Жанр: Любовные романы
Загнанная
...сказал Хит, когда неловкое молчание стало
почти невыносимым. Он развернулся и направился к выходу, но у самой двери
обернулся и посмотрел на меня: — Но снаала я хотел бы поговорить с тобой,
Зо.
— Я никуда не уйду, — резко заявил Эрик.
— Никто тебя и не просит, — хмыкнул Хит. — Зо, ты не могла,
бы выйти со мной на минуточку?
— Разумеется, нет, — высокомерно ответил Эрик и по-хозяйски
притянул меня к себе. — Она никуда с тобой не пойдет.
Я недовольно посмотрела на Эрика и уже собралась сказать ему, чтобы он не
смел мне указывать, но тут он сделал нечто такое, что окончательно и
бесповоротно вывело меня из себя. Он просто схватил меня за руку и рванул к
себе, хотя я стояла совершенно спокойно и не успела сделать ни шага в
сторону Хита.
Даже не успев подумать, что делаю, я автоматически вырвала у него руку.
Синие глаза Эрика угрожающе сузились. На какой-то миг мне показалось, будто
я вижу перед собой безумного и злого незнакомца, а не своего парня.
— Ты никуда с ним не пойдешь, — медленно и раздельно повторил
Эрик.
Это было уже слишком. Ненавижу, когда мной пытаются командовать. Именно
поэтому мы никогда не ладили с новым маминым мужем. Внезапно я увидела в
поведении Эрика отражение мерзких повадок своего злотчима. Я знала, что
очень скоро горько пожалею об этом, но в тот момент мой гнев был слишком
силен, чтобы я могла его контролировать.
Нет, я не заорала. Не заорала и не влепила Эрику пощечину, хотя мне очень
хотелось это сделать. Вместо этого я лишь покачала головой и сказала самым
ледяным тоном:
— Эрик, довольно. То, что мы с тобой снова вместе, еще не дает тебе
права указывать мне, что делать, а чего не делать.
— Если я правильно понял, это означает, что ты собираешься
снова изменить мне, на этот раз со своим человеческим
дружком? — в бешенстве крикнул Эрик.
Я ахнула и отшатнулась от него, как будто он меня ударил.
— Какого черта ты со мной так разговариваешь?
И животе у меня все сжалось, я боялась, что меня сейчас вытошнит, но решила
не обращать на это внимания. Собрав все свои силы, я спокойно посмотрела в
злые глаза Эрика.
— Как твоя девушка, я в бешенстве. Как твоя Верховная жрица, я
оскорблена. Не говоря уже о том, что ты заставил меня усомниться в твоем
собственном рассудке. Как ты думаешь, что произойдет, если я на минуту выйду
с Хитом на парковку, где по-прежнему бушует ледяная буря? Думаешь, лягу на
спину и отдамся ему прямо на обледенелом цементе? Ты действительно
так обо мне думаешь?
Эрик ничего не сказал, он просто злобно смотрел на меня.
В наступившей наэлектризованной тишине смешок Хита прозвучал оскорбительно
насмешливо:
— Знаешь что, Эрик? Пожалуй, я дам тебе один маленький совет насчет
нашей Зо. Она реально, просто реально ненавидит, когда ей пытаются помыкать.
И она такая с третьего класса, веришь? То есть задолго до того, как ее
Пометили и Богиня одарила ее разными суперсилами. Она никогда не любила,
чтобы ей указывали, что делать. — Хит галантно протянул мне руку: — Ты
не могла бы выйти со мной на минуточку, чтобы мы могли поговорить наедине?
Пожалуйста.
— Да, конечно. Мне нужно подышать свежим воздухом, — ответила я и,
не обращая внимания на свирепый взгляд Эрика и протянутую руку Хита,
решительно направилась к металлически решетке, выглядевшей гораздо более
крепкой и неприступной, чем было на самом деле.
Одним решительным движением я сдвинула ее с места и вышла в промозглый
зимний вечер. Порыв холодного воздуха остудил мое разгоряченное лицо, и я с
наслаждением сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться и не
завыть от досады на Эрика прямо в штормовое серое небо.
Сначала мне показалось, будто на улице идет дождь, по вскоре я поняла, что
это град. Мелкая ледяная крошка сыпалась из прохудившегося неба, покрывая
искрящимся серебром парковку, железнодорожные пути и крышу старого вокзала.
— Мой пикап тут неподалеку, — сказал Хит, указывая на машину,
припаркованную на краю заброшенной стоянки под одиноким деревом, которое,
судя по всему, когда-то украшало ведущую к вокзалу широкую аллею. Годы
запустения не пошли дереву на пользу, оно давным-давно вырвалось из
аккуратного цементного кольца и разрослось во все стороны, взломав могучими
корнями асфальтовую дорожку. Его обледеневшие ветви опустились прямо на
крышу старого вокзала. От одного взгляда на них у меня мурашки поползли по
спине. Если не потеплеет, бедное старое дерево треснет под собственной
тяжестью!
— Вот, — Хит прикрыл мне голову полой своей куртки, — пойдем
в машину, там можно спокойно поговорить.
Я обвела глазами унылый серый пейзаж. Вокруг не было ничего страшного или
зловещего — никаких полулюдей-полуворонов, никакой жути из тьмы. Только
пустота, холод и сырость.
— Ладно, — вздохнула я и пошла за Хитом к пикапу. Наверное, не
нужно было позволять ему держать надо мной свою куртку и крепко прижимать
меня к себе, когда я поскальзывалась на обледеневшем асфальте, но мне было
так хорошо и знакомо рядом с ним, что я ни о чем не задумывалась.
Нужно смотреть правде в глаза — Хит был частью моей жизни с детства. Ни с
кем на свете мне не было так уютно, как с ним, разве что с бабушкой.
Независимо от того, что происходит или не происходит между нами, Хит был
моей семьей. Лучшей ее частью. Поймите, я просто не могла относиться к нему,
как к чужому. В конце концов, мы с ним дружили еще до того, как стали
встречаться.
И он никогда не станет для меня просто другом, между нами всегда
будет нечто большее...
Так шептала мне совесть, но я
предпочитала ее не слушать. Мы подошли к пикапу. Хит открыл передо мной
дверь, и на меня снова пахнуло знакомым запахом Хита и искусственного
ароматизатора для салона. (Хит помешан на своей машине. Уверяю вас, с
сидений его грузовика можно есть, как из тарелки!)
И все- таки я помедлила, не решаясь залезть внутрь. Сидеть рядом с Хитом в
кабине было бы слишком интимно, слишком похоже на старые времена, когда мы
встречались. Поэтому я кое-как примостилась на самом краешке пассажирского
сиденья и отодвинулась подальше, не став закрывать дверь, так что ледяной
дождь время от времени хлестал меня по боку. Хит улыбнулся, давая понять,
что понял мое желание избегать близости, и привалился спиной к своей дверце.
— Ну вот. О чем ты хотел со мной поговорить?
— Мне не нравится, что ты здесь. Я многое забыл, но отлично помню, что
туннели — опасное место. Ты говоришь, немертвые ребята изменились, но у меня
душа не на месте при мысли, что они тебя окружают. Это небезопасно, —
сказал он, встревоженно глядя на меня.
— Я тебя понимаю, Хит. Тут действительно было мерзко, но сейчас стало
совсем по-другому. И ребята, правда, изменились. К ним вернулась
человечность, а это самое главное. Кроме того, сейчас эти туннели и правда
единственное место, где я могу чувствовать себя в безопасности.
Хит долго молча смотрел мне в лицо, а потом тяжело вздохнул.
— Ты теперь жрица, и у тебя куча всяких суперсил, так что, наверное,
тебе виднее. Но я все равно чувствую какую-то тревогу. Ты уверена, что не
можешь вернуться в Дом Ночи? Может, этот падший ангел не такой плохой, каким
кажется?
— Нет, Хит, он
очень плохой. Просто поверь мне. И
вороны-пересмешники тоже очень опасны. Да и в школе я больше не буду в
безопасности. Ты не видел, как Калона восстал прямо из окровавленной земли!
Похоже, он наложил какое-то заклятие на всех вампиров и недолеток. Это было
так жутко, у меня до сих пор мороз по коже. Ты же знаешь, насколько
могущественна Неферет? Ну вот, а Калона гораздо могущественнее!
— Тогда дело плохо, — согласился Хит.
— Еще бы.
Хит кивнул и снова замолчал. Просто сидел и смотрел на меня. А я смотрела на
него, не в силах отвести взгляд от его милых карих глаз. Не знаю, сколько
времени мы сидели так и молчали, глядя друг на друга, но внезапно я
почувствовала. как что-то изменилось. Все дело было в знакомом чистом,
пахнущем мылом и шампунем, ароматом Хита. Он сидел достаточно близко от
меня, и мне легко было почувствовать жар его тела.
Медленно, не говоря ни слова, Хит взял меня за руку и повернул ее ладонью
кверху, чтобы посмотреть на хитросплетение моих новых татуировок. Потом
провел пальцем по замысловатой синей линии и сказал, не поднимая глаз:
— До сих пор не могу поверить в то, что произошло. Иногда, проснувшись
утром, я забываю о том, что ты теперь Меченая и живешь в Доме Ночи, и
волнуюсь, согласишься ли ты прийти на матч в пятницу. Или думаю, что скорее
бы закончились уроки, чтобы я мог пригласить тебя съесть по хот-догу в
Дейлайт Донатс
. — Хит поднял голову и посмотрел мне в глаза. —
Но потом я окончательно просыпаюсь и вспоминаю, что этого никогда больше не
будет. Когда мы были Запечатлены, у меня еще был шанс остаться частью твоей
жизни. А теперь нет и этого.
Его слова все во мне переворачивали.
— Мне так жаль, Хит. Я... я просто не знаю, что сказать. Прости, но я
ничего не могу с этим поделать!
— Можешь, — Хит поднял мою руку и прижал ее ладонью к своей черной
футболке
Тигры Брокен Эрроу
, под которой мерно стучало его сердце.
— Слышишь, как оно бьется?
Я кивнула. Да, я слышала ровный, сильный и немного убыстрившийся стук его
сердца. Этот стук напоминал о восхитительной крови, пульсировавшей в его
венах, о том, как славно было слегка прокусить ему кожу и... Теперь и мое
сердце пустилось вскачь и заколотилось в унисон с его.
— В последний раз, когда мы виделись, я сказал, что любовь к тебе
причиняет слишком много боли. Но я ошибся. Правда в том, что не любить тебя
еще больнее, — сказал Хит.
— Нет, Хит. Мы не можем, — сипло ответила я, пытаясь подавить
сумасшедшее желание.
— Мы все можем, детка. Нам так хорошо вместе. Мы же столько
тренировались, — он придвинулся ко мне ближе. Потом отвел мой
указательный палец от своей груди и погладил большим пальцем мой накрашенный
ноготь. — Правда, что ногти у тебя такие твердые, что могут проколоть
кожу?
Я кивнула. Да, я знала, что мне нужно выйти из машины, повернуться спиной к
Хиту и уйти от него в туннели и в свою жизнь... но я не могла. Хит тоже был
моей жизнью. Хорошо это или плохо, правильно или неправильно, но я не могла
уйти от него.
Он взял мой палец и поднес к нежной ямке на своей шее, возле плеча.
— Проткни здесь, Зо. Выпей мою кровь, — голос его был хриплым и
густым от желания. — Мы с тобой все равно связаны. И всегда были. Верни
Запечатление на место.
Он прижал мой ноготь к своей шее. Теперь мы оба тяжело дышали. Ноготь мой
легко вошел в его кожу, оставив маленькую царапинку. Словно завороженная, я
смотрела, как алая тоненькая струйка побежала по белой коже Хита.
Ее запах обрушился на меня, как лавина. Это был до боли знакомый аромат
крови Хита — крови нашего Запечатления!
Ничто на свете не может сравниться с запахом свежей человеческой крови, даже
кровь недолетки или взрослого вампира не вызывает такого всепоглощающего,
непреодолимого желания. Я почувствовала, как все мое тело подалось вперед.
— Да, детка, да. Пей, Зо. Помнишь, как было здорово? — шептал Хит, притягивая меня к себе.
Может, попробовать? Всего один глоточек? И снова Запечатлиться с Хитом? Ну
да, этим все и закончится. Но разве это так уж плохо? Мне нравилось наше
Запечатление. И Хиту тоже, и все шло прекрасно, пока...
Пока я не порвала нашу связь, разбив ему сердце и, возможно, искалечив душу.
Я отпрянула от Хита, выскочила из кабины и отбежала в сторону. Ледяной град
охладил мое пылающее лицо, остудил сумасшедшую кровожадность.
— Что, Зо? — Хит подбежал ко мне, но я отступила от него на
шаг. — Что я сделал?
— Ничего... Это... Ты тут ни при чем, Хит, — сказала я, убирая с
лица мокрые волосы. — Ты лучше всех. Правда, Хит. Ты всегда был самым
лучшим, и я до сих пор тебя люблю. Вот почему я не могу начать сначала.
Запечатление не принесет тебе ничего хорошего, тем более сейчас. Я не могу
снова рисковать тобой.
— Почему бы не позволить мне самому решать, что для меня хорошо, а что
нет?
— Потому что ты не можешь рассуждать здраво, когда речь заходит о нас с
тобой! — в отчаянии закричала я. — Вспомни, что ты перенес, когда
наше Запечатление разорвалось? Ты же сам сказал мне, что хотел умереть!
— Но теперь оно не разорвется!
— Все не так просто, Хит. Моя жизнь слишком сложна и запутана.
— Может, ты нарочно все усложняешь? Вот ты. Вот — я. Мы любим друг
друга с детства, значит, должны быть вместе. Чего проще? — сказал Хит.
— Жизнь это не книга, Хит! В ней никто не гарантирует счастливый конец!
— В книгах тоже никто ничего не гарантирует. И потом, мне не нужны
гарантии, мне нужна ты.
— Все, Хит. Я не буду с тобой. Это невозможно, больше
невозможно, — я покачала головой и подняла руку, не давая ему
возразить. — Нет! Я не могу сделать этого. А теперь просто сядь в свой
пикап и возвращайся домой. А я вернусь в туннели к моим друзьям и моему парню-
вампиру.
— Да брось, Зо! Кого ты хочешь обмануть? Ты и этот напыщенный засранец?
Ничего у тебя с ним не выйдет!
— Это уж нам решать. Правда в том, что у нас с тобой тоже
ничего не выйдет , Хит. Забудь обо мне и живи своей
жизнью. Своей
человеческой жизнью, — я заставила
себя отвернуться и пойти прочь по дорожке к вокзалу. Я даже не оглянулась,
услышав шаги Хита за спиной. Просто заорала как резаная: — Нет! Не смей меня
провожать! Просто уходи и никогда больше не возвращайся! Никогда!
Я затаила дыхание и услышала, как он остановился. Но все равно не
обернулась. Я боялась, что если сделаю это, то не выдержу — развернусь
спиной к туннелям и брошусь к Хиту, в его объятия.
Я была уже возле железной решетки, когда вдруг услышала зловещее карканье и
я застыла, словно на бегу врезавшись в стену. И все-таки обернулась.
Хит стоял у дерева, под ледяным дождем, в нескольких шагах от своего пикапа,
но я взглянула на него лишь мельком. Все мое внимание было приковано к
обледеневшему дереву.
Там, в хитросплетении черных сучьев, что-то темнело. Вот темнота
пошевелилась, напомнив мне о чем-то, и я заморгала, пытаясь сообразить, где
же я видела такое прежде. Затем пятно тьмы шевельнулось... изменилось...
стало более четким. Я сипло охнула.
Неферет! Она сидела на толстой, обледеневшей ветке, склонившейся над крышей
вокзала. Глаза сверкали рубиновым огнем, а волосы дико развевались над
головой.
Неферет улыбнулась мне. Лицо ее показалось мне гримасой самогу зла, и я
невольно оцепенела. Потом, прямо на моих глазах, образ Неферет заколыхался,
пошел рябью, и вот уже вместо Верховной жрицы на ветке оказался гигантский
ворон-пересмешник. Эту мерзкую тварь язык не повернулся бы назвать ни
птицей, ни человеком. Из его отвратительного пернатого туловища торчали
голые человеческие руки и ноги, а в разинутой пасти колыхался раздвоенный
язык, с которого капала голодная слюна.
— Что случилось, Зо? — крикнул Хит. Прежде чем и успела приказать
ему не приближаться, Хит поднял глаза и заметил примостившуюся на дереве
тварь. — Что за хрень? — вскрикнул он.
Но мне некогда было смотреть на Хита, потому что жуткое порождение Калоны
уже перевело свой пылающий красный взгляд на меня.
— Ззззззззои? — просипел пересмешник безжизнным потусторонним
голосом. — Мы исссскали тебя.
Ноги мои примерзли к земле. В мозгу все кричало:
Они меня искали!
Они меня выследили!
Но я не могла произнести ни слова. Не могла
предостеречь Хита. Даже тоненький визг не вырвался из моего сдавленного
ужасом горла.
— Отец будет доволен, когда я принесссссссссссссссу тебя ему, —
прошипел пересмешник и раскинул крылья, словно собираясь слететь вниз и
схватить меня.
— Уноси отсюда свои уродские ноги, иначе некому будет передать мой
привет твоему вонючему папаше! — заорал Хит.
ГЛАВА 12
Когда я смогла оторвать взгляд от пересмешника, Хит был уже около меня. Он
успел выхватить свой пистолет и теперь наставил его прямо на сидящего в
ветвях пересмешника.
— Жалкий человек! — завизжала тварь. — Ужжжж не думаешшшшшь
ли ты остановить Древнего Властелина?
Дальше все произошло стремительно.
Как только пересмешник спикировал с дерева, я сбросила с себя оцепенение и
рванулась вперед. Я видела, как Хит нажал на курок, слышала оглушительный
звук выстрела, но пересмешник двигался с нечеловеческой скоростью. Он
вильнул в сторону, и пуля Хита, со свистом прорезав воздух, ударила в
обледеневшее дерево. В тот же миг пересмешник бросился на Хита. Я заметила
страшные изогнутые когти и вспомнила, как, даже будучи бесплотным духом,
подобная тварь однажды чуть не снесла ни голову. Теперь пересмешники обрели
тела, а значит, если я не потороплюсь, эта мерзость непременно убьет Хита!
Страх и ненависть придали мне сил. С оглушительным визгом я бросилась к Хиту
и сшибла его на землю за секунду до того, как пересмешник нанес свой
смертельный удар. Когти, предназначенные Хиту, обрушились на меня.
В первый миг я не почувствовала боли, лишь что-то полоснуло меня по коже, от
левого плеча через всю грудь к правому. Сила удара развернула меня, так что
я очутилась лицом к лицу с пересмешником, который, снизившись, встал на
землю своими жуткими человеческими ногами,
Его налитые кровью глаза расширились от страха.
— Нет! — прокаркал он безумным голосом, — Он хочет получить
тебя жжжжжжжжжживой!
— Зои! Боже милосердный, Зои! Спрячься за меня, — закричал Хит и
попытался подняться на ноги, но вдруг поскользнулся на обледеневшем
тротуаре, отчего-то ставшем мокрым и красным, и грохнулся наземь.
Я в недоумении посмотрела на него. Хит был совсем рядом, но голос его
доносился откуда-то издалека, будто из глубокой шахты. Почему?
Мои колени сами собой подогнулись, и я упала на асфальт. Жуткое хлопанье
крыльев пересмешника заставило меня поднять глаза. Тварь широко расправила
крылья, наверное, собираясь напасть. Я с трудом подняла непривычно
отяжелевшую и теплую руку. В чем дело? Я перевела взгляд на руку и с ужасом
поняла, что она вся в крови.
Кровь? Так вот что это разлилось по тротуару! Странно
.
Я мысленно пожала плечами, отвела глаза от растекающейся подо мной лужи
крови и закричала:
— Ветер, приди ко мне!
Вернее, я хотела закричать. На самом деле с губ моих сорвался шепот. К
счастью, у Ветра оказался хороший слух, потому что он тут же закружился
вокруг меня.
— Держи эту тварь на земле! — приказала я.
Ветер мгновенно повиновался, и чудесный мини-торнадо окружил мерзкого сына
Калоны, беспомощно хлопавшего бессильными крыльями. С диким визгом
пересмешник забросил крылья за спину и побежал ко мне, пригнув безобразную
голову против ветра.
— Зои! О боже, Зои! — Хит внезапно очутился рядом. Его сильные
руки подхватили меня, и я в изнеможении откинулась ему на грудь.
Я улыбнулась ему, не понимая, отчего он плачет.
— Потерпи еще чуть-чуть, детка. Он еще не готов, — прошептал Хит.
Я устало повернула голову к пересмешнику.
— Огонь, приди ко мне. — Дохнуло жаром, теплый воздух смерчем
закружился вокруг меня. Я подняла палец окровавленной руки и указала на
тварь, подбегавшую к нам с Хитом. — Сожги его, пожалуйста.
Окружавшее нас тепло стало стремительно набирать температуру, превратившись
в столб раскаленного добела жара. Столб двинулся вслед за моим указующим
пальцем, обрушился на пересмешника и тот вспыхнул ярким желтым пламенем. Я
почувствовала удушающую вонь горелого мяса и паленых перьев, и едва
удержалась, чтобы меня не стошнило.
— Ой, все. Огонь, спасибо. Ветер, будь другом, унеси куда-нибудь эту
вонищу.
Странно. Мне казалось, будто я говорю громко, но у меня едва хватало сил на
слабый шепот. Тем не менее стихии послушно повиновались, и это было очень
хорошо с их стороны, потому что у меня вдруг закружилась голова, и я
бессильно обмякла в руках Хита.
Я пыталась понять, что со мной происходит, но мысли путались, и мне не
хотелось ни о чем думать. В глубине души я знала, что все это неважно.
Откуда- то издалека послышался приближающийся топот ног, а потом я увидела
залитое слезами лицо Хита и услышала, как он кричит:
— На помощь! Мы здесь! Зои нужна помощь!
Потом рядом с лицом Хита появилось бледное лицо Эрика, и я подумала:
Мальчики, только не начинайте ссориться!
Но они и не думали ссориться. Напротив, реакция Эрика заставила меня
ненадолго вернуться в реальность, правда, весьма странным образом.
— Черт! — процедил он, побелев еще сильнее. Потом рванул с себя
рубашку (крутую трикотажную тенниску
поло
с длинными рукавами, в которой
он был во время нашего последнего ритуала), так что кнопки защелкали. Я
удивленно моргнула и подумала, что Эрику очень идет облегающая белая майка.
Нет, правда, у него роскошное тело. Эрик опустился на колени сбоку от меня.
— Извини, будет немного больно, — сказал он и скомкав рубашку,
прижал ее к моей груди.
Боль ослепила меня, и я вскрикнула.
— Великая Богиня! Прости, Зои, прости меня, — повторял Эрик снова
и снова.
Я опустила глаза, чтобы взглянуть, где там так болит и с ужасом увидела, что
вся залита кровью.
— Ч-что... — залепетала я слабеющими губами. Но боль стремительное
онемение всего тела не позволили мне закончить фразу.
Нужно отнести ее к Дарию. Он знает, что делать, — сказал Эрик.
— Я понесу ее. Просто проводи меня к этому Дарию, — ответил Хит.
— Идем, — кивнул Эрик.
Лицо Хита снова оказалось совсем близко.
— Мне придется тебя поднять, Зо, — прошептал он. — Потерпи,
детка, ладно?
Я попыталась кивнуть, но только хрипло выдохнула, потому что Хит подхватил
меня, прижал к своей груди, слово ребенка, и, поскальзываясь на обледеневшем
асфальте, побежал за Эриком.
Дорога в туннели обернулась кошмаром, который я не забуду до конца своих
дней. Следом за Эриком Хит вбежал в подвал. Потом они очутились возле
металлической лестницы, ведущей в туннели, и ненадолго остановились.
— Я передам ее тебе вниз, — сказал Хит.
Эрик кивнул и скрылся в люке. Хит подошел к краю.
— Прости, детка, — прошептал он. — Я знаю, это будет ужасно
больно. — Он нежно поцеловал меня в лоб, потом нагнулся и каким-то
образом передал стоявшему внизу Эрику.
Я говорю
каким-то образом
, потому что мои силы ушли на то, чтобы не
заорать от боли, поэтому я не запомнила, как именно меня транспортировали.
Следующее, что я помню — это как Хит спрыгивает на пол туннеля, а Эрик осторожно передает меня ему.
— Я побегу вперед и разыщу Дария. А ты придерживайся главного туннеля.
Никуда не сворачивай, понял? Держись возле светильников, мы с Дарием тебя
сами найдем.
— Кто такой Дарий? — спросил Хит, но отвечать было уже некому.
Эрик умчался.
— Он быстрее, чем я думала, — хотела сказать я, но с моих губ
вырвался лишь нечленораздельный стон. Но я все-таки успела заметить, что
фонарь, погасший перед тем, как я вылезла в подвал, снова горит.
Это
странно
— попыталась сказать я, но сквозь нарастающий грохот крови в ушах
услышала только мычащее
Ээээээ аааоооо
.
— Ш-шшшш, — шепнул мне на ухо Хит и пошел по коридору так быстро,
как только мог, чтобы я не кричала. — Ты со мной, Зо. Не закрывай
глаза, прошу тебя. Смотри на меня. Оставайся со мной, — безостановочно
твердил он, а у меня не было сил заставить его замолчать. Почему он такой
назойливый? У меня так болела грудь, мне так хотелось закрыть глаза и
провалиться в сон, в пустоту...
— Хочу... отдохнуть, — наконец, выдавила я.
— Нет! Сейчас нельзя отдыхать, детка! Представь, что мы с тобой в
фильме
Титаник
, который ты смотрела м
...Закладка в соц.сетях
