Адам, наверное, еще не понял этого... Разве я сказала что-то смешное?
— спросила она, когда Анну затрясло от истерического смеха.
- Он и не поймет. Знала бы ты, какое мнение он составил обо мне, когда
мы впервые встретились. С тех пор оно стало только хуже.
Судьба сильнее обстоятельств! — уныло подумала она.
Адам Дикон прямо дал ей понять, что не пойдет наперекор своим убеждениям.
Когда его страсть остынет, наверняка он порадуется. Оставалось только
надеяться, что она тоже будет этому рада.
Днем Саймон отвез ее в маленький консультационный центр, который она
организовала в городе, где ей нужно было забрать рабочие документы.
Когда все нужные бумаги были найдены, она заметила, как Саймон с
любопытством оглядывает небольшое помещение. Клиентуры у Анны было немного,
но она была в хороших отношениях с врачами местного госпиталя, и они иногда
рекомендовали ее больным, которые доверяли нетрадиционной медицине.
- Вижу, ты здорово все обустроила, — заметил он, рассматривая
подвешенные к стенам светильники и стереоколонки.
- Музыка и приглушенный свет создают доверительную атмосферу, —
объяснила она.
- Запишешь к себе на прием?
- Тебя я могу принять дома, — вынуждена была согласиться она.
Трудно привыкнуть к этому новому Саймону: слишком он отличался от того
юноши, которого она знала.
- Нам пора.
Саймон вдруг как-то странно посмотрел на нее, и Анна почувствовала
неловкость.
Господи, как все переменилось, подумала она, закрывая дверь. Раньше я отдала
бы многое, только взгляни он на меня, а теперь... Вздохнув, Анна осторожно
спустилась по каменным ступенькам. Саймон поддерживал ее под локоть, не
переставая умолять ее беречься и побольше отдыхать. Но его забота вызывала у
нее не благодарность, а чувство возрастающего раздражения.
- Эй, привет! — (Анна встретилась взглядом с веселыми зелеными
глазами, и на мгновение у нее перехватило дыхание.) — Помните нас?
- Конечно, помню, — сказала она, быстро осмотрелась вокруг и
немного успокоилась. Адама не было видно, рядом стояли только его
племянники. Ты ведешь себя нелепо, одернула она себя, какая разница, пришли
они с Адамом или нет. Ты взрослая женщина, поэтому веди себя соответственно!
- Знакомьтесь, это Саймон...
Джейк кивнул молодому мужчине и снова повернулся к Анне. Она обнаружила, что
нисколько не смущена открытым любопытством в его глазах. Ей нравилась
простодушная непосредственность парня.
- Я — Джейк. — Он протянул Анне руку и рассмеялся своей
оплошности, заметив, что она опирается на костыли и не может пожать ее.
— Это Сэм и Натан, — сказал он, кивая на близнецов.
Анна встретилась взглядом с двумя парами одинаковых, широко раскрытых глаз.
- Привет, ребята.
- Дядя Адам пообещал, что вы не умрете, — заявил один из
близнецов.
- Он доктор, он лечит людей, — прибавил другой.
- Адам поехал вместе с Кейт присматривать ей школу, — заговорил
Джейк, — так что нам придется погулять час или два. Эти двое постоянно
просят то пить, то есть. Вы не знаете, здесь где-нибудь продается мороженое?
— спросил он.
Джейк неплохо справлялся с братьями, но все-таки чувствовал себя немного
беспомощным, когда оставался с малышами один. Они тотчас загалдели, услышав
о любимом угощении:
- Хотим мороженого!
Анна улыбнулась.
- Недалеко отсюда есть кафе, там подают чудесное мороженое с шоколадом
и фруктами, умереть можно! Джейк благодарно просиял, и она обрадовалась, что
сумела помочь. Интересно, бывает ли у Адама такое искреннее и открытое
выражение лица, подумала Анна.
- Мы не будем мороженое, — сказал Сэм, вырывая ладошку из руки
старшего брата.
- Не будем! — подтвердил второй малыш. — Она сказала, от
него можно умереть.
Анна испуганно переглянулась с Джейком.
- Прости, я нечаянно... — Она не ожидала, что дети поймут ее
буквально.
- Ничего, — спокойно ответил Джейк. — Просто в нашей семье
смерть
— запретное слово, — объяснил он и присел перед
близнецами на корточки: — Леди хотела сказать, что мороженое очень
вкусное. Не бойтесь, от него никто не умрет. Хотите, леди поедет с нами?
— спросил он у притихших братишек. — Вы поедете?
Анна не решилась отказаться.
- Саймон?...
- Милая, мне пора возвращаться, — ответил он, явно не в восторге
от того, как повернулись события, и даже не пытаясь скрыть испорченное
настроение. — Хочешь, через час заеду за тобой?
- Не утруждайся.
- Мне не трудно. Я заеду.
На прощание Анна подставила ему щеку, но Саймон вдруг поцеловал ее в губы.
Джейк неодобрительно посмотрел на них, и она смутилась — таким же
хмурым взглядом на нее смотрел его дядя.
Спустя десять минут они уже сидели в кафе и ели мороженое, красиво
выложенное в высокие цветные стаканчики.
- У вас на носу сливки, — сказал Анне Джейк, когда она выскребла
остатки из своего стаканчика.
- Спасибо. — Она достала платок, вытерла нос и вопросительно
взглянула на Джейка.
- Теперь чисто, — одобрил он и кивнул на перепачканных близнецов.
— Джесси упадет в обморок, когда увидит эту парочку.
- Она тоже в городе?
Анна не смогла скрыть неприязнь, но Джейк не подал вида, что заметил это.
- Она предпочитает не выпускать Адама из поля зрения, — с кислой
улыбкой ответил он.
Анна не знала, как дальше вести разговор и не выдать свой интерес к
обсуждаемому предмету.
- Влюбленным нравится быть вместе, — выдавила она наконец
нейтральный ответ.
- Влюбленным! — фыркнул Джейк. — Дядя Адам не любит ее.
- Думаю, узнай Адам, что ты обсуждаешь его со мной, он не пришел бы в
восторг, — стесненно произнесла она.
- Просто я чувствую себя дьявольски виноватым. Если бы не
ответственность за нас, дядя не стал бы связываться с...
В словах Джейка было столько муки, что на гладком лбу Анны пролегла
озабоченная морщинка.
- Ты не виноват, — заговорила она, искренне сопереживая ему.
— Твой дядя — взрослый человек, он способен сам принимать
решения. — Даже если все они дурацкие! — мысленно добавила она.
- Плохо вы знаете Джессику, — мрачно сказал Джейк. — Она
играет на дядином чувстве ответственности, ведь он считает, что обязан
обеспечить нас настоящей семьей. Мама называла Джесси прилипчивой как банный
лист. Дело в том, — продолжал он, — что в молодости дядя сильно
обжегся. Папа рассказывал, Адам просто помешался на одной девушке... на
одной женщине. Друзья предупреждали его, что она просто развлекается с ним,
но он не верил. Длинная история, но, в конце концов, она оставила его, и он
стал очень цинично относиться к женщинам. Конечно, он не превратился в
монаха, но все его пассии были похожи на Джессику — такие же холодные,
глупые и самовлюбленные.
Анна глубоко вздохнула.
- Не стоило рассказывать это мне, — серьезно промолвила она,
накрывая ладонью его руку. Оказывается, в юности Адам был искренним и
ранимым! К этому открытию нужно было привыкнуть. Не тогда ли Адам хотел
забросить медицину? Очень похоже на то. Видно, он пережил нечто большее, чем
просто увлечение. А вдруг Адам все еще мечтает о той таинственной женщине?
- Вы правы, мои проблемы вас не касаются... Извините, но иногда проще
довериться незаинтересованному человеку, — признался Джейк.
Виноватая краска залила ее лицо.
- Вовсе нет... — начала было Анна, но неожиданно закопошились
близнецы, и она осеклась. Они принялись с такой быстротой поедать мороженое,
что стаканчики опрокинулись и растаявшие сливки растеклись по скатерти и
закапали на пол. Краем глаза она заметила рядом начищенные до блеска ботинки
и медленно подняла голову.
- Вот вы где! — Ледяной взгляд Адама проследовал по беспорядку на
столе и остановился на невинно сомкнутых руках Анны и Джейка.
- Мы сбились с ног, разыскивая вас. Мог бы проявить побольше
ответственности, Джейк.
Анна перевела взгляд с каменного лица Адама на обладательницу этого нежного
голоска. Голоска, который холодно и монотонно извещал о своем недовольстве.
Лицо хозяйки голоса было ему под стать — безупречное, но лишенное
всякого выражения. Красота бывает пресной, и Джессика тому живое
подтверждение, безжалостно подумала Анна, оглядывая идеально сложенную
фигуру соперницы. Уж от нее-то Адаму нечего ждать неожиданностей.
- Вообще-то мы искали вас всего пять минут, — посмотрев на часы,
поправила ее Кейт и вышла из-за дядиной спины. — Привет, —
поздоровалась она с Анной. — Как ваша нога? Спасибо, что помогли нам
тогда по телефону. — Не дожидаясь ответа, она продолжила: — Я
предупреждала, что малыши проголодаются. Они способны есть без перерыва.
— Она наклонилась к младшим братьям и спокойно навела на столе
порядок.
- Если мы хотим успеть к твоей матери, дорогой, нам пора идти, —
прощебетала Джессика, привлекая внимание Адама к себе, но он продолжал
сверлить Анну тяжелым, нахмуренным взглядом.
- Простите за беспокойство, — промолвила Анна, ее губы слегка
дрожали. — Это я придумала пойти в кафе-мороженое.
- Неужели Хоуп Лейси — ваша сестра? — Недоверие било в
словах Джессики через край и потому становилось оскорбительным. — Я не
поверила, когда Адам рассказал мне об этом. Вы совершенно непохожи, особенно
когда выступаете перед камерой. &mdas
...Закладка в соц.сетях
