Жанр: Любовные романы
Узы любви
...всех
попереубивают в их собственных постетелях. Анжела разволновалась, потому что тоже не
захотела оставаться в Нью-Йорке одна в доме и решила уехать подальше от этого опасного
города в свое летнее поместье на Гудзоне. Дом загудел от сборов и приготовлений к
поспешному отъезду и гости, и хозяйки дома.
Кетрин написала отцу письмо и отдала его Педжин вместе с приличной суммой денег.
- Обещай мне, что ты поедешь домой и отдашь письмо папе по истечении двух недель,
не раньше.
- О да, мэм, не беспокойтесь, - уверенно ответила горничная.
Педжин упаковала вещи хозяйки и свои чемоданы, а затем взяла свой поношенный
саквояж и положила туда платье Кетрин и разную другую необходимую для путешествия
мелочь. С этим саквояжем Кетрин должна была отправиться в Филадельфию. Кетрин добавила
к собранным горничной вещам тонкую ночную сорочку, подарок Мэттью. "Когда мы выйдем в
море, - сказала она себе, - я ее надену".
Прислуга в доме легла рано после хлопотливого и суетного дня. Кетрин с трудом
сохраняла спокойствие, когда Педжин расчесывала ее густые волосы. Она понимала, что из-за
сильного нервного возбуждения не сможет этой ночью заснуть. Завтра они отправятся, не
исключено, навстречу своей смерти. И вся ответственность будет на ней, потому что Мэттью
окажется слеп и беспомощен из-за повязки на глазах! До сих пор она не осознавала в полной
мере, насколько все будет зависеть от нее.
Закусив нижнюю губу, Кетрин перевела взгляд. Мэттью в ответ широко растянул губы в
теплой и ленивой улыбке, от которой, казалось, даже ее кости растаяли. Он весь был поглощен
созерцанием ее волос и тем, с какой сноровкой расчесывает их Педжин.
После того как Педжин помогла ей надеть ночную сорочку и вышла из комнаты, Кетрин
повернулась к постели и пошла по ковру к Мэттью.
- Сними эту дурацкую сорочку, - приказал он, и Кетрин повиновалась, расстегивая
пуговицы неторопясь, чтобы поддразнить его.
- Ах ты, хитрая лиса! - засмеялся Мэттью, когда она, извиваясь всем телом, вползла
под одеяла и устроилась рядом с ним.
- Есть жалобы? - с притворным равнодушием поинтересовалась Кетрин.
- Ни одной! - Хэмптон притянул ее к себе и пробормотал ей в волосы: - Завтра
вечером мне самому придется выступать в роли твоей горничной и расчесывать твои волосы,
потому что поблизости Педжин уже не будет.
Предложение Мэттью стать ее горничной позабавило Кетрин, ее золотистые глаза
обольстительно потемнели, и он судорожно вздохнул. Медленно и нежно он принялся
наслаждаться ее телом, терпеливо и постепенно разжигая в Кетрин огонь страсти, пока ей не
пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы не зарыдать от желания. Его пальцы искусно
воспламеняли ее, доводя ее до судорог экстаза. Его рот, плотно прильнув к ее губам, заглушал
непроизвольные стенания. Она вцепилась в него, а затем ее тело ослабло и стало вялым от
удовлетворенного блаженства.
Неистовые страсти своего тела привели Кетрин в смущение, что заметил Мэттью, и в его
глазах замерцали веселые огоньки.
- Распутница, - прошептал он это слово так, что оно прозвучало очень нежно и ласково.
Задолго до рассвета Мэттью встал и надел на себя форму рядового. Затем он осторожно
переполз с подоконника на дерево и, цепляясь за сучья и ствол, спустился на землю. Кетрин
бросила ему саквояж, послала воздушный поцелуй и затворила окно.
Подобрав саквояж, Мэттью направился в собор святого Патрика, где у них с Кетрин была
назначена встреча.
Кетрин с тревогой выжидала, когда подойдет назначенный час. Она ходила из угла в угол
своей комнаты, много раз начинала одеваться и останавливалась, она проверяла и
перепроверяла свой радикюль, каждый раз обнаруживая, что пачка ассигнаций и золотые
монеты на своем месте.
Когда же вошла Педжин, как обычно с завтраком на подносе, Кетрин настолько
разнервничалась, что не смогла ничего съесть. Отломив маленький кусочек булочки и отпив
глоток кофе, она отодвинула поднос в сторону и принялась решительно одеваться.
Чтобы ее не узнали, Кетрин облачилась в одно из своих старых серых платьев и надела
скромную шляпку. Случайно уловив свое отражение в зеркале, она состроила себе гримасу. Как
только Мэттью сумел разглядеть в ней под этим невзрачным нарядом неистовую и страстную
натуру?
Явился наконец слуга и отнес вниз ее чемоданы. Они с Педжин следом за слугой
засеменили к карете, остановившись по пути обнять на прощанье Анжелу и одарить чаевыми
прислугу. Дорога к вокзалу показалась Кетрин бесконечно долгой. Затем еще этот верный слуга
многоюродной кузины настоял на том, чтобы проводить родственницу хозяйки до самого
поезда, вместо того чтобы сразу отправиться с каретою назад.
- Я уж подумала, он останется на перроне до прихода поезда, - воскликнула Кетрин,
вскакивая с места.
Настал момент ее расставания с Педжин, и Педжин заплакала. Кетрин крепко обняла ее.
- Не плачь, Пег! Все будет хорошо! Правда. Мэттью из тех, кто всегда побеждает. И
подумай, что я обрету наконец свое счастье. Помни: тебе нужно выждать две недели, прежде
чем отдать письмо. О, Педжин, я буду очень скучать по тебе, ты ведь была мне самой близкой
подругой.
- Вам пора уже идти, мисс Кетрин, - сказала Педжин со слезами. - И пусть святой
Кристофер присмотрит за вами и сохранит вас.
Кетрин выскочила из вагона, едва не расплакавшись от избытка чувств. Подбежав к кассе,
она сдала свой билет до Бостона и купила два билета в Филадельфию. До отправления поезда в
Филадельфию оставалось два часа, и Кетрин, едва сдерживая шаг, постаралась спокойно дойти
до собора святого Патрика. Проповедь уже закончилась, и огромная церковь опустела. Ей не
составило никакого труда отыскать Мэттью, стоявшего на коленях в одном из последних рядов
и, судя по его виду, совершенно погруженного в молитву. Она тихонько скользнула на
свободное место рядом с ним.
- Слава Богу, - прошипел он, - а то у меня уже колени отваливаются.
- Не наглей! Я не могла быстрее! - строго произнесла Кетрин и сжала его руку.
Устроившись за исповедальней, они начали свои превращение в слепого солдата и его
жену. Кетрин вытащила из саквояжа бинт. Голову Мэттью словно накрыли выше рта плотным
белым колпаком.
- Я ни черта не вижу! - пожаловался он.
- Не чертыхайся, Мэттью, мы же в церкви!
Он издал короткий смешок.
- Ты до последнего верна бостонским приличиям!
- Замолчи! Держись за мою руку! Возьми саквояж в другую. Готов?
- Веди меня вперед, утенок Макдафф!
Около часа им пришлось ждать на вокзале, пока не пришел поезд. Кетрин старалась,
чтобы ее лицо не выглядело испуганно, а всего лишь печально, но она так волновалась, что
больно сжала руку Мэттью, и тот вздрогнул:
- Что случилось?
- Ничего!
Что же касается Мэттью, то теперь, находясь в опасном положении, он, как обычно, был
одержим непоколебимым спокойствием. Кетрин им восхищалась. Если бы ей пришлось сидеть
вот так с завязанными глазами в окружении врагов, ее бы давно уже охватил беспредельный и
панический страх.
Путешествие на поезде оказалось вполне безопасным, хотя страх Кетрин не ослабевал.
Она начинала дрожать, завидев синюю форму, и на каждой остановке у нее душа уходила в
пятки. Любой новый пассажир заставлял ее сжаться, и любой чужой случайный взгляд наводил
на мысль, что они раскрыты и сейчас их схватят. Каждая минута этого долгого дня казалась ей
часом, а к концу путешествия она не сомневалась, что каждая секунда тянется для нее уже
годом.
Добравшись до Филадельфии, они наняли двуколку, и Кетрин приказала кучеру ехать по
адресу, который заблаговременно сообщил Мэттью. Это была контора, занимавшаяся морской
перевозкой грузов: "Мерсер и сыновья". Судя по обстановке конторы, дела фирмы шли в гору.
Кетрин сказала секретарю, что они желают видеть мистера Мерсера. Секретарь высокомерно
приказал им обождать.
- Могу я узнать ваши имена? - поинтересовался он.
- Я представляю компанию из Гаваны, моя фамилия Хэмптон, и мистер Мерсер уже
несколько раз имел до с моей фирмой.
Секретарь возвратился очень скоро и провел их в кабинет. За письменным столом
восседал тучный и осанистый джентельмен. Увидев их, он слегка побледнел.
- Послушайте, - начал он громоподобно возмущаться, как только вышел секретарь. -
Какого черта вы тут делаете? На следующей неделе я отправляю вам последний груз и в
дальнейшем отказываюсь рисковать.
Мэттью спокойно разбинтовал голову:
- В самом деле?
- Да, теперь это дело гиблое, и вы это знаете! Юг долго не протянет! Кроме того, боюсь,
власти напали на мой след!
- Не волнуйтесь так! Я пришел не затем, чтобы просить вас еще об одной партии
товаров. Все, что мне нужно сейчас, это два пассажирских места на ближайший рейс вашего
корабля.
Мерсер уставился на него с явной иронией.
- И это все? - спросил он с сарказмом. - Зачем вы в Филадельфии? Я думал, вы
бежали из форта Уоррен несколько месяцев назад!
- Так оно и было. Но, как видите, мне так полюбился Север, что я вернулся, а теперь
вновь хочу выбраться отсюда. Куда угодно! На Бермуды! На Кубу!
- Вы с ума сошли! Вы отдаете себе отчет, что может со мной случиться, когда
выясниться, что я способствовал вашему побегу?
- Я знаю, что случится с вами, если вы мне не поможете, - непринужденно заметил
Хэмптон.
Мерсер с ненавистью посмотрел на него:
- Не угрожай мне, Хэмптон! Если вы сдадите меня властям, то и ваша карта тоже будет
бита!
- О, нет, я не побегу к флотскому командованию закладывать вас! - рассудительно
пояснил Мэттью. - Просто если я не смогу выбраться из страны и меня поймают, поверьте
мне, первое слово, которое слетит с моих губ, будет вашей фамилией. В конце концов мне
нечего терять, в отличие от вас.
- Ближайший рейс не раньше следующего вторника, корабль отправляется в Нассау.
"Морская Нимфа" под командой капитана Даниэля Джозефа.
- А, так это наш груз! - сказал Мэттью и, заметив изумление на лице Кетрин, пояснил:
- Только один из капитанов знает о связи мистера Мерсера с Югом, и это значительно
уменьшает риск. Кроме того, некоторые люди Мерсера - ярые патриоты Севера.
- Я надеюсь, это так, и хотелось бы верить, их немало, - сказала Кетрин, с неприязнью
взирая на Мерсера, словно перед ней было отвратительное пресмыкающееся.
- Пожалуйста, дорогая, будь немного милосерднее, - произнес Мэттью, забавляясь
взглядом Кетрин. - Мистер Мерсер помогает ведь нам спасти наши головы.
Ответный взгляд Мерсера на Кетрин не отличался особым дружелюбием.
- А вы кто такая?
- Не ваше дело, - охладил его интерес Мэттью. - Она со мной, и это все, что вам
надлежит знать.
- Ладно, - Мерсер опустил руку, сжатую в кулак, на стол. - Я скажу о вас Джозефу.
Он отплывает на рассвете во вторник.
- Мы будем на пристани, - пообещал Мэттью и встал. - Было очень приятно
встретиться с вами, наконец, лицом к лицу.
- Жаль, я не могу сказать то же самое, - сухо ответил Мерсер.
Кетрин дала выход своим чувствам, как только они вышли на улицу.
- Этот человек... он паук! Отвратительное создание! Он пытается урвать от войны с
обеих сторон! Для своей страны он предатель, и вашей армии, я уверена, назначает
сумасшедшие цены! Змея, вот кто он!
- Успокойся, Кетрин! Ты должна быть ему благодарна. Без его помощи нам было не
обойтись!
Кетрин скорчила рожицу:
- Я не уверена! До вторника еще далеко. Мы подвергаемся каждую минуту огромному
риску.
- Честно говоря, Кетрин, у нас нет другого выбора.
- Я знаю, - раздраженно ответила она и на некоторое время замолчала.
Когда она заговорила, ее голос был куда менее взволнован:
- Ну и что нам теперь делать?
- Снять комнату в гостинице, я полагаю, и укрыться в ней на несколько дней, - он
хитро посмотрел на нее. Думаю, нам будет чем заполнить время.
Кетрин рассмеялась и, покраснев, повернулась к магазинной витрине, чтобы скрыть свое
смущение.
- Мэттью, - произнесла она, остановившись как вкопанная. - Посмотри-ка!
- Что? Эта шляпка? Нет, дорогая, она не в твоем стиле!
- Дурачок! Видишь того человека в сером костюме позади нас? Того, что внимательно
разглядывает витрину с галантерейными товарами! Видишь его отражение в стекле?
- Вижу. Ну и что?
- Когда я остановилась и посмотрела на витрину, то увидела его. Он смотрел на нас!
Когда же он увидел, что мы остановились, он резко повернулся и сделал вид, что разглядывает
галантерейные товары!
Хэмптон нахмурился:
- Ты думаешь, он следит за нами?
- Не знаю, но он повел себя странно!
- Ну что ж, не помешает, если мы отвяжемся от него. Пошли!
Они ускорили шаг. Человек в сером костюме последовал за ними. Он тоже пошел
быстрее. Они несколько раз повернули. Он не отставал. Мэттью забеспокоился.
- Здесь что-то не так! - сказал он. - Лучше нам отпратиться к Мерсеру и рассказать
ему об этом человеке. Думаю, за его конторой наблюдают. Мы с тобой сумеем оторваться от
этого человека, потому что темнеет. Видишь тот переулок впереди? Когда мы дойдем до него,
сворачивай в него и беги. Но пока мы не поравняемся с переулком, не суетись.
- Ясно! - она напряглась, приготовившись бежать, опустила руки, чтобы суметь в
нужный момент быстро поднять юбки.
Когда они дошли до переулка, Мэттью взял ее за руку и прошипел сквозь зубы:
- Давай!
Они рванулись в переулок. Саковяж в руке Мэттью мешал ему бежать, ударяясь о его
ногу, но он упорно тащил за собой Кетрин, сворачивая то в одну темную улицу, то в другую.
Кетрин старалась бежать как можно быстрее и больше ни о чем не думала, предоставив Мэттью
выбирать дорогу.
Наконец Мэттью остановился, втащив ее за собой в темную подворотню. Они
обессиленно привалились к стене, пытаясь отдышаться. Они ждали. Человека в сером костюме
не было.
- Теперь нам нужно предупредить Мерсера, - сказал Мэттью, и они покинули
подворотню.
Из конторы Мерсер уже ушел, но ночной сторож дал им его домашний адрес,
соблазнившись щедрым вознагрождением. Они быстро поймали кэб и вскоре оказании в
хорошо ухоженном квартале с чистыми и широкими улицами, обсаженными деревьями, и
красивыми особняками.
Кэб остановился возле дома, обнесенного забором, и они вышли. Мэттью заплатил
вознице, и копыта лошади вновь зацокали по мостовой, а они подошли к калитке, но тут
Мэттью остановил Кетрин, предостерегающе схватив ее за локоть. Озадаченная, она подняла
голову, проследила за его взглядом.
Парадная дверь дома отворилась, и вышел офицер в синем мундире. За ним следовал
Мерсер под конвоем двух вооруженных солдат. У Кетрин перехватило дыхание и она
повернулась к Хэмптону. Мэттью хмуро кивнул.
- Его арестовали. Возьми меня под руку и пойдем будто мы прогуливаемся.
Кетрин повиновалась. Ее сердце стучало так, что готово было выпрыгнуть из груди. Они
шли довольно быстро, и вскоре дом Мерсера скрылся из вида.
- О, Мэттью, что же нам делать? Если они арестовали его, значит, во вторник они
помешают отплытию корабля, и нет сомнений, он им расскажет о нас!
- Нам следует немедленно отправиться в порт и разыскать "Морскую Нимфу". Если на
корабль еще не наложен арест, то, возможно, мы сможем убедить Джозефа отчалить тотчас же.
Мне приходилось в прошлом иметь с ним дело, и я думаю, он узнает меня и поверит моему
рассказу.
- Ну а если на судно уже наложен арест?
- Тогда мы с тобой направимся в сторону границы и попытаемся пересечь ее сушей.
- Для того чтобы нас пристрелили либо с одной, либо с другой стороны, - продолжила
его фразу Кетрин.
- Не исключено!
Им не сразу удалось найти экипаж. Кетрин показалось, они прошли никак не меньше
половины пути, прежде чем им попался кэб. Но кэб довольно скоро привез их в район порта.
Мэттью выпрыгнул из кэба, но когда Кетрин хотела сойти, его рука властно ее остановила.
- Могут быть часовые! Возможно, возникнет непредсказуемая ситуация, и я не хочу
впутывать тебя в это дело. Оставайся здесь, пока я не приду. Если же меня долго не будет,
уезжай и возвращайся в Бостон. Поняла?
- Но Мэттью... - запротестовала она.
- Кетрин, я сказал это вполне серьезно, - твердо и непреклонно проговорил
Хэмптон. - Я никогда не прощу себя за то, что в прошлом подвергал тебя серьезной
опасности, и я отказываюсь делать это сейчас и в будущем без серьезных к тому оснований.
Ее губы гневно задрожали, но она сумела сдержаться. Хэмптон только усмехнулся:
- Ах, Кетрин, ты научилась выдержке!
Он исчез в темноте. Кетрин ожидала его в тревоге, напрягая слух, она старалась уловить
хоть какой-нибудь звук. Время тянулось вечностью, но, наконец, послышались шаги Мэттью.
Он улыбался, и Кетрин, оставив экипаж, расплатилась с кучером. Мэттью поднял с земли
саквояж и бодрым шагом повел ее к причалу.
- Я нашел судно, - сказал он. - За кораблем велось наблюдение, но я оглушил
человека, наблюдавшего за кораблем. Потом я взошел на борт и переговорил с Джозефом. Как я
и предполагал, он поверил мне и уже готовится к отплытию. Кетрин, я думаю, нам надо
поторо...
Окончание слова застряло у него в горле, потому что внезапно перед ними возник темный
силуэт солдата с пистолетом в руке.
- Стоять!
- Какого черта? - огрызнулся Мэттью, стараясь как можно больше походить на
рассерженного задержкой обывателя.
- Я видел, как вы сходили с "Морской Нимфы", - говорил солдат, - и только что я
обнаружил напарника, которого должен был сменить, связанным и без сознания.
- Какое все это имеет отношение к нам? - невинно спросил Мэттью. - Я также не могу
понять, зачем вы следили за мной!
- Думаю, вы прекрасно все понимаете! И уж точно никому не повредит, если я вас обоих
доставлю в штаб, чтобы вы там объяснили, почему вы несете багаж на корабль, занимающийся
перевозкой контрабандных грузов.
- Контрабандных грузов? Что за чушь! - возмутился Мэттью.
- О, Боже, что же нам теперь делать? - притворно причитала Кетрин. - Папа, если
найдет нас, отошлет меня к сестре в деревню, и больше мы с Генри не увидим друг друга. О,
капрал, вы же понимаете, в каком мы положении! У меня самый суровый в мире отец, он ни за
что не позволит мне выйти замуж за Генри. Именно поэтому мы бежим из города! Но вы сейчас
нам можете все испортить! - она расплакалась, и солдат растерялся.
- Успокойтесь, мисс... - попробовал он утешить несчастную девушку.
- О, вы, наверное, добрый человек! Пожалуйста, не разлучайте нас с Генри! Помогите
нам! - она воздела руки как бы в отчаянной мольбе, а затем резко ударила ими по кисти
солдата, в которой был пистолет.
Хэмптон немедленно набросился на опешившего солдата и ударом кулака отправил его
полежать на земле.
Пистолет, упав, скрылся в темноте, и Кетрин ползала
по земле на четвереньках, спеша отыскать его, но когда ее рука нащупала оружие и она
взяла солдата под прицел, в этом уже не было никакой необходимости, поскольку Мэттью уже
успешно скрутил его голыми руками.
- О, Боже! - только и выговорила она, и пистолет выпал из ее задрожавших пальцев.
- Помоги мне его связать! Быстрей! - громким шепотом сказал ей Мэттью, потащив
солдата в темный закоулок.
Она последовала за ним и встала рядом с солдатом на колени, поскольку ее ноги дрожали
не меньше ее рук. Торопясь, она сняла с солдата поясной ремень и связала ремнем ему руки.
Ноги солдата пришлось связать ремнем Мэттью, а вместо кляпа Кетрин предложила Хэмптону
использовать ее шарф.
- Все! Пошли! - Мэттью поднял ее на ноги, подхватил саквояж и быстро потащил
Кетрин за собой через причал к ожидавшему их кораблю.
Оказавшись на борту, Кетрин отказалась спуститься в каюту. Ей невыносимо было бы
сидеть и трястись от страха в корабельной утробе, не имея никакого представления о том, что
происходит на пристани. Она встала у борта, крепко вцепившись в него обеими руками, и
затаила дыхание.
Тихо, украдкой, матросы распускали один за другим паруса по мере того, как судно
удалялось от берега, пока не распустили все. Огни города отдалялись, тускнели, и вскоре
хороший бриз ударил в парусную оснастку корабля, и судно, быстро набрав скорость, птицей
полетело по волнам.
- Мы в море! - прозвучал голос Мэттью у нее за спиной, и она вздрогнула от
неожиданности.
Все это время он помогал экипажу корабля выполнять маневры.
- Теперь мы в безопасности, Мэттью?
- Думаю, да. Даже когда найдут связанного моим ремнем солдата с кляпом во рту из
твоего шарфа, вряд ли они снарядят за нами погоню. Полупустой торговый корабль не имеет
для них большого значения.
- Мэттью! - она с облегчением прильнула к нему, и он бережно ее обнял.
- Моя отважная добрая девочка, - сказал Хэмптон и поцеловал ее в макушку.
Его переполняла нежность к Кетрин. Он вспомнил, как она рисковала ради его спасения,
отбросив гордость и патриотизм, как она помогала ему бежать, подставив под угрозу саму свою
жизнь и ничего не требуя взамен, как она спасла его от Перкинса, даже не подумав, любит ли
он ее ответно или нет, кажется, даже наоборот, Кетрин тогда полагала, что он ее презирает. И
даже теперь она не требовала от него никаких обязательств.
- Кетрин, я безумно люблю тебя, - выдохнул он ей в ухо.
Они отправились в свою каюту. Войдя, Кетрин порылась в своем саквояже и, достав
оттуда какую-то вещь, постаралась ее скрыть до поры до времени от Хэмптона.
- Я подумал, - сказал Хэмптон, и Кетрин вопросительно взглянула на него. - Завтра я
попрошу капитана Джозефа воспользоваться своей властью и поженить нас в море. Или ты
предпочитаешь подождать, чтобы это сделал священник в церкви?
Кетрин уставилась на него, и ее глаза засветились огромным счастьем.
- Мэттью, ты серьезно? Ты не обязан, ты же знаешь... но я имею в виду, что...
Он рассмеялся:
- Неужели ты знаешь меня так плохо, что полагаешь, будто я могу жениться из чувства
долга или благодарности?
Кетрин улыбнулась, и слезы подступили у нее к глазам.
- О, Мэттью! Да, я выйду за тебя замуж в море или в любом другом месте, где ты
пожелаешь. Я люблю тебя!
- Если ты будешь и дальше так смотреть на меня, девушка, то я вдруг начну срывать с
тебя одежду... как прежде!
- О нет, не нужно! У меня приготовлен для тебя сюрприз! Отвернись!
Он повиновался со словами:
- А я думал, ты уже потеряла девичью застенчивость.
Кстрин рассмеялась:
- Подожди!
Мэттью услышал шорох падавших на пол нижних юбок и улыбнулся про себя.
- Теперь можешь повернуться! - сказала она, и Мэттью обернулся.
У него перехватило дыхание, и слова застряли в горле. Она стояла, облаченная в
прозрачную белую ночную сорочку, приобретенную им для нее в Лондоне. Нежная тонкая
ткань облегала ее стройное, безупречное тело, не скрывая ничего, а боковые разрезы
приоткрывали соблазнительную гладкую плоть. Мэттью почувствовал в своем теле дрожь.
- Ты просто чудо! - проговорил он хриплым голосом и, преодолев разделявшее их
пространство, привлек ее к себе.
Засмеявшись, Кетрин обвила руками его шею, когда он понес ее к постели.
Кэндис Кэмп: "Узы любви"
Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
Закладка в соц.сетях
