Жанр: Любовные романы
Миссия Маккензи
...и
выключатели в своем номере, как заперла и дважды проверила замок.
Удивительно осторожная женщина! Обняв Кэролайн за талию, он проводил ее к
своему грузовику.
— Тебе не о чем беспокоиться, — заверил он. — Я не собираюсь есть тебя. —
Прошли три секунды, прежде чем он тихо шепнул: — Пока.
И тут же заметил, как Кэролайн рванулась в сторону. Эта пикантная смесь
неопытности и эротизма сводила его с ума. Когда он поцеловал ее, и она
ответила — горячо и порывисто, Джо едва не поддался желанию заняться любовью
по полной программе, но в то же время он ясно чувствовал, что Кэролайн еще
готова в любой момент отступить. Больше всего она напоминала ему молодую
строптивую кобылицу, к которой впервые подвели жеребца: она нервничает,
готова лягаться и кусаться, но ее запах ясно говорит жеребцу, что она уже
более чем готова покориться, и он звереет, пытаясь скорее добиться победы.
Что ж, Джо Маккензи усмирил немало кобылиц. Уж кто-кто, а он знает, как это
делается.
Он подсадил Кэролайн в грузовичок, прежде чем она успела опомниться, обошел
машину кругом и сел на свое место.
Целый день он думал о предложении, которое она сделала ему утром, уж слишком
откровенно и прямолинейно оно прозвучало. Кэролайн не имела никакого понятия
о кокетстве, она просто выложила карты на стол. Она совершенно не похожа на
других женщин! Джо захотелось обнять ее, прижать к себе и объяснить, что она
должна научиться лучше защищать себя, если не хочет попасть в беду. Она
совершенно беспомощна и беззащитна, но даже не понимает этого. Что на уме,
то и на языке, никаких уверток и отговорок! Никогда раньше ни одна женщина
не признавалась ему столь откровенно в своем незнании мужчин и неопытности в
сексе.
Он испытывал возбуждение весь день, мысленно проклиная неудобства военной
формы. Сейчас он был в джинсах, но они казались еще более тесными. Джо
попытался изменить позу, вытянуть свои длинные ноги, чтобы почувствовать
себя посвободнее. Черт возьми, ему нужно совсем другое — или совсем сбросить
джинсы или вытащить наружу свой инструмент...
— Куда мы пойдем сегодня? — спросила Кэролайн, убирая с лица растрепавшиеся
от ветра волосы.
— Любишь мексиканскую кухню?
Ее глаза оживились.
— Такосы, — стала перечислять она, — энчиладас, сопапилас.
Маккензи рассмеялся.
— Ты их получишь.
Глядя, как она снова отводит с лица непослушную прядь волос, он предложил:
— Закроем окно и включим кондиционер?
— Нет, мне так больше нравится. — Она помолчала и добавила: — А зато у моего
корвета
откидной верх!
Снова переключившись на дорогу, Джо продолжал улыбаться. Ее следовало бы
назвать Мисс Парадокс, она вся была соткана из противоречий!
Он привез Кэролайн в свой любимый мексиканский ресторанчик, и вкуснейшие
такосы и ледяная
Маргарита
заставили ее забыть обо всех своих волнениях и
страхах. Во время ужина Джо пил исключительно воду, это показалось Кэролайн
забавным.
— А я думала, пилоты на отдыхе не прочь хорошенько заложить за воротник!
— Большинство из нас действительно нуждаются в алкоголе, — лениво протянул
Джо.
— Но не ты?
— Никогда. Есть очень четкая граница, после которой ты не должен пить, если
хочешь лететь на следующий день. Но я смотрю на это еще серьезнее; мне нужен
абсолютный контроль над собой и над машиной. — Он приподнял свой стакан с
водой, — и не только поэтому. Я метис. Я не пью. Никогда.
Кэролайн коротко кивнула, признавая мудрость его слов.
— Но если это так опасно, почему же пилоты все-таки пьют?
— Чтобы расслабиться. Когда долго находишься в таком напряжении, с бурлящим
в венах адреналином, то очень тяжело спуститься с небес на землю. Наши жизни
все время на грани смертельной опасности, даже во время обычных полетов.
Черт возьми, что я говорю — не бывает никаких
обычных
полетов!
Кэролайн открыла было рот, приготовившись спросить кое-что о
Крошке
, но
вовремя вспомнила, где они находятся, и решила отложить все вопросы до более
подходящего момента.
После обеда она спросила:
— Что теперь? — и тут же пожалела о своем вопросе. Еще она пожалела, что
пила эту
Маргариту
, теперь-то она хорошо поняла слова Маккензи о
необходимости абсолютного контроля над собой.
— А теперь, дорогая, мы немножко поиграем.
Когда он сказал
поиграем
, он имел в виду именно то, что сказал. Через
десять минут они были на площадке для мини-гольфа.
Кэролайн неуверенно взвесила на руке клюшку.
— Я никогда не играла в гольф...
— Похоже, мне придется научить тебя массе вещей, — многозначительно ответил
Джо, но голос его снова был чересчур уж спокойным.
Кэролайн нахмурилась и подняла клюшку, как крикетную биту.
— А может, и не придется!
Он вдруг поцеловал ее — так быстро, что Кэролайн не успела даже опомниться,
не успела заметить, как он выхватил клюшку из ее рук, она увидела только
неясное стремительное движение.
— Первое правило, — объявил Маккензи, обнимая Кэролайн и поворачивая ее
спиной к себе. Правильно поставив ее руки на ручку клюшки, Джо показал ей,
как нужно замахиваться и бить по мячу, стараясь тщательно рассчитать силу
удара. — В мини-гольфе требуется не сила, а верный глаз и координация.
Джо ловко положил мяч в первую лунку.
— Подумаешь! Ты же умел это и раньше! — фыркнула Кэролайн.
— Как и многое другое, заметь. Внимание, правило-второе — каждая твоя
оплошность автоматически дает мне право на пенальти.
— Отлично. Дополнительные удары означают, что игра продлится дольше.
Кэролайн собиралась бросить ему мяч, но вместо этого расхохоталась и
добавила Джо дополнительный удар. Правила есть правила.
К большому удивлению Кэролайн, оказалось, что у нее есть и необходимый
глазомер, и нужная сила, и точность удара. Она оказалась серьезным
соперником, хотя играла впервые. Маккензи же был слишком агрессивен, чтобы
позволить ей выиграть хотя бы первую игру, он твердо решил победить,
используя все свои преимущества. Кэролайн тоже сосредоточилась на игре,
поэтому оба действовали в полном молчании.
Он вынужден был признать, что они закончили вничью.
— Давай сыграем еще раз, — предложила Кэролайн. — Победит тот, кто выиграет
две из трех.
— Идет.
Пришлось сыграть еще пять игр, потому что две закончились вничью. Маккензи
выиграл первую партию, Кэролайн вторую, следующие две прошли вничью, и
наконец Джо закончил пятую игру с перевесом в одно очко.
Нахмурившись, она отложила клюшку, и Джо вспомнил ее лицо вчерашним вечером,
когда автомат глотал ее четвертаки. Тогда ему показалось, что она готова вот-
вот расколотить однорукого бандита, но тут он наконец сдался и расплатился
сполна... Вне всяких сомнений, Кэролайн не любит проигрывать. Маккензи
прекрасно понимал ее — он и сам не любил.
На обратном пути к базе Джо неожиданно сбросил скорость, свернул с дороги и
без остановки проехал полкилометра по пустыне. Остановившись, он выключил
фары и мотор, ночная тишина влилась в кабину через открытые окна.
— Ты готова еще к одному уроку?
Кэролайн растерялась.
— Смотря к какому?..
— К парковке.
— Спасибо, но когда я получала права, я прекрасно сдала этот экзамен.
Он усмехнулся в ответ на ее раздражение, он прекрасно понимал, что под ним
Кэролайн прячет свое волнение.
— Вот правила нашей новой игры. Правило первое — я не собираюсь овладевать
тобой прямо здесь. Это должно произойти в постели, а не на переднем сиденье
грузовика. Правило второе: мы почти не трогаем одежду, потому что в
противном случае твой первый раз все же произойдет на сиденье грузовика.
Она откашлялась.
— Звучит успокаивающе.
— Именно так. Это и есть цель нашей парковки и игры.
Джо засмеялся, оставил руль и привлек Кэролайн к себе на колени. Еще одно
движение — и вот уже он полулежал, прислонившись спиной к двери и вытянув
ноги на сиденье, а Кэролайн оказалась тесно прижатой к спинке сиденья. Она
лежала с запрокинутым кверху лицом и Маккензи нежно поцеловал ее. Губы Джо
были горячи и требовательны, они заставили Кэролайн напрочь забыть о
времени... Наслаждение наполнило ее тело, руки сами собой взметнулись и
обвились вокруг его шеи.
Маккензи накрыл ладонью ее грудь, и Кэролайн испуганно рванулась. Он крепко
сжал ее в объятиях, подавляя этот инстинктивный протест, — и Кэролайн
осталось только жалобно пискнуть и покориться. Но вот прошел первый шок, и
она начала всхлипывать от наслаждения, соски ее затвердели и набухли под
легкой блузкой.
— Тебе так нравится? — прошептал Джо. — Или ты хочешь, чтобы я остановился?
Ей нравилось это, возможно, даже слишком нравилось, и она совсем не хотела,
чтобы он остановился. Она почувствовала, как расплавленный огонь растекся по
ее телу и достиг бедер. Сильные пальцы Джо медленно мяли ее грудь, стараясь
не причинить боли, вот они достигли твердого соска и стиснули его через
ткань блузки. Кэролайн застонала от сладкой боли и страстно изогнулась.
— Кэролайн, — шепнул он, — ты хочешь, чтобы я остановился?
— Не останавливайся! — хрипло выдохнула она. — Пожалуйста, не
останавливайся!
Джо успокаивающе поцеловал ее.
— Не буду. Я собираюсь расстегнуть твою блузку и запустить под нее руку. Ты
не против?
Как только он прошептал это, Кэролайн уже знала, что хочет почувствовать его
руку на своей обнаженной груди, что она больше не в силах выносить того
барьера, который возвела между ними эта дурацкая блузка.
— Хорошо, — прошептала она, а рука уже расстегивала пуговицы его рубашки,
стараясь не отстать от его рук.
Кэролайн хотела погладить его обнаженное тело — точно так же, как он жаждал дотронуться до ее плоти.
Длинные пальцы Джо скользнули под расстегнутую блузку и легко обвили края
лифчика, остановившись на застежке спереди.
— Как удобно устроено, — пробормотал Джо, ловко расстегивая застежку.
Лифчик раскрылся, и внезапно Кэролайн почувствовала себя совершенно
беззащитной. Но тут он дотронулся до ее груди, и тело ее взбунтовалось. Рука
Джо была груба и горяча, шероховатая поверхность его ладони слегка царапала
ее возбужденные соски. Кэролайн услышала свой громкий стон и уткнулась лицом
в плечо мужчины.
Маккензи повернулся на бок, уложив Кэролайн спиной на сиденье. Она
чувствовала себя тряпичной куклой, которую он может вертеть, как пожелает...
Он еще шире распахнул ее блузку, и яркий свет звезд в ветровом стекле залил
ее обнаженную грудь. В кино она много раз видела, как мужчины делают но с
женщинами, и все же была абсолютно не готова к тому, что Джо сделает это с
ней. Он нагнулся и коснулся губами ее соска, обрисовал его круговыми
движениями языка.
Кэролайн дико изогнулась под ним, совершенно зайдясь от неслыханного и
необыкновенного наслаждения, захлестнувшего ее. Она поняла вдруг, что
оказалась распростертой под его железным телом.
Сердце ее заколотилось часто-часто. Она едва могла дышать, крепко прижимаясь
к Джо, наслаждаясь тяжестью его горячего мускулистого тела. К пугающей
новизне этого положения примешивалось более простое, более глубокое ощущение
того, что так все и должно быть. Движением бедер Джо раздвинул ее ноги и
устроился между ними.
— Вот так. Вот так мы будем лежать с тобой в постели, только снимем сначала
эти дурацкие тряпки, — прошептал он, спускаясь ниже и нежно покусывая ее
груди. Когда он поднял голову, соски Кэролайн были твердыми и влажными,
болезненно чувствительными к обдувающему их ночному ветерку.
Голос Джо был тих, как шелест ночного ветра.
— Я буду вот так же двигаться, как сейчас, пока нам обоим не станет
необыкновенно хорошо...
Ей хотелось говорить, хотелось умолять Джо сделать что-нибудь для облегчения
невыносимого напряжения, сотрясающего ее, но все, что она могла — это
судорожно хватать воздух и еще глубже цепляться ногтями за плечи Джо, чтобы
выразить этим примитивным жестом желание. И все же глубокий дикий молящий
стон исторгся из груди Кэролайн, она широко развела бедра и приподняла их,
чтобы еще крепче сжать бедра Джо. Ударившись коленкой о руль, она на какое-
то мгновение почувствовала даже облегчение, слабая боль несколько отвлекла
ее. Но этого было совершенно недостаточно. Она извивалась под телом Джо,
разгоряченная жарой и желанием.
Задержав дыхание, Джо любовался ею, вся она сейчас была дикая красота,
страсть и желание, с лицом, залитым голубым звездным сиянием. Тело ее было
горячим и напряженным, ожидающим немедленного удовлетворения того неистового
желания, которого она никогда не знала до этого, но жаждала все больше и
больше.
Он хотел расстегнуть ее брюки, грубо сорвать их, потом снять свои джинсы, он
хотел увидеть ее обнаженной, распростертой под ним на постели, содрогающейся
от силы его ритмичных толчков... Кровь предков бежала в его жилах, кровь
краснокожих воинов, простых, всесильных в своей простоте. Он представлял,
как берет Кэролайн под горячим солнцем, оно палит их обнаженные тела, а под
ними нет ничего — только голая раскаленная земля. Она прижимается к нему,
женщина воина, такая же страстная и жаждущая наслаждения, как и он сам. Джо
знал, что она необузданна и страстна, он знал это с той самой минуты, когда
впервые увидел ее...
Он вовсе не собирался заходить так далеко, но Кэролайн была чистым пламенем
в; его руках, ее ответные реакции были стремительны и неистовы. Джо
чувствовал, что еще немного — и его напряжение потребует немедленного
выхода, и он знал, что это произойдет совсем скоро...
Пришлось включить самоконтроль.
— Мы должны остановиться, — прошептал он хрипло, стараясь, чтобы голос его
прозвучал ровно. Черт, и это оказалось не так-то просто! — Если мы этого не
сделаем, ты расстанешься с невинностью прямо сейчас.
— Да! — выдохнула Кэролайн, снова прижимаясь к нему. Ей было уже все равно,
пусть ее первое соитие с мужчиной произойдет в грузовике! Ее тело сгорало в
огне желания, она хотела только одного — чтобы Джо немедленно взял ее, пусть
грубо и неистово. Главное — остановить это мучительное томление плоти!
Джо перехватил ее руки и твердо отвел их в сторону.
— Нет. Не здесь и не сейчас.
Кэролайн молча уставилась на него, в глазах ее застыло недоумение и
разочарование, но тут же оно сменилось яростным гневом. Рванувшись, она
высвободила руки и ноги и отодвинулась подальше от него.
— Но раз так, то как ты посмел зайти так далеко?! — зло выкрикнула она, —
Ты... да ты... просто дразнил меня!
Проклятье, неужели она думает, что ему было легко остановиться?! Это уж
слишком!
— Нет! Просто я тоже слишком увлекся! — огрызнулся он.
— Ну да, как же я могла не заметить! — усмехнулась Кэролайн. — Ведь ты даже
стал дышать чуть чаще, чем обычно!
В ярости он схватил ее руку и крепко прижал к своему паху.
— Возможно, для тебя и это выглядит неубедительно, но знай, ты подошла
слишком близко к тому, чтобы узнать, как я увлекся.
Кэролайн поспешно отдернула руку, ощущение тяжелого твердого ствола под ее
пальцами было невыносимо волнующе... Но сейчас она была слишком рассержена,
чтобы отвлекаться.
— Я ведь не говорила
нет
, не правда ли? — сердито продолжала она. — Что
плохого в том, если это произойдет здесь и сейчас?!
Джо стиснул зубы, яростно борясь с раздражением и немедленно вспыхнувшим
желанием. Черт возьми, он сделал большую ошибку, позволив ей положить туда
руку.
— Здесь не постель, и сейчас не время! Когда я овладею тобой, то сделаю это
по-другому, я хочу делать это долго...
Скрестив на груди руки, Кэролайн мрачно смотрела в окно. Джо тоже замолчал,
ему удалось наконец справиться с голосом и восстановить свое ледяное
спокойствие.
Черт возьми, как быстро ей удалось заставить его потерять голову, он не
помнил, чтобы с ним случалось подобное с тех пор, как он расстался с
юностью. Джо был взбешен — чего-чего, а такого он не мог себе позволить.
Кэролайн удалось каким-то образом сломать все барьеры, и его инстинкты чуть
ли не вышли из-под контроля. И что самое поразительное, она сделала это
совершенно бессознательно, не ставя себе такой цели.
Джо Маккензи всегда в отношениях с женщинами устанавливал такую степень
близости, которая ему требовалась. Он всегда первый прекращал любые связи.
Когда он впервые увидел Кэролайн, думал, что с ней будет точно так же...
— Я живу в казарме для старших офицеров, — очень спокойно сообщил он после
долгого молчания. — Я не могу привести тебя туда. Мы не можем запереться у
тебя в номере. Завтра пятница, и я свободен на весь уик-энд. Мы поедем в Лас-
Вегас и снимем номер в гостинице...
Как он уверен в том, что я все еще безумно хочу его, раздраженно подумала
Кэролайн. И тут же почувствовала неприязнь к себе за то, что действительно
безумно хотела Джо Маккензи... Этот человек во всем хочет навязать ей свои
правила игры!
— Как скажешь, — процедила она сквозь зубы.
Обратный путь прошел в гробовом молчании, похоже было, что в машине ехали
два заклятых врага, а не два человека, желавших доставить друг другу
удовольствие. Когда грузовик притормозил возле номера Кэролайн, она
вскочила, открыла дверь и приготовилась ринуться прочь.
Он заглушил мотор, схватил ее за руку и резко развернул лицом к себе.
— Мой прощальный поцелуй, — напомнил он, грубо прижимая к себе Кэролайн.
Если кто-нибудь и видел их, он ни за что бы не подумал, что это дружеский
поцелуй или просто хорошо разыгранный спектакль. Сильные руки заставили
Кэролайн прижаться к нему всем телом, голова ее запрокинулась назад. Горячие
настойчивые губы Джо быстро заставили ее признать свое поражение. Несколько
секунд она честно пыталась оттолкнуть его — и вдруг беспомощно уступила, еще
крепче прижалась к Маккензи, принимая его агрессивность и приветствуя ее
ответной страстью.
Джо резко отпустил ее и отступил, глаза его блеснули.
— Завтра тебе не понадобится ночная сорочка, — процедил он.
Кэролайн молча смотрела, как он подошел к грузовичку и сел за руль.
— Я и не собиралась ее брать, — бросила она ему вслед.
Глава 6
А на следующее утро Кэролайн не смогла найти свою личную карточку.
Она перерыла весь туалетный столик, на который обычно клала ее, посмотрела
на кухонном столе, под мебелью, в корзине с грязным бельем, куда она
побросала вчерашнюю одежду, искала даже в помойном ведре — все
безрезультатно.
Кэролайн села на кровать и попыталась вспомнить, куда она могла засунуть
карточку, ведь вчера она точно была при ней, но ничего не прояснилось. Джо
так затуманил ей голову, что она могла преспокойно съесть свой пропуск и не
заметить...
Без карточки она не сможет попасть на работу, ведь на ней был особый код,
который проверялся электронным вахтером при входе. Если кто-то пытался
проникнуть в помещение без пропуска, то немедленно включался сигнал тревоги
и появлялась охрана с оружием наготове.
Как же ее угораздило потерять карточку?! Секретность на базе была очень
строгой. В случае потери пропуска требовалось написать миллион заявлений и
объяснений в четырех экземплярах каждое, чтобы получить разрешение на
замену. Возможно, потребуется даже подпись самого командира базы, генерала
Тюэля.
Господи, но ведь она прекрасно помнит, что еще вчера пропуск точно был на
месте — ведь без него она не могла бы пройти на работу!.. Пропуск был просто
приколот скрепкой, мог ли он незаметно соскользнуть и упасть?.. Возможно.
Джо и его поцелуи совершенно вскружили ей голову, вчера она, словно
одержимая, думала о предстоящей встрече с ним.
Да, но если пропуск упал где-то в лаборатории, то, возможно, он где-то там и
лежит...
У Кэролайн голова пошла кругом. Позвонить в службу безопасности и попросить
их поискать пропуск? Но это неизбежно повлечет за собой объяснительные
рапорты, а ведь именно этого ей и хотелось избежать...
А что если позвонить Кэлу и попросить его об этой услуге? Если он ничего не
найдет, тогда придется заявить о пропаже и приготовиться к большим
неприятностям.
Кэл долго не отвечал, потребовалось несколько долгих звонков, прежде чем в
трубке раздался недовольный сонный голос:
— Да.
— Кэл, это я, Кэролайн. Прости, что разбудила тебя, но кажется, я забыла в
лаборатории свой пропуск. Ты не мог бы поискать его, прежде чем я заявлю о
пропаже?
Он непонимающе хрюкнул в трубку и пробормотал:
— Что?.. Кэролайн, это ты?
— Да, я. Ты проснулся? Ты понимаешь, о чем я говорю?
— Да... Да. Я проснулся, — он громко зевнул. — Поискать твою карточку? Черт
возьми, как тебя угораздило потерять ее?
— Мне кажется, что я выронила ее из папки.
— Мой тебе совет — вешай ее себе на шею!
Только принимая во внимание особые обстоятельства, Кэролайн пропустила мимо
ушей это грубое замечание... Возможно, Фрейд счел бы это комплексом, но
Кэролайн ненавидела носить цепи, пусть даже они называются ожерельями. Так
что на шею она карточку ни за что не повесит, она просто внесет ее в список
вещей, которые нужно проверять дважды.
— Сколько тебе потребуется, чтобы одеться? — деловито поинтересовалась
Кэролайн.
— Дай мне хоть пять минут, — Кэл снова зевнул. — А, кстати, сколько сейчас
времени?
Она взглянула на часы.
— Пять сорок пять.
Кэл тяжело вздохнул:
— Ладно. Я уже собираюсь. С сегодняшнего дня ты у меня в неоплатном долгу.
Ни для кого другого я бы ни за что не сделал бы этого.
— Спасибо! — с жаром воскликнула Кэролайн.
Ровно через пять минут они встретились возле входа. Небритый, всклокоченным
Кэл встретил Кэролайн мутным сонным взглядом.
Широко зевая, он вошел в дверь, а она осталась ждать его у входа. Не прошло
и трех минут, как Кэл появился снова, неся в руке пропуск, который и вручил
рассыпавшейся в благодарностях Кэролайн.
— Она валялась у тебя под столом, — пояснил он, сладко зевнув. — Ты из-за
пропуска поднялась в такую рань?
— Да нет, я всегда встаю в это время, — недоуменно пожала плечами Кэролайн.
Она была уверена, что все уже знают о ее привычках.
Кэл лукаво усмехнулся.
— Полковник Маккензи сильно упал в моих глазах, так и знай. Я вижу, он не
очень-то утомляет тебя по вечерам!
Кэролайн изобразила предельное удивление.
— Неужели ты мог подумать, что Маккензи может делать что-то в ущерб работе?!
Признайся, что ты пошутил!
— Разумеется. Что ж, развлекайся, как умеешь. Что же касается меня, то я
удаляюсь к себе — мыться, бриться и пить кофе, чтобы снова почувствовать
себя человеком. Сегодня у нас испытания по наводке на движущиеся объекты, мы
должны быть на высоте!
Кэролайн чмокнула его в колючую небритую щеку.
— Спасибо, Кэл. Мне пришлось бы вылезти вон из кожи, чтобы заново получить
пропуск, чего стоят одни рапорты!
Ровно в полседьмого, когда Кэролайн уже внимательно проглядывала данные
предстоящих испытаний, в коридоре раздался тихий мелодичный свист. Она
подняла голову, и через две секунды Джо Маккензи шумно вырисовался в дверном
проеме. Он был в летном комбинезоне, хотя и не при полной амуниции. Внезапно
Кэролайн почувствовала укол страха. Никогда прежде никакие полеты и
испытания не, могли заставить ее нервничать — так почему же сейчас она так
боится предстоящего полета?
Просто раньше она смотрела на все чисто теоретически, ей не за кого было
волноваться...
Профессия военного летчика требует от людей особых качеств, еще более это
справедливо в отношении летчиков-испытателей. До сих пор эта профессия
остается преимущественно мужской, хотя в последнее время и женщин стали
допускать к полетам. Психологи установили, что женщины-летчики имеют
большинство из присущих этой профессии качеств — сдержанную холодность и
трезвый расчет ситуации, но уверенности в себе им явно не хватает. А ведь
летчик-испытатель должен быть уверен в себе на все сто процентов! Только
тогда он сможет не просто сесть за штурвал и с грохотом рассекать небо на
сверхзвуковой скорости, но, самое главное, будет непоколебимо убежден в том,
что всегда справиться не только с машиной, но и со всем на свете, и живым и
невредимым вернется на аэродром.
Кэролайн смотрела в глаза Маккензи и замечала в них не только ледяную
самоуверенность, но и стремление покорить эту страшную машину, которую он
ласково называл
Крошкой
. Он ни на секунду не сомневался в том, что
заставит ее сделать все, что нужно, и мягко посадить на землю.
Непроницаемая аура окружала его — аура античных героев, полных непоколебимой
уверенности в своих силах.
Но несмотря на все свое мастерство и упрямство, он все-таки был обыкновенным
мужчиной, человеком из плоти и крови. А человек может погибнуть...
— Ты летишь сегодня? — проговорила Кэролайн, с трудом
...Закладка в соц.сетях
