Жанр: Любовные романы
Невеста 7. ДОЧЬ ВИКАРИЯ
...еще и
это! Вон отсюда.
- Честно говоря, - вставила Либби, - я назвала тебя старой потаскухой.
- Все обернулось совсем не так, как я ожидал, - шепнул Томас жене, у которого
от удивления брови полезли на лоб.
Тайсон Шербрук поднял идеально вылепленную руку и объявил своим глубоким,
звучным голосом истинного служителя
Божия, немедленно заставившим всех присутствующих замолчать и уставиться на
него:
- Думаю, Томас, неплохо бы выслушать, что может сказать каждый по этому
поводу. Наверняка это поможет нам
разобраться, в чем причина всех несчастий. Лорд Киппер, ваше мнение. Почему мою
дочь пытаются убить?
Лорд Киппер подошел к камину и оперся плечом на каминную доску. Костюм для
верховой езды сидел на нем
безупречно, черные сапоги сверкали так, что в них можно было смотреться, как в
зеркало. Выглядел он спокойным, как море
на рассвете, и таким же красивым.
- Вероятно, - начал он, - кто-то ненавидит Томаса и желает ему зла. Но при
этом знает, что, если покончит с Томасом,
его изобличат и повесят. Поэтому и старается убить его жену с тем расчетом, что
в ее смерти обвинят Томаса. Это наиболее
правдоподобное предположение. А может, злоумышленник жаждет мести. Томас, хоть и
очень молод, уже успел нажить
врагов, как всякий целеустремленный, добившийся успеха в жизни человек. Я имею в
виду его судоходную компанию.
- Томас, можешь ты вспомнить, кто из деловых партнеров, мог бы питать к тебе
недобрые чувства? - спросил Тайсон.
- Кто предпочел бы избавиться не от тебя, а от моей дочери, чтобы наказать или
отомстить?
- Никто, - уверенно ответил Томас.
Тайсон повернулся к Уильяму, стоявшему как столб у дальней стены и очевидно
желавшему остаться незамеченным.
- А вы, Уильям? Что думаете по этому поводу?
- Не знаю, сэр. Но мне кажется, это имеет какое-то отношение к исчезновению
Дженни. Как вы считаете?
- Вполне возможно, - кивнул Тайсон, - поскольку все происходит почти
одновременно.
- А что, если, - уже немного громче продолжал Уильям, взволнованно
осматриваясь, - этот кто-то не хотел, чтобы
Томас женился, и теперь пытается избавиться от Мегги? То же самое можно сказать
и обо мне. Он не желал свадьбы и
похитил Дженни. Но кому нужно, чтобы и я, и Томас остались холостыми?
- Хороший вопрос, - одобрил Томас, с уважением глядя на брата.
- Я согласна с Уильямом, - поддержала Мегги, чем крайне разозлила и Либби, и
Мэдлин. - Кому-то надо, чтобы оба
молодых человека остались холостыми. Но кому?
- Возможно, их матерям, - пробормотал Уильям, подчеркнуто отходя на несколько
шагов от Либби. Как и следовало
ожидать, поднялся крик, шум, началась свара, на пол летели чашки.
И снова вмешался Тайсон. Голосом, который можно было определить как смесь
меда и железных опилок, он властно
приказал:
- Довольно! Томас дал нам пищу для размышлений. Предлагаю хорошенько
подумать, какой путь избрать. - Он
немного помедлил, глянул на зятя и добавил: - Один из присутствующих, вне
всякого сомнения, замешан в этом, а может, и
является главным вдохновителем. Хотел бы я знать, кто именно.
Угрюмое бормотание было ему ответом.
Очень скоро после этого собравшиеся разошлись по своим комнатам.
Глава 34
Этой ночью у Мегги, как и предсказывал доктор Притчерт, разболелось плечо. Но
несмотря на все уверения доктора, что
тут нет ничего необычного, Томас встревожился. Ничем не выдавая своего волнения,
он просто налил настойки опия в
ячменную воду и подал ей. И не сошел с места, пока Мегги не осушила стакан. А
потом лег рядом и держал жену в объятиях,
пока та не заснула.
Было уже очень поздно. Темные тучи, летевшие по небу, то и дело заслоняли
едва видный рожок полумесяца,
посылавший в окно бледный свет. Томас проснулся оттого, что ему в рот сунули
какую-то тряпку, и мгновенно сообразил,
что это не сон. И даже попытался вскочить, готовый к драке. Но на голову
обрушился тяжелый удар, и он снова упал на
подушки. На этот раз тряпка накрыла не только рот, но и нос. Краем сознания он
ощутил тошнотворно-сладкий запах,
наполнивший сначала легкие, потом внутренности, и этот запах еще вернее, чем
удар, посылал его все глубже и глубже в
пропасть небытия, пока свет не померк окончательно.
Мегги остро сознавала тяжесть своего тела, весившего, казалось, больше, чем
один из валунов на морском берегу. И
понимала, что не сможет пошевелиться. Но уж очень хотелось... поэтому она
умудрилась приподнять руку, застонала и
открыла глаза.
Голова казалась пустой и легкой, во рту разлилась горечь. Сначала ей
показалось, что она лежит в своей постели. Но нет,
похоже, это не так.
Мегги зажмурилась, не желая больше ничего видеть, но любопытство взяло верх.
Она снова застонала, подняла веки и
уставилась в чье-то лицо. Сначала она не узнала этого человека. Потом поняла,
кто перед ней.
- В последний раз я видела вас лежащим в кухне на полу, в рассыпанной муке, с
головой, залитой кровью.
- Вижу, вы сообразительны, ваше сиятельство. Да, грейкеры приходили за мной,
помните?
- Вы Бернард Лич из "Петли висельника" в Сент-Агнес-Хед.
- Хорошая у вас память, ничего не скажешь. Вот и я помню, до чего же
смазливенькой вы были в тот день, вся такая
свежая и невинная. Кажись, вы только накануне обвенчались?
- Мы собирались остановиться в вашей гостинице, но она оказалась пуста.
Только в передней комнате горела свеча.
Томас и я обнаружили вашу жену на чердаке мертвой, повешенной. Больше в доме
никого не было, кроме вас. Вы лежали на
полу, без чувств. Позже вы утверждали, что это сделали грейкеры. На следующий
день вы исчезли. Вместе с конюхом. Мы с
Томасом поехали к сквайру Биллингсу, но так ничего и не обнаружили. Почему вы
здесь? И где я?
- Да это грейкеры принесли вас сюда,- сообщил Бернард, гортанно смеясь. Смех
быстро перешел в кашель, надсадный,
влажный, хриплый, от которого внутренности Мегги, казалось, свернулись клубком.
- Ах уж эти грейкеры, покоя от них нет! До чего же противный народец! И до
чего же любят путешествовать!
Он хихикнул, что вызвало новый приступ кашля.
Мегги молча смотрела на него. Он похудел еще сильнее. Седые волосы были так
грязны и жирны, что липли к голове.
Куда девался широкий белый передник? Теперь на нем были домотканые штаны и
рубаха, висевшие мешком.
Он вытер рот рукой, стараясь отдышаться, и Мегги заметила пятно крови на
ладони.
- Вы больны, мистер Лич, - участливо пролепетала она.
- Может, и болен, зато пока не мертв, а вот вы, моя маленькая леди, уже одной
ногой в могиле. Жаль, что я не рассчитал
и начался прилив! Сломали бы спину и мирно лежали в гробу! Дьявол и все присные
его, эта пуля должна была уложить вас,
но я и тут промахнулся! Везет вам, ничего не скажешь! Странно, почему я не
подумал о приливе? Да и целился вам прямо в
сердце, а вот поди же! Все пошло наперекосяк! В последнее время у меня все из
рук валится! Странно, но ничего не
попишешь!
- Мой муж знал вас всю свою жизнь. Почему вы хотите навредить ему, убив меня?
- Видите ли, дело вот в чем...
- Помолчи, Бернард.
Мегги всмотрелась в полутьму за правым плечом Лича и увидела стоявшего в
дверях лорда Киппера. Он по-прежнему
был в костюме для верховой езды и сжимал в руке зажженную свечу.
- Э... она очнулась, милорд.
- Вижу. Иди, Бернард, посторожи снаружи. Да, кстати, ты убил Томаса?
Берлард, не глядя на Киппера, что-то промычал.
- Повторяю, ты убил его во сне? Пока это было легче всего сделать?
Лич бросил опасливый взгляд на лорда Киппера, снова отвел глаза и затряс
головой.
- О нет, милорд, не смог. Знал малыша Томаса едва не с пеленок. Чудесный
парнишка, превосходный человек. Только
ее, милорд, только ее. Вот она, перед вами. Не Томас. Я никогда не убью Томаса.
Просто не сумею.
Лорд Киппер тяжело вздохнул.
- Поговорим об этом позже, Бернард. Иди и держи ухо востро.
Томас жив.
Мегги была так рада, так благодарна Личу, что отдала бы ему все, чем владела.
Бернард кивнул и удалился. Мегги украдкой огляделась. Небольшая комната с
дощатыми стенами и потолком. Что-то
вроде хижины, вероятно, заброшенной, судя по вековой грязи. Ночь прошла, и
сквозь давно немытые стекла сочился
серенький свет.
- Где я?
- В старой кладовке, той, что за моей конюшней. Нет, не воображай, будто тебя
найдут и спасут. Сюда никогда никто не
приходит, а те, кто искал Дженни Макграфф, и не вспомнили об этом местечке. Да и
зачем это им? Кто посмеет вторгнуться
во владения лорда Киппера?
- Но почему вы желаете смерти мне и Томасу? Киппер пожал плечами.
- Вчера, когда Томас и твой отец стали допрашивать каждого из нас, почему, по
нашему мнению, кто-то пытается убить
тебя, я понял, что все рушится. Раньше или позже кто-нибудь непременно
сообразит, что это я.
- Кто?
- Да Либби, конечно. Хотя я снова затащил ее в постель, все равно знал, что
не могу полностью ей довериться. Вряд ли
она стала бы молчать, узнав обо всем. В ней есть некое странное, может быть,
извращенное, но благородство, и, хотя оно
проявляется крайне редко, рисковать я не мог.
- Почему вы считаете, что именно Либби поняла бы, в чем дело?
Лорд Киппер невесело усмехнулся.
- Ночь была долгой и тяжелой. Я не находил себе места, хотя совершенно к
такому не привык. Но все заканчивается, и
наступает рассвет. Скоро и ты уйдешь.
И тут Мегги услышала шум, вернее, тихий, больше похожий на шепот стон, словно
кто-то очень больной ворочается в
углу, постепенно приходя в себя. Мегги попыталась сесть, но плечо болело так,
что она снова упала. От усилия закружилась
голова, и в глазах все поплыло. Когда ей стало легче, она напрягла глаза и снова
увидела лорда Киппера. Больше он не
казался ей самим воплощением красоты. Глаза потемнели, потеряв всякое выражение,
да и вид у него был безумный. Лорд
Киппер, виновник всех ее несчастий. Слава Богу, что это хотя бы не любящие
мамаши!
Мегги облизнула пересохшие губы.
- Кто там?
- Дженни Макграфф.
Слава Богу! Слава Богу! Дженни все еще жива! Какое счастье!
- Но почему вы ее похитили? Зачем она здесь?! Неужели разоблачила вас, и вы
побоялись, что она всем расскажет?
Лорд Киппер рассмеялся и погасил свечу, потому что в комнате становилось все
светлее, хотя окна были черны от пыли.
- Дженни Макграфф неспособна никого разоблачить. Нет, просто ее угораздило
родиться дочерью жалкого торговца.
Она ничего не знает и сама ничтожество. Совершеннейшее ничтожество. Да, она
довольно хорошенькая и не неряха. Да и,
несмотря на происхождение, не так уж глупа, что искренне меня удивляет. Но она
ничего не ведала, пока не попала сюда.
Видишь ли, я просто хотел убить вас обеих сразу, когда проклятые поиски
прекратятся. Я даже собираюсь похоронить вас в
одной могиле. Что же, вы этого заслуживаете.
Нет, она не позволит этим словам оледенить себя, запугать и свести с ума, не
позволит!
Но внутри уже возник парализующий страх, укоренялся, рос, становился сильнее.
Томас знает, что она пропала. Он чтонибудь
придумает. Только бы продержаться до его прихода! Нужно собраться с
мыслями и поискать выход. Что это она так
раскисла? Сейчас, сейчас она возьмет себя в руки,..
Мегги глубоко вздохнула.
- Не понимаю, лорд Киппер. Почему сразу обеих? Неужели Уильям прав, и вы по
какой-то причине желаете, чтобы
братья остались холостыми?
- Уильям, как это ни странно, почти угадал, что несколько меня встревожило.
Да, потребовалось бы совсем немного
времени, чтобы правда вышла наружу. Зато ваше время, дорогая моя, подходит к
концу. Как, впрочем, и время Дженни
Макграфф.
Томасу хотелось убить того, кто бесцеремонно тряс его за плечи, так, что,
казалось, мозги вот-вот вылетят наружу. Кто он
такой, этот ублюдок с огромными лапами?
К горлу подкатила тошнота, грозя задушить. Желудок горел как в огне. В ушах
громом отдавался проклятый голос, едва
снова не погрузивший его в забытье, чересчур громкий, слишком громкий.
- Томас, черт бы тебя побрал, да очнись же! Кто-то ударил тебя. О,
пожалуйста, Томас, открой глаза.
Наконец Томасу удалось разлепить веки. Перед ним стоял Уильям.
- Отстань и убирайся, иначе я тебя задушу.
- Не отстану. Приди в себя. Ты должен встать, Томас. Немедленно.
К нему не сразу возвратился рассудок. Наконец он стал что-то понимать.
- Что случилось? - едва ворочая языком, пробормотал Томас. Да что это с ним
творится?!
- Случилось! С тобой, черт возьми. У тебя голова в крови, а на полу валяется
тряпка, от которой несет чем-то
омерзительно сладким! Какое-то гнусное снадобье, должно быть! Томас, да
встряхнись же! Мегги пропала. Позвать
преподобного Шербрука?
- Да. Нет. Погоди. Помоги мне сесть. О Господи... Мегги?! Она исчезла? Да как
такое возможно?
- Говорю же тебе, ее нигде нет.
Голова раскалывалась так, словно в ней сидел сам дьявол, но какая теперь
разница. Сейчас, кроме Мегги, его ничто не
волновало. Пропала? Кто-то вошел в спальню, ударил его по голове и похитил
Мегги? Да, теперь понятно. Все потому, что
вчера за чаем он спугнул злоумышленника. И тот решил поторопиться.
- Проклятие! Который час?
- Только что рассвело. Я никак не мог заснуть, все думал о том, что
случилось, и решил посмотреть, спишь ли ты. Хотел
еще раз обсудить вчерашний разговор. О Господи, Томас, ты валялся без сознания,
окровавленный, а Мегги исчезла. Что нам
делать?
- Сначала я оденусь. Иди за отцом Мегги, да побыстрее!
Уильям будто ошпаренный вылетел в коридор. Томас не помнил, как сумел слезть
с кровати. Немного постоял, увидел в
зеркале, что лицо и голова в крови, и побрел к комоду. Там он осторожно промыл
рану холодной водой из тазика. Хорошо,
что кровь запеклась и больше не течет.
Он на мгновение закрыл глаза. Перед ним встало смеющееся лицо Мегги. Ее
украли прямо из их супружеской постели, и
это он во всем виноват! Беспечный глупец, не принявший самых простых мер
предосторожности, хотя знал, что разворошил
осиное гнездо! Что, если она уже мертва, застрелена и сброшена вниз со скалы?
Нет, черт возьми, об этом даже думать нельзя. Она жива, он это чувствует!
Но почему неизвестный не убил или не похитил самого Томаса? Может, посчитал
мертвым и оставил в кровати? А
Мегги? Слава Богу, что Уильяму вздумалось прийти так рано!
Через несколько минут дверь распахнулась, и в комнату вбежали Таисон, Мэри
Роуз и Уильям. Томас только что успел
застегнуть штаны и, сидя, натягивал сапоги.
- Меня ударили по голове и чем-то одурманили, - холодно, спокойно объявил он,
уже вполне владея собой. - Мегги
похитили, Вчера во время чая кто-то, по-видимому, чересчур близко подобрался к
истине, поэтому неизвестный был
вынужден действовать незамедлительно. По-моему, я догадался, кто это и почему
решился на такое. Да и Уильям тоже знает,
Нужно срочно потолковать с матерью и тетушкой Либби.
- Но, Томас, я действительно ничего не знаю.
- Тебе так кажется. Где-то в глубине души ты все понимаешь, но боишься
признать вслух, потому что это слишком
больно. Но поверь, скоро правда обнаружится. - Он взял брата за руку и добавил:
- Ничего, все будет хорошо. Не важно,
как бы горька ни была истина, я не оставлю тебя одного. Доверься мне.
Уильям, смертельно побледнев, кивнул.
Тайсон разбудил Джереми, помог Мэри Роуз застегнуть платье, и все трое
направились в столовую. Там уже выстроились
в ряд Барнакл, кухарка и миссис Блэк, словно солдаты, готовые идти в бой.
- Тетя Либби, - без обиняков спросил Томас, - кто отец Уильяма?
- Граф Ланкастер, разумеется. Он такой же Малком, как и ты. Жаль только, что
родился позже. Это ему следовало быть
графом, не тебе, но Мэдлин ухитрилась опередить меня. И вообще что за бестактные
вопросы? Немедленно извинись!
- Матушка, теперь не до приличий, - тихо объяснил Уильям, кладя руку на ее
плечо. Похоже, он нашел в себе
достаточно мужества, чтобы больше не прятать голову в песок.
- Мама, пожалуйста, - хрипло продолжал он, - не время лгать и изворачиваться.
Скажи все, как есть.
- Дорогой мой мальчик, Томас лжет. Твой отец- граф Ланкастер.
- Тетя Либби, - терпеливо заметил Томас. - Всему свету известно, что ни я, ни
Уильям ничуть не похожи на графа.
Мы оба пошли в своих матерей. Так что повторяю еще раз: кто настоящий отец
Уильяма? Скажите нам. Уильям тоже должен
знать. У нас нет времени. Мегги исчезла, и нам нужно найти ее, пока не случилось
непоправимого.
Либби упрямо покачала головой.
- Мадам, - вмешался Тайсон, вставая, - моей дочери грозит смертельная
опасность. Либо вы скажете правду, либо я
сделаю что-то такое, о чем вам придется пожалеть. Итак, мадам, мы вас слушаем.
- Это лорд Киппер, верно, мама? - с болью и тоской выдавил Уильям.
Либби побелела так, словно во всем теле не осталось ни кровинки, и застыла на
месте. Опустила глаза на сцепленные
руки.
- Лорд Киппер, - медленно повторил Тайсон.
- Да, Уильям, - кивнул Томас. - Думаю, именно так и есть, и этим все
объясняется.
- Но Уильям не такой красавец, как лорд Киппер, - возразила Мэддин. - Что за
невезение! До чего же несправедливо!
- Но, Томас, - выпалил Уильям, не обращая на нее внимания, - в тот день,
когда похитили Дженни, я был с ним,
клянусь! Поэтому и считал, что ошибаюсь. Видишь ли, я давно гадал, почему он
уделяет мне столько внимания, все время
справляется, чем я хочу заняться, какого мнения о том и этом, словом, вел себя
как... как мой близкий родственник, который
в будущем намеревается предъявить на меня права, учить и наставлять.
- Как отец, - подхватил Томас.
- Да, и это смертельно меня пугало. Вот почему я пришел к тебе в спальню так
рано. Просто ждать не мог. Но честное
слово, мне ужасно хотелось, услышать от тебя, что все это вздор.
- Ничего не поделаешь, такое бывает. И я понимаю, что лорд Киппер был с
тобой. Но это всего лишь означает, что он
нанял кого-то себе в помощь.
- Я не хотела верить в это, - очень тихо вымолвила Либби, - вправду не
хотела. Вынуждала себя не думать ничего
плохого. Когда Дженни исчезла, я была на седьмом небе. Теперь она не запятнает
нашего имени своим низким
происхождением. Я все пыталась уверить себя, что она сбежала в Дублин. Молилась,
чтобы это было правдой. И все лгала,
лгала себе... и вот что из этого получилось. Мне ужасно жаль.- Она подняла глаза
на сына, сжала его руку и повторила: -
Ужасно жаль.
Уильям, не глядя на мать, тряс головой.
- Найлз скрывает у себя Бернарда Лича, причем довольно давно, - сообщила она.
- Лича?- недоумевающе повторил Томас.- Но лорд Киппер, по его же словам, спал
с Марией Лич. Он сам сказал, что
Бернард - мошенник и олух. Из его речей я понял, что он искренне презирает Лича.
Почему же тот живет у него? Либби
пожала плечами:
- Я случайно видела Бернарда, когда однажды утром уезжала от Найлза. Он
отирался у конюшни.
- Он и был все это время оружием лорда Киппера, - заключил Томас. - Все
сходится. Уильям, сэр, Джереми, вы
готовы?
Томас придет вместе с отцом, а может, даже и с Джереми! Нужно только дожить
до этой минуты, только успеть дожить!
Мегги вспомнила, как клялась Томасу, что никогда его не покинет. Настало
время сдержать клятву.
Лорд Киппер замолчал. Сейчас он с задумчивым видом стоял над Дженни Макграфф.
Внезапно лицо его исказилось
злобной гримасой. Язвительно ухмыльнувшись, он поднял ногу и с силой пнул
девушку в ребра.
Глаза Мегги застлало алой пеленой ярости. Приподнявшись на локтях, не обращая
внимания на острую боль, она
прошипела:
- Не смей, ублюдок несчастный! Будь ты проклят, жалкий трус!
Но лорд Киппер проигнорировал ее и, немного послушав жалобные стоны Дженни,
пренебрежительно бросил:
- До чего же вульгарна! Не мог же я позволить ей испортить Уильяму жизнь! Да
и что это за брак? Бездарная пародия,
ничего более!
Мегги заметила, что Дженни лежит на боку, свернувшись комочком. Маленькая,
худенькая, светловолосая, с белой
кожей. А кроме того, очень юная и хорошенькая. Но неестественно бледная. Простое
муслиновое платьице задралось до
колен, открывая шерстяные чулки и одну черную туфельку. Другая слетела с ноги и
лежала чуть поодаль.
- Нет, - неспешно рассуждал он, словно разговаривая сам с собой, - я не мог
позволить ей выйти за Уильяма. А ты,
Мегги Шербрук, неужели не понимаешь? Не дочери торговца быть следующей графиней
Ланкастер. Это ясно последнему
глупцу. Что за горькая ирония! Томас сам толкнул меня на это, когда приказал
Уильяму в воскресенье обвенчаться с ней.
Мне пришлось что-то срочно предпринимать, и я предпринял. А вчера, когда твой
муж начал этот проклятый допрос, Уильям
почти догадался, в чем дело! Сразу стало ясно, что он дал остальным пищу для
размышлений! Недолго оставалось ждать,
пока все обрушится на мою голову, а разве можно было допустить такое?! Поэтому я
в два счета постарался все уладить.
- И вы готовы убить троих совершенно невинных людей лишь для того, чтобы
Уильям стал следующим графом
Ланкастером? - уточнила Мегги. - Ад проклятый, какое вам дело до того, кто им
будет? К вам это не имеет никакого
отношения.
- Я считал, что ты умнее. Неужели еще не сообразила, что Уильям- мой сын?
Мегги долго молчала, прежде чем спокойно кивнуть.
- До чего же вы, должно быть, радовались, когда Дженни забеременела от него.
И не она одна. Он ухитрился совратить
и мою знакомую в Гленклоуз-он-Роуэн. Довольны, что он пошел в вас хотя бы своим
распутством? Отец и сын... яблочко от
яблони. Интересно, вы ненавидите всех женщин, которых обесчестили?
- Не мели чушь! Женщины есть женщины. И предназначаются для того, чтобы ими
пользовались и наслаждались, Все
они глупые создания, вернее, почти все. Что же до моего сына... Да, Уильям
обожает совращать женщин и в этом похож на
меня. Впрочем, если честно, все мужчины таковы. Некоторые из нас настоящие
мастера обольщения, другим это искусство
не дается. К сожалению, Уильям принадлежит к последним. Он не обладает ни моим
обаянием, ни умом. Но я научу его. Со
временем он наверняка будет совершенствоваться, особенно когда узнает, кто его
настоящий отец, который так много ему
дал. Да, как только Уильям поймет, что старый граф Ланкастер был одержим в своей
ненависти к женщинам, считал их
потаскухами, неспособными родить сына от него, а не от другого мужчины,
обязательно поблагодарит меня и благословит
судьбу, давшую ему в родители такого человека, как я, а не жалкого полубезумного
старикашку! Тот сам посеял семена
собственного краха. Говорят, его отец был таким же.
- Но очевидно, он был прав, не доверяя Либби, не так ли?
- Ему не стоило этого делать. Она никогда не давала ему причин для этого. О
нашей короткой связи никто не знал. В
результате на свет появился Уильям. Нет, Титус Малком был глупцом и безумцем.
Хорошо еще, что я сумел поселить Либби
и Уильяма в Пендрагоне, когда он вышвырнул их вон. Все эти годы я приглядывал за
ними. Думаю, Уильям будет так
счастлив, узнав правду, что бросится мне на шею.
При этой мысли лорд Киппер заранее заулыбался, и на мгновение его глаза
потеплели.
- Я решил пригласить его немного пожить в моем доме, чтобы завершить
образование.
- Но отцом Томаса все-таки был граф Ланкастер? Лорд Киппер пожал плечами.
Глаза снова остекленели, как у дохлой
рыбы.
- Я точно знаю, что Мэдлин один раз изменила ему. Но кто был отцом Томаса,
муж или любовник? Это мне не известно.
Да и совершенно все равно. А вот Уильям всему научится от меня, своего
настоящего отца. Он еще очень молод. И не
разочарует меня.
- А если разочарует? Вы и его убьете?
- Заткнись, глупая девчонка! Ты изображаешь меня каким-то чудовищем, но ведь
это вовсе не так! Просто я хочу, чтобы
мой сын получил все, что ему полагается по праву. Я так давно мечтал об этом!
Как только он станет графом Ланкастером, я
женюсь на Либби и усыновлю Уильяма, с тем чтобы после смерти передать ему мой
титул и земли. И никто никогда не
узнает, что он незаконнорожденный. Это будет нашим маленьким фамильным секретом.
- Интересно, Уильям, подобно вам, своему отцу, тоже лишен всякой
порядочности?
Он ринулся к ней с поднятым кулаком, но тут же опомнился.
- Твое мнение абсолютно не играет роли. Говори что хочешь! Я просто делаю то,
что велит долг, не больше и не
меньше. Кстати, как оказалось, вовсе не так уж плохо, что Томас встретил тебя и
влюбился, ах, какая же это глупость, верно?
Такой вещи, как любовь, просто не существует в нашем благословенном мире. Но все
это не важно. Главное, ты принесла
ему великолепное приданое, а это означает, что Уильям и его наследники станут
еще богаче.
- Я готова побиться об заклад, что Томас уже успел определить, кто стоит за
всем этим, и в эту минуту вас разыскивает.
- Нет, ошибаешься, прошло слишком мало времени. Но нужно торопиться. Я буду
скорбеть о твоей смерти, Мегги,
можешь на это рассчитывать. Но необходимо действовать со всей поспешностью.
Плохо, конечно, что ты умрешь, но в
перспективе это не так уж важно.
Мегги отчаянно затрясла головой, и он заметил, как сильно она бледна.
Настолько, что уже кажется трупом, Какая
жалость! Но что поделаешь?!
- Послушай меня, - начал он, - нельзя было допустить, чтобы у тебя появился
ребенок, а ведь последнему дураку
понятно, что, поскольку вы оба сгораете от взаимного вожделения, иного исхода и
ожидать невозможно. Подумать только,
чтобы дочь викария оказалась такой развратницей! Да, дитя окончательно усложнит
и запутает все дело. Ты должна
отправиться на тот свет, Мегги, и эта простолюдинка с тобой, А Томас? Что же, я
сам позабочусь о том, как убрать его без
излишнего шума, раз у Бернарда не хватает на это храбрости. Возможно, я
постараюсь, чтобы смерть его была легкой:
перевернувшаяся коляска или что-то в этом роде. Вполне сойдет. Да, Бернард
оказался трусом, и это после всего, что он
наделал!
Говорить как можно больше... она должна непрерывно болтать, чтобы потянуть
время!
- Так что же случилось с Марией на самом деле?
- А, я и забыл, что вы с Томасом оказались свидетелями нашей маленькой драмы.
Именно мне пришлось подвесить
Марию к потолку. После того, как этот идиот Бернард убил ее. В тот день она в
ярости вывалила на его голову кучу
оскорблений - не то чтобы он их не заслужил, каждое было не в бровь, а в
...Закладка в соц.сетях
