Жанр: Любовные романы
Бумажная звезда
... дымящейся едой,
бутылки темно-красного вина без этикеток; сквозь табачный дым проглядывали
свисающие с потолка длинные батоны салями и оплетенные бутылки кьянти
вперемежку с косичками чеснока и лука; громко звучали арии из опер Пуччини и
Верди, и к тому же все кричали, не жалея голосовых связок.
Такое место не располагало к интимной беседе, на что и рассчитывала Джи Би.
Девушка надеялась, что они быстро пообедают и она отведет гостью домой
спать.
Вера была бледной, уставшей и даже испуганной, когда, подняв бокал,
провозгласила тост:
— Выпьем! Давайте выпьем за встречу трио Старфайер!
Они подняли бокалы и чокнулись. Джи Би надеялась, что Вера не заметила, как
она и Сент чокнулись только с ней, но не между собой.
Вера старалась казаться веселой, но было заметно, что действительность не
оправдала ее ожиданий, что девушка разочарована и этот ресторан оказался
последней каплей в постигшей ее в первый же день неудаче. Она нервничала, и
от этого у нее снова разыгрался аппетит, и, кроме того, незаметно для себя
Вера выпила красного вина больше, чем предполагала. Джи Би все это видела и
понимала, чего не скажешь о Сенте, который совсем не замечал того, что
творится с Верой.
Пожалуйста, Сент, — мысленно молила его Джи Би, пожалуйста, посмотри
на нее и перестань разглядывать меня
.
— Ты должна приехать на озеро Тахо, Вера, — сказал Сент. —
Джи Би может привезти тебя туда. Правда, Джи Би? — Он посмотрел на нее
умоляющим взглядом. — Ведь ты привезешь ее?
— Я буду очень занята, — ответила Джи Би, слегка
улыбнувшись. — Но Вера может приехать туда и без меня. В те места часто
ходит автобус.
Глаза Сента умоляли ее, но Джи Би не вняла этой просьбе.
На что ты
надеешься? — хотелось закричать ей. — Несмотря на Старфайер и на
то, что мы все трое снова встретились, ничего не изменилось между нами
.
Вера растерянно переводила взгляд с одного на другого.
Она начала что-то говорить, но ее слова заглушил взрыв аплодисментов и
криков, так как в это время из дверей кухни появилась тройка официантов,
несущих большой именинный торт с воткнутой в него свечой.
Счастливого вам
дня рождения!
— запели они опереточными голосами, и публика подхватила
песню.
Джи Би вздохнула.
Черт возьми, — подумала она, — почему люди не
могут любить тех, кто любит их?
Эту фразу девушка где-то слышала раньше, в
какой-то пьесе, хотя сейчас не могла вспомнить, в какой именно. Родство двух
любящих сердец. Любовь, ниспосланная свыше. Так, кажется, это называется?
Вера любит Сента. Сент любит Джи Би. А она? Кого любит она?
Я люблю маму, — сказала Джо-Бет себе твердо, — и, наверное, все
еще люблю Мелоди Рос, и не имеет значения, как они обошлись со мной. Они мои
единственные родственники, и я обязана заботиться о них
.
И еще Джи Би подумала, что это единственная любовь, которой стоит дорожить.
Глава 10
Стояла изнуряющая послеполуденная жара, и вода в заливе Сан-Франциско была
необычайно спокойной. По зеркальной глади скользили яхты со спущенными
парусами, в направлении Окленда двигалось грузовое судно, разрезавшее носом
воду, словно ножницы шелковую ленту.
Вера, скрестив ноги, сидела на траве рядом с причалом и наблюдала за
съемками коммерческого клипа с участием Джи Би. Предметом для рекламы служил
газированный безалкогольный напиток
Бриз
, предназначавшийся для веселых,
задорных и спортивных молодых людей.
Джи Би с партнером создавали этот имидж.
Место съемки окружили заградительными знаками.
Внутри размещалось кафе под открытым небом, сооруженное накануне утром, но
на вид как настоящее и давно обжитое, с маленькими белыми столиками и
стульями, уютно расставленными под полосатыми пляжными зонтиками, горшками с
цветущей геранью и торговым автоматом с эмблемой кока-колы.
Джи Би — загорелая и красивая, в короткой теннисной юбке и бело-розовым
топике, сидела за одним из столиков рядом с симпатичным молодым человеком.
Задумавшись, она машинально подбрасывала ракетку носками безупречно белых
теннисных туфель. Молодой человек, развалясь на стуле, крепко спал.
Вот так
они отдыхают между дублями, — подумала Вера. — Как это все
утомительно и скучно и как хорошо, что я взяла с собой альбом. Можно хотя бы
поработать
.
Она нарисовала кинооператора со всеми его вытатуированными на загорелых
плечах бабочками, полицейского, привалившегося к капоту патрульной машины и
сонно наблюдавшего за тем, чтобы не снесли ограждения; молодую женщину,
тщетно пытавшуюся распутать поводки трех собачонок, вертевшихся вокруг ее
ног, и Джи Би за столиком, опирающуюся подбородком на скрещенные руки и
задумчиво глядящую в никуда.
О чем она сейчас думает? Вера жила с Джи Би бок о бок почти две недели и
очень привязалась к ней. Джи Би оказалась доброй и отзывчивой, но очень
замкнутой, когда дело касалось ее личных проблем. Вера отдала бы все на
свете, чтобы узнать, о чем Джо-Бет думает, и особенно что она думает о
Сенте.
Сегодня утром он снова позвонил:
— Так что вы решили. Вера? Когда вы с Джи Би приедете сюда? Осталось
так мало времени, лето почти на исходе.
— Попытаюсь поговорить с ней еще раз.
— Постарайся уговорить ее приехать на этой неделе.
— Сделаю все от меня зависящее.
Джи Би вздрогнула и подняла голову, когда к ним подошел директор и
потребовал внимания. В руках он держал старомодный мегафон, в который
раздавал команды:
— Внимание! Всем приготовиться! Занять свои места!
Это касается и тебя. Рой. Проснись! Вы с Джи Би сидите слишком далеко друг
от друга. Поставьте стулья поближе.
Всем внимание. Где хлопушка? Приготовиться...
Мальчик поднес к камере хлопушку в черно-белую полоску.
— ..Начали!
Рой и Джи Би встали со своих мест и направились к автомату, затем обменялись
подчеркнуто разочарованными взглядами.
— Стоп! Великолепно!
Опять наступило долгое ожидание. Вера наблюдала, как увозили автомат с
эмблемой кока-колы, а на его место, поближе к операторской тележке,
устанавливали новый с бросающейся в глаза яркой торговой маркой
Бриз
.
Девушка в джинсах обрызгала его со всех сторон из пульверизатора какой-то
маслянистой жидкостью и отполировала до блеска. Началась всеобщая суета
вокруг осветительных приборов: один даже поставили на рельсы и двигали взад-
вперед, как маленький трамвай.
Вера вздохнула и легла на траву. Она чувствовала себя усталой и безразличной
ко всему. Девушка пыталась объяснить свою вялость разницей временных поясов,
но знала, что это не так, что проблема совсем в другом: она, глубоко
переживала крах своих надежд.
Как Вера мечтала о своем приезде в Сан-Франциско и первом вечере,
проведенном с Сентом!
Но в мечтах она была с ним одна в тихом, романтичном местечке, а не за
длинным столом вместе с Джи Би и кучей горластых итальянцев. У нее до сих
пор стояли в ушах их крики.
Счастливого дня рождения! — орали
все. — Счастливого дня рождения, — пели официанты. —
Счастливого дня рождения, дорогой Джулио...
И все смеялись, истошно кричали
и аплодировали беззубому сморщенному гному, которому на вид было не меньше
девяноста лет, пока он старательно задувал единственную свечу на своем
именинном торте.
Вера тоже заставила себя кричать, смеяться и аплодировать вместе со всеми и
попыталась произнести тост за воссоединение трио Старфайер, но он вышел
ужасно плоским. Девушка, измотанная долгим перелетом, чувствовала, что ее
нервы на пределе. Считалось, что Сент и Джи Би разбежались и их больше
ничего не связывает, однако на деле все обстояло иначе. Может, Джи Би и
оставила Сента, но что касалось его самого, то здесь ничего не изменилось.
Он по-прежнему без памяти любил ее.
В ту ночь Вера почти не спала. Перед глазами мелькали лица, предметы, и все
это сопровождалось нескончаемой песней о счастливом дне рождения Джулио,
такой нелепой и до смешного бесстыдной, если вспомнить самого именинника.
На следующее утро Сент, как и обещал, приехал, чтобы показать Вере город, но
было ясно, что он очень надеялся на участие Джи Би в этом мероприятии и не
скрывал своего разочарования, когда обнаружил, что та уже ушла. Однако, надо
отдать ему должное, он сделал все возможное, чтобы прогулка прошла приятно.
И все бы прошло гладко, если бы Вера не была влюблена в него и не ждала
большего, чем дружеское участие. Поездка превратилась для нее в один
нескончаемый ряд крутых холмов, высоких гор, яхт, мостов и закончилась
ленчем в Саусалито, чтобы она могла полюбоваться городом с высоты птичьего
полета.
— Все было просто великолепно, — выдавила из себя Вера дежурную
фразу.
Обед оказался изысканным: мясо, запеченное в тесте, подали на большом
овальном блюде, с выложенным по краям гарниром. Вера почувствовала внезапный
голод, ей захотелось запихнуть в себя все до последней крошки, но усилием
воли девушка сдержалась и съела только мясо и несколько кружочков помидоров.
Разговор за ленчем шел о Старфайер.
Накануне Сент снова звонил мистеру Солвею. Тому не терпелось поскорее
встретиться с Верой.
— Все складывается удачно, — заметил Сент. — Он, кажется,
искренне заинтересован.
— Это же просто замечательно, — ответила Вера, а про себя
подумала:
Будь я Старфайер, то весь день сложился бы совсем по-другому.
Окажись я притягательной, неотразимой — и все бы шло так, как я мечтала.
Старфайер могла бы силой своей воли повернуть ход событий в нужном
направлении. Ведь смогла же я выдержать собеседование и получить работу в
доме Спринг Кентфилд.
Она также выдержала натиск родителей и вопреки их желанию улетела в Нью-
Йорк. Но в данный момент у нее словно язык присох к горлу, сидевшая в ней
Старфайер потеряла свою силу.
— Ты очень добр ко мне, — промямлила Вера. — Большое тебе
спасибо.
— Послушай, из-за меня ты была уволена и депортирована, — с
усмешкой проговорил Сент. — Вот это я тебе действительно устроил.
По дороге домой он напомнил:
— Не забудь про Тахо, Вера. Скоро конец лета. Арни приступит к работе,
а я должен вернуться в Нью-Йорк.
У Веры кровь застыла в жилах.
— В Нью-Йорк? Ты... ты будешь там жить?
— Нет. Я еду по делу.
Вера почувствовала некоторое облегчение. Какая ирония судьбы: проделать
такой длинный путь, чтобы встретить Сента и сразу же с ним расстаться.
— Это как-то связано с твоей книгой? Ты что-то узнал?
— Ничего. Нет, это семейные дела. Скоро мой день рождения, мне
исполнится двадцать один год.
— Как чудесно. Ты устроишь прием?
— Нет, но... — Голос Сента оживился. — Я обедаю с отцом. Только он
и я. Отец хочет поговорить со мной, он сам позвонил. Впервые за все время.
Обычно мне звонит тетя Глория или эта ведьма мисс Геррити.
— Это же чудесно, я так рада за тебя.
— Впервые в жизни мы будем обедать вместе. Думаю, его отношение ко мне
изменилось после того, как я поступил в колледж. Если бы только я мог
сказать ему, что права на издание моей книги купили, вот это было бы дело.
— Пока еще есть время, — заметила Вера.
Когда они вернулись домой, Джи Би еще не пришла.
Сент, стараясь казаться равнодушным, пожал плечами.
— Увидимся, — сказал он, целуя Веру в щеку. — Все-таки
хорошо, что ты приехала.
— Спасибо за ленч. Я чудесно провела время.
— Я тоже. Да, Вера... пожалуйста, не забудь поговорить с Джи Би о
поездке в Тахо.
Джи Би терпеливо ждала, пока девушка в рабочем комбинезоне закончит
гримировать ее лицо. Мысли унеслись далеко, на сердце лежал тяжелый камень.
Все утро она пыталась подсчитать, сколько заплатят за эту рекламу, —
получилась неплохая сумма. Господи, как ей сейчас нужны деньги!
Из последнего разговора с Чарлиной девушка узнала новые подробности из жизни
матери, которые ее очень расстроили. Флойд бросил ее мать.
— Он связался с другой женщиной, — разъяснила Чарлина. —
Послушай, дорогая, сейчас я тебе все расскажу. Она далеко не красавица, ей
под пятьдесят, и она толстая, но твой отчим просто сходит по ней с ума —
даже бросил пить.
Тем лучше, — была первая мысль Джи Би. — Наконец-то он оставил
нас в покое. Можно считать, что нам повезло
.
— Как мама пережила это? — спросила она Чарлину.
— Очень плохо, дорогая. Она, оказывается, все еще любит его. Флойд всем
рассказывает, что дошел до предела от ее бредней о летающих тарелках.
— О Господи! Бедная мама.
— Между нами, дорогая, сдается мне, что она сидит совсем без денег.
Джи Би сразу же послала почтовый перевод на две тысячи долларов. Извещение
вернулось обратно, рукой матери там было написано:
Не посылай мне больше
ничего, я молюсь за тебя
. Однако деньги не вернулись, вероятно, почтальон
принес ей наличные.
Вскоре после этого из Нью-Йорка позвонила Мелоди Рос, что никак нельзя было
принять за простое совпадение.
— Как поживаешь, зайчонок?
Джи Би уже давно не имела от сестры никаких известий и очень обижалась. Она
пришла к выводу, что Мел все знала о Флойде.
— Спасибо, хорошо, — холодно ответила Джи Би.
— Я так и думала, Тебя все время показывают по телевидению. Похоже,
дела идут хорошо. — Тяжелый вздох. — Чего нельзя сказать обо мне.
— Мне очень жаль. Мел. Разве Анжело не заботится о тебе?
— Нашла кого вспомнить. Все это уже в прошлом.
— Странно.
Последовало молчание, затем судорожный всхлип.
— Этот сукин сын бросил меня, Джо-Бет. Теперь я работаю в клубе,
довольно скверном, недалеко от Таймс-сквер.
Джи Би легко вообразила себе, что это за клуб.
— Что мне делать? Он отобрал все, даже одежду. У меня сейчас нет ни
одного приличного платья. Я на мели. Зайчонок, я так соскучилась по тебе,
мне действительно плохо без тебя. — Дальше пошли причитания. — В
конце концов ты моя сестра, когда ты нуждалась во мне, я тебе помогла.
Приютила и все для тебя делала. Джо-Бет, тебе сейчас везет, а у меня все
плохо. Мне нужны деньги, и ты должна мне их прислать. На первых порах мне
хватит десять
кусков
... тут один парень... он кое-что одолжил мне... но
сейчас на меня давит, и я просто не знаю, что делать, Джо-Бет.
Джи Би вздохнула. Ей хотелось сказать Мелоди Рос:
Вряд ли ты получишь от меня хоть что-нибудь, даже не заикайся о деньгах
.
Но, к сожалению, у нее не хватило духу.
Как-никак Мел ее единственная сестра, другой у нее нет и не будет. Она так
же несчастна, как и мама. Обе жертвы развратных мужчин.
— Хорошо, Мел, — ответила она миролюбиво. — Я подумаю, что
смогу для тебя сделать.
— Пожалуйста, Джо-Бет, подумай. Мне очень нужны деньги.
Да, — размышляла Джи Би, — пора начинать зарабатывать хорошие
деньги
.
— Ты просто ненормальная, если отказываешься от работы в Нью-Йорке или
Лос-Анджелесе, — говорил ее агент.
Нью-Йорк? Нет, туда она никогда больше не вернется.
А вот в Лос-Анджелес она летает по крайней мере раз в неделю. Если жить там,
то можно сэкономить на билетах.
Да, пожалуй, она переберется в Лос-Анджелес и очень скоро.
Директор замахал руками и закричал:
— Всем приготовиться!
Вспыхнул свет прожекторов. Заработали камеры.
— Начали!
— Волшебный аромат, сверкая на солнце, начал спускаться прямо с неба.
Бриз
— мечта всех жаждущих.
Джи Би и Рой, изобразив на лицах восторг, кинулись к автомату. Рой нажал на
рычаг, но тот не сработал.
— Черт! — выругался Рой. — Эта проклятая машина не работает.
— Стоп! — последовала команда.
Как только выключили все камеры, из автомата посыпался на землю каскад
сверкающих на солнце банок с маркой
Бриз
.
— Ну вот, — пробурчал директор. — А ты говоришь, не работает.
После съемок Джо-Бет и Вера сидели на траве, пили
Бриз
и наблюдали, как
разбирают
кафе
и складывают в грузовик.
Вера взмахнула банкой с остатками
Бриза
.
— Неужели тебе нравится эта дрянь? — спросила она. — На мой
вкус нет ничего отвратительнее.
Джи Би пожала плечами:
— Я просто способствую ее продаже. Мне вовсе не обязательно это пить.
Тебе не было скучно? Съемки тебе понравились?
— Пожалуй.
Джи Би рассмеялась:
— Я видела, как ты рисовала.
Вера протянула ей альбом. Джи Би полистала его и пришла в восторг:
— Боже, какая ты талантливая! Когда ты встречаешься с нужными людьми?
— В четверг на следующей неделе.
— Уже нервничаешь?
— Немного.
— Чего они хотят от тебя? Что ты будешь им говорить?
Они уже видели рисунки?
— Буду рассказывать им разные истории.. Они хотят убедиться, что их хватит хотя бы на полгода.
— А ты сможешь?
— Пока да. Когда кончатся мои истории, я буду действовать так, как того
захочет Старфайер.
Джи Би с удивлением посмотрела на Веру:
— Как так?
.Вера принялась терпеливо объяснять:
— Если наши мнения будут расходиться, то мне придется подчиниться ее
воле.
— Но, Вера... — Джи Би нахмурилась. — Ведь Старфайер просто
персонаж и не существует в реальной жизни. Ведь так?
— Она достаточно реальна.
Глаза Джи Би загорелись от любопытства.
— Тогда расскажи мне о ней.
— Старфайер красива и обладает особой энергией, — медленно начала
Вера.
Джи Би нетерпеливо кивнула. Это она уже знала.
— Но она какая-то... — Вера замолчала, подыскивая нужное слово, —
я бы сказала — неуверенная. Старфайер еще не привыкла к своему телу, у нее
его никогда не было. В своем мире она была сгустком энергии и света, летала
по Вселенной и делала что хотела. Сейчас Старфайер чувствует себя, как в
ловушке.
— Разве ей не хочется быть человеком?
— Иногда. Лучше сказать, довольно часто.
— А люди догадываются, что Старфайер инопланетянка?
— Нет, пока она сама этого не захочет. Они находят ее очаровательной,
хотя временами чувствуют, что в ней есть нечто странное, что-то, чего они не
могут понять.
— Старфайер может влюбиться? — полюбопытствовала Джи Би.
— В землянина? Пока не знаю. Любые эмоции приводят ее в замешательство,
она еще не научилась ими управлять. Старфайер не понимает, что люди
чувствуют и думают Да и как ей понять? Она выглядит как человек, но на самом
деле им не является.
— Да, да, — понимающе подтвердила Джи Би.
— Ну и конечно, Старфайер очень одинока. Ее дом далеко, за несколько
световых лет от Земли, и она не может вернуться туда, пока не выполнит свою
миссию здесь.
— А что случится, если ее постигнет неудача?
— Этого не может быть. Если такое случится, все погибнет.
Джи Би вдруг обнаружила, что слушает Веру затаив дыхание. Она напомнила
себе, что Старфайер — всего лишь вымышленный персонаж.
— Как я ее понимаю, бедняжку, — неожиданно для себя выпалила Джи
Би. — Мне ее очень жаль.
— Она не любит, чтобы ее жалели, — резко ответила Вера.
— Похоже, вы хорошо знакомы.
— Я обязана ее знать. По крайней мере... — В голосе Веры чувствовалась
неуверенность, — Мне кажется, что я ее знаю.
Вера вылила остатки
Бриза
на землю. Девушки наблюдали, как коричневая
жидкость, пузырясь, исчезает в траве.
— Хорошо, что покупатели не видят, как ты поступаешь с этим
напитком, — заметила Джи Би.
Приятельницы помолчали.
— Да, — вспомнила Вера, — сегодня утром опять звонил Сент.
Хочет, чтобы мы приехали к нему.
Джи Би молча смотрела на землю, туда, куда Вера вылила
Бриз
.
— И что ты ответила? — спросила она.
— Сказала, что спрошу тебя.
— Я не изменила своего решения, — ответила Джи Би, тяжело
вздохнув. — Я никуда не поеду, но это не причина, чтобы не поехать
тебе. Думаю, тебе там понравится. Поезжай, я говорю вполне серьезно.
— Не вижу смысла ехать одной, — ответила Вера. — Он хочет
видеть тебя, не меня.
Медленно и с какой-то жестокостью Джи Би смяла пустую банку.
— Лучше ему этого не хотеть, — прошептала девушка. — Ты не
представляешь, как мне было больно, когда я узнала, что Сент скрыл от меня
правду. Я думала, он отличается от других парней, но оказалось, что Слоун
такой же, как и все.
Все они одинаковы. Им непременно хочется завладеть тобой, залезть в душу. А
когда они получают свое, ты им больше не нужна.
— Сент не такой.
— Чем же он отличается от других? Он ведь мужчина, не так ли?
Как обычно, в одиннадцать Арни постучался к приятелю, но увидев, что тот
занят, тихо прошептал:
— Есть тут желающие поиграть в теннис?
И, помахав ручкой, вышел.
Сент поработал еще с полчаса, затем, вздохнув, надел теннисные туфли, взял
ракетку и пошел в гимнастический зал искать Арни.
Его там не было. Верной и телемастер склонились над телевизором, по экрану
которого пробегали горизонтальные полосы.
— Сломался, — сказал Верной, увидев Сента. — Арни сказал, что
пойдет погуляет, пока вы не освободитесь.
— Прекрасно.
Сент направился к выходу, довольный, что Арни наконец-то один ушел на
прогулку и еще тем, что телевизор сломался. Оставалось только надеяться, что
его не сумеют починить.
Арни каждый вечер пялился на экран, где то и дело мелькало лицо Джи Би. То
она рекламировала молоко для крепкого здоровья, то лосьон для нежной детской
кожи, то какое-то потрясающее шведское средство для сухих и ломких волос.
Она так и не захотела приехать в Тахо.
Мне очень жаль, Сент, — сказала
ему Вера по телефону. — Я пыталась, но все бесполезно
.
Сент вышел из дома и остановился, чтобы полюбоваться озером, зеркальная
поверхность которого, отливающая синевой, виднелась между деревьями. Начали
желтеть листья осин, воздух был прозрачным и бодрящим. Стояла тишина. Мир
был прекрасен.
Неужели Джи Би так и не простила меня? — подумал Сент. — И
простит ли когда-нибудь?
Он крепко зажмурился и силой воображения вызвал образ Джи Би, такой
явственный, что Сент почувствовал — стоит ему сейчас открыть глаза, и он
наяву увидит ее, идущую ему навстречу. Сент так сильно желал этого, что у
него закружилась голова.
Преисполненный ожидания, он открыл глаза...
Тропа была пуста.
Расстроенный, Сент что есть силы ударил себя ракеткой по бедру и приказал не
валять дурака.
Расправив плечи, он решительной походкой направился к корту играть с Арни в
теннис.
С корта слышались удары ракетки по мячу, удары были сильными. Кто-то играл
как дьявол. Сент прислушался: играли двое.
Подойдя ближе, он увидел их — Арни и девушку.
Господи, это же Джи Би
, — мелькнуло у него в голове.
Сердце Сента забилось так сильно, что он едва не потерял сознание. Неужели
сработало? Неужели же страстное желание сбылось?
В это время девушка повернулась, и сердце его оборвалось, так как это была
вовсе не Джи Би, а такая же высокая девушка, с такими же светлыми волосами.
Девушка улыбнулась Сенту, помахала ракеткой и вернулась к игре.
Была подача Арни. Девушка отбила мяч, и тот пролетел над сеткой. Арни отбил
его, но слишком высоко. Партнерша нанесла удар с лета и перекинула мяч Арни,
тот подпрыгнул, пытаясь перехватить его, но промахнулся. Арни застыл на
месте, тяжело дыша.
— Гейм! — Девушка громко рассмеялась, подошла к Сенту и протянула
руку. — Привет. Я Флетчер Мак-Гроу.
Со спины она легко могла сойти за Джи Би — та же комплекция, тот же рост,
волосы, легкая походка. Но при ближайшем рассмотрении — ничего общего. У
девушки было хорошенькое капризное личико, круглые голубые глазки и
выпяченная верхняя губа из-за не правильного прикуса.
Оценивающим взглядом девушка оглядела Сента с головы до ног. От нее не
ускользнули ни его темные взлохмаченные волосы, ни розовая тенниска, ни
дорогие спортивные туфли.
— Она наша соседка, — представил девушку Арни. — Ее отец
арендует дом недалеко отсюда.
&mdash
...Закладка в соц.сетях
