Жанр: Любовные романы
Миссия Маккензи
... выдавливая каждое
слово.
Он вопросительно приподнял бровь.
— Лечу, — ответил он. — Ну и что с того?
Что могла она ответить? Что насмерть перепугана, потому что он избрал себе
одно из самых опасных дел на свете? Но разве она имеет право на страх за
него? Между ними нет ничего, кроме взаимной договоренности развлечь друг
друга... Джо Маккензи не виноват в том, что она чувствует к нему. И даже
если бы он мог разделить ее чувство, Кэролайн не посмела бы признаться ему о
своем страхе. Она не смеет волновать его тогда, когда он должен полностью
сконцентрироваться на своем задании.
Поэтому Кэролайн постаралась взять себя в руки.
— Ты слишком... м-мм, как бы это сказать... слишком непобедимый в своем
комбинезоне. А что у тебя под ним?
Сработало! Ей удалось отвлечь его внимание от своих неосторожных слов. Джо
внимательно взглянул на нее, глаза его округлились от удивления.
— Футболка и трусы. А ты думала, что я абсолютно голый?
— Ну не знаю... Я никогда раньше не думала об этом. — Кэролайн махнула
рукой, выпроваживая Джо. — А теперь уходи. Ты мешаешь мне работать. Я и так
не могу сосредоточиться после вчерашнего! Так что не смей подходить ко мне
сегодня.
Она еще не закончила говорить, когда поняла, что наделала. Есть вещи, о
которых ей не следовало бы забывать. Глаза Джо зажглись холодным вызовом, и
он шагнул ей навстречу. Она сама нечаянно спровоцировала его, и теперь он
должен был наглядно продемонстрировать ей, за кем остается последнее слово.
Наклонившись, он уперся в ручки кресла — и Кэролайн не успела опомниться,
как оказалась в кольце его рук. Джо поцеловал ее, и она капитулировала
моментально, ответив на его поцелуй с обезоруживающей готовностью и
страстью.
Внезапно Джо вздрогнул и резко выпрямился, взгляд его был тяжелым и
жаждущим.
— Что ты наденешь сегодня вечером?
— Не знаю... А разве это имеет какое-то значение?
Она никогда не думала, что его глаза могут быть бездонными.
— Абсолютно никакого. Потому что через пять минут после того, как мы
запремся в номере, я немедленно раздену тебя.
Впечатление от его слов было оглушительным. Когда Кэролайн снова открыла
глаза, в комнате уже никого не было.
... Если он увлечен ею хотя бы наполовину того, как она увлечена им, он не
сможет лететь сегодня на своем чертовом самолете.
Вновь нахлынул страх, тошнотворным комком подкатил к горлу. Кэролайн
потребовалась вся ее воля, чтобы справиться с собой, и ей удалось сделать
это только потому, что в глубине души она знала: когда дело касается
полетов, жесткий самоконтроль помогает Джо Маккензи выкинуть прочь любые
мысли и чувства, не относящиеся к самолетам — единственной привязанности в
его жизни. Это была горькая правда, она причиняла боль, но одновременно
несла и успокоение — ведь это означало, что с полковником Маккензи все будет
в порядке. А это было главное.
Кэл взял себе за правило приходить на работу раньше Эдриена, но сегодня
Кэролайн, видимо, сбила весь его распорядок дня, поэтому ей пришлось
встретить Эдриена в гордом одиночестве. Он вошел, окинул ее холодным
неприязненным взглядом, налил себе кофе и молча сел за свой стол.
Последнее время Кэролайн почти не обращала на него внимания, а сегодня была
настолько взвинчена, что едва заметила его присутствие. Она сидела за
столом, разрываясь между страхом и предвкушением упоительной близости с Джо.
Часть се сознания упорно перебирала опасности, грозящие ему во время полета,
в то время как другая часть рисовала сладострастные картины предстоящей
ночи. Она не узнавала саму себя, но это была правда, она действительно с
трепетом ждала того, что должно было произойти этой ночью, и даже мысль о
боли, которая неизбежно ждала ее во время предстоящего соития не могла
остудить лихорадочного волнения.
Она хотела Джо, он был нужен ей как воздух, и это было главным. Так что на
фоне всесокрушающего желания страх боли уносился прочь, как песчинка в
водовороте.
Но сначала нужно пережить сегодняшние полеты...
— Мечтаешь о верном дружке?
Кэролайн рассеянно заморгала.
— Что?.. Прости меня, ты что-то сказал?
— Ничего особенного, просто поинтересовался твоими амурными делишками. Надо
сказать, ты меня слегка удивила, ведь раньше ты, кажется, бежала от мужчин,
как от огня? Захотелось разнообразия в интимной сфере?
Неопытность вовсе не означает неосведомленность, поэтому Кэролайн прекрасно
поняла, на что намекает Эдриен. Она смерила его холодным взглядом,
предвкушая открытый честный поединок, безо всяких недомолвок и эмоций.
— Знаешь, Эдриен, в школе я всегда была намного младше своих одноклассников
и только в колледже я доросла до того момента, когда мальчики наконец
обратили на меня внимание.
На красивом лице Эдриена явно читалось недоумение.
— Ну и что из этого?
— А то, что они приставали ко мне, потные, разгоряченные, уверенные в том,
что я знакома с правилами игры, а ведь я не знала ничего о мужчинах и
отношениях с ними! Я почти никогда не общалась с детьми своего возраста.
Меня никто никогда не целовал, не приглашал на свидания, не учил всем
необходимым премудростям, которые девчонки постигают на вечеринках и
прогулках под луной! Поэтому, когда парни начали приставать ко мне, я просто-
напросто ужасно испугалась, а поэтому научилась говорить и вести себя так,
чтобы отшить их всех. Ну, теперь до тебя дошло?
Эдриен долго непонимающе молчал, но когда смысл только что услышанного
наконец дошел до него, пробившись через броню враждебности, он в изумлении
уставился на Кэролайн.
— Неужели ты хочешь сказать, что боялась меня?
— Ну да! А что, по-твоему, я должна была испытывать? — вспыхнула она. — Ты
ведь прижал меня и не хотел ничего слышать!
— Ой, ради Бога, не надо — я кто угодно, только не насильник! — фыркнул
Эдриен.
— Откуда же я могла знать? — Она вскочила, взмахнула рукой. — Если бы ты не
был так уверен в своей неотразимости, в том, что ни одна женщина не сможет
устоять перед твоими чарами, то ты бы заметил, как я перепугалась.
— По тому, как ты себя вела, я бы этого не сказал...
— А я всегда нападаю, когда до смерти пугаюсь, — теперь она стояла над ним,
яростно сверкая глазами. — К твоему сведению, полковник Маккензи оказался
первым мужчиной, который сумел увидеть, что на самом деле я обычная слабая
женщина! И он первый не набросился на меня, как голодный волк...
Конечно, нет, этого он не делал. Он всего-навсего поставил перед собой цель
— переспать с ней. Хладнокровно и со знанием дела, он просто-напросто лишил
ее покоя и сна, оставаясь при этом невозмутимым и равнодушным. Но Эдриена
все это совершенно не касается.
— Так вот, Эдриен! Я устала от твоих идиотских шуточек, ты понял?
Удивление испарилось с лица Эдриена, во взгляде его вспыхнула прежняя
враждебность.
— Уж не вообразила ли ты себе, что я теперь буду мучиться угрызениями
совести из-за того, что тебя в свое время обделили мужским вниманием?
Представь себе, не только у тебя могут быть проблемы! Я совсем недавно
прошел через прелестную процедуру развода, моя жена бросила меня из-за
хорька, который заколачивает вдвое больше меня. Поэтому мне жизненно
необходимо немного эгоизма, чтобы зализать раны. Так что нечего упрекать
меня в том, что я не сумел оценить твою тонкую душу! Заруби себе на носу,
мне нет никакого дела до всего этого, мне вообще совершенно наплевать и на
тебя, и на твои проблемы!
— Взаимно, — подытожила Кэролайн. — А теперь отвяжись от меня!
— С превеликим удовольствием.
Она вернулась на свое рабочее место и плюхнулась на стул. Ровно через
тридцать секунд она оторвалась от изучения первого подвернувшегося под руку
листа и тихо обронила:
— Мне очень жаль, что твоя жена так поступила с тобой.
— Бывшая жена.
— Я думаю, что она несчастна.
Эдриен откинулся на спинку стула и нахмурился.
— Прости, что напугал тебя. Я не хотел.
Кэролайн нашла в себе силы миролюбиво пробурчать:
— Все в порядке.
Эдриен хмыкнул и отвернулся.
Кэролайн позволила дать выход своему раздражению только потому, что
надеялась отвлечься от терзающей душу тревоги... Так оно и получилось, но
вот стычка закончена, и вновь вернулось беспокойство.
В комнату вошли Кэл и Йетс. Все еще сонный и всклокоченный, Кэл заговорщицки
подмигнул Кэролайн и улыбнулся.
Потом они все отправились в контрольный отсек наблюдать за испытаниями.
Пилоты все еще были там, в полной амуниции — со стропами, кислородными
масками, в облегающих тело комбинезонах. Джо и капитан Бауи Уэйд должны были
лететь на
Ночных крыльях
, а Даффи Дил и Мэд Кэт Майрик преследовать их на
F-22.
Джо был полностью собран и сосредоточен на выполнении своей задачи, и
Кэролайн знала, что он выполнит эту задачу, выполнит во что бы ни стало.
Комок страха в горле постепенно растаял, теперь она уже могла смотреть и
видеть...
Она честно пыталась бороться с искушением смотреть только на Джо, но это
оказалось выше ее сил. Маккензи притягивал ее, как магнит, она уже чуть ли
не боготворила его. Да, да, она восхищалась и роскошной силой его
мускулистого тела, и скульптурным совершенством резких черт его лица, и той
особой аурой, которая окружала этого человека.
Джо Маккензи был воином — холодным, неумолимым и беспощадным в своей
бесстрастной суровости. Кровь многих поколений индейских воинов текла в его
жилах, его инстинкты были отшлифованы в древних войнах, в беспощадных
кровавых битвах. Эти же инстинкты, возможно, были присущи и другим пилотам,
но именно в Джо Маккензи они нашли свое самое яркое воплощение, он нес в
себе идеальный сплав силы, ума и способностей. И все остальные чувствовали и
признавали его превосходство. Кэролайн видела это по тому, как остальные
пилоты смотрели на Маккензи, с каким безотчетным уважением относились к
нему. Дело было не в том, что он был полковником и руководителем испытаний,
хотя, конечно, его звание и заслуги требовали определенного почтения. Это
было глубокое уважение к пилоту высшего класса и сильному мужчине, уважение,
которое не уменьшилось бы даже, если бы все эти люди превосходили Маккензи
по табели о рангах.
Всегда есть люди, которые на голову превосходят окружающих — Джо Маккензи
был одним из них. Он никогда не смог бы быть бизнесменом, юристом или
доктором. Он выбрал профессию, которая позволяла ему полностью реализовать
свою силу и жажду риска.
Он был воином. Он был ее мужчиной!
Кэролайн вдруг задохнулась от подобной мысли. Ей показалось, что она
потеряла способность воспринимать окружающее, все вокруг стало зыбким и
призрачным.
Пора прекратить обманывать саму себя. Она предполагала, что может слишком
увлечься Маккензи, но никак не ожидала, что это произойдет так стремительно.
Она предостерегала себя от опасности влюбиться в него, она волновалась,
думая о том, что может потерять голову, но это была лишь жалкая боязнь
взглянуть правде в лицо.
Она больше не властна над своей душой, точно так же, как она давно уже
потеряла власть над своим телом... Впрочем, идти на попятную уже поздно. Да,
прозрение пришло слишком поздно, но ведь ей это простительно: любовь пришла
к ней впервые в жизни и она не сразу сумела узнать ее...
Кэролайн не посмела поднять голову, когда Маккензи и трое других пилотов
вышли из комнаты. Чувства, обуревавшие ее, были ясно написаны на ее лице, и
Джо моментально прочел бы их, а сейчас этого нельзя было допустить, об этом
нельзя было даже подумать.
Четыре самолета поднялись в воздух, специалисты сгрудились у пультов, записывая показания датчиков.
Ровно полчаса самолеты кружили в воздухе, а радиоуправляемые машины —
движущиеся объекты давали им возможность нацелиться на них. Кэролайн все
время боялась какого-либо сбоя. Она знала, что новые системы никогда не
работают на практике так же безупречно, как в теории. Однако до этого все
испытания проходили отлично, а это позволяло с оптимизмом смотреть в будущее
и надеяться на то, что возможные неполадки будут не слишком серьезны. Однако
в этот день судьба, похоже, вознамерилась опровергнуть любые оптимистические
прогнозы. Системы наводки отказались нацеливаться на радиоуправляемые
самолеты, несмотря на то, что накануне испытания проходили успешно. Еще два
самолета поднялись в воздух, однако все оказалось безрезультатным, и
совершенно взбешенный руководитель испытаний приказал прекратить полеты и
вернуться на базу, чтобы полностью еще раз проверить электронику.
Джо ничем не показал своего раздражения, но когда он вошел в контрольный
отсек — усталый, с мокрыми от пота волосами, — на лице его было написано
крайнее неудовольствие.
— Самолеты в ангаре, — холодно объявил он, и гнев его относился к Кэролайн
точно так же, как ко всем остальным членам группы. — В вашем распоряжении
остаток сегодняшнего дня для того, чтобы найти причину неполадок и устранить
ее.
Он резко повернулся и вышел. Кэл тихонько присвистнул. Йетс вздохнул.
— Итак, господа, облачаемся в комбинезоны и отправляемся в ангар. Придется
изрядно попотеть.
Кэролайн мысленно оценила возможные причины сбоя. Лазерная наводка не
отличалась принципиальной новизной. Причина могла состоять в неисправности
датчиков на шлемах пилотов. Поразительно было то, что наводка отказала
одновременно на обоих самолетах, это могло указывать на кардинальную ошибку
в исполнении или даже в самом проекте. Она посмотрела на Кэла. Тот
нахмурился и погрузился в размышления, наверное, думал, что причина
одновременного идентичного сбоя может корениться в ошибке при
программировании или же в бортовых электронных устройствах.
С самого начала этот день не задался... Если и дальше все будет развиваться
по тому же сценарию, подумала Кэролайн, то нечего удивляться, если в постели
я окажусь абсолютно фригидной!
Они работали без перерыва на ланч, изучили все показания датчиков, пытаясь
обнаружить ошибку, — но все оказалось тщетным. Самое удивительное, что с
виду все было в полном порядке! Они просмотрели результаты полетов трех
предыдущих самолетов, у которых не было никаких отклонений, сравнили их с
сегодняшними — и опять не нашли никаких отклонений. Все совпадало.
Было уже поздно, жара в ангаре стала совершенно невыносимой, несмотря на
мощные кондиционеры... Но тут Кэл, в сотый раз просматривавший
характеристики одного из узлов комплексного механизма стрельбы, неожиданно
нашел зацепку. Черт знает по какой причине они не заметили этого раньше,
возможно, все дело в кознях злого Гремлина, гнома, приносящего несчастья
летчикам! Так или иначе, но на этот раз удалось выявить небольшое нарушение
в электронной системе спускового механизма.
Все они были раздражены и взвинчены — надо же было провозиться целый день,
пропустить ланч, свернуть себе мозги набекрень, чтобы в конце концов найти
эту чепуховую поломку и устранить ее меньше чем за час!
Черт побери, я в отличной форме, как раз для романтического приключения, зло
подумала Кэролайн. Усталая, голодная и издерганная до предела! Нахмурившись,
она раздраженно покосилась на личную карточку — на месте ли, — затем вышла
из здания и направилась к себе.
После холодного душа она почувствовала себя немного лучше. Выйдя из ванной,
Кэролайн мрачно побросала в дорожную сумку первые попавшиеся вещи и
туалетные принадлежности.
Ей было необходимо поесть — и немедленно. Тогда она перестанет чувствовать
себя такой выжатой и измочаленной. Джо будет прав, если откажется от
поездки!
Впрочем, он обманывала сама себя, отлично сознавая, что хочет быть с Джо
гораздо больше, чем хочет есть, гораздо больше, чем вообще чего-нибудь
хочет.
Было всего шесть, когда Джо постучал в дверь. Кэролайн была уже одета, но с
мокрыми волосами и жутко голодная.
— Мы работали без перерыва на обед! — сердито выпалила она, рывком распахнув
дверь. — Мы закончили, — быстрый взгляд на часы, — ровно тридцать пять минут
назад. Оказалось, ничего особенного — всего-навсего поломка в спусковом
механизме! Мы чуть не свихнулись, прежде чем нашли ее, и все потому, что от
голода не могли сосредоточиться!
Джо оперся о косяк и внимательно посмотрел на нее.
— Ты всегда заводишься, когда голодна?
— Естественно. По-моему, все так делают.
— Нет. У подавляющего большинства нет такой зависимости. — Джо протянул ей
руку. — Пошли, я тебя угощу.
— У меня мокрые волосы.
— Ничего, они моментально высохнут на солнце. Ты готова?
Кэролайн взяла сумку и быстро проверила, все ли выключено. Джо взял сумку у
нее из рук, выпроводил Кэролайн из комнаты и щелкнул замком. Она не
двигалась с места и выразительно смотрела на дверь — до тех пор, пока Джо с
покорным вздохом не подергал ручку, показывая, что дверь крепко заперта.
Только тогда Кэролайн удовлетворенно кивнула и направилась к грузовику.
Сегодня на ней было открытое летнее платье в горошек с пышной короткой
юбкой. Одеваясь, Кэролайн решила, что смешно запрещать ему совать руки ей
под юбку, если сегодня ночью она собирается позволить ему гораздо большее.
Так она думала у себя в комнате, но когда горячая шершавая рука скользнула
под легкую ткань ее платья и стиснула ее обнаженное бедро, Кэролайн сразу же
захлестнула горячая волна желания.
Моментально улетучились все мысли о еде. Она смотрела на сидящего рядом с
ней мужчину, чувствуя, как совершенно другой голод переполняет ее, внезапно
потемневшие глаза и прерывистое дыхание выдавали ее желание. Джо легко
провел кончиками пальцев по внутренней поверхности ее бедер и заставил себя
отдернуть руку.
— Все-таки сначала я покормлю тебя, — пробормотал он...
Глава 7
В тот вечер они могли есть опилки и Кэролайн не обратила бы на это никакого
внимания. В ресторане было прохладно и полутемно, а сухое вино приятно
бодрило кровь. Джо сидел напротив нее, огромный и сильный, опасный огонек
поблескивал в его серо-голубых глазах. Он тоже думал о предстоящей ночи, и
эти мысли были ясно написаны на его лице. Его взгляд то и дело задерживался
на груди Кэролайн, а в глубоком низком голосе явно чувствовалось желание.
Они явно засиделись за столиком. Ожидание выматывало нервы, одежда тяготила
ее, Кэролайн уже чувствовала болезненный зуд в груди...
— Чего мы ждем? — не выдержала она.
— Я хочу, чтобы ты отдохнула и успокоилась, — тихо проговорил он, — чтобы
совсем стемнело и ты почувствовала себя более уверенно.
— Мне все равно. — Она встала. — Я полностью полагаюсь на тебя.
Джо тоже поднялся и встал рядом с ней, лицо его потемнело от обуревавшего
его вожделения.
Не говоря ни слова, он оплатил счет, и они вышли на улицу. Удушливая жара
стояла в воздухе, солнце огромным красным диском клонилось к горизонту,
заливая мир прощальным багровым сиянием.
Тревожные отсветы заката плясали на резких скульптурных чертах Маккензи,
сейчас он был больше всего похож на своих древних суровых предков, и его ярко-
красная футболка и широкие хлопчатобумажные брюки стального цвета не снижали
этого впечатления. Джо Маккензи был рожден для другой одежды и другой эпохи,
он бы великолепно смотрелся в кожаных штанах и мокасинах, обнаженный по
пояс, с длинными густыми волосами, ниспадающими на широкие сильные плечи.
Кэролайн вспомнила о том, какой ужас охватил ее сегодня утром при одной
мысли о том, что этот человек может погибнуть...
Они подъехали к небольшому отелю, в молчании поднялись на лифте на верхний,
четвертый этаж. Посыльный нес за ними две небольшие дорожные сумки.
Вошли в снятый Джо двухкомнатный номер. Посыльный внес вещи в спальню,
деловито поднял шторы, впустив в комнату яростно пламенеющее закатное
сияние, и на этом наконец закончил исполнение своих профессиональных
обязанностей. Джо вложил ему в руку пятидолларовый билет — дверь за
посыльным закрылась.
Кэролайн стояла неподвижно, стараясь не смотреть на огромную двуспальную
кровать, она слышала, как Джо запер дверь и набросил для верности цепочку,
но не смогла даже пошевелиться. Он вошел в спальню, неторопливо опустил
шторы, комната погрузилась во мрак и только через открытую дверь в другую
комнату проливался слабый вечерний свет. Казалось, сам воздух в спальне был
пронизан напряжением. Джо открыл свою черную кожаную сумку и выложил на
тумбочку упаковку презервативов. — Что это? — хрипло спросила Кэролайн, не
узнавая своего голоса. Впрочем, ответа ей не требовалось. И так ясно.
Джо подошел сзади и принялся деловито расстегивать ее платье.
Внезапно Кэролайн испуганно задрожала — ведь под платьем у нее были только
узкие полупрозрачные трусики. Никакого лифчика, никакой нижней юбки. Платье
упало к ее ногам. Кэролайн оказалась почти обнаженной.
Джо подхватил ее на руки, туфли соскользнули с ног Кэролайн и упали на пол.
Опершись коленом о край постели, он осторожно снял с нее трусики.
Только теперь она почувствовала, насколько необходим, оказывается, был ей
этот маленький клочок ткани, такой беззащитной и беспомощной она оказалась,
лишившись его... Издав нечленораздельный протестующий крик, Кэролайн
попыталась сесть — ведь это несправедливо, почему она должна быть совершенно
голой, когда Джо все еще одет, — но он легко повалил ее на спину, яростный
огонь в его глазах заставил ее прекратить сопротивление.
Джо помедлил, удовлетворенно разглядывая распростертое перед ним обнаженное
женское тело. Он добился своего, он уложил ее в свою постель, и теперь вся
она в его власти. Он уже видел, как возбуждение охватывает ее тело, он
заметил и потемневшие твердые бутоны сосков и слабый трепет стройных бедер,
судорожно сжатых в стыдливом желании спрятать приютившуюся между ними
восхитительно чувственную сокровенную плоть. Светлые завитки покрывали
нежный холмик. Джо припомнил свои сомнения по поводу цвета волос Кэролайн, и
легкая улыбка тронула уголки его рта. Да, она блондинка, если, конечно,
верить собственным глазам. Однако эти светлые завитки слишком
соблазнительны, чтобы довольствоваться лишь их созерцанием!
Кэролайн почувствовала, как сильная рука коснулась ее груди, мягко сжала ее,
смяла, жесткие пальцы закружились вокруг соска, заставив его затвердеть.
Дыхание ее сразу же участилось. С той же мягкой настойчивостью другая рука
Джо коснулась ее живота, скользнула между стиснутых бедер и достигла
шелковистого лона. Мерцающий огонь вспыхнул в глазах Кэролайн, она судорожно
приподняла бедра. Длинные пальцы Джо были восхитительно грубы, когда
дотрагивались до сосков, но лишь теперь она сполна ощутила их шероховатую
твердость, когда они достигли плоти столь чувствительной, что малейшее
прикосновение к ней заставляло трепетать все ее тело.
Ощущение было невыносимо сладостным. Кэролайн вырвалась из рук Джо и, тяжело
дыша, вскочила на колени, грудь ее возбужденно вздымалась. Джо поднялся с
постели и начал неспеша расстегивать рубашку.
Когда он сбросил ее, глазам Кэролайн предстал могучий бронзовый торс. Мягкие
темные завитки образовывали широкий ромб на груди Джо и шелковистой дорожкой
сбегали вниз, к животу. Два маленьких соска темнели на его атлетической
груди. Джо снял ботинки, расстегнул ремень на брюках и рванул вниз молнию.
Одним ловким движением он снял их вместе с белоснежными трусами. При этом он
ни на секунду не отвел глаз от обнаженного стройного тела, распростертого
перед ним на постели. Но вот он выпрямился, полностью обнаженный, как и
Кэролайн.
Откровенная мощь его мускулистого тела была почти пугающей. Если бы он
только захотел, подумала она, он смял бы меня без малейшего усилия...
Железные бугры мускулов вздымались на широкой груди Джо, окаймляли плоский
живот, прочерчивали узкие крепкие бедра. Кэролайн взглянула на его мужское
естество внушительных размеров и почувствовала, как кровь горячо забурлила в
венах. Но именно сейчас она впервые усомнилась в том, что у них что-то
получится. Слабый испуганный стон вырвался из ее груди.
— Т-сс, тише, детка, — успокоил ее Джо. — Не надо волноваться.
Тяжелые руки опустились ей на плечи, Кэролайн вновь оказалась лежащей на
спине, а Джо уже возлежал рядом с ней, крепко прижимая к себе, опаляя жаром
своего сильного бронзового тела. Его нагота ошеломляла Кэролайн, силу его
желания больше не сковывала никакая одежда. Он продолжал успокаивать ее
горячим тихим шепотом, в котором слова были не важны, а руки его ласкали ее
тело, медленно разжигая в нем ответный огонь.
Кэролайн бессильно прижималась. к телу Джо, совершенно растерянная внезапным
поворотом событий. До сего момента ей казалось, что с помощью Джо она уже
прочно освоилась в империи чувств, но, оказывается, все это время она только
беспомощно топталась на пороге... Если бы не разливающееся по телу
блаж
...Закладка в соц.сетях
