Жанр: Любовные романы
Столкновение характеров
...ь
себя от хищниц, и от тебя в том числе.
— Ты.., ты самодовольная свинья!
— Потому что уверен, что тебе нравлюсь.
— Это я должна тебе нравиться, кретин! Не забывай, ты мне за это
платишь! — Она заметила блеск его глаз, но слишком поздно; Аманда
попятилась, но он уже схватил ее за талию. — Пусти меня!
— Подожди! Ты ведь моя невеста и, кажется, любишь меня? И один поцелуй
в знак благодарности за королевский подарок не так уж и много? — Он
запрокинул ее голову и наклонился к пылающему лицу Аманды.
Она замерла, хотя каждая клеточка ее тела тянулась к нему.
— Мужчины, которые соблазняют девушек против их воли, давно вышли из
моды, — невозмутимо сказала она.
— Против воли? После вечеринки у меня сложилось другое мнение, а теперь
я просто уверен, что не ошибся. Я прошу немногого — один поцелуй.
— Только и всего?
— Представь себе!
Чувства, накопившиеся за неделю, когда Мэнди без устали дразнила его,
вырвались наружу. Он поймал губами ее рот и разжал языком губы. У Аманды
перехватило дыхание, и она в порыве страсти прижалась к Пьеру. Ее язык
затрепетал в ответной ласке. Они словно пили друг друга и все не могли
напиться.
Его руки скользили по тонкому шелку, лаская ее податливое тело. Он
расстегнул молнию, и платье спустилось, обнажая высокую, полную грудь.
Отпустив ее рот, он наклонился и приник к ее набухшим соскам.
— Господи, какая ты красивая! — застонал он и расстегнул молнию
еще ниже. Платье упало у ее ног; он поднял ее на руки, понес к кровати и
осторожно положил, не отрывая восхищенных глаз от ее тела. Скинув рубашку и
слаксы, он лег рядом. — Какие милые трусики, — прошептал он, а его
палец скользил между ее кожей и эластиком, — но как пояс верности они
не годятся!
— Зато у меня железная воля, — нашлась Аманда, и его глаза
насмешливо блеснули.
— Ты, Мэнди, за словом в карман не лезешь. Он нежно целовал ее, а руки
продолжали свое дело: ласкали каждый изгиб ее тела и наконец добрались до
шелковистых волосков на бугорке. Аманда напряглась.
— Нет? — прошептал он.
— Нет.
— Я так хочу тебя!
— Я заметила! — И она коснулась его затвердевшей плоти у своего
бедра.
— Но почему нет? — настаивал он. — Ведь мы оба взрослые люди,
и ты, наверное, пьешь таблетки?
Она не пила таблетки и не собиралась докладывать ему об этом. Да если он
узнает, что у нее был всего один мужчина и она спала с ним, потому что
думала, что они поженятся, он умрет от смеха.
— Не отказывай мне, — умолял он и опять приник к ее губам, а руки
скользили по нежной коже живота и спускались все ниже и ниже.
Он погладил мягкие волоски, и она вздрогнула от возбуждения и чуть не
раздвинула ноги, хотя прекрасно понимала, что если позволит овладеть собой,
то уже не сможет скрыть свои истинные чувства. Но у нее не хватило силы воли
сопротивляться, и ей хотелось насладиться этим мигом, ведь он может и не
повториться! Прежней Аманды, уверенной в том, что она поставит Пьера на
колени, уже не существовало, и больше всего она боялась, что, как только они
уедут отсюда, Аманда перестанет существовать для него.
— Пьер! — севшим от волнения голосом шептала она и дрожащими
руками гладила его широкие плечи, гибкую спину, все его мускулистое литое
тело, чувствуя, как он весь дрожит от возбуждения.
Его пульсирующая от возбуждения мужская плоть налилась и коснулась ее бедра.
Аманду захлестнула волна желания. Господи! Как она хотела, чтобы он вошел в
нее, наполнил своим семенем, заполнил каждую ее клеточку своей сутью.
"Я люблю тебя! — молча кричала Аманда, радуясь, что у нее хватает сил
сдержаться, и жалея, что нет сил оттолкнуть Пьера.
Словно чувствуя ее раздвоенность, он сильнее прижал ее к себе, приподнялся,
и вот она уже была под ним, а он опирался на руки, чтобы не причинить ей
боли своей тяжестью.
— Не отказывай мне, — прерывисто дыша, повторял он, и его глаза
горели страстью. — Я так тебя хочу, что даже мысли путаются. Как только
я тебя увидел, Мэнди, ты, как заноза, вошла в мою жизнь, и так глубоко, что
мне тебя уже не вынуть!
Она так мечтала услышать эти слова, хотя здесь не было главного — люблю!
Пьер говорил только о желании, о необходимости утолить бушевавшую в нем
страсть. И он думает, что, переспав с ней, ему это удастся? А если она
уступит, не скажет ли он: До свидания, Мэнди, и спасибо за приятные
воспоминания?
Аманда понимала, что именно так и может случиться, это придало ей силы
противостоять натиску Пьера, и она выскользнула из-под его тела.
От удивления он замер и лишь вопросительно поднял бровь. Вместо ответа Аманда прикрылась простыней.
— Пьер, я прошу тебя, уходи.
— Ты это серьезно?
— Да.
Он не спеша поднялся. Потянулся за рубашкой и трусами, а она смотрела на его
сильные мускулистые руки, смуглую кожу; потом опустила глаза ниже, и ее
пальцы чуть сами не прикоснулись к его плоскому животу и возбужденной плоти,
которую он не торопился прикрывать.
Заметив, что она следит за ним, он произнес:
— Жаль, что ты сказала нет. У нас с тобой получилась бы отличная
музыка.
— Не люблю шлягеры-однодневки.
— Но это музыка восьмидесятых.
— Значит, я родилась не вовремя.
Он застегнул слаксы и, не отрывая глаз от ее груди, подошел к ней, и Аманда
почувствовала, что ее выдают набухшие соски.
— И ты станешь отрицать, что меня хочешь?
— Хочу, но шлягер мне не нужен. Я хочу постоянства.
— Вот как? Маленькие девочки, которые играют по большой, могут остаться
ни с чем.
— Ничего, я рискну. — Она натянула простыню еще выше. — Пьер,
а тебе не наскучили шлягеры?
— Пока нет. Слушать их приятно, да и забываются они быстро: меня это
устраивает.
"Ну что же, яснее ясного, — подумала Аманда и про себя поблагодарила
его за откровенность. Понемногу она успокоилась и собралась с мыслями.
— Ну а как сюда вписывается Элен? — спросила она и с
удовлетворением отметила, что Пьер смутился. Посмотрим, сумеет ли он
выкрутиться на этот раз!
— Никак, — помедлив, ответил он. — Она как симфония, и, если
я начну слушать такую музыку, другая будет мне не нужна.
— Я тоже могу стать для кого-то симфонией.
— Не сомневаюсь.
Встретившись с ним взглядом, Аманда ничего не смогла прочесть в его глазах.
Она лишь увидела, как они посветлели, и даже в полумраке комнаты в них
появился серебристый блеск. Ей показалось, что его посетило какое-то
озарение.
Аманда ждала, сама не зная чего, но Пьер отвернулся и быстро застегнул
рубашку. Подойдя к двери, он оглянулся и спросил:
— Хочешь завтра утром пойти со мной на виноградники?
Удивленная, Аманда молчала. Он все время отказывал ей, а теперь... Может,
его отношение к ней все-таки изменилось? И теперь Мэнди для него не просто
хорошенькая мордашка и роскошное тело, которые легко купить, а потом так же
легко выбросить? Может, он уже думает об их совместном будущем? Просто хочет
сначала, подобно Свенгали, подчинить ее своей воле и потом никогда не
расставаться с ней? Судя по выражению его лица, так оно и есть — Аманда с
трудом сдерживала радость.
— С удовольствием, — сонным голосом ответила она и, как только он
вышел, помчалась в ванную за ночной рубашкой, нырнула в постель, взбила
подушку и улеглась, строя воздушные замки.
В дверь негромко постучали, и Аманда спустилась на землю. Сердце ее тревожно
забилось. Неужели это опять Пьер? Она включила ночник, надела халат, глухо
запахнула его и подошла к двери.
— Кто там?
Она очень удивилась, услышав голос Люсьена.
— Мэнди, можно с тобой поговорить?
— А что, утром нельзя?
— Я никогда не вижу тебя одну. Мэнди, впусти меня, пожалуйста. Я на
минутку.
Сжалившись, Аманда открыла дверь, жестом приглашая его войти.
— В чем дело? — спросила она, сев на край кровати.
— Я пришел просить прощения. Сегодня и тогда, в прошлые выходные, я
говорил тебе непростительные вещи.
Она не могла взять в толк, о чем он, но, видя его трагический вид, решила
его успокоить.
— Я.., я все уже позабыла, — пробормотала она.
— Только так и может ответить такая славная девушка, как ты. Но это ни
в коей мере не оправдывает мое поведение: я предлагал тебе помочь найти
работу в Париже, а сам только и думал о том, как затащить тебя в постель!
— Не ты первый, не ты последний! — скептически заметила она.
— Поверь, теперь мои чувства к тебе изменились. Просто до сегодняшнего
вечера, пока не увидел, как ты танцуешь с Пьером, я этого не осознавал. Я
люблю тебя, Мэнди, и хочу, чтобы ты стала моей женой.
— Женой? — Аманда от изумления не знала, что и сказать.
— Да, женой, — повторил Люсьен. — Когда закончится весь этот
фарс, надеюсь, ты останешься в Париже и позволишь мне узнать тебя поближе. Я
не тороплю тебя, моя дорогая. Просто не хочу, чтобы ты ушла из моей жизни.
Аманда совсем растерялась. Вид у него был такой, словно с тех пор, как они
простились вечером, Люсьен прошел все круги ада. Респектабельный фасад,
который он предъявлял миру, рухнул, а за ним оказался страдающий,
легкоранимый человек, переполняемый чувствами, с которыми он не в силах
справиться. Таким Люсьен нравился ей гораздо больше, но она знала, что
полюбить его никогда не сможет. Аманде было тяжело сознавать, что она
причинила ему боль. Как же глупо все получилось, она должна была предвидеть,
чем это кончится. Но, ослепленная любовью к Пьеру, Аманда не заметила
чувства другого человека.
— Прости, Люсьен, но я... Ты всегда будешь мне другом — добрым, верным
другом, но не больше.
— Откуда ты знаешь? Может, если мы будем чаще видеться...
— Это ничего не изменит. Любовь или есть, или ее нет.
— Но любовь может возникнуть, — настаивал Люсьен. — Не отвергай меня вот так, сразу.
— Я не могу иначе. Забудь меня, Люсьен.
— Не могу. — Он подошел к ней, наклонился и нежно поцеловал.
Аманда не ответила на его поцелуй. — Прости меня, Мэнди. Насильно мил
не будешь. Прошу тебя об одном: помни, если я вдруг стану тебе нужен, я
всегда буду рядом.
Молча она кивнула и со слезами на глазах смотрела, как он уходит.
Оставшись одна, она зарылась головой в подушку. Мысль о том, что она обидела
Люсьена, отравляла приятные воспоминания о Пьере. Аманда вдруг испугалась,
что ложно истолковала его поведение. Он предложил ей сходить вместе на
виноградники, а не выйти за него замуж!
Впрочем, разве это не говорит о том, что Пьер хочет изменить их отношения?
Ведь всего несколько минут назад она была почти уверена в этом. Глупо
сомневаться в его чувствах из-за Люсьена с его обидой. Пьер влюблен в
Мэнди. Она уверена в этом. Просто его пугает, что они такие разные.
Тяжко вздохнув, Аманда вытерла глаза. Давно пора отказаться от грубых
замашек, которые она придумала для Мэнди, и постепенно стать самой собой.
Больше никакого вульгарного хихиканья, никаких хочете и прочих выкрутасов.
С завтрашнего дня она начнет новую жизнь и докажет Пьеру, какая она
способная ученица!
И с этой приятной мыслью она улеглась поудобнее и сладко заснула...
Глава 11
На следующее утро Аманда проснулась в хорошем настроении и нежилась в
постели, думая о Пьере. Она по-прежнему ощущала его поцелуй на своих губах,
и тело сладко ныло при воспоминании о его ласках.
Аманда встала, приняла душ, тщательно оделась — модные брюки бирюзового
цвета, легкая майка в тон — и спустилась вниз.
Пьера она встретила в холле. Улыбнувшись, она приветливо сказала:
— С добрым утром!
— Утро и на самом деле доброе. Составишь мне компанию за столом?
— С удовольствием.
Они вошли в светлую, убранную цветами комнату, которая выходила на террасу.
Здесь, когда не было гостей, семья собиралась за столом, и хотя по обычным
понятиям комната выглядела большой, но по сравнению с другими комнатами в
замке казалась маленькой и уютной.
— Как спала? — спросил Пьер, выдвигая для нее стул.
— Отлично. А ты?
— Ужасно! Меня преследовали эротические видения.
— Надо было принять холодный душ!
— Мне бы и ледяной не помог! Она засмеялась и взяла свежевыпеченную
булочку.
— Ну, есть еще один способ...
— Догадываюсь. — Он пододвинулся к ней и подмигнул:
— Может, полечишь меня сегодня ночью?
Аманда удивилась и испугалась: неужели она для него всего лишь девочка на
одну ночь? У нее испортилось настроение, и уже не радовали ни солнце, ни
теплый день. Она отложила булочку и молча пила кофе, едва сдерживаясь, чтобы
не вылить его Пьеру на голову.
Тот с невозмутимым видом уплетал булочки с домашним абрикосовым вареньем, и
его спокойствие доводило Аманду до бешенства. Неужели те минуты вдвоем с ней
для него ничего не значат? Может, она просто дура и зря надеется на какое-то
общее будущее?
— Между прочим, — небрежно заметил он, наливая себе вторую чашку
кофе, — Люсьен и Мариетт просили меня попрощаться за них с тобой. Они
уехали ни свет ни заря: ему нужно в Париж по делам, а она отправилась в Сен-
Тропез.
"По делам? Неплохо придумано, — одобрила Аманда. — Интересно, что
бы сказал Пьер, если бы узнал, что ко мне ночью приходил Люсьен? Но об этом
он не узнает: у нее не было ни малейшего желания портить их отношения.
— Да что с тобой? — участливо спросил Пьер. — У тебя такой
вид, будто вот-вот взорвешься.
— Разве?
Пьер потянулся за очередной булочкой.
— Послушай, Мэнди, надеюсь, после сегодняшней ночи ты ничего такого не
подумала? Аманда вся похолодела. Значит, она права.
— Какого такого?
— Ну, что наша помолвка — это серьезно.
— Вот еще! Как только ты мне заплатишь, я уеду. Хоть сегодня.
— Ну зачем же сегодня, дорогуша. Пока я не уехал в Калифорнию, мне
нужна твоя защита.
— А как же ты обойдешься без нее там? — саркастически заметила
она. — Когда все красотки западного побережья начнут тебя домогаться...
— Ну, когда все, это не страшно, — усмехнулся Пьер. — И
вообще, там женщины намного раскованнее в вопросах секса. Они не используют
его в качестве наживки для ловли мужа.
Проглотив обиду, Аманда решила поймать его на слове.
— Знаешь, все-таки это была безумная затея: использовать меня как
прикрытие, если у тебя вроде бы и так есть прекрасная невеста.
— Никаких вроде бы, — заявил Пьер. — Ведь я же говорил:
если мама узнает, она настоит, чтобы я сказал и мадам Ле Блан, а Элен этого
не хочет, и ты отлично знаешь почему.
— Если бы она тебя любила, ей бы хотелось, чтобы о помолвке знали все.
— Сначала она хочет закончить учебу. — натянуто ответил Пьер.
"А ты хочешь врать и дальше, — подумала Аманда, вспомнив, что говорил
о Пьере и Элен Люсьен. Господи, ну какой мужчина скажет о женщине, которую
любит, роза без запаха? У нее возникло искушение заставить его раскрыть
карты, но из осторожности она сдержалась.
— И вообще, почему мы обсуждаем Элен? — спросил Пьер. — Она
тебя не касается.
Аманда пожала плечами; и у нее опять затеплилась надежда. Чем больше он
настаивал на этом вымысле, тем больше становилась уверенность Аманды в том,
что таким образом он отгораживается от нее.
— Ты не против, если мы с тобой отложим обход виноградников? У меня
скопилось много дел.
— Согласна.
Тут вошла мадам Дюбрей, и Пьер встал выдвинуть ей стул.
— Ты сегодня рано, мама.
— Я жду приезда Моник. — Мадам Дюбрей села и приветливо улыбнулась
Аманде.
— Моник? — переспросил Пьер.
— Да, мой дорогой. Мадам Ле Блан. Вчера они с Элен приехали встретить
новых жильцов и обговорить все условия. А потом на несколько дней заедут к
нам.
Аманда с удовольствием отметила, что Пьер остолбенел от этой новости. Его
ложь обернулась против него самого, и ей не терпелось узнать, как ему
удастся выпутаться из ситуации, которая может оказаться весьма сложной.
— Я так рада их приезду, — продолжала мадам Дюбрей. — Жаль,
что после смерти отца они уехали отсюда.
— И когда же они приезжают? — спросил Пьер.
— Сегодня утром.
— Тогда я, пожалуй, отложу дела на сегодня.
Выходя из комнаты, он взглянул на Аманду, но она сделала вид, что ничего не
заметила.
"Главное, чтобы он не успел позвонить Элен и с ней обо всем
договориться, — подумала Аманда, залпом допила кофе и поспешила за
Пьером.
Ни в кабинете, ни в библиотеке его не было, и она уже поднималась наверх к
нему в комнату, как вдруг услышала голос Пьера на улице.
Аманда выбежала и увидела, что он разговаривает с управляющим. С невинным
видом она подошла и взяла Пьера под руку.
— Мэнди, я занят. Пойди лучше позагорай.
— Я хочу быть с тобой. — Она потерлась щекой о его плечо, заметив,
что управляющий добродушно улыбается.
Мужчины продолжали свой разговор, и Аманда с интересом слушала, притворяясь,
что не понимает ни слова. Как только управляющий ушел, Пьер с раздражением
заметил:
— Послушай, Мэнди, мне нужно срочно позвонить. Пожалуйста, займись чем-
нибудь...
Но Аманда не собиралась отступать. Если он думает, что она даст ему
позвонить Элен, его ждет большое разочарование.
В этот момент к замку, шурша гравием, подкатил серебристый ситроен и резко
затормозил в нескольких метрах от них.
Пьер замер, смуглые щеки залило краской, и он какой-то одеревенелой походкой
пошел к машине. Аманде даже стало его жалко.
— Как я рада тебя видеть, Пьер, — приветствовала его, выходя из
машины, дородная седовласая женщина в серо-голубом платье. Выше среднего
роста, с внушительным бюстом — глядя на нее, не верилось, что хрупкое
создание, выпорхнувшее вслед за ней, ее дочь. Тем не менее так оно и было:
Пьер, обойдя бюст, подошел к девушке и поцеловал в обе щеки.
— Пьер, дорогой, — радостно сказала Элен, протягивая ему руки, и
Пьер поцеловал обе.
Аманда сжалась от ревности, потом начала себя успокаивать: ведь они долго
жили рядом и вполне понятно, что у них дружеские отношения. Она подошла
поближе, раздраженный Пьер сверкнул глазами.
— А это Мэнди, моя невеста, — сухо представил он ее и тотчас начал
доставать вещи из багажника.
Пьер нес сумки, мадам Ле Блан шествовала рядом. Элен задержалась у машины с
Амандой.
— Пьер о вас много рассказывал, — сказала она, приветливо
улыбаясь.
— А мне о вас, — небрежно заметила Аманда. — Бьюсь об заклад,
вы здорово удивились, когда узнали, что я его подловила?
— Да нет. Он мне уже давно сказал. Вновь холодок сомнения пробежал у
Аманды по спине. А если Пьер говорит правду? Какой ужас! И Аманда, которая
не любила ходить вокруг да около, решила сразу же все выяснить.
Она с пристрастием разглядывала Элен. Понятно, почему Пьер назвал ее розой,
хотя, скорее, она похожа на розовый бутон: нежный овал лица, открытый взгляд
темных глаз и мягкие волосы придавали ей юный, девичий вид. Но это только на
первый взгляд. Судя по маленькому твердому рту и упрямому подбородку, Элен
обладала сильным характером. Оценив противника, Аманда совсем затосковала.
— Пьер изворотливый, как уж, — усмехнулась она. — Не
успокоюсь, пока не притащу его к алтарю.
— Не надо притворяться, ведь мы одни, — мягко упрекнула ее Элен.
У Аманды словно ком застрял в горле. Значит, Люсьен что-то напутал. Все-таки
Пьер и Элен обручены! Ей хотелось закричать, подраться, убежать куда глаза
глядят, спрятаться. Но из гордости она не шелохнулась.
— Вы вдруг так побледнели, — взволновалась Элен. — Вам плохо?
— Просто жарко. — Аманда взяла себя в руки. — Знаете, вы с
Пьером та еще парочка. Вот я ни за что не стала бы скрывать свои чувства из-
за того, что у меня мать любит лезть во все дыры!
— Моя мать здесь ни при чем, — возразила Элен. — Если надо, я
все делаю по-своему.
— Тогда почему...
— Потому что я пока не хочу замуж. Пьер будет требовательным мужем, а
вот жених он замечательный. — В ее глазах мелькнул озорной
огонек. — Только ради Бога, не говорите ему об этом, а то он обидится.
— Да мне-то какое дело! — Аманда пожала плечами. — Хотя, по-
моему, все это странно.
— Правда? А мне нравятся тайны — это так увлекательно и романтично.
По ее тону и легкому румянцу на щеках Аманда решила, что они любовники, и ее
мучила ревность. Впрочем, что в жизни Пьера значит еще одна женщина? Да
знает ли Элен, кому она доверилась? Если уже сейчас он изменяет ей, что же
будет, когда они поженятся? Хотя, может, ее это вполне устраивает: лучше
часть, чем ничего.
Аманда нахмурилась. Ее такой брак никогда не устроит. Если бы она вышла
замуж за Пьера, у нее хватило бы воли и смелости давать ему столько свободы,
чтобы он не чувствовал себя связанным и в то же время не уходил слишком
далеко.
Однако ближе к делу: в первую очередь надо убрать с дороги Элен. Аманда не
испытывала ни малейшего чувства вины перед ней. Верно говорят: когда в окно
входит любовь, совесть выходит через дверь. Но дело не только в этом: она
полюбила Пьера с первого взгляда, еще ребенком, и, хотя поняла это не сразу,
твердо верила, что судьбы их неразрывно связаны.
— А что вы тут стоите? — Пьер спустился с крыльца, подбежал к ним
и нежно обнял Элен за плечи. — Надевай купальник, и пошли в бассейн.
— Отличная мысль! — Элен поспешила к дому. — Знаешь, я ведь
еще ни разу не видела ваш бассейн, а я...
Дальше Аманда уже не расслышала и, не желая быть третьей лишней, подождала
чуть-чуть и только потом поднялась наверх переодеться.
Она хотела опередить любящую пару: быстро надела купальник, большие, в пол-
лица, солнечные очки и, бегом спустилась в сад.
Хоть она поначалу и решила, что легко, играючи избавится от Элен, теперь ее
начали одолевать сомнения. Похоже, Пьер и не слишком увлечен ею, однако Элен
больше подходит для будущей матери его детей, чем Мэнди с ее
происхождением и неграмотной речью.
Если вспомнить, что она вытворяла, чтобы вывести Пьера из себя и поставить в
неловкое положение, его не приходится обвинять в том, что он боится
связывать с ней свою жизнь. Правда, если бы она прошлой ночью уступила ему,
он бы.., нет, одна только постель не может заставить такого мужчину, как
Пьер, изменить привычный образ жизни.
Она вдруг отвлеклась, заметив мотылька, порхающего над алой розой. И тут же
мотылек в ее глазах превратился в Пьера, роза в Элен.., а нектар... Господи!
Аманда чуть не расплакалась. Шутка зашла слишком далеко! Она окончательно
запуталась и если не добьется его любви... Но, чтобы не отчаиваться, Аманда
даже не желала думать о поражении, она все-таки Герберт, и не зря носит это
имя!
Герберт!! Она задалась вопросом: Пьеру трудно выбирать между Элен и Мэнди,
а как бы он поступил, если бы пришлось выбирать между Элен И Амандой? Но
если она признается сейчас, то вся ее затея просто бессмысленна. Нет, Пьер
должен полюбить ее даже в образе лягушки — и она превратится в царевну, как
только он ее поцелует!
Аманда подошла к бассейну: голубое зеркало воды, нагретый солнцем белый
мраморный пол, зеленые и голубые пляжные кровати... — все, о чем можно
только мечтать, хотя сейчас она не в силах оценить все по достоинству.
Сбросив халат, она расположилась на кровати: крошечный черный купальник едва
скрывал ее аппетитные формы. Аманда жарилась на солнце, и в ее мозгу
созревал один план за другим. Но скоро она убедилась, что солнцепек и
щебетанье птиц не способствуют мыслительному процессу. Послышался смех:
пришли Пьер и Элен.
Сквозь темные очки Аманда наблюдала за ними. Пьер наклонил к Элен свою
темново
...Закладка в соц.сетях
