Жанр: Любовные романы
Кумир и поклонницы
...астаивала на том, что
Молот Люцифера
— это рассказ о ценности
индивидуальности. Скотт говорил, что это политический комментарий по поводу
социоэкономики семидесятых годов. Трина и Стив, которые не читали эту книгу,
не вмешивались и только тяжело вздыхали, когда один из нас произносил такие
слова, как УСТУПЧИВЫЙ или БЛАГОВИДНЫЙ.
Спорить со Скоттом о книгах было на самом деле весело, но вдруг Скотт сказал
мне:
— Ты льешь больше воды на себя, чем на машину.
Это действительно было так. Мытье машины, оказывается, требует такой же
координации движений, как в танцах. И хотя я с легкостью могу улаживать
отношения с людьми, мне не так уж хорошо удаются ритмичные движения.
Не знаю, что на меня нашло. Правда, не знаю. Будто в меня на секунду
вселился дух какой-то другой девочки, девочки, которая умеет флиртовать, как
Трина или Джери Линн. Я почему-то сказала:
— Ах, так? — бросила губку в Скотта и попала ему прямо в
грудь. — Что ж, добро пожаловать в клуб! — После этих слов я
предпочла улизнуть.
Скотт кинулся за мной, обещая, когда поймает, вылить на меня ведро мыльной
воды. Все перестали работать и хихикая наблюдали за нами — все, кроме Джери
Линн. Она двинулась на нас, явно очень раздраженная.
— Посмотри на себя, — сказала она Скотту. — Ты весь промок!
Скот осмотрел себя.
— Это просто вода, Джер, — сказал он.
— Но ты не можешь идти в торговый центр в таком виде! — сказала
Джери, топая ногой. — Ты совершенно мокрый!
— Я высохну, — сказал Скотт. К этому времени мы кончили мыть его
машину, так что он передал мне ведро с водой. Я слегка оторопела, ведь он не
облил меня, как собирался. И не спрашивайте почему.
— И за несколько часов не высохнешь! — крикнула Джери.
— Да ладно, Джери, — сказала я. — Мы слегка подурачились. А
кроме того, никому в магазине компьютеров нет до этого дела.
— Мне есть до этого дело, — сказала Джери, — мне это важно.
Или я не в счет?
И тогда я сообразила, что дело не в мокрой майке. Все гораздо проще. Джери,
уезжая в колледж, очень нервничала, ведь Скотт еще на год оставался в школе.
А возможно, хотя я в этом не уверена, дело было в этих маленьких сердечках в
дневнике Джери Линн.
Как только я все это осознала, я быстро повернулась и пошла туда, где были
Трипа, Стив и все альты, взяла новую губку и стала мыть вместе с ними чей-то
седан.
— Похоже, в раю возникли неприятности, — пропела Трина, кинув
взгляд па Джери и Скотта, которые стояли на краю стоянки у машины Скотта и о
чем-то весьма оживленно говорили, но, к сожалению, нам ничего не было
слышно.
— Никогда не думала, что из них получится хорошая пара, — сказала
скучная Лиз. — Джери слишком требовательна. И что это за ерунда с ее
диетической колой?
— Эй, слушайте, — сказала я. Мне было неловко. Я знала, что не
виновна в их ссоре, но я не должна была бросать в Скотта эту губку. Одно
дело давать бойфренду другой девушки книги. В конце концов, мы же со Скоттом
друзья. Но бросать в него мокрую губку? Это непростительно. — Джери
славная.
— Если она не будет за собой следить, — заявила трогательная
Бренда, — то останется в одиночестве. Так можно только оттолкнуть
парня, далеко-далеко.
— Ага, — пробормотала Трина так тихо, что услышала это только
я. — Но если они разбегутся, то он будет свободным, и ты, Джен, в конце
концов сможешь его куда-то пригласить, как я тебе уже не раз советовала.
— Трина! — Я была поражена. Я как раз думала— бедная Джери! Бедный
Скотт!
И тут подошел мистер Холл и захлопал в ладоши.
— Хватит болтать! — сказал он. — Работайте, люди! Работайте!
И вот в этот момент, будто бы из ниоткуда, появился Люк. Во всяком случае я
его машину не увидела.
— Люк! — Я не смогла удержаться от крика, но быстро спохватилась и
добавила: — Я хочу сказать, Лукас.
— Эй, — сказал Люк с улыбкой, пробираясь к нам по стоянке. Люк не
то, что мы, не надел купальный костюм или шорты. На нем были джинсы и
фланелевая рубаха. Было, пожалуй, жарковато для фланели, но, может быть, Люк
думал, что школьники так одеваются, когда идут мыть машины. — Извините,
опоздал.
— О, ты пришел! — закричала Трина и прыгнула к нему. — Как
здорово! Джен не была уверена, что ты сможешь прийти.
По правде говоря, мы с Люком вовсе не обсуждали его планы на выходные. Я как
раз считала, что он останется в своем доме на озере и появится в школе
только в понедельник. Мне и в голову не приходило, что он мог бы... ну,
захотеть пообщаться с ребятами из школы. Я почувствовала себя слегка
виноватой: ведь я не догадалась спросить его раньше, не хочет ли он
присоединиться к нам.
Но Люк, явно, не нуждался в приглашении.
— Планы изменились, — сказал Люк, все еще чуть улыбаясь
Трине. — Кроме того, похоже, что нужна помощь. У вас тут целая очередь
машин выстроилась.
Трина принесла Люку ведро и губку, и скоро — просто глазам не
верилось! — он начал вместе с нами мыть машину, смеялся, шутил и, по-
моему, ему было очень хорошо. И всем тоже...
Всем, кроме Скотта и Джери Линн. Они все еще ссорились на дальнем конце
стоянки. Я старалась туда вовсе не смотреть, а также пыталась себя убедить,
что в этом нет моей вины, но это было трудно, особенно, когда Джери
неожиданно вскрикнула:
— Прекрасно! Если ты так чувствуешь, то все КОНЧЕНО! — и бросилась
к
Чи-Чи
. Думаю, там она пошла в дамскую комнату, чтобы поплакать.
Скотт окликнул ее — но без толку. Джери с плачем вошла в ресторан,
всхлипывая почти так же громко, как всхлипывала Кэйра после особенно грубого
мычания.
Я положила свою губку. Я точно знала, где проведу остаток дня.
Но прежде чем я смогла броситься за Джери, прежде чем смогла бы сказать хоть
одно слово, чтобы успокоить явно удивленного Скотта, прежде чем я сделала
первый шаг, Люк, который, явно, пропустил все сражение, сказал:
— Парни, как здесь жарко.
И снял рубашку.
Спросите Энни
Дорогая Энни! Я серьезно влюблен в подружку моего лучшего друга. Что мне
делать? Аноним Дорогой Аноним!
Ничего, если хочешь сохранить дружбу. Ты можешь начать действовать только в
том случае, если твой друг и его подружка разойдутся. Тогда, и только тогда,
ты можешь куда-то ее пригласить... но только через некоторое время, когда
они оба немного успокоятся.
Не удивляйся, если твой друг все-таки разозлится на тебя, даже если ты
дождешься, когда они расстанутся. Друзья не назначают свидания подругам
друзей... даже бывшим.
Энни С начала я не придала этому значения. Люк снял рубаху. Ну и что? Половина
парней при мытье машин сняли свои рубашки.
Парни сняли рубахи? Подумаешь! У меня была своя причина для расстройства. На
моих глазах и, возможно, частично по моей вине, развалилась главная пара
клэйтонской средней школы.
Но шумное сопение Трины остановило меня, когда я кинулась догонять Джери.
Не знаю, почему я не двинулась с места. Почему я остановилась и медленно
повернула голову.
Я смотрела на Трину. Ее взгляд приклеился к Люку. И не из-за действительно
внушительной упаковки шести банок пива... не из-за заросли светлых волос на
груди, съезжающей вниз под джинсы.*, не из-за его бицепсов, производящих
очень сильное впечатление.
Внимание Трины, похоже, привлекла татуировка на руке Люка, как раз у правого
плеча.
Татуировка, которая гласила: АНЖЕЛИКА.
— О госпо... — начала Трина. Ей не удалось закончить, потому что я
зажала ее рот рукой.
— Мм-мм, мм-м, — промычала Трина из-под моей руки. Но я держала ее
железной хваткой.
— Заткнись и отойдем отсюда, — прошипела я ей в ухо и потащила к дверям ресторана
Чи-Чи
.
— Но, мм-м, — пыталась сказать Трина, но я была неумолима.
— Девочки, — раздраженно сказал мистер Холл, — не время играть.
Нам нужно вымыть уйму машин.
— Ага, я знаю. Мы сейчас же вернемся, мистер Холл, — заверила я
его. — Мы только должны сходить в дамскую комнату.
И я втолкнула Трину в вестибюль ресторана, и потащила ее в дамскую
комнату...
...где, в конце концов, отняла руку от ее рта.
— О господи! — вскрикнула Трина. — Это же Люк Страйкер! Новый
парень — это ЛЮК СТРАЙКЕР!
— Шш-шш... — Моим глазам после яркого солнечного света нужно было
привыкнуть к полумраку ресторана. Но несмотря на то что я плохо видела, я
знала, что мы здесь не одни. Из последней кабинки раздавалось всхлипывание
Джери...
Раздавалось... по крайней мере до тех пор, пока она не услышала слов
Люк
Страйкер
.
— Я это ЗНАЛА! — И Джери Линн выскочила из кабинки, как полудикая
лошадь из загона. — Я ЗНАЛА, что он очень кого-то напоминает! Лукас —
это Люк Страйкер?
— Слушайте, — сказала я, переводя взгляд с одной девочки на
другую. Лицо Трины, слегка обгоревшее на солнце, пылало от возбуждения.
Физиономия Джери опухла от слез. Но оба лица выражали нетерпеливое
любопытство. — О'кей. Да, Лукас — это Люк Страйкер. Он здесь разучивает
роль. И сам доктор Люис просил меня помочь сохранить инкогнито Люка, так что
вы, девчонки, должны...
Но они вели себя как маленькие дети. Вместо того чтобы разумно все обсудить,
Трина и Джери повернулись друг к другу и начали прыгать и кричать изо всех
сил: — ЛЮК СТРАЙКЕР! ЛЮК СТРАЙКЕР! ЛЮК СТРАЙКЕР!
— Эй! — сказала я, на самом деле испугавшись, что сюда сбежится
половина ресторана. — Прекратите. Я же говорю вам, что это тайна...
— О господи, я ЗНАЛА, что это он. — Трина даже перестала прыгать,
чтобы это сказать. — Я поняла, когда он сказал, что не ест мяса. Потому
что, знаете, я сама перестала есть мясо, когда прочитала, что Люк стал
вегетарианцем.
— Я знала, что он — Люк Страйкер, — сказала Джери, — с
последнего собрания в
Журнале
. Помнишь, Джен, когда он стал говорить о
праве знаменитостей на частную жизнь? Клянусь, когда он это сказал, я точно
подумала про себя:
Слушай, он очень похож на Ланселота из Ланселот и
Джиневра
, интересно, может быть он и есть Люк Страйкер?
— Девчонки! — зарычала я самым строгим голосом, которым пользуюсь,
когда работаю приходящей няней и когда дети начинают брызгаться кетчупом и
проказничать.
Это подействовало, И Трина, и Джери замолчали и посмотрели на меня.
— Слушайте внимательно, — сказала я почти басом. — Тайну Люка
следует сохранить. Никто ничего не должен подозревать, понятно? Этого хочет
Люк. Он здесь для того, чтобы
вжиться
в роль. Он не сможет этого сделать,
если люди в его присутствии будут вести себя не естественно. Но если все
узнают, что он настоящий Люк Страйкер, никто не сможет вести себя при нем
естественно, ведь так? Трина и Джери обменялись взглядами.
— Я совершенно согласна, — сказала Трина. — Люк — молодой
артист, и он так предан своему искусству, что я никогда не посмею разрушить
его планы. Я никому не скажу ни слова.
Джери промолчала — она воспользовалась жестом скаутов, обозначающим;
Я унесу это с собой в могилу
.
Впервые с того момента, как Люк снял рубаху — нет, с того момента, как Джери
начала рычать на Скотта, — я почувствовала облегчение.
— О'кей, — сказала я, — Договорились. Никто из вас не скажет
ни слова о том, что Лукас — это Люк...
— О господи, — сказала Трина, шлепнув себя по лбу. — ПОЧЕМУ я
должна говорить Стиву, что пойду на
Весенние танцы
с ним, когда могла бы
пойти с ЛЮКОМ СТРАЙКЕРОМ?
— В своих мечтах, — сказала Джери. — Он пригласит МЕНЯ.
Я просто не верила своим ушам,
— Вы хоть слышали, что я сказала?
— Ага, точно, — сказала Трина. — Деточка поклялась хранить
тайну, да-да, да-да, да-да. А мечтать о нем можно?
— Что ж, у меня теперь нет приглашения на
Весенние танцы
, —
сказала Джери, открывая сумочку и доставая оттуда губную помаду. — Так
что мои мечты могут стать явью. Я собираюсь выйти и сейчас же пригласить
его.
Я с ужасом смотрела на Джери.
— Кого пригласить? Люка? Пойти на
Весенние танцы
? Но... но я думала,
ты идешь со Скоттом!
— Нет, не иду, — ответила Джери, уверенно нанося на губы краску.
Я просто не верила тому, что услышала. То есть я это подозревала, но, чтобы она так это сказанула...
— Вы со Скоттом расстались? На самом деле? Именно сейчас?
— Точно так. — Явно удовлетворенная тем, что она увидела в
зеркале, Джери кинула помаду в сумочку и обернулась ко мне. — И НЕ
ПЫТАЙСЯ говорить мне, что я должна вернуть его, Джен. Знаешь, ты думала, что
мы замечательная пара, но, по правде, это лучший выход для нас обоих. В
конце лета я уезжаю в колледж, а он еще на год остается в Клэйтоне и... и
так будет легче.
По лицу Джери видно было, что так она и думает.
И все же, несмотря на ее предупреждение, я чувствовала, что ДОЛЖНА что-то
сказать.
— Вы ведь и раньше ссорились, но всегда все улаживалось. Может, не стоит
горячиться, Джери. Ты по-другому к этому отнесешься, после того как
хорошенько подумаешь.
— Не в этот раз, — сказала Джери Линн. Она опустила руку в сумочку
и вытащила оттуда свою книжечку для записи свиданий. Ту, которую она мне
показывала. Ту, где были сердечки. Джери открыла книжечку, взяла ручку и
поставила большой черный крест на сегодняшней дате.
Я не могла не заметить, что количество сердечек на общей странице за
последние шесть-семь недель значительно уменьшилось. Почти свелось к нулю.
Или Джери ленилась отмечать самые интимные моменты, или Скотт некоторое
время не хотел...
Последовавшее за тем заявление Джери все прояснило.
— Нет, Дженни, это началось уже давно. Я почувствовала, что мы со
Скоттом отдаляемся друг от друга. У нас не стало общих интересов... общих
целей. Можешь представить себе, что он даже НЕ ХОЧЕТ идти на
Весенние
танцы
. Он хочет пойти на какую-то антивечеринку, которую устраивает
Куанг...
Я знала все об этой вечеринке. Я сама собиралась туда пойти.
— Так значит ты собираешься его пригласить? — требовательно
спросила Трина. Поверьте, она совершенно не думала о том, что сердце Джери —
не говоря уж о Скотте — быть может, разбито. Трина хотела знать только о
планах Джери относительно Люка Страйкера. — Я имею в виду Люка. Ты
хочешь просто подойти к нему и пригласить на
Весенние танцы
?
— Тебе лучше с этим смириться, — сказала Джери, расправляя
плечи. — Пропусти меня.
— Минутку, — сказала Трина. — Пригласить Люка Страйкера на
Весенние танцы
было МОЕЙ идеей. Я первая об этом подумала!
— Но ты уже с кем-то договорилась, разве не так? — нежно напомнила
Трине Джери.
— Это не навсегда, — заявила Трина и кинулась к двери.
— ПОДОЖДИ! — Джери бросилась на Трину.
Я не верила своим глазам. Предо мной были два человека, которых я считала
взрослыми молодыми женщинами; два человека, которым я завидовала, чей острый
ум и чью независимость я всегда уважала — а сейчас они вцепились друг в
друга ИЗ-ЗА ПАРНЯ! Всего-то!
— Девчонки! — завопила я, выбегая за ними в вестибюль
Чи-Чи
, а
потом и на стоянку. — Девчонки, помните, вы обещали не...
Но мне не удалось напомнить Трине и Джери о том, чтобы они молчали про Люка.
Потому что к тому моменту, когда я их догнала, они уже оказались в толпе,
собравшейся вокруг Люка и седана, который он мыл.
Только Люк теперь стоял на крыше машины и как бешеный кричал что-то в
телефон, пытаясь отбиться от протянутых к нему рук семидесяти пяти участниц
хора, официантов ресторана, случайно проходивших мимо домохозяек и даже
нескольких парней из пикапов, ехавших в торговый центр. Все они кричали:
— Люк! Люк! ЛЮК!
— О господи, девчонки, — зарычала я на Трину и Джери, когда
увидела Люка. — Что вы НАДЕЛАЛИ?
— Это не мы, — сказала Джери, пожав плечами. — Когда мы вышли, это
все уже было.
— Полагаю, я не единственный человек в Клэйтоне, который знает про
татуировку Люка Страйкера, — угрюмо сказала Трина.
Джери топнула ногой.
— Как же мне теперь подойти к нему с приглашением на
Весенние танцы
?
Мне нужно, чтобы рядом с ним никого не было!
Если бы это была самая серьезная проблема! Бедного Люка вот-вот разорвут на
части, а его самые отчаянные фанаты беспокоятся о том, как пригласить его на
Весенние танцы
!
Я посмотрела вверх на Люка. Он не был напуган — хотя я на его месте
испугалась бы. Он опустил телефон и пытался сказать нечто разумное
окружившей его орущей толпе.
— Послушайте, — говорил он, — вы все получите автографы. Но
только по очереди. Договорились?
Никто его не слушал. Девушки со всех сторон совали ему ручки и меню
ресторана
Чи-Чи
. Самыми мерзкими были сопрано. Карен Сью Уолтерс хотела,
чтобы Люк расписался на ее груди, полагаю потому, что она не нашла бумаги.
Но и альты вели себя не лучше. Скучная Лиз — только теперь она не выглядела
такой уж скучной — пробралась на капот машины и ухватила рукой ногу Люка. Он
чуть не потерял равновесие и едва не упал, но Лиз не было до этого дела. Лиз
рыдала, уткнувшись в штанину его джинсов, и кричала:
— Люк! О, Люк! Я тебя люблю!
Это было слишком патетично. Должна признаться, что мне было стыдно за свой
пол.
Но не только девушки, но и некоторые парни вели себя как круглые дураки.
Один парень в бейсболке сказал своему другу:
— Пусть он даст мне автограф, л я его продам!
А мистер Холл? Мистер Холл, учитель, который должен был все понять? Он был
хуже всех! Он кричал Люку:
— Мистер Страйкер, мистер Страйкер, можно я дам вам свой сценарий? Это драма
о молодом человеке, подающем надежды, который работает на Бродвее в хоре
мюзикла. Я думаю, это замечательная роль для вас!
Только несколько человек не подошли близко. Одним из них был Скотт. Он
прислонился к машине и просто наблюдал — столп здравомыслия в море безумцев.
Я бросилась к нему. Я совершенно забыла об истории с Джери Линн. Я думала
только о том, что если кто-нибудь что-нибудь срочно не сделает, то Люка
разорвут пополам, как Мела Гибсона в
Храбром сердце
, но только это сделают
фэны, а не британцы.
— Может, стоит вызвать полицию? — озабоченно спросила я
Скотта. — Мне бы не хотелось этого делать, ведь там мои друзья, но...
Но я видела только один выход — самой помочь Люку, — только я не знала,
Как это сделать. Ведь толпа окружала Люка плотной стеной, и у меня просто не
было возможности до него добраться...
— Не беспокойся, — сказал Скотт. — Все уже сделано.
Я, глядя на него, заморгала.
— Уже — ты уже вызвал полицию?
Скотт поднял свой мобильник. Он подмигнул мне, и в тот же момент я услышала вой полицейской сирены.
— Ой, спасибо тебе, — сказала я, почувствовав огромное облегчение.
— Как я понимаю, он на самом деле не будет у нас учиться, — сказал
Скотт, пряча мобильник в карман.
— Что? — Я следила за официанткой ресторана
Чи-Чи
, нырнувшей в
толпу за автографом, который Люк ей и дал. — Нет. Он просто работает
над ролью.
— Люис и его ребята знают об этом?
— Ага. Это была их идея. Скотт покачал головой.
— Они, вероятно, откажутся это комментировать. Паршиво. А можно было бы
сделать хороший материал.
Судя по тому, что Скотт в такой момент может думать о
Журнале
, его не очень-
то интересует Люк.
И, похоже, он не особенно огорчен всей историей с Джери.
— Скотт, я...
Я СОЖАЛЕЮ О ТЕБЕ И ДЖЕРИ ЛИНН. Вот что я собиралась сказать.
Но как раз в этот момент и произошли сразу три события.
Первое — на стоянку, с громким воем сирены, въехал полицейский автомобиль.
Во-вторых — из-за ресторана показался длинный черный лимо — тот самый,
который, как я подозреваю, каждый день увозил Люка от школы — будто он там
всегда и стоял.
И, в-третьих — к нам, с горящими глазами, подбежала Джери Линн.
— Вы только подумайте! Убить себя готова за то, что ни у кого не было
камеры. Наконец-то в этом глухом городишке что-то произошло, а мы это даже
не зафиксировали!
Я не поняла, удалось ей пригласить Люка на
Весенние танцы
или нет.
Подозреваю, что нет, поскольку толпа вокруг него была все столь же плотной.
Многие, правда, попятились при виде полицейской машины, а еще больше людей
вообще отошли подальше, когда полисмен весьма внушительных размеров уверенно
двинулся в их сторону. Люк все еще не спустился с крыши машины.
— Вот бы Куанг был здесь! — с сожалением сказала Джери. —
Только у него есть цифровая камера на мобильнике!
Полицейский офицер пробился сквозь толпу и оказался у машины. Он что-то
сказал Люку. Люк благодарно ему улыбнулся, затем, пока офицер оттеснял
особенно ярых фэнов, слез с машины. К сожалению, среди фэнов были сопрано и
Трина.
— Всем привет, — сказал полицейский офицер, дав Люку возможность
нырнуть в подъехавший лимо. — Шоу окончено. Давайте уступим дорогу
транспорту.
Трина подбежала к нам. Она раскраснелась и выглядела огорченной.
— Видели? — сердито сказала она. — Он просто погрузился в
этот лимо, не сказав никому ни слова! Я даже не получила автографа! И это
после того, как помогала ему все эти дни...
— Помогала... — сказала я. — Да вы его чуть не искалечили!
— Это не я, — сказала Трина. — Это Карен Сью Уолтерс. Ты
видела, как она пыталась заставить его расписаться у нее на груди? Хорошо,
что тут не было ее мамы...
Я заметила, что, стоя позади нас, Скотт и Джери, похоже, снова вступили в
перепалку. Я взяла Трину за руку и потащила ее в сторонку, чтобы не
подслушивать.
— Джен, если я напишу Люку письмо, ты сможешь ПЕРЕДАТЬ ему? —
спросила Трина. — Ведь вы же так сблизились, и он доверил тебе свою
тайну.
— Трина... — Я покачала головой. Лимо двинулся со стоянки. И
прекрасно, потому что несколько девушек облепили машину со всех сторон,
пытаясь через затемненные стекла кинуть последний взгляд на героя. — Я
не так уж хорошо с ним знакома... Он здесь только для того, чтобы
наблюдать...
В этот момент люк в крыше лимузина открылся, и оттуда показались голова и
плечи Люка. Девушки вокруг завопили и прыгнули к машине, будто хотели
вырвать у него клок волос. Что, как известно, является одним из способов
привязать парня к себе.
Я думала, что Люк собирается бросить в толпу несколько фотографий. Я думала,
что он крикнет: УВИДИМСЯ, МАЛЫШКИ! или СПАСИБО, ДУРОЧКИ!
Но он этого не сделал. Вместо этого он окинул взглядом стоянку, будто что-то
там забыл. Затем увидел меня и завопил:
— Джен!
Все головы обернулись ко мне.
— ДЖЕН! — Снова крикнул Люк. И в этот раз сопроводил крик
жестом. — ИДИ СЮДА!
Я почувствовала, что стала красной, как вывеска
Чи-Чи
.
Люк хотел, чтобы я поехала с ним в лимузине. Люк Страйкер хотел, чтобы я
поехала с ним к закату солнца — ну, не совсем так, потому что было всего
лишь три часа дня. Поехала с ним. В его лимо.
— О господи, — я услышала, как выдохнула Трина. — Вот-вот. Ты
не так уж хорошо с ним знакома.
Вот почему он выкрикивает твое имя. Твое, Джен. Он хочет ТЕБЯ.
Я покачала головой.
— Нет, — сказала я.&
...Закладка в соц.сетях
