Жанр: Любовные романы
Давай поженимся!
...мовладении
я никакого отношения не имею, но кое в чем вел себя все же не совсем
корректно.
— Что ты имеешь в виду?
— Видишь ли, вскоре после того, как я возглавил большую компанию в
Лондоне, я обнаружил, что она в свое время поглотила мелкую фирму
Суффолк
Констракшн
, планировавшую построить в Элмбридже бассейн. Потом до меня
дошли слухи, что эти планы встречают в Элмбридже противодействие. Тогда я
решил до поры до времени затаиться, чтобы выяснить на месте истинное
положение дел. Мне казалось, что люди проявят большую откровенность, если
не будут знать, что я глава компании.
— Да, пожалуй, это так, — согласилась Эмбер. — И все же было
бы лучше, если бы ты мне сказал правду. Тогда бы я никогда не попала в такое
глупое положение, в каком оказалась.
— Теперь-то я вижу, что должен был открыться тебе, — проговорил
Макс. — Хотя принадлежность
Суффолк Констракшн
к моей компании
явилась результатом чисто случайного совпадения обстоятельств, я мог
воспользоваться вполне достойным поводом для поездки и пребывания в городе
независимо от того, что получил бабушкино наследство, чего и желал. Потому
что, услышав, что Клайв несколько лет назад погиб в автомобильной
катастрофе, я тут же решил возвратиться в родной город и всеми правдами и
неправдами возобновить отношения с тобой.
— Но ведь ты не собирался жениться на мне, пока не понял, что Люси твоя
дочь?
— Честно говоря, я даже не могу сказать, какие у меня были
намерения, — тяжело вздохнул Макс. — В течение многих лет я
продолжал негодовать из-за того, что ты отвергла меня. И ради кого? Ради
богатого бездельника, ни к чему не пригодного! Да-да, я знаю, —
поспешно добавил Макс, почувствовав, что она протестующе зашевелилась в его
руках. — Теперь-то я хорошо понимаю, как все было на самом деле. Но,
когда я возвратился в Элмбридж, в глубине души у меня, по-видимому,
затаилась какая-то шальная мысль. Не то чтобы я хотел отомстить тебе,
наказать за неверность — нет! Но хоть я в этом и не отдавал себе отчета, где-
то подспудно во мне тлело желание заставить тебя горько пожалеть о том, что
ты не дождалась меня.
— О Макс! — прошептала Эмбер, приподнимаясь на локте и нежно
отбрасывая с его лба влажные завитки волос. — Это почти так же глупо,
как многое из того, что приходило мне в голову.
Макс смущенно засмеялся, от ее ласковой улыбки щеки его порозовели.
— Право же, дорогая, мне стыдно сознаваться в таком мальчишеском
поведении. Но, когда я обнаружил истину — узнал, что ты не только не
купаешься в роскоши, но существуешь на грани нищеты, — я быстро понял,
что наконец-то у меня появилась возможность завладеть тобой! К несчастью,
мои ухаживания обернулись чрезвычайно трудным мероприятием, потребовавшим от
меня величайшей изворотливости.
—
Ухаживания?! — воскликнула Эмбер. Несколько
секунд она, пораженная, в недоумении смотрела на него молча, а потом
откинулась на подушки и расхохоталась. —
Какиеухаживания? С первой нашей встречи я слышала от тебя одни угрозы, ты и сам
это прекрасно знаешь!
— Да, конечно, ты права, — усмехнулся он. — Но ты и не
представляешь, как трудно было подобрать к тебе ключ. Я даже не был уверен,
любишь ли ты еще меня, хотя по твоим поцелуям догадывался, что и тебя влечет
ко мне... Можешь сколько угодно смеяться над моими так называемыми
ухаживаниями
, но ведь мне приходилось ломать голову над тем, как попасть к
тебе в дом. — Макс вздохнул. — Мне стыдно в этом признаваться, но,
лишь после того, как я прибегнул к незаконным методам — вырвал электрические
провода в твоей машине, оставленной незапертой на Хай-стрит, — я смог
проникнуть в твой дом.
— Ты хочешь сказать?.. — Эмбер взглянула на него с возмущением.
— Да-да, именно это я и хочу сказать, — улыбнулся Макс. —
Меня беспокоили твои отношения с этим красавцем, доктором Филипом Джексоном.
Я уже слышал от Джона Фрейзера, что он в тебя влюблен. Но, когда я
собственными глазами увидел, как он целует тебя посреди людной улицы, мне
стало ясно, что мешкать нельзя, — серьезно сказал Макс. — Что надо
завладеть тобой, прежде чем он успеет сделать тебе предложение.
— А он уже сделал предложение — с полгода назад, — промолвила
Эмбер, в глубине души очень довольная тем, что Макс ревнует ее к молодому
доктору.
— Ну и что?..
— Ну и ничего, — поспешила добавить Эмбер, чувствуя, что руки
Макса железным кольцом обхватывают ее тело, утверждая на нее право
собственности. — Я всегда сознавала, что он мне не подходит.
— А Клайв?
— Но я же тебе рассказывала о нем, — удивленно взглянула она на
Макса. — Тебе известно о нашем браке все.
— Ну... не все, — пробормотал он. — Не забывай — пока я не
видел Люси, я был уверен, что он отец твоей маленькой дочки, о существовании
которой я знал. Я думал, что он и ты...
— О нет! — быстро вставила Эмбер, краснея под внимательным
взглядом Макса. — Клайв и я... Мы с ним никогда... — Она глубоко
вздохнула. — Между нами ничего не было. Знаю, в это трудно поверить,
но... но ты единственный мужчина, который меня любил по-настоящему.
—
О дорогая! — простонал Макс. — Ты
не поверишь, как я ревновал тебя к этому несчастному
парню. Понимал, что никакого права не имею, и все равно ревновал. Видит Бог,
я ему бесконечно благодарен за то, что он о тебе заботился, но все
же... — И Макс прильнул к ее губам. Поцелуй этот, казалось, будет
длиться вечно. Когда Макс оторвался от нее, Эмбер откинулась ему на руки, с
трудом переводя дыхание, раскрасневшаяся. — Любимая моя! — шептал
Макс. — Я люблю тебя всем сердцем! Ты навечно покорила меня восемь лет
назад. И, хотя я не стану утверждать, что жил монахом, все это время ничего
серьезного, поверь, у меня не было ни с кем.
— Да? А Синтия Хендерсон? — поддразнила она его.
— Верно, Синтия! — Он сделал вид, что глубоко задумался. — Я
с удовольствием отметил тогда на вечере в мэрии, что ты проявила все
признаки сильной ревности.
— Вот уж нет! — возразила Эмбер. — Я на твоем месте не стала
бы так уж гордиться победой над Синтией. Ведь при малейшей возможности
Синтия с готовностью прыгнет в постель к любому мужчине.
— Гм... Эти сведения заслуживают внимания. Я всегда был неравнодушен к
пепельным блондинкам в теле, — поддразнил ее Макс. Эмбер попалась на
удочку — она сердито заколотила кулачками по его груди. — Но против
кого я действительно не могу устоять, так это против женщины с золотистыми
волосами и зелеными глазами, которая через несколько дней станет моей женой.
Да? — И он перевернулся — Эмбер оказалась под ним.
— Да,
да! — восторженно шептала она между его
страстными поцелуями. — Да!
— Эмбер очаровательна! — промолвила Салли, взглянув через всю
комнату на чету новобрачных, которые, не обращая внимания на вспышки
фотокамеры, проникновенно смотрели друг другу в глаза.
— Угу, — вздохнула Роуз, смахивая слезу. — Никогда не видела
ее такой красивой и такой счастливой.
— Я-то думала, что это будет тихая свадьба с двумя-тремя
гостями, — сказала Салли, оглядывая огромную гостиную Элмбридж-Холла,
обитую дубовыми панелями. — А тут не иначе как полгорода собралось.
— По словам Макса, — засмеялась Роуз, — он ошибся,
предоставив Вайолет полную свободу действий, что касается свадебных
расходов. Вторая его ошибка заключалась в том, что он не проверил списки
гостей прежде, чем были разосланы приглашения.
— Ну, ни для кого не секрет, что мать Эмбер с большими причудами.
Поговаривают даже, что она совсем помешанная, — пробормотала Салли,
разглядывая издалека приветливо улыбавшуюся им Вайолет в очень элегантном
светло-сиреневом платье из шифона и кружев. — Но в чем ей никак не
откажешь, так это в отменном вкусе. Не припомню, чтобы дом выглядел когда-
нибудь так нарядно. Я слышала, — Салли перешла на доверительный
шепот, — что эти изумительные цветы дорого стоили, счет прислали на
несколько сот фунтов. А во что обошелся роскошный туалет Эмбер, даже страшно
подумать!
— Да-а-а уж, — протянула Роуз, которой было точно известно,
сколько стоили платье с жакетом на невесте, купленные в одном из самых
дорогих магазинов Лондона.
— Я знаю мою дорогую невесту, — сказал Роуз Макс незадолго до
свадьбы. — Она настолько не привыкла думать о себе, что купит первое,
что ей попадется, лишь бы хоть немного соответствовало случаю. Поэтому я и
хочу, чтобы ты, самая давняя и близкая ее подруга, выбрала для нее и Люси
лучшее из того, что есть в магазинах. Цена не имеет значения, пусть счета
присылают на мой адрес. — И Макс нацарапал несколько слов на своей
визитной карточке.
Роуз пришлось потратить немало времени и сил, доказывая Эмбер, как важно,
если не для нее, то для Макса, чтобы она выглядела на церемонии
бракосочетания наилучшим образом. В конце концов они остановили выбор на
шерстяном платье светло-кремового цвета, простого, но очень изящного покроя,
с жакетом, отделанным светлым, в тон ткани, мехом.
— Надеюсь, мех натуральный, — сказала Салли. — Видит Бог,
Макс может это себе позволить.
— Макс-то может, но Эмбер не надела бы на себя натуральный мех, —
ответила Роуз, хорошо зная, что ее подруга разделяет взгляды противников
уничтожения диких животных. Обе были уже готовы вступить в спор о
достоинствах и недостатках антимеховой кампании, но тут к ним,
пританцовывая, подскочила Люси, вне себя от радостного возбуждения.
— Посмотри на меня, тетя Роуз! Правда я выгляжу за-ме-ча-тель-но!
— Еще бы! — засмеялась Роуз, наблюдая за кружащейся перед ней
девчушкой. Люси и в самом деле выглядела сногсшибательно нарядной в светлом
шелковом платье с кружевной нижней юбочкой, широким розовым поясом и розовым
же обручем в волосах. — Ты по-настоящему красивая подружка невесты!
— Такая же красивая, как мамочка?
— Да, такая же... Вернее, почти такая же красивая, — ответила
Роуз, не спуская затуманившихся глаз с сиявшего счастьем милого лица Эмбер.
— Зато мой новый папа наверняка самый красивый мужчина на свете, —
уверенно заявила Люси и помчалась в другой конец зала.
— Она права, спору нет! — улыбнулась Салли, наблюдая, как
новоиспеченный отчим легко подхватил ребенка на руки. — И до чего
удачно, что Люси так похожа на Макса, — раздумчиво произнесла Салли,
глядя на две склонившиеся друг к другу темные кудрявые головы. —
Благодаря этому они больше напоминают настоящую семью.
— Гм... Не забывай, что у Клайва были точно такие же, как у Люси,
голубые глаза и темные волосы, — спокойно промолвила Роуз. —
Правда, волосы не вились, но ведь в детстве у многих людей волосы вьются, а
с возрастом перестают. Замечала?
— Конечно, конечно, ты права, — с готовностью ответила Салли,
воздержавшись от предположения, которое было у нее уже на кончике
языка. — Мне порой кажется, что дети напоминают щенков — те, вырастая,
приобретают сходство со своими хозяевами. Вот если бы так же случилось с
Люси и Максом. Потому что с первого взгляда ясно — она своего нового отца
обожает.
Роуз вздохнула с облегчением — ей все же удалось обмануть бдительность
Салли, и Роуз поспешила переменить тему разговора.
— Я так рада, что Филип Джексон принял приглашение на свадьбу, хотя
тяжело переживал потерю Эмбер.
— Он ей не подходит, — авторитетно заявила Салли, забыв в этот
миг, что на протяжении года считала брак Эмбер и Филипа делом
решенным. — У меня есть для Филипа на примете две-три девушки. Найдет
себе пару!
— Уймись! — засмеялась Роуз. — Хватит уж нам с тобой
заниматься сватовством. Пустая трата времени! Взгляни-ка на Эмбер и Макса.
Им ничья помощь не понадобилась.
— Не знаю, не знаю... — пробормотала Салли, кивнув в сторону
агента по продаже недвижимости мистера Главера, с интересом рассматривавшего
дубовую обшивку стен в холле. — Может, не без преувеличения, но ходят
слухи, будто Мрачный Главер сыграл в этом браке роль купидона. Ты не слышала
ничего подобного?
Все-таки взрослые ведут себя порой очень странно, думала Люси, направляясь
снова к тете Роуз и тете Салли. Все присутствующие в зале веселились от
души, иначе в такой день и быть не могло, но уж эти две подруги ее матери...
вдруг просто согнулись пополам от хохота!
— Мама просила передать вам, что они закончили
фотографироваться, — сообщила девочка, потянув Роуз за юбку, чтобы
таким образом привлечь ее внимание. — А мой новый папа сказал, я сама
слышала, что ему ужас как не хочется произносить речь. Но мама засмеялась и
сказала:
Не будет речи, не будет и медового месяца
. Тогда он пообещал, что
выступит с речью.
— Какой разумный человек! — одобрила Роуз.
— И какая разумная у него жена! — со смехом поддакнула Салли,
глядя на Люси. — А тебе-то как повезло — мама с папой берут тебя в свое
свадебное путешествие.
Люси кивнула.
— Мне не велено говорить, куда мы поедем, это большой секрет, но уж
вам, если хотите, я расскажу.
— Да, пожалуйста... Я бы хотела узнать, — пробормотала Салли,
бросая беспокойный, виноватый взгляд на Роуз, чье лицо выражало неодобрение.
— Уймись, Салли! — вполголоса потребовала Роуз. — Ты, я
прекрасно знаю, неисправимая сплетница, но, ради всего святого, не выведывай
секреты у ребенка!
— Значит, так. Сначала мы полетим на воздушном шаре, потом на самолете,
а потом будем долго-долго плыть на лодке вверх по Амазонке.
— Правда? — Салли выпучила глаза.
— Еще какая правда, — кивнула Люси, глядя на Салли чистыми,
невинными глазами.
К радости малышки, Салли извинилась, быстро повернулась и ушла — разносить
новость среди гостей.
— Это очень некрасиво! — выговорила Роуз маленькой девочке,
стараясь сохранить строгое выражение лица, хотя ей хотелось смеяться над
Салли, которая схватила кого-то за рукав, чтобы как можно скорее поделиться
услышанным. — Я прекрасно знаю, куда вы едете, и маме наверняка не
понравилось бы, что ты сочиняешь такие небылицы.
— Но я все время держала за спиной скрещенные пальцы! — возразила
с очаровательной улыбкой Люси. — А мама не рассердилась бы — я слышала,
как она говорила, что для миссис Фрейзер нет большего удовольствия, чем
узнавать чужие истории.
— Все-то ты слышишь, что надо и что не надо, — с суровым видом
усмехнулась Роуз. — Пора нам, однако, подойти к твоим родителям. Но
они, похоже, куда-то направились. — И Роуз стала протискиваться с Люси
сквозь толпу гостей, стараясь не столкнуться с официантами в черных фраках,
разливающими по бокалам пенящееся шампанское.
— Ну и как, миссис Уорнер? — прошептал Макс на ухо Эмбер, схватил
ее за руку и втолкнул в небольшой кабинетик рядом с главным залом. —
Как вы чувствуете себя снова в роли замужней женщины?
— Поскольку до этого я никогда не была
по-
настоящему замужем, мне очень трудно делать сравнения, — с
нежной улыбкой ответила Эмбер, радуясь, что с лица Макса, этого энергичного,
жесткого дельца, сошло то нервическое, чуть ли не болезненное выражение, с
которым он, к ее удивлению, ходил последние дни перед свадьбой. — Одно
могу сказать, мистер Уорнер, — добавила она с сияющими глазами, —
пока что я
невероятно счастлива!
— О любовь моя! — вздохнул Макс, заключая ее в объятия. —
Знаю, это было глупо, но я жил под гнетом страха, что ты в самый последний
момент передумаешь и откажешь мне. Сегодня я всю ночь глаз не
сомкнул! — сухо усмехнулся Макс и длинными загорелыми пальцами,
дрожащими от волнения, нежно погладил ее лицо. — Когда я утром увидел,
как ты от аналоя шагнула мне навстречу, я едва не закричал от радости. До
сих пор не могу поверить своему счастью, что я снова обрел тебя. А сердечная
мука, от которой мы оба страдали столько лет, осталась в прошлом. Навсегда.
— Да-да, навсегда! — прошептала Эмбер, чувствуя себя так, словно
она плывет надо всеми на облаке блаженства и счастья.
А Макс наклонил темную голову и поцеловал жену долгим страстным поцелуем,
сразу же пробудившим в них обоих желание. Но тут их ласки прервал высокий
громкий голосок Люси:
— Все вас разыскивают, но я сразу догадалась, где вы можете
быть! — (Макс улыбнулся девчушке, не выпуская Эмбер из рук.) —
Идите быстрее! — нетерпеливо попросила Люси. — Тетя Роуз говорит,
что пора разрезать торт и произносить речи.
— Неужели я должен произнести речь? — вздохнул Макс, предпринимая
последнюю попытку избежать тягостной обязанности. — Мне не страшно
выступать перед любым сборищем бизнесменов, но тут я буду явным посмешищем.
— Скажешь одну-две фразы, и дело с концом, — твердо заявила Эмбер.
— Не бойся, папа, — вставила свое слово Люси. — По-моему, ты
не можешь быть посмешищем. Я только что говорила тете Роуз, что ты очень
красивый.
— После того как публика выразила мне вотум доверия, у меня не остается
выбора, — улыбнулся Макс дочке. — Я, конечно, очень польщен твоими
словами, Люси, — продолжал он, ведя свое семейство обратно к
гостям, — но, если ты хочешь видеть настоящую красоту в сочетании с
нежным, любящим сердцем, тебе надо лишь взглянуть на твою маму.
Закладка в соц.сетях
