Жанр: Любовные романы
Летнее приключение
... чистой воды ребячество.
— Ну хорошо, выбери одну.
Я сделала глоток воды, а потом спросила себя, не следует ли предложить воды
Крейгу. С одной стороны, мне не нужны были его микробы. С другой — за десять
лет брака я наверняка приобрела к ним иммунитет.
Я протянула ему бутылку. Крейг сделал глоток и вернул бутылку мне. Мы оба
смотрели прямо перед собой.
— Спасибо, — сказал он через несколько мгновений.
— Послушай, — заговорила я. — Никто из нас не сделал ничего
плохого. Все так поступают. У этого даже название есть. Это называется
печальным горячим сексом со своим эксом.
Крейг закрыл лицо руками, а затем выгнулся назад, так что его локти
поднялись вверх и теперь указывали в небо.
— И что же в этом печального? — спросил он.
Я ничего не сказала. Лежавшие на траве у наших ног Канноли и Инди громко
храпели, их маленькие тела то и дело вздрагивали — видимо, от снившихся им
снов.
Наконец Крейг потянулся, положил ладони на бедра и наклонился вперед,
растягивая спину.
— Кстати, — сообщил он, — вчера мне звонила Лиззи. Она просто
в восторге от идеи собирать кулинарные наборы и говорит, что ты будешь ей
помогать.
— Тут все очень просто. Думаю, эти наборы будут в основном состоять из
кулинарных рецептов. — Я повернулась к Крейгу. — Тебя это не
слишком рассердило?
Крейг пожал плечами.
— Да нет, совсем нет. Ты всегда отлично ладила с Лиззи. И с Люком.
— А что скажешь насчет Софии? — не удержавшись, спросила я.
Крейг вздохнул.
— Она мечтает о собственных детях.
Я опустила глаза на свои руки. Похоже, они сами по себе принялись отдирать
этикетку от бутылки с водой — вели они себя так, словно никакой связи с моим
мозгом не имели.
— А ты? — спросила я. — Для тебя было бы важнее взять
напрокат более дорогой автомобиль,
порше
, например?
— Знаешь, мне хотелось бы взять небольшой перерыв лет на пять — до тех
пор, пока я не стану дедушкой, — объявил он. — Мне казалось, что с
годами все станет проще. — Крейг пробежал ладонями по волосам и
посмотрел на меня своими грустными глазами. — Не могу не думать о том,
что мы с тобой собирались сделать, когда Лиззи закончит колледж.
Жаль, что я не поинтересовалась у Шона Райана, должен ли печальный горячий
секс со своим эксом быть разовым или повторяющимся событием. Но все-таки
хорошо, что мы с Крейгом сидели на противоположных концах скамейки и
разговаривали при дневном свете. Я была абсолютно уверена, что не хочу
больше с ним спать, и все-таки мне было грустно думать о том, что я никогда
больше не проснусь с Крейгом в одной постели. И никогда больше не окажусь за
одним столиком в ресторане с Крейгом, Лиззи и Люком — возможно, для того,
чтобы отпраздновать окончание Люком учебы или его поступление на первую
работу после колледжа. А может, мы бы собрались для того, чтобы отметить
успех первого кулинарного шоу Лиззи.
Мы создали довольно нелепую маленькую семью, которая собиралась вместе
только по некоторым выходным и праздничным дням, но мне нравилось быть
частью этой семьи. К сожалению, ее невозможно было разрезать, как пирог,
пополам, а потом на еще более мелкие кусочки. Наших прежних уик-эндов и
праздников больше не существовало. Крейг забрал себе все — точнее, то, что
от этой семьи осталось, так как дети уже заспешили за своими собственными
пирогами.
Поднявшись со своего места, я выбросила пустую бутылку из-под воды и обрывки
этикетки в урну. Когда я обернулась, то заметила, что Крейг смотрит на меня
тем самым взором, каким смотрел всегда в былые времена, когда думал, что я
этого не замечаю.
Я вытащила собачьи поводки из отверстия между рейками лавки, куда засунула
их, когда мы остановились здесь. Собаки туг же вскочили — они были готовы
немедленно пуститься в обратный путь к отелю. Канноли, оскалившись, зарычала
на Крейга.
— Да что я ей такого сделал-то? — возмутился Крейг.
— Должно быть, до нее дошли какие-то слухи, — ответила я.
Мы вместе побрели по Десятой улице. Я была рада, что Крейг сопровождает нас,
потому что это увеличивало мои шансы найти нужную Печтри-стрит и в целости-
сохранности добраться до отеля
Индиго
.
Нас нагнала какая-то женщина. Поравнявшись с нами, она спросила:
Как у вас
дела?
— И, не дожидаясь ответа, прошла мимо.
— Кто она такая? — удивился Крейг.
— Понятия не имею. Думаю, это просто знак дружелюбия. Странновато,
правда?
— Черт его знает... — неуверенно пробормотал Крейг.
Мы засмеялись. А потом по-настоящему расхохотались — тем самым безудержным
смехом, который идет из твоего нутра и охватывает все существо, не давая
остановиться. Мы отошли в сторонку, чтобы не мешать прохожим. Собаки, задрав
головы, вопросительно глазели на нас.
— Боже мой... — наконец-то успокаиваясь, пробормотала я.
Обняв меня за плечи, Крейг поцеловал меня в лоб.
— Я по тебе скучаю, — сказал он.
— Ничуть в этом не сомневаюсь, — кивнула я. — Я такая, что по
мне можно соскучиться. Думаю, таких людей не так уж много.
— Да, ты такая, — согласился Крейг.
— Не смотри туда, — сказала я, указывая глазами в нужном
направлении, — там София.
Я попыталась вспомнить, доводилось ли мне когда-либо жить одной в номере
отеля. Точнее, без человеческой компании, потому что собачья компания в виде
Канноли у меня была. В холле мне едва удалось увести ее от Инди, причем при
этом я пообещала, что завтра оставлю ее на его попечение, когда отправлюсь
сначала на университетскую выставку-ярмарку, а затем — на свадьбу Эндрю.
Может быть, я даже надену на нее свадебное платьице, чтобы она могла
покрасоваться перед Инди.
Когда мы встретили Софию, она едва завидев нас, тут же круто повернулась и
направилась в противоположную сторону. Очень быстро. Крейг бросился вслед за
нею.
К счастью, до завтрашнего дня мне их видеть не придется. Повторное торжество
Эндрю с Эми решили устроить весьма скромное и пригласили на него лишь
родителей да тех, кто непосредственно должен участвовать в церемонии.
Правда, они, похоже, не подумали о размерах моей семьи. Полагаю, родители
Эми окажутся под большим впечатлением.
Итак, впереди у меня целая свободная ночь. Отличная возможность побыть одной
— видимо, мне следует этим наслаждаться. Впрочем, я уже почти обучилась жить
в одиночестве, хотя, признаюсь, вначале мне было очень трудно. Когда я
росла, у меня никогда не было собственной спальни. Во время учебы в колледже
и после него я всегда жила в комнате с однокурсницами. Потом — с парнем.
Когда мы с ним расстались, я вернулась домой, но там мне тоже приходилось
делить с кем-то комнату, а потом я вышла замуж за Крейга.
И вот я одна в номере отеля, и мне даже не с кем поболтать. Я могу включить
телевизор на любую программу. Могу сбросить одеяло, а могу накрыться им.
Могу весь вечер читать хорошую книгу. А при желании могу прямо сейчас
завалиться спать.
Позвонив в службу сервиса, я заказала жареную панини и стакан сладкого чая —
просто чтобы узнать, что же это такое. Пока я жадно поедала панини, Канноли,
с чисто дамской элегантностью, съела банку собачьих консервов. Сладкий чай
меня неприятно поразил.
— Как они могут пить эту гадость? — обратилась я к Канноли и
вылила напиток в раковину. Потом в кофеварке я заварила себе обычный чай —
без сахара.
Я осмотрела свой завтрашний наряд. Мое платье изрядно помялось в чемодане,
но я повесила его — вместе с платьем Канноли — в ванной, включила горячий
душ и закрыла дверь.
Спустя десять минут на платьях не осталось ни складочки. Времени впереди
было еще полно. Канноли задремала, а я стала щелкать пультом. Потом зашла в
ванную и накрасила губы
горячими ночами
от
Ланком
.
Затем мы с Канноли спустились в холл. Инди не было видно, поэтому мы вдвоем
прошлись по Пичтри-стрит туда и обратно — две одинокие женщины прогулялись
по незнакомому городу, потому что у них выдалось немного свободного времени.
Свободного от мужчин.
Поскольку я не успела взглянуть в зеркало перед выходом, то мне пришлось
прибегнуть к моему излюбленному трюку, помогающему стереть излишек помады,
чтобы она не налипла на зубы. Надо просто сунуть в рот указательный палец, а
затем вынуть его, слегка сжимая губами. Вид у вас при этом может быть
идиотским, зато излишек помады останется на пальце. Просто и гениально! Вот
бы придумать какой-то похожий трюк, с помощью которого я смогла бы привести
в порядок все мои остальные дела.
Свернув направо, мы вышли на другую Пичтри.
— Не знаю, как ты, Тельма, — проговорила я, — но мне скучно
до слез.
Мы вернулись в нашу комнату. Напившись из своей дорожной мисочки, Канноли
снова задремала. Может, мне тоже стоит научиться дремать в любую минуту?
Зазвонил мой мобильник, и я через всю комнату бросилась к нему.
— Алло! — сказала я в микрофон, даже не удосужившись посмотреть на
экранчик дисплея, чтобы узнать, кто звонит.
— Это я, — услышала я голос Марио.
— Привет! Ну и как репетиция?
— Ты не поверишь! Набрось что-нибудь и спускайся выпить со мной и
Тоддом, — предложил Марио. — Мы тут внизу, в баре.
Канноли проснулась и внимательно смотрела на меня, ее ушки напряженно
поднялись вверх.
— А нет ли там симпатичного терьера Джека Расселла? — спросила я.
— Белла, — медленно произнес Марио, — тебе не кажется, что ты
слишком увлеклась собаками, а?
— Не беспокойся. Собака не для меня — я спрашивала для приятеля. Сейчас
спущусь.
Марио с Тоддом сидели в баре на высоких барных стульях синего цвета.
— А вы, ребята, отлично смотритесь в синем интерьере, — заметила
я.
— Спасибо, — хором ответили они.
Тодд подвинулся, и я уселась на стул между ними. Оба наклонились, чтобы меня
поцеловать. Тут в бар кокетливой походочкой вошла Канноли, Инди трусил за
ней по пятам.
— Белла, надеюсь, это не твоя собака?! — вскричал Марио. — Ты
ведь сказала, что не повезешь ее с собой!
Бармен положил передо мною на стойку салфетку.
— Шардоне, пожалуйста, — попросила я.
Налив три бокала вина, бармен расставил их перед нами.
— Инди угощает, — сказал он.
— Спасибо, — поблагодарили мы.
— А кто это — Инди? — поинтересовался Тодд. Бармен указал рукой на
собаку.
— Вот этот паренек, который вошел сюда со своей дамой, — пояснил
он. — Инди держит этот отель.
Я повернулась к Марио.
— Так что возьми свои слова обратно, — сказала я.
Марио дотронулся своим бокалом до моего.
— Хорошо, я беру свои слова обратно. У Канноли отличные связи среди
собак. Но на свадьбу она все равно не пойдет, поэтому мы даже обсуждать это
не будем, — твердо сказал он.
Я отпила глоток вина.
— У нее тут и другие дела есть, — заметила я.
— Кстати, о парнях, — вспомнил Марио. — Где твой обещанный
парень?
У меня в душе все еще теплилась надежда, что я смогу растопить сердце Шона
Райана на университетской выставке и уговорю его пойти со мной на свадьбу.
— Привязан к моей кровати, — сказала я. — Не люблю выпускать
его по вечерам.
— Да ладно, считай, что я ничего не спрашивал, — проговорил Марио.
Наклонившись ко мне, он понизил голос. — Представляешь? Мы с Тоддом
видели, как мама с отцом выходили из одного номера.
— Ну и что? — пожала я плечами. — Это еще ничего не значит.
Марио повернулся к Тодду.
— Вот видишь. Я тоже говорю, что это ничего не значит.
— Еще как значит! — горячо возразил Тодд. Мы с Марио
переглянулись.
— Круто! — высказались мы в унисон. Тодд улыбнулся.
— Сколько каждому из вас лет? — спросил он.
Я посмотрела на Канноли — как и Инди, она свернулась калачиком под моим
стулом.
— Когда дело касается наших родителей, то мне кажется, что нам обоим
всегда не больше семи-восьми лет, — ответила я. И снова отпила немного
вина. — Они могли бы хоть предупредить нас как-то.
— Ты же знаешь маму, — сказал Марио. Ее любимое выражение:
Именно
поэтому такие вещи называют личной жизнью
.
— Господи, именно это она и сказала мне в аэропорту! — Я тряхнула
головой. — Просто мне почему-то очень грустно. Только представь себе,
что они опять сойдутся, и нам придется снова пройти через все это — ни за
что, просто так. Опять будем мотаться из дома в дом, не зная, где находится
твой любимый свитер или учебник.
— Да уж, моя комнатка в мамином доме больше походила на обувную
коробку, — кивнул Марио.
— У тебя хоть комната собственная была, — заметила я, — а нам
с Анджелой приходилось спать на этой старой узкой развалюхе, куда мы
втискивались, как сельди в бочку.
— С другой стороны, — возразил Тодц, — мы должны быть за них
счастливы, если они снова сойдутся.
Мы с Марио закатили глаза.
— Ну ладно, давайте сменим тему, — предложил Тодц. — Марио
говорил тебе, что мы обедали с парнями из
маленькой парикмахерской
?
— Ничего себе! — воскликнула я. — И что же вы сделали?
Выкурили трубку мира?
— Да нет, — сказал Марио. — Они оказались отличными ребятами.
И вовсе не думают лишать нас бизнеса. Они клянутся, что не имеют никакого
отношения к жалобе на нашу канализационную систему.
Подошел бармен и поставил перед нами плошку с арахисом.
— Кстати, — вспомнила я, — вы так и не рассказали мне, как
прошла репетиция завтрашнего торжества.
— Неплохо, — вздохнул Марио. — Если только не считать той
части, когда Тьюлия на секундочку отвернулась и Майлз проглотил кольцо
Эндрю.
Глава 27
— Он слопал кольцо? — изумился Шон Райан.
— Ага, — ответила я. — Такое может случиться только в моей
семье. Ничуть не сомневаюсь, что до этого все шутили, говоря в присутствии
племянника, что он может проглотить кольцо. А Майлз обладает явным талантом
комика. Думаю, он дождался того момента, когда надо было вручать кольцо
жениха Эми, проглотил его и был таков.
— А что его родители делали в это время?
— Не знаю, чем был занят Майк, но Тьюлия скорее всего делала маникюр.
Она на этом немного помешана.
Международный центр съездов штата Джорджия — МЦСД — располагался позади
аэропорта. Из центра города мы ехали на юг по 85-му шоссе на очередном
приусе
, только на этот раз у автомобиля были номера штата Джорджия.
— Не понимаю, — сказала я, — почему бы тебе — хотя бы для
разнообразия — не поездить на машине, которая заправляется только бензином?
У меня просто мурашки по спине ползут, когда я думаю, что ты взял напрокат
такую же машину, на какой ездишь в Марш-берри.
Шон Райан улыбнулся.
— Как ты догадалась, что я взял ее напрокат?
— Ну знаешь, если ты купил ее ради этого уик-энда, то уж это тем более
странно.
МЦСД оказался огромным и ультрасовременным. Было впечатление, будто он
вырос, как гигантский пузырь, посреди какого-то пустыря, однако само здание
выглядело нормально, да и места для парковки было предостаточно. Выставочный
зал мы нашли сразу же и установили там свой стол раза в два быстрее, чем на
Род-Айленде.
— Ну и что же случилось потом? — продолжил расспросы Шон Райан,
подойдя к столу с двумя чашками кофе. — Ты уверена, что не хочешь есть?
— Нет, я могу подождать с едой. — Он протянул мне мою чашку, и я
постаралась не заметить, как вздрогнуло мое тело, когда наши руки
соприкоснулись. — Спасибо. Ну как что? — Я пожала плечами. —
Мак, Мэгги и другие дети отправились с остальными обедать, а Тьюлия повезла
Майлза к врачу, чтобы ему сделали рентген желудка.
Шон Райан уселся и отпил глоток кофе.
— Пришлось делать операцию?
— Нет. Рентгенолог из
скорой
, посмотрев на снимок, спросил только,
когда состоится венчание. А потом сказал:
Что ж, я полагаю, мы увидим
кольцо как раз к нужному моменту
.
Шон Райан засмеялся.
— Отлично! А что говорит твой другой племянник — тот, кому предстоит
носить это кольцо?
— Эндрю? Он счел всю эту историю забавной. Эндрю попросил Тьюлию
сказать Майлзу, чтобы тот не волновался. И добавил, что при необходимости
всегда сможет одолжить кольцо у кого-нибудь из друзей на время церемонии.
— Молодец, — похвалил Эндрю Шон Райан.
— Да, он отличный парень, — согласилась я. — А еще они все
спорили из-за того, кто будет делать прически и наносить макияж гостям
невесты.
— Должно быть, хорошо иметь такую большую семью, — сказал Шон
Райан.
— В основном да, — согласилась я, делая глоток кофе. — А
какая семья у тебя?
— Маленькая, — ответил Шон Райан. — Мои родители умерли. У
меня сестра, ее муж и двое племянников. Вспомни ситком
Предоставь это
Биверу
о наивном мальчике по имени Теодор
Бивер
Кливер. Мы с моей бывшей
женой называли моих родных коннектикутскими Кливерами, хотя теперь,
оглядываясь назад, я думаю, что жена говорила это из зависти.
Я сделала еще один глоток кофе.
— Что ты хочешь этим сказать? Шон Райан пожал плечами.
— Мы долго пытались зачать ребенка, но у нас ничего не получалось.
Поэтому мы уже начали наводить справки об усыновлении, когда вдруг поняли,
что не выносим друг друга.
— Это плохо. — Я положила ногу на ногу, но тут же опустила ногу и
села прямо. — А ты все еще хочешь детей? — выпалила я, не успев
подумать, что говорю.
Шон Райан улыбнулся.
— Кто знает... Может быть, и хочу, только в последнее время я как-то об
этом вообще не думаю.
— А ты часто с ними видишься? — поинтересовалась я. — Я имею
в виду Кливеров.
— Не так часто, как в то время, когда я был женат. Мы встречаемся в
День благодарения и, может, еще пару раз за год.
Шон Райан встал, обошел стол, открыл свою коробку и стал вынимать из нее
наборы. Эта университетская выставка-ярмарка была настолько похожа на ту,
которая проводилась на Род-Айленде, что у меня появилось ощущение дежавю.
Знамена колледжа были наброшены на ряды стульев и на прилавки, покрытые
скатертями. Люди в костюмах разносили пачки брошюрок и бланков заявлений о
приеме в колледж, а также расставляли бутылки с водой, на этикетках которых
было напечатано название колледжа. Тут был пункт массажа, маникюра,
заведение, где можно было попробовать напитки с большим содержанием кофеина,
а также ринг безопасного сумо, огороженный яркими желтыми веревками. Я
огляделась по сторонам.
— Знаешь, мне все это напоминает передвижной цирк. После сегодняшнего
выступления все соберут свои палатки и отправятся на другую университетскую
выставку-ярмарку.
— Это большой бизнес, — заметил Шон Райан.
— Кстати, коли уж ты заговорил о бизнесе, позволь показать тебе мои
новые улучшенные наборы.
Я продемонстрировала ему все, вынимая из упаковок предмет за предметом и
объясняя, какие и почему я сделала изменения.
— Смысл в том, — сказала я, — что теперь мне необязательно
самой раздавать наборы — они будут расходиться и без моего участия.
Шон Райан внимательно слушал меня, кивая головой, пока я рассказывала ему
обо всем.
— Все это замечательно, — одобрил он, когда я закончила. — Ты
приложила руку к тому, что вообще не работало, и добилась, чтобы работа
пошла полным ходом. Большинство людей на такое не способны, если хочешь
знать.
Я засунула все составляющие распотрошенного набора назад в упаковку и
застегнула молнию.
— Надеюсь, ты не пребываешь в заблуждении, считая меня такой же, как
все остальные люди, — сказала я.
— Ни единой минуты, — заверил меня Шон Райан. Мы взглянули друг на
друга, а затем потянулись за своими чашками с кофе. — И что
дальше? — спросил он.
— Ну-у... Мой веб-сайт уже в деле, и я поручила распространять сведения
о нем живым поисковым системам. Еще я напечатала купоны, дающие право на
десятипроцентную скидку, и раздаю их клиентам нашего салона. К тому же я
подумываю об участии в телешоу, на котором смогу рассказать всем о моих
наборах. Может, мне попроситься на передачу
Бинтаун
? Я делала прически и
мейк-ап некоторым ее гостям.
— А ты знаешь, как зовут редактора, который приглашает гостей? —
спросил он.
— Да. Карен или как-то похоже.
— Я позвоню ей в понедельник, — осторожно пообещал Шон Райан.
— Ты знаешь, как заказать шоу на телевидении? — удивилась я.
Он усмехнулся.
— Если бы я даже это знал, в этом не было бы ничего странного. Я
расскажу тебе, что у меня получится.
Я была готова к бою, но для начала мне была нужна амуниция. Я открыла тюбик
с кроваво-красным блеском для губ и медленно втерла немного блеска в губы. Я
так и чувствовала, что Шон Райан пристально следит за каждым моим движением.
Я посмотрела вверх, а потом — ему в глаза. Возможно, на меня действовало
пребывание на Юге, но я даже немного похлопала ресницами.
— Не понимаю, — проговорила я. — Ты согласен попытаться
устроить меня на телевизионное шоу, но при этом не хочешь пойти со мной на
какую-то скромную свадьбу? Ну прошу тебя, пойдем, должен же кто-то помочь
мне избавиться от бамии.
Шон Райан скрестил на груди руки.
— Мы уже говорили об этом, Белла, — напомнил он. — Не хочу
ранить твои чувства, но я не заинтересован в продолжении отношений.
Тут двери зала распахнулись, и в него ввалилась целая толпа посетителей. Я
постаралась отодвинуться как можно дальше к противоположному концу стола.
При этом мне пришлось изогнуться, чтобы не оказаться лицом к Шону Райану. И
я взялась за работу.
К нам обоим выстроились огромные очереди, несмотря на то, что Шон Райан
раздавал наборы своего друга бесплатно, а я скрупулезно считала каждый цент.
У некоторых были только кредитные карточки, так что я караулила их наборы,
пока они искали банкомат.
Я улыбалась. Я льстила. Я смешивала основы разного цвета. Я писала клиентам
памятные записки о том, какой косметикой им лучше пользоваться, а затем
вкладывала их в
Косметички от Беллы — все, что нужно для красоты
и
отдавала в руки покупателям. И все это время я буквально дымилась от злости.
...Я не заинтересован в продолжении отношений
. А ведь я даже не парня себе
искала, а просто приятеля, который бы мог пойти со мною на свадьбу
племянника. Надутый индюк!
Наконец я продала последний набор. И посмотрела на соседний столик, стоявший
рядом с нашим столом. Я улыбнулась, увидев скучающего парня, перед которым
лежала целая куча бланков заявлений о приеме в колледж.
— Ну что, повеселились? — спросил он.
Я засмеялась, как будто он сказал что-то забавное. Парень протянул мне
бутылку со сделанной на заказ этикеткой.
— Вот, возьмите, — сказал он. — Здесь очень жарко.
— Вы просто прелесть, — произнесла я, стараясь растягивать слова,
как южанка, и кокетливо похлопала ресницами.
Шон Райан у меня за спиной издал презрительный возглас.
Я взглянула на надпись на этикетке.
— Bay,
Эмори
! Отличный университет! Вы давно там работаете?
Парень набрал в грудь побольше воздуха, готовясь поведать мне историю своей
жизни, но тут борец сумо в огромном белом подгузнике прошел мимо,
направляясь к рингу для борьбы.
— Кажется, начинается настоящее веселье, — заметила я. — Мне
всегда хотелось попробовать себя в борьбе сумо, конечно, облегченной.
&
...Закладка в соц.сетях
