Жанр: Любовные романы
Я, мой бывший и...
... — рассеянно сказал Райан, — то Люцифер
привязан у изгороди.
— Ты говоришь о том ржавом заборе? Ужас до чего много в Карбон-Хилле
старых зданий и развалин...
— Это же исторический район, — с укором ответил Райан не отрывая
взгляда от фрагмента карты. — Просто у городской управы не хватает
средств, чтобы отреставрировать все сразу. — От него не ускользнуло, с
каким неодобрением отзывается Мишель о родном городе.
Конечно, Карбон-Хилл был не слишком благоустроенным местечком. Здесь все еще
можно было свернуть не туда и оказаться черт-те где. Развалин в окрестностях
хватало, равно как и пустых магазинов с пыльными витринами. Но жители
гордились городом, имевшим древнюю историю. Пренебрежительные слова Мишель
задели Райана. Он даже хотел сделать девушке выговор и обвинить в отсутствии
патриотизма, но ограничился неодобрительным хмыканьем. Время для споров было
неподходящее.
— Мы находимся здесь, взгляни. — Он ткнул пальцем в последний
фрагмент карты, затем заскользил коротким ногтем вниз, вдоль извилистой
линии. — А вот по этой дороге нам предстоит двигаться.
— И как долго нам по ней двигаться? — хмуро поинтересовалась
девушка, сообразив, что кривой линии на карте соответствует бугристая
проселочная дорожка — новое испытание для ее ног. — Я не вижу конечной
точки маршрута.
— Судя по всему, предстоит миновать кладбище, — рассуждал Райан,
не прислушиваясь к ворчанию Мишель. — Не помнишь, кладбище далеко
отсюда? Масштаб-то не указан.
— А после кладбища куда? — замогильным голосом спросила девушка.
— Это похоже на ферму, — сказал Райан, вглядываясь в другой
фрагмент карты. До него донесся аромат духов Мишель, и он нахмурился. —
Наверное, это бывшая ферма Уэртов. Держу пари, что я прав! — Он даже
махнул рукой, пытаясь отогнать запах корицы.
— Я и спорить с тобой не буду. — Мишель встала с корточек, Райан
тоже поднялся. Девушка едва доставала ему до подбородка. Как она могла
забыть, что он такой высокий?
Не сговариваясь, они зашагали к калитке. Свернув за угол, Райан похлопал
Люцифера, меланхолично жующего листву с куста, по холке.
— Итак, едем в гости к Уэртам, — объявил Райан.
— Думаешь, нас ждут? — засмеялась Мишель.
— Конечно. Ты разве не знала, что Уэрты — единственные фермеры, чьи
наследники забросили сельское хозяйство, наплевали на редьку и превратили
свой дом в постоялый двор?
— Серьезно? И что, у них были жильцы? Ведь Карбон-Хилл всегда находился
на отшибе, вдалеке от основных дорог.
Райан пожал плечами, взбираясь на лошадь.
— Слушай, нам предстоит долгий и трудный путь. Ферма расположена за
городом. Короче... залезай на Люцифера.
Мишель стиснула зубы и упрямо выпятила челюсть. Судя по всему, приготовилась
стереть ноги в кровь, лишь бы не взбираться на спину лошади.
— Послушай, Люцифер оказался вполне мирным животным. К тому же я буду
тебя держать, если ты так боишься упасть, — уговаривал Райан.
Мишель изумленно воззрилась на него.
— Ты что, будешь сидеть рядом?
Райан прищурился. Тот факт, что Мишель интересовалась деталями, уже был
хорошим знаком. Он задался целью ее уговорить.
— Люцифер выдержит нас двоих.
— Но...
— Послушай, может, тебе и нравится хромать, а лично я предпочитаю ехать
верхом, если имеется крепкая лошадь. Пешком я не пойду. И ты тоже, если не
хочешь рухнуть где-нибудь посреди дороги.
Мишель недоверчиво оглядела коня. По ее испуганному взгляду Райан понял, что
она прикидывает, насколько страшно будет сидеть на его спине. Это
разглядывание и оценивание могло продолжаться еще довольно долго, а времени
было в обрез. Райан решил поторопить девушку. Он соскочил с седла.
— Не бойся, — сказал он как можно мягче. Его руки осторожно легли
Мишель на талию. К его удивлению, она чуть подалась назад, навстречу
объятию, словно стремилась обрести защиту. Это было так...
трогательно. — Ничего страшного не произойдет, я тебе обещаю.
Мишель, стоявшая к нему спиной, оглянулась через плечо, а затем снова
затравленно посмотрела на Люцифера. Но, в то мгновение, когда их с Райаном
взгляды скрестились, он увидел в глазах девушки доверие. Это было так
странно: она доверилась быстро, безоговорочно... почему? Или никто до него
еще не обещал ей защиты?
Легким движением Райан приподнял Мишель за талию. Она перенесла одну ногу
через круп лошади, схватилась за крепкую шею... посадка вышла не слишком
грациозной, но основная цель была достигнута.
Лошадь принялась часто переступать ногами и пятиться. Райан видел, как с
лица Мишель словно по волшебству пропал румянец. Она стала бледнее мела.
— Не бойся, выпрямись и возьми поводья, — сказал Райан мягко,
поглаживая лошадь по шее.
Девушка дрожащими руками взяла кожаные ремешки и испуганно глянула сверху
вниз. Одним движением Райан взлетел позади нее на спину Люцифера и забрал у
Мишель поводья. Она вздохнула с облегчением и чуть откинулась назад. Райан
осторожно обнял девушку одной рукой, позволяя устроиться удобнее. Он боялся,
что она оттолкнет его руку, даже затаил дыхание, но Мишель лишь снова
вздохнула и завозилась, устраиваясь поудобнее.
Райан поздно сообразил, что эта поездка добром для него не кончится.
Мишель сидела ни жива ни мертва от напряжения. Она думала, что страх
постепенно испарится, но не тут-то было! Сердце стучало так, что даже в ушах
отдавалось. Во рту пересохло, желудок так сильно сжимался, что девушку
подташнивало.
Она очень-очень хотела слезть с лошади. Конечно, продолжать путь пешком было
глупо, потому, что она стерла себе пальцы, казалось, до костей в проклятых
синих лодочках. Однако Мишель предпочла бы снова оказаться на твердой земле,
а не сидеть на мускулистом животном, которое часто оступалось на каменистой
дороге, заставляя седоков напрягать пресс. Девушка была готова отказаться от
всяких попыток победить в соревнованиях. В конечном итоге у нее уже была
одна награда от родного города — диадема
мисс Редьки
.
Меж тем дорога вильнула в сторону и вывела путешественников на вершину
холма, под которым простиралась зеленая долина. У Мишель перехватило
дыхание. Даже Люцифер остановился в нерешительности, поэтому можно было
насладиться видом.
За городом дышалось легче, свободнее, и Мишель полной грудью втянула воздух.
— Сто лет не была в предместьях Карбон-Хилла, — поделилась она.
— Ты и в самом Карбон-Хилле давненько не появлялась, — проворчал
Райан. Он прищелкнул языком, и Люцифер неторопливо двинулся вниз по пологому
склону.
Мишель снова стало жутко. Она закрыла глаза, прижавшись спиной к груди
Райана.
— Почему ты так долго не приезжала? — спросил он.
— Что? — Девушка нахмурилась. Можно подумать, в Карбон-Хилле ее
ждали с распростертыми объятиями. Она и не собиралась возвращаться в родной
город. — После обучения во Франции у меня была практика, стажировка...
в общем, не вырвешься.
— И где ты стажировалась?
Названия городов и известных ресторанов вихрем пронеслись в голове Мишель.
— Везде понемногу. — Это в самом деле было так. Мишель быстро
уставала от однообразия и искала другое место работы. Повара постоянно
менялись, заслуженных шефов сменяли дерзкие новички со свежими идеями.
Мишель знала, что талант и имя не всегда спасают от будущего забвения.
— Ты как-то невесело отвечаешь. Тебе не нравится твоя работа?
— Почему? Нравится, — возразила Мишель, но тут же сама усомнилась
в своих словах. Ее работа была интересной, но все-таки чрезвычайно нервной и
изматывающей. Мишель каждый день проверяла себя на прочность, выясняла, как
много сможет на себя взять, и всякий раз уставала все сильнее.
И все же, она гордилась собой. Место повара было ее самым большим
достижением в жизни. Она добилась его сама, собственными силами, без связей
и протекции. Она планировала добиться большего, стать шеф-поваром,
заработать себе имя, но понимала, что имя в ресторанном бизнесе так просто
не дается.
— Полагаю, ты решила сделать перерыв, немного перевести дух, да? —
продолжал расспросы Райан. — Ты поэтому вернулась?
Мишель недоумевала: с чего он взял, что ее приезд вообще связан с ее
работой?
— Я здесь по просьбе Ванессы.
— Ну, да! — Похоже, Райан не слишком ей поверил. — А раньше
она тебя не зазывала в гости?
— Дело не в гостях! Ей требовалась моя помощь. — Мишель удивлялась
тому, что оправдывается. Словно ее приезд объяснялся какой-то другой,
постыдной причиной.
— Короче, Ванесса позвала, и ты тотчас же примчалась? Вот так сразу?
Мишель вспомнила, с каким трудом ей удалось выбить себе короткий отпуск.
— К чему ты клонишь?
— Полагаю, дело не только в твоей подруге, — подвел итог
Райан. — Конечно, желание помочь Ванессе похвально, но ты приехала не
только ради нее.
— О чем ты? Думаешь, меня ностальгия замучила? Ха! Как бы не так,
Райан! У меня иммунитет к подобной чуши.
— Нет, не ностальгия. Что-то другое... — Теперь его голос звучал
задумчиво. — Вот бы выяснить, что именно.
— Ну, вперед! Как выяснишь, сообщи мне! — Мишель поджала губы. Ей
не нравилось, что Райан копается в ее жизни. — Ой, это не ферма там,
вдалеке?
— Вижу, ты полна энтузиазма. Признайся, ты жаждешь выиграть приз! Не
стесняйся меня, скажи правду!
Мишель засмеялась и втянула носом вкусный октябрьский воздух.
— Конечно, хочу! Так и представляю, как меня награждают на сцене и
вручают приз! Обожаю призы! Жаль, у меня нет первого приза кружка вязания.
— Я так и знал, что ты тщеславна.
— А ты?
— Я не умею вязать.
— Почему ты согласился на участие в соревнованиях?
— Ответ прост. Я узнал, что тебе требуется напарник.
— И вызвался добровольно? — Мишель недоверчиво качала головой. С
чего бы Райан стал оказывать ей услугу? Уж она-то полагала, что он будет
держаться от нее подальше.
— Ну... — Райан помолчал, словно прикидывая, с какой стороны
зайти. — В общем, у меня был тайный мотив.
Мишель напряглась всем телом.
— Понятно. И ты сообщаешь мне о тайных мотивах только теперь, когда я
сижу на проклятой лошади посреди какой-то Богом забытой долины?
— Да, это называется стратегией. — Рука Райана аккуратно погладила
живот Мишель. — Перестань напрягаться всем телом, ты нервируешь
Люцифера.
Если бы она могла расслабиться! А еще лучше — сбежать.
— И чего же ты добивался?
— Сначала я собирался попросить прощения.
— За что?
Райан поколебался.
— За ту ночь.
Мишель зажмурилась от страха. Ее спутник выбрал удачное время для извинений!
— Я не желаю это обсуждать. — Она сидела прямо, словно проглотила
жердь. Ладони повлажнели, и Мишель не знала, что с этим делать.
— Я сказал, что хотел извиниться... сначала, — с легким нажимом
продолжал Райан, словно и не слышал возражений. Затем он чуть понизил голос
и наклонился к самому уху спутницы. — Но затем — после нашего поцелуя —
я подумал...
— Подумал? Это дурной знак, — попыталась пошутить Мишель. Ей
отчаянно хотелось, чтобы Райан, наконец, заткнулся. Уж слишком уязвимым было
ее положение — впритирку к его груди, на лошади, да еще и лица собеседника
не видно.
— То притяжение, которое возникло между нами пять лет назад, никуда не
делось. Пожалуй, — мурлыкал Райан, — оно даже усилилось. —
Его пальцы осторожно потянули вверх нижний краешек майки Мишель, коснулись
голой кожи. — Поэтому я решил не ограничиваться извинениями.
— Да? — Мишель с трудом удавалось дышать ровно. — На самом
деле...
— На самом деле я прошу дать мне еще один шанс.
В голове Мишель пронеслась вереница образов, каждый из которых включал в
себя два обнаженных тела — мужское и женское.
Краска бросилась ей в лицо, и она впервые порадовалась, что сидит к Райану
спиной.
— О чем... о чем ты говоришь? Какой еще шанс? — пролепетала она.
— Повторить то, что было.
— Ты полный псих! — Голос Мишель зазвенел на высокой ноте. Люцифер
неприязненно прянул ушами.
— Вовсе нет. — Теплое дыхание Райана щекотало мочку уха. На
секунду Мишель возжелала, чтобы он прекратил строить предположения, а просто
принялся целовать ее в шею, но тотчас велела себе успокоиться.
— Нет, ты точно псих. Иначе с чего бы стал делать нелепые предложения?
— Самое нелепое то, что мы согласились участвовать в этих состязаниях
на выносливость, но и здесь есть свои плюсы: мы снова встретились спустя
пять лет. Ты обещала Ванессе поучаствовать в этой затее, и сдержала свое
слово. А сейчас мы плетемся в хвосте, и лично я не вижу смысла продолжать
борьбу. Предлагаю сдаться и заняться чем-нибудь поинтереснее.
В его словах был здравый смысл. Только лучше бы уж он сделал свое
предложение до того, как заставил ее залезть на лошадь!
Райан по-прежнему чуть поглаживал пальцами открытый участок ее живота.
Мишель молчала.
— Ну же, решайся, — подбадривал этот демон-искуситель. —
Давай поедем ко мне и начнем с того места, на котором тогда остановились.
Мишель округлила глаза, не веря своим ушам. Начать с того места, где они
остановились? С того ужасного провала? С того позора?
С другой стороны, на этот раз все могло сложиться иначе, заговорила вторая,
более рисковая сторона ее натуры. Никаких бессмысленных подскоков в позе
наездницы, никакого ледяного пола под коленками... и жаркие поцелуи Райана
по всему телу! Взять и просто стереть воспоминания о той проклятой ночи,
заменив их новыми, куда более волнующими и прекрасными... Что, если это
возможно?
А если и на этот раз все закончится кошмаром? Оправдан ли подобный риск?
Однако, Райан прав: взаимное притяжение никуда не делось, не растаяло за
пять лет разлуки. Оно лишь усилилось, мучая как жажда.
— Итак, что скажешь? — шепнул Райан ей на ухо.
Глава 6
Мишель чуть наклонилась вперед, ускользая от жарких губ Райана.
— Вели лошади остановиться!
— Хм... и это все? Таково твое решение?
— Немедленно! Или я... или я... — Девушка задохнулась от
возмущения и от горячих ощущений, которые дарили мужские пальцы, нахально
ласкавшие ее кожу.
Мишель показалось, что на лбу выступил ледяной пот. Она едва не согласилась
на самую нелепую авантюру в своей жизни! Причем... э... уже во второй раз!
Ну, нет! Она не повторит своей ошибки!
А ведь Райану Слейтеру почти удалось добиться ее согласия! Как нелепо! Как
неосмотрительно с ее стороны! Почему она потеряла бдительность? Потому лишь,
что он лапал ее своими нахальными ручищами? Потому что хорошо целовался? Да
будь он хоть трижды самым сексуальным мужчиной в ее жизни, она-то знала, что
в деле он отнюдь не бог и царь!
— Итак, ты хочешь слезть? — принялся подтрунивать Райан. —
Даже угрожаешь? Чем же?
Мишель никак не могла придумать, чем бы ей подкрепить свою угрозу.
— Останови лошадь, или я... я спрыгну! Райан фыркнул от смеха.
— Ну да, конечно!
— Я серьезно, — процедила Мишель и хлопнула ладонью по своему
бедру, пытаясь придать своим словам ее. Люцифер тревожно дернулся.
— Верю, только едва ли это возможно. Для прыжка тебе придется перенести
ногу через круп лошади, но позади сижу я, а впереди маячит голова
Люцифера, — терпеливо пояснил Райан. — Ты же не хочешь его
напугать и заставить пуститься в галоп?
Мишель нервно сглотнула. Она знала, что ее хитрый спутник прав.
— Разумеется, — продолжал Райан, — ты можешь попытаться
съехать вбок, но есть риск, что ты свалишься прямо под копыта. А раз ты так
жаждешь убраться от меня подальше, я расцениваю это как отказ от моего
предложения.
— У нас с тобой больше никогда — никогда, слышишь! — не будет
секса. — Мишель гордилась своей категоричностью. Если бы она сидела к
Райану лицом, то ни слова бы из себя не выдавила. — Тебе любопытно,
почему я так уверена?
— Ну, кое-что могу придумать, — сухо ответил он.
— Потому что в тот злополучный раз ты свалил всю вину и ответственность
на меня! Ты сказал, что я все испортила! — Мишель почти кричала, уже не
обращая внимания на волнение коня. Давняя обида, загнанная в темный уголок
подсознания, просыпалась, расправляя плечи. — И знаешь, что самое
ужасное? Что я тогда тебе поверила! Я думала, ты знал, что говоришь! А
почему нет? Ведь за тобой увивались все девчонки! — Но, я...
— И лишь спустя пару лет я поняла, что моей вины в том кошмаре не было.
И хорошо, что я это поняла, потому, что это хотя бы частично избавило меня
от комплекса, который рос словно на дрожжах! И все равно два года — слишком
большой срок. Я жила во Франции, но боялась подпускать к себе мужчин! Во
Франции, слышишь?! Где все просто дышит сексом!
— Подумаешь, скопище разврата... — буркнул Райан.
— Да молодежь всего мира едет во Францию в поисках острых ощущений.
Американки ведут себя как дети, попавшие в кондитерскую лавку. А я
чувствовала себя ребенком с сильнейшей аллергией на сладкое! И все потому,
что считала себя неумехой!
— Ладно, ладно, я понял...
— Ничего ты не понял! — Разве он мог понять? — С тобой у меня
все было впервые! Ты хотя бы это понял?
Райан помолчал.
— Догадался, хотя и не сразу. Когда я сообразил, в чем дело, ты уже
сбежала из города.
Мишель хмыкнула. Ей не хотелось знать в подробностях, что именно удержало
Райана от извинений. Не хватало еще, чтобы он принялся обвинять ее в том,
что она не предупредила его о своей девственности!
— Но для меня это тоже был первый раз, — неожиданно сказал
он. — Ну... не в том смысле, что самый первый раз — просто тогда я
впервые облажался. Мне было так неловко, что я просто не нашел слов для
оправданий...
Мишель закатила глаза. Ох уж эти мужчины! Они так страдают, бедняжки, когда
их сексуальная мощь ставится под сомнение. Впервые облажался! Может, еще и
пожалеть несчастного? Ха!
А ведь в ту ночь, провожая ее домой, Райан вел себя так отстраненно, словно
обвинял ее одну. В нем не было подавленности, он не поглядывал на нее
украдкой, подыскивая слова. Он жаждал поскорее сбежать, разделаться с
неприятной обязанностью! Это было так не похоже на его обычное поведение,
из-за которого у него была куча поклонниц. Всегда предупредительный,
веселый, с ней он напоминал мрачную черную тучу перед грозой.
— Если ты думаешь, что и в этот раз ничего не получится, я сумею тебя
разубедить, — продолжал Райан веселее. — С тех пор я больше ни
разу не имел промахов в постели.
О, как это по-мужски
, — подумала Мишель с иронией. Интересно, случись
Райану вновь столкнуться с неудачей, он бы снова замкнулся в себе? Как бы он
воспринял тот дурацкий секс с ней, случись он сейчас, пять лет спустя?
Хотелось бы верить, что ему хватит благородства и такта обратить все в шутку
и сгладить неприятный момент.
— Вот ты все ругаешь меня, — сказал Райан задумчиво. — А тебе
не приходило в голову, что мне тоже пришлось несладко? Я сильно сдрейфил,
когда ничего не получилось.
— Неужто? — усмехнулась Мишель. Еще бы, мужики всегда трясутся за
свою эрекцию.
— Знаешь, я даже остаток вечера помню смутно, — признался
Райан. — Кажется, я сболтнул тебе что-то неприятное?
— Что-то неприятное? Мягко сказано! Да еще молчал всю дорогу до дома,
опасался на меня взглянуть, словно я была... прокаженной!
Правильно она поступила тогда, спешно покинув город уже на следующее утро.
Ей не пришлось сталкиваться с Райаном и его приятелями в переулках, сгорать
от стыда, мучиться комплексами на глазах у тех, кто мог быть в курсе. Честно
говоря, Мишель надеялась, что больше никогда не увидится с красавчиком
Слейтером, и эта надежда проливалась бальзамом на ее измученное сердце.
Два долгих года Мишель носила в себе ощущение собственного несовершенства,
пока, наконец, ее не осенило, что полагаться на мнение одного-единственного
мужчины просто глупо.
Во второй раз ей повезло больше. Жан-Альберт оказался настойчивым и
терпеливым любовником. Они не были влюблены, но он занял местечко в ее
сердце, открыв ей замечательную правду: она хороша в постели.
— Прекрасно, — сказал Райан, врываясь в ее воспоминания. — Я
был подлым гадом, задницей и бесчувственным идиотом.
— Так-то лучше. Особенно мне понравилось последнее.
— Как бы то ни было, я неоднократно возвращался мыслями к той ночи.
Мне, что называется, нечем гордиться. Только я был виноват в произошедшем,
но мне было удобнее переложить вину на тебя. Я знаю, это признак незрелости,
но ведь мы были совсем юными. Я обидел тебя, но хотел извиниться. Просто ты
лишила меня такой возможности, ускользнув в неизвестном направлении. Прости
меня...
Мишель очень хотелось принять это извинение, перевернуть страницу, стереть
воспоминание, словно пыль с подоконника, но какая-то часть ее упрямо
твердила
слишком поздно
и
слишком мало
.
Разве услышанные слова отменяли два года мучений и комплексов? Она боялась и
избегала секса бесконечно долго для пылкого возраста, в котором тогда
пребывала.
— Ведь только ради твоего прощения я вызвался участвовать в
соревнованиях.
— О, спасибо! — Мишель криво улыбнулась. — Но если ты
думаешь, что имидж доброго самаритянина поможет тебе затащить меня в
постель, придумай что-нибудь еще.
Райан досадливо вздохнул.
— Я же сказал, что вызвался помогать не ради постели, а ради прощения.
Про постель меня осенило уже позже. Или ты меня не слушала?
К сожалению, слушала
, — подумала Мишель.
— Ты действительно считаешь, что раз уж мы находимся здесь вдвоем и ты
извинился, то можно поцеловаться и заняться сексом? По-твоему, одно логично
истекает из другого?
— Разумеется.
— Ха! Ну и ну! У мужчин мозг устроен так своеобразно, —
пробормотала Мишель. — Напридумывал себе невесть что... Райан, даже не
пытайся ко мне подкатить! У нас ничего не получится.
— Ты основываешься на предыдущем опыте. Но на этот раз может и
получиться. — Он заговорщицки подмигнул.
— Это вряд ли. Мне хватило и одного раза. То есть... не пойми меня
превратно... — Мишель покусала губу. — Я не утверждаю, что ты плох
в постели. Просто мы, скорее всего, друг другу попросту не подходим.
— Ты думаешь? Что за ерунда! — Райан хмыкнул. — Пять лет
назад ты из кожи вон лезла, чтобы затащить меня в постель, а теперь
артачишься, словно упрямый осел.
— Никуда я тебя не тащила! — Господи, неужели ее одержимость им в
то время была так очевидна для окружающих?
Конечно, Мишель, задавшаяся целью заняться сексом в первый раз именно с
Райаном, была наслышана о его... скажем так, высоком рейтинге, но это не
было единственной причиной, по которой она выбрала именно его. Райан
нравился ей очень давно, еще с тех самых пор, когда был угловатым
подростком. Мишель делала все возможное, чтобы он ее заметил, но все ее
усилия были тщетны: возле Райана Слейтера постоянно крутились какие-то
девицы. Отчаявшись, девушка решилась взять дело в свои руки, поэтому-то и
была так настойчива там, в боулинг-клубе.
— Ты именно тащила меня в постель! Вспомни! Я не преувеличиваю. Тебе
отчаянно хотелось меня трахнуть.
— Идиот! При чем тут секс? Я много лет была влюблена в тебя, а ты не
обращал на меня внимания... — Мишель осеклась, но было уже поздно.
— Влюблена? Ты?
Мишель молчала. Неужели Райан даже не
...Закладка в соц.сетях
