Жанр: Любовные романы
Миссия Маккензи
...орвался на кухню и начал бить тарелки. Он подскочил сзади и начал бить меня
кулаками, стараясь сломать ребра. Я, конечно, проиграл. Мне же было только
шесть, хотя для своего возраста я был крупным. Он затащил меня в подвал,
раздел догола и избил в кровь.
Сердце Джо стучало сейчас так же, как в тот проклятый день почти тридцать
лет назад. Он никогда и никому не рассказывал то, в чем собирался признаться
сейчас.
— Потом он меня изнасиловал.
Джо почувствовал сзади порыв воздуха от быстрого движения. Кэролайн вскочила
на ноги. Он не обернулся.
— Оглядываясь назад, думаю, его потрясло то, что он сделал. Он больше
никогда не дотрагивался до меня, даже мимоходом. А я больше никогда не терял
над собой контроль, — отстраненно сказал он. — Может быть он, а может его
жена вызвали социальных работников. Меня забрали из того дома через две
недели. Эти две недели я провел в подвале, один, в полном молчании. Я
перестал говорить. Возможно, в другой приемной семье все бы наладилось, но я
не мог рисковать. Делал только то, что мне говорили, никогда не показывал
свой характер, никогда не выходил из себя, никогда не говорил. Однажды,
когда мне уже исполнилось восемь, вернулся отец. Он вышел из тюрьмы и
разыскал меня. Не знаю, было ли у него разрешение забрать меня, или не
нашлось никого достаточно храброго, чтобы ему отказать. Но он поднял меня и
так крепко прижал к своему сердцу, что это стало для меня самой приятной
болью в мире. Я снова оказался в безопасности.
— Ты ему рассказывал? — впервые подала голос Кэролайн.
Джо поразился резкости ее тона.
— Нет. Никогда и никому до сегодняшнего дня. Если бы ты знала моего отца, то
поняла бы почему. Он пошел бы и разорвал того парня голыми руками. Я не мог
снова потерять отца.
Джо собрал свои силы, чтобы повернуться и встать перед нею. Он готовился
увидеть в ее глазах жалость, но увидел совершенно другое. Она стояла со
сжатыми кулаками, ее лицо пылало от гнева. Если бы тот человек из его
давнего прошлого оказался сейчас здесь, Кэролайн Эванс убила бы его. Она не
являлась потомком воинов команчей, но ее дух был таким же воинственным и
жестоким. Глаза цвета морской волны метали молнии. Пораженный, он начал
смеяться.
— Прекрати! Не смей смеяться! — зарычала она. — Я убью его...
— Ты не сможешь, любимая, — успокаивал ее Джо, обнимая вырывающуюся
девушку.— Он мертв. Умер через два года после того, как меня забрали из той
семьи. После окончания Академии я решил проверить это, просто так, для
сведения. Черт, кого я дурачу? Не представляю, что бы я сделал, если бы он
оставался живым.
Джо откинул волосы с ее лица и поцеловал.
— Возможно, я был более жестоким, чем большинство детей. К счастью, он не
нанес мне серьезного физического ущерба. Только заставил научиться
контролировать свои действия. Он не смог извратить мои понятия о сексе.
Вероятно, жизнь рядом с отцом оказалась лучшей терапией, которую можно было
найти. Секс меня, конечно, беспокоил, но отец открыто отвечал на мои
вопросы, так как он смотрел на сексуальные отношения как на часть природы. У
нас коневодческое хозяйство. Ребенок на ранчо быстро узнает основы. Через
шесть месяцев после возвращения отца я был в порядке. Его любовь не
позволила мне сломаться.
— Если не считать того, что до сих пор фанатик самоконтроля, — проворчала
Кэролайн.
Он снова рассмеялся.
— Ты не можешь переложить всю вину на то, что случилось. Милая моя, я же летчик-
испытатель. Моя жизнь зависит от самоконтроля и выдержки. Так что это не
только особенность характера, но и плод усиленных тренировок...
Кэролайн уткнулась лицом в его потную грудь.
— Возможно, но я вовсе не собираюсь с этим считаться.
— Вот как? — удивился Джо. — Так ты нарочно отпихивала меня, ты хотела,
чтобы я сорвался? Что ж, леди, вы добились своего. Довольны? — Его голос был
серьезен. — Я мог сделать тебе больно, милая.
Сейчас Кэролайн была похожа на кошку, которой наконец-то дали полкило
сметаны вместо презренного маленького блюдечка.
— Это было восхитительно, — промурлыкала она. — И я вовсе не испугалась. Ты
не можешь сделать мне больно, если действительно любишь меня. Единственная
боль, которую ты можешь причинить мне, — это перестать любить меня!
Его руки обвились вокруг ее обнаженной талии еще крепче.
— Тогда ты в полной безопасности до конца своих дней.
Джо тесно прижимал ее к себе и чувствовал, как внутри у него что-то
расслабилось... Наконец он отпустил ее, наградив ободряющим шлепком по
голому заду.
— Одевайся, женщина. Солнце садится, и нам пора идти!
Глава 14
Когда с наступлением сумерек Джо и Кэролайн наконец вышли на дорогу и
увидели медленно приближающуюся к ним машину, освещающую прожекторами обе
стороны дороги, Кэролайн со сдавленным криком начала оседать на землю. Джо
железной хваткой стиснул ее руку и рванул вверх. Профессиональным взглядом
летчика-испытателя он различил то, чего она не сумела разглядеть в темноте,
— ряд сигнальных фар на крыше машины.
Буквально волоча за собой упирающуюся Кэролайн, он вышел на шоссе. Машина
остановилась. Прожектор, поколебавшись, уставился на Джо.
— Я — полковник Джо Маккензи с базы
Нэллис
, — заявил он, и в его глубоком
голосе слышался непреклонный приказ. — Вы должны как можно скорее помочь нам
вернуться на базу.
Патрульный выключил прожектор и вылез из машины.
— Мы разыскиваем вас, сэр, — почтительно ответил он. Было что-то такое в Джо
Маккензи, что с первого взгляда вызывало к нему уважение у всех — и у
военных и у штатских. — Как вы, надеюсь, не ранены? Мы нашли фургон...
— Мы были в этом фургоне, — коротко ответил Джо.
— У нас приказ коменданта оказывать всестороннюю помощь войскам в поисках
вас. С утра мы прочесываем шоссе...
Джо обнял Кэролайн и помог ей взобраться на заднее сиденье, сам же сел
впереди. Кэролайн недоуменно уставилась сквозь железную решетку на его
затылок.
— Эй! — негодующе крикнула она, — Я что, арестована?
Джо обернулся и расхохотался.
— Ну наконец-то, — радостно заявил он. — Наконец-то я придумал, как держать
тебя под контролем!
— Датчики взбесились, — рассказывал капитан Ходж. — Сначала они показали,
что Кэролайн Эванс вошла в лабораторию — и это после того, как, по их же
данным, она давно уже была там. Ну а потом и вы, полковник, вошли без
карточки. Уже через пять минут прибыла охрана, но в здании было пусто. Мы
отправились в комнату мисс Эванс и обнаружили, что она исчезла.
Поразительно, я не знаю никого, кто мог бы протиснуться в столь крошечное
окошечко...
— Просто я не такая толстая, как некоторые, — холодно заметила Кэролайн.
Ходж поперхнулся, заглянув ей в глаза.
— Я хотел предупредить вас, полковник, но обнаружил, что вы тоже исчезли,
хотя не было никаких отметок о том, что вы покинули территорию базы. Не было
отмечено и никаких попыток сбежать со стороны мисс Эванс. Однако был
зарегистрирован отъезд мистера Гилкриста — сразу же после сигнала тревоги.
— Его сообщник, скорее всего, лежал на полу фургона, вместе с нами, —
пояснил Джо.
— Но кто это был? — спросила Кэролайн. — Его лицо показалось мне знакомым...
Капитан заглянул в свою неизменную папку.
— Это некто Карл Мабри. Он состоял в команде гражданских лиц, обслуживающих
радары, так что вы вполне могли видеть его в контрольном отсеке.
— Но как Гилкрист вошел в контакт с ним? — спросил Джо. — И на кого они
работали? Вы выяснили что-нибудь?
Разговор происходил в кабинете Маккензи. Перед этим его и Кэролайн тщательно
осмотрели врачи и нашли обоих абсолютно здоровыми, за исключением царапин и
ссадин. Одежда Кэролайн была столь грязной, что добрые сестры от чистого
сердца предложили ей мешковатый, завязывающийся на спине больничный халат,
который ей чем-то приглянулся. Она и сейчас была в нем, и надо сказать, он
сидел на ней очень лихо.
— Очевидно, Гилкрист был завербован сразу же после того, как начал работать
у нас, — объяснил Ходж. — Мабри, как выяснилось, принадлежал к одной из
радикальных группировок, которые борются против государственных ассигнований
на оборону. Думаю, вам известен этот тип людей — им якобы нужны деньги на
гуманитарные программы, причем они готовы идти на все, вплоть до убийства,
чтобы добыть эти деньги. Хорош гуманизм!
— Но как же тогда он мог пройти проверку служб безопасности? — довольно
язвительно спросила Кэролайн.
Ходж поморщился.
— Я... м-м, мы сейчас как раз выясняем это. Но у него не было допуска в
лазерную лабораторию. Пока непонятно, почему не включился сигнал тревоги,
когда он прошел внутрь. Но мы это сейчас выясняем.
Кэролайн презрительно фыркнула.
— Почему? Да потому, что в этой программе допущен кардинальный просчет!
Тревога включается, когда физическое тело проникает внутрь или выходит без
карточки. Но она молчит, когда карточка
проходит
внутрь или
выходит
одна.
У Ходжа были слишком короткие волосы, чтобы их можно было рвать от досады,
поэтому он просто нервно пробежался обеими руками по армейскому ежику.
— Что?! — почти вскрикнул он.
— Но это же очевидно. Естественно, я не могла войти в здание вместе с Кэлом
в тот день, когда он якобы искал там мою карточку. Но компьютер утверждал,
что я поступила именно так. Это означает лишь одно: Кэл пронес с собой мою
карточку и датчики зарегистрировали ее. Этим он одновременно бросал тень на
все мои последующие показания и заметал следы, доказывая, что никогда не
входил в лабораторию один. Он вычислил этот просчет сразу же, как приступил
к работе. Наверное, он проверил свою догадку, просовывая карточку под дверь
на нитке или что-то в этом роде. Видимо, он подобрал мою карточку, когда я
уронила ее, и вышел из здания вместе со мною, чтобы датчики не включили
сигнал тревоги. Затем Кэл вынес карточку за территорию базы и сделал
дубликат, а на следующее утро вернул мне оригинал, чтобы не было рапорта о
потере. А в ту ночь, когда их накрыли... — Кэролайн смущенно замялась, —
когда же это было — неужели только прошлой ночью?
— Действительно, кажется, что прошло гораздо больше времени... — усмехнулся
Джо.
— В любом случае Кэл вошел в лабораторию, потом просунул дубликат моей
карточки под дверь этому типу, Мабри, и тот вошел вслед за ним. Если вы
проверите записи, то увидите — вход, выход и снова вход с интервалом в
несколько секунд. А если бы у вас была голова на плечах, капитан Ходж, вы бы
немедленно стерли код моей карточки из компьютерной памяти, вместо того,
чтобы надеяться на охрану под моими окнами!
Ходж побагровел от смущения.
— Да, мэм, — лишь пробормотал он.
— А также, раз уж вы напали на след, вы должны были запретить покидать
пределы базы всем членам лазерной группы.
— Да, мэм.
— Необходимо переписать всю программу сигнализации. Ведь это просто
оскорбительно — сложнейшую охранную систему перехитрили два преступника,
передав друг другу карточку под дверью. Как в детской игре!
— Да, мэм.
Джо прикрыл рот рукой, пытаясь скрыть смех, но его голубые глаза сияли.
Бедняга Ходж! Так ему и надо! Он все же решил вмешаться, пока Кэролайн не
разбудила в капитане комплекс неполноценности.
— Почему вы говорите о Мабри в прошедшем времени? Он мертв?
— Покончил с собой. Если Гилкристу было плевать на любую идеологию и он
пошел на все ради денег, то Мабри был твердо убежден в том, что проект
Ночное крыло
должен быть свернут. Замысел состоял в том, чтобы создать как
можно больше инцидентов во время испытаний, — тогда в финансировании проекта
будет бесповоротно отказано.
Кэролайн зевнула. Она чувствовала ужасную усталость, несмотря на то, что
проспала целый день, — слишком уж многое произошло за эти двадцать четыре
часа. Джо наблюдал за ней, откинувшись на спинку кресла и сцепив руки за
головой. Он чувствовал себя совершенно умиротворенным.
— Вы первым должны узнать одну новость, Ходж, — медленно проговорил он. — Мы
с мисс Эванс собираемся пожениться.
К его удовольствию, лицо капитана удивленно вытянулось. Он смотрел на
Кэролайн с большой опаской, как смотрят на дикого зверя, внезапно
вырвавшегося на свободу из клетки: черт его знает, что делать — то ли бежать
со всех ног, то ли застыть на месте?..
— Ну... желаю вам удачи, полковник, — выдавил Ходж из себя. — То есть я
хотел сказать — мои поздравления...
— Спасибо. Удача мне явно не помешает.
Через две недели Кэролайн кружилась в вальсе в сильных объятиях своего мужа.
Огромный бальный зал в Вашингтоне сверкал поддельными и настоящими
драгоценностями, гудел веселой болтовней и деловыми разговорами.
Резким контрастом с официальными черными, серыми и небесно-голубыми
смокингами гражданских смотрелись роскошные парадные формы военных чинов
различных родов войск.
Джо в своей форме был просто неотразим. Кэролайн заметила не одну пару
внимательных женских глаз, провожавших восхищенными взглядами ее избранника.
— Мы должны были подождать, — сказала Кэролайн своему мужу.
— С чем? — рука Джо крепче стиснула талию жены.
— Со свадебным торжеством.
— Но ради чего?
— Ради твоей семьи.
— Отец все понимает, — расхохотался Джо. — Когда он решил жениться на Мэри,
он обстряпал это дельце ровно в два дня. Мне потребовалась неделя.
— Генерал Рами казался обрадованным, — заметила Кэролайн.
— Так оно и есть. В руководстве ВВС приветствуют браки своих офицеров.
За день до этого проект
Ночное крыло
был утвержден в Конгрессе подавляющим
большинством голосов. Джо должен был доложить Конгрессу о результатах
испытаний, поэтому его присутствие в Вашингтоне было обязательным. А так как
он категорически отказался ехать без молодой жены, то, следовательно, и ее
присутствие тоже было обязательным.
Джо нежно погладил жену по спине, она подняла на него глаза и ясно прочла
желание в сияющей голубизне его глаз.
— Ты мне нравишься в белом, — шепнул он.
— Тебе повезло. У меня много белых вещей. — И сейчас ее бальное платье было
цвета чистейшего первого снега.
— Джо, — зардевшись, проговорила она.
— Что?..
Он как вкопанный остановился посреди бального зала.
— Я хотела тебе сказать, что...
Она топталась на месте, не обращая внимания на удивленные взгляды, которые бросали на них танцующие.
— Что? Ты беременна?
— Возможно, — с сияющей улыбкой протянула она. — Вообще-то во время нашего
первого уик-энда у меня был безопасный период, но какое это имеет значение?
Как будто ты хоть раз предохранялся после этого!..
Ему показалось, что он не может дышать... Возможно, она беременна! Господи,
какое счастье!
— Было бы интересно узнать, — продолжила она, — кто у тебя получаются лучше — мальчики или девочки?
Улыбка тронула уголки его резко очерченного красивого рта.
? Я счастлив, когда делаю что-то вместе с тобой.
? Ты делаешь всё очень хорошо, полковник Маккензи. Когда мы едем в Вайоминг?
Джо, уже привыкший к манере Кэролайн неожиданно менять тему разговора,
дальше повел ее в танце.
— В следующем месяце. К сожалению, у меня будет свободна только одна неделя,
но мы сможем снова вернуться туда к Рождеству.
? Хорошо. Я переговорила с руководством, и мне пообещали назначение на те
проекты, которые будут поближе к тебе. Конечно, теперь мне не придётся
работать на Военно-воздушные силы. Я могу работать в Балтиморе, пока ты в
Лэнгли. Ездить с работы в пригород не так уж плохо.
— Не плохо, — сказал он с сомнением, — но мне не по себе от мысли, что тебе
придется ежедневно бороться с сумасшедшим движением.
Она немного отодвинулась и медленно приподняла брови.
— Мне? — уточнила она после отмеренной паузы.
Джо едва не расхохотался.
— Я должен быть как можно ближе к базе, — объяснил он, подавляя смех.
— О! — Она секунду подумала, а потом согласилась. — Хорошо, так и быть. Но
ты должен будешь уделять мне больше времени, потому что я люблю спокойствие,
а борьба на дорогах этому отнюдь не способствует. Я дам тебе знать, когда
придумаю, как ты сможешь вернуть мне должок.
Все еще борясь со смехом, он придвинул Кэролайн к себе, наслаждаясь
ощущением ее гибкого тела.
— Ты понравишься Мэри, — выдохнул он.
Она действительно понравилась Мэри.
Обе женщины немедленно подружились, обнаружив друг в друге родственные души.
Кэролайн полюбила не только его семью, но и Вайоминг, и преуспевающее
коневодческое ранчо на вершине горы Маккензи. Место было замечательным, а
дом на ранчо — одним из самых счастливых мест, каких ей приходилось видеть.
Мэри Маккензи была невысокой, изящной женщиной с прозрачными серо-голубыми
глазами, светло-каштановыми волосами и самым здоровым в мире цветом лица. На
первый взгляд она казалась несколько простоватой, но к концу дня Кэролайн
разглядела небесную чистоту черт лица Мэри и решила, что ее свекровь
невероятно красива.
Несомненно Вульф Маккензи тоже считал, что его жена — красавица, так как,
что бы не происходило, в его взгляде, обращенном на жену, светились любовь и
желание.
Она никогда не видела двух мужчин, более похожих друг на друга, чем Джо и
его отец. Единственным заметным различием являлись глаза: у Вульфа они были
чернее ночи, в то время как у Джо светились голубыми алмазами. Глядя на
Вульфа, она могла легко понять, почему Джо считал, что его отец способен
убить человека, оскорбившего его сына. Вульф Маккензи всегда защищал свое.
Как и его сын, он был настоящим воином.
Ростом Мэри значительно уступала сыновьям, даже тринадцатилетнему Зейну,
самому серьезному из всех. Майкл учится в колледже, и она сможет
познакомится с ним не раньше Рождества. В свои шестнадцать Джошуа почти
догнал ростом Вульфа и Джо. Джош был настоль же открыт и беззаботен,
насколько скрытен и молчалив Зейн, смотревший настороженно и пристально. В
мальчиках просматривалась та же самая опасная энергия, какая горела в Джо и
в Вульфе.
Еще была Марис. В одиннадцать лет она оставалась слишком маленькой для
своего возраста. Изящной комплекцией и великолепным цветом лица она походила
на Мэри, но ее волосы были совсем светлыми, а глаза такими же черными, как у
Вульфа. Марис тенью следовала за отцом. Ее маленькие ручки усмиряли и
успокаивали капризных лошадей не хуже сильных рук Вульфа.
Когда Кэролайн впервые увидела Джо с лошадями, ей открылась еще одна черта
его характера. Он был бесконечно терпелив с ними и ездил верхом так, будто
родился в седле. Что почти соответствовало истине.
Она стояла у кухонного окна, наблюдая за Джо, Вульфом и Марис, которые
осматривали в загоне высокую черную кобылу — любимицу Мэри.
Свекровь подошла и встала рядом, инстинктивно чувствуя, за кем наблюдает
Кэролайн.
— Он замечательный, правда? — вздохнула Мэри. — Я полюбила его сразу как
увидела. Ему было шестнадцать. На свете мало таких мужчин как Джо. Он был
мужчиной даже тогда. Я имею в виду истинный смысл этого слова. Конечно, я
сужу пристрастно. И ты тоже, правда?
— Я дрожу от одного взгляда на него, — мечтательно призналась Кэролайн и
рассмеялась. — Только не говорите ему. Иногда он слишком полковник, и я
стараюсь не давать ему уж очень командовать.
— О, он знает это. Ты тоже заставляешь его дрожать. Джо пытается все держать
под контролем, уж я то знаю. Его отец вызывает во мне дрожь почти двадцати
лет. Как ты считаешь, это передается по наследству?
— Вероятно да. Посмотрите на Джошуа и Зейна.
— Знаю, — вздохнула Мэри. — Мне жаль всех этих девочек в школе. И всех тех
бедных девушек в колледже, у которых не будет времени привыкнуть к Майклу,
как было с девочками, с которыми он рос. Правда, это не очень помогало.
— Марис отыграется на мальчиках.
Через окно она наблюдала, как Джо легко перепрыгнул через забор и направился
к дому. Вульф взъерошил Марис волосы и последовал за сыном, оставив девочку
с лошадью.
Оба мужчины вошли в дом. Их высокие, широкоплечие фигуры сразу заполнили
кухню, сделав её слишком маленькой. Они принесли с собой запахи земли,
лошадей, сена и свежего воздуха, смешанного с мужским потом.
— У вас обеих виноватый вид, — заключил Джо. — О чем вы говорили?
— О генетике, — ответила Кэролайн.
Он характерным движением приподнял брови. Она пожала плечами.
? Ничего не могу поделать. Ближайшие восемь с половиной месяцев я буду очень
интересоваться генетикой. Хочешь поспорим кто будет: мальчик или девочка?
— Не сомневайтесь, будет мальчик, — сказала Мэри, ее совершенное лицо
осветилось радостью.
У Джо ослабели колени, и Вульф со смехом помог сыну найти стул.
? Джо, семенем Маккензи не так-то просто произвести на свет девочку. Для
того, чтобы заиметь дочерей, Маккензи должны работать изо всех сил. Именно
поэтому они так высоко их ценят.
Джон Маккензи — три килограмма шестьсот граммов — появился на свет точно в
срок. Он был копией отца: об этом говорили и густые черные волосики, и
голубые глаза, и прямые черные бровки.
Кэролайн спала, а Джо дремал в кресле возле ее кровати, прижав к груди
тихонько попискивающего сына. Проснувшись, Кэролайн протянула руку,
коснувшись сначала мужа, а потом маленькой ручонки, выглядывавшей из
пеленок.
Джо открыл глаза.
— Привет, — нежно сказал он.
— Привет, — ответила она.
Он выглядит таким домашним, с нежностью подумала она о муже. Неумытый и
растрепанный...
— Поцелуй меня.
Он жадно впился в ее губы:
— Через несколько недель я подарю тебе гораздо больше...
— М-мм. Не могу дождаться.
Сердце Кэролайн взволнованно забилось. Рассмеявшись, она взяла задремавшего
малыша у него из рук.
— Ты не должен говорить при нем такие вещи! Он еще слишком мал!
— Ничего принципиально нового он не услышал, солнышко.
Кэролайн опустила глаза на крошечное серьезное личико и почувствовала, как
сердце ее, расцветая и переполняясь нежностью, становится таким огромным,
что едва умещается в груди. Невероятно...
Это волшебное маленькое создание было чудом. Родители Кэролайн, последний
год жившие в Греции, должны были вот-вот приехать, но перелет был таким
долгим, что их ждали не раньше, чем через день. Зато отец Джо вместе с Мэри
умудрились приехать еще до рождения маленького Джона, так что они успели
неоднократно подержать на руках своего внука.
Кэролайн с нежностью провела кончиком пальца по пухлой щечке. К ее
удивлению, маленький Джон повернул головку и приоткрыл крошечный ротик.
— Это не то, что ты ищешь, сынок, — рассмеялся Джо. — Тебе нужно немного
скорректировать наводку.
Малыш недовольно закряхтел. Кэролайн распахнула халат, и сын с жадностью
ухватился за материнский сосок и довольно зачмокал.
— Типичный Маккензи, — пробормотала Кэролайн.
Глаза ее встретились с глазами Джо, и в них она прочла столько любви и
обожания, сколько не надеялась увидеть. Нет, в этом мужчине не было ничего
типичного!
Внимание! Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий. Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам. Закладка в соц.сетях
