Жанр: Любовные романы
Приглашение к искушению
..., а теперь с
оскорбленным видом заявляешься сюда и говоришь, что все это, оказывается, не
было игрой и мне следовало знать об этом!
— Я безуспешно пытаюсь втолковать тебе, что существуют неписаные
правила: нельзя выносить на суд общественности то, что делается и говорится
наедине!
— Наедине? — усмехнулась Софи. — Когда же, позволь тебя
спросить, мы оставались наедине? На мостках, где любой мог нас с тобой
увидеть? Или когда ты швырнул лампу о стену, очевидно, желая привлечь
внимание постояльцев фермы? А может быть, когда мы занимались любовью на
капоте твоей машины? Разве все это не было игрой? А теперь ты неожиданно
меняешь ее правила и сваливаешь вину за случившееся на меня? Так вот, знай:
я считаю, что во всем виноват ты один!
— Ладно, думай что хочешь, — устало произнес Фин, подходя к
перилам.
— Можешь возвращаться домой к своим семейным обязанностям, продолжать
заседать на вашем дурацком городском собрании, с важным видом решать
пустяковые вопросы и тихо радоваться тому, что не влюбился в столь ветреную
и глупую особу! Ты ведь такой самоуверенный, хладнокровный,
уравновешенный...
— Софи, о каком хладнокровии ты говоришь? — вздохнув, спросил
Фин. — О какой уравновешенности, когда моя жизнь рушится на глазах? А
что касается наших с тобой отношений... Когда я впервые увидел тебя, так
сразу понял, что влип, пропал. Ты точно околдовала меня, а теперь
выясняется, что...
— Я тоже как увидела тебя — богатого, холеного красавчика из знатной
семьи, — сразу поняла: ты разобьешь мне сердце и бросишь. Все так и
вышло.
— Ладно, мне пора, — произнес Фин, спускаясь с крыльца. — Уже
поздно.
— А зачем ты вообще приходил? — крикнула ему вслед Софи. —
Устроить скандал? Заставить меня осознать свою вину? Чего ты хотел?
— Не знаю! — бросил Фин, рывком открывая переднюю дверцу своей
машины. — Но что бы я ни хотел, все равно я ничего не получил.
— А, догадываюсь! — Софи подбежала к нему. — Ты приходил за
тем же, за чем и всегда. — И она презрительно усмехнулась. — И вот
впервые покидаешь меня неудовлетворенным.
Фин сел в машину и, прежде чем захлопнуть дверцу, спросил:
— Ты знаешь, кто тебя ударил и столкнул в реку?
— А при чем здесь это? — удивилась она. — Сейчас мы, кажется,
выясняем с тобой отношения, скандал в самом разгаре...
— Знаешь или нет?
— Я тебе много раз отвечала: понятия не имею! А почему ты снова
спрашиваешь?
— Потому что мы с Уэсом уверены: это сделал не Стивен. Кто-то еще очень
сильно ненавидит тебя, Софи. Кому-то ты перешла дорогу.
— Это мог сделать любой. Весь город ненавидит меня.
— Ты ошибаешься. Во-первых, тебя мало кто знает, а во-вторых, те, кто
знаком с тобой, относятся к тебе хорошо и убивать тебя им незачем.
— Да уж, прекрасно относятся! Особенно после сегодняшней премьеры.
— Не волнуйся, вся сила их праведного гнева обрушилась на мою
голову, — с печальной иронией возразил Фин. — Спасибо Стивену
Гарви. И я еще очень долго буду слушать эти, с позволения сказать, бравурные
марши, а не лирические песни Дасти Спрингфилда. Ладно, я поехал, счастливо!
Софи тяжело вздохнула, поднялась на крыльцо, и Эми протянула ей мороженое
Дав
. Сестры сели на ступеньки, а Ласси улеглась рядышком и мгновенно
заснула.
— Софи, не переживай, это еще не конец. Он обязательно вернется.
— Сомневаюсь. Наговорил мне кучу гадостей, накричал, обвинил в
предательстве. Нет, между нами все кончено.
— Не обращай внимания, — посоветовала Эми. — Фину сейчас
очень тяжело, гораздо хуже, чем тебе. Но он обязательно вернется, вот
увидишь.
— Ты лучше расскажи, что Уэс говорил о скандале с видеофильмом, —
попросила Софи. — Он сильно возмущался?
— Не очень, точнее, совсем не возмущался. Похоже, его совершенно не
волнует, что мы нарушили их дурацкое постановление. Уэс сейчас озабочен
другим: кто подменил кассеты и кто расправился с Зейном Блэком? Кажется, он
подозревает Клиа и Дэви, правда, почему именно их, обаятельный шериф не
объяснил, но, видимо, он имеет на этот счет какие-то соображения.
— Почему же в таком случае он позволил им обоим уехать? — спросила
Софи. — Нет, если бы Клиа и Дэви были замешаны в чем-то серьезном, Уэс
не выпустил бы их из города.
— Наверное, ты права. Кстати, завтра нас с тобой вызывают на заседание
городского совета! — неожиданно сообщила Эми. — Будут разбираться
с нашим фильмом и обвинять в нарушении запрета на съемки порнографии. А
потом я собираюсь поехать в Лос-Анджелес, — беспечно продолжала
Эми. — Если, конечно, нас не арестуют за нарушение.
— О Господи!..
— Софи, не волнуйся. Уэс сказал, ничего страшного там не будет, и после
заседания мы как ни в чем не бывало вернемся на ферму. Они с Фином пообещали
позаботиться об этом, тем более что то злосчастное постановление
неконституционно. Но на собрание идти необходимо, так что нам придется
задержаться в городе хотя бы до четверга.
— Сомневаюсь, что после всего случившегося Фин станет защищать нас. Он
так зол на меня... Слушай, Эми! — вдруг воскликнула она. — А ведь
я единственная из семейства Демп-си, кто никогда не бывал в суде!
— Отец будет тобой гордиться!
— Только это меня и утешает! — горько усмехнулась Софи. —
Знаешь, что сказал Фин, перед тем как уехать? Что ударил меня и сбросил в
реку не Стивен Гарви.
— Откуда ему это известно?
— Понятия не имею, но заявил он об этом со всей уверенностью. Фин ведь
ненавидит Стивена, и если бы имелся хоть малейший шанс обвинить его в
преступлении, мэр бы его не упустил. Но тот, кто столкнул меня в реку и
хладнокровно наблюдал, как я беспомощно барахтаюсь в воде, люто ненавидит
именно меня, а не Такера.
Перед глазами Софи мелькнуло холеное, надменное лицо Лиз Такер, она
вспомнила Фина, Дилли... Их сложные, запутанные семейные отношения,
раздираемые противоречиями и потому омраченные взаимными упреками и
обидами...
— Нет, просто так я из этого города не уеду! — решительно заявила
Софи. — Я выведу ее на чистую воду!
—
Все мы временами сходим с ума!
— пропела Эми, угадав мысли сестры,
и уже серьезно спросила. — Хочешь поехать поговорить с ней?
— Да. Ведь эта женщина пыталась меня убить.
Глава 15
На следующий день Фин, увидев подходящего к книжному магазину Уэса, вышел на
ступеньки встретить его.
— Хорошо, что приехал! Ты единственный в городе, кто не врывается ко
мне с упреками, не возмущается моим безнравственным поведением и не заявляет
злорадно:
Больше мы за вас никогда голосовать не будем!
Уэс, если бы ты
только знал, до чего они мне все надоели! — Фин выразительно провел
ладонью по горлу.
— И много народу у тебя перебывало? — спросил начальник полиции,
усаживаясь в кресло.
— Половина города! И хоть бы кто-нибудь купил книги!
— Ладно, не расстраивайся, до выборов еще есть время. За шесть недель
страсти улягутся, и горожане обо всем забудут. А как Софи?
— Тоже злится. Во всем случившемся винит меня одного. — Фин
передернул плечами. — Ну и пусть, мне это безразлично. Скажу тебе
больше: я даже рад, что между нами все кончено. Только представь: всю
оставшуюся жизнь слушать ее болтовню и песни Дасти Спрингфилда!
— По-моему, вы занимались не только болтовней, — заметил Уэс.
— Какая теперь разница?
— И Софи, насколько я помню, обыграла тебя в бильярд.
— Хватит о ней говорить! — раздраженно бросил мэр. — Ты лучше
ответь: Эми уезжает в Лос-Анджелес, а ты?
— Я? — усмехнулся начальник полиции. — Мне надо продолжить
расследование преступления, а вот что касается тебя, Фин, то я посоветовал
бы тебе не принимать сгоряча необдуманных решений и не рвать отношения с
Софи.
— С меня довольно! Мне надоели выходки Софи, капризы, ее злобный братец-
аферист, бесцеремонно вмешивающийся в наши отношения. Все, хватит!
— Между прочим, Дэви улетел вчера вечером на Багамы.
— Что? — От изумления Фин даже вскочил с кресла, едва его не опрокинув. — Как улетел?
— Как все люди: самолетом. И кстати, Клиа тоже.
— И ты позволил этим проходимцам покинуть город?
— А что я мог сделать? Никаких улик против них нет, и удерживать эту
парочку, следовательно, я не имею права. Хотя, конечно, они причастны к
случившемуся. А возможно, они и есть преступники, пока точно не знаю. И
вообще сейчас моя голова забита столькими проблемами... — Уэс поднялся с
кресла, спустился вниз и остановился.
— Твоя голова забита Эми, — сказал Фин.
— И Эми тоже, — спокойно отозвался полицейский. — Да, чуть не
забыл: пришли результаты баллистической экспертизы. Пуля, ранившая Зейна
Блэка, была выпущена не из пистолета твоего отца.
— Ну наконец-то! — облегченно вздохнул Фин. — Хоть что-то в
мою пользу. — Но тотчас нахмурился: — Неужели моя мать настолько глупа,
что, подбрасывая пистолет в кровать Софи, не подумала о будущей экспертизе,
которая все выяснит и укажет на нее?
— Я уверен: пистолет, из которого стреляли в Зейна, давно лежит на дне
реки, — ответил Уэс. — Складывается впечатление, что стрелявший не
готовился к убийству. Все получилось спонтанно: выстрелил и сразу бросил
оружие в реку. Сомневаюсь, что мы когда-нибудь сумеем отыскать его там. А
что касается пистолета, подброшенного в кровать Софи... Вряд ли это сделал
тот, кто стрелял в Зейна. Бросать одно оружие в реку, затем искать другое...
Нет, Фин, просто кто-то удачно использовал трагедию с Зейном в своих
корыстных целях! Софи захотели вывести из игры, опорочить, свалить на нее
вину за смерть Блэка. И тот, кто это совершил, разумеется, не думал о
баллистической экспертизе. Ему это было безразлично.
— Или ей, — тихо заметил Фин.
— Или ей, — согласился Уэс. — В нашем городе хватает
придурков: как мужчин, так и женщин. Кстати, — вдруг оживился
он, — ты уже видел нашу в очередной раз обновленную водонапорную башню?
— Нет.
— Так посмотри!
Фин выбежал на улицу, задрал голову и взглянул на холм. На его губах
появилась улыбка, и он, не отрывая взгляда от возвышающейся над деревьями
городской достопримечательности, одобрительно произнес:
— Недурно, весьма недурно!
Обильные дожди смыли наконец ошметки дешевой краски, а рабочие из
Корис
на
сей раз потрудились на совесть, как и обещали мэру. Теперь водонапорная
башня сверкала на солнце нежным телесным цветом розоватого оттенка, а
верхняя ее часть была кокетливо окаймлена ярко-красной полосой.
— Неплохо, — улыбнулся Уэс. — Мягкие, не раздражающие глаз
цвета, хорошо контрастирующие с красной вершиной. Милое, я бы даже сказал,
уютное сооружение.
— Но Стивен снова начнет возмущаться. Ему ничем не угодишь!
— Не обращай внимания! — посоветовал начальник полиции и,
направляясь к патрульной машине, добавил: — Ладно, я поехал, меня ждут дела.
Да и у тебя ведь тоже скоро начнется заседание городского совета. Увидимся
позднее.
Заседание городского совета... Фин вздохнул. Нетрудно представить, что его
там ожидает! Нудный, тупой, злобный Стивен Гарви, с воодушевлением клеймящий
мэра позором и требующий наказания. Любимая мамуля, испепеляющая своего
дорогого сыночка презрительным взглядом и произносящая в унисон со Стивеном
пространные речи о ценности семьи, о нравственности, об ответственности и
гражданском долге... Приглашенная, как всегда, на заседание
общественность
, жаждущая поквитаться с мэром за то, что дети увидели по
телевизору порнофильм. Пожалуй, лишь Хилди Мэллоу не станет доставать его
нравоучениями, так как озабочена сейчас тем, как воспримут члены городского
совета ее любимое детище — обновленную водонапорную башню. И Софи... она там
будет.
Забудь о Софи! — посоветовал себе мэр. — Жизнь, такая спокойная,
налаженная, рушится у тебя на глазах, а ты продолжаешь думать о какой-то
Софи!
И действительно, думать сейчас следовало о грядущих выборах. Через шесть
недель тупоголовый Стивен Гарви, самодовольно ухмыляясь, вышибет из-под него
кресло мэра. Господи, какой будет позор! Тот злополучный и единственный раз,
когда семейство Гарви вырвало победу у семейства Такер, еще можно как-то
объяснить и даже оправдать. А теперь... Фин Такер с треском проваливается на
выборах потому, что спутался с киношными девицами, снимающими порнографию!
Фин еще раз тяжело вздохнул, поднялся на крыльцо и вдруг услышал за спиной
хорошо знакомый, с требовательными интонациями голос:
— Фин, подожди! Мне надо с тобой поговорить.
Он обернулся и стал молча наблюдать, как Лиз Такер выходит из машины.
— Я ехала к Хилди Мэллоу и решила по пути заглянуть к тебе.
Они сели в кресла, и Лиз начала:
— В последнее время в наших отношениях возникли... некоторые проблемы,
но теперь, когда эта женщина наконец уезжает и ты, надеюсь, не собираешься
продолжать с ней встречаться... В общем, ты понимаешь, что я хочу сказать,
Фин.
— Понимаю.
— Сейчас нам с тобой надо не ссориться, а приложить все усилия к тому,
чтобы снова одержать победу на выборах, — продолжила Лиз, глядя с
улыбкой на сына, и этот ласковый взгляд, как он уже знал, не предвещал
ничего хорошего. — Пройдет время, люди обо всем забудут и...
— Господи, о чем ты говоришь? — раздраженно перебил ее Фин. — Разве такое забывается?
— Мы сделаем все, чтобы они забыли! — решительно заявила
Лиз. — Такеры никогда не проигрывают.
— А что, собственно, произойдет, если я проиграю? Что? Мир не
перевернется, я не умру, и мы будем жить как прежде.
— Фин, что ты говоришь? Как ты можешь так легко сдаваться? Никогда
нельзя пасовать перед трудностями!
— Знаешь, откровенно говоря, я не хочу больше быть мэром.
— Это все из-за твоей Софи! — выкрикнула Лиз.
Вот почему она пыталась ее убить, — немного отстранение подумал
Фин. — Вот почему охотилась за Софи...
— Сейчас ты устал, на тебя навалилось множество проблем, —
мгновенно изменив тактику, мягким тоном заговорила мать, — но скоро все
образуется, горожане забудут о том грязном видео, Софи уедет, и мы заживем
по-прежнему. Ты, я и Дилли.
Вот именно, по-прежнему
, — тоскливо подумал Фин, живо представляя,
как они с Дилли снова поселятся в особняке на холме и будут существовать
под строгим контролем милейшей матери и бабушки.
— Фин, пойми, эта женщина едва не разрушила твою жизнь, — с
сочувствием продолжала Лиз. — Она вскружила тебе голову, ты запутался в
ее ловко расставленных сетях.
— Нет, Софи не разрушила мою жизнь! — неожиданно резко возразил
сын. — Да, она круто ее изменила, но в лучшую сторону. И я не хочу быть
мэром! Не хочу! И никогда не хотел! Это ты всегда заставляла меня им быть
из-за своего дурацкого тщеславия, а я, как последний идиот, вечно шел у тебя
на поводу.
— Это все она! — зловеще прошипела Лиз, забыв об избранной
тактике. — Эта Софи вдолбила тебе в голову подобные глупости. Она...
Да, я не хочу быть мэром, — думал Фин. — Не хочу больше каждую
среду слушать про установку уличных фонарей, строительство никому не нужных
мостов, очередную перекраску водонапорной башни... Я хочу жить с Дилли, в
своем магазине, торговать книгами, играть в бильярд. И я мечтаю, чтобы рядом
со мной всегда была Софи
.
— ...она облапошила тебя, обвела вокруг пальца!
— Что ж, это в традициях ее семьи, — усмехнувшись, сказал
Фин. — Готовься, милая мамуля, к тому, что твои будущие внуки
унаследуют эти качества Демпси.
— Что?!
— Я хочу жениться на Софи! — объявил Фин, бесстрашно глядя на
мать. — Понимаю, подобная новость тебя не радует, но это правда. Я
собираюсь сделать Софи предложение, — повторил он и весело спросил: — К
чему мне готовиться? К казни через повешение или к расстрелу?
Лицо Лиз сделалось мертвенно-бледным, губы вытянулись в тонкую полоску, а в
глазах блеснула такая ярость, что Фин невольно поежился.
Похоже, мамуля
меня прибьет, — мелькнуло у него. — А впрочем, пусть!
Несколько минут ошарашенная этой новостью Лиз сидела молча, а потом, немного
придя в себя, хрипло произнесла:
— Ты не можешь жениться на женщине, снимающей порнографические фильмы.
Не можешь!
— Она не только снимает порнографические фильмы, но и обставила меня в
бильярд, — доверительно сообщил сын.
— Какой ужас! — вскричала Лиз. — В бильярд? — И трагически закрыла лицо руками.
Она терпеливо прохаживалась неподалеку от здания городского совета, ожидая
появления миссис Такер. Когда из машины вышла мать Фина, Софи решительным
шагом направилась к ней и твердо произнесла:
— Миссис Такер, мне надо с вами поговорить.
— Нам не о чем разговаривать! — бросила на ходу Лиз и прошла мимо.
— Если вы откажетесь со мной беседовать, — догоняя ее, сказала
Софи, — то я буду вынуждена пойти к Уэсу. Выбирайте: или мы говорим,
или через пять минут начальнику полиции станет обо всем известно.
Лиз остановилась, смерила Софи презрительным взглядом и осведомилась ледяным
тоном:
— О чем это — обо всем?
— Узнаете. И весь город тоже узнает.
— Ладно, — подумав минуту, согласилась мать Фина. — Садитесь
в машину, там и поговорим. Не хочу, чтобы люди видели нас вместе на
улице. — Они сели на переднее сиденье, и Лиз холодно спросила: — Итак,
что вам нужно?
— Я хочу, чтобы вы перестали охотиться за мной и пытаться меня убить!
— Что? — побледнев, прошептала Лиз.
— Да, кто-то хочет меня убить, — повторила Софи, пристально глядя
ей в глаза. — А вы единственный человек в городе, который так люто
ненавидит меня, что готов пойти на все.
— Какая чушь! — вскричала Лиз, распахивая дверцу с той стороны,
где сидела Софи. — Немедленно убирайтесь из моей машины!
— Да, я понимаю, я все понимаю, — горячо и сбивчиво заговорила
Софи, — вы стараетесь защитить свою семью, Фина, Дилли... но
перестаньте меня преследовать, миссис Такер, хотя бы потому, что я уезжаю и
не представляю для вас никакой опасности!
— Да как вы смеете оскорблять меня, выдвигая столь чудовищные
обвинения? — злобно зашипела Лиз. — Вы, вы...
— Мне кажется, у вас не все в порядке с головой — продолжила
Софи. — Вам необходимо показаться психиатру. Кстати, у меня есть один
знакомый врач в Цинциннати. Замечательный специалист и берет за консультации
недорого. Могу вас порекомендовать ему.
— Вы действительно думаете, что я пыталась вас убить? — хрипло
спросила Лиз.
— Да, больше некому, потому что вы считаете, будто это лучший способ
оградить от меня вашего сына, которому сейчас нужно думать не о любви, а о
грядущих выборах.
Лиз откинулась на сиденье, некоторое время сосредоточенно размышляла о чем-
то, а потом решительно произнесла:
— Я никогда, никогда не пыталась вас убить! — И Софи, услышав ее
слова, засомневалась: а если это действительно так? — Если бы я
захотела от вас избавиться, то уж, поверьте мне, сделала бы все так, что
никому и в голову не пришло бы подозревать меня. И к тому же... я слишком
люблю свою семью, чтобы поставить ее честь под угрозу. А почему вы решили,
что это я охочусь за вами? — вдруг спросила она, наконец глядя Софи в
глаза.
И Софи, неожиданно для себя, откровенно и обстоятельно рассказала о том, как
ее ударили и столкнули в реку, о распускаемых в городе слухах, о
подстроенной ловушке с электричеством, в которую угодила Эми...
Лиз выслушала ее молча, не перебивая. А потом, словно размышляя вслух,
промолвила:
— Тот, кто все это совершил, глупый и очень импульсивный человек. Я бы
никогда не стала действовать таким дурацким способом.
— Только вы ненавидите меня...
— Но я же не импульсивная идиотка! — возразила Лиз.
— Значит... это все-таки мистер Гарви, но... у него нет мотива!
— Нет, Стивен никогда не стал бы убивать вас электрическим током.
Думаю, он мог в гневе толкнуть вас, ударить, но убивать? Нет, это не Стивен
Гарви! Он тоже не идиот и не импульсивный человек.
— Значит, кто-то еще, помимо вас и Гарви, ненавидит меня, —
печально прошептала Софи. — Господи, но кто? Больше некому...
— Вы ошибаетесь, мисс Демпси, — нахмурившись, ответила Лиз. —
Есть еще один человек, который ненавидит вас. Знаете, где живет Хилди
Мэллоу? — вдруг спросила она.
— Знаю...
— Поехали к ней!
— Гарви должны появиться с минуты на минуту, — сообщила Хилди,
приглашая Лиз и Софи в гостиную. — Вы уже видели обновленную
водонапорную башню? — с гордостью спросила она. — По-моему, это
наилучший вариант.
— Да, башня впечатляет, — безразлично согласилась Лиз.
— Может быть, отложим разговор с Вирджинией? — предложила
Хилди. — Побеседуем после окончания заседания, когда все разойдутся?
Зазвенел дверной колокольчик, Лиз Такер напряженно подалась вперед, всем
своим видом показывая, что разговор должен состояться сейчас.
Хилди поспешила в холл, и в дверном проеме Софи удалось заметить
внушительную фигуру Стивена, оставшегося ждать жену на крыльце. Он
нетерпеливо поглядывал на часы и самодовольно ухмылялся, очевидно, в
предвкушении бурного заседания городского совета.
В прекрасном расположении духа Вирджиния вошла в гостиную и извинилась за
то, что немного задержалась. Но заметив сидящих на диване Лиз и Софи,
замерла на месте, слоцно наткнувшись на невидимое препятствие. Улыбка
сползла с ее лица, глаза испуганно забегали.
— Что она здесь делает? — хрипло спросила Вирджиния у хозяйки
дома, указав пальцем на Софи.
— Вирджиния, это вы столкнули мисс Демпси в реку? — без
предисловий, строго спросила миссис Такер.
— Лиз, о чем вы говорите? Что вы...
— Вы, конечно, вы! — быстро заговорила Хилди. — Больше
некому. Тупая, импульсивная курица!
— Хилди! — возмутилась Вирджиния, побагровев от гнева. — Как
вы смеете...
— Да, это вы пытались убить Софи. — Миссис Такер и не пыталась
скрыть своего презрения. — Причем дважды.
— Лиз, о чем вы говорите? — вскричала Вирджиния. — Как вы
можете защищать эту Демпси? Ведь если бы не она, моя Рейчел вышла бы замуж
за вашего Фина!
— Мой сын никогда не женился бы на вашей дочери, — отрезала Лиз.
— Нет, женился бы, если бы здесь не появилась эта киношная девица! Мало
того, что она вскружила голову вашему Фину, так еще и познакомила мою Рейчел
с продюсером, который пообещал ей найти работу в Лос-Анджелесе! Она
соблазнила вашего сына и отбила его у Рейчел!
— Ну, положим, не я соблазнила Фина Такера, а он меня, — заметила
Софи.
— Вы разрушили жизнь моей любимой дочери! — задыхаясь от ярости,
закричала Вирджиния. — Я так на
...Закладка в соц.сетях
