Жанр: Любовные романы
Запоздалая свадьба Лавиния Лейк и Тобиас Марч 3.
...т уйти на покой. Нам с тобой, дорогая, можно
только надеяться на такой счастливый
исход.
- А если все пойдет не так хорошо, как ты это представляешь?
- По этому поводу волноваться не стоит. Джек позаботился о том, чтобы Нед
отплыл под командой опытного, знающего
свое дело капитана.
Лавиния откинула голову на спинку кресла.
- Он так молод, Тобиас. Совсем мальчик. И скорее всего один на свете.
- Не трать на него свое сочувствие, Лавиния. Он не задумываясь взял деньги за
то, чтобы пригрозить тебе ножом. Через
год-другой он мог с легким сердцем воткнуть тебе кинжал между ребер за такую же
плату.
- О, я не думаю...
- Поверь, Лавиния, у Неда все задатки профессионального злодея.
- Возможно. Но если вспомнить о том, в каких трущобах он рос, нельзя не
пожалеть парня.
- Уверяю, жалость - это совсем не та эмоция, которую я испытал, когда нашел
вас сегодня.
- Только не говори, что ты не подвержен обычным людским слабостям, -
улыбнулась она. - Ты мог бы отвезти
мальчика на Боу-стрит, где его, вне всякого сомнения, заковали бы в кандалы, а
потом повесили. Вместо этого ты привел его
к Улыбчивому Джеку.
- Много хорошего мне это даст, как же, - проворчал Тобиас, глядя в стакан. -
Он и без того, вероятно, окончит свою
жизнь в петле.
- Если и так, то не потому, что ты его туда послал, - мягко напомнила она.
Тобиас глотнул бренди и ничего не ответил. Но лицо немного просветлело.
Они долго сидели молча. Тобиас первым нарушил молчание:
- Что хотела обсудить с тобой Аспазия?
Лавиния покрутила в руках стаканчик и быстро выпила.
- Хотела заверить, что не претендует на тебя.
- Я с самого начала мог тебе это сказать, - фыркнул он. - И даже, если память
не изменяет, говорил. Вполне
недвусмысленно.
- Ничего подобного. Ты сказал, что не питаешь к ней романтических чувств.
Тобиас пожал плечами:
- Это одно и то же.
- Не совсем, - холодно бросила она. - Но из ее рассказа я заключила, что с
бедняжкой плохо обращались и муж, и
отец. Она поклялась никогда не выходить замуж. Но потом встретила Закери
Элланда. Ты прав: она действительно считала,
что они созданы друг для друга. И была убита, обнаружив правду о нем.
- Я рад, что между вами возникло взаимопонимание. Жаль только, что для
объяснений она потащила тебя на это
проклятое кладбище.
- Она тут ни при чем. Милый Нед следил за мной, с той минуты, как я вышла из
дома. Он просто ждал возможности
застать меня одну, и, не будь кладбища, нашлось бы что-то другое. Переулок или
парк, например.
- Не напоминай мне.
Он снова выпил бренди и поставил стакан на подлокотник кресла.
- Давай поговорим, почему убийца нанял кого-то вроде Милого Неда, чтобы
отпугнуть тебя.
- У тебя появилась версия?
- Вполне возможно, что новый Мементо Мори считает тебя серьезным
препятствием, - пояснил Тобиас. - Он
стремится бросить вызов мне и запугать Аспазию, но ты ему не нужна.
- Поэтому он хочет убрать меня с дороги?
- Возможно, уверен, что я не позволю тебе помогать мне в этом деле, если
посчитаю, что твоя жизнь в опасности, -
выговорил Тобиас, глядя ей в глаза. - И он скорее всего прав.
- Даже не думай, - предупредила она. - Ты не можешь заставить меня прекратить
расследование. Я слишком глубоко
в нем увязла... - Она осеклась, услышав стук в дверь. - Да, миссис Чилтон?
Дверь открылась.
- К вам миссис Дав и лорд Вейл, - торжественно объявила миссис Чилтон тоном,
приберегаемым для самых важных
гостей.
- Господи Боже! Сразу оба?!
Лавиния вскочила. Она уже успела привыкнуть к визитам миссис Дав, но Вейл -
дело совершенно иное..
- Пожалуйста, миссис Чилтон, проводите их в гостиную. И принесите чайный
поднос, только заварите новый, китайский
сорт. Передайте, что мы с мистером Марчем сейчас будем.
- Да, мадам, - кивнула миссис Чилтон и удалилась, закрыв за собой дверь.
- Поверить не могу, что лорд Вейл здесь, в моем доме!
Лавиния расправила складки платья и подошла к зеркалу, чтобы проверить
прическу.
- Как по-твоему, Тобиас, достаточно подать чай или предложить еще и шерри?
Тобиас лениво поднялся.
- Что-то подсказывает мне, что лорд Вейл предпочтет стаканчик моего
французского бренди.
Лавиния отвернулась от зеркала.
- Прекрасная мысль. Нам понадобятся стаканы. Иди в гостиную, а я перемолвлюсь
словечком с миссис Чилтон.
Тобиас весело покачал головой:
- Ты и вполовину не была так взволнована, когда я наткнулся на тебя возле
проклятого кладбища, бегущую от злодея.
- Мы говорим о лорде Вейле. В этом городе есть немало дам, готовых убить за
то, чтобы заполучить его в свои бальные
залы, а он сидит здесь, в моей крошечной гостиной! - воскликнула Лавиния и
замахала руками, прогоняя его. - Скорее же!
Не хочу, чтобы он подумал, будто мы нарочно его задерживаем. Я скажу миссис
Чилтон, чтобы принесла еще стаканы.
- И попроси ее положить на поднос пару маленьких пирожных со смородиной,
хорошо? - Тобиас захватил бутылку с
бренди и неторопливо направился к двери. - Насколько я помню, она сказала, что у
нее еще осталось несколько штук.
- Ладно-ладно, иди уж!
Он зашагал к гостиной. Лавиния повернула налево и побежала к кухне.
- Стаканы для бренди, миссис Чилтон, - задыхаясь, выпалила она. - А мистер
Марч попросил пирожные со
смородиной.
Миссис Чилтон подняла чайник с кипятком.
- Да, мадам. Сейчас принесу поднос. Идите к гостям.
- Разумеется.
Лавиния глубоко вздохнула, собралась и пошла по коридору. Дверь гостиной была
открыта. Она постаралась принять
величественный вид, прежде чем вплыть в комнату.
Вейл и Тобиас стояли у окна. Джоан сидела на диване. Каждая складочка ее
красивого лазурно-голубого платья дышала
безупречной элегантностью.
- А, вот и вы, миссис Лейк! - воскликнул Вейл, наклонив голову. - Должен
сказать, выглядите вы совсем неплохо для
дамы, которая полдня играла с грабителем в кошки-мышки на кладбище.
- Вижу, Тобиас уже успел все рассказать, - вздохнула Лавиния, приседая.
- Вас не ранили? - с беспокойством спросила Джоан.
- Слава Богу, нет. - Она села на стул, надеясь, что складки будут спадать так
же изящно, как у Джоан. - Мы с
Тобиасом как раз обсуждали мотивы покушения. Он считает, что для убийцы я нечто
вроде препятствия. Поэтому он хочет
запугать меня и заставить отказаться от расследования.
- Именно ваше расследование и привело меня сюда, - пояснила Джоан, бросив
быстрый взгляд на Вейла. - У меня
появилась информация, которая может вам помочь. Мало того, я почти убедила его
сиятельство, что эти убийства как-то
связаны с неудавшимися свадьбами.
Тобиас испытующе взглянул на Вейла.
- Это так?
- Я с трудом привыкаю к этой мысли, - признался Вейл. - Но должен сказать,
что Джоан назвала имена трех
престарелых дам, у которых вполне мог оказаться повод для убийства. Мало того,
всем троим по карману нанять убийцу,
если, разумеется, они вздумают сделать это.
Лавиния испытала необычайный подъем духа.
- Три престарелые дамы? Расскажите, Джоан!
- Первая - леди Хаксфорд. У нее была вполне веская причина хотеть смерти
лорда Фуллертона. Как вы помните, он
был помолвлен с дочерью Пенфилда.
- Да, конечно, и что же?
- Леди Хаксфорд - ее бабка со стороны матери. Ей уже под шестьдесят, почти
ровесница Фуллертона. Согласно очень
надежному источнику, он соблазнил ее, когда она впервые показалась в свете. Но
потом бросил ради более выгодного брака.
Отец будущей леди Хаксфорд был достаточно богат, чтобы найти дочери другого
жениха, пока в свете не распространились
сплетни о ее погубленной репутации. Но сердце ее было разбито, и она так и не
простила Фуллертона.
- Представляете, что с ней было, когда годы спустя она узнала, что гнусный
обманщик сделал предложение ее внучке!
- ужаснулась Лавиния. - Должно быть, леди Хаксфорд была вне себя от ярости.
- Но она никак и ничем не могла воспрепятствовать свадьбе, - добавила Джоан.
- Все остальные родственники
считали Фуллертона превосходной партией. Вряд ли она могла рассказать правду о
своем прошлом, а если бы и рассказала,
все равно никто не стал бы ее слушать.
Вошла миссис Чилтон с подносом. Тобиас налил бренди себе и Вейлу.
- А кто вторая возможная подозреваемая в списке? - осведомился он.
- Вдовствующая леди Ферринг, - ответила Джоан. - Она вполне могла нанять
убийцу, чтобы избавиться от леди
Роуленд, той женщины, которая, по мнению окружающих, приняла слишком большую
дозу снотворного. Не забудьте, что
смерть леди Роуленд привела к разрыву помолвки между ее внучкой и внуком леди
Ферринг.
Лавиния кивнула.
- Вы говорили, что леди Роуленд была одержима мыслью увидеть старшую внучку
замужем за молодым Фер-рингом,
потому что когда-то пылала страстью к его деду.
- Да, но похоже, что леди Ферринг, знавшая об их романе, безумно ревновала
мужа к леди Роуленд, которая в свое
время считалась редкой красавицей. Мне как-то говорили, что между двумя дамами
происходили возмутительные сцены,
шокировавшие весь высший свет. Ссоры, правда, случались лет тридцать назад, но
ходили слухи, что вражда между
женщинами так и не угасла.
- И вдруг в один прекрасный день вдовствующая леди Ферринг обнаруживает, что
ее старая соперница, леди Роуленд,
замыслила соединить обе семьи, выдав внучку за молодого Ферринга, - прошептала
Лавиния. - Бьюсь об заклад, она
пришла в ярость.
- Не понимаю, - удивился Тобиас, - почему со смертью леди Роуленд помолвка
была разорвана.
- Потому что она была единственной, кто стремился к этой свадьбе, - пояснила
Джоан. - Как только отец молодой
девушки завладел состоянием, у него мигом появились иные планы. Оказывается, у
него не одна, а семь дочерей, которых
необходимо пристроить. Он намерен разделить состояние поровну между всеми
девушками. Следовательно, старшая не
получит такую огромную долю, как обещала леди Роуленд, и не считается такой уж
завидной невестой. Молодому Феррингу
придется искать себе другую жену.
- А кто, по-вашему, заказал третье убийство? - осведомилась совершенно
заинтригованная Лавиния.
- Мистера Ньюболда? Ну, объяснить это проще всего, - заверила Джоан. -
Ньюболд был чрезвычайно богат, но все
знали его как отъявленного негодяя. Когда он сделал предложение мисс Уилсон,
родственники невесты были готовы закрыть
глаза на его похождения, лишь бы обрести богатого зятя. Только бабка со стороны
матери пожалела бедняжку. Миссис
Стокард сама была замужем за грязным развратником и не желала, чтобы внучке
досталась такая же судьба.
- Превосходная работа, Джоан! - воодушевленно воскликнула Лавиния и,
обратившись к Тобиасу, задорно
продолжала: - Вот видите, сэр, у нас все есть: веские мотивы и средства, чтобы
добиться цели.
Тобиас и Вейл переглянулись.
- Что ж, определенная логика в этом наблюдается, - признал Вейл.
Джоан деликатно откашлялась.
- Есть и еще одно важное связующее звено. Все три женщины, похоже, давние
приятельницы. Их дружба выдержала
испытание временем. Я сама готова поклясться, что леди Хаксфорд и леди Ферринг
почти неразлучны.
- Весьма интересно, - кивнул Тобиас. - Этим как раз можно объяснить, каким
образом все они обратились к одному
услужливому убийце. Одна узнала о нем и рассказала остальным.
Лавиния сосредоточенно постучала пальцами по подлокотнику, чтобы собраться с
мыслями.
- Как бы мне хотелось получить возможность расспросить этих дам!
Никто не ответил. Она огляделась и увидела, что остальные пристально за ней
наблюдают.
- Крайне тактично, разумеется, - вкрадчиво добавила она.
- Ну как же, конечно, - проворчал Тобиас. - Зная, как вы, мадам, поднаторели
в искусстве тактичной беседы...
- Но, Тобиас...
- Насколько я припоминаю вашу последнюю попытку в этой области, именно
благодаря вам нас вышвырнули из замка
Бомон. Причем даже не дав позавтракать.
- Как, сэр, вы намереваетесь тыкать меня носом в этот глупый инцидент при
каждом удобном случае?
- Именно, - ехидно подтвердил Тобиас.
Джоан улыбнулась.
- По-моему, я знаю, как вам помочь, Лавиния. В отношении миссис Стокард
ничего не предпримешь, поскольку ее нет в
Лондоне. Но я могу договориться о встрече с леди Хаксфорд и леди Ферринг.
- Я была бы вам крайне благодарна, - обрадовалась Лавиния. - Но как этого
добиться?
- Если верить моей знакомой, которая любит посудачить, обе дамы часто
посещают летние концерты в Воксхолле,
особенно по тем вечерам, когда устраиваются фейерверки. Завтра как раз такой
концерт. Думаю, неплохо бы нам пойти
вдвоем, и я вас представлю вроде бы случайно. Ну как?
- Идеально! - с энтузиазмом воскликнула Лавиния. - Великолепные новости. У
меня такое предчувствие, что мы
приближаемся к завершению расследования!
- В таком случае, - вздохнул Тобиас, уставясь в окно, - почему у меня такое
предчувствие, будто мы проглядели чтото
жизненно важное?
- Естественно, потому что одно из свойств вашего характера - рассматривать
каждое событие как нечто вроде
очередного несчастья, - отрезала Лавиния. - Вам следует культивировать в себе
более положительный, оптимистичный
взгляд на вещи, и, поверьте, ваш характер чудесным образом переменится.
К немалому удивлению Тобиаса, Вейл предпочел присоединиться к нему, когда он
выразил желание покинуть дом
Лавинии и отправиться в клуб. Кто бы подумал, что такой скрытный и замкнутый
человек, как Вейл, согласится разгуливать
по городу пешком! С другой стороны, он проводил немало времени в провинции, на
раскопках римских развалин, так что
привык к физическим упражнениям.
Розовые лучи заходящего летнего солнца окутывали улицы и парки мягким,
прозрачным сиянием, характерным для этого
времени года. В уличных сценах были заметны некая глубина и определенность,
привлекавшие взор. Каждое окно и дверной
проем выделялись с особой четкостью, передать которую было бы не под силу самому
искусному художнику. И все же
залитые теплым светом пространства только подчеркивали непроницаемость теней в
узких переулках и тупиках.
- Похоже, что интуиция вашего партнера правильно подсказала мотивы убийств, -
заметил Вейл.
- Должен признать, что дамы настолько верно подметили связь между тремя
женщинами и их стремлением помешать
свадьбам, что я больше не могу отмахнуться от их мнения, - покачал головой
Тобиас. - Хотя, согласитесь, мысль о
престарелых светских леди, готовых оплатить убийство, чтобы добиться своего,
более чем неприятна.
- Скажу по чести, когда Джоан впервые изложила мне выводы, к которым пришла
вместе с Лавинией, меня дрожь
пробрала.
Тобиас едва не улыбнулся.
- Беда в том, что мы слишком часто склонны недооценивать слабый пол.
- Точнее не скажешь.
Вейл мельком глянул на компанию мальчишек, запускавших в парке воздушных
змеев.
- Сегодня мне самому преподали очень важный урок в этой области. Беседа с
Джоан оказалась крайне познавательной.
Вам когда-нибудь приходило в голову, как мало может дать замужество умной,
зрелой женщине с собственным состоянием?
Тобиас, задрав голову, любовался змеем, поднявшимся над деревьями.
- Если намереваетесь сообщить мне, что институт брака не слишком
привлекателен для подобных женщин, не тратьте
слов. Я и сам в последнее время немало размышлял на эту тему.
- Ясно.
Тобиас повернулся к нему:
- Могу я предположить, что и вы со мной согласны?
Вейл едва заметно наклонил голову.
- Я не собирался вступать в брак после смерти моей жены. И до недавних дней
не видел в этом необходимости. У меня
два сына, которые сами успели обзавестись детьми, так что мои титулы и поместья
перейдут к законным наследникам. До
сих пор исследования оставленных римлянами следов пребывания в Англии составляли
мой основной интерес. Что же до
удовольствий и утешения, которые мужчина может получить от женщины...
согласитесь, это не так уж трудно найти.
"Особенно когда ты богат, знатен и титулован, и тогда женщины сами будут
падать к твоим ногам", - подумал Тобиас,
но мудро оставил свои замечания при себе. В конце концов, это не совсем
справедливо. Хотя у Вейла наверняка были тайные
связи, он не из тех, кто выставляет напоказ дорогих куртизанок или заводит
содержанок среди ярких бабочек полусвета.
- Я и сам не представлял, как одинок, тюка не начал проводить больше времени
с Джоан, - продолжал Вейл. -
Поверите, я словно обнаружил эликсир, о жизненной необходимости которого не имел
ни малейшего представления, пока не
попробовал.
- И теперь, попробовав, терзаетесь мрачными сомнениями в том, удастся ли вам
полностью утолить вашу жажду.
Вейл бросил на него устало-насмешливый взгляд.
- Вижу, что и вы приобрели вкус к некоему снадобью.
- Все же в нашем положении есть одна светлая сторона, Вейл.
- В самом деле? Какая же именно?
- Понимаете, если мужчины в подобной ситуации ухитрятся убедить своих
возлюбленных выйти за них, можно по
крайней мере с полной уверенностью сказать, что их брак основан на любви и
доверии.
- А не на финансовых и иных соображениях? - невесело улыбнулся Вейл. - И что,
черт возьми, мы будем делать, если
они нам откажут?
- Думаю, именно это тревожное обстоятельство и мешает нам просить их руки.
- Именно, - кивнул Вейл. - Ну а пока дальнейшая дискуссия на эту тему не
имеет смысла и будет угнетать нас еще
больше. Лучше скажите, вы правду говорили там, в гостиной миссис Лейк? В самом
деле считаете, что проглядели какой-то
жизненно важный след?
- Просто уверен, - кивнул Тобиас, наблюдая, как один из змеев круто рванулся
вниз и, завиваясь штопором,
беспомощно полетел к земле. - Не одна моя партнерша обладает тонкой интуицией. Я
дорогой ценой усвоил правило:
никогда не игнорировать мои собственные инстинкты в подобных делах.
Глава 22
Крекенберн с большей, чем обычно, готовностью опустил газету и воззрился на
Тобиаса.
- А вот и вы. Где это вас носило, черт побери?
- Шел по следу, - коротко ответил Тобиас, садясь в свободное кресло перед
камином. - Если припоминаете, именно
этим я зарабатываю себе на хлеб. Не всем нам выпало счастье проводить в клубах
дни и ночи, сэр.
Крекенберн сложил газету и швырнул на маленький столик рядом с креслом.
- Что-то вы в дьявольски плохом настроении сегодня, и, предполагаю, это
означает, что дело не двигается.
- Наоборот, у меня куда больше сведений и улик, чем можно обработать, но
определенного ответа я так и не получил. -
Тобиас поставил локти на подлокотники и вытянул левую ногу. - Скажите, сэр,
можете ли вы представить, чтобы немолодая
дама заказала убийство с одной целью: удачно выдать замуж свою внучку?
Крекенберн от неожиданности моргнул, поморщился и нехотя пробормотал:
- Никогда не размышлял на подобные темы, но нельзя игнорировать тот факт, что
брак - чрезвычайно важная штука,
по крайней мере в свете. И там, где речь идет о состояниях и титулах, невозможно
и предположить, на что способна сильная,
волевая, лишенная совести и чести особа. Я знаю родителей, которые специально
оставляли дочерей наедине с молодыми
джентльменами, а потом разыгрывали целый спектакль, чтобы заставить мужчину
сделать предложение. Каждый сезон
благородные леди и джентльмены продают своих отпрысков, обрекая их на страдания
и несчастья ради денег и наследства.
Почему бы не убийство, если этим достигается чья-то цель?
- Вы правы. Похоже, наш новый Мементо Мори занял совершенно необычную нишу на
рынке подобных услуг и
воспользовался уникальной возможностью. Миссис Лейк и леди Дав убеждены, что в
числе его клиентов - леди Хаксфорд,
вдовствующая леди Ферринг и некая миссис Стокард.
Он объяснил версию Лавинии и стал ждать ответа.
- Как странно, - нахмурился Крекенберн, - но если рассматривать все три
преступления именно с этой точки зрения,
должен признать, что не вижу ничего невероятного. Я лично помню те сцены,
которые устраивали леди Ферринг и леди
Роуленд. Весьма забавно. А давние слухи насчет леди Хаксфорд и Фуллертона... Что
ж, в то время мы все гадали, правда ли
это. Я не слишком хорошо знаком с миссис Стокард, но нетрудно понять, почему
умный человек станет противиться союзу с
Нью-болдом.
- Миссис Лейк и леди Дав попробуют деликатно переговорить с леди Хаксфорд и
леди Ферринг завтра вечером в
Воксхолле. Я же попробую возобновить почти безнадежную попытку обнаружить
личность особы, нанявшей злодея с целью
запугать моего компаньона.
- У вас есть какие-то предположения?
- Несколько. Прежде всего, чтобы нанять кого-то вроде Милого Неда, следовало
навести справки на самом "дне". По
моему опыту, этот мир является зеркальным отображением высшего общества,
управляемым теми же неизменными
законами природы.
- Иными словами, злословие и сплетни в нем распространяются так же свободно,
как и наверху.
- Именно.
- И уж конечно, совсем немного времени потребовалось на то, чтобы эти самые
слухи дошли до вашего приятеля Джека.
- Джек по моей просьбе продолжает удить рыбку в этом пруду. Если повезет,
выудит что-нибудь полезное.
- Он ничего не обнаружил относительно Элланда?
- Пока нет.
Брови Крекенберна озабоченно сошлись над стеклами очков.
- А знаете, ваши слова о том, что Закери всеми силами избегал трущоб и
кварталов, пользующихся дурной славой,
весьма меня заинтересовали. Я долго над этим раздумывал. Вы правы. Он считал
себя куда выше обычных убийц. Кем-то
вроде джентльмена. Гордился тем, что свободно вращается в свете, а не в том
криминальном окружении, которое вы
описали.
- Теперь я припоминаю, что, когда просил его собрать сведения в какой-нибудь
портовой таверне или борделе, он всегда
отказывался под тем предлогом, что ничего не знает о подобных местах и не сможет
быть мне полезным. Но, оглядываясь
назад, я почти уверен, что он до глубины души презирал тех, кого считал грязью
под своими ногами. Мне лично кажется, что
он чего-то опасался, - объяснил Тобиас.
- Что ж, - задумчиво выговорил Крекенберн, - не он первый скрывал под маской
пренебрежения более сильные
эмоции.
- Надеюсь, что у Элланда была веская причина избегать трущоб.
- Какая именно? - удивился Крекенберн.
- Если он вышел из того мира, вполне резонно, что не хотел рисковать,
возвращаясь туда.
- Боялся быть узнанным?
- Или пробудить в ком-то воспоминания. Трудно сказать... Но каков бы ни был
ответ в случае Элланда, новый Мементо
Мори не имеет подобных предрассудков. Как мы видим, он был готов посетить
квартал, пользующийся на редкость дурной
славой, только ради того, чтобы найти Милого Неда, - заметил Тобиас.
- Может, он был в отчаянном положении.
- Тем не менее я надеюсь, что именно там он не мог не оставить следов.
- Желаю вам удачной охоты, - кивнул Крекенберн и, откашлявшись, добавил: -
Кстати, у меня есть кое-какие
новости, касающиеся другого предмета.
- Доминика Худа? - насторожился Тобиас.
Крекенберн откинулся на спинку кресла.
- Не знаю, посчитаете ли вы полезными мои сведения, но, может, это даст вам
отправную точку в дальнейших
расследованиях.
Тобиас сунул отмычку в кожаный футляр и оглядел полутемную лабораторию. Коекакие
приборы и оборудование были
знакомы. На ближайшей полке посверкивали ряды стеклянных реторт. В углу
возвышалась большая электрическая машина.
На скамье стоял дорогой телескоп. Рядом с ним горбился микроскоп.
Остальные приборы были ему незнакомы, но все выглядели новехонькими и
говорили о страсти к науке. Тобиас уже
обыскал спальню и маленькую гостиную. Лаборатория оказалась заперта, так что он
приберег ее напоследок. Теперь, стоя
среди сокровищ, которые Доминик Худ, очевидно, ценил больше всего на свете, он
понял, что, если у молодого человека
имеются тайны, они скрыты именно здесь.
Часы только что пробили девять. Он видел, как Доминик вышел из дома чуть
раньше. Судя по вечернему костюму, он
отправлялся в клуб или игорный дом и, следовательно, будет отсутствовать
несколько часов. Слуга тоже ушел, вероятно,
решив скоротать вечерок в ближайшей кофейне.
Тобиас принялся быстро, но методично обшаривать комнату. Царивший тут порядок
весьма способствовал его усилиям.
Он нашел то, что искал, в маленьком запертом ящичке письменного стола у окна.
Дневник в кожаном переплете. Почерк
женский. Судя по датам, записи делались двадцать два года назад.
"Сердце бьется так сильно, когда он касается моей руки... просто чудо, что я
не лишаюсь чувств. Невозможно описать
силу тех эмоций, которые рождает во мне его присутствие. Одно сознание того, что
он рядом, наполняет меня восторгом. Он
предупредил, что я не должна ничего говорить ни маме, ни папе и никому из
подруг, но как я могу хранить в душе столь
поразительную тайну?!"
Тобиас перелистал несколько страниц и снова стал читать.
"...Поверить не могу, что он бросил меня. Он клялся, что страсть его никогда
не угаснет. Нет, не может быть! Он
непременно придет за мной, как обещал. Мы убежим вдвоем..."
"...Мама говорит, что я погублена. Она целый день проплакала в спальне. Папа
с самого утра заперся в кабинете и не
выходил до вечера. Филлипс говорит, что он выпил весь кларет и бутылку бренди и
мертвецки пьян.
Мне очень страшно. Я послала записку любимому, но он не ответил. Господи
милостивый, что мне делать, если он не
придет за мной?! Я не могу жить без него..."
"...Папа только сейчас сообщил, что мой любимый женат на другой. Мама
утверждает, что у него есть не только жена, но
и маленькая дочь, а летом появится еще один ребенок. Это невозможно. Он не мог
мне солгать..."
"...Утром мы уезжаем в деревню. Папа говорит, что у него нет иного выхода,
кроме как принять предложение мистера
Худа, просившего моей руки. Я должна немедленно выйти замуж, или мне грозит
вечный позор. Боже, сердце мое разбито.
Пусть даже я умру завтра, мне все равно. Мистер Худ слишком стар..."
Энтони вскочил так стремительно, что едва не опрокинул стул.
- Он мой брат?!
- Точнее, единокровный брат, - кивнул Тобиас, присаживаясь на край стола. -
Все это было в дневнике. Элен
Клифтон назвала имя твоего отца, человека, который соблазнил ее, когда она
приехала в Лондон на свой первый сезон.
- Но это невозможно, - возразил Энтони, принимаясь метаться по комнате. Потом
подбежал к окну и мрачно уставился
на темнеющий сад. - Наверняка я знал бы, появись у
...Закладка в соц.сетях
