Жанр: Любовные романы
Навеки
... тебе о своих снах? О том, как я встретила настоящего владельца
меча? Так вот, это был совсем не сон. Меч
действительно был проклят, и проклятие было связано с Торном Бладдринкером -
хозяином меча. Я могла вызывать его,
прикасаясь к его клинку, и я.., я влюбилась в него.
Дэвид посмотрел на нее так, словно у нее вдруг вы-, росла вторая голова,
затем осторожно промолвил:
- Роузи, тебе это приснилось.
- Но пойми же, Дэвид, это был не сон! Это было на самом деле!
- Хорошо, хорошо, но вспомни, что ты сама говорила мне не так давно, когда
я вот так же пытался убедить тебя в том, что
было на самом деле, - ты приняла мои слова за неуместную шутку.
- Дэвид, я никогда не стала бы шутить по такому поводу. Ты понимаешь или
нет? Я люблю этого человека, и мне ужасно
больно и горько, что я вынуждена была отослать его обратно, возвратив ему меч.
Но я не могла поступить иначе - он никогда
не был бы по-настоящему счастлив в моем времени. Он был человеком из другого
мира - из древнего мира. А уж его
профессия... Ему как воздух были необходимы войны и сражения.
- Роузи, прошу тебя, остановись на секунду и подумай. Раз у тебя не было
меча, из-за которого все и началось (а я могу
поклясться тебе в этом - я не стану тебя обманывать), то как могло произойти все
то, о чем ты только что мне рассказала?
- Но...
- Подумай хорошенько, и ты увидишь, что я прав. Тебе просто все это
приснилось. Ты была тяжело больна, у тебя был
жар, ты бредила. В твоем состоянии сны стали казаться тебе явью, и поэтому ты
решила, что все это и вправду с тобой
случилось. Но это не так, поскольку ты ни разу не держала в руках меч. Как же ты
могла с его помощью вызвать привидение
или же отослать его обратно?
Значит, это сон? Но почему же тогда так ноет сердце? Как она могла
запомнить мельчайшие подробности сна, в то время
как болезнь полностью изгладилась из ее памяти? Но раз у нее никогда не было
меча, то...
То она никогда в действительности не встречалась с Торном Бладдринкером, а
уж тем более не могла в пего влюбиться.
Его не было, как не было на самом деле и всего того, что ей приснилось.
Глава 43
Розалин все время думала об этом, сидя в самолете. Она готова была уже
согласиться с Дэвидом, который советовал ей
успокоиться и забыть странный сон. Но это было легче сказать, чем сделать: как
она сможет забыть то, что казалось ей более
реальным, чем вся ее теперешняя жизнь? Она может сколько угодно приказывать себе
выкинуть все из памяти, но это ни к
чему не приведет - сердце по-прежнему будет ныть от тоски.
Прилетев в Штаты, она решила взять напрокат машину в аэропорту и сразу же
поехать к Гэйл. Ем до смерти захотелось
все рассказать своей подруге, и так она и поступила. Она рассказывала всю
историю, припоминая мельчайшие подробности, -
начиная с того момента, как Торн впервые появился в ее кабинете, и кончая их
последним свиданием, когда она отдала ему
меч. Делясь с Гэйл впечатлениями, она внезапно поняла, что рассказывает ей
совсем не сон - она вспоминает то, что было на
самом деле. Но Гэйл, так же как и Дэвид, заверила Розалин, что у нее никогда не
было Проклятья Бладдринкера - значит, и
все остальное не могло иметь места в действительности.
Тем не менее, выложив Гэйл все, что ее мучило на протяжении нескольких
дней, Розалин почувствовала, что ей стало
чуточку легче. Тяжело вздохнув, она произнесла:
- Я знаю, Гэйл, это могло случиться только во сне, но как мне удалось
запомнить все подробности? Например, тот день,
когда Торн впервые увидел телевизор - помнишь, я рассказывала тебе, что это
произошло незадолго до того, как мы с ним
расстались. Я просто помирала со смеху - так комично он выглядел. Вот был бы
кадр для рекламы телевизоров с
дистанционным управлением!
- О, прошу тебя, перестань, - засмеялась Гэйл. - Ну что прикажешь мне
делать - тоже подхватить пневмонию, чтобы самой
в это поверить? По-моему, тебе нужно успокоиться и относиться к тому, что с
тобой произошло, как к приятному
сновидению.
Приятное сновидение? Да, возможно.., если бы она могла заглушить боль в
сердце и перестать думать о Торне. Сон никак
ее не отпускал - слишком глубоко задел;; чувства.
Розалин уже собралась уходить, когда Гэйл вдруг сказала:
- Знаешь, твой рассказ напомнил мне одну книгу, которую я недавно читала.
Может, она и тебе попалась на глаза, но ты
была так больна, что все прочитанное приняла за действительность. Черт возьми,
интересная мысль. Я целый шкаф могла бы
забить книгами, которые мне хотелось бы прожить наяву. Что ж, придется сунуть
голову в холодильник - как ты думаешь,
сколько мне там ее держать, чтобы подхватить пневмонию?
Розалин расхохоталась. Как все-таки хорошо, что она повидала Гэйл до своего
возвращения домой! Слова подруги
придали ей решимости, и она твердо пообещала себе как можно скорее забыть
мужчину из своего сновидения. И она бы так
и сделала.., вот только стеклянный футляр, который она приобрела для Проклятья
Бладдринкера, по-прежнему висел на стене
на самом видном месте.
Когда она обнаружила это, вернувшись домой к обеду, прежние сомнения вновь
поднялись в ее душе. Она купила футляр -
потому что надеялась приобрести меч? Она никогда ничего не делала просто так. И
вот перед ней пустой футляр. Теперь
понятно, почему она так разозлилась на Дирборна - уже потратила деньги на меч, а
он отказался его продавать. Но почему
она ничего об этом не помнила, а помнила только то, что случилось с нею во сне?
Розалин сидела, погруженная в эти размышления, когда в дверь позвонили. Она
открыла дверь, и в ту же минуту кто-то
сунул ей под нос пластмассовый стаканчик.
- Не одолжите немного сахара, мам?
- Что? - удивленно переспросила она, не поднимая глаз.
- Вы Розалин Уайт, если не ошибаюсь? - спросил незнакомец. - Меня зовут
Торнтон Блюбейкер. Наша общая соседка
Кэрол говорила мне про вас.
Розалин медленно подняла глаза на неожиданного посетителя и застыла от
удивления. У незнакомца были короткие
светло-каштановые волосы, подстриженные по последней моде. Одежда его тоже была
вполне обычной - черные узкие
джинсы, какая-то футболка и замшевая куртка, вся залепленная нашивками, на
которых был изображен американский флаг.
Но его лицо.., его лицо было лицом Торна. Как и тело, и голубые глаза. Даже имя
его было чем-то похоже - Торн
Бладдринкер и Торнтон Блюбейкер.
Ее разум отчаянно отыскивал какое-нибудь разумное объяснение атому
сверхъестественному сходству. Да с ней сейчас
истерика будет, если она сию же минуту не узнает, в чем тут дело. Ей хотелось
обнять его, прижать его к себе и покрыть его
лицо поцелуями.., но это был совсем чужой человек. Незнакомец с лицом ее Торна.
Теперь ей стало ясно, что он был тот
самый новый сосед, приезд которого так ее беспокоил.
- Наверное, я виделась с вами перед отъездом в Европу? - неуверенно
произнесла она. - Не помню точно, когда и где это
было...
- Нет, вы ошибаетесь, мы с вами не встречались - вы не из тех, кого я мог
бы забыть, - сказал он и бросил на нее взгляд, от
которого у нее по спине приятно поползли мурашки. - Хотя вполне возможно, что вы
видели меня - я бывал здесь пару раз,
когда разгружали мои вещи. Наверное, это было еще до вашей поездки.
Она кивнула. Да, возможно, так и было. Она видела его мельком, его образ
запечатлелся в ее памяти, и так как он был
весьма и весьма недурен собой, она подсознательно ввела его в свой необычный
сон. Что ж, это радует - значит, она еще не
совсем сошла с ума.
- Я слышал, вы преподаете в колледже. Я и сам хотел в свое время выбрать ту
же профессию, однако обстоятельства
сложились так, что я стал писателем.
- И о чем вы пишете?
- Сочиняю фантастику. Моя последняя книга вышла пару месяцев назад. Может,
вы видели ее в книжной лавке в
аэропорту во время вашего перелета?
Она помнила о своей поездке в Европу только то, что ужасно торопилась,
поскольку ей пришлось возвращаться домой за
Проклятьем Бладдринкера. Поэтому она почти не глядя купила какую-то книгу в
аэропорту. Но все это, конечно же, было во
сне - в действительности она, наверное, была так больна, что почти ничего не
помнила. Так что вполне возможно, она
пролистала эту книгу - только в памяти у нее это не отложилось.
- О чем была ваша книга? - спросила она из вежливости.
- Это история про Торна - неизвестного брата Тора, божества викингов.
Довольно, на мой взгляд, забавный сюжет - там
есть и волшебный меч, и древнее проклятие, и путешествия во времени... Что с
вами?
Розалин почувствовала, как у нее подгибаются колени. У нее даже в глазах
помутилось на мгновение, и она стала
медленно сползать по стене на пол. Он быстро шагнул к ней, чтобы поддержать ее,
но от его близости, от его прикосновений
ей стало только хуже. Все кричало ей о том, что это был ее Торн, и ей
хотелось... Господи, неужели она снова бредит?
- Все в порядке, - слабо Промолвила она, уверенная, что сходит с ума. - У
меня просто закружилась голова. Я.., мне
кажется, я читала вашу книгу.
- Правда? - Он прямо-таки расцвел. - И как вы ее находите?
- Ну сюжет весьма.., необычный. Там еще была какая-то любовная история, или
я ошибаюсь?
- Нет, вы совершенно правы. Обычно я не пишу о любви - не моя тема. Но мне
показалось, что в этой книге любовная
история будет уместна.
- Я не помню, чем все закончилось.
- Божественный Один сказал моему герою, что его леди солгала ему. Она
любила его, и так сильно любила, что смогла
освободить от векового проклятия. Прекрасно зная его, она решила, что в ее
времени он не будет счастлив.
Она взглянула ему в лицо, и ей показалось, что она прочла укор в его
взгляде - как будто он в чем-то ее упрекал...
- Ой, кажется, зазвонил телефон! - солгала она. - Придется вам одолжить
сахара у Кэрол.
Она захлопнула дверь у него перед носом, прежде чем он успел что-нибудь
ответить, и, прислонившись к ней спиной,
закрыла глаза. Сердце колотилось как бешеное. Никогда еще она не была в таком
дурацком положении.
Как ей могло показаться, что он смотрит на нее укоризненно? Она так решила
просто потому, что чувствовала за собой
вину. И она на самом деле, должно быть, читала его книгу по пути в Англию - г и
Гэйл про то же говорила. Теперь все
объясняется просто: она заболела, в бреду вообразила, что прожила все описанное
в книге на самом деле. Она поставила себя
на место героини романа, и поскольку была тяжело больна, из памяти стерлись
реальные события, уступив место образам из
сна.
В дверь снова позвонили, и Розалин вздрогнула от неожиданности. Это снова
он. Она это знала. Она была уверена в этом.
От Торна не так-то легко было избавиться... Боже милосердный, о чем это она?
Нужно забыть свои фантазии раз и навсегда.
Это не может быть Торн, это совсем незнакомый ей человек.
Но как только она открыла дверь, незнакомец подхватил ее на руки и крепко
поцеловал. Этот поцелуй был совсем
непохож на "приятно познакомиться, мэм" - нет, он словно говорил: "Как я рад,
что мы снова вместе! Я с ума сходил от
тоски по тебе!" И поцелуй был ей до боли знаком.
Когда он отпустил ее и Розалии снова почувствовала твердую почву под ногами
(она и не заметила, как очутилась у него
на руках), ей захотелось никогда не покидать его объятий. У нее и в мыслях не
было дать ему пощечину за дерзость.
- Я бы не хотел извиняться перед вами, - произнес он, и в голосе его
зазвучали столь знакомые ей собственнические нотки.
- Надеюсь, вы не воспримете это как оскорбление - мне показалось, я имею право
поцеловать вас.
Розалин лишилась дара речи от удивления. Она-то знала, что имела право на
этот поцелуй, но почему он думал так же?
Розалин решила, что лучше не рассуждать, и поэтому, слегка кивнув в ответ на его
слова, спросила:
- Я забыла спросить, как закончилась любовная история в вашей книге.
Он ухмыльнулся:
- Мой герой не смог больше оставаться в Валхале. Он был там только гостем
благодаря заступничеству своего брата. Это
было место для мертвых, а он-то был живой! И, видя, что он совсем зачах от
тоски. Один сжалился над ним и даровал ему
право самому выбрать время, в котором он может жить. Вы сами можете догадаться.
какое время он избрал.
Розалин неуверенно улыбнулась:
- Я даже не знаю... Ему так нравились войны и сражения...
- Он любил ее больше всего на свете, Розалин, - сказал он и посмотрел на
нее таким, пристальным взглядом, что сердце
сладко замерло у нее в груди. - Он готов был на все, только бы вернуться к вея:
- Он согласился бы даже заново прожить свою жизнь в ее времени, чтобы
достигнуть того возраста, в котором он с ней
познакомился, прежде чем размокать ее в снова сделать своей.
- И он.., он так и поступил?
- Конечно. Он решил, что это не такая уж большая жертва, когда речь идет о
любви. А ты несогласна со мной?
Она медленно улыбнулась ему счастливой улыбкой. Она не хотела больше
расспрашивать, как такое возможно. Вероятно,
тут не обошлось без Одина: она и в самом деле прожила все эти сны наяву; он
чуть-чуть изменил ход событий так, чтобы в
памяти ее сохранились дни, проведенные с Торном. А может, прочитанная книга и
мимолетная встреча с этим человеком
произвели на нее такое впечатление, что она влюбилась в нега во сне, который изза
болезни: показался ей явью.
О чем он ее спросил? Согласна ли ©на?
- Я думаю, она должна всей своей жизнью искупить свою вину перед ним - она
не имела права решать за него его судьбу.
Он коротко кивнув, и этот жест был ей тоже до боли знаком.
- Да, чисто по-женски Что ж, неплохая идея. Я, пожалуй, посоветуюсь с
тобой, когда придет время решать, как закончить
очередную книгу. - Он пристально посмотрел ей в глаза и неожиданно улыбнулся. -
А мне нравится эта мысль - ей и впрямь
следует искупить свою вину перед ним.
Розалин вскинула брови:
- А разве твоя книга кончается по-другому?
- Да, у меня более прозаический конец - они вновь встречают друг друга, и
она приглашает его к себе на ужин.
Розалин поняла намек и рассмеялась.
- Ну что же, раз уж об этом зашла речь - не согласишься ты сегодня
поужинать со мной? Мы могли бы поподробнее
обсудить твою книгу.
- Осторожнее, Розалин, - промолвил он, умудряясь придать своему голосу
одновременно серьезный и насмешливый тон. -
Если ты пригласишь меня, потом тебе уже будет трудно от меня избавиться.
Как будто теперь она хотела избавиться от него! Нет, больше она не повторит
своей ошибки; ее улыбка это подтверждала.
Ее викинг вернулся к ней, и теперь она ни за что его не отпустит.
Закладка в соц.сетях
