Жанр: Любовные романы
Запоздалая свадьба Лавиния Лейк и Тобиас Марч 3.
...ормотала Лавиния, знавшая, что война между
Францией и Англией ни в малейшей
степени не уменьшила французского влияния на английскую моду. Некоторые вещи
были выше всякой политики. - Но мы
хотели бы узнать...
- Видите ли, она появилась в самый критический момент. - Корк
пренебрежительно фыркнул. - Правительство
объявило абсурдно высокий налог на пудру для париков, так что спрос на пудреные
парики мгновенно упал. Как только они
вышли из моды, вместе с ними ушли и прически, которые можно было назвать
истинными произведениями искусства. Какой
грустный конец! Почти разорил не только мистера Тодда, но и меня.
Лавиния поймала взгляд Тобиаса и предприняла еще одну попытку перебить
словоохотливого изготовителя париков:
- Мистер Корк мы все же хотели бы знать...
- Ах, вот это были времена, - благоговейно прошептал Корк. - Меня не
оставляет ужасное подозрение, что в своей
жизни я больше не увижу возврата золотой эры настоящих художественных париков.
Тогда каждый знатный Дом имел
специальное хранилище для париков, где их причесывали, завивали, пудрили и
накручивали на папильотки. От парикмахеров
требовалось чрезвычайно высокое мастерство. И должен сказать, они достигали в
нем неимоверных вершин. Да что там, я
сам знал тех, кто создавал прически такой невероятной высоты и великолепия, что
дамам приходилось путешествовать в
каретах стоя на коленях или высовывать головы в окна.
- Мистер Корк, - уже тверже повторила Лавиния. - Мы хотим знать...
В этот момент дверь лавки распахнулась. На пороге появился франтовато одетый
мужчина примерно возраста Корка, но
обладавший куда менее внушительной комплекцией. Под мышкой он нес сверток.
- Мистер Тодд! - приветствовал Корк с фамильярностью, свидетельствующей о
старой дружбе. - А вот и вы! Я уже
гадал, что с вами стало.
- Леди Броктон меняла свое мнение по крайней мере трижды. Все не могла
решить, что больше идет ее дочери: букли
или косы, - пробурчал Тодд. - Лично мне с первого взгляда было ясно, что
девчонке необходимо скрыть слишком высокий
лоб, а следовательно, нужно выпустить побольше локонов спереди. Но потребовались
исключительно тонкая дипломатия и
немало времени, чтобы убедить в этом леди Броктон. К счастью, сегодня днем у
меня не было других заказчиков.
- Знаю, что вы находите леди Броктон чрезвычайно утомительной, но она наша
постоянная клиентка.
- Да-да, разумеется. - Тодд оглядел Лавинию и Тобиаса. - Простите, не хотел
вам мешать.
- Чарлз Тодд, позвольте представить вам миссис Лейк и мистера Марча, -
объявил Корк. - Они пришли задать нам
несколько вопросов. Я как раз рассказывал им о великих временах, когда наша
профессия ценилась на вес золота. Кстати,
тогда никто не беспокоился о точном оттенке фальшивых волос, поскольку они все
равно покрывались помадой и пудрой.
Тодд положил сверток на прилавок.
- А пудра! Что за прелесть! - Он сложил ладони, и от избытка впечатлений даже
прикрыл глаза. - Какое разнообразие
красок, какие глубины тонов, несомненно, рожденные истинным вдохновением! Когда
я их смешивал, ощущал себя
настоящим художником.
- Да, у Тодда было поистине волшебное чутье во всем, что касалось пудры, -
подтвердил Корк. - Клянусь, у него
были рецепты на самые деликатные оттенки голубого и розового, желтого, лилового
и бледно-фиолетового. А изысканная
замысловатость его шиньонов! Вечерами в бальных залах его работу можно было
определить с первого взгляда. А его
прически затмевали произведения всех остальных лондонских парикмахеров.
- Да, было время, - согласился Тодд.
- Я только сейчас говорил, как мадам Тальен спасла нас, введя моду на
естественно окрашенные парики, - добавил
Корк. - А теперь шиньоны, накладки, фальшивые локоны и тому подобное прекрасно
расходятся. Однако прошлого уже не
вернешь.
- Да, и к тому же несколько лет назад был весьма неприятный, я сказал бы,
опасный период, когда дамам вдруг взбрело
в голову стричь волосы очень коротко в подражание греческим и римским модам. Но
к опытным парикмахерам снова стали
обращаться, когда длинные волосы вновь стали в цене, - с вполне понятным
удовлетворением заметил Тодд.
- Благодарение Богу за вечно меняющуюся моду, - вторил Корк. - Мистер Тодд,
как я счастлив доложить, - один из
наиболее выдающихся парикмахеров столицы. Вся верхушка светского общества - его
клиенты. Его модели действительно
уникальны и оригинальны: настоящие шедевры, и наметанный взгляд сразу отличит их
как на улице, так и в светских
гостиных.
- Неужели? - без особого интереса бросил Тобиас.
- Так оно и есть. Многие конкуренты пытались скопировать его шиньоны, но
ничего не выходило. Разве можно
превзойти большого художника?
- Всегда говорил, что парикмахера можно узнать по шиньону, - провозгласил
Тодд. - Это основа всей прически. То,
что придает созданию отличительную особенность. Неподдельную элегантность. Если
шиньон сделан безвкусно или плохо
посажен на голове, никакая завивка или плойка не сможет спасти прическу.
Лавиния вспомнила прически, сделанные Эмелин и ей самой парикмахером миссис
Дав для нескольких грандиозных
балов прошлого сезона. Нужно признать, что шиньоны в самом деле были настоящими
произведениями искусства, как
парикмахерского, так и архитектурного.
- Но дело не только в шиньоне, - продолжал Тодд, - необходимо тщательно
выбрать и прикрепить украшения на уже
готовой прическе. Должен с сожалением сказать, что многие в моей профессии
склонны злоупотреблять жемчугом и
цветами, не говоря уж о перьях. По словам Лафоя, в таких вопросах девизом
парикмахера должна быть сдержанность.
- Кто, черт возьми, этот Лафой?! - не выдержал Тобиас, очевидно, оставив
всякую надежду ввести беседу в скольконибудь
разумное русло.
Тодд и Корк уставились на него с таким видом, словно перед ними вдруг возник
дикарь из джунглей.
- Вы не знаете Лафоя?!
Чарлз торжественно развернул сверток и вынул книгу.
- Я имею в виду того самого Лафоя.
- Никогда о нем не слышал, - признался Тобиас.
- Лафой не только король в мире парикмахеров, но еще и великий поэт. - Тодд
раскрыл книгу. - В прошлом году он
опубликовал превосходный сборник стихов, посвященных искусству куафюры . Это мой
второй экземпляр. Пришлось
приобрести его, поскольку первый я утратил.
Корк лукаво подмигнул.
- Заснул в ванне с книгой и уронил ее в воду.
- Только послушайте эти сочинения о благородном парикмахерском искусстве, -
настаивал Чарлз. - Меня просто
потрясают чувствительность и эмоциональная сила его поэзии. Одна только ода
расческе вызывает слезы у меня на глазах
каждый раз, когда я ее читаю.
Он откашлялся, готовясь цитировать великого поэта.
- Может быть, в другой раз, мистер Тодд? - попросил Корк, воздев руки к небу.
- Миссис Лейк и мистер Марч к нам
по делу.
- Да, разумеется, простите меня.
Тодд отложил книгу и, поджав губы, принялся разглядывать Лавинию.
- Вы совершенно правильно поступили, придя к нам, мадам. С рыжими волосами
ничего нельзя поделать, кроме как
закрыть париком. У меня имеются краски, чтобы подтемнить волосы, но ваши ничто
не возьмет. Как только выберете парик,
буду счастлив причесать его для вас. Так и вижу вас в темном парике, верно,
Корк?
- Совершенно, - просиял улыбкой Корк. - Мадам будет неотразима в черном.
Тодд обошел Лавинию, внимательно присматриваясь к ее волосам.
- Думаю, вполне можно использовать прическу а-ля Минерва. Это добавит вам
роста. Что скажете, мистер Корк?
- Вы, как всегда, правы, мистер Тодд, когда речь идет о подобных вещах. Но к
сожалению, мадам дала ясно понять, что
не желает ничего покупать сегодня.
- Какая жалость, - пробормотал Чарлз. - Есть немало возможностей, знаете ли.
Если бы только...
- Насчет продажи светлого парика в прошлом месяце, - бесстрастно повторил
Тобиас.
- Да-да...
Корк заложил руки за спину и задумчиво покачался на каблуках.
- Насколько я понял, вы оплатите мое время, потраченное на обсуждение вопроса
о светлом парике?
Тобиас обернулся к Лавинии, приподняв бровь:
- Моя помощница обсудит с вами условия.
Лавиния откашлялась и приготовилась заключить сделку, уже оговоренную с
другими изготовителями париков.
- Как и вы, мистер Корк, мы обслуживаем эксклюзивную клиентуру. Только самые
знатные особы обращаются в "Лейк
и Марч" с просьбой провести частное расследование.
- Понимаю, - кивнул Корк.
- Как мы оба знаем, - вкрадчиво продолжала Лавиния, - каждое деловое
предприятие требует правильного рода
рекламы. Предлагаю в обмен на любую информацию, которую вы сообщите нам сегодня,
рекомендовать вашу лавку своим
заказчикам. Корк даже не потрудился скрыть недоверия.
- Не вижу особой в этом пользы.
- Заверяю, сэр, что мы сейчас говорим о самых высших слоях общества, -
заметила Лавиния. - Слово, вовремя
попавшее в нужные уши, стоит куда больше любого объявления в газетах.
- Хм-м. - Корк снова покачался на каблуках и кивнул: - Так и быть. В прошлом
сезоне меня попросили сделать один
или два комплекта фальшивых локонов и пару накладок, но это все. Как я уже
сказал, цвет просто немоден. Я больше не
употребляю превосходную желтую немецкую краску. Спрос в основном имеется на
каштановые и черные парики.
- Спасибо за информацию, - холодно выговорил Тобиас. - И поверьте, я крайне
ценю вашу откровенность. Не
сомневайтесь, миссис Лейк упомянет название вашего заведения своим клиенткам при
первой же возможности.
Он схватил Лавинию за руку и потащил к двери.
- Что ж, совершенно бесполезная трата времени. Клянусь, за эти два дня я
узнал об искусстве изготовления париков и
прическах куда больше, чем мне хотелось бы.
- Тем не менее ты был прав, когда сказал, что не нужно упускать из виду этой
версии Мы не можем себе позволить
пренебречь столь важным следом, - возразила Лавиния.
- Сейчас обойдем последние три лавки, а сегодня я проберусь в ту, что была
закрыта, и на этом все. Ад и проклятие,
Лавиния, я должен увидеть это дело под каким-то другим углом.
Лавиния расправила левую перчатку.
- Но я в самом деле считаю, что обязана сопровождать тебя сегодня, Тобиас. Я
тебе нужна.
- Неужели! - рассеянно пробормотал он, словно слышал все сказанное краем уха.
- И почему это?
- Потому что, несмотря на все наши расспросы, должна сказать, что ты
совершенно не разбираешься в модах и,
следовательно, просто не знаешь, что именно искать в этой лавке. И вполне
возможно, не обратишь внимания на важную
улику.
После недолгого размышления Тобиас, к изумлению Лавинии, пожал плечами.
- Может, ты и права, - вздохнул он наконец. - Думаю, особого риска не
предвидится. В конце концов, владелец,
мистер Суэйн, уехал из города.
- Превосходно, - с одобрительной улыбкой кивнула Лавиния. - С нетерпением жду
нашего вечернего похода. Когда
мы вернемся домой, дашь мне свои отмычки, чтобы я смогла немного
попрактиковаться.
- Хорошо, - с таким же отсутствующим видом обронил Тобиас.
Лавиния преисполнилась самодовольства. Тобиас и в самом деле начинает
обращаться с ней как с настоящим партнером.
Но к тому времени как они добрели до конца улицы и завернули за угол,
сознание собственного триумфа значительно
померкло. Слишком легко она выиграла свое маленькое сражение. У Тобиаса либо не
хватило духу ей отказать, либо он
слишком занят другими проблемами, чтобы с ней спорить.
- Выкладывайте, сэр, - деловито велела она. - Вы что-то не в себе. Чем
вызвана такая меланхолия?
- Полагаю, разрушительными следами времени, которые так откровенно проявились
в моих волосах.
Лавиния разинула рот:
- Разрушительные следы времени? В жизни не слышала подобной белиберды.
Она резко остановилась, повернулась лицом к нему и провела пальцем по
серебряной полоске на виске. Что ж, прекрасно
гармонирует с обаятельными морщинками в уголках глаз!
- Поверить не могу, что ты принял реплику Корка близко к сердцу. Ради Бога,
он всего лишь торговец, который
пытается сбыть свой товар.
- Но он был прав. Я не становлюсь моложе, Лавиния.
- Разумеется. Согласна, ты давно уже не зеленый юнец. Мужчина в самом
расцвете сил. Далее должна сказать, что
нахожу свидетельство разрушительной работы времени в твоих волосах чрезвычайно
привлекательным.
Тобиас кривовато улыбнулся:
- Чрезвычайно?
- Именно. - У нее перехватило дыхание при виде заинтересованного блеска в
чувственных глазах. - Чрезвычайно.
- Великая удача для меня, - шепнул он, приподнимая ее подбородок. - Потому
что мне невероятно нравятся твои
волосы.
Лавинию обдало знакомой волной жара и удовольствия.
- Хотя и совершенно немодного цвета?
- Позвольте признаться, мадам, что я никогда не был рабом моды.
Она было засмеялась над возмутительно точной репликой, но он поцеловал ее
прямо на улице, не обращая внимания на
неодобрительно-любопытные взгляды прохожих.
Лавинии вмиг стало не до смеха.
Глава 16
Энтони наконец пришел в хорошее настроение - впервые, с той минуты, когда они
вышли из лаборатории Худа. С
ошущением нетерпеливого предвкушения он последовал за Эмелин в кабинет миссис
Лейк. Но первый, кого он увидел, был
Тобиас, бесцеремонно развалившийся в его любимом кресле. Ноги вытянуты, в руке
стакан с шерри.
- Мистер Марч! - тепло приветствовала Эмелин. - Миссис Чилтон сказала, что вы
здесь. - И, оглядев маленькую
комнату, спросила. - Что вы сделали с моей тетей?
- С сожалением должен сказать, что, кажется, сманил ее на преступную дорожку,
- признался Тобиас, глотнув шерри.
- Но представьте себе, у нее оказался истинный талант к этой профессии.
- Я здесь, - откликнулась Лавиния, высунувшись из-за письменного стола и
потрясая отмычкой. - Практикуюсь в
тонкостях своей профессии. Мы с мистером Марчем собираемся сегодня вечером
вломиться в лавку, где торгуют париками.
Энтони неожиданно сообразил, что до сих пор никогда не видел даму, сидевшую
на полу.
- До чего же волнующе! - ахнула Эмелин, подбегая к столу. - А мне можно пойти
с вами?
- Ни в коем случае, - отрезал Тобиас. - Одной чересчур старательной ученицы
мне хватит с лихвой. Не могу же я
уследить за всеми сразу! - Он пожал плечами и, глядя на Энтони поверх края
стакана, хмуро проворчал: - Ты выглядишь
крайне довольным собой. Раздобыл что-то полезное?
Энтони принял хладнокровно-уверенный вид, который был неизменно присущ
Тобиасу в подобных случаях. Поэтому он
не торопясь облокотился о стол.
- Похоже, мы нашли источник поступления колец "мементо мори".
Лавиния снова вскинула голову. Глаза восторженно блестели.
- Правда? Какие чудесные новости!
- Очень хорошая работа, - спокойно добавил Тобиас.
Энтони почувствовал, как маска хладнокровия несколько сползла, обнажив его
гордую, радостную физиономию. Что
поделать, похвала Тобиаса неизменно производила на него такое действие. Этот
человек был для него образцом для
подражания, истинным мужчиной, во всех делах, исключая, разумеется, манеру
одеваться, чем неизменно вызывал
беззлобные насмешки Энтони. Упорное желание наставника и второго отца носить
одежду, скроенную для удобства
движений, и ничего общего не имеющую с модой, а также отсутствие интереса к
затейливо завязанным галстукам неизменно
мешали Тобиасу стать образцом совершенства.
- В основном благодаря Эмелин, - продолжал Энтони, кивая на девушку. - Она
очаровала владельца музея, заставив
его признаться в пропаже колец.
- Но именно Энтони предложил пойти в этот странный маленький музей после
того, как мы потерпели неудачу с
антикварами, - поспешно вмешалась Эмелин. - Гениальный ход!
- Скорее жест отчаяния, - поправил Энтони, сделав гримасу.
- Так что с этим музеем? - спросила Лавиния.
- У нас ничего не получилось с антикварами, - пояснил Энтони, - но один из
них упомянул, что большая коллекция
колец "мементо мори" находится в небольшом музее на Пег-стрит. Я подумал, что
терять нам все равно нечего, и решил
справиться там.
- Хозяин настаивал, чтобы мы взяли билеты, прежде чем он согласится
поговорить с вами, - вставила Эмелин. - А
когда мы сказали, что особенно интересуемся кольцами, он пришел в ужасное
волнение.
- Но Эмелин успокоила его улыбкой и нежными речами, - перехватил инициативу
Энтони, - так что в конце концов
он открыл нам, что коллекцию украли.
Тобиас даже не шевельнулся.
- Когда?
Энтони мгновенно распознал смертельно разящий клинок этого единственного
слова. Хорошо еще, что его зять одержим
справедливостью и желанием наказать зло. Подобное умение в человеке, не
связанном столь строгим личным кодексом
чести, было бы поистине роковым, - Владелец музея сказал, что заметил пропажу
колец два месяца назад.
Энтони вынул блокнот и откинул крышку.
- Я спросил, не припоминает ли он кого-нибудь проявившего к кольцам особый
интерес еще до кражи.
- Превосходный вопрос, - кивнул Тобиас. - И что же?
Энтони посмотрел на Эмелин и наклонил голову. Девушка, разумеется, не
выдержала и взволнованно затараторила:
- За день-два до исчезновения колец владелец заметил женщину с желтыми
волосами, пристально изучавшую
коллекцию.
Лавиния, кряхтя, поднялась на ноги.
- Блондинка? В самом деле?
- Совершенно верно, - подтвердил Энтони, захлопывая блокнот. - К сожалению,
владелец не сумел как следует
разглядеть незнакомку, поскольку на ней была большая шляпа с густой вуалью.
- Возраст? - рявкнул Тобиас все тем же нетерпеливым тоном. - Комплекция?
- Говорю же, он не запомнил никаких деталей. Кроме того, прошло больше двух
месяцев. Единственное, что
отпечаталось в памяти, - желтые волосы.
Тобиас вскинул брови:
- А это он запомнил?
- И очень живо, - кивнул Энтони.
- Замаскированная дама? - спросила Эмелин.
- Скорее мужчина, переодетый дамой, - поправил Тобиас.
Энтони насмешливо фыркнул.
- Знаешь, вся эта теория насчет того, что мы гоняемся за мужчиной в женской
одежде, не выдерживает никакой критики.
- Но такое бывает гораздо чаще, чем можно представить.
- Вы шутите, сэр, - хмыкнул Энтони.
- А почему это так вас смущает? - удивилась Лавиния. - Дамы нередко
заимствуют детали мужских костюмов.
Помните те оригинальные шляпки и жакеты, напоминавшие военные мундиры? Клянусь,
каждая модная дама имеет в своем
гардеробе что-то в этом роде.
- Да, но эти жакеты надевали с юбками, а не с брюками, - возразил Энтони.
- Знаете, я не раз думала, что бывают случаи, когда носить брюки куда
удобнее, чем юбку, - задумчиво протянула
Лавиния.
- Конечно! - с энтузиазмом поддержала Эмелин. - Куда удобнее и практичнее.
Энтони потрясенно уставился на нее.
- Вот хотя бы сегодня, - продолжала Лавиния. - Надень я брюки для экспедиции
в магазинчик париков, могла бы
двигаться свободнее.
- Хорошенько подумав, - поддержала Эмелин, - сразу поймешь, что в нашей
профессии бывает немало моментов,
когда без брюк просто не обойтись. Интересно, сумеем мы убедить мадам Франческу
сшить нам брюки?
Лавиния восхищенно посмотрела на племянницу.
- Что за блестящая мысль!
Энтони наконец обрел дар речи и пронзил Эмелин негодующим взором.
- Да что это вы несете?! Можно подумать, ты понятия не имеешь, что дамы не
бегают по городу в брюках!
- Но почему же нет, сэр? - мило улыбнулась Эмелин.
- Э... - заикнулся Энтони, но тут же замолчал, поскольку на ум не приходило
ничего дельного. Пришлось взглядом
умолять Тобиаса о поддержке.
- Ад и проклятие! - Тобиас осушил стакан, встал и направился к двери. -
Пойдем, Тони. Лучше вовремя отступить. Не
думаю, что нам стоит дальше продолжать этот разговор.
Энтони достаточно было увидеть решительное лицо Эмелин, чтобы полностью
понять правоту зятя. Он явно не готов к
этой битве.
Наскоро попрощавшись, он последовал за Тобиасом в переднюю.
- Как по-твоему, они это серьезно? - спросил он, спускаясь с крыльца. - Я
имею в виду брюки.
- Когда речь идет о миссис Лейк, я привык принимать всерьез все, что она
изволит сказать, и советую точно так же
относиться к мисс Эмелин, иначе рискуешь тем, что тебя захватят врасплох, а это
в нашей профессии недопустимо.
- Но они наверняка подшучивали над нами.
- На твоем месте я не утешал бы себя.
Энтони поколебался, но решил оставить тему.
- Кстати, о нашей профессии. Я хочу кое о чем спросить тебя. Речь идет о
методике.
- Какой именно?
- Как следует наводить справки о некоем джентльмене?
Тобиас ответил жестким, испытующим взглядом.
- С чрезвычайной осторожностью. А почему ты спрашиваешь?
- Меня беспокоит Худ.
- Хочешь сказать, что ревнуешь, так? - тихо осведомился Тобиас. - Уверяю, в
этом нет нужды.
Энтони упрямо сжал губы:
- Мне не нравится, как он следит за Эмелин.
- Успокойся, Тони. Мисс Эмелин не видит никого, кроме тебя. Послушай моего
совета и не лезь в дела Худа.
Джентльмены, как правило, не слишком хорошо воспринимают вмешательство в их
личную жизнь, а некоторые даже
считают подобные расследования величайшим оскорблением. Один неверный шаг, и
тебя пригласят встретиться в какомнибудь
уединенном уголке, на рассвете и в присутствии секундантов.
- Я всего лишь хочу убедиться, что мисс Эмелин ничто не грозит.
Тобиас немного помолчал.
- Так и быть, попрошу Крекенберна посмотреть, что можно обнаружить о прошлом
Худа, - согласился он наконец. -
Положение Крекенберна позволяет без лишнего шума навести справки, не возбуждая
интереса или подозрений.
- Спасибо.
- А пока дай мне слово, что не наделаешь глупостей, - приказал Тобиас. - Я
серьезно, Тони. Люди погибали на дуэлях
по гораздо более пустяковым причинам.
- Знаю, - вздохнул Энтони, с ненужной тщательностью поправляя шляпу так,
чтобы летнее солнце не било в глаза. -
Взять хотя бы моего отца.
Тобиас загородил ладонью огонек свечи, наблюдая за Лавинией, возившейся с
замком задней двери лавчонки, где
продавались парики. Она скорчилась на крыльце, раскинув складки темного плаща,
старательно орудуя отмычкой.
Сегодня на небе сияла полная луна и не было ни одного облачка. Серебристый
свет окутывал весь город потусторонним
сиянием, проникая даже в самые узкие улочки и переулки, отчасти облегчая задачу
взломщикам, но одновременно
увеличивая опасность разоблачения.
Послышался тихий щелчок.
- Готово, - прошептала она, поражаясь собственной ловкости.
- Ш-ш... - прошипел Тобиас, оглядываясь, не идет ли кто. Кажется, вокруг ни
души. В дальнем конце улицы в окне над
лавочкой горела лампа, но все остальные здания были погружены во тьму. Тобиас
немного послушал тишину и
удовлетворенно кивнул. - Все в порядке. Заходим внутрь.
Лавиния поднялась и повернула ручку. Дверь с простуженным скрипом отворилась.
В ноздри ударил застоявшийся,
зловонный воздух с примесью хорошо знакомого смрада.
- Господи Боже! - ахнула Лавиния, закрывая краем плаща нос и рот и в ужасе
глядя на Тобиаса. Очевидно, она тоже
поняла источник запаха. Не впервые они натыкались по ночам на мертвецов.
- Я пойду первым, - решил он. Лавиния не возражала.
Он поднял свечу и обозрел внутренность задней комнаты, забитой
принадлежностями и инструментами для изготовления
париков. Лысые бюсты-манекены громоздились в большой корзине, как никогда
напоминая ужасные плоды, срезанные
гильотиной.
На столе валялось несколько париков различных цветов и форм. Тобиасу они
казались шкурами дохлых животных. Рядом
со стопкой накладок были аккуратно разложены ножницы и расчески. Маленький
станок для завивки париков занимал
ближайшую скамью. С него свисала прядь темно-каштановых волос.
Тобиас поднял свечу повыше и увидел узкую лестницу, ведущую к комнатам
наверху. Там царил непроглядный мрак.
У подножия стоял большой ящик, из-за которого высовывались клочок смятой
белой ткани и нога в чулке.
- Похоже, мы только что нашли Суэйна, - сообщил Тобиас, подходя ближе.
Лавиния поплелась за ним. Тобиас снова
поднял свечу. Перед ними лежало тело лысеющего пожилого человека, облаченного в
ночную сорочку. Бедняга свалился
лицом вниз, неестественно широко раскинув руки. Под головой темнела лужа
застывшей крови.
Лавиния остановилась немного поодаль и, кутаясь в плащ, грустно смотрела на
мертвеца.
- Как по-твоему, не мог он встать за чем-то ночью, споткнуться и упасть с
лестницы? - без особой надежды
прошептала она.
- Нет, - покачал головой Тобиас, осматривая рану, - Подозреваю, что его
ударили по затылку чем-то тяжелым и
столкнули вниз, чтобы инсценировать несчастный случай. Я бы сказал, что убийство
совершено сравнительно недавно, день
или два назад.
- А если он спугнул грабителя?
Тобиас выпрямился и, задрав голову, снова вгляделся в темноту.
- Возможно... - Но интуиция подсказывала, что убийца несчастного хозяина
вовсе не был простым взломщиком. -
Поднимусь наверх. Нужно осмотреться.
Лавиния повернулась, увидела подсвечник и, подняв его, зажгла свечу от свечи
Тобиаса.
- Пойду обыщу переднюю комнату.
Тобиас осторожно переступил через тело и шагнул на первую ступеньку.
- Ищи книги записей и последние счета. - И, помедлив, добавил: - Кольцо тоже.
- Думаешь, это работа Мементо Мори?
- Ты сама знаешь, как я отношусь к совпадениям.
Наверху оказалась уютная комната, где стояли секретер, стул и стол. На полу
лежал небольшой ковер. Качество
обстановки говорило о зажиточности, но не о большом богатстве. Еще одна дверь
вела в крохотную спальню. В холодном
очаге лежала кочерга. Тобиас взял ее и стал изучать в свете свечи. К железному
пруту прилипли крошечные частички
запекшейся крови и седые волосы. Очевидно, хозяин упал с лестницы не случайно.
Тобиас обыскал соседнюю комнату, методически обшарив маленький гардероб и
ящики комода. На колышках висели
различные парики: вероятно, покойный мистер Суэйн сам не гнушался собственных
изделий.
Просмотрев все, что можно, он вернулся в другую комнату и стал рыться в
секретере. Внизу слышался приглушенный
шум, свидетельствующий о том, что Лавиния взялась за шкафы.
Наконец Тобиас нашел книги записей и наскоро пролистал, надеясь, что удача
ему улыбнется. С первого взгляда было
заметно, что Суэйн - большой аккуратист и держал документы в порядке. Каждый
заказ был подробно описан и датирован.
Тобиас выбрал самую недавнюю по времени и сунул под мышку. Может, им все-таки
повезло?
Он в последний раз обошел комнаты, задержавшись, чтобы осмотре
...Закладка в соц.сетях
