Жанр: Любовные романы
Разлучница
...себя место и
села на кровать рядом с подругой. Они частенько сидели так раньше в
интернате.
— Я чувствую себя ужасно, будто по мне проехались колесом и
четвертовали, — простонала Николь. — Жаль, что совсем не было
времени поблагодарить тебя. Я думала, что у меня остановится сердце, когда
Северин упал за борт. И все из-за меня...
— Но ведь ты не специально это сделала. И Северин вел себя довольно
странно.
— Спасибо, Жасмин. Но я допустила ошибку, когда повернула штурвал, не
дождавшись команды Фалька. Очень грубую ошибку.
— Но ведь все обошлось.
Николь вздохнула.
— Меня будто парализовало, — пожаловалась Николь. — В голове
вертелось только одно: ты убила своего будущего мужа. Это наверняка какой-то
знак.
— И какой же?
Николь улыбнулась.
— Просто так говорят. Может, это неправильно, что я... выхожу замуж за
Северина.
Жасмин молчала.
Николь удобнее расположилась на кровати, придвинувшись к ногам Жасмин, и
стала рассматривать ее ногти.
— Жасмин, ты...
— Что?
— Я должна тебе кое-что сказать. Тогда, пять лет назад, я специально
хотела увести у тебя Северина, понимаешь? Я вдруг решила: ты его не
получишь, он мой.
Их взгляды встретились.
Николь невольно улыбнулась.
— Я знаю, мы были подругами. Я считала тебя своей лучшей подругой.
Именно поэтому мне пришлось так поступить. Я не знаю, поймешь ли ты меня.
Жасмин, ты можешь не согласиться, но только благодаря мне ты стала совсем
другой, не такой, как была до нашей дружбы. И было бы нехорошо, если бы ты
первая вышла замуж за миллионера. Он принадлежал мне.
— Но я думала не о миллионах, — возразила Жасмин. — Я любила
Северина.
— Только не надо, Жасмин. Тебе ведь было приятно, что ты можешь
переплюнуть меня. Ученица оказалась лучше своей наставницы: с папочкиной
стоянки подержанных автомобилей — к наследству огромного концерна. И не
пытайся представить здесь все иначе. Нет, Жасмин, я не могла перенести
этого. Я тебе все показала, я привела тебя к себе домой, чтобы ты пришла в
изумление. Для меня это было необходимо, понимаешь? Не удивляйся, но мне на
самом деле не хватает уверенности в себе. Мне все это нужно: модная одежда,
Порше
, вечеринки, праздники, восхищение моей внешностью, чтобы чувствовать
свое превосходство. Когда я захожу в бутик и продавщицы понимают, что я могу
скупить весь их чертов магазинчик целиком, мне это нравится. Хотя я знаю,
что все их внимание и услужливость — это неприкрытая фальшь. Ты можешь это
понять? По крайней мере хотя бы частично?
Жасмин кивнула.
— В шестнадцать-семнадцать лет я поняла, что так устроена жизнь: я
впереди, ты позади меня. И мне хорошо, когда я могу поделиться с тобой чем-
то из моей прекрасной жизни. Я думаю, что ты должна быть мне за это
признательна по гроб жизни.
— Ты будешь смеяться, Николь, но так оно и есть.
Николь не смеялась.
— Но в один прекрасный день я поняла, что есть еще и другой вид
превосходства — такой, как, например, у тебя. Я видела результаты своих
усилий: твоя внешность стала привлекательной и пацанка из пригорода Карлсруе
превратилась в принцессу. Я могла бы гордиться этим. И я хотела этим
гордиться. Но что-то тогда сдерживало меня. Скорее всего, это все твоя
замкнутость...
— Что? И когда же это я замыкалась в себе? Что ты имеешь ввиду?
— У меня сложилось впечатление, что ты специально позволяла мне ощущать
мое превосходство, когда мы были вместе. Ты пропускала меня вперед, потому
что знала: мне это нужно как воздух. Ты с интересом наблюдала за мной, за
моим стилем и нарядами, а сама просто расправляла крылья, подкрадываясь ко
мне сзади.
Жасмин рассмеялась от души.
— Иногда мне казалось, что ты готова бросить меня в любую
минуту, — невозмутимо продолжала Николь. — Я чувствовала себя
зависимой от твоей доброй воли и снисходительности. Понимаешь?
— Думаю, да. Но если честно, раньше я этого не замечала.
— Да, это было мое субъективное мнение. — Николь кивнула и
пристально посмотрела на подругу. — У меня дома всегда считалось, что
нужно быть лучше всех и всегда получать только лучшее. Будучи умнее всех
остальных, никогда нельзя позволять, чтобы тебя могли обвести вокруг пальца.
Мой отец — хитрый лис. Ты ведь его знаешь. Для него нет ничего хуже, если
кому-то удалось перехитрить его. Мои родители просто приходили в бешенство,
если у кого-то машина была дороже, яхта больше или кому-то посчастливилось
заключить более выгодную сделку. Я испытывала жизненную необходимость, чтобы
ты всегда оставалась моей тенью. Я не могла себе позволить, чтобы ты вышла
замуж раньше меня, а тем более за человека с таким наследством. Я должна
была помешать тебе, чего бы мне это ни стоило. Да, я признаю, что это
безумно подло и низко, но у меня не было другого выбора. Мне жаль, что так
произошло... Ты даже не представляешь, как я хочу, чтобы мы снова стали
близкими подругами.
Нам вместе всегда было так весело! Мы, как сестры, хорошо знаем друг друга.
Например, я сейчас точно знаю, о чем ты думаешь.
— И о чем же?
— В действительности ты не можешь сердиться на меня, потому что ты
великодушный человек. Тебе и в голову никогда не придет обогнать меня. Для
тебя важнее другие вещи.
— Да? И какие, например?
Николь улыбнулась и, помедлив, ответила:
— Не заставляй меня вдаваться в подробности. А то я головой поплачусь
за свои слова.
— Должна признаться, ты абсолютно меня не знаешь, — холодно
сказала Жасмин. — Ты даже не представляешь, что на самом деле имеет
хоть какое-то значение в жизни.
— Тогда скажи мне.
Жасмин на мгновение задумалась и искренне произнесла:
— Верность. Доверие. Если бы кто-то сказал, что ты уведешь у меня
мужчину, которого я люблю, я бы только посмеялась. Теперь я знаю, что была
слишком наивна. В принципе, мне не за что на тебя сердиться. Такое случается
в жизни, и довольно часто.
— Да, конечно, — с облегчением заметила Николь и украдкой
покосилась на часы. — А тот, кто позволяет обольстить себя, тоже не
образец верности, разве не так?
Жасмин натянуто улыбнулась, но промолчала.
— Хорошо, а теперь я оставлю тебя. Тебе нужно поспать. — Николь
опустила свои длинные ноги на пол и выпрямилась.
— Подожди, Николь, я тоже должна тебе кое-что сказать.
— Что же?
— Мне немного неловко об этом говорить... Северин и я... Короче, мы
вчера переспали.
— Что?
— Вчера ночью, в кухне. Когда он не может заснуть, он всегда пьет
молоко. А я искала свой мобильник. Там все и произошло.
— Ты лжешь!
— Тем лучше, что ты мне не веришь. Я так не хотела, чтобы незадолго до
свадьбы произошло что-нибудь подобное. — Жасмин поправила подушку.
— Это так похоже на тебя! — Глаза Николь яростно сверкали.
Жасмин улыбнулась.
— Николь, можешь не сомневаться, Северин женится на тебе. Возможно, ему
нужны твои деньги, а может быть, деньги твоего отца.
— Но это неправда! — закричала Николь.
— Тем лучше. А то я уже начала беспокоиться, как он отреагирует, узнав, что твой отец банкрот.
Вообще-то, она всего лишь хотела напустить туману, но в глазах Николь
появился неподдельный страх.
— И кто так думает?
— Мой отец давно уже об этом говорит, — спокойно продолжала
Жасмин. — Он уверен, что однажды ваш обман лопнет, и тогда придется
забыть и о яхтах, и об украшениях. Кроме того, я собрала немного сведений...
— Ты просто сволочь!
Жасмин сложила руки на одеяле.
— Николь, я журналистка. А мой брат прокурор. Мы ведь люди со свалки и
не желаем добра всяким выскочкам.
Николь побледнела.
— Жасмин, что все это значит? Что ты задумала?
Жасмин пожала плечами.
— Тебе нужны деньги? Сколько? Просто скажи, сколько тебе надо. Пятьсот
тысяч?
Жасмин засмеялась.
— Да у тебя столько и нет. Это же все напоказ. А после свадьбы ты
банкрот. Если об этом не узнают раньше.
— Миллион? — холодно спросила Николь. — Послезавтра ты
получишь его наличными.
ГЛАВА 11
И откуда мне взять миллион?
— думала Николь, закрывая за собой дверь в
комнату Жасмин. Она брела по коридору, направляясь к ее с Северином спальне,
и чувствовала, как нарастает внутреннее напряжение. Выписать чек с такого
счета, чтобы Жасмин, решив забрать деньги по чеку после свадьбы, ничего не
получила? Да, так она и сделает.
Наконец-то Жасмин раскрыла свои карты.
Само собой разумеется, что ей тоже хотелось отхватить кусок пирога. В
принципе, давно пора было бы обо всем догадаться и предложить Жасмин денег.
Каждый человек по своей природе алчный и завистливый. С того самого момента
когда Жасмин окончила школу, она мечтала о красивой жизни. А в этом мире нет
ничего, что нельзя решить за деньги. Николь успокоилась.
Но когда она вошла в спальню, ей вспомнилось другое, и это ее действительно
беспокоило. Жасмин и Северин?
А если все это правда? Она разбудила Северина и устроила ему скандал. Он категорически все отрицал.
— А это ваше любовное шушуканье сегодня на яхте? Думаешь, я
слепая? — кричала Николь.
Но он настаивал на своем.
— Ну хорошо, — через некоторое время сказала Николь. — Сейчас
мне придется поверить тебе на слово. Я только одно тебе скажу: если
выяснится, что у тебя есть что-то с Жасмин, я больше не буду покрывать все
твои выходки. Сразу же пойду к твоему отцу и все ему расскажу. Тебе это
понятно?
Шел восьмой час. За окном пели птицы и всходило солнце.
Умирая от голода, Жасмин только что вылезла из постели. Она спала как
младенец, а теперь чувствовала невероятный аппетит. Ощутив прилив бодрости,
она быстро приняла душ, натянула джинсы и футболку и спустилась вниз.
По дороге она встретила Адельтрауд, которая собиралась на два дня в Берлин,
чтобы посмотреть, как идут дела в агентстве. Жасмин знала, что в этом не
было особой необходимости. Вероятно, ей просто хотелось подышать берлинским
воздухом, увидеть людей, окунуться в повседневную жизнь большого города.
Кроме того, она испытывала желание заняться обычными делами, например базой
данных своих клиентов, пока не началась свадебная суета с целой кучей всяких
родственников, которых никто не знает.
Потом в кухню ворвался Северин, он был в пижаме и не до конца запахнутом
халате.
— Вчера ночью Николь устроила мне скандал, — упрекнул он
ее. — Она говорит, что ты призналась ей, будто мы позавчера переспали с
тобой здесь, в кухне.
Жасмин засмеялась.
— Северин, не стоит принимать все так близко к сердцу. Николь просто
сильно переживает перед свадьбой. Один раз ты уже бросил меня из-за нее. А
тут я снова появилась. У нее просто разыгралась фантазия, и она решила тебя
проверить.
— Это был блеф? — удивился Северин. — Неужели она не доверяет
мне?
Жасмин сняла сковородку с плиты, так как омлет был уже готов, и пошла к
шкафу с посудой.
— Хочешь что-нибудь съесть?
— Нет, утром я не могу есть, ты ведь знаешь.
Жасмин улыбнулась и, выложив омлет на тарелку, поставила сковородку в мойку.
В мокрой мойке она зашипела. Потом Жасмин снова отправилась к кухонному
острову, чтобы взять вилку. Наконец она села за стол напротив Северина.
— Жасмин, можно у тебя что-то спросить?
— Смелее.
— Ты меня сильно любила?
Она молчала, уткнувшись в тарелку.
— Ты меня все еще любишь? — настаивал Северин.
Жасмин подняла на него глаза и спокойно посмотрела на него.
— Не стоит задавать подобные вопросы, Северин. Любовь для меня не
тлеющая соломинка, которая сгорает, как только любимый мужчина совершает
ошибку. Конечно, любви присущ эгоизм. Я хотела быть с тобой счастливой, но
ты решил по-другому. Несмотря на это, я желаю тебе огромного счастья и от
всей души надеюсь, что ты обретешь его с Николь.
Северин накрыл руку Жасмин своей ладонью, нежно погладил ее и задумался.
Через какое-то время он отвлекся от своих мыслей и, пристально посмотрев на
нее, улыбнулся.
— Жасмин, Жасмин...
Она быстро провела рукой по его пальцам.
— Северин, через четыре дня ты женишься. Все уже решено.
Он слегка наклонился к ней.
— Ты права. Все решено. Но если бы это зависело от меня... — Казалось,
он испугался, услышав собственный голос.
Он замолчал и выдавил из себя улыбку. — Жасмин, давай поедем с тобой
куда-нибудь. Только ты и я.
— А как же подозрения и ревность Николь?
Он засмеялся.
— Я с удовольствием проведу пару часов со своей старой подругой. Тем
более что ты тоже этого хочешь.
Жасмин не сопротивлялась. Сегодня она собиралась купить электронные шахматы
для Рони, а ее сумочка до сих пор не нашлась. Значит, у нее не было ни
денег, ни кредитки.
— Прекрасно! — сказал Северин. — Тогда, так сказать, мой
нравственный долг — сопровождать тебя.
Когда приехал Фальк с сумочкой Жасмин, они уже давно были в дороге,
направляясь к Ростоку. Он положил сумочку на кухонный стол и поднялся
наверх. Кабинет отца был пуст. Скорее всего, он тоже был в Ростоке.
Адельтрауд уехала в Берлин. Комната, которую в шутку называли ее кабинетом
(мать здесь обычно писала письма и разговаривала по телефону с сестрами),
тоже была пуста. Фальк достал мобильный и позвонил в брачное агентство в
Берлине. Ему сказали, что фрау Розеншток еще не приехала и он может, если
хочет, оставить для нее сообщение.
Тогда он набрал по мобильному телефону номер станции техобслуживания в
Нойруппине, куда он в пятницу сдал свою поломанную машину. Оказалось, что
его
Пагода
уже готова и в течение первой половины дня ее пригонят в
Кюлюнгсборн. Неожиданно взгляд Фалька упал на открытый секретер Адельтрауд.
Там возле стопки женских журналов и газет лежали анкеты, которые мать
предлагала заполнить своим клиентам, подыскивающим себе партнеров. Фальк
потянулся за этими бумагами и стал просматривать их, читая отдельные фразы.
Он по привычке читал все, что попадалось ему на глаза. Он не искал каких-то
определенных сведений, но если натыкался на что-то интересное, то старался
запомнить.
В самом низу лежал еженедельник, открытый на странице с объявлениями брачных
агентств. В одном из них сообщалось о Quickdate — так называлась вечеринка
тридцати мужчин и женщин, которая напоминала одну детскую игру со стульями:
кто не успел, тот опоздал. У каждой пары было пять минут, чтобы задать друг
другу вопросы и заполнить анкету: внешность, черты характера, привычки.
Потом они столько же времени общались с другими партнерами. В конце встречи
организаторы вечера обрабатывали анкеты.
Если ответы совпадали по многим пунктам, то мужчину и женщину сводили в
пару.
Тест на мгновенное определение характера
, — прочитал Фальк один из
заголовков и подумал:
Неужели моя мать интересуется такой белибердой?
Он
уже отвел взгляд от статьи, как вдруг в нижней части страницы ему в глаза
бросилось объявление:
Если Ваша дочь попала
невте руки, если Ваги сын хочет
жениться на девушке, которая заинтересована только в Вашем семейном
имуществе, мы решим эти проблемы за Вас. Профессионально и анонимно.
Электронный адрес... Хорошенькое дельце. Фальк взял газету, пошел в кабинет отца и включил
компьютер. Просмотрев и ответив на свои электронные письма, он перечитал это
объявление. Некоторое время он смотрел на чистый экран компьютера, потом
напечатал:
Я хочу воспользоваться Вашими услугами. Пожалуйста, перезвоните
мне
. Затем он указал номер своего мобильного телефона и, чуть помедлив,
отправил письмо. Не успел он спуститься в кухню, как зазвонил его мобильный.
— Да.
— Агентство по расторжению отношений
Геран
слушает, — сказала
женщина на другом конце линии. Судя по голосу, она была в возрасте.
— О, здравствуйте. Я... — Фальк замялся. Он не был готов к такому
быстрому развитию событий. — Э-э... Я прочитал ваше объявление в газете
и подумал, что вы могли бы мне помочь.
— А о чем идет речь?
— О свадьбе. Есть ли возможность помешать ей? — Он подошел к
кофеварке и включил ее.
— Расскажите немного подробнее, — попросил голос на другом конце.
— Ах да. Я хотел бы знать, какими методами вы пользуетесь.
Последовала непродолжительная пауза, и Фальк услышал, как женщина
рассмеялась.
— Молодой человек... я могу понять ваше недоверие. Но надеюсь, вы тоже
понимаете, что мы не можем говорить о деле, которого пока нет.
— Ну хорошо. Что вам нужно знать, чтобы мы могли продолжить разговор?
— Для начала представьтесь. Как вас зовут?
— Фальк Розеншток.
— Розеншток?
— Да, тот самый, с кухнями, — сказал он и поставил чашку для кофе,
после того как зеленая лампочка кофеварки перестала мигать и просто
горела. — А дело касается моего брата. Через четыре дня он женится. А я
этого не хочу.
Пауза, последовавшая после этого, была невыносимо долгой.
— Вы еще слушаете меня? — поинтересовался Фальк и нажал кнопку для
двух чашек кофе. Так как кофеварка тотчас же начала громко перемалывать
зерна, он поспешил в другую часть кухни, к столу.
— Да, господин Розеншток, — отозвалась женщина. — Скажите,
это вы недавно отправили нам письмо?
— Да, конечно. Это я, — ответил Фальк. В его голосе сквозило
удивление.
В конце концов, ему из-за этого и позвонили. Или, возможно, это тоже
относится к странной манере фрау Геран делать из всего тайну.
— Могу ли я задать вам еще один вопрос? Как зовут невесту?
Изумление Фалька прошло.
— Николь Тиллер.
— А почему вы не хотите, чтобы ваш брат женился на ней?
— Я... Э-э... Мне неловко об этом говорить, но я сам хочу жениться на
невесте.
— Тогда без проблем.
— Прекрасно.
— В этом случае, господин Розеншток, я могу вам сообщить, что мы уже
работаем над вашей проблемой. Одна из наших сотрудниц получила задание
осмотреться на месте и решить, что делать дальше. К сожалению, ей пока так и
не удалось разыскать конкретного заказчика. Но тут объявились вы, значит...
Тем временем кофе был готов и Фальк взял чашку.
— А кто эта ваша сотрудница? — спросил он.
— Вы узнаете об этом сразу же, как только мы заключим договор. Откуда
вы звоните? Из Ростока?
— Да, почти.
— Могли бы вы сегодня или завтра приехать в Берлин?
— Конечно. Я ожидаю свой автомобиль, который должны перегнать из
автомастерской, и после этого у меня не будет никаких проблем, чтобы
встретиться с вами.
— Хорошо. Тогда до встречи сегодня вечером. — Она назвала ему
адрес, вежливо попрощалась и положила трубку.
Фальк сделал большой глоток кофе и обжегся. Скривившись от неприятного
ощущения в горле, он присел на стул.
Неужели это правда? Жасмин — сотрудница агентства по расторжению отношений?
Осторожно сделав еще три глотка, Фальк снова открыл ее сумочку и вытащил
оттуда мобильник Он сравнил список набранных ею телефонных номеров с
номером, высветившимся на его дисплее, когда ему позвонили из агентства
Геран
, и нашел один номер, который, за исключением двух последних цифр,
совпадал.
Доказательство было очевидным и неоспоримым.
Фальк выглянул из окна и уставился на подъезд к дому, окаймленный клумбами с
тюльпанами и нарциссами. Стройные кедры, возвышаясь над лужайкой, как
всегда, радовали глаз.
Но почему, размышлял он, Жасмин была уже здесь до его звонка? Кто ее нанял?
Эта фрау Геран спросила о каком-то электронном письме, которое, вероятно,
было послано раньше, но анонимно.
Фальк поставил чашку в раковину и собрался уже покинуть кухню, как вдруг
мобильный Жасмин издал короткий гудок.
Он лежал открытым возле ее сумочки. Фальк совсем забыл спрятать его, и это
было грубой ошибкой. Он поспешил к столу. На дисплее высветилось, что пришло
сообщение.
Фальк поначалу даже колебался, но не смог устоять перед соблазном. Он нажал
кнопку и прочитал:
Заказчик нашелся
.
Ему больше не нужны были другие доказательства.
Он закрыл сообщение, но с этим, к сожалению, исчезло и оповещение о
сообщении на дисплее. Еще одна ошибка, но ее никак нельзя было уже
исправить. Фальк долго жал красную кнопку, пока телефон полностью не
выключился. Потом он снова бросил его в сумочку Жасмин, оставив ее на
кухонном столе.
В прихожей он наткнулся на полураздетую Николь в распахнутом утреннем
халате. Под ним на ней ничего не было.
— Куда же они все подевались? — жаловалась заспанная Николь.
— В Берлине, Ростоке — разъехались по всему свету, — пошутил
Фальк, придерживая кухонную дверь. — Кофеварка включена.
— А ты? Ты тоже уходишь?
— Мне должны пригнать машину.
— Ах да. Твою старенькую
Пагоду
. Кстати, а почему ты хочешь продать
свою яхту? — Николь настолько пришла в себя, что даже завязала халат.
— Мне тяжело объяснить, — сказал Фальк — Во-первых, мне нужна
квартира, где бы Роня могла посещать своего отца.
— И для этого ты продаешь любимую яхту?
Фальк улыбнулся.
— Николь, я не миллионер. Мне моя бабушка по отцу не завещала никаких
домов в Берлине. И я могу тратить только то, что у меня есть.
Николь надула губы.
— Но ты, как Розеншток, всегда можешь воспользоваться кредитом. Если не
хочешь говорить об этом, не говори. Меня это вообще не касается. — С
этими словами она подошла к кофеварке.
Фальк быстрым шагом шел по подъездной дороге. У ворот его уже ждало такси.
На
Santa Lucia
он переоделся, облачившись в темные брюки, фиолетовую
шелковую футболку и бежевый пиджак. Ко всему этому он надел туфли из London
House в Цюрихе. Около одиннадцати доставили его темно-синий
Мерседес-280
SL
. Только что заправленный автомобиль почти бесшумно мчался по дороге в
сторону Ростока, потом выехал на автобан. Фальку предстояло два часа
раздумий, и он надеялся, что никто ему не будет мешать.
— А, вот она где! — радостно воскликнула Жасмин, когда вошла на
кухню и увидела свою сумочку на столе. —
Всё-таки Фальк нашёл её.
— Вот видишь, — сказал Северин, — а ты переживала.
Жасмин отложила коробку с электронными шахматами и вытащила мобильник из
сумочки. Он был выключен. Облегченно вздохнув, она снова включила его и
сказала:
— Тогда я могу сразу отдать тебе деньги.
— Ах, оставь ради бога.
— Северин, но это неправильно. В конце концов, электронные шахматы —
это мой подарок Роне. И я должна сама заплатить за него.
Северин не очень сопротивлялся, и Жасмин протянула ему купюру в пятьдесят
евро.
— Ну наконец-то вы здесь, — послышался голос за дверью, когда они
еще стояли с кошельками в руках. Это была Николь.
— И как там в Ростоке? Вы хоть в
Рефлер
заехали, чтобы заранее
позаботиться о мальчишнике?
Лицо Северина помрачнело.
— Николь, только не заводись снова. Я пока еще не женился на тебе. А
даже если и так, я не должен отчитываться перед тобой за каждый свой шаг.
— Но я не завожусь! Мой будущий муж проводит время за четыре дня до
свадьбы с одной... одной девкой...
— Николь! — предупредила Жасмин. — Следи за тем, что
говоришь, а то, может случиться, и я начну говорить вещи, которые тебе не
понравятся.
Николь сжала губы. Ее глаза превратились в узкие щелочки. Не сказав больше
ни слова, она упала на стул. Северин с удивлением поглядывал то на одну, то
на другую.
— Лучше посмотри, что мы купили, — взяв себя в руки, оживленно
сказала Жасмин. — Это для Рони. Дорожные электронные шахматы
Мефистофеля с обучающей программой, которая содержит более шестидесяти
уровней сложности. — Сделав паузу, она добавила: — Северин был так
любезен, что предложил сопровождать меня, поскольку вчера на яхте потерялась
моя сумочка с де
...Закладка в соц.сетях
