Жанр: Любовные романы
Карьера? Нет, лучше любовь
...ежала по его лицу.
— Полагаю, следует сказать вам, что мне очень нравилась ваша сестра. Но
между нами ничего не было, — поспешно добавил он.
— Понимаю, — скрывая свое удивление, кивнула Криста.
— Кроме того, я, кажется, кое-что понял...
— Что именно?
— Никки прекрасно подходит Иону, но она слишком хороша для меня. Она —
женщина, мечтающая сделать карьеру, в то время как я мечтаю о жене,
приверженной более традиционным ценностям. — Улыбаясь, он распахнул
перед Кристой дверь и вдруг спросил:
— Кстати, а у вас есть дети?
— Забавно, что вы меня об этом спрашиваете, — засмеялась Криста.
Никки вошла в офис и с силой захлопнула за собой дверь. Никогда еще за
двадцать восемь лет своей жизни она не чувствовала себя настолько
раздраженной. И все из-за этого невозможного человека, который имел
несчастье стать ее мужем!
Пытаясь успокоиться и взять себя в руки, она принялась расхаживать по
кабинету, но это не помогало. Тогда она попробовала прибегнуть к другому
способу — глядя в окно, считать проезжавшие мимо машины. Когда и это не
помогло, она начала убираться у себя на столе, где и так царил образцовый
порядок. Все было идеально. И тут она вспомнила, что всегда действовало на
нее успокаивающе. Никки достала из туалета большую картонную коробку и
вывалила ее содержимое на пол — специальная земля в целлофановых пакетиках,
удобрения, перчатки, пульверизатор, ножницы, керамическая плитка и фартук.
Надев перчатки и фартук, она подошла к окну и занялась чахлыми комнатными
растениями, расставленными на подоконнике. Эти пораженные болезнями цветы
принадлежали сотрудникам компании, увлекающимся садоводством. Никки получала
истинное удовольствие, выхаживая эти растения, чтобы потом вернуть их
хозяевам; ярость исчезала, душевные силы восстанавливались, и она вновь
обретала контроль над собой. Все время ланча Никки провозилась с цветами.
Чувствуя себя вполне умиротворенной, она снова переоделась, убрав все
садовые принадлежности обратно в коробку. Затем, полюбовавшись делом рук
своих, стала думать о приближающемся Рождестве. В этот момент зазвонил
телефон.
— Никки Эштон слушает, — машинально произнесла она, но тут же
поправилась:
— Точнее сказать, Никки Александер.
— Никки, дорогая, это тетя Сельма.
— Привет, тетушка. — Никки улыбнулась. — Как ты поживаешь?
— Прекрасно. Однако мне срочно нужен твой совет.
— Ты знаешь, что я всегда готова тебе помочь.
— Знаю, дорогая, именно поэтому мы всегда тебе и звоним.
— Так что случилось?
— Мы с Эрни получили замечательное предложение, — возбужденно
сообщила тетушка. — Разумеется, прежде чем его принять, мы бы хотели
обсудить это с тобой.
Никки слегка нахмурилась. Идеи, возникавшие у дяди Эрни и тети Сельмы, редко
бывали удачными.
— В таком случае вы не могли бы подъехать ко мне завтра в офис? В
полдень вас устроит?
— Нет-нет, нам надо встретиться сегодня вечером. Мы не в силах ждать до
завтра. К тому же чем быстрее это произойдет, тем лучше. Нам бы хотелось
заехать к тебе домой.
— Мне кажется, это не совсем удобно...
— Но почему? Криста говорила, что ты теперь занимаешь великолепные
апартаменты, и, кроме того, нам бы очень хотелось познакомиться с твоим
мужем. Почему ты его до сих пор скрываешь и даже не пригласила нас на свою
свадьбу? — Сельма сделала деликатную паузу, после чего вежливо
осведомилась:
— Так в котором часу удобнее заехать?
— Как насчет шести? — быстро предложила Никки, будучи не в
состоянии придумать подходящего предлога, чтобы отказать тетке.
— Прекрасно, тогда и увидимся.
Повесив трубку, Никки села на стул. Ничего страшного, попыталась уверить она
саму себя. К счастью. Ион должен сегодня — как и всю эту неделю —
задержаться допоздна, так что она вполне успеет выпроводить своих
родственников до его прихода. Нельзя и дальше позволять ему вмешиваться в ее
дела.
Прикрыв глаза, Никки снова ощутила нарастающее напряжение. Может, вернуться
к цветам?
— Нам нужно всего-то вложить пятьдесят тысяч, и мы получаем все права
на эксклюзивную продажу, — сказала Сельма, энергично потирая руки.
— Причем решаться надо как можно скорее, — добавил Эрни. —
Если мы не внесем деньги в среду, то есть послезавтра, поезд уже уйдет.
— Мне кажется, что это тот самый поезд, который лучше
пропустить, — заметила Никки.
— Почему ты так думаешь, дорогая? — встревоженно спросила Сельма.
— Почему я так думаю? — переспросила Никки, отмечая в своем
рабочем блокноте среду. — Кстати, как зовут того человека, который
предложил вам эту сделку?
— Тимоти Т. Таккер. Очень обаятельный мужчина, не правда ли, Эрни?
— Да, и при этом такой знающий, компетентный! У нас даже головы
закружились от нарисованных им перспектив. По его словам, в течение года мы
сможем утроить свой первоначальный капитал.
— Знаешь, дядя Эрни, даже я бы не смогла этого сделать, — заявила Никки, откладывая ручку.
— Да, детка, знаю, — Эрни ласково похлопал ее по руке, — но
все равно мы гордимся тобой, не так ли, Сельма?
— Разумеется. Мы очень гордимся тобой, Никки.
— Спасибо. А как вы нашли этого Таккера и что вы о нем знаете?
— Он сам однажды зашел в наш кофейный магазин, — пояснил Эрни,
добродушно улыбаясь. — И этот день стал для нас настоящим праздником.
Оглядевшись по сторонам, мистер Таккер сразу понял, что наш бизнес вполне
процветает, после чего сделал нам свое предложение.
— Понятно, — вздохнула Никки. Этот таинственный Тимоти Таккер
внушал ей подозрение. Явился, увидел, что дела идут хорошо, задал несколько
наводящих вопросов, а затем сделал ее наивным родственникам свое
головокружительное
предложение. — А вы говорили ему о закладной?
— Но у нас нет закладной, — удивилась Сельма.
— Я это знаю, но разве мистер Таккер не интересовался подобными вещами?
— Нет, — покачала головой тетушка. — Да и вообще все
выглядело очень невинно. Он сказал, что сам хочет открыть в нашем районе
магазин и интересуется размерами ренты.
— А мы, разумеется, сказали, что не знаем, — вмешался дядя
Эрни, — поскольку сами являемся собственниками.
— Но если он продает эксклюзивные права, то с какой стати вздумал
интересоваться размерами ренты?
— Чтобы заинтересовать людей в покупке
Волшебной коробки
, разумеется.
— Однако это не имеет ни малейшего смысла! — решительно заявила
Никки. К несчастью, ее милейшие родственники мало доверяли разуму и логике,
предпочитая довольствоваться тем, что считали здравым смыслом. — Если у
него есть эксклюзивное право на продажу этой
коробки
, то почему бы ему
самому не открыть...
— Не беспокойся, дорогая. — заметив возбуждение племянницы,
попыталась успокоить ее Сельма. — Поначалу мы тоже были сбиты с толку,
однако мистер Таккер оказался очень любезен и терпелив и все нам разъяснил.
Разве не так, Эрни?
— Да, причем он ответил на все наши вопросы, используя деловую
терминологию, и это выглядело очень убедительно. — Дядя Эрни гордо
улыбнулся.
Никки снова взялась за ручку и принялась записывать:
— Так, Тимоти Таккер,
Волшебная коробка
, пятьдесят тысяч, среда.
Кстати, вы случайно не попросили у него визитку?
— Разумеется, попросили. — Дядя Эрни полез в карман жилета и
достал оттуда карточку. — Мы с Седьмой сделали все как полагается.
Обрати внимание, что визитки подобного типа стоят очень дорого.
— Интересно, откуда он взял деньги на них? — пробормотала Никки,
уже не пытаясь скрывать свой сарказм.
— Наверное, он уже немало заработал на проектах типа
Волшебной
коробки
, — на полном серьезе предположил дядя Эрни.
— Но как вы сами собираетесь продавать эти
коробки
и при этом
содержать кофейный магазин?
— Нам помогут Горди и Кэл.
Никки закрыла глаза и вздохнула — час от часу не легче! Так, значит, в эту
идиотскую затею будут вовлечены ее кузены. Именно они-то и разорятся
первыми, после чего такая же участь ожидает Сельму и Эрни.
— Так что ты обо всем этом думаешь? — спросил дядя. — Сможем
мы на этом заработать?
— У вас нет на это ни малейшего шанса! — твердо заявила Никки.
— О, детка, зачем ты нас разочаровываешь? Мы сейчас так нуждаемся в
деньгах! — жалобно запричитала Сельма, и ее глаза наполнились
слезами. — Если не хочешь думать о нас, подумай хотя бы о своих
кузенах. Такой возможности им может больше не представиться!
— Оно и к лучшему!
— Но на следующей неделе у нас подходит срок платежей, — напомнил
Эрни. А вдруг нам придется влезать в долги?
— У вас есть деньги.
— Ты имеешь в виду наш сберегательный счет? — переспросила
Сельма. — А там разве достаточно денег?
— Вам хватит на то, чтобы открыть второй магазин, — заверила ее
Никки.
— Прекрасно, но тогда, может быть, мы могли бы...
— Нет.
— Но почему? — дрожащим от слез голосом спросила Сельма. —
Ведь это же наши деньги!
— Ваши, — в очередной раз вздохнула Никки.
— Разве мы не можем потратить их по своему усмотрению?
— Можете, — заверил Ион, входя в комнату. — Разве не так,
Никки?
Глава 7
— Нет, не могут, — возразила она. — И не вмешивайся в это
дело. Ион, ты же не понимаешь, о чем идет речь.
— А мне кажется, что в этом деле нет ничего загадочного, — мягко
заметил он, бросая свой плащ на спинку кресла и ставя на пол
дипломат
. — Да и вообще, я человек довольно понятливый.
Никки вспыхнула от гнева и, щурясь, устремила взгляд на безмятежно
улыбающегося мужа. Судя по всему, он прекрасно сознавал, что делает. Еще
немного — и она вновь выйдет из себя, как это уже было сегодня утром.
Последние несколько недель он словно бы наслаждался их почти ежедневными
перепалками. Ему явно нравилось наблюдать за тем, как строгая и
хладнокровная деловая женщина превращается на его глазах в разъяренную
фурию.
— Если ты не возражаешь, я хотела бы продолжить нашу беседу без
посторонних...
— Возражаю, любовь моя, возражаю. Кстати, ты забыла познакомить меня со
своими гостями. — И Ион первым протянул руку Эрни, искренне
заинтересовавшись тем, кто эти люди и с какой стати они вздумали обсуждать
свои финансовые дела с его женой. — Я — Ион Александер, муж этой милой
дамы. — Я — Эрни Крэнделл, а это моя жена Сельма. Вы, судя по всему,
очень занятой человек. Мы давно уже хотели устроить маленький семейный
праздник в честь вашей свадьбы, однако, по словам Никки, вы беспрерывно с
ней конфликтуете...
— В самом деле? А я и не знал. — Ион глянул в сторону жены и мягко
добавил:
— Наверное, радость моя, тебе пора перестать ко мне придираться. Если я
правильно понял, то это твои... — Он осекся и вопросительно посмотрел на
Никки.
— Дядя и тетя — Прекрасно. Итак, твои дядя и тетя пришли пригласить нас
на вечеринку, как только у меня будет на это время?
— Да, действительно, — всполошилась Сельма. — Поскольку мы
уже пропустили День Благодарения, то, может быть, соберемся вместе на
Рождество? Или у вас с Никки уже есть какие-то другие варианты?
Ион мысленно выругался. Знала бы тетушка Сельма, что до сего дня он даже не
подозревал об их с дядей Эрни существовании. Заметив выражение его лица,
дядя Эрни заторопился:
— Кажется, мы выбрали не самое удачное время... Не хотелось бы
навязывать свое общество...
— Нет-нет, все в порядке, — заверил его Ион, укоризненно взглянув
на жену, которая сделала вид, будто не замечает его взгляда, но при этом
щеки ее заметно порозовели. — Я постараюсь освободиться и даже
специально помечу ваше приглашение в своем рабочем календаре.
— Прекрасно, — оживился Эрни. — Поскольку мы теперь одна
семья, у нас получится великолепное Рождество. Вы, разумеется, знаете, что
моя жена и мать Кристы и Никки были сестрами?
— Были?
Эрни с удивлением взглянул на племянницу.
— Разве ты не сказала мужу?
— Да, она явно забыла мне об этом сказать, — сухо подтвердил Ион.
— Дело в том, что родители Никки погибли восемь лет назад во время
кораблекрушения, — объяснил Эрни. — Она тогда была еще совсем
юной, бедная детка.
— Не такой уж юной и уж тем более не деткой, — резко вмешалась в
разговор Никки. — Мне было двадцать, я училась в колледже и была уже
вполне независима.
— Значит, это было восемь лет назад? — задумчиво пробормотал Ион,
глядя на свою жену, застывшую на стуле в напряженной позе. Румянец исчез, и
теперь она была бледна, как зимняя луна. Впервые он ощутил потребность
защитить ее от душевной боли, столь явно отразившейся на ее красивом лице, и
эта потребность сделала его очень серьезным. — А Кристе в то время
было...
— Семнадцать, — подсказала Сельма, качая головой. — Тот год и
половина следующего были очень тяжелым периодом в жизни девочек. Возможно,
если бы Эдвард и Анжелина были живы, все могло бы пойти иначе. Но в итоге
Христа очень рано вышла замуж, а с Никки произошел этот ужасный инцидент...
— Довольно! — резко прервала ее Никки. — Иону, я думаю, не
интересно слушать утомительные подробности всей этой давней истории.
И вновь Ион уколол ее взглядом. Казалось, они вели безмолвную, но очень
напряженную дуэль.
— Я не хотел тебя расстраивать, — сказал он. — Наверное, нам
лучше отложить этот разговор.
— В нем, по-моему, вообще нет необходимости, — с плохо скрываемой
тревогой поторопилась возразить она.
Если Никки надеялась его обескуражить, то явно просчиталась. Напротив, ему
страстно захотелось узнать о ней как можно больше. Мало того, у него
появились серьезные основания предполагать, что именно события семилетней
давности могут пролить свет на некоторые особенности характера его жены —
например, на ее способность контролировать свои эмоции. Кроме того, все это
могло прояснить и ее отношение к собственной семье.
— Никки права, — сказал Ион с легкой улыбкой. — Сейчас не
самое подходящее время вспоминать прошлое. Кстати, когда я вошел, вы,
кажется, обсуждали какие-то важные финансовые проблемы. — Он присел на
кушетку и жестом предложил:
— Пожалуйста, продолжайте и не обращайте на меня внимания. — Я
полагаю, мы обо всем уже переговорили, — заявила Никки, откидываясь на
спинку стула.
— Да, но как насчет денег? — Сельма вопросительно взглянула на
Иона. — Ведь крайний срок — среда.
— Я уверен, что Никки не разочарует вас своими советами, — сказал Ион. Не так ли, дорогая?
— Я еще подумаю, — пообещала она, делая вид, что просматривает
свои рабочие записи.
Ее родственники нехотя поднялись со своих мест.
— Мы на тебя рассчитываем, — напомнила Сельма, — ведь все,
что нам нужно, — это дельный совет.
— Я тоже подумаю, что смогу для вас сделать, — пообещал Ион,
вскакивая на ноги и помогая женщине одеться.
— Благодарю вас, — признательно улыбнулась Сельма. — Вы
кажетесь очень разумным человеком. Добро пожаловать в нашу семью.
— Спасибо. — Ион обменялся рукопожатием с Эрни. — Я уверен,
что Никки скоро вам позвонит.
— Превосходно, будем ждать, — пробормотал Эрни, натягивая
перчатки. — С первого взгляда ясно, что ей нужен именно такой муж, как
вы.
— Дядя Эрни... — укоризненно начала Никки.
— Все-все, мы уходим. — И он неуклюже обнял племянницу. —
Главное, побольше думай о себе. Кстати, твой муж явно разбирается в
финансах, так что неплохо было бы рассказать ему о деле, которое нам
предложил мистер Таккер. Наконец родственники ушли, оставив их вдвоем. Ион
взглянул
а Никки, которая стояла к нему спиной. Ее распущенные по плечам
волосы отливали темным золотом. Она уже успела переодеться, сменив серый
деловой костюм на серые слаксы и просторный свитер салатового цвета. Ион
почувствовал, что жена буквально излучает напряжение, и замер, ожидая
неминуемого взрыва. Ждать пришлось недолго!
— Как ты посмел? — требовательно спросила она, поворачиваясь к
нему.
— Что именно?
— Как ты посмел вмешиваться в наши семейные дела? — повторила она,
делая шаг вперед и обжигая его взглядом.
— Ты забываешь о том, что твоя семья теперь — это я.
— Да, я бы очень хотела об этом забыть, — страстно проговорила
Никки, бросая свою ручку и блокнот на кофейный столик, — но ты не
позволяешь мне этого сделать.
— Именно это и входит в мои планы. — И он с любопытством принялся
следить за тем, как меняется выражение ее лица, когда она пытается овладеть
собой, не давая своему бурному темпераменту вырваться наружу.
— Почему ты постоянно лезешь туда, куда тебя не просят?
— А почему ты забываешь о том, что брачное свидетельство, которое тебе
так не терпелось получить, накладывает на супругов определенные
обязательства? Я являюсь твоей семьей, нравится тебе это или нет, и именно
на этом основании имею право вмешиваться в наши дела. — Он подошел
ближе, глядя на нес сверху вниз. Это может ее насторожить, но сейчас его
заботило другое — как навсегда освободить жену от всех ее страхов? —
Пока я твой муж, ты обязана относиться ко мне с подобающим уважением,
неужели это неясно?
— А если я этого не стану делать?
— Мне кажется, ты сама вряд ли хочешь узнать ответ на свой
вопрос, — заметил Ион, запуская руку в свои густые каштановые волосы и
гневно глядя на жену. — Ты не считаешь, что сегодня вечером поставила
меня в дурацкое положение? Не только не сказала, что пригласила
родственников в наш дом, но даже не сообщила о том, что они вообще у тебя
имеются.
Никки выдержала его взгляд.
— Я не думала, что тебя это заинтересует.
— Не лги мне, — потребовал Ион, — я этого не выношу. Дело,
разумеется, в другом. Тебе просто не хотелось знакомить меня со своими
родственниками.
— У меня были на то причины.
— Да? И что же это за причины?
— — Все очень просто... наш брак не настоящий, только и всего.
— А в данном случае это имеет значение?
— Конечно, имеет. Я не хочу, чтобы они привыкли к мысли о том, что у
меня есть муж, тем более что — и мы оба это знаем — брак наш продлится не
слишком долго. Они люди весьма чувствительные, если ты успел заметить,
поэтому мне не хотелось их волновать.
— Гм! Да, я это заметил.
— В таком случае ты мог заметить и то, что они очень доверчивы.
— И именно мне они доверять не должны?
К удивлению Иона, Никки уклонилась от прямого ответа.
— Это не столь важно, — пробормотала она, смотря куда-то в
сторону. — Главное, что скоро ты возвращаешься в Лондон. И я не хочу,
чтобы за это время они успели к тебе привязаться. Кроме того, не надо давать
им повод думать, что ты меня бросил, а то они начнут переживать из-за этого.
— А ты? — с самым серьезным видом спросил Ион. — Сама-то ты
не будешь из-за этого переживать?
— Нисколько, — не слишком уверенным тоном отозвалась Никки. —
Твой отъезд принесет мне облегчение, поскольку после этого жизнь моя наконец
войдет в обычную колею.
— Это означает, что ты снова вернешься к Кристе и Келли, не так ли?
— Нет, конечно. Я все еще надеюсь исправить ситуацию, которую вызвало
твое бесцеремонное вмешательство. Потому-то я и не хотела знакомить тебя с
Седьмой и Эрни, чтобы не повторилась ситуация с Кристой.
— Я уже объяснял тебе, чем было вызвано мое вмешательство в первом
случае.
— Но при этом ты не знал всех обстоятельств жизни нашей семьи, как,
впрочем, не знал, по какому делу пришли ко мне Эрни и Сельма. А значит, не
имел права вмешиваться.
— Здесь я согласен.
— Что? — Она удивленно моргнула. — Что ты сказал?
— Ты прекрасно слышала. Я вмешался в ваш разговор, не подумав. —
Ну, уж если ты начал соглашаться, то, может, объяснишь мне, зачем ты это
сделал!
— Опасался, что ты окажешься неблагоразумной.
— Неблагоразумной? Хорошо же ты меня знаешь!
— Никки... — Ион с усмешкой покачал головой, видя, что она опять
распаляется. — Ведь они же твои родственники, а не клиенты. Возможно,
если бы ты вспомнила о том, что перед тобой родные дядя и тетя...
— Я отвечаю за их финансовую стабильность.
— Может быть, как раз этого тебе и не стоит делать.
— Ты меня не понял.
— А ты меня уже изрядно утомила, слишком часто повторяя эту
фразу. — Ион пристально взглянул на Никки. — И как я могу что-либо
понять, если ты мне ничего не объясняешь? Только не говори, пожалуйста, что
это не мое дело, поскольку с этого момента я намерен заняться этим вплотную.
— А если я откажусь тебе что-либо объяснять? — вскинув голову,
спросила она.
— Надеюсь, что твои родственники окажутся более благоразумными.
Разумеется, если я начну их расспрашивать, ты можешь оказаться в щекотливом
положении...
— Это шантаж! — На щеках Никки вновь вспыхнул румянец гнева.
— Ты абсолютно права, — самым невозмутимым тоном согласился Ион.
— Но почему, почему?! С какой стати тебе о них заботиться, ведь это не
твои родственники, а мои!
— Черт меня побери, если я и сам это знаю, — пожал плечами
Ион. — Наверное, потому, что я слишком серьезно отношусь к семейным
обязанностям.
— Но тогда...
— Хватит, Никки. Ты будешь отвечать на мои вопросы или мне придется
переговорить с глазу на глаз с дядей Эрни?
Однако она не желала успокаиваться, напротив, продолжала намеренно себя
взвинчивать. Понимая, что новый взрыв неизбежен. Ион хладнокровно ждал
продолжения и, готовясь к этому, достал из бара бутылку каберне
совиньон
.
К тому времени, когда он разлил вино по бокалам, Никки уже решилась. В
сущности. Ион понимал сомнения жены. Начать обсуждать с ним свои семейные
дела значило для нее довериться ему, однако по некоторым причинам —
возможно, из-за того самого инцидента, который произошел семь лет
назад, — она всячески старалась все брать на себя, никому не
передоверяя свои дела.
— Итак? — вопросительно произнес он, передавая Никки ее
бокал. — Что ты хочешь от меня узнать? — с вызовом спросила она.
— Сколько лет было Кристе, когда она вышла замуж?
— Семнадцать, — ответила Никки, садясь на кушетку.
— Она уже была беременна Келли? — уточнил несколько шокированный
Ион. — Да, но не думай, что это был вынужденный брак, они с Бенджи
безумно любили друг друга. Криста родила за два дня до того, как ей
исполнилось восемнадцать.
— А что случилось с Бенджи?
&
...Закладка в соц.сетях
