Жанр: Любовные романы
Расставание не для нас
...а нет, ерунда какая-то. Зачем ей устраивать такое представление?
— Чтобы вызвать у тебя сочувствие. Привлечь внимание. Некоторые
женщины...
— Некоторые женщины — может быть, — прервал его Рейф, — но не
Джесс. — Он непреклонно покачал головой. — Нет, не она. Она самый
уверенный в себе, самый твердо стоящий на ногах человек, которого я знаю.
— Теперь да. Но я помню ее, когда она была тощей девчонкой с
пластинками на зубах и рыжими косицами, и остальные ее все время дразнили.
Наверняка Джесс тоже помнит эти времена. — Лицо Бена смягчилось. —
Рейф, все знали, как ты относился к Кейт. Джесс не исключение. И даже
уверенная в себе, прагматичная женщина хочет быть любимой. Каждой хочется,
чтобы любили только ее. Хочет быть единственной.
— Бен, ты ошибаешься, уверяю тебя.
— Надеюсь, но такую возможность мы не должны сбрасывать со счетов.
Впрочем, если я не прав, почему Джесс отказывалась прийти ко мне?
— Она привыкла во всем полагаться только на себя. Ей нравится самой о
себе заботиться. И у нее это хорошо получается.
— Может, эту привычку полагаться на себя она хочет уравновесить чем-то,
что сделает ее в твоих глазах более женственной, легко уязвимой.
— Я этому не верю, — упрямо повторил Рейф.
Дверь позади него открылась. Он повернула голову. Джесс была одна.
— Мы уже закончили.
— Я знаю, Джесс, что это было неприятно, — сказал Бен. —
Спасибо, ты держалась молодцом. Завтра с утра занесу данные в компьютер и
займемся вашим телефоном. — Он широко улыбнулся им обоим, но Рейф
слишком давно знал его и видел, что улыбка наигранная. — Теперь будьте
осторожны, когда станете говорить по телефону. Он будет прослушиваться.
— Он мне не поверил, да? Считает, что я все это выдумала? —
Боковым зрением Джесс увидела, как Рейф искоса взглянул на нее и снова
перевел взгляд на дорогу. Они уже почти приехали.
— Разумеется, Бен поверил тебе.
— Не считай меня дурочкой, Рейф. — Она устало откинула голову на
подголовник. — У меня достаточно ума, чтобы понять твоего друга шерифа.
— Он и твой друг тоже.
— Был до сегодняшнего дня. Теперь он считает меня истеричкой, которая
изобретает пугало в тщетной попытке удержать мужа, женившегося на ней из-за
денег, а не по любви. Разве не так?
Рейф заерзал на сиденье.
— У Бена такая работа. Он должен рассмотреть дело со всех сторон. Это
не всегда бывает приятно. Особенно когда противоречит его роли друга.
— Значит, когда я была с его помощницей, он высказал тебе свои сомнения
относительно моих таинственных звонков?
— Ну, не совсем сомнения...
— Сомнения, — возразила она. — Во всем.
Рейф первым вошел в дом и зажег свет.
— У тебя такой вид, будто ты сейчас упадешь от усталости, —
заметил он.
— Упаду. Я сейчас приму душ и лягу в постель. — Джесс направилась
по лестнице на второй этаж, с трудом переставляя ноги. Она никогда не знала,
чего ожидать от Рейфа, когда он возвращался домой. У нее не было никаких
гарантий, что он вообще вернется. И ее не удивило бы, если бы он сказал, что
уезжает насовсем и хочет получить развод.
Горячий душ помог ей расслабиться. Надев ночную рубашку, она вошла в спальню
и увидела там Рейфа, расстилающего постель.
— Иди сюда, ложись. — Он поднял одеяло и держал, чтобы она могла
лечь.
Джесс скользнула в постель и положила голову на подушку. Ночник ярко светил
ей в лицо. Она протянула руку и выключила его. Ей не хотелось, чтобы Рейф
видел ее такой некрасивой, без косметики, бледной и усталой после бессонных
ночей. Она была похожа на рыжее пугало.
— Это так хорошо все объясняет, правда? — задумчиво проговорила
она.
— Что?
— Что я придумала этого таинственного человека. Ты слишком галантен,
чтобы бросить женщину в беде.
— Послушай, Джесс, если Бен хочет развивать свои доморощенные теории —
это его дело. Это его работа. Но я здесь ни при чем.
— А разве ты можешь быть уверен, что я не лгу?
— Ты не лжешь.
— На прошлой неделе мы поругались. Ты ушел из дому, ни слова не сказав,
когда вернешься, не звонил и не отвечал на мои звонки. А пока тебя не было,
этот, который звонит, становился все настойчивее и все больше угрожал. И
добился своего: я боюсь.
— Но ты самая смелая женщина из всех, которых я знаю.
— Посмотри на меня: я вся дрожу. — Она протянула ему дрожащую
руку.
— То, что происходит, и самого крепкого из нас превратило бы в комок
нервов. В любом случае на сегодня хватит об этом. Тебе надо выспаться.
Похоже, ты почти не спала с моего отъезда.
— Да, — согласилась она.
— На, выпей это. — Он протянул ей таблетку и стакан воды. —
Успокоительное, чтобы заснуть.
— Нет, спасибо, лучше не надо. — Джесс покачала головой. —
Засну и без таблетки.
— Ты уверена?
— Уверена.
Он пожал плечами.
— Что ж, спокойной ночи.
Рейф был почти в дверях, когда она выпалила:
— Я купила его для тебя.
Он остановился и обернулся.
— Что?
— Этот дом.
— Джесс, сейчас не время это обсуждать. Ты измотана.
— Но я не успокоюсь, пока не заставлю тебя понять, почему я сделала
это.
— Я прекрасно понимаю. Ты хитростью заставила меня жить с тобой в доме
Кейт.
— Это мой дом.
— Только потому, что ты за него заплатила. Но, по сути, он принадлежит
Кейт.
— Я нашла этот дом. Я увидела его раньше Кейт. — Она села в
постели. — Кейт даже не узнала бы о нем, если бы я не привезла ее
посмотреть на него.
— Но если ты сама так хотела его, то почему показала Кейт? Почему сразу
же не купила его для себя?
— Потому что хотела, чтобы здесь жил ты.
Он недоверчиво уставился на нее.
— Почему?
Потому что я очень любила этот дом, потому что тебе нужно было жилье и мне
хотелось помочь тебе в этом. А тогда я могла сделать это единственным
способом — через твою жену, мысленно ответила она ему.
После трагедии ей еще сильнее захотелось, чтобы дом принадлежал ему. Когда
стало ясно, что он не собирается жить в доме, который купил сразу после
смерти Кейт, в голове Джесс родилась идея.
Она сознательно позволила Джейку поверить, что дом покупает кто-то другой, а
не она. С самого начала ее действия были направлены к одной цели:
подготовить дом для Рейфа и жить там вместе с ним. Она хотела сделать ему
этот подарок, но так, чтобы он об этом никогда не узнал.
Судьба одобрила ее намерения. Бог улыбнулся ей и ее планам. Годы
неразделенной любви наконец должны были вознаградиться. Ей было позволено
утешить его после несчастья, лишившего его жены.
Но он воспринял это иначе.
И теперь, когда он так пристально вглядывался в ее лицо, ей вдруг отчаянно
захотелось рассказать ему правду о том, что все это она делала потому, что
любила его. Всегда любила и будет любить. Но это оказалось нелегко.
Невозможно сказать о своей неразделенной любви человеку, стоящему с таким
рассерженным видом. Он просто не готов выслушать правду.
— Наверное, Рейф, я пыталась утешить тебя в твоей потере, —
проговорила она дрогнувшим голосом. — Хотела вернуть тебе хоть часть
прошлого, но, видимо, все испортила.
Было заметно, как напряжение оставило его.
— Я не считаю, что ты сделала это со зла, — мягко сказал он.
— Что ж, спасибо. — Джесс теребила край простыни, не решаясь
поднять на него глаза, потому что не могла скрыть светившуюся в них любовь.
Если она чего и не хотела от него, так это жалости. Собрав все свое
мужество, она спросила: — И что же будет у нас с тобой дальше?
— Будь я проклят, Джесс, если знаю. Но сейчас мы оба слишком устали,
чтобы думать о будущем. — Он подошел к двери и открыл ее. — Если я
буду тебе нужен, я в соседней комнате.
Ты мне нужен! — кричало ее сердце.
— Ты мне не помешаешь, если захочешь спать здесь.
Он покачал головой.
— Думаю, сначала нам надо разобраться в себе. А ты как считаешь?
— Пожалуй. — Она мужественно старалась не показать своего
разочарования. — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
После его ухода Джесс легла на бок и подтянула колени к груди. Слезы
полились из глаз, заструились по щекам на подушку. Он больше никогда не
будет ей доверять. Он чувствует, что она обвела его вокруг пальца, и, если
быть абсолютно честной с собой, именно это она и сделала. Но только потому,
что беззаветно любит его.
Он отрицал, что поверил рассуждениям Бена о том что звонки ее выдумка,
последняя отчаянная попытка старой девы привлечь внимание и удержать своего
мужчину. Но могла ли она винить Рейфа в его сомнениях?
Эти звонки были на самом деле. Угрозы были реальными. Она это чувствовала. И
как только этот человек позвонит и Рейф услышит его голос, он поймет, что
она говорит правду.
— Алло?
— Джесс?
Ну наконец-то он! Ей сердце застучало.
— Вам надо прекратить звонить мне, — сказала она, стараясь не
показать радости в голосе. Теперь Рейф поверит ей.
— Я не перестану звонить, пока не получу того, чего хочу. А ты знаешь,
чего я хочу, — сказал он скрипучим голосом, от которого у нее по спине
побежали мурашки. — Я хочу почувствовать тебя под собой. Как ты
извиваешься, стонешь...
— Это отвратительно.
— Как твои соски? Стали твердыми? Потрогай их вместо меня, Джесс. А-а,
хорошо, как хорошо... — Он издал стон наслаждения.
— Вас надо запереть и ключ выбросить. Вы больны.
Он рассмеялся снисходительно и высокомерно.
— Я знаю, что твой телефон прослушивается. Но я знаю, как сделать так,
чтобы меня не засекли.
Откуда он узнал? Догадался?
— Я знаю, сколько можно говорить, чтобы они не смогли проследить
звонок.
— Не понимаю, о чем вы.
— Все ты прекрасно понимаешь. Я приду к тебе, Джесс. Скоро.
— Оставьте меня в покое. Я вас предупреждаю.
— Я понравлюсь тебе, Джесс. Как мужчина я лучше, чем твой муж, —
проскрипел он. — Он не спасет тебя, его не будет рядом, когда я положу
тебя под себя, голую...
— Прекратите! — Она задыхалась.
— До свидания, Джесс. Увидимся. — Последние слова он почти пропел.
Он с ней играет. Она знала, что нельзя плакать. Разум говорил ей, что именно
этого он и добивается, но ей не удалось сдержать отчаянные рыдания.
— Мой муж убьет тебя, когда тебя поймают.
Он рассмеялся еще злораднее, чем раньше.
— Он тебя не любит.
— Любит. Будет любить.
— Никогда, Джесс. Ты его надула. До свидания. Скоро увидимся. Скоро,
Джесс. Джесс... Джесс...
Голос изменился, он стал голосом Рейфа. Ее глаза открылись, она села в
постели. Рейф был рядом. Он сидел на краю кровати, ласково гладил ее по
плечам и повторял ее имя, вытягивая из ночного кошмара.
С хриплым криком она приникла к его обнаженной груди, презирая свою женскую
слабость, заставившую ее вцепиться в него. Она всегда презирала женщин,
которые цеплялись за мужчин, пользовались слезами, чтобы привлечь к себе
внимание. Но, когда руки Рейфа, сильные и теплые, обняли ее, она забыла обо
всем на свете и только тыкалась носом в его грудь, покрытую жесткими
волосками.
— Тебе приснился кошмар, — прошептал он. — Я услышал, как ты
кричишь, и пришел.
— Обними меня, Рейф. Пожалуйста.
Он лег рядом, прижал ее к себе еще крепче, укрывая их обоих одеялом. Он
гладил ее спину. Потом, нежно обхватив ладонью затылок, пригнул ее голову к
себе под подбородок.
— Он опять звонил.
— Ш-ш. Его сейчас нет.
— Но я хочу, чтобы он снова позвонил. Прошло уже две недели с того дня,
как мы были у шерифа. Я хочу, чтобы ты услышал его и поверил мне.
— Я верю тебе.
— Рейф, он читает мои мысли. Как будто знает, что я хочу, чтобы он
позвонил. Он нарочно не звонит.
— Ш-ш. Расслабься. Засыпай.
— Когда он позвонит, ты поймешь, что я говорю правду. — Она не
могла остановиться. Ей отчаянно хотелось вернуть его доверие. Когда он
позвонит, ты снова поверишь мне, Рейф.
— Я верю тебе.
— Он должен позвонить.
Но дни шли, а он все не звонил.
Джейк вошел в контору и стряхнул с куртки дождевые капли. Брат сидел в
кресле за столом, уставившись в пространство. Он подумал, что в последнее
время Рейф опять стал молчаливым и угрюмым, а порой просто грубым. Но Джейк
знал, что проблемы брата не связаны с компанией, хотя и тут дела обстояли
далеко не лучшим образом.
— Я так понимаю, что этот подонок не звонил Джесс?
Рейф вздрогнул и повернулся с мрачным и подозрительным видом. Джейк
беспомощно пожал плечами.
— Бен рассказал матери об этом.
— Как это мило с его стороны! — Рейф сорвался с кресла. —
Теперь, я уверен, вы все считаете ее психопаткой.
— Нет. Мы с облегчением узнали наконец, в чем проблема. Мы думали, что
она больна, или умирает, или что-то еще настолько страшное, что вы даже не
хотите говорить об этом.
Рейф снова пронзил брата яростным взглядом, требующим объяснений.
— Ты что, Рейф, думаешь, мы слепые? Она похудела. Бледная как
привидение. Вздрагивает при каждом звуке. Это так не похоже на Джесс,
которую мы узнали и полюбили. Обычно она такая невозмутимая и
уравновешенная.
— Почему вы обратились к Бену? Почему не спросили меня?
— Мы не обращались к Бену. Просто они с мамой разговаривали, и она
высказала свою тревогу по поводу Джесс, и, чтобы успокоить ее насчет того,
что Джесс не больна, Бен рассказал ей о том слизняке, который звонит Джесс.
— А упомянул ли он заодно и о том, что считает эти звонки плодом ее
воображения?
Джейк виновато отвел взгляд.
— Вижу, что упомянул.
— Ну, я во всяком случае считаю, что это чушь. А уж Лиза, так та просто
озверела, когда услышала такое предположение. Она высказала Бену все, что
думает о нем. Я тебе вот что скажу, Рейф, — покачал он головой. —
Если наши леди когда-нибудь объединятся против нас, нам конец.
Сурово сжатый рот Рейфа дрогнул в улыбке, но Джейк видел, что ему не смешно.
— А как в остальном?
— Имеешь в виду нашу личную жизнь? — Рейф испытующе посмотрел на
брата. — Хочешь знать, сколько раз в неделю я сплю со своей женой? Так,
что ли?
Джейк не дал себя разозлить.
— Для начала сойдет. Так сколько?
— Не твое собачье дело.
— Ну-ну, Рейф, не тушуйся, — подначивал Джейк. — Нам с Лизой
последние несколько недель пришлось с этим завязать. Так что мне теперь
только и остается, что подглядывать за другими.
— Уверен, что это не ты звонил Джесс?
Джейк, нисколько не обиженный, рассмеялся, но тут же посерьезнел.
— Я попал в точку, да? Вы... гм... не спите вместе?
Рейф снова сел в кресло, почувствовав себя не в своей тарелке.
— Я узнаю симптомы, Большой брат, — сочувственно проговорил
Джейк. — Помнишь, как я хотел Лизу, но не мог заполучить ее. Потому что
она была замужем. Я чуть с ума не сошел, так было худо. — Он подтащил
стул и сел перед Рейфом. — Мне воздержание было навязано
обстоятельствами. А почему, — он наклонился вперед, — не могу
понять, ты не наслаждаешься своей очаровательной женой, которая очень
влюблена в тебя?
— Она не влюблена в меня, — проворчал Рейф.
— Чушь. И не я один так считаю. Так же думают и мать, и Лиза, и Конни.
— Вы что, постоянно нас обсуждаете?
— Да, пожалуй. Наряду с будущим ребенком.
Рейф тихо выругался. Но от Джейка не так-то легко было отделаться. Он
напомнил Рейфу, что тот не ответил на его вопрос.
— И не собираюсь, — отрезал Рейф, — потому что это не твое
дело.
— На тебя что, так действует этот псих, который ей звонит? — В
ответ Джейк получил злобный взгляд. — Ты ведь не считаешь, что Джесс
это возбуждает? Или что она виновата в этом?
— За кого ты меня принимаешь? За идиота?
— Ну а что еще может быть? Ты ее чем-то разозлил?
— Нет.
— Она запирает от тебя дверь спальни?
— Нет!
— Так, если дело не в Джесс, значит, в тебе. Из-за чего, Рейф?
Рейф попытался встать, но Джейк толкнул его обратно в кресло. Несколько
мгновений братья смотрели друг на друга, потом Рейф пожал плечами.
— Ладно. Все равно ты рано или поздно узнаешь.
— Что узнаю?
Рейф рассказал ему о телефонном звонке декоратора.
— Это казалось какой-то бессмыслицей, пока я не понял, что он говорит
не о нынешней, а о покойной миссис Маклеон. О Кейт. Дом, в котором мы сейчас
живем, тот самый. Который выбрала Кейт. Тот самый, который я потом велел
тебе купить.
На этот раз, когда Рейф встал со стула, Джейк не пытался его остановить. Он
переваривал эту неожиданную информацию.
— Я понятия не имел.
— Я тоже.
— Она сказала мне, что сделает все сама, закроет его и все такое. Я и
подумать не мог.
— Поразительно, не правда ли? Можешь представить, что я почувствовал,
когда узнал об этом?
— Подумать только, как она сильно любила тебя все эти годы!
Рейф схватил Джейка за плечи и развернул лицом к себе.
— Что ты несешь?! Какая любовь?! Она обманула меня! Сыграла со мной
злую шутку...
— Ты просто болван! — заорал Джейк, вскочив на ноги.
— Объяснись, — скрипнул зубами Рейф.
Джейк ткнул его пальцем в грудь.
— Ты не в состоянии увидеть за обманом Джесс подлинную
причину... — Он посмотрел в серые, как грозовое небо, глаза
Рейфа. — А, может быть, можешь? Может, это тебя и гложет? Тебя не дом
беспокоит. Ты не можешь принять то, что тебя так сильно любят.
Дважды. — Он положил руки на плечи Рейфа. — Что самое плохое может
с тобой случиться? Самое худшее? — Последовавшую тишину нарушил звонок
мобильного Джейка. Он достал его из кармана и взглянул на дисплей. —
Да, любимая?
Рейф увидел, как изменилось выражение лица брата, пока он слушал то, что
говорила ему жена.
— О господи! Почему так рано?! Ладно, встречу тебя в больнице.
Торопитесь, но скажи матери, чтобы ехала осторожнее. На улице дождь и... Как
нет? Куда уехала? Какая к черту подруга?! — закричал он. — Сиди на
месте. Нет, ложись в постель, я скоро буду. Да, дорогая, не волнуйся. Все
будет хорошо. Жди меня.
— Что такое? У Лизы начались схватки?
— Да, а мать уехала к какой-то подруге и не взяла с собой телефон. О
черт!
— Мы можем вызвать
скорую
, чтобы ее забрали в больницу, —
предложил Рейф, следуя за братом, который кинулся к двери.
— Я доеду быстрее.
— Этого я и боюсь. — Рейф вскочил в
мустанг
на пассажирское
сиденье, потому что Джейк сел за руль, и они помчались в дождь.
— Улыбнись, Бен, а то я подумаю, что ты меня арестовываешь.
Шериф Бен Торп, крепко схватив Энн Маклеон за локоть, почти волок ее по
тротуару к полицейской машине, стоявшей у бордюра.
— Может, и надо было бы... — Бен угрюмо поджал губы и, открыв
дверцу машины, буквально затолкал ее внутрь, затем обежал машину спереди и
сел за руль. Переключив скорость, так сорвался с места, что шины взвизгнули.
— Я не понимаю, почему ты злишься на меня, Бен, — проговорила Энн,
оправдываясь. — Откуда я могла знать, что роды у Лизы начнутся сегодня?
На три недели раньше срока.
— А телефон с собой взять ты не могла? Никто толком не знал, где ты, и
связаться с тобой было невозможно, потому что ты оставила свой мобильный
дома.
— Забыла, каюсь. Ну не могу я, хоть убей, привыкнуть ко всем этим
современным достижениям технического прогресса. Вот такая я старомодная и
консервативная, — улыбнулась Энн.
Бен проворчал что-то нечленораздельное. Он был у себя в кабинете, когда Рейф
позвонил ему и попросил разыскать Энн, которая, по словам Лизы, поехала
навестить какаю-то больную подругу. Бен почти час ездил по улицам,
высматривая ее машину, когда заметил ее припаркованной у дома на Грин-стрит.
Больная подруга
оказалась Бартом Куином, черт бы его побрал!
Скрипнув зубами, Бен ехидно поинтересовался:
— И как себя чувствует мистер Куин?
— Гораздо лучше, — сухо ответила Энн.
— Не сомневаюсь.
— Я передам ему, что ты справлялся.
— Не стоит беспокоиться.
— Бедняга!
— А что с ним такое?
— Он простудился.
— Ах ты боже мой. Да этот тип просто неженка, — раздраженно бросил
Бен. — Почему тебе захотелось играть роль сиделки у такого слабака, не
понимаю.
— Когда в прошлом году у тебя был грипп, я тебе тоже привозила суп.
Значит, ты тоже слабак?
Бен стиснул руками руль.
— Это другое дело.
— Как так?
— Во-первых, когда ты приходила ко мне домой, с тобой была Кони! —
Он уже почти кричал. — Ради бога, Энни, ты что, перестала считаться с
тем, что подумают люди? Ты приходишь одна к мужчине, а он лежит в постели!
Ну и ну! Бог знает, что будут говорить о том, что у вас там происходит.
— И что же, по-твоему, там происходит? — Энн уничтожающе
посмотрела на него прищуренными глазами.
Он ответил ей таким же взглядом.
— Честно говоря, не знаю, что и думать. Он слабак, но, судя по всему,
ты втюрилась в него. Хотя не могу понять почему. Ты с ним регулярно обедаешь
по воскресеньям. Как-то раз вы целую субботу провели вместе на рынке. Во
вторник, после церкви, он снова у тебя обедал.
— Тебя я тоже приглашала.
— Я работал.
— Я в этом не виновата. И Барт тоже.
Бен остановил машину перед входом в больницу и помог Энн выйти. Они вместе
вошли в приемную.
— Энн, я только забочусь о твоей репутации, вот и все.
— А какое тебе дело до моей репутации? — вызывающе спросила она.
— Какое мне дело? — Бен резко остановился посреди пустого
коридора. — Какое мне дело? А вот какое!
Схватив Энн в объятия, Бен притянул ее к себе и поцеловал долгим поцелуем.
Когда он наконец оторвался от ее губ, она обвила руками его за талию и
прошептала:
— Долго же ты собирался, Бен.
С тихим стоном он поцеловал ее снова.
Рейф выбежал из двери в конце коридора и тут же резко отшатнулся. Бен
дернулся, как будто в него выстрелили, и мгновенно отпустил Энн, которая —
по-девичьи покраснев, выглядела как никогда красивой.
У Рейфа же был такой вид, будто он только что врезался в невидимую стену и
еще не пришел в себя.
— Э... мне сказали... что подъехала полицейская машина.
Бен стоял смущенный и не мог выговорить ни слова. Однако Энн идеально
справилась с этой ситуацией.
— Как Лиза?
— Все идет хорошо. Но, если ты не хочешь пропустить главное, тебе лучше
поспешить наверх.
— Девочка! — Улыбаясь от уха до уха, Джейк вышел из родильного
покоя. Он выглядел измученным и ужасно счастливым. — А, мама! Ты все-
таки успела вовремя.
— Спасибо Бену. — Рейф искоса взглянул на них и со значением
улыбнулся.
— Как чувствует себя Лиза? — с беспокойством спросила Энн.
— Отлично. Уже улыбается. А моя дочка самая прелестная в мире
малышка! — гордо воскликнул Джейк.
Рейф улыбнулся, но не мог не подумать о своем ребенке, который уже должен
был ходить. Он мог только порадоваться, что, несмотря на эти воспоминания,
сумел удержать себя в руках.
— Рейф, надо позвонить Конни. Она просила сразу сообщить, когда ребенок
родится.
— Хорошо. — Рейф вытащил телефон и набрал номер сестры.
Она ответила сразу и очень обр
...Закладка в соц.сетях
