Жанр: Любовные романы
Французский квартал
...ла как ни
в чем не бывало Шерман. - Плечо, да какое! Многие женщины хотели бы оказаться на
вашем месте! Мужчина он
свободный... с тех самых пор, как не стало его жены. Вы, конечно, слышали ту
ужасную историю? Как она заехала в трясину
и утонула, а?
"Неужели самоубийство?.."
На лице Селины отразилось смятение, что, видимо, доставило Шерман
удовлетворение.
- А вот и ваше шампанское, дорогая! - воскликнул Уилсон, о котором они уже
было забыли. Он протиснулся между
Селиной и журналисткой. - У меня сегодня очень представительная тусовка, Шерман.
Клянусь, здесь абсолютно все, у кого
бы тебе хотелось взять интервью.
Шерман внимательно посмотрела на него.
- Как твоя кампания, Уилсон? - спросила она и, не дожидаясь ответа,
добавила: - Лучше я побуду пока здесь. Тут
интереснее. Просто диву даешься! До чего мы докатились... даже в доме у такого
человека, как Уилсон Ламар, нельзя
чувствовать себя в полной безопасности...
- Так, этого пацана мы забираем, - громко объявил один из полицейских. -
Судя по всему, он даже не успел ничем
поживиться. Мы его обыскали. Чисто. Надеюсь, мистер Ламар, вы не станете
возражать против необходимых
формальностей?
- Разумеется, - хмыкнул Уилсон.
А на Селину тем временем накатила дикая, просто нечеловеческая усталость.
Итак, она сделала то, что требовали от
нее родители, - появилась в этом доме, - теперь можно и удалиться. Селина
торопливо окинула взглядом толпу шумливых
гостей, но не увидела ни Битси, ни Невила Ну правильно, они умеют прятаться,
когда нужно.
- Я вам звякну, - пообещала Шерман и чмокнула Селину в щеку. - Берегите
себя, милая Вы неважно выглядите.
Уилсон взял Селину за плечи, развернул к себе лицом и окинул изучающим
взглядом.
- Шерман правду сказала, дорогая, ты неважно выглядишь. Впрочем, это и
понятно, учитывая случившееся. Тебе
нужно отдохнуть. Но ты подумаешь над моим предложением? Обещаешь?
- Что за предложение? - тут же спросила Шерман тоном человека, который
имел право это знать.
- Дело в том, что я снова хотел бы видеть Селину среди своих помощников, -
ответил Уилсон. - Она уже помогала
мне раньше на общественных началах. Теперь же у нее появится много свободного
времени, а она не только красавица, но
еще и очень умная женщина. Не хотелось бы, чтобы она осталась невостребованной.
Селина сделала шаг к Уилсону и тихо, только для него, проговорила:
- То мое участие было ошибкой. - С этими словами она улыбнулась и добавила
уже громко: - Я, пожалуй,
воспользуюсь советом своих доброжелателей и поеду к себе отдыхать. Всем
спокойной ночи!
Только бы на родителей сейчас не нарваться! Скрываясь за полицейскими
машинами, она быстро прошла к воротам и
выскочила на улицу.
У Селины подкашивались ноги. Похоже, это не просто усталость... Голова
раскалывалась. Хотелось прислониться к
ограде, закрыть глаза и послать весь мир к черту...
- Вы что, спятили?!
Селина вздрогнула от неожиданности и схватилась за сердце. Перед ней,
засунув руки в карманы, стоял Джек
Шарбоннэ.
- Вы? - пролепетала она растерянно.
- Да, это я, черт возьми! А что вы тут делаете, интересно? Одна! В
сумерках! Хотите нарваться на насильника? Или
вам хватит и простого ночного грабителя?
- Не надо, прошу вас...
Вдруг его лицо куда-то поплыло и подернулось дымкой. Она стала неловко
поворачиваться, и в следующее мгновение
ее подхватили сильные мужские руки.
Только сейчас ей пришло в голову, что это она должна была спросить у него,
как он тут оказался...
Она зажмурила глаза, но перед ее мысленным взором вдруг всплыло другое
лицо. Уилсона Ламара... который улыбался
ей...
Она тряхнула головой, пытаясь прогнать наваждение. Глаза мгновенно
наполнились слезами. Селина ничего не могла с
собой поделать. Силы покидали ее.
- Селина! - раздался очень близко голос Джека Шарбоннэ. - Боже... держись,
малышка, все будет хорошо!
Никогда не верь мужчине, который говорит тебе, что все будет хорошо...
... Уилсон приблизил к ней свое покрывшееся испариной лицо и быстро
заговорил: "Ты нужна мне, Селина. Верь, верь
мне, и все будет хорошо! " Они находились в маленькой гостиной на втором этаже
дома ее родителей. "Клянусь, если ты
сейчас не поговоришь со мной, я наложу на себя руки! У меня в машине пушка. Я
поеду на болото, вставлю дуло в рот и
нажму на спусковой крючок. К тому времени, когда труп найдут, его уже нельзя
будет опознать. Я исчезну с лица земли,
понимаешь? "
- Селина, ты слышишь, что я тебе говорю? - вновь раздался голос Джека. - Я
отвезу тебя домой. Сейчас же,
немедленно!
Она ударила его. Затем еще раз. И разрыдалась в голос...
... Уилсон закрыл дверь гостиной изнутри и вновь вернулся к ней, умоляя,
чтобы она его выслушала.
Она боялась и жалела его одновременно. До того как выяснилось, что он
ворует деньги, она верила ему, верила в то,
что он сделает жизнь луизианцев спокойнее и светлее.
- Все в порядке, малыш, все в порядке! - Опять Джек. - Хочешь еще разок по
мне заехать? Пожалуйста, я не
возражаю. Только пойдем. Вот так, держись за меня. Переступай ногами, помоги
мне.
"... Помоги мне, Селина, умоляю, помоги! Клянусь, я много хорошего сделаю
для Луизианы! Ты же не станешь
мешать мне ? Не встанешь у меня на пути ? Пойми, те деньги были мне нужны,
необходимы! Но ведь я не ради себя
стараюсь, поверь! Не ради себя, ради людей!.. "
Как давно это было? Пять месяцев назад? Чуть больше? В голове у Селины все
перемешалось... Ей было трудно
вспомнить все точно. Тогда она сказала ему, чтобы он отправлялся домой и
отдохнул. Они поговорят позже, когда он
успокоится.
В ответ Уилсон Ламар положил руки ей на плечи - совсем как сейчас у
бассейна, - улыбнулся и сказал, что должен
быть в ней уверен. А поэтому ему придется немного подстраховаться. И если она
будет упорствовать и расскажет всем о его
воровстве, пострадает и она сама, и ее родители. Защищаясь, он распустит слух о
том, что их дочь шлюха, которая пыталась
соблазнить его, чтобы он бросил законную жену. И добилась своего. Да-да, именно
это он расскажет всему миру. Она коварно
соблазнила его, и он, дав слабину, уступил. В глазах общества он будет выглядеть
пострадавшим, и его простят. Поверят ему,
а не ей. В конце концов подобные прецеденты уже имели место... К тому же Селина
красивая, сексапильная женщина...
Бывшая "Мисс Луизиана", которая наверняка привыкла пробивать себе дорогу в жизни
своим роскошным телом...
И Уилсон Ламар подстраховался.
В тот день он ее изнасиловал.
ГЛАВА 8
- Какой приятный сюрприз, Санни!
Вин Джаванелли кивнул, приглашая своего подручного Санни Клита войти в
отдельный кабинет "Ла Мурены",
маленького дорогого ресторанчика, специализировавшегося на итальянской кухне.
Комната была зарезервирована за Вином
пожизненно. Собственно, он же являлся и владельцем ресторана.
На лбу Санни поблескивали бисеринки пота. Тревожный знак.
- Проходи, садись, - сказал Вин, раскрыв объятия, но не поднимаясь из-за
стола.
Он только что покончил с трапезой. Вин всегда ел в час ночи. Это помогало
ему трезво мыслить и принимать
взвешенные решения.
Клит еще с минуту постоял на пороге, не решаясь переступить его и дать
ручищам Вина смять его дорогой шелковый
костюм. До сих пор он не проронил ни слова. Санни был человеком средних лет и
среднего роста, с редеющими рыжими
волосами и одутловатым лицом. В те времена, когда его только приняли в "семью",
он был честолюбивым неоперившимся
юнцом. Теперь же Санни отрастил солидное брюшко, а его пухлые руки были унизаны
сверкающими перстнями.
- Ну что ты там мнешься? - уже нетерпеливо проговорил босс, сорвав с груди
салфетку и швырнув ее на стол. Он
таки поднялся, вышел из-за стола и, сделав шаг навстречу Санни, снова раскрыл
свои объятия для сердечного приветствия. -
Разве так положено здороваться членам одной "семьи"?
Санни наконец вошел в кабинет, обнял Вина и похлопал его по спине.
Пистолет, который болтался у гостя под
пиджаком, больно ткнулся Вину в грудь.
- Прости, что оторвал тебя от ужина, - пробормотал Санни. - Но я очень
встревожен. Иначе не стал бы тебя
беспокоить.
- Мой стол - твой стол, - сказал Вин, поведя рукой. Эти слова были
сигналом, командой, о чем Санни и не
подозревал. Один из людей Вина, прятавшийся за бархатной портьерой у дальней
стены, неслышно поднял автомат и
направил ствол в грудь Санни.
- Я вижу, тебя что-то заботит, - сказал Вин. - Что бы это ни было, я
переживаю вместе с тобой. Плесни себе вина.
Санни тут же налил себе кьянти. Вежливое предложение Вина на самом деле
было приказом, отказываться от которого
нельзя.
- Я ведь как отец тебе, Санни, правда?
- Больше чем отец, Вин.
- По-моему, отец всегда должен поддержать сына и помочь ему в трудную
минуту. И сын должен довериться отцу. Ты
как считаешь?
- Абсолютно с этим согласен.
- Тогда скажи, что тебя беспокоит?
- Джек Шарбоннэ.
Вин медленно пригубил вино, пытаясь выиграть время. Затем поставил стакан
и спокойно переспросил:
- Джек Шарбоннэ? А что случилось?
- Его родители имели несчастье покинуть этот мир вскоре после того, как я
был принят в "семью", не так ли? Джеку
Шарбоннэ тогда было десять лет. По-моему, в тот день кем-то было принято решение
присмотреть за пацаном. Я понимаю, он
остался сиротой и заслуживал жалости. Разве можно остаться равнодушным к детской
беде? У тебя доброе сердце, Вин. Ты
великодушный человек.
На Вина нахлынули воспоминания о том далеком дне. И все такие яркие,
явственные...
- В общем, с родителями все ясно. А вот как быть с самим Джеком?
- Как быть? - Вин изобразил на лице удивление. - Санни, ты о чем? Этот
молодой человек сам себе голова. С нами
он никаких дел не имел и не имеет.
- Но не все так думают. И я, кажется, тоже.
Вин надеялся, что этот момент никогда не настанет, но он настал, и теперь
уже ничего не поделаешь.
- Тогда, может быть, расскажешь мне, что вы думаете по этому поводу?
Санни обильно потел. Пот струился по его толстым щекам, а темно-серый
воротничок вмиг потемнел от влаги.
- Шарбоннэ, черт возьми, миллионер!
- Миллионеров сотни, Санни. Ты миллионер. Я миллионер. Почему бы и Джеку
Шарбоннэ не быть миллионером?
- Он стал миллионером за счет "семьи". За наш с тобой счет.
- О чем ты?
- О тех деньгах, которые его папаша получил с нашей помощью и которые
прикарманил себе, когда вздумал помахать
нам ручкой, расстаться с "семьей", со своими лучшими друзьями! Хорошо, можешь не
признаваться в том, что лично
санкционировал его казнь, но не станешь же ты отрицать, что был в курсе его
планов!
Вин чуть было не соврал, но удержался, понимая, что Санни без труда
разыщет пару-тройку стариков, которые знали
всю правду.
- Я хочу разобраться с казино Шарбоннэ, - продолжил Санни. Толстая
физиономия его от волнения пошла пятнами.
- Хочу понять: почему он является фактически единоличным владельцем крупного
заведения? Почему не оказывает знаки
внимания "семье", делясь с нами частью прибыли? И почему так спокоен при этом?
Так-так... Дело принимало нешуточный оборот. Поразмыслив, Вин пришел к
выводу, что уместнее всего будет
раскрыть карты.
- Я - совладелец казино, - сообщил он. - Все очень просто, Санни. Я должен
заботиться о своих детях и об их
будущем. Им нужны чистые деньги. Понимаешь? На тот случай, если с "семьей" чтонибудь
случится. И потому я купил себе
долю в казино Шарбоннэ.
- Очень мило. А ты знаешь, что я еще слышал?
- Я весь внимание.
- Я слышал, что ты питаешь к нему определенную слабость. Ты чувствуешь
себя обязанным перед ним, Вин. Ведь ты
был боссом, когда он остался сиротой.
Вин внимательно взглянул на Санни и тотчас твердо решил провести
собственное расследование. Некоторые члены
"семьи", похоже, стали отбиваться от рук, и это его не устраивало. Совсем не
устраивало.
- Джек Шарбоннэ не мой сын. У меня есть свои дети, и я выполняю отцовский
долг по отношению к ним. И потом...
если я не делал ничего плохого его родителям, почему я должен чувствовать себя
обязанным перед ним?
Санни криво усмехнулся и пожал плечами.
- Я просто пересказываю тебе дошедшие до меня слухи. А я умею слушать. Ты
сам всегда говорил, Вин, что ценишь
меня за это.
Босс опустил кулаки на стол так, что задребезжала посуда. Санни вздрогнул,
и Вин насладился этим зрелищем.
- Я уважаю тебя, Вин. Но все же выслушай меня до конца.
Джаванелли насторожился еще сильнее.
- Конечно, продолжай.
- Ты рассказал мне о своих делах с Шарбоннэ. Это хорошо. Честно. Я
польщен. Но... - Он сделал паузу.
Вин молчал. Он уже принял решение относительно Сан-ни Клита. Есть люди,
которые не вызывают вопросов, потому
что они знают свое место и никогда не забывают о том, кто хозяин. А есть другие,
которые в один прекрасный момент
решают изменить устоявшееся положение вещей. Им, видите ли, кажется, что они
знают больше хозяина. И еще они почемуто
проникаются уверенностью в собственной безнаказанности и начинают открыто
диктовать хозяину решения, которые тот
должен принимать. Держать возле себя таких людей - непозволительная роскошь.
Особенно в последнее время, когда
надежность - превыше всего. Вин вовсе не собирался окружать себя нетерпеливыми
претендентами на престол.
- Но если бы ты не чувствовал себя чем-то обязанным Шарбоннэ, - продолжил
Клит, - то не стал бы вкладывать в
его казино свои деньги. Ты думал, никто не заметит, что он живет неприкасаемым?
Я провел небольшую проверку. И
выяснилось, что с него никто не брал и не берет дани.
- Ты меня проверял? - тихо проговорил Вин, устремив на Санни неподвижный
взгляд. - Зачем?
- Я проверял Шарбоннэ, а не тебя. И сделал это, потому что
заинтересовался. Я за милю чую большие деньги, Вин.
Так вот, Джек живет как Золушка после бала. И этот бал устроил для него ты, Вин.
Вин все прочитал по глазам Санни и понял, что тот всерьез метит на его
место. В "семье" слишком долго было тихо.
Надо было давно насторожиться. В общем, Санни постигнет печальная участь, и это
станет уроком для остальных. Но не
здесь, в "Ла Мурене", и не сейчас. Этой ночью у Вина и без того было
расстройство пищеварения.
- Я тебе уже объяснил, почему дань с него не берется. Но ты не желаешь
верить моему объяснению. Что ж, твое
право, Санни. Передавай привет своей очаровательной жене. Надеюсь, ты любишь ее.
И своих милых детишек тоже. Семья
- это самое главное для человека. Никогда не забывай об этом.
- Я помню, - ответил Санни, и Вин с удовлетворением отметил, что
уверенность гостя чуть поколебалась. Но
ненадолго: Санни глубоко вздохнул и посмотрел на свои руки. - Я не хотел
начинать этот разговор. Ведь ты для меня не
просто босс. Ты всегда значил для меня даже больше, чем тот, кто женился на моей
матери.
- Чти отца своего, Санни. Никогда не проявляй по отношению к нему
неуважения.
- Я чту. Ты что, не понимаешь? Ты стал моим отцом. А теперь до меня дошли
слухи, что ты устал от своего сына.
Добрые люди посоветовали мне почаще оглядываться, потому что ты не смог найти в
своем сердце места для двух сыновей.
Ты стареешь и все больше казнишься: Шарбоннэ потерял своих родителей в нежном
возрасте, и это не дает тебе покоя. Но
если раньше ты переживал молча, то теперь решил загладить свою вину перед ним.
Ты хочешь, чтобы он стал твоим
наследником и занял впоследствии твое место. Конечно, это все очень мило и
благородно, но вместе с тем означает, что ты
выбросил меня из своего сердца.
Вин сунул руку в нагрудный карман. Санни судорожно дернулся за своей
пушкой. Босс поморщился и покачал головой.
- Не нужно резких движений, Санни, - пробормотал он. - Успокойся, я не за
пистолетом полез. Ты же прекрасно
знаешь, что я лично никогда приговоры не исполняю.
Санни вздохнул с явным облегчением.
В груди Вина все сдавило от боли. И расстройство пищеварения тут было ни
при чем. Он нащупал в нагрудном
кармане пузырек, откупорил его и достал маленькую таблетку. Кашлянув в кулак, он
незаметно сунул ее в рот и переместил
под язык. Санни вовсе не обязательно было знать, что Вин принимает сердечные
таблетки. Особенно учитывая его жажду
поскорее занять место главы "семьи".
- Ты закончил? - спросил Вин, вздохнув и ощутив некоторое облегчение. Боль
постепенно утихала.
- Почти, - отозвался Санни. - У меня есть своя небольшая армия, но ты не
очень переживай, Вин: это резервисты, а
не регулярные части.
Босс, покачав головой, усмехнулся, наклонился вперед и взял Санни за
тонкий шелковый галстук ручной работы.
- Красивая вещица, - проговорил он. - Ты всегда умел одеваться, Санни.
Послушай... ты угрожаешь мне бунтом,
да?
С этими словами он потрепал Санни по щеке. Сначала легонько, а потом так,
что у того побагровело лицо и он лязгнул
зубами.
- Я хочу заключить соглашение. Только между нами, девочками... - процедил
Санни. - Я многие годы служил тебе
верой и правдой. И можешь быть уверен: если ты окончательно заменишь меня на
Шарбоннэ - быть войне. Или бунту, как
ты говоришь. Пойми, не я один проявляю недовольство. Многим в "семье" не
нравится, что ты хочешь, задвинув верных
друзей на второй план, пригласить чужака со стороны.
Хорошо бы Вину сейчас прилечь и отдохнуть, но дело есть дело.
- Я огорчен... - опустив глаза, с усилием пробормотал он. - После всего
того, что я для тебя сделал, ты позволяешь
себе сомневаться во мне и в моих обещаниях...
- Сейчас я пойду домой, - заявил Санни твердо, что огорчило Вина еще
сильнее. - Подумай обо всем хорошенько.
Если ты проявишь уважение по отношению ко мне, я буду и впредь служить тебе и
все останется как было. В противном
случае...
- Что "в противном случае"? - Вин вновь поднял на Санни неподвижный
взгляд. - Ты угрожаешь мне, мой
мальчик?
- Я не люблю угрожать. Просто делаю то, что считаю нужным. И как правило,
ничего не откладываю в долгий ящик.
Наш случай особый. Мы с тобой - одна семья. Я твой должник и ученик. И потому
поступлю, как ты меня учил. Буду
терпеливо ждать и наблюдать. Ход за тобой, ответ за мной, Вин.
- Ты хорошо усвоил мои уроки, Санни...
Вин усмехнулся, но внутри у него все похолодело от той уверенности,
которая сквозила в словах Санни.
- Наставник был хороший. Очень хочу надеяться, что между нами ничего не
изменится. Я буду ждать. И мои верные
люди тоже.
Вин мог бы обойтись всего тремя словами, и Санни Клита бы не стало.
- Верные люди?
- Да. Они не станут ничего предпринимать до тех пор, пока я буду жив и
здоров. Но если до них дойдет слух, что я
занемог и, очевидно, не поправлюсь... они сделают свое дело.
- Неглупые ребята в твоей армии.
- Не в этом дело. Главное - надежные.
- Ты закончил, Санни? Знаешь, ты очень меня огорчил своими словами. Жаль,
что между нами возникли разногласия.
Думаю, нам стоит обратиться к нашему адвокату, а потом объявить сходку "семьи".
- Не нужны нам ни адвокат, ни сходка. Заключим соглашение только между
собой. Ты босс в "семье". Ты настолько
силен, что можешь позволить себе думать не только о нас, но даже о чужаках вроде
Джека Шарбоннэ. Адвокат тебе не нужен.
Лицо Вина обратилось в камень.
- Чего ты хочешь?
- Все очень просто. Если со мной что-нибудь случится, верные люди, как я
уже говорил, исполнят мой приказ. И ты
будешь первым, кто узнает об этом.
- О чем, Санни?
- Они уже давно на исходном рубеже, Вин. Их пальцы на спусковых крючках, а
у глаз оптические прицелы. Сейчас
они спокойны, но если со мной что-нибудь случится...
- На кого будет направлен их гнев, Санни?
- На Джека Шарбоннэ и его очаровательную малышку Амелию.
Комната была погружена во мрак. Джек не зажигал света по привычке:
передвигаться в темноте ему удобнее. Подумав
сейчас об этом, он невесело улыбнулся. Любовь к темноте также досталась ему в
наследство от отца. Как и боязнь стоять у
окна.
Сейчас он пытался разобраться в своих чувствах к Селине. Они были по
меньшей мере противоречивы. Он много чего
чувствовал к ней, но в первую очередь гнев.
Джек попытался избавиться от него, понимая, что так им трудно будет
наладить отношения, хоть деловые, хоть
личные. Ну, личных он, положим, и не думал налаживать... Джек вновь усмехнулся.
"Это ясно как день... Ясно как день... "
Минуту назад она ушла в спальню. Сказала, что хочет переодеться. Но Джек
обратил внимание на зажегшийся
красный огонек на телефонном аппарате в гостиной. Значит, в спальне стоит второй
и она кому-то звонит.
Что же там произошло, в доме Уилсона Ламара? Джек готов был поклясться,
что Селина чуть не потеряла сознание изза
напряжения, накопившегося за день. Он чуть ли не на руках отнес ее в такси,
которое приехало, слава Богу, всего спустя
минуту-две. Но в машине Селина пришла в себя и, оттолкнув его, забилась в самый
угол. Всю дорогу она просидела там, вся
съежившись и глядя на мелькавшие за окном дома. На Ройал-стрит она попыталась
было отделаться от Джека, но он
проводил ее в дом, не обращая на ее возражения и протесты никакого внимания.
Огонек на телефонном аппарате погас.
Окно вдруг задребезжало от сильного порыва ветра. По стеклу забарабанили
крупные капли дождя. Джек даже
вздрогнул от неожиданности. Все-таки ливень... Ну и что? От жуткой духоты он,
конечно же, не спасет.
За спиной его раздался неясный шорох, и в следующее мгновение в углу
комнаты зажегся торшер.
- Что ты делал у дома Ламара? - тихо спросила Селина.
Джек боялся этого вопроса и надеялся, что он не прозвучит, но увы...
Впрочем, он не собирался рассказывать ей о том,
что пошел за ней следом к Ламарам просто так... потому что его потянуло...
Джек кашлянул в кулак, выигрывая время, потом медленно обернулся.
- То же, что и ты, очевидно, - наконец отозвался он и сам удивился тому,
как ловко соврал. - Только в отличие от
тебя опоздал еще больше.
Селина вышла на середину комнаты. Вместо черного вечернего платья на ней
теперь был свободный тонкий свитер и
джинсы.
- Ты хочешь сказать, что тоже шел на благотворительный прием?! - тихо
спросила она.
- Да, - отозвался Джек, моля Бога о том, чтобы ей в голову не пришло
проверить его слова.
- Но почему ты не сказал мне, когда я заходила к тебе домой? Ведь ты знал,
куда я иду?
- Не сообразил. Слишком был занят мыслями об Эрроле... - Он пожал плечами
и встретился с ней взглядом. - Мне
все еще не верится, что его нет с нами.
Глаза ее мгновенно затуманились, на шее дернулась жилка, и Джек уже
пожалел о своих словах.
- Спасибо тебе, - еле слышно проговорила она, - что проводил меня. По
правде сказать, я неважно себя чувствую.
- Наконец-то на лице у нее мелькнула слабая улыбка, точнее - ее подобие, которая
Джека отнюдь не убедила. - Я не
заболела, просто ужасно выметалась, наверное... И потом, шок, потрясение... Тебе
тоже не сладко сейчас.
"Ты даже не подозреваешь, насколько права... " Джек кивнул. На сей раз уже
он отвел глаза.
- Сегодня я потерял своего лучшего друга... - проговорил он и сам удивился
своим словам. Мисс Селина Пэйн почти
гипнотически действовала на мужчин. В ее присутствии языки развязывались даже у
самых неразговорчивых, к числу
которых относил себя и Джек. - Мы с ним были во всем не похожи. Почти полные
противоположности. Но ты знаешь... я
любил его. С ним я всегда чувствовал себя в своей тарелке. Он был... А, черт!
Как интервью на кладбище даю...
- Нет. Просто ты сейчас искренен и тебе от этого неловко. Сейчас в тебе
заговорило твое настоящее "я", а не тот
человек, за которого ты себя выдаешь.
Он устремил на нее пристальный взгляд.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Тебе легче, когда тебя держат за жестокого человека, Джек, - почти
прошептала Селина, не глядя на него. - Но ты
не жестокий, скорее - ожесточившийся.
- Когда я был ребенком, мать любила говорить, что меня ждет сценическое
будущее...
Губы его расползлись было в улыбке, но мгновенно окаменели, будто его
всего парализовало. Мать? Он никогда и ни с
кем не говорил о родителях, о матери и предпочитал не отвечать на вопросы о
них...
- Да матери в основном все так говорят, - пробормотала Селина. - Моя,
например... А, ладно, не стоит.
Джек с ней согласился. У него не было никакого желания приплетать сюда еще
и Битси Пэйн.
- Ну ладно. Если с тобой все в порядке, тогда я пойду... ловить такси. -
Он достал из кармана визитку. - Мой
рабочий телефон ты знаешь, но я оставлю тебе на всякий случай и домашний. Звони,
если что. Я буду дома через несколько
минут.
Джек положил карточку у телефона.
- Спасибо. - Селина стояла перед ним босая, без макияжа и очень бледная.
Она выглядела абсолютно беззащитной.
- С утра я уже смогу приступить к работе.
Он хмыкнул.
- Я как раз хотел поговорить с тобой об этом. Боюсь, нам еще предстоят
визиты представителей департамента
полиции Нового Орлеана. Антуан говорит - весь день тут шныряли. Комнаты Эррола
опечатаны. Полицейские вроде бы
сказали, что уже закончили, но вряд ли так оно и есть на самом деле.
Селина как-то грустно взглянула на него и горестно прошептала:
- Кто мог убить Эррола? Кто?
Джек вздохнул.
- Я не знаю, Селина. Трудно представить, что такой человек вообще мог
найтись на белом свете. На протяжении
нескольких лет у него были личные и очень серьезные проблемы, но он
выкарабкался, справился с ними. И при этом не
нажил себе врагов. - Он поднял на нее глаза. - Или... Может, ты знаешь какогонибудь
недоброжелателя Эррола? Вдруг я не
в курсе, а?
Селина как будто задумалась на несколько секунд, потом покачала головой:
- Нет. Таких не было.
- Ну, хорошо... - Джек понял, что разговор окончен. - Тогда я пойду.
- Да. Амелия, наверное, тебя заждалась. Ему не хотелось оставлять ее здесь
одну.
- Не забудь запереть за мной дверь.
- Не забуду.
- Мне еще надо проверить все счета фонда. Ты не забивай себе этим голову,
я все сделаю сам. Позже мы еще раз обо
всем поговорим. Хорошо?
Селина коротко кивнула. Во всей ее позе чувствовалось неестественное
напряжение. Джек принял это на свой счет.
"Все ясно... Мы никогда так и не станем друзьями".
- Спокойной ночи, Селина. Если что, звони. Буду тебе очень признателен,
если ты незамедлительно поставишь меня в
известность о малейших изменениях в ситуации.
Сняв пиджак
...Закладка в соц.сетях
