Жанр: Любовные романы
Расставание не для нас
...инение, и Джесс
заняла оборонительную позицию.
— Я показывала одной паре дом на берегу озера. На обратном пути
проезжала мимо и увидела твою машину.
— Ты следишь за мной, — сказал Рейф. — Могу я прийти на
несколько минут позже, чтобы при этом ты не устраивала на меня охоту?
— Эй, Рейф, успокойся!
Он не обратил внимания на реплику брата.
— Или ты не доверяешь мне и не можешь оставить меня наедине со
стаканом? А может, думаешь, что я снова сбежал?
— Что ты делаешь? — процедил Джейк сквозь зубы, стараясь говорить
тихо и не привлекать всеобщего внимания.
— Пытается унизить меня, — спокойно ответила Джесс. — А на
самом деле выставляет себя глупцом. — Она повернулась к братьям спиной
и гордо, с высоко поднятой головой направилась к двери.
Рейф бросил на стойку деньги за выпивку и стал расталкивать локтями толпу и
пробираться вслед за удалявшейся Джесс. Одна ухмыляющаяся физиономия
возникла на его пути.
— Давай, Маклеон, действуй! Классная телка, а?
— В общем, потом Рейф проревел что-то типа
Это моя жена, придурок!
и
так врезал тому парню кулаком в челюсть, что у бедняги искры из глаз
посыпались и зубы повылетали! Вот так все и было.
После того как Джейк закончил отчет о драке, произошедшей два дня назад в
Подвальчике
, в столовой на ранчо Маклеонов на несколько секунд воцарилась
тишина.
Джесс опустила глаза, все еще переживая, что стала виновницей безобразной
сцены. Теперь она поняла, почему Лиза недолюбливает это заведение.
Очевидно, Рейф чувствовал себя не очень уютно, угрюмо молчал и ковырял
вилкой в своей тарелке.
— Я бы хотела, мальчики, чтобы вы не ходили в этот бар, — наконец
нарушила молчание Энн. — Единственное, что произошло там хорошего, это
встреча Лизы с Джейком.
— Спасибо, Энн, — отозвалась Лиза. — Хотите, я подам десерт?
— Очень мило с твоей стороны. Все поели? Барт?
Барт Куин вытер салфеткой рот. Это был мужчина небольшого роста, всегда
опрятный и пунктуальный, одетый в хорошо отглаженный костюм.
— Все превосходно, Энн, — вежливо сказал он. — Спасибо за
приглашение.
Лиза встала и с помощью Джейка стала собирать пустые тарелки на поднос.
Собрав всю посуду, она придержала дверь, и Джейк вынес поднос на кухню.
— Сейчас мы принесем десерт и кофе, — сообщила она и отправилась
вслед за мужем.
— Я рада, что встретила вас, — сказала Энн Куину. — Ненавижу
садиться за стол в одиночестве. Приезжайте к нам в любое время. Бен, тебе
понравилось жаркое?
Бен Торп, бессменный гость на воскресных ужинах, пошевелился.
— Бесподобное. — Он взглянул через стол на Барта Куинна и добавил:
— Как всегда.
Вернулись Лиза с Джейком и принесли миндальный кекс и кофе.
— Я разолью по чашкам на том столе, если вы не против, Энн.
— Прекрасно, дорогая, — ответила Энн невестке.
Джесс наблюдала, как Лиза отрезала кусочек кекса и положила его на тарелку.
Несколько крошек прилипло к пальцам. Она подняла руку, чтобы слизнуть их, но
Джейк успел сделать это раньше.
Джесс ощутила спазм в желудке и почувствовала, как напрягся рядом Рейф.
Лиза вырвала руку у мужа и быстро взглянула через плечо посмотреть, не
заметил ли кто их любовной забавы. Джесс не подала виду, не хотела смущать
Лизу, точнее старалась не показать ей своей зависти.
— Не стоило тебе затевать потасовку, Рейф, — сказал шериф.
— А что я должен был делать, Бен? — начал угрюмо оправдываться
Рейф. — Стоять и позволять тому болвану оскорблять мою жену?
— С моей точки зрения, у Рейфа не было выбора, — заметил Джейк,
раздавая тарелки с десертом.
— Твое мнение насчет драки не слишком надежно, не так ли? — резко
отозвался Бен. — Ты сам тоже хорош.
— Был. Теперь я боец на другом фронте. — Джейк чмокнул проходившую
мимо Лизу.
Колено Рейфа слегка толкнуло колено Джесс под столом.
— Я уверена, Рейф сделал то, что в ту минуту посчитал своим
долгом, — выступила в защиту сына Энн. — Он, разумеется, возместит
ущерб...
— Лиза!
Тревога в голосе Джейка заставила Энн замолчать. Он вскочил со стула и
бросился к жене, вдруг навалившейся на сервировочный столик. Лицо ее
сделалось бледным, она часто задышала. Одна рука Джейка обняла ее за талию,
другая приподняла голову.
— Лиза... дорогая...
— Все хорошо, — пробормотала она с виноватой улыбкой. —
Небольшая слабость. Может, съела что-то...
— Ради бога! — воскликнула Энн. — Хватит уже валять дурака!
Пора сказать всем то, о чем я знаю уже несколько месяцев. — Она
повернулась к столу. — Лиза ждет ребенка.
— О! — раздался радостный возглас, все повскакали и стали
поздравлять смущавшуюся пару.
Джесс обняла Лизу. После того как она вышла замуж за Рейфа, молодые женщины
стали настоящими подругами. Джесс восхищалась воспитанностью и гибким умом
Лизы, которая писала статьи для одной из хьюстонских газет.
— Я так рада за тебя, — искренне сказала Джессика. — Ты
хорошо себя чувствуешь.
— Да, спасибо.
Женщины нежно улыбнулись друг другу, после чего Джесс поцеловала будущего
отца.
— Поздравляю, Джейк!
Резкий скрежет ножек стула по полу заставил всех обернуться. Рейф бросил на
стол салфетку и вышел. Прежде чем он скрылся за дверью, Джесс успела бросить
взгляд на его лицо. Оно было похоже на отражение в разбитом зеркале.
Топор с резким свистом рассек воздух и врезался в полено. Хрясть! Полено
раскололось пополам. Рейф отбросил два куска дерева в сторону, взял другое
полено и установил поудобнее.
— Что ты делаешь?
Хрясть!
— Свитер вяжу. Похоже?
— Не очень полезное занятие для твоих ребер.
— Мои ребра в порядке.
Хрясть! Джейк прислонился спиной к ограде.
— Не знал я, Рейф, что ты такой эгоист.
Рейф взглянул на брата.
— А чего ты хотел от меня? Чтобы я сгонял за бутылкой?
— Это было бы хорошее начало.
— Извини, что разочаровал тебя.
Хрясть!
Джейк подошел и схватил топор, пока брат наклонялся за поленом. Рейф
вспыхнул и выпрямился.
— Я не разочарован, — сказал Джейк и бросил топор на землю. —
Я зол. Наша мать расстроена. Она рассчитывала, что женитьба изменит тебя.
— Очень жаль.
— Чертовски жаль, потому что ты женился на чудесной женщине, которая —
не представляю почему — любит тебя. Но ты слеп и не видишь этого. Или
слишком туп. Или самолюбив. Не знаю, какая у тебя проблема.
— Ты разозлился, потому что я ничего не сказал по поводу твоего
ребенка.
— И это уже немало.
— Почему ты не сказал мне?! — закричал Рейф. — Почему держал
в секрете? Наслаждался предвкушением?
— Нет, хотел уберечь тебя.
— От чего?
— От боли, которая терзает тебя сейчас. Я не говорил тебе, потому что
знал, как это заденет тебя, причинит боль. Но так случилось, и мы ничего не
можем сделать. Я не просил, чтобы мой ребенок стал первым внуком в семье
Маклеонов. Я хотел бы, чтобы это был твой, как и должно быть. Но разве я
виноват, что случилось именно так, а не иначе? Я счастлив, жду не дождусь,
когда родится мой первенец. Однако, — Джейк приблизил лицо к лицу
брата, — это не значит, что мы с Лизой не горюем о твоем, умершем
вместе с Кейт. Очень даже горюем. Но жизнь продолжается, Рейф. Если ты
достаточно глуп, чтобы хотеть прожить оставшуюся жизнь в могиле, это твое
дело. Только не думай, что остальные полезут за тобой туда же и будут
посыпать головы пеплом. Мы устали от постоянной тревоги за тебя. —
Джейк отвернулся.
Он сделал всего несколько шагов, когда тяжелая рука легла ему на плечо.
Джейк развернулся, ожидая удара, но вместо этого Рейф протянул ему правую
руку. Джейк увидел слезы, заблестевшие в глазах брата. Его губы дрогнули.
— Поздравляю, братишка! Я рад за тебя.
Они пожали друг другу руки, затем смутились и вместе зашагали к дому.
На обратном пути Рейф угрюмо молчал, а нервы Джесс были взвинчены, как
всегда после воскресных ужинов с родственниками.
Нет, Маклеоны очень любезно приняли ее в свою семью. Даже Джейк, который
выражал сильное недовольство выбором брата, теперь посмеивался и шутил с
Джесс так, будто она была членом их семьи уже много лет.
Дело было не в родственниках. Сам Рейф заставлял ее грустить и нервничать.
Нет, Джесс никогда не ссорилась с ним из-за его поведения. Пока они
находились в компании остальных членов семьи, он был нежен с ней, не
критиковал ее, не игнорировал, как поступали некоторые мужья в присутствии
посторонних. В их случае все было как раз наоборот.
— Ты не знала, что Лиза беременна? — спросил Рейф. Он вел машину
левой рукой, а правую положил себе на бедро, чтобы легче было дотянуться до
рукоятки переключения передач... или до колена Джесс, которое он уже
несколько раз гладил сегодня днем.
— Нет, с чего ты взял? — удивилась Джесс.
— Похоже, у женщин на это шестое чувство. Я подумал, что, может, ты
догадывалась.
— Нет, хотя, думаю, должна была заметить некоторые признаки. Помню, на
нашей свадьбе кто-то поддразнивал ее по поводу чрезмерного аппетита.
— Кажется, она поправилась на несколько фунтов.
Джесс улыбнулась.
— Конечно.
Рейф оставался серьезным.
— Уже шесть месяцев. Не верится, что Лиза могла скрывать свое положение
так долго.
— Когда ты выбежал из дома, Рейф, твоя мать очень расстроилась.
Он резко повернул голову.
— Я ведь извинился перед Джейком, не так ли?
— Знаю-знаю. Я даже видела, как ты обнимал Лизу. Это самое большее, что
ты мог сделать.
— Если бы я изливал чувства и притворялся, это выглядело бы лицемерием.
— Лицемерие? Странно слышать это от тебя.
— Что ты имеешь в виду? — Рейф остановил машину перед их домом.
Джесс вышла и направилась к двери. Она уже снимала пальто, когда он подошел
к ней.
— Так что это значит? — сердито повторил он.
Что-то щелкнуло в голове у Джесс. В течение месяца она баловала мужа,
старалась превратить в шутку его дурные выходки, не обращала внимания на
провокации, которые он устраивал намеренно. Чем больше она старалась сделать
их жизнь приятной, тем отвратительнее вел себя Рейф. Что ж, с нее хватит!
Пришло время сказать ему то, что он заслужил. Приблизившись к мужу, она
прищурила глаза.
— Это значит, Рейф Маклеон, что ты лицемеришь каждое воскресенье, когда
мы ездим к твоим родным. Мне надоела эта твоя фальшивая демонстрация любви.
— Какого черта?! — вскипел Рейф. — Какая еще демонстрация?! О
чем ты говоришь?!
— Я говорю о том, как ты трогаешь мои коленки. Как кладешь мне на плечи
свою руку. Как предлагаешь мне свой пиджак, когда я ёжусь. Как прикасаешься
к моим волосам. Как смеешься, когда я смеюсь.
Рейф заиграл желваками.
Джесс понимала, что ее понесло, но не могла остановиться. Она прожила целый
месяц с хамелеоном. Каждое воскресенье несколько часов она терпела его
показную супружескую заботу, которая ничего не значила. Джесс возвращалась
домой в лихорадке, но и здесь не наступало облегчения. В отсутствие членов
своей семьи Рейф отдалялся от нее.
— Я просто стараюсь быть нежным, — сказал он, защищаясь. —
Если тебе не нравится, могу избавить тебя от этого. — Рейф отвернулся и
подошел к камину. Все его движения были злыми, резкими.
Однако Джесс еще не закончила.
— Твоя семья переживает за нас. Благодаря твоим воскресным
представлениям, я уверена, они считают, что у нас все в порядке. Вряд ли они
знают, что мы практически не женаты. О нет, ведь твои родственники должны
замечать нежные взгляды, которые ты бросаешь на меня, когда за тобой
наблюдают. Я уверена, они видят, как ты накручиваешь на палец локон моих
волос, когда смотришь с Джейком бейсбол по телевизору. Разве от них может
укрыться, как твой локоть касается моей груди, когда ты берешь чашку кофе?
— Только не говори, что тебе это не нравится, — парировал
Рейф. — Даже через рукав я чувствую, как становится твердым твой сосок.
Я слышу сдавленные стоны в твоем горле... — Он воспользовался паузой,
чтобы перейти в наступление: — Раз уж мы коснулись этой темы, мне не
нравятся твои заигрывания...
— Заигрывания?
— А как еще назвать то, что ты кладешь руку на внутреннюю сторону моего
бедра и начинаешь массировать его. И если тебе не нравится, когда я обнимаю
тебя за плечи, то не нужно прижиматься ко мне. И, будь уверена, я вижу, как
по твоей коже бегут мурашки, когда я накидываю тебе на плечи свой пиджак. А
когда я кладу руку на твое колено, ты упираешься ногой мне в ногу. Если это
не приглашение, тогда я не знаю, что это такое.
Пляшущее пламя камина отражалось в их горящих глазах.
— Я не видел, чтобы ты отстранялась, когда я гладил твои волосы. Вместо
этого ты прижималась губами к моей ладони. Ты смеялась, когда я пролил на
тебя кофе. А пролил я из-за того, что ты подтолкнула грудью мой локоть. Я
тоже засмеялся, ведь ты начала вытирать кофе салфеткой, а потом мне уже
трудно было отличить смех от стона. Что я должен делать в столовой своей
матери, когда твоя рука массирует мне промежность: смеяться или стонать? И
не учи меня, как себя вести. Я был бы только рад прекратить эти сексуальные
штучки, если ты не против. Потому что, если воскресные игры сводят тебя с
ума, представляешь, что творится со мной?
После крика Рейфа в комнате неожиданно наступила полная тишина. Джесс
сделала шаг к мужу и томным голосом поинтересовалась:
— Что с тобой творится, Рейф?
Он взял ее руку и прижал к своей ширинке.
— Вот что.
Пальцы Джесс ощутили его возбуждение.
— Зачем же прекращать, Рейф? Почему бы что-нибудь не предпринять?
С каждым медленным, плавным движением ее руки дыхание Рейфа становилось все
чаще, все громче.
— Ты боишься, что тебе понравится? Боишься? — Джесс вскинула руки
и запустила пальцы ему в волосы. — Поцелуй меня. Поцелуй по-
настоящему. — Приблизив свои губы к его рту, она прошептала — Я вызываю
тебя.
Звук, вырвавшийся из горла Рейфа, означал полную и безоговорочную
капитуляцию. Словно дикарь, он впился в губы жены. Поцелуй вышел таким
грубым, что губы онемели. Наконец она смогла приоткрыть их и ощутила упругий
язык Рейфа. Настойчиво и неумолимо он рвался к ней в рот.
Он навалился на нее, словно изголодавшийся самец, словно хотел проглотить
всю целиком. Наконец он на мгновение оторвался от нее, чтобы перевести
дыхание, но и тогда его язык скользил по ее губам. Не насытившись, он
вернулся за большим.
Джесс наслаждалась чувственностью его поцелуев. Как приятно ощущать его
напористый язык, твердую нежность губ, покалывание щетины на подбородке и
щеках. Ее переполняло удовольствие от запаха кожи Рейфа, мягкости волос
Рейфа. Она ощущала давление в нижней части живота.
Они опустились на колени на коврик перед камином. Их губы скользили по
векам, щекам, подбородкам друг друга. Когда он вновь завладел ее ртом, его
язык проник внутрь, напоив ее желанием. Ладони гладили спину, живот, грудь
жены. Не в силах больше ждать, Рейф навалился на нее.
А Джесс и не собиралась скромничать. Она позволила ему добраться до своего
сокровенного места, даже обрадовавшись очевидности его намерений. Со стоном
Рейф стиснул жену и яростно прошептал:
— Перестань или все будет кончено.
— Нет. Еще нет.
Джесс стянула с него свитер, затем стала расстегивать пуговицы рубашки.
Когда и этот предмет одежды отлетел в сторону, провела по телу Рейфа
ладонями, словно прозревшая слепая.
Будто утоляя безумный голод, Джесс припала к груди Рейфа губами. Губы ее
нашли плоский сосок среди шелковистых завитков. Сначала осторожно, потом все
настойчивее она стала ласкать его языком.
Мгновенно взмокнув от страсти, Рейф прохрипел:
— Сними одежду.
— Сними сам, — прошептала она в ответ.
Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга. Джесс затаила дыхание,
когда Рейф взялся за ее пуловер, стянул его и впился взглядом в ее грудь.
Джесс расстегнула бюстгальтер и отбросила его в сторону. Грудная клетка
Рейфа тяжело вздымалась.
Нажав на плечи, Рейф уложил жену на спину и без церемоний стащил с нее юбку.
Когда последний предмет одежды был снят, его рука отыскала то место, которое
больше всего жаждало его прикосновения. Они застонали в унисон. Пальцы,
ласкавшие Джесс, были настойчивыми, но нежными. Кровь забурлила в ее венах.
— Рейф...
Это было приглашением, которого он ждал. Когда их тела наконец соединились,
она издала радостный стон. Рейф бормотал не то нежности, не то проклятья.
Так продолжалось некоторое время. Затем, приподнявшись над Джесс, он
заглянул ей в лицо и, не отводя глаз, снова погрузился в нее. Она
чувствовала его так глубоко, что перехватывало дыхание от восторга. Темные
волосы Рейфа свисали на лоб, взъерошенные и влажные. Глаза горели огнем,
добавляя ему животной привлекательности. Мускулы на руках и груди
перекатывались.
Рейф ласкал ее грудь, гладя пальцем упругий сосок, его глаза невольно
закрылись.
И ее любовь к мужу, остававшаяся так долго безответной, наконец достигла
кульминации, вырвалась наружу. Рейф позволил ей отдаться чувству полностью,
принять его, раствориться в нем. Они достигли пика наслаждения одновременно,
вместе умерев и вместе воскреснув.
Джесс ужасно обрадовалась стуку в дверь своего кабинета, раздавшемуся на
следующее утро часов в одиннадцать. Парочка, появившаяся у нее в десять,
просто сводила ее с ума. Конечно, именно в это утро спокойствие Джесс было
более уязвимым, чем обычно.
— Входите, — отозвалась она.
Дверь распахнулась, и проем заполнила фигура ее мужа, как всегда
внушительного и неотразимого.
— Можно тебя на минутку?
Рейф был последним, кого она ожидала увидеть здесь сегодня утром. Ее колени
едва не подогнулись, а во рту пересохло так, что она едва могла говорить.
— Да... конечно. Я уверена, что мистер и миссис Фенстон не обидятся,
если я выйду ненадолго. Можете пока посмотреть каталог, — предложила
Джесс, огибая свой стол.
Мужчина вздохнул и поднялся.
— В общем-то мы уже закончили. Сомневаюсь, что она когда-нибудь найдет то, что ее устроило бы.
— Я? Мне понравился дом с тремя спальнями на Лестер-лейн, —
возразила его супруга. — Ты сказал, что он слишком велик для нас, что
сад слишком большой. Ты отверг прекрасный дом, потому что тебе лень
ухаживать за лужайкой.
— Рейф, это мистер и миссис Фенстон, — вмешалась в их перебранку
Джесс. — Хью, Роуз, познакомьтесь с моим мужем, Ральфом Маклеоном.
— Очень приятно. — Хью пожал Рейфу руку.
— Мне тоже.
— Идем, Хью. Разве ты не видишь, что им нужно поговорить
наедине. — Роуз практически вытолкала мужа за дверь.
— Это те клиенты, о которых ты рассказывала? — поинтересовался
Рейф, когда они остались одни.
— Да уж, повезло мне, правда? Не думаю, что они когда-нибудь купят дом.
Похоже, походы сюда превратились для них в хобби. К сожалению, это стоит мне
больше времени и терпения, чем у меня есть.
— Гм. Это тебе. — Рейф достал букет красных и желтых тюльпанов, и
Джесс смущенно взяла его.
— Сегодня не день моего рождения.
— Нет никакого особенного повода, — отозвался Рейф, пожав
плечами. — Просто я увидел цветы и подумал, что они тебе понравятся.
Джесс в замешательстве взглянула на него.
— Да... спасибо.
Рейф окинул взглядом помещение.
— У тебя красивый кабинет.
— С-спасибо. А о твоем контракте ничего не слышно?
— Пока нет.
— О, а я подумала: может, цветы атрибут праздника.
— Нет. — Рейф прокашлялся.
Джесс поправила выбившийся из прически локон. В первый раз за утро глаза
Рейфа встретились с ее глазами. Он ушел из дому гораздо раньше, чем Джесс
встала.
— Нам нужно поговорить, Джесс.
Ее сердце дрогнуло, и липкий холодный страх змеей заполз ей в душу. Муж
выглядел и говорил очень серьезно. Он никогда раньше не приходил к ней на
работу и редко звонил ей, даже на мобильный. Только что-то из ряда вон
выходящее могло послужить причиной этого визита. Единственное, что могла
предположить Джесс, это что Рейф хочет отказаться от своих обязательств.
— Присаживайся, Рейф. — Она указала на диван у стены.
Он сел, не глядя на нее.
— О чем ты хотел поговорить, Рейф?
— О прошлой ночи.
— О чем именно?
— Вчера я ничего не сказал. — Рейф вздохнул.
Джесс захотелось прикоснуться к его волосам, но сейчас это казалось таким же
невозможным, как легкая беседа вчера ночью. Тогда, удовлетворившись, Рейф
встал, подобрал одежду и направился по лестнице в свою спальню. Джесс
собирала свои вещи медленнее, затем тоже пошла к себе. С тех пор они не
виделись.
— Джесс, больше так продолжаться не может. — Он поднял голову и
помолчал, как бы ожидая ее реакции.
Джесс продолжала молчать, потому что была уверена, что, если она попытается
заговорить, голос подведет ее.
— Мы как два зверя в клетке, постоянно вздорящих и набрасывающихся друг
на друга. Но нельзя использовать в споре секс.
Джесс отреагировала лишь слабым кивком.
— В нашу брачную ночь, когда мы занимались любовью...
— В ту ночь мы не занимались любовью. Она получилась безликой.
— Ладно, согласен. — Он снова замолчал, словно пытался подобрать
нужные слова и никак не мог.
— Скажи все сразу, Рейф, не тяни! — взмолилась Джесс, нервы
которой были натянуты до предела.
— Хорошо. — Он открыл рот, закрыл, взглянул на жену, облизал
губы. — Прежде всего, думаю, нам нужно начать спать вместе.
Если бы стул под ней начал кусаться, то и тогда Джесс не была бы так
ошеломлена. Она выпустила воздух из легких, только сейчас заметив, что все
это время не дышала.
— Я не имею в виду просто спать в одной комнате. Я говорю об общей
спальне, о настоящей супружеской жизни.
Рейф встал и нервно заходил по кабинету.
— Я много думал об этом вчера ночью, Джесс. Не мог заснуть, чувствовал
себя отвратительно. В нашу первую ночь я овладел тобой, не задумываясь о
твоих чувствах. Наверное, я даже сделал тебе больно... — Он
приостановился и посмотрел на нее. — Да?
Она покачала головой.
— Хорошо, — произнес он с явным облегчением. — А вчера, когда
мы приехали домой, ты соблазнила меня. Когда ты прикоснулась ко мне, я уже
больше не мог сдерживаться. И ты, Джесс, ты тоже хотела меня. — Подойдя
к окну, он сунул руки в карманы джинсов. — Между нами влечение. Я
чувствую это. Ты тоже чувствуешь. — Рейф посмотрел на жену через
плечо. — По крайней мере, я думаю, что...
Во рту у нее пересохло. Она снова кивнула.
— Я считаю, мы делаем глупость, борясь при помощи страсти. Мы взрослые
люди, живем в одном доме, официально женаты и отказываем себе в основных
прелестях семейной жизни. Думаю, нам надо прекратить эту глупость и начать
жить по-настоящему.
Когда Рейф обернулся, Джесс избежала его вопросительного взгляда. Она была
рада, что он не ждет ответа, потому что еще не могла говорить.
— Ты знаешь, почему я женился на тебе, Джесс. Я знаю, почему ты вышла
за меня замуж. Мы оба воспитанные люди. Я ценю и уважаю тебя. Думаю, и ты
ценишь и уважаешь меня. Прошлой ночью у нас неплохо получилось.
Джесс встретилась с ним взглядом. На этот раз отвернулся Рейф.
— Ладно, у нас очень здорово получилось, — поправился он. — Я
был сексуально активен почти всегда, даже после смерти Кейт. Иногда это был
единственный способ забыть... — Рейф сделал паузу, словно проводил
ревизию своих мыслей, потом заговорил опять: — Во всяком случае, я не хоч
...Закладка в соц.сетях
