Жанр: Любовные романы
Полночная Радуга
...той мрачной, покрытой тьмой жизни. Конечно, его
начальству не хотелось отпускать такое оружие. Джейн потянулась к Гранту и
накрыла его руку своей. Ее пальцы, тонкие и нежные, обвились вокруг его
сильной ладони. Ее рука была намного меньше, гораздо более хрупкой, он мог
сломать ее неосторожным движением своих пальцев. Но в этом прикосновении
была безоговорочная вера Джейн в то, что он не обратит эту силу против нее.
Грудь Салливана поднялась в глубоком вздохе. Он хотел взять ее прямо здесь,
в грязи. Хотел повалить на землю, сорвать одежду, забыться в ней. Он хотел
продлить ее прикосновение, хотел всех ее прикосновений, внутри и снаружи. Но
потребность в ее шелковой женской плоти была настолько жгучей, что он не мог
удовлетворить ее, наспех овладев Джейн, а на большее не было времени. Дождь
ослабел и в любой момент мог полностью прекратиться, а по спине растекалось
неопределенное ощущение, которое подсказывало ему, что они не могут
позволить себе задерживаться дольше.
Время пришло, и Джейн знала это. Грант прервал их идиллию, чтобы обхватить
рукой ее подбородок. Большой палец слегка погладил ее губы.
— Скоро, — сказал он глубоким от желания голосом, — ты ляжешь со мной.
Прежде, чем я верну тебя твоему отцу, я собираюсь взять тебя, и, судя по
тому, что сейчас чувствую, пройдет много времени, пока я закончу с тобой.
Джейн сидела неподвижно, ее глаза были словно у испуганного лесного зверька.
Она даже не могла протестовать, потому что неприкрытое желание в его голосе
наполняло ее разум и кожу воспоминаниями. Днем раньше, стоя в ручье, он
целовал ее и трогал с такой первобытной чувственностью, что впервые в жизни
Джейн почувствовала в себе закручивающуюся от напряжения спираль желания.
Впервые она захотела мужчину и была потрясена незнакомыми ощущениями в своем
собственном теле. Теперь он делал это с ней снова, но на сей раз он
использовал слова. Он заявил о своих намерениях прямо, и в ее голове начали
формироваться образы переплетенных тел, его тела, обнаженного,
великолепного, накрывающего ее.
Грант наблюдал за сменой выражений, мелькавших на лице девушки. Она
выглядела удивленной, даже немного потрясенной, но не была сердита. Он понял
бы гнев или даже веселье, но ее сбивающее с толку удивление ставило его в
тупик. Как будто ни один мужчина прежде не говорил ей о том, что хочет ее.
Чтож, пусть привыкает к этой мысли.
Дождь остановился, и Грант, подняв рюкзаки и винтовку, забросил их на плечи.
Джейн молча последовала за ним, когда он шагнул от подножия скалы в душные
джунгли. От земли клубами поднимался пар, тотчас укутавший их душным,
влажным одеялом.
Джейн молчала всю оставшуюся часть дня, углубившись в свои мысли.
Остановившись возле ручья намного меньше того, который они видели днем
прежде, Грант посмотрел на нее.
— Хочешь принять ванну? Как следует искупаться возможности нет, но ты можешь
немного поплескаться.
Глаза Джейн засияли, и впервые за весь день улыбка заиграла на ее полных
губах. Салливану не требовалось ответа, чтобы понять, как она отнеслась к
этой идее. Усмехаясь, Грант отыскал маленький кусок мыла в своем рюкзаке и
протянул ей.
— Я покараулю, а затем ты сможешь оказать мне ту же услугу. Я буду там.
Джейн посмотрела туда, куда он указывал. Это была лучшая точка для обзора
окрестностей — ему оттуда будут хорошо видны ручей и близлежащая местность.
Она хотела было спросить, собирается ли он смотреть и на нее тоже, но потом
передумала. Как он уже заметил, было слишком поздно для скромности. Кроме
того, ей было спокойнее от мысли, что он будет рядом.
Проводив взглядом Гранта, который ловко взобрался на крутой берег, Джейн
посмотрела на ручей.
Он был шириной около семи футов и по глубине доходил до середины икр. Но ей
он показался раем. Джейн отыскала в своем рюкзаке единственную смену белья,
затем села, чтобы снять ботинки. Бросив нервный взгляд через плечо туда, где
сидел Грант, Джейн увидела, что он повернулся к ней в профиль, но она знала,
что он наблюдает за ней краем глаза. Девушка решительно стянула штаны и
отошла от них. Ничто не удержит ее от того, чтобы искупаться... разве что
другая змея или ягуар, добавила она про себя.
Обнаженная, Джейн осторожно пробралась по каменистому дну к большому
плоскому камню и села на него в нескольких дюймах от воды, которая была
очень холодной, так как текла с большой высоты. Но ее измученной от жары
коже была приятна эта прохлада. Джейн плескала водой на лицо и голову до тех
пор, пока волосы не намокли. Джейн чувствовала, как понемногу липкий пот
оставляет ее волосы, пока пряди не стали шелковистыми под ее пальцами. Тогда
она взяла из-под ноги, куда поместила для сохранности, маленький кусок мыла
и намылилась. Эта маленькая роскошь заставила ее ощутить себя заново
родившейся, и чувство умиротворения медленно росло в ней. Это было просто
наслаждение — купаться в ясном, прохладном ручье, но к этому добавлялось
ощущение своей наготы, полного отсутствия ограничений. Джейн знала, что
Грант сидит на своем месте, что он наблюдает за ней, и почувствовала, как
напряглись ее груди.
Что бы произошло, если бы Грант спустился с берега и вошел к ней в воду?
Если бы он взял одеяло из своего рюкзака и положил Джейн на него? Она
прикрыла глаза, по телу пробежала дрожь, когда Джейн подумала о твердом
теле, придавливающем ее, толкающемся в нее. Прошло очень много лет со
времени ее замужества. И тот небольшой опыт, который был у нее с Крисом,
оставил Джейн совершенно неподготовленной к страсти. Она и не подозревала о
том, что такое сила желания, как оно может управлять тобой. Но с Грантом все
было именно так.
Сердце тяжело билось в груди, когда она ополаскивалась, набирая воду в
ладони и выливая на себя. Встав, она отжала волосы, затем выбралась на
берег. Дрожа, надела чистое нижнее белье, затем с отвращением натянула
запятнанные штаны и рубашку.
— Я закончила, — позвала Джейн, зашнуровывая свои ботинки.
Грант беззвучно возник рядом с ней.
— Иди туда, где сидел я, — проинструктировал он, передавая автомат ей в
руки. — Ты знаешь, как этим пользоваться?
Оружие было тяжелым, но Джейн случалось держать его в руках.
— Да. Я довольно хорошо стреляю. — Джейн ухмыльнулась. — Во всяком случае,
по бумажным мишеням и глиняным тарелкам.
— Этого вполне достаточно. — Грант начал расстегивать рубашку, и она
застыла, не в силах оторвать взгляд от его рук. Он сделал паузу. — Ты
собираешься охранять меня прямо здесь?
Джейн покраснела.
— Нет. Извините. — Она поспешно отвернулась и начала выбираться на берег.
Джейн уселась точно в том месте, где сидел Грант. Отсюда были видны оба
берега ручья, и в то же время здесь было где укрыться, если бы возникла
такая нужда. Он, наверное, выбрал это место, как лучшую точку для
наблюдения, даже не задумываясь об этом, просто автоматически перебрав все
варианты и выбрав самый подходящий из них. Может он и уволился, но все его
навыки остались при нем.
Движение, вспышка бронзы, которую Джейн уловила краем глаза, подсказало ей,
что Грант вошел в ручей. Она чуть отвела свой пристальный взгляд, чтобы
вообще его не видеть, но одно знание того, что он сейчас он обнажен, как до
этого была она, заставило ее сердце биться сильнее. Джейн сглотнула,
облизала губы, принуждая себя сконцентрироваться на окружающих джунглях, но
желание посмотреть на запретное не проходило.
Она услышала плеск воды и представила Гранта, стоящего подобно дикарю,
обнаженного, полностью в своей стихии.
Джейн закрыла глаза, но картина не хотела исчезать. Не в силах
контролировать свои чувства, Джейн медленно открыла глаза и повернула голову
так, чтобы видеть его. Она повернулась лишь чуть-чуть, на несколько
миллиметров, пока не смогла видеть его краешком глаза, но этого было не
достаточно. Взглядов украдкой ей было мало. Она хотела изучить каждый его
дюйм, впитать взглядом все его мощное тело. Полностью повернувшись в его
сторону, она устремила на него взгляд и застыла. Он был красив, настолько
красив, что она забыла о том что нужно дышать. Возможно, он не был красивым
в общепринятом смысле, но в Салливане была какая-то необузданная сила и
изящество хищника, он был красив опасной красотой охотника. Все его тело
было покрыто бронзовым загаром глубокого, ровного коричневого цвета.
В отличие от Джейн он не стал отворачиваться на случай, если она будет
смотреть — он полностью игнорировал скромность. Он мылся, а Джейн
могла смотреть или не смотреть — как ей угодно.
Кожа Гранта была гладкой и блестящей от воды, капельки, застрявшие в волосах
на груди, блестели подобно алмазам. Волосы на его теле были темными, а на
голове, благодаря солнцу приобрели русый цвет. Они покрывали его грудь,
тонкой полосой спускаясь вниз на его плоский мускулистый живот и расширяясь
снова у соединения ног. Его ноги были крепкими, как стволы деревьев,
длинными, перевитыми мускулами, при каждом движении они перекатывались под
его кожей. Он напоминал ожившую картину старых мастеров живописи. Грант
полностью намылился, затем присел на корточки в воде, чтобы ополоснуться так
же, как это делала она, набирая воду в ладони. Ополоснувшись полностью, он
повернулся и посмотрел на нее, наверное, чтобы проверить, что она делает, и
встретился с ее пристальным взглядом. Джейн не могла отвести глаза, не могла
притвориться, что не уставилась на него с почти болезненным любопытством. Он
стоял в потоке, не двигаясь, смотря на нее, как и она на него, позволяя в
деталях рассмотреть его тело. Под ее ищущим пристальным взглядом его тело
начало пробуждаться, твердеть, стремительно возбуждаясь.
— Джейн, — сказал он мягко, но, тем не менее, она услышала его. Она была
настолько настроена на него, столь болезненно чувствительна к каждому его
движению и звуку, что услышала бы его, даже если бы он шептал. — Ты хочешь
спуститься сюда?
Да. О, боже, да, она хотела этого так, как не хотела ничего и никогда. Но
она все еще немного боялась собственных чувств и поэтому сдержалась. Это
было той ее частью, которую она не знала, и она не была уверена, что сможет
управлять ею.
— Я не могу, — ответила она так же мягко. — Еще нет.
— Тогда отвернись, сладенькая, пока у тебя еще есть выбор.
Она дрожала, почти неспособная сделать необходимое движение, но наконец
справилась с собой и отвернулась, чтобы не смотреть, как он выбирается из
воды.
Меньше чем через минуту Грант бесшумно появился возле нее и забрал автомат у
нее из рук. Он также захватил оба их рюкзака. Как и раньше, он никак не
прокомментировал произошедшее только что.
— Отойдем от воды и разобьем лагерь. Скоро стемнеет.
Ночь. Долгие часы в темной палатке, рядом с ним. Джейн последовала за ним, и
когда он остановился, помогла проделать ту же работу, которую они делали
предыдущей ночью, устанавливая палатку и маскируя ее. Она не протестовала
против холодных походных пайков, но ела, не ощущая вкуса. Вскоре она
заползла в палатку и сняла ботинки, ожидая, когда он последует за ней.
Когда он тоже заполз в палатку, некоторое время они неподвижно лежали рядом,
наблюдая, как постепенно меркнет слабый свет. Затем все поглотила тьма.
Напряжение пульсировало, сковывая мускулы. Темнота давила на нее, как
невидимый монстр, вытягивающий воздух из ее легких. Сегодня ночью у нее на
языке не вертелось никаких навязчивых вопросов, Джейн чувствовала себя
странно робкой, а ведь уже она годами не позволяла себе быть в чем-то
робкой. Джейн больше не узнавала себя.
— Ты боишься меня? — спросил он, при этом его голос звучал нежно.
Одного звука его голоса оказалось достаточно, чтобы она немного
расслабилась.
— Нет, — прошептала Джейн.
— Тогда иди сюда и позволь мне отогнать от тебя тьму.
Она почувствовала, как Грант взял ее за руку, притягивая к себе, и оказалась
в объятии рук, настолько сильных, что ничто не могло угрожать ей, пока они
обнимали ее. Салливан устроил девушку у себя под боком, уложив ее голову в
выемку своего плеча. Легким, как прикосновение крыльев бабочки, поцелуем, он
коснулся ее макушки.
— Спокойной ночи, сладенькая, — прошептал он.
— Спокойной ночи, — ответила она.
Когда он заснул, Джейн еще долго лежала в его объятиях с открытыми глазами,
хотя и не могла ничего видеть. Сердце билось в груди медленными, сильными
толчками, а внутри рождалось смутное беспокойство. Ей не давал заснуть не
страх, а непривычное чувство, которое переворачивало все в ней. Она точно
знала, что с ней не так. Впервые за много лет с ней было все в порядке. Она
научилась жить, никому полностью не доверяя. Не имело значения, что она
научилась наслаждаться собой и своей свободой: в ней всегда жило чувство
смутного недоверия, которое не позволяло ей дать мужчине быть слишком
близко. Джейн никогда еще так сильно не влекло к мужчине, чтобы пренебречь
опасениями — до этого случая. До Гранта. Это влечение неожиданно переросло
во что-то более сильное. Правда ошеломляла, но все же она была вынуждена
признать: она влюблена в Гранта. Джейн не ждала ничего подобного, не ожидала
этого, несмотря на то, что в течение двух дней чувствовала, как это растет в
ней. Он был суровым, любил командовать, имел тяжелый характер, и его чувство
юмора было весьма слаборазвито, но он с нежностью смывал с нее змеиную
кровь, всю ночь держал ее за руку и выбирал дорогу так, чтобы сделать их
путь как можно легче для нее. Он хотел ее, но не взял, потому что она не
была готова. Она боялась темноты, поэтому он просто держал ее в своих
объятиях. Любить его было одновременно и самой легкой, и самой трудной вещью
из тех, которые она когда-либо делала.
Глава 7
Грант проснулся, почувствовав, что Джейн вновь спит сверху, но это не
беспокоило его, и уже не удивляло, что он мирно проспал так в течение всей
ночи. Он нежно провел рукой по спине Джейн, смиряясь с тем фактом, что его
обычные обостренные инстинкты опять подвели его, что он вновь не заметил и
не почувствовал как и когда она устроилась на нем сверху. Все это произошло
потому, что в Джейн не таилось никакой опасности, кроме опасного вожделения,
которое сводило его с ума.
Упиваясь ощущениями, он провел руками по нежному телу, чувствуя его
гибкость, хрупкость, тонкий позвоночник, соблазнительную ямку чуть ниже
спины, полные, мягкие округлости ягодиц. Джейн пробормотала что-то
неразборчиво и переместилась вправо, убирая локон волос, упавший на лицо. Ее
ресницы затрепетали, затем вновь сомкнулись.
Он улыбнулся, наслаждаясь зрелищем ее пробуждения. Она делала это
постепенно, постанывая и бормоча что-то неразборчивое, Хмурясь и дуясь,
прижимаясь ближе к нему, словно пытаясь утонуть в его теле, так, чтобы ей не
просыпаться совсем.
Когда ее глаза открылись, она несколько раз моргнула, подарив ему медленную
улыбку, которая могла расплавить камень. — Доброе утро, —
пробормотала Джейн, и зевнула. Она потянулась, и неожиданно резко замерла на
месте. Ее голова повернулась к нему, и она уставилась на него в изумлении.
— Я спала на... Вас? Спросила она удивленно — Снова. —
Подтвердил Грант. _ — Снова? — Ты спала на мне и предыдущую
ночь, точно также.
В конце концов, тебе недостаточно того, что я держу твою руку всю ночь, тебе
нужно придавить меня к постели.
Джейн отодвинулась от него, смущенно поправляя измятую одежду. Щеки горели
от стыда. — Мне очень жаль. Наверное, вам было очень неудобно...
— Не стоит извиняться. Я получил удовольствие, — сказал Грант,
растягивая слова. Но если ты хочешь загладить свою вину, мы можем поменяться
местами сегодня вечером.
Джейн с трудом вдохнула и уставилась на него в тусклом свете, ее взгляд был
полон нежности и жара. Да. Она была согласна. Она хотела принадлежать ему,
она хотела узнать все о его теле и позволить ему знать все о ней. Она хотела
сказать ему, но не знала, как облечь это в слова. Кривая улыбка пересекла
лицо Гранта, затем он сел и взял свои ботинки, обуваясь и шнуруя их.
Очевидно, он принял ее молчание за отказ, и поэтому, потеряв интерес к
разговору, занялся разбором лагеря. — У нас достаточно пищи для еще
одного обеда, — сказал он, они закончили есть. — Потом мне придется
охотиться.
Ей не понравилась эта идея. Охота означала, что он оставит ее одну на
длительное время. — Я не против вегетарианской диеты, — сказала
Джейн. — Возможно, это не понадобится. Мы постепенно выбираемся из
гор, и если мое предположение верно — должны быть уже недалеко от края леса.
Но нам лучше избегать людей, пока я не буду уверен, что это безопасно,
хорошо?
Джейн кивнула в знак согласия.
Как Грант и предсказал, к середине утра они достигли конца джунглей. Они
стояли на высоком крутом утесе, а под ними растянулась огромная долина с
полями, сетью дорог, и деревней, расположенной в южном конце. Джейн закрыла
глаза на внезапно ослепивший ее солнечный свет. Это походило на перемещение
из одного столетия в другое. Долина выглядела опрятной и преуспевающей,
напоминая, что Коста-Рика была наиболее высокоразвитой страной в Центральной
Америке, несмотря на огромную площадь непроходимых джунглей. — О!
— Джейн затаила дыхание. — Неужели я снова смогу спать в кровати?
Он проворчал что-то неразборчивое в ответ, его сузившиеся глаза, охватывали
долину в поисках возможной опасности. Джейн стояла рядом, ожидая, когда он
примет решение.
Внезапно он схватил ее руку и дернул обратно под защиту листвы, таща в тень
огромного кустарника. Одновременно Джейн услышала рев вертолета у них над
головами. Он летел рядом с землей, на уровне деревьев, Джейн удалось лишь
секунду рассмотреть его, прежде чем вертолет скрылся. Это был боевой
вертолет, камуфляжной окраски. — Вы заметили какие-нибудь надписи? С
надеждой спросила Джейн, ее ногти вонзились в руку Салливана. — Нет.
Ничего. Грант потер подбородок, заросший щетиной. — Мы не можем знать,
кому принадлежит этот вертолет, и рисковать не будем. Теперь мы знаем, что
не можем идти через долину. Мы спустимся вниз, и попытаемся найти более
безопасный маршрут.
Теперь их путь стал еще более трудным. Они находились рядом с краем цепи
вулканической породы гор, где земля была словно изрезана жестокой рукой.
Казалось, можно было двигаться только вверх или вниз. Их темп был мучительно
медленным, поскольку путь проходил по скалистым утесам и глубоким ущельям.
Когда они остановились, чтобы поесть, оказалось, они покрыли меньше чем одну
четверть длины долины, и ноги Джейн болели, поскольку не отдыхали, начиная с
пробега по диким джунглям в первый же день. Ко всему прочему, как только они
закончили есть, то услышали шум грома. Грант осмотрел убежище, рассматривая
каждый выступ скалы. Затем сказал: — Переждем здесь. В пещере мы будем
в безопасности, даже если гроза обещает быть очень сильной. — Что?
— переспросила Джейн, хмурясь. — Придется переждать тут, —
повторил грант. — По сравнению с прежними условиями тут просто роскошные
апартаменты. — Если они уже не заняты — Именно поэтому ты
подождешь здесь, пока я проверяю это.
Грант отодвинул папоротник, прикрывающий стену ущелья, и полез вверх,
используя кустарники, виноградные лозы и любую другую точку опоры, которую
мог найти. Само ущелье было узким и крутым, его форма дала удобное место для
неисчислимых птиц, которые мелькали среди деревьев, словно рождественские
художественные оформления, в живописно переливающемся оперении.
Непосредственно сверху виднелась полоска неба, сейчас сплошь состоящего из
черных облаков вместо ясного синего цвета, который Джейн видела буквально за
минуту до этого.
Грант достиг пещеры, осмотрел ее и быстро крикнул Джейн: — Поднимайся,
здесь чисто! Сможешь? — А если не смогу, что тогда? — Язвительно
сострила Джейн, начиная подъем, но сейчас ей было совсем не до шуток.
Отчаяние росло в ней, с тех пор как они увидели долину. Сознание, что они
были так близко к цивилизации, заставило ее понять, что их время ограничено.
В то время как они были в лесу, только два человека, оказавшиеся в
примитивных условиях существования, у нее не было никакого ощущения времени.
Теперь же, она не могла игнорировать факт, что скоро, через несколько дней
или меньше, их пребывание вместе закончится. Она чувствовала, что уже
потратила впустую слишком много времени, словно золотой песок просочился
через ее пальцы, а она только что поняла его ценность. Она чувствовала, как
растет внутри паника при мысли о расставании с Грантом, о том, что никогда
больше не увидит его. Слишком мало времени у них осталось для того чтобы
познать друг друга, чтобы их любовь могла расцвести. Он протянул руку вниз и
поймал ее, легко подтягивая наверх, к себе. — Устраивайся поудобнее,
нам придется провести здесь некоторое время. Похоже, буря будет знатной.
Джейн осмотрела убежище. Это не было настоящей пещерой: всего лишь большое
углубление в скале, приблизительно восемь футов глубиной. У пещеры был круто
наклоненный потолок, высотой около одиннадцати футов у входа, и пяти футов —
у задней стенки. Пол был усыпан камнями, а один большой камень, похожий на
большое кресло в форме арахиса, лежал у входа в пещеру.
Но здесь было сухо, и не слишком темно, таким образом, Джейн не была склонна
придираться к этому.
Учитывая слова Гранта, Джейн не была удивлена, услышав, как первые огромные
капли дождя начинают стучать по деревьям, в то время как Салливан расстилал
непромокаемый брезент в глубине пещеры. Он положил его за большой скалой,
используя ее как дополнительную защиту от дождя. Джейн села на непромокаемый
брезент, соединив ноги вместе, обняв их руками, положив подбородок на
колени, слушая звук дождя, поскольку он все усиливался. Вскоре это уже
перешло в громкий шум, и твердые капли воды пеленой заслонили обзор,
усиливая впечатление, что они находятся под водопадом. Джейн услышала треск
молнии и почувствовала, как земля под ногами словно вздрагивает от сильных
ударов грома. Теперь стало темно, дождь мешал свету проникать в пещеру.
Джейн могла видеть лишь силуэт Гранта, который стоял в глубине пещеры,
облокотившись плечом на стену, дымил сигаретой.
Судорога холода прошла по телу Джейн, поскольку дождь охладил воздух.
Обхватив ноги, она сжала их еще сильнее, стремясь сохранить тепло. Джейн
смотрела сквозь полумрак на очертание широких сильных плеч, едва различимых
из-за завесы дождя.
Грант Салливан не был простым и понятным человеком. Его сущность была столь
же темной, как джунгли, и все же, вид его мускулистого тела внушал Джейн
вместо страха чувство безопасности и защищенности. Она знала, что Салливан
встанет между ней и любой опасностью. Грант уже не раз рисковал ради нее
жизнью, и был так спокоен при этом, словно это было для него привычным
делом. Возможно, для него так и было, но для Джейн все было не так просто.
Грант докурил сигарету и вновь внимательно осмотрелся по сторонам. Джейн
сомневалась, что кто-то способен сейчас выследить их, но осторожность была у
этого мужчины в крови и она понимала его. Тем временем Грант вернулся к
спокойному созерцанию стихии, стоя на страже, в то время как она отдыхала.
Что-то всколыхнулось в Джейн, мучительно заболело в груди. Он выглядел таким
одиноким. Он был сильным, одиночкой, но все это привлекало ее, притягивало
словно магнитом, затрагивая душу и тело. Глаза затуманились, когда она
разглядывала его. Как только с этим делом будет покончено, он уйдет от нее,
даже не обернувшись, словно этих дней в джунглях никогда и не существовало.
Все это для него было обычной рутиной. Все что она могла дать ему и все что
могла получить взамен — лишь несколько дней, после чего все будет кончено.
Слишком мало времени осталось. Джейн стало очень холодно, она продрогла до
костей.
Непрерывная, непроницаемая завеса дождя принесла с собой сырость и холод, и
Джейн казалось, что она вся заледенела изнутри.
Инстинктивно, словно кошка, которая ищет источник тепла, Джейн вылезла из
брезента, и подошла к Гранту, стремясь к теплу, которое излучало его мощное
тело. Молча, она обвила руками твердую талию Гранта и прижалась лицом к
восхитительно теплой груди.
Мельком взглянув на нее, Салливан поднял бровь в молчаливом вопросе. —
Мне холодно, — пробормотала она, прижимаясь к нему и задумчиво глядя
на дождь.
Грант обнял ее за плечи, прижимая к себе, делясь с ней теплом своего
большого тела.
Джейн охватила дрожь. Свободная рука Гранта погладила ее голую руку,
чувствуя прохладу ее кожи, затем двинулась вверх, поглаживая нежную кожу
шеи, подбородка, убирая темные спутанные волосы с лица. Джейн пребывала в
меланхоличном настроении, похожая сейчас на очаровательную маленькую
кошечку, которая смотрит на дожд
...Закладка в соц.сетях
