Жанр: Любовные романы
Узы любви
... и худого мужчину, державшего в руке
трость, из конца которой торчало длинное лезвие, запачканное кровью.
Приятель убитого вытаращил глаза и со всех ног бросился улепетывать.
- Я вам сочувствую, мадам, - произнес ее спаситель, вежливо протянув Кетрин руку,
чтобы помочь ей встать на нога.
Она с трудом поднялась с земли, не сводя с него ошеломленных глаз и не в состоянии
вымолвить ни слова. Судя по его манерам, он скорее мог встретиться ей на светском приеме
или чаепитии, но никак не спасти ее от изнасилования.
- Ночной Ливерпуль - неподходящее место для леди, которая путешествует в
одиночестве. Кажется, вы испытали нервное потрясение. Разрешите мне проводить вас в дом
моей тети, это недалеко отсюда. Она предложит вам чашку чая, и вы сможете немного
отдохнуть и восстановить силы, а затем я доставлю вас домой.
Донельзя изумленная, Кетрин приняла предложенную ей руку, и они отправились в путь.
Мысли блуждали в ее голове в самых разных направлениях. Кто этот человек? Он разговаривал
как английский джентльмен, но почему он бродит с тростью, в которой скрыт нож? Постепенно
она начала приходить в себя. Сердце перестало бешено колотиться.
- Благодарю вас, - удалось ей вымолвить наконец.
- Не стоит, дорогая моя, не стоит, - сказал он непринужденно. - Не мог же я просто
стоять и взирать на это, не так ли? Повезло вам, однако, что я оказался там.
Кетрин кивнула:
- Да, очень повезло.
В самом деле, ей очень повезло. Она знала, что это было бы куда ужаснее, чем то, что ей
пришлось вытерпеть от Мэттыо Хэмптона. Вместе с облегчением к ней пришла внезапная
слабость.
- Я... я пыталась добраться до полиции.
- С какой целью?
- Я была пленницей на борту американского... то есть корабля конфедератов, который
сейчас стоит в порту. Мне удалось бежать, и я искала полицию.
- Вот это да! Вы ведете жизнь, полную приключений! Не так ли?
- Раньше со мной этого не случалось, - сказала Кетрин, готовая вот-вот заплакать или
засмеяться.
- Ну что ж, как только мы поможем вам успокоиться, я доставлю вас в полицейский
участок.
- Да, да, пожалуйста. Прямо сейчас, пожалуйста. Мне не нужен отдых. Я не буду
чувствовать себя в безопасности, пока не доберусь до полиции.
- Глупости! Вы так расстроены, что едва держитесь на ногах. Моя тетя моментально
приведет вас в порядок и поможет собраться с силами. И пожалуйста, не спорьте!
Слишком ослабевшая и взволнованная, чтобы протестовать, Кетрин согласилась и
покрепче вцепилась в его руку. Ее голова раскалывалась от диких и противоречивых мыслей и
образов. Чем занимается его тетя, живущая поблизости? И что делал этот джентльмен, бродя по
грязным трущобам? И как только он мог быть таким невозмутимым после всего, что
произошло? Одежда на нем была дорогая, но несколько вызывающая. Или ей это только
кажется, потому что она слишком привыкла к трезвым и скромным мужчинам Бостона, одетым
только в черное и серое?
- Ну вот мы и пришли, - проговорил он, приближаясь к довольно мрачному и не
располагающему к себе коричневому зданию.
- Здесь? - с сомнением спросила Кетрин, оглядывая убогий и обветшавший дом.
Не отвечая, он сильно постучал в дверь, которую быстро отворили, и спаситель Кетрин
повлек ее за собой. Они стояли в небольшой и тускло освещенной прихожей, но Кетрин смогла
рассмотреть темно-красные стены и толстые плюшевые ковры. Что за странное место!
Через полуоткрытую дверь она увидела большую комнату, где находились мужчины и
почти голые женщины. Вдруг ей вспомнилось, что рассказывал ей Мэттью.
- Но ведь это же... борд... - не успела она воскликнуть, как рука ее спутника зажала ей
рот.
В его руке оказался платок, надушенный каким-то сильно пахнущим веществом. Она
попыталась сопротивляться, но все вокруг пришло в движение, в голове у нее зашумело, в
глазах стало темно, и она бессильно повисла на приведшем ее сюда человеке.
Глава 12
При воспоминании об их невеселом расставании на душе Мэттью горчило. Он очень
жалел, что ее не было с ним здесь, в Лондоне. Они ходили бы на представления, сидели бы за
ужином в уютной обстановке роскошных полированных комнат. Он водил бы ее на балы, на
скачки, в клубы с сомнительной репутацией, ведь ее снедало любопытство посмотреть на них.
Он познакомил бы ее с тысячами приятных пороков, в которых ей отказывал чопорный Бостон.
Вместо этого она сидела одна в каюте взаперти, несчастная и, без сомнения, чувствуя себя
покинутой, потому что старый доктор не пришел к ней на помощь.
Его угнетенное состояние усугублялось еще и тем, что его посольство было почти
бессильно оказать ему помощь. Посол переадресовал его к мистеру Редфилду, которого он
именовал "специальным представителем". Мистер же Редфилд отложил на неопределенное
время вопрос о предоставлении ему нового корабля. Он делал таинственные намеки на какой-то
окончательно пока что недоработанный план.
- Думаю, что возможно вы тот, кого мы давно ищем. Нам нужен человек опытный и
отважный.
- Зачем? - взорвался Хэмптон, вскочив с кресла. - Что это за план, на который вы все
время намекаете?
- Успокойтесь, капитан Хэмптон, совершенно нет никакой надобности кричать, я ведь не
корабль янки, который вы берете на абордаж. Боюсь, что не смогу вам ничего сказать о плане,
пока не станут мне ясны все его детали. Со дня на день я ожидаю судно с приказом из
Чарльстона.
- А тем временем я должен сидеть сложа руки?
- Именно так.
- Послушайте, - резко и с горечью проговорил Мэттью. - В Ливерпуле у меня
осталась команда. Они заслужили отдых и, безусловно, должны располагать некоторым
временем, чтобы насытиться выпивкой и проститутками. Но если нам придется ждать слишком
долго, мои матросы распустятся, потеряют чувство сплоченности и, вспомнив, как плохо было
им в тюрьме, подумают о том, что служить на каком-нибудь английском торговом корабле куда
приятнее и безопаснее. Я не могу позволить себе прохлаждаться здесь слишком долго.
- Вам придется ждать, капитан. Вы, что, думаете, я могу вынуть вам крейсер прямо из
кармана? У нас сейчас нет готовых кораблей, ждущих вас в порту. И кроме того, у меня нет
указаний заказать для вас корабль на верфи. Более того, у меня нет денег, чтобы заплатить за
корабль, даже если б я и нашел его. Капитан, казна конфедерации практически пуста. Блокада
душит нас, уничтожая нашу экономику. Те деньги, что у нас есть, достаются нам с
дьявольскими усилиями, а наши друзья англичане не горят желанием предоставить нам кредит.
- Я понимаю положение дел. Мои матросы вот уже; два года не получают жалованья,
мне приходится рассчитываться с ними добычей с торговых судов, чтобы, удержать их при
себе.
- Это свидетельствует о ваших пиратских наклонностях, - сухо сказал Редфилд.
Хэмптон ухмыльнулся и опять сел в кресло. Специальный представитель занимал его. Это
был сухой человек маленького роста, в очках, скромно одетый, с шевелюрой песочного цвета,
редеющей на макушке. Но несмотря на его невзрачный вид, Мэттью чувствовал в нем
спокойную твердость и стальную решимость. Каждый день этот человек вел обреченную битву:
плутоватые дипломаты, деньги, бумаги, снабжение, люди, редкая связь с правительством
Юга... Все это требовало такого кропотливого терпения, какого у самого Хэмптона не было.
Редфилд удостоил его слабой улыбкой:
- Кроме того, что очень трудно достать для вас корабль, дело осложняется тем, что вы
можете понадобиться нам в совершенно другом качестве.
- Тайный план? - поддразнил Хэмптон.
- Да, капитан. Вы понимаете меня?
- Полагаю, да.
Последние три дня Хэмптон провел в полном безделье. Забрав свою долю трофеев, он
приумножил состояние в игорных домах Лондона. Ему было известно, что опытные мошенники
и шулеры заманивают новичков, позволяя им выиграть в первый вечер, но обирают их до
нитки, когда они возвращаются в последующие вечера. Хэмптон бродил по Лондону,
разыгрывая из себя простодушного и доверчивого американца. Он давал себя заманить в игру
только на один вечер и выигрывал, но не возвращался на следующий день.
Выигрыши Мэттью росли, хотя он и тратил много денег на виски, изысканные рестораны
и женщин. Он наслаждался свободой, вкусом прекрасных блюд и напитков, в которых ему
было отказано в тюрьме, и приятными ощущениями от нежных и покорных женских тел, не
сопротивлявшихся ему и не застывавших при его прикосновении.
Его удовольствия были, однако, омрачены воспоминаниями о Кетрин. Его жизнь в
Лондоне была бы куда полнее, если бы она была рядом с ним. Он скучал по ее телу,
свернувшемуся калачиком и прижавшемуся к нему, по ее прекрасному лицу и золотым глазам,
по ее остроумным замечаниям, по ее интересу ко всему на свете... и даже... да, он скучал даже
по их ссорам.
На третий день Мэттью выбрался из постели к полудню и отправился в магазины купить
что-нибудь для Кетрин. Он твердо решил изменить характер отношений между ними, когда
вернется. Он обращался с ней слишком грубо прежде, сейчас он это понимал. К черту ее
избалованность и упрямство. Может быть, он даже и не очень-то хотел приручить ее, она ему
нравилась такой, какою была. Отныне он станет ухаживать за ней, завоевывая ее умом, а не
силой. И начнет он с подарков.
Сначала Хэмптон накупил ей тканей для платьев: несколько ярдов бледно-золотого атласа
для бального платья, изумрудно-зеленый шерстяной отрез и хлопковый темнорозового цвета
для платьев на каждый день, а также подвязки, изысканное нижнее белье и веер цвета слоновой
кости. Он хотел показать свою щедрость. Самым пикантным подарком должна была стать
тонкая и прозрачная ночная сорочка девственно-белого цвета с глубоким вырезом на груди и
разрезами по бокам, украшенная изящной вышивкой.
Он зашел и в ювелирные лавки. Когда-нибудь он осыплет ее бриллиантами с головы до
ног, а пока недостаток средств, чтобы сделать это, вызвал у него раздражение. Он купил для
Кетрин, после долгих поисков красивую в своей простоте тонкую золотую цепочку, которая
прелестным кольцом должна была окружить стройную, как античная колонна, шею Кетрин. Он
почти наяву представил себе, как эта, нежнее вздоха, цепочка покоится на ее матовой коже, и
ощутил острый приступ желания. Пожалуй, ему следует вернуться в Ливерпуль, чтобы узнать,
все ли в порядке с Кетрин. В конце концов, здесь он просто убивает время в ожидании, когда к
Редфилду придут указания из Чарльстона.
При возвращении в гостиницу он был занят придумыванием различных предлогов для
оправдания своего отъезда из Лондона. Однако ему не пришлось воспользоваться ими. В
номере он застал Редфилда, который выглядел исключительно взволнованным и нервным.
Увидев Хэмптона, он вскочил.
- Капитан Хэмптон, это верх наглости! Похищение девушки янки из благородной семьи!
Вы и в самом деле не понимаете, что вы не пират! Я этого не потерплю, сэр! Я этого не
потерплю!
Хэмптон с каменным выражением лица посмотрел на суетящегося человека:
- О чем вы?
- Кетрин Девер! Вот о ком я говорю.
Брови капитана лениво поднялись, изображая изумление. В то же время его ум
лихорадочно работал. Черт побери! Неужели этой девчонке удалось бежать?
- Только не играйте со мной в невиновность, Хэмптон! Точно с таким же видом, что
сейчас у вас на лице, я подпустил тумана на этого англичанина, который сообщил о похищении
девушки мне. Все это здорово смахивает на правду, однако. Вы способны на подобное?
- Пожалуйста, успокойтесь и объясните, в чем дело.
- Это вы должны объяснить мне! Какой-то старый дурак-доктор поднял в полиции
Ливерпуля страшный шум, утверждая, что вами похищена молодая леди, которую вы насильно
удерживаете на борту вашего корабля. Ее имя Кетрин Девер, а ее отец, оказывается, очень
богатый человек, кораблестроитель. О, боже, если уж вам понадобилось красть женщин,
неужели вы не могли ограничить свой выбор девушками из простых сословий? Обязательно
вам надо было связаться с влиятельным семейством! - он замолк, задыхаясь от возмущения,
его лицо покраснело.
Мэттью улыбнулся. В его глазах вспыхнуло холодное пламя.
- Мне не нужна была девушка из простого сословия, я хотел именно мисс Девер.
- Вы, что, не поняли? - взорвался Редфилд. - Нам грозит международный конфликт!
По вашей милости! Я сбиваюсь с ног, пытаясь повлиять на британцев, помешавшихся на
приличиях, и убедить их, что мы тоже достойные и здравомыслящие люди, а тут вы
выкидываете этакое коленце! Англичане не могут не обратить внимание на Рэкингхэма, если
намереваются и в дальнейшем соблюдать нейтралитет. Они угрожают обыском вашего
корабля!
- Проклятье на мою голову, если я им позволю!
. - О?.. А как же вы намереваетесь остановить их? Обьявите войну Великобритании?
Доктор Рэкингхэм уже на пути в Лондон и через час будет здесь. Английская полиция
настаивает, чтобы он лично предъявил вам свои обвинения. И вы не сможете отрицать их!
- Почему же?
- Попробуйте, и они произведут обыск вашего корабля. Вы высекли искру, которая
может взорвать наши дружеские отношения с Англией! Черт подери! Есть только один выход.
- Какой же? - усмехнулся Мэттью.
- Отпустите девушку. Мы передадим ее британским властям вместе с нашими
искренними извинениями и надеждами на лучшее в наших отношениях, несмотря на инцидент.
- Я рад, что вы не служите в армии. Вы бы капитулировали в любом сражении еще
прежде, чем прозвучал бы первый выстрел.
- Поймите, капитан, мы не воюем с Англией!
- Мистер Редфилд, вы же дипломат! Вы должны уметь лгать. Отрицайте все и остальное
предоставьте мне.
В случае неудачи вы просто пожмете плечами и скажете, что я вас обманул.
- А как же быть с Рэкингхэмом?
- Я протелеграфирую своему верному Пелджо приказ снять мисс Девер с корабля и
укрыть ее в городе. Когда достопочтенный доктор доберется до Лондона и предъявит мне свои
обвинения, я соглашусь на обыск корабля. Мы отправимся в Ливерпуль на ближайшем же
поезде.
Редфилд взглянул на него скептически:
- Я буду очень удивлен, если ваш трюк сработает. Вы говорите, я могу заявить, что ни о
чем не знал?
Хэмптон ухмыльнулся:
- Вам не придется этого делать, мистер Редфилд. Запомните, главное - держаться
уверенно и не подавать вида. Тогда сражение наполовину уже будет выиграно.
- Когда-нибудь это вас погубит, Хэмптон!
Когда Редфилд ушел, Мэттью принялся упаковывать вещи, готовясь к отъезду в
Ливерпуль. Он спрятал подальше подарки для Кетрин, чтобы их случайно не заметил
Рэкингхэм. Пелджо он отправил срочную телеграмму, предупреждая его о своем приезде и
необходимости укрыть Кетрин в городе. Закончив все эти безотлагательные дела, он уселся в
кресло в ожидании прихода доктора.
Когда часом позже прибыл Рэкингхэм, его глазам предстал Хэмптон, спокойный и
уравновешенный, как всегда. При виде доктора он вопросительно вздернул кверху бровь, а на
его губах появился след едва уловимом улыбки.
- Доктор Рэкингхэм, как приятно видеть вас снова.
- Капитан Хэмптон, это майор Ревингтон.
- Десятый гвардейский полк, сэр, - в присущей британцам бодрой и решительной
манере произнес стоявшим рядом с доктором человек и отдал честь.
Хэмптон откозырял ему в ответ.
- Приятно познакомиться с вами, сэр.
- Я тоже очень рад этому, капитан. Ваши военные подвиги вызывают у меня искреннее
восхищение.
- Каким бы ни был капитан Хэмптон в сражениях, майор, в личной жизни он насильник
невинной девушки, - резко отчеканил пожилой доктор, раздраженный дружелюбием майора.
Хэмптон улыбнулся и обменялся взглядом с англичанином. Это был блестящий молодой
офицер и, безусловно, джентльмен. Его губы под тщательно ухоженными усиками слегка
дернулись, а в голубых глазах появилось насмешливое выражение. Прекрасно, подумал
Хэмптон, этот уже на моей стороне. Он, кажется, полагает, что доктор - старый дурак, а мы с
ним оба джентльмены, на чьи шалости старым дуракам следует смотреть сквозь пальцы.
- Успокойтесь, доктор, и не говорите мне, что вы сами всерьез верите во всю эту
чепуху, - снисходительно произнес Мэттью.
- Капитан Хэмптон, вы отлично знаете, так же как и я, что это не чепуха. Вы
изнасиловали, похитив, мисс Девер.
Хэмптон засмеялся.
- Эта девчонка просто купила вас, доктор. Она обыкновенная девушка со всеми
присущими слабому полу недостатками, которые она пытается скрыть. Она опасалась, что вы
осудите ее, и потому выдумала всю эту глупую историю с похищением исключительно ради
того, чтобы заручиться вашим сочувствием. Боюсь, Кетрин заражена довольно сильно ужасной
моралью лицемерия, типичной для средних классов. Она не в силах противостоять своим
естественным наклонностям и желаниям, но предпочитает это отрицать. Правда же состоит в
том, что я позвал ее с собой на корабль, и она согласилась. По прибытии в Англию она решила
было остаться со мной, но, увы, когда я привез ее в Лондон, oна сбежала от меня с молодым
баронетом.
По губам майора было видно, что он едва сдерживается от хохота. Он срочно прикрыл рот
рукой.
- Это наглая ложь! - взорвался доктор.
- Сэр, если бы не ваш почтенный возраст, я бы вызвал вас за оскорбление на дуэль, -
холодно произнес Мэттью.
- Мисс Девер - пленница на борту вашего корабля! Хэмптон вздохнул и проговорил:
- Я вижу, спорить с вами бесполезно. Вы оскорбляете меня и себя ставите в дурацкое
положение. Однако, я понимаю, в какой щекотливой ситуации оказались наши британские
друзья, и потому, чтобы окончательно прояснить дело, предлагаю вам самим убедиться, что
мисс Девер на моем корабле нет.
Рэкингхэм с подозрением уставился на капитана.
- В какую игру вы играете, Хэмптон? - спросил доктор.
- Капитан очень любезен, позволяя нам осмотреть его судно, - возмущенно обратился к
доктору майор.
По виду майора Ревингтона чувствовалось, что он рад предложению капитана. Хэмптон
усмехнулся:
- Не будьте строги к бедняге, майор! Случись вам увидеть мисс Девер, вы бы узнали, как
легко она может околдовать мужчину.
Майор ответно ухмыльнулся:
- Соблазнительная кобылка, а?
У Мэттью вдруг возникло желание врезать кулаком по осклабившемуся в вожделении
лицу майора, но он подавил в себе вспышку беспричинного гнева и улыбнулся:
- Красотка, майор, красотка!
Они сели на ночной поезд, идущий в Ливерпуль. Доктор мучился подозрениями и
согласился ехать с неохотой, но он не мог отказаться от присутствия при обыске, который сам
же и потребовал произвести. А Хэмптон не мог не почувствовать уважения к этому пожилому
человеку, который не был на самом деле дураком или слабым противником, как поначалу
показалось Хэмптону. Доктор был настойчив и предан слову, и ему удалось выскользнуть из
лап дружка Пелджо.
- Расскажите капитану Хэмптону, как вы сбежали от этих жуликов в порту
Ливерпуля, - подсказал доктору Ревингтон, пытаясь создать дружескую атмосферу за поздним
ужином в купе поезда.
- О, на вас напали воры? - спросил Хэмптон, удивившись. - Мне следовало бы дать
вам одного из моих матросов, чтобы он сопроводил вас до гостиницы.
- Не воры, сэр, а похитители! - Рэкингхэм взглянул на Хэмптона многозначительно.
- Еще одно похищение? - губы Хэмптона дернулись, изображая веселье. - Я никогда
не подозревал, что в мире, оказывается, происходит так много похищений.
- Некоторым это очень нравится!
- Но зачем же вас похитили, доктор? Из-за денег?
- Полагаю, нет. Думаю, меня хотели заставить молчать.
- Заставить вас молчать? - Мэттью выглядел озадаченным. - Что вы имеете в виду?
- Полагаю, вы знаете что.
Хэмптон взглянул на доктора, и его лицо выразило недоумение. Он пожал плечами.
- Не обращайте внимания, капитан, - посоветовал майор. - Но продолжайте, доктор,
расскажите, как вам удалось бежать от этих негодяев.
- Они заперли меня в комнате с окнами, заколоченными досками. Однако мне удалось
оторвать одну из них с помощью кочерги. Затем я привлек внимание одного уличного
мальчишки, стоявшего под окном и уговорил его за вознаграждение открыть дверь. Он проявил
сообразительность и находчивость, открыв дверной замок без ключа. Еще за дополнительную
небольшую сумму он отвел меня в ближайший полицейский участок.
- Замечательно, доктор, замечательно, - воскликнул Хэмптон. - Я вижу, что вас лучше
не иметь своим противником.
Рэкингхэм лишь бросил на него молчаливый взгляд. Мэттью также уставился на него
своими упрямыми серыми глазами, и, не выдержав, доктор сдался и опустил глаза. Сославшись
на возраст и усталость, Рэкингхэм оставил их за ужином и прилег отдохнуть. Ревингтон и
Хэмптон просидели еще несколько часов и перешли на короткую ноту, сдружившись за
картами и виски. Хотя Хэмптону и удалось заручиться доверием майора, однако наутро он
проснулся с дикой головной болью и нехорошим предчувствием. Бодрый вид доктора чуть не
вывел его из себя, но он утешился предвкушением полного поражения старика. Сойдя с поезда,
они взяли экипаж и отправились в порт. Когда они поднялись на борт "Сюзан Харпер", Пелджо
поспешил им навстречу.
- Капитан, - Пелджо изобразил жест, напоминавший отдание чести. - А мы не
ожидали вас назад так скоро.
- Я тоже не ожидал того, Пелджо. Доктор Рэкингхэм хочет осмотреть корабль. У него
сложилось впечатление, что я прячу мисс Девер на борту нашего судна, - он повернулся к
своим спутникам. - Откуда соизволите начать обыск, джентльмены? С моей каюты?
К удовольствию Хэмптона, обыск был безрезультатен. Доктор Рэкингхэм был дотошен,
осматривая каждый дюйм корабля, но Кетрин нигде не было.
- Вы удовлетворены, доктор? - поинтересовался Хэмптон, когда они завершили поиски
девушки.
Рэкингхэм ничего не сказал, но майор отважно нарушил тишину:
- Я определенно доволен, капитан Хэмптон. Было большой любезностью с вашей
стороны позволить нам подняться на ваш корабль для обыска. Я обещаю вам...
- Он спрятал ее где-то в городе! - прервал его доктор.
- Это уже слишком, доктор! - с раздражением ополчился на Рэкингхэма майор
Ревингтон, голова которого гудела с похмелья ничуть не меньше, чем у Хэмптона. - Капитан
сделал для нас более чем достаточно. Что еще вы хотите? Вы запятнали его имя, причем
совершенно бездоказательно, потребовали, чтобы мы обыскали корабль, словно его капитан
какой-то преступник, а не джентльмен, и теперь, когда он проявил терпение и благородство,
позволив нам осмотреть его корабль, на котором мы, разумеется, никого не нашли, вы
настаиваете на том, что он каким-то образом увел молодую леди с корабля и спрятал ее в
городе!
- Он мог телеграфировать своим людям, приказав им убрать ее с корабля! Вне всякого
сомнения, ему заранее было известно о моем приезде в Лондон, его предупредил кто-то из
представителей его страны, как только ваш атташе выразил им свое неудовольствие
противоправными действиями капитана, - упрямо твердил доктор.
Майор Ревингтон тяжело вздохнул:
- Ну и что же вы хотите от меня? Арестовать капитана? У вас же нет никаких
доказательств! Одни слова! Но что мы знаем точно, так это то, что мисс Девер нет на борту
этого корабля, как вы утверждали.
Старик зло сверкнул глазами, презрительно посмотрел на них обоих, отвернулся и побрел,
ссутулив плечи, вниз по трапу. Майор пожал плечами и сказал:
- Страшно сожалею обо всем случившемся, капитан. Надеюсь, вы понимаете, в каком
положении мы оказались, когда доктор...
- Разумеется, разумеется, майор, - спокойно проговорил Мэттью.
- Хочу заверить, что больше мы не побеспокоим вас.
- Я рад, что дело улажено, - сказал Хэмптон.
- Возвращаетесь в Лондон? Мы могли бы снова перекинуться в картишки.
- Нет, в моем присутствии в Лондоне нет больше надобности. Думаю, несколько дней я
пробуду здесь в Ливерпуле.
- Обязательно навестите меня, когда приедете в Лондон!
- Благодарю, майор, я буду рад.
Когда Рэвингтон вслед за доктором спустился вниз по трапу, Мэттью обратился к
Пелджо:
- Отлично сработано! Убедись, что ни Рэкингхэм и никто другой не шатается вокруг
нашего корабля и привези сюда вновь мисс Девер. Я пока немного отосплюсь.
- Разве вы не получили мою телеграмму, капитан?
- Что за телеграмма?
- Когда она пришла в Лондон, видимо, вы уже съехали из отеля. Я не спрятал мисс
Кетрин в городе. Она... - он заколебался, но все же с неохотой выдавил из себя: - Она
сбежала прошлой ночью.
- Что? О господи! Пелджо! Тебе нельзя ничего поручить! - загремел Мэттью. -
Сначала улизнул доктор, а теперь Кетрин!
- Виноват, мне нет оправданий. Она одурачила меня!
Гнев охватил Хэмптона.
- К черту! - сказал он.
К черту мисс Девер! Почему ей непременно надо быть такой упрямой и своевольной? Не
успевал он повернуться к ней спиной, как она каждый раз затевала что-то, идя ему наперекор. В
каюту занесли его саквояж, и мысль о приготовленных им для нее подарках подбавили
дровишек его гневу. Она ненавидела его, ненавидела до мозга костей, а он, как дурак, носился
по магазинам, выбирая для нее подарки, которые могли бы ублажить ее. Он яростно зарычал:
- Пусть! Сбежала! Ну и пусть! Пусть уходит! У меня нет больше терпения удерживать
ее!
Кетрин медленно выходила из забытья, похожего на плотно обволакивающий туман. Она
открыла глаза и заморгала: как странно выглядит сегодня каюта! Затем ее снова окутал сон, а
позже наступило полудремотное состояние, и ей показалось, что кто-то тормошит ее, чтобы
заставить съесть миску клейкой овсянки. Ну конечно подумала Кетрин, она маленькая девочка,
она больна, и Бетси заставляет ее кушать эту противную овсянку. Отяжелевшие веки Кетрин
опять закрылись. Когда она проснулась вновь, ее сознание несколько прояснилось и она
окинула взглядом грязную и тесную комнатенку с голыми стенами.
- Мэттью? - вместо звуков из ее горла вышел испуганный шелест.
Она облизала сухие губы и сглотнула в горле комок. Разве она не убежала от Мэттью?
Да... она сбежала потом были эти двое ужасных мужчин и тот джентльмен, что ударил одного
из них тростью и заколол тем самым... Как смешно! Как он мог заколоть тростью? Нет... Она
прижала руки к закружившейся голове. У нее было такое чувство, будто ее голова вот-вот
надуется, как шар, и поднимет ее к потолку. Слезы подступали к ее глазам. Где она? Где
капитан? Пелджо? Корабль?
Внезапно открылась дверь и вошла женщина ср
...Закладка в соц.сетях
