Жанр: Любовные романы
Когда падают звезды...
...ажется, подойдет, — вскричал Альварес, бросаясь к
выставленному на небольшом подиуме манекену, одетому во что-то переливчато-
серое.
Сильвия успела заметить, что платье было узкое, по фигуре, и довольно
длинное, но с одной стороны имело огромный разрез явно выше колена. Оно
держалось на единственной широкой бретельке, украшенной на плече жемчужной
пряжкой. По подолу и разрезу сбоку шла жемчужная вышивка, а сама материя —
темно-серого цвета с голубоватым отливом — казалась на вид мягкой и
эластичной. Когда платье снимали с манекена, девушка с ужасом поняла, что
спины у него вообще почти нет.
— Джеффри, — запротестовала она. — Это же просто неприлично!
— Это замечательно неприлично! — сказал тот, хищно улыбаясь и
потирая руки. — К нему нам понадобится жемчуг. Ты любишь жемчуг?
— Господи, но сколько все это будет стоить? — простонала она.
— Столько, сколько я собираюсь потратить на свою любимую жену, —
невозмутимо отозвался он. — Не больше и не меньше.
— Но я должна его хотя бы померить! — воскликнула Сильвия. —
А вдруг оно мне не подходит?
— Оно тебе замечательно подходит, — проговорил Альварес. — Я
тебя в нем уже вижу. И это — восхитительное зрелище. Все, не спорь со мной.
Я пробую себя в роли мужа, которой я еще никогда не исполнял. Не порть мне
премьеру!
Из этого Сильвия, по крайней мере, поняла, что он не женат. И никогда не
был. И это наполнило ее какой-то неясной надеждой.
Последней покупкой было жемчужное колье под самое горло. Его девушке даже
разрешили померить. Ожерелье состояло из довольно крупных жемчужин, имевших,
как и платье, серовато-голубоватый отлив. Драгоценное платье и жемчуг были
сразу отправлены домой, а остальные вещи, уложенные в два чемодана, уже
лежали в машине.
Они ехали довольно долго. Шумный город давно остался позади, и теперь они
находились где-то в сельской местности. Сильвия недоумевала, но вопросов
решила больше не задавать. Наконец машина остановилась, и девушка выглянула
наружу. В туманной полумгле прямо перед ними возвышался сверкающий огнями
высокий борт корабля.
— Это настоящий теплоход? — пораженно спросила она.
— Кажется, для игрушечного он немного великоват, — ответил
Джеф. — Пошли, а то без нас уплывет.
Выйдя из машины, Сильвия увидела, что они находятся на небольшой пристани,
по сравнению с которой корабль казался невероятно огромным. Он был очень
длинным и имел, по меньшей мере, шесть палуб. Впрочем, верх его терялся в
тумане, так же как нос и корма. Тут Сильвия услышала, что где-то играет
оркестр. Джеффри подал ей руку, и они вместе медленно и торжественно вошли
по сходням на борт.
Там их приветствовала команда во главе с капитаном. Все было точь-в-точь,
как в кино.
— Хочешь осмотреть теплоход или прямо пройдем в нашу каюту? —
спросил Джеффри.
У Сильвии просто разбежались глаза и мысли.
— Давай пройдемся по кораблю, — попросила она. — Я ведь даже
не представляю себе, что здесь может быть.
— Здесь есть абсолютно все, что душе угодно, — заверил ее спутник.
Не успели они обойти и половину теплохода, как Сильвия поняла, что уже
падает с ног. Туфли на каблуках сильно мешали передвижению.
— Ничего, тебе еще успеет здесь надоесть, — успокоил ее
Джеф. — Пойдем в каюту, нам пора переодеться. Мы вот-вот прибудем в
Лиссабон.
— Куда? — не поняла девушка.
— В столицу Португалии, — пояснил молодой человек. — По
географии у тебя явно были неважные оценки.
— Да нет, я прекрасно знаю, что Лиссабон — столица Португалии, —
возмутилась Сильвия. — Но как мы туда попадем?
— Предоставь это мне, — спокойно сказал Джеф. — Я же сказал,
что все устрою.
Сильвия была отправлена переодеваться в бордовое вечернее платье, а Джеф,
объяснив только, что вечером им предстоит заехать в ресторан, на некоторое
время куда-то исчез. Когда он снова появился в каюте, то застал девушку уже
одетой и, оставшись совершенно довольным внешним видом спутницы, посоветовал
только захватить с собой накидку, отороченную песцом. Сам он быстро
переоделся в элегантный смокинг.
Когда они снова оказались на маленькой пристани, их уже ждала машина.
Правда, не белый лимузин, на котором они сюда прибыли, а такси.
Джеффри открыл перед девушкой дверь, сел рядом, а потом на очень знакомом,
но почему-то непонятном языке что-то сказал водителю. Тот кивнул, и они
поехали.
— А что это за язык? — спросила Сильвия, которая совершенно ничего
не понимала, но была готова принять любую игру.
— Португальский, разумеется, — пожал плечами спутник. — Ведь
мы в Лиссабоне, а тут обычно говорят именно на этом языке.
— Угу, — откликнулась девушка, пытаясь вообразить, что будет
дальше.
Скоро они были в городе, правда, видимо, не в Нью-Йорке. Некоторое время
спустя машина остановилась у маленького ресторанчика с непонятным названием
Almada
.
— Это такой город в Португалии, — издевательским голосом пояснил
Джеффри, решивший, видимо обучать девушку географии.
Сильвия поджала губы, но промолчала.
Они вошли. Заведение было явно не из самых шикарных. Скорее, это был не
ресторан, а закусочная в национальном стиле.
— Для обеда еще рановато, — сказал Джеф, посмотрев на часы. —
Но настоятельно советую тебе попробовать местного вина. К нему можно
заказать какие-нибудь сладости.
Так они и сделали. Через несколько минут официантка принесла им графин с
янтарной жидкостью и какие-то маленькие то ли булочки, то ли печенья.
— Что это? — спросила Сильвия, осторожно отпивая темно-золотистый,
терпкий и довольно сладкий напиток. Судя по вкусу, вино было крепленым.
— Это портвейн. Довольно неплохой. Тебе не нравится?
— Ничего, — подумав, ответила девушка. Знаменитое португальское
вино ее как-то не впечатлило. — А эти штучки очень милые, —
добавила она, чтобы молодой человек не обиделся. — И куда мы отправимся
дальше? — Она начала входить во вкус свадебного путешествия.
— В Испанию. Доедем прямо на машине. Здесь недалеко до Севильи.
Когда они вышли из
Алмады
, у Сильвии немного гудело в голове после
портвейна, но стало как-то веселее и легче на душе. Они снова поймали такси.
На этот раз шофер, как оказалось,
понимал
по-английски. Девушка
попробовала подколоть этим Джефа, но тот справедливо заметил, что не одна
она может знать иностранные языки.
Теперь ехать пришлось дольше. Наконец такси остановилось около современного
на вид двухэтажного здания, на котором горела яркая надпись
La Fiesta
.
— Не иначе, как мы уже в Севилье, — сказала девушка, подражая
издевательскому тону Джеффри. — И что же нас здесь ожидает?
— А здесь нам покажут настоящее фламенко, — совершенно серьезно
отозвался Альварес. — Тебе, я надеюсь, нравится зажигательная музыка и
танцы?
— Очень, — облегченно сказала Сильвия, поняв, что на этот раз,
кажется, вина пить не придется. Она уже и так была не слишком трезвая.
Первое, что они увидели в фойе, отделанном темно-вишневым бархатом, была
стойка бара.
— Не желаешь промочить горло? — насмешливо спросил Джеф.
— По-моему, мы пришли сюда с другими целями, — решительно ответила
девушка, и они, не останавливаясь, прошли прямо в зал.
Сильвия думала увидеть там яркие декорации, но в зале неожиданно оказалось
почти совсем темно, только впереди было видно большую, хорошо подсвеченную
сцену. На ней не оказалось ровно никаких украшений — только задрапированные
черным стены, а в глубине — два обыкновенных стула. В помещении было
несколько рядов кресел, расположенных полукругом, сзади находился довольно
широкий балкон. По стенам шли ряды маленьких светильников, благодаря которым
им удалось найти свои места. В зале оказалось много народу, слышалась
испанская речь.
Наконец на сцену вышли два немолодых, довольно полных и очень смуглых
мужчины в черных рубашках и брюках. Один из них нес гитару с красными
лентами. Они поклонились и сели. Гитарист заиграл, а другой стал подпевать
ему низким гортанным голосом без слов. Постепенно Сильвия почувствовала, как
глубокие медлительные переливы гитары начинают завораживать ее, а от
гортанных звуков низкого сильного голоса вверх по позвоночнику пошли
мурашки.
Рядом с мужчинами появились две женщины, довольно молоденькие и сильно
накрашенные, одетые в ярко-красные шелковые кофты и длинные черные с красным
юбки. На плечах у них были широкие черные шали с бахромой. Они начали
танцевать, громко отбивая ритм высокими деревянными каблуками и прищелкивая
кастаньетами. Сначала танец был медленным, каким-то тягучим, только время от
времени девушки делали резкие движения руками и ногами. Постепенно он
становился все быстрее, все энергичнее, все больше заводил публику, которая
тоже уже начала отбивать ритм каблуками и ладонями.
Когда девушки ушли, им захлопали, но на их месте немедленно оказались трое
других — две молодые женщины, а одна — лет под сорок. Все последующее
слилось для Сильвии в какой-то непрекращающийся каскад страсти — бешеный
стук каблуков и треск кастаньет, мелькание красно-черной материи, то нежные
и лирические, то стремительные, почти безумные звуки гитары, гортанный голос
мужчины, от которого ее, уже не переставая, бил озноб... Теперь девушка
понимала, почему фламенко сравнивают с пылающим огнем!
Танцоры быстро и незаметно сменяли друг друга, в основном это были женщины,
иногда выходили и мужчины. Сильвии запомнился только один — он почему-то был
светловолосый и совсем не смуглый в отличие от остальных участников
представления. Но танцевал он так, что девушка с трудом удерживала себя,
чтобы не вскочить с места. От сцены исходил такой мощный поток энергии, что
все вокруг, казалось, было полностью захвачено этим вихрем. Сильвия уже сама
не замечала, что тяжело и учащенно дышит, а ее тело ритмично двигается в
такт музыке.
— Нравится? — прошептал Джеффри, чувствуя ее состояние.
Он притянул ее к себе за плечи, легонько поцеловал в щеку, а потом стал
искать в темноте ее рот.
— С ума сойти! — тихо ответила Сильвия, уворачиваясь от его губ.
Она испугалась, что сейчас просто не сможет держать себя в руках. Ее и так
всю трясло, а откуда-то снизу вверх по позвоночнику по направлению к сердцу,
не переставая, прокатывалась волна восторга. Нервное возбуждение очень легко
могло перейти сейчас в возбуждение другого рода.
— Хочешь пить? — не обидевшись, предложил молодой человек,
продолжая ее обнимать и протягивая неизвестно откуда взявшийся стаканчик.
— Спасибо, — сказала она сбивчивым голосом, принимая стакан.
От волнения пить хотелось ужасно. Она сразу сделала большой глоток и поняла,
что это опять вино. Но оно было такое вкусное, сладкое и легкое, просто как
фруктовый компот, и девушка решила, что этот напиток ей повредить никак не
сможет.
— На таких представлениях всегда подают
Сангрию
, — объяснил
Джеффри. — Она даже входит в стоимость билетов.
— А это малага, — прибавил он, отпивая из другого стаканчика,
принесенного официанткой.
Девушка уже не стала раздумывать и попросила себе такой же. Малага тоже была
сладкой и очень вкусной, но чуть покрепче.
Когда через полтора часа они вышли на улицу, уже темнело. Сильвия
почувствовала, что ее качает. В голове все еще звучали ритмы фламенко, а
ноги почему-то не хотели идти прямо. Она не могла понять, от вина это или от
сильного впечатления. Девушка даже попробовала сделать несколько па, но тут
же была подхвачена смеющимся Джеффри.
— Тихо-тихо, — сказал он, — это под силу только
профессионалам, а ты, к тому же, как я вижу, не совсем трезвая.
— А нам еще далеко? — спросила девушка, пьяновато и счастливо
улыбаясь и повисая у него на руке.
— У нас впереди Марсель — там можно будет поесть, как следует, —
пояснил Джеф. — Морская кухня. Очень рекомендую.
Поесть Сильвия была нисколько не против. От португальских булочек у нее
осталось уже только одно воспоминание, да и вино срочно нужно было закусить.
В
марсельском
ресторане они просидели около часа, и девушка успела
наесться — до отвала каких-то даров моря, в которых она не очень хорошо
разбиралась. Когда они снова вышли на улицу, уже было совсем темно. Сильвия
вдруг почувствовала сильное утомление — впечатлений для одного дня было
многовато.
— Надеюсь, у нас на сегодня больше ничего не запланировано? —
неуверенно сказала она, глядя, как Джеф останавливает очередное такси. Она
держала его под руку и понимала, что отпускать руку опасно — фонари вокруг
как-то странно покачивались, а колени подгибались. — А то я, по-моему,
уже на ногах не стою.
— У нас еще запланирована Ницца, — ответил неумолимый
Джеффри, — но сначала мы вернемся на теплоход.
— Тогда тебе придется носить меня на руках, — заплетающимся языком
проговорила девушка, обнимая его за талию.
В
марсельском
ресторане она снова напробовалась каких-то вин, и то, как
она себя ведет, уже было ей почти безразлично.
— Эта идея мне нравится, — радостно воскликнул
новобрачный
,
подхватывая свою прекрасную, но немножко пьяную жену на руки и занося в
машину.
По дороге Сильвия ненадолго уснула, прижимаясь к своему спутнику, который
сидел рядом и обнимал ее за плечи. Ей даже успел присниться совершенно
бредовый сон про Джеффри, который ехал верхом на белом слоне. Джеф восседал
на нем по-турецки, почему-то в белом фраке, и, призывно улыбаясь, протягивал
ей красную розу. Девушка очнулась оттого, что ее на руках выносили из
машины. Прижимаясь к груди своего супруга-на-час, она тихонько рассмеялась,
но рассказывать Джеффри ничего не стала. Сильвия с удовольствием позволила
ему внести себя на руках по сходням, хотя немного опасалась, что они оба
свалятся в воду.
— Тебе не тяжело? — спросила она на всякий случай сонным, но уже
более или менее трезвым голосом.
Альварес рассмеялся:
— Да в тебе сорок килограммов-то наберется?
— Сорок два, — честно ответила девушка.
— Сорок два килограмма чистого серебра, — задумчиво пробормотал
он. — Недурная находка.
— Так, — сообщил Джеффри, взглянув на часы, — через пять
минут прибываем в Ниццу. Надень, пожалуйста, купальник.
— Я что, в купальнике буду по городу ходить? — вяло удивилась
Сильвия. Ей совершено не хотелось вставать с удобной кровати, на которую она
завалилась прямо в вечернем платье и накидке.
— Ты будешь в нем купаться, — пояснил молодой, человек. —
Ницца — это курорт. Отели, пальмы, пляж, теплое море. Там больше и делать-то
нечего.
Сильвии ничего не оставалось, как встать, пойти в ванную и переодеться в красно-
белый бикини. Он входил в число покупок, сделанных перед
отплытием
. В
дополнение к нему она по совету Джефа надела пляжный костюм с босоножками.
Потом Альварес, одетый в шорты и футболку, повел ее куда-то за руку. Открыв
перед дамой незнакомую дверь, он жестом пригласил ее зайти. Сильвия
поклялась себе ничему не удивляться, но тут она просто разинула рот. Внутри
оказалось огромное темное помещение, освещенное только тусклыми
светильниками в виде настоящих парковых фонарей на столбах. Подробности
терялись в полутьме, но прямо напротив входа помещалось трехмерное, во всю
стену, изображение пляжа, за которым виднелось безбрежное море. Это была не
фотография, а что-то вроде кадра из фильма. На переднем плане слева
находилась площадка с пальмами, скамейками и фонариками, а дальше была видна
панорама гор с белыми крышами домов по склонам. Откуда-то слышался плеск
воды. Иллюзия вечера на Лазурном берегу была почти полной.
— Раздевайся, здесь тепло, — раздался голос Джеффри. — В
летние дни тут обычно бывает слишком жарко, поэтому я предпочитаю ночную
Ниццу.
На
пляже
действительно было очень тепло. И даже пахло морем. Сильвия
скинула с себя длинную юбку и топ, потом подумала и сняла босоножки. Под
ногами оказалась теплая трава!
— Ну что, пошли купаться? Или сначала полежим на пляже? — спросил Джеф, расстегивая шорты.
— Ну, давай искупаемся, — неуверенно ответила девушка, не совсем
понимая, где они будут это делать.
Не успела она задуматься, как молодой человек снова подхватил ее на руки и
куда-то понес. Сильвия моментально разомлела от прикосновения к его горячей
обнаженной груди, обильно поросшей волосами. Она пришла в себя только тогда,
когда ощутила, что они действительно в воде. От неожиданности девушка совсем
протрезвела.
— Ой, вода! — вскрикнула она. — Где мы?
— Не волнуйся, это бассейн. Тут пока не глубоко, можешь встать. Плавать-
то умеешь?
— Конечно, — немного обиделась девушка.
— Тогда поплыли! Я тебя подержу, чтобы ты у меня спросонья не утонула.
Сильвия с наслаждением погрузилась в теплую, но освежающую воду. Она
оказалась солоноватой на вкус, видимо, бассейн был наполнен морской водой.
Они долго резвились там, как дети. Наконец Сильвия снова почувствовала
усталость и попросилась на
берег
. Джеффри опять подхватил ее на руки, и
девушка подумала, что такой способ передвижения становится для нее уже
привычным. Ее несли к пологому выходу, который она уже различала привыкшими
к темноте глазами.
Но до
берега
они так и не добрались. Джеффри неожиданно свернул в сторону,
и девушка оказалась прижатой к невысокому бортику. Не говоря ни слова,
молодой человек принялся медленно и легко целовать ее шею, щеки, грудь...
Сильвия попробовала шутливо запротестовать, но он только закрыл ей рот
мягким поцелуем. Тогда она закинула руки на его смуглые плечи и предоставила
ему право распоряжаться своим телом. Через несколько минут ее уже опять
колотило, как в лихорадке, а в ушах снова раздавались ритмы фламенко. Его
ладони, не спеша и очень нежно, гладили ее по плечам, по груди, по бедрам,
вызывая озноб, хотя в бассейне было тепло.
Постепенно ласки стали более требовательными. Девушка почувствовала, как
напряглось все его тело, как сбилось дыхание... Поцелуи уже не были такими
мягкими и ласковыми, а руки приобрели стальную твердость. Наконец он
расстегнул застежку ее купальника и отбросил лифчик на край бассейна. Тут же
его горячие ладони охватили обе ее груди, осторожно сжали их, а потом он
наклонился и стал ласкать губами один из ее сосков. Сильвия застонала,
совсем теряя голову. Тем временем его пальцы занялись другим соском.
Свободной рукой Джеффри сначала поддерживал ее за талию, но потом его рука
стала опускаться все ниже и скоро уже ласкала ее ягодицы.
Девушка, сама того не замечая, давно гладила его плечи и спину, ощущая
дивную упругость его худого, но крепкого и сильного торса. Она стояла с
закрытыми глазами, уже не понимая, где они находятся. Наконец его губы
охватили ее рот. Его язык протиснулся внутрь и стал медленно и ритмично
двигаться во влажной глубине. Одновременно с этим она ощутила, как его рука
гладит ее между ног. Почувствовав, как сильно она задрожала от этой ласки,
мужчина слегка отодвинулся, и его рука проникла под ткань купальника.
Сильвия изогнулась и вскрикнула, когда его пальцы коснулись ее уже
изнемогающей от желания плоти. Джеффри снова нагнулся и стал ласкать ее
грудь. Скоро девушка могла уже только громко стонать и мотать головой,
ощущая у себя внутри ритмичное движение его пальцев.
Вдруг он подхватил ее, приподнял и усадил на бортик. Оказавшись на мягком
травяном покрытии, Сильвия оперлась на локти и позволила стянуть с себя
последнюю тряпочку. Но после этого она не оказалась снова в его объятиях,
которых уже жаждала до безумия. Вместо этого он мягко раздвинул ее ноги и
принялся нежно, слегка щекоча усами и бородкой, целовать их внутреннюю
поверхность, начиная с коленей и постепенно поднимаясь все выше. Наконец его
губы оказались в самом чувствительном месте ее тела, а руки продолжали
гладить ее грудь и бедра. Ощутив в себе его язык, Сильвия издала громкий
протяжный стон и бессильно откинулась на спину. Сколько продолжалась эта
невозможная сладкая пытка, она не поняла. Она даже не ощущала, что по ее
щекам катятся слезы, а сама она мечется и изгибается, цепляясь руками за
искусственную траву. Девушка видела сейчас перед глазами только искры,
танцевавшие зажигательный испанский танец, у нее осталась только одна
невыносимая потребность: чтобы он вошел в нее... Но она не в силах была
прервать эту сумасшедшую ласку...
Наконец, когда ей уже казалось, что у нее вот-вот остановится сердце, она
почувствовала, как Джеффри приподнял ее. Он снова сжал ее в объятиях, а его
губы почти жестоко впились в ее рот. Он посадил ее на себя, заставив ногами
обхватить его бедра, а потом, поддерживая под ягодицы, стал медленно
опускать вниз, пока его подрагивающая от возбуждения плоть не вошла в нее
полностью.
— Господи, наконец-то ты моя! — услышала она его хриплый стон.
Он снова впился в ее губы и стал, сначала не спеша, а потом все быстрее и
сильнее двигаться в ней. Сильвия, ничего не соображая, вцепилась в него
руками и ногами и уже стонала во весь голос. Вдруг она почувствовала внизу
живота сильный и сладкий спазм, а потом как будто что-то мягко ударило ей в
голову. Она громко закричала и забилась в оргазме. Джеффри выдержал еще
несколько секунд, потом хрипло вскрикнул и неожиданно с силой подбросил ее
вверх, сажая на бортик. Не успела девушка прийти в себя и ощутить некоторое
разочарование оттого, что его нет рядом, как он уже подтянулся, влез на
бортик и упал рядом с ней, тяжело дыша и прижимая ее к себе.
— Ты в порядке? — спросил он, когда ему наконец удалось немного
выровнять дыхание.
— М-м-да, — выходя из блаженного оцепенения, пробормотала Сильвия.
Потом прибавила дрожащим голосом, проводя рукой по его мокрым волосам: — Ты
сумасшедший. Ты же совершенно сумасшедший!
— Ага, — тихо засмеялся Джеффри. — Я уже почти целые сутки
совершенно сумасшедший.
Они еще некоторое время обессиленно лежали рядом, рассеянно лаская друг
друга. Потом Сильвия осмелела и, приподнявшись на локте, стала его
рассматривать. Джеф лежал в совершенно расслабленной позе, раскинув ноги и
закинув руки за голову, и, нисколько ее не стесняясь, с улыбкой смотрел ей в
лицо. Его бронзовое изящное тело, освещаемое тускло горящими фонариками,
поблескивало от влаги. Он казался стройным, как мальчик, с тонкой талией,
плавно переходящей в узкие бедра. Ступни были узкими, с длинными пальцами и
выглядели так же благородно, как и кисти рук. Сильвии ужасно захотелось
потрогать это гармоничное элегантное тело, и она легонько провела ладонью по
его груди. Джеффри не изменил позы, только немного изогнулся, как кошка, и
чуть слышно что-то промурлыкал. Постепенно девушка совсем осмелела и
принялась гладить его двумя руками, опускаясь все ниже. Сначала он только
продолжал издавать тихие мурлыкающие звуки, но потом Сильвия с интересом
обнаружила, что некая часть его организма снова начинает оживать.
— Надо же, — сказала она, касаясь пальцами интересующей ее части
тела.
— Хм, — пробормотал, Джеффри довольно громко.
Через некоторое время он уже хрипло постанывал, не прерывая ее исследований.
Вдруг он резко приподнялся и схватил ее за шаловливую руку. В следующий
момент Сильвия опять оказалась в бассейне.
— Спасите! — завизжала она в притворном ужасе, пытаясь от него
уплыть.
Но он довольно быстро догнал ее и прижал к противоположному бортику. На этот
раз все было проще, поскольку снимать обоим было уже нечего. Джеффри просто
схватил ее за плечи и, не давая повернуться к себе лицом, вошел в нее сзади.
— Да ты настоящий маньяк! Я это еще вчера поняла, — простонала
...Закладка в соц.сетях
