Жанр: Любовные романы
Приглашение к искушению
...вовали, и вместо них собравшаяся перед телевизором изумленная публика
увидела нечто иное. Две стройные женские ножки чертили по экрану ярко-
красные буквы, складывающиеся в слова:
Лео Кингсли представляет фильм
Жаркая плоть
.
— Что это? — вскричала Клиа, приподнимаясь с дивана.
— Смотри дальше, — с невозмутимым видом отозвался продюсер.
Дальше видеоматериал Эми был полностью оставлен, но Лео добавил несколько
откровенно порнографических постельных сцен, которые даже Рейчел, считавшая
себя весьма искушенной в такого рода вопросах, никогда прежде не видела.
— Ну, Эми, что скажешь? — спросил Лео, когда они уже по второму
разу просматривали смонтированные им эпизоды. — Какие у тебя
впечатления?
— В общем, фильм неплохой, — с сомнением отозвалась Эми. —
Идея сохранена, но качество ухудшилось. А в целом ничего.
Софи с Рейчел изумленно смотрели на нее.
— О каком качестве ты говоришь, когда фильм превратился в грязную
порнуху? — возмутилась Софи. — Я даже своей собаке не позволила бы
это смотреть! Гадость!
— Да, Софи права, — поддержала ее Клиа. — Эпизоды
отвратительные, пошлые. Ты что же, и дальше собираешься переделывать наш
фильм в таком ключе?
— Естественно, — нисколько не обижаясь сокрушительную критику,
ответил Кингсли. — Такие фильмы пользуются успехом, я за них выручаю
неплохие деньги. А эту вашу сладкую муть о возвращении в город детства никто
смотреть не захочет! Я много раз объяснял это вам всем, но до вас, видимо,
туго доходит.
— Разве речь идет о деньгах? — воскликнула Софи. — Меня,
например, деньги не очень волнуют!
— Ты испортил хороший фильм, — поддержала ее Эми, но в голосе
сестры Софи не услышала искреннего возмущения.
— Лео, ты извращенец! — негодующе заявила Клиа.
— Я предупреждал тебя, Клиа, что снимаю не наивные детские мультики на
студии Диснея. Я много раз объяснял тебе: для того чтобы фильм стал
кассовым, необходимо напичкать его постельными сценами. Только сексом и
можно привлечь зрителя, причем чем секс грубее и пошлее — тем лучше!
Рейчел подошла к видеомагнитофону, достала кассету, красным фломастером
написала на ней Гадость!
и вручила продюсеру.
— Рейчел, детка... — начал он, но девушка его перебила.
— В общем, Лео, мы сами будем делать фильм, — авторитетно заявила
она, глядя ему в глаза. — Мы вставим в него постельные сцены, но не
такие грязные. Договорились?
— Сомневаюсь, что мне удастся протолкнуть ваш фильм на
видеорынок, — покачав головой, произнес продюсер. — Уверен, вы
наснимаете какой-нибудь слащавой мути, которую даже школьники средних
классов не захотят смотреть!
— Мы постараемся! — заверила его Эми.
— Сколько вам потребуется времени не переделывание фильма?
— Недели хватит, — ответила Рейчел, которая мгновенно
сориентировалась и решила брать ситуацию в свои руки: она будет помощником
Лео, посредником между Эми, Софи, Клиа и им.
— Ладно, — после долгой паузы вздохнул продюсер. — Даю вам
неделю, но учтите: мне нужен в фильме секс. Если вы снова начнете снимать
эту галиматью, то я буду вынужден по своему усмотрению добавить в фильм
постельные сцены. И не обещаю, что они будут невинными. Договорились, Эми?
— Договорились, — согласилась Эми. — А ты, Рейчел, будешь
нашим ассистентом.
— С удовольствием! Пойдем, Лео, я отвезу тебя в мотель, а потом, когда
ты отдохнешь и переоденешься, мы можем поехать куда-нибудь пообедать, —
предложила Рейчел. — Например, в ресторан. И там ты мне объяснишь, что
именно хочется тебе увидеть в будущем фильме. Так сказать, общую концепцию.
— Ну не буду же я в ресторане на пальцах показывать тебе, какие сцены
мне нужны в фильме, — буркнул Лео, когда они выходили из дома.
— Куда поедем обедать? — спросила Рейчел, когда Лео плюхнулся в
машину. — Если не хочешь в ресторан, можно отправиться в Дэри Куин
.
Там подают еду для автомобилистов. И еще там очень вкусное мороженое.
Уверена, оно тебе понравится. А вечером можно отправиться смотреть
фейерверки в честь праздника. Лео, ты отдохнешь, пообедаешь, и у тебя
поднимется настроение. Я обо всем позабочусь, не волнуйся!
Пока Рейчел и Лео Кингсли, которому ее услужливость начинала действовать на
нервы, ехали по направлению к мотелю, Софи, Эми и Клиа продолжали в гостиной
обсуждать сложившуюся ситуацию.
— Меня удручает одно обстоятельство, — говорила Софи. —
Рейчел столько нам помогает, а мы ей даже не платим. Это несправедливо.
— Да забудь ты о ней! — махнула рукой Клиа. — Ведь девица не
просит денег! Нам сейчас надо думать о другом: как побыстрее доснять фильм с
учетом требований Лео. Боюсь, за неделю мы не управимся.
— Но когда мы с Эми только начинали работать над видеофильмами, мы
подписывали обязательство не снимать порнографию. И что же теперь
получается? Мы нарушаем...
— Нашла о чем переживать! — беспечно воскликнула Эми. — Во-
первых, ответственность за съемку фильмов несу я, а во-вторых, когда мы
подписывали обязательство, мы и не снимали порно. И к тому же сейчас мы
производим съемки не в общественных, а в частных владениях. Так что с нас
взятки гладки. К нам не придерешься.
— Ох, Эми, не нравится мне все это, — тяжело вздохнув, произнесла
Софи. — Вспомни, когда мы въезжали в этот городок, у меня появилось
предчувствие, что ничего хорошего нас здесь не ждет. Одни неприятности. И
начали мы съемки как раз на общественной территории!
— Ты жалеешь, что мы приехали в Темптэйшен? — удивилась Эми.
Софи вспомнила о Фине Такере и призналась:
— Нет. — Но тотчас подумала о Клиа, о порнофильме, съемки которого
могут принести им одни лишь неприятности, о мертвых, пустых, устремленных в
небо глазах убитого Зейна Блэка, со смертью которого связано столько лжи, и
добавила: — Да, я сожалею о том, что мы приехали сюда. Ладно, мы продолжим
съемки, закончим фильм за неделю, отведенную нам Лео, но предупреждаю тебя:
это в последний раз. Даже ради тебя мне очень тяжело обманывать мэра.
— Сестренка, утешай себя тем, что ты делаешь все это ради нашей
семьи! — засмеялась Эми.
Около девяти часов вечера сестры пришли на берег реки, где на мостках должна
была сниматься любовная сцена с участием Клиа и Роба Латса, которые уже
ждали их. Сумерки сгустились, узкий месяц на небе светил тускло, и Эми
начала устанавливать небольшие прожекторы для бокового освещения. Когда все
приборы были включены, Софи засомневалась:
— Эми, слишком ярко. Как на карнавале.
— Ну и замечательно! — воскликнула сестра. — Сцена получится
впечатляющая!
— Боюсь, как бы кто-нибудь не увидел наши съемки.
— Никто не увидит! — беспечно махнула рукой Эми. — Сейчас
горожане празднуют День труда, им не до нас. Мы снимем все очень быстро, до
фейерверка. — И, обращаясь к Робу, спросила: — Ну, ты готов?
— Мне надо немного времени собраться... и вообще... — смутился юный
возлюбленный.
— Времени на подготовку нет, — решительно произнесла Клиа. —
Мы должны делать все быстро, Роб. — И с невозмутимым видом сняла с себя
нарядное летнее платье и бросила его на траву.
Софи посмотрела на обнаженную Клиа и подумала, что в лунном свете и свете
прожекторов она выглядит еще более неотразимо, чем днем. Красивая, уверенная
в себе молодая женщина.
— Клиа, ради тебя я готов на все! — восхищенно воскликнул Роб и
начал торопливо расстегивать рубашку.
Софи отвернулась, а когда услышала, как джинсы Роба упали на траву, решила
больше не смотреть.
— Софи! — позвала ее Эми. — Ты, кажется, отвлеклась?
— Я не желаю все это видеть, — тихо, но твердо промолвила Софи не
оборачиваясь.
Ровно в девять часов начался праздничный фейерверк. Из-за деревьев взмыли
ввысь россыпи золотистых, красных и синих огней, они осветили темное,
мрачное небо и рассыпались по нему сотнями ярких вспышек. Софи с восторгом
смотрела на это великолепие, забыв даже о том, что за спиной снимается
откровенно скабрезный эпизод. Внезапно ее взгляд привлек какой-то явно не
праздничный блеск, мелькающий из-за деревьев на противоположном берегу:
будто кто-то держал бинокль, в стеклах которого отражались вспышки
фейерверка. Софи мгновенно похолодела от страха. За ними наблюдают... Кто-то
видит их мостки и то, что там сейчас происходит... Кажется, они доигрались.
Софи рванулась к увлеченной съемками Эми и схватила ее за рукав.
— Эми, там кто-то смотрит в бинокль! Останови съемку!
— Смотрит в бинокль? — растерянно переспросила сестра, еще крепче
обхватив руками видеокамеру. — Нет, тебе показалось. Это вспышки
фейерверка.
— Да говорю же тебе! — воскликнула Софи. — За нами наблюдают!
Вон там, приглядись повнимательнее! Останавливай съемку!
— Но я не могу, — забормотала Эми. — Нам необходимо сегодня
закончить эту сцену.
— Ты что, слепая? — раздраженно вскрикнула Софи. — Да вон же
они поблескивают!
— Софи, может быть, ты сходишь и посмотришь, что там? — попросила
Эми. — Если кто-то действительно наблюдает за нами в бинокль, то мы
остановим съемки, но... я уверена, что тебе показалось. Пожалуйста, узнай, в
чем дело.
— Ты хочешь, чтобы меня убили, как Зейна? — испуганно произнесла
Софи. — Ну уж нет, никуда я не пойду. Даже с места не двинусь.
— Не сравнивай себя с Зейном. От него жаждали избавиться многие, но ты-
то тут при чем? Для чего кому-то на тебя нападать? Пожалуйста, сходи и
посмотри!
— Ладно, — вздохнув, ответила Софи. — Но учти: если меня
убьют, то моя смерть будет на твоей совести, сестра!
— Спасибо, Софи, ты настоящий друг!
Фейерверк закончился, вокруг быстро сгущалась тьма, и деревья, мимо которых
шла Софи, стали казаться ей чудовищами, тянущими к ней шелестящие на ветру
раскидистые ветви-щупальца. Тревожно шумела река, поскрипывал старый мост.
Надо перейти реку по новому мосту
, — подумала Софи и снова заметила
на том берегу белые мерцающие блики. Она обернулась и увидела, что на
освещенных прожекторами мостках фермы Уиппл продолжаются съемки. Обнаженные
Клиа и Роб лежат в объятиях друг друга. О Господи... их было так отчетливо
видно!
Софи вышла на противоположный высокий, крутой берег реки и остановилась в
нерешительности. Что делать дальше? Подкрасться к дому Гарви? Внезапно в
темноте снова блеснули окуляры бинокля, и Софи отчетливо разглядела Стивена
Гарви, наблюдавшего за тем, что происходит на мостках. Софи судорожно
сцепила руки, и по ее спине пробежал холодок страха.
Хрустнула сухая ветка, раздался неясный шорох, и Софи вдруг почудилось, что
кто-то крадется за ней. Легкие, почти беззвучные шаги. Софи бросилась к
ближайшему дереву, прижалась к его могучему стволу и замерла. Сердце стучало
так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Она напряженно
вглядывалась в ночь, пытаясь подавить страх и успокоиться, но ночная тишина
настораживала, и ощущение опасности не покидало ее ни на мгновение.
Наконец она сделала несколько осторожных шагов, и в этот момент кто-то грубо
схватил ее сзади за плечо, с силой ударил головой о ствол дерева и толкнул с
крутого берега вниз.
Софи упала в реку, и сильное течение, подхватив ее, как легкую щепку,
потащило за собой. Голова раскалывалась от боли, по лбу стекали тонкие
липкие струйки крови, застилая глаза. Софи, задыхаясь, отчаянно барахталась
в воде, которая, несмотря на жаркое лето, оказалась почти ледяной.
Я должна доплыть! — лихорадочно думала она, вглядываясь в темный
пустынный берег реки. — Я должна...
Через несколько минут она трясущимися руками судорожно уцепилась за
скользкие доски. Превозмогая боль, Софи подтянулась, выбралась из воды и
ничком упала на доски.
Несколько мгновений она лежала неподвижно, задыхаясь от усталости и
пережитого ужаса, потом перед ее глазами с бешеной скоростью закружились ярко-
оранжевые блики, в голове зашумело, зазвенело, и Софи провалилась в огромную
черную бездну.
Утром Фин Такер открывал двери своего книжного магазина, когда неожиданно
подъехала патрульная машина.
— Я получил результаты экспертизы, — вместо приветствия
взволнованно сообщил Уэс. — И собираюсь наведаться на ферму Уиппл.
Поедешь со мной?
— А кто будет книги продавать? — хмуро отозвался мэр. — И
вообще, к чему такая спешка? Ты получил какие-то любопытные сведения?
— Да, — ответил Уэс. — И теперь я намерен серьезно
побеседовать с семейкой Демпси и заставить сказать правду. Включая и твою
подругу Софи. Я выведу их всех на чистую воду и не посмотрю на то, что твоей
Софи сильно вчера досталось!
— Что? — изумленно переспросил Фин. — Кому досталось? Софи?
— Ну конечно, Софи! А разве она тебе еще не звонила? Вчера вечером кто-
то сильно ударил ее и столкнул с берега в реку. Доктор Ярнелл говорит, что
почерк тот же, что и в случае с нападением на Зейна.
Фин побледнел и побежал к патрульной машине..
Как только они прибыли на ферму, он выскочил из автомобиля, помчался к дому
и, даже не постучав, ворвался в гостиную. На диване бледная, с запекшейся
раной на лбу, с черными кругами под глазами сидела Софи, а рядом, с хмурыми
лицами, стояли брат и сестра. Фин, не обращая на них внимания, бросился к
Софи и обнял ее.
— Дорогая, что случилось? Уэс сказал мне... Как это произошло?
— Не знаю. Просто вчера вечером я вышла погулять и...
— Вечером, в темноте? — перебил ее мэр. — Но это же опасно!
Ведь только что убили Зейна Блэка, а ты...
— Ну я не думаю, что кто-то желал мне смерти, как Блэку, — пожав
плечами, произнесла Софи и постаралась улыбнуться. — Так что не думай,
будто в вашем городе завелся серийный маньяк, убивающий всех подряд!
— Софи... — произнес Фин, и голос его дрогнул. — Если ты еще раз
попытаешься вечером пойти гулять, то я... я сам тебя убью! Так и знай!
Обещай мне, что никогда больше ты не...
— Фин, все в порядке. — Она взяла его за руку. — Не волнуйся,
пожалуйста.
Господи, Софи могли убить, и я никогда бы больше ее не увидел!
— внезапно
пронзила Фина страшная мысль. Он вышел на крыльцо, сел на ступеньки, закрыл
лицо руками и сидел так до тех пор, пока не услышал шаги Дэви.
— Ну что, снова начнешь читать мне мораль? — спросил Фин.
— Нет, — ответил Дэви. — Я просто хочу лишний раз напомнить
тебе, что Софи нуждается в опеке и защите. Видишь, как все получилось,
Гарвард?
— Вижу! Но объясни, для чего Софи в столь поздний час понадобилось идти
одной в лес и перебираться на другой берег реки?
— Точно не знаю, — хмуро ответил Дэви. — Меня вчера там не
было, но Эми говорит, что они снимали на мостках очередной эпизод и Софи
показалось, будто кто-то следит за ними в бинокль. Эми утверждает, что идея
пойти и выяснить, кто же это подглядывает, принадлежала самой Софи, но я ей
не верю. Младшенькая ведь помешана на своем кино, а Софи ни в чем не может
ей отказать. Вот и получила по голове и чуть не утонула!
В дверях появилась Софи и, увидев сидящего на ступеньках мэра, очень
удивилась:
— Я думала, ты уехал! — И, обращаясь к брату, сказала: — Иди в
дом, Уэс хочет с тобой поговорить.
Софи присела на ступеньку рядом с Фином, и он, глядя на ее бледное лицо и
рану с запекшейся кровью на лбу, тяжело вздохнул:
— Софи, я очень прошу тебя не выходить вечером из дома. Слышишь?
— Хорошо, — улыбнулась она. — И сколько же времени мне сидеть
дома, под замком?
— До тех пор, пока... — Фин обнял ее и прижал к себе. — Пока не
получишь водительские права.
— Я их получила много лет назад.
— Тогда я попрошу Уэса отобрать их, — пошутил Фин, но его лицо
оставалось серьезным. — Знаешь, как я испугался за тебя...
— Я тоже очень сильно испугалась, особенно когда очутилась в
реке, — сказала Софи и положила голову Фину на плечо. —
Представляешь, пока я барахталась в воде, потеряла свои серебряные
колечки... Как жаль!
— Господи, Софи, о каких колечках ты говоришь? Если хочешь, я подарю
тебе сотни таких колечек! Главное, что осталась жива.
— Я хочу поговорить с Софи! — неожиданно раздался строгий голос
начальника полиции.
Фин помог ей встать, и они вместе направились в дом. В гостиной у камина с
отсутствующим видом стояла Эми, и Фин, взглянув на нее, с неожиданной
злостью подумал:
Когда же Софи перестанет тебя опекать? Это из-за тебя она
чуть не лишилась жизни!
— Доктор утверждает, что Зейна накачали снотворным, — сказал Уэс,
обращаясь почему-то к Софи.
О Господи, неужели это все-таки семейка Демпси его угрохала? —
испуганно подумал Фин. — Нет, не может быть, хотя, впрочем... Эми и
Дэви — весьма подозрительные личности...
Софи никак не отреагировала на заявление начальника полиции, а Фин уточнил:
— Количества снотворного оказалось достаточно, чтобы вызвать смерть?
— Нет, но снотворного было много, — ответил Уэс и обратился к Эми:
— На одежде Блэка были обнаружены старые пятна плесени. Я хотел бы осмотреть
вашу занавеску для душа. Принеси ее сюда.
Эми побледнела, бросила быстрый взгляд на брата, и Дэви ответил:
— Занавеска была такая старая, что действовала мне на нервы, и я давно
уже выбросил ее.
— Не морочь мне голову! — неожиданно резко перебил его
шериф. — Эми, я тебя спрашиваю: ты ни в чем не хочешь мне признаться?
— Нет, — прошептала она.
— Эми, не валяй дурака! Я отлично знаю, что ты двигала труп Зейна, и
мне необходимо знать, где именно, в каком месте ты его обнаружила. Отвечай!
Лицо Эми залилось краской, а Софи, наоборот, еще сильнее побледнела. Фин,
заметив это, взял ее за руку и сказал:
— Уэс, мисс Демпси себя плохо чувствует, мы выйдем с ней на свежий
воздух, не возражаешь?
— Идите, — разрешил тот.
Они снова устроились на ступенях крыльца, и Фин, обняв Софи, горячо
зашептал:
— Софи, я чувствую, ты от меня многое скрываешь, но я не требую от тебя
признаний. Однако я очень прошу о другом: перестань покрывать свою семейку.
И Эми, и Дэви уже давно исчерпали лимит твоего доверия, они злоупотребляют
твоей любовью, подставляют тебя, втягивают в неприятности.
— Фин, мы не убивали Зейна Блэка, — тихо отозвалась Софи. —
Честное слово. Я не лгу. Мы просто передвинули тело. — И быстро
испуганно оглянулась: не услышал ли ее признание начальник полиции?
— Так вот почему в тот вечер Дэви так настойчиво звал тебя спуститься
вниз! А ты на ходу сочиняла небылицы про какие-то намеченные на вечер
планы...
— Понимаешь, Эми готовилась к съемкам и на мостках обнаружила
бездыханного Зейна. Она практичная женщина и смекнула, что если сразу же
сообщить полиции о своей ужасной находке, то утром здесь будет толпиться
народ и съемки сорвутся. А время поджимает, фильм надо снимать быстро, вот
Эми и оттащила мертвого Блэка к деревьям, потом позвала нас с Дэви, мы
погрузили его в багажник и отвезли к черному ходу бара.
— Софи, надо непременно рассказать обо всем Уэсу, — качая головой,
произнес Фин.
— Нет, я не могу предать сестру!
— Но ты не должна расплачиваться за ее ошибки! Сколько можно опекать
Эми? Она взрослая женщина и сама может о себе позаботиться!
— Я уверена, что когда твоя Дилли вырастет и получит водительские
права, ты все равно будешь заботиться о ней и продолжать считать ее
маленьким ребенком, — возразила Софи. — Нет, Фин, я не предам
сестру.
— Но подумай о себе, подумай о своем будущем. Предоставь наконец Эми
возможность самой выпутываться из историй, в которые она попадает! Она
должна нести ответственность за свои поступки! Пусть признается Уэсу в том,
что передвинула тело. Ведь Эми не убивала Зейна? Значит, у шерифа нет
оснований арестовывать ее. За прикосновение к умершему еще никого в тюрьму
не сажали. Или... ты сомневаешься в ее невиновности?
Воцарилась долгая пауза, Софи сосредоточенно смотрела прямо перед собой,
потом, вздохнув, тихо произнесла:
— Нет, ни Эми, ни Дэви не убивали, но... наверное, могли бы накачать
его снотворными таблетками. Совсем недавно Дэви рассказывал, как однажды
подсыпал снотворное какому-то парню... Ну, в общем, тот некрасиво себя
повел, и Дэви решил ему отомстить. — Она осторожно потрогала рукой
голову и добавила: — Фин, я не знаю. Я не могу с уверенностью утверждать,
что они оба невиновны. Господи, как болит голова...
— Поехали со мной, — решительно сказал Фин, вставая со ступенек и
помогая подняться Софи. — Я отвезу тебя к доктору Ярнеллу, он еще раз
осмотрит твои раны и даст обезболивающие таблетки. А потом я отведу тебя к
себе в книжный магазин и уложу в постель. Тебе необходим покой и крепкий
сон.
— Нет, Фин, — слабо запротестовала Софи, — я не могу оставить
Эми.
— Ты должна ее оставить, понимаешь, должна! — горячо воскликнул
мэр. — Потому что это единственный способ снова не попасть в беду и...
остаться в живых!
На следующий день состоялось очередное заседание городского совета. Как
обычно, оно тянулось бесконечно долго, нудно, скучно, и мысли
председательствующего Такера были заняты совсем иными проблемами. Его мучили
подозрения в отношении Эми.
Стивен Гарви несколько раз брал слово: он то требовал перенести обсуждение
вопроса об установлении уличных фонарей на следующую неделю, то обвинял мэра
в пренебрежении своими гражданскими обязанностями... Время от времени Стивен
повторял надоевшую всем фразу о сомнительно тесной связи Такера с киношными
девицами и даже требовал опубликовать разоблачительную статью в местной
газете. Но постановление по данному вопросу с треском провалилось: только
Стивен и Вирджиния подняли руки, остальные члены городского совета
голосовать отказались и неодобрительно поглядывали на Гарви.
Тогда он в гневе предъявил свой последний козырь:
— Я договорился на местном кабельном телевидении, что в следующий
вторник нам предоставят эфирное время для просмотра видеофильма
Возвращение
в Темптэйшен
.
— Ничего себе! — раздался за спиной мэра удивленный возглас
Рейчел.
— А с людьми, снимающими этот фильм, ты тоже договорился? —
поинтересовался мэр.
— Я уверен, они будут очень рады предоставленной им возможности
продемонстрировать свое творение взыскательной публике, — ответил
Гарви. — Вот мы и посмотрит, что наснимали на ферме Уиппл. Это наш
общественный долг, мэр Такер!
Через полчаса после окончания заседания Фин Такер сидел в кабинете
начальника полиции и рассказывал ему о предстоящей видеопремьере. Уэс
внимательно слушал, пил кофе, курил, а потом уточнил:
— А на ферме Уиппл знают об этом?
— Сомневаюсь. Сейчас туда отправится Рейчел и сообщит им. Может быть,
нам тоже наведаться на ферму?
— Если хочешь, поезжай, а я останусь здесь, — хмуро ответил
шериф. — Эми злится на меня, обижается. Кстати, если поедешь туда,
выясни: есть ли у кого-нибудь из них пистолет двадцать второго калибра?
— Подобное оружие имеется у многих. Например, у меня есть такой
пистолет. Он прина
...Закладка в соц.сетях
