Жанр: Любовные романы
Сильнее разума
...веркнули в озорной улыбке.
- Если поплывешь еще медленнее, то того и гляди двинешься не вперед, а назад! -
поддразнил ее Луиджи.
Мелисса изо всех сил пыталась сохранить трезвую голову и не смотреть с открытым
ртом на Луиджи, на котором, кроме плавок, ничего больше нет.
- Подумаешь, - с трудом выдавила из себя она. - Рано или поздно до берега все равно
доберусь.
Луиджи рассмеялся - и стрелой понесся прочь, только вода взбурлила.
Ни дать ни взять акула, хищник, подумала Мелисса. Поджарый, стремительный и такой
же опасный...
Но с какой бы стати? Чего такого опасного в Луиджи дель Кастаньо? Да, мужчина он
потрясающий, однако никакой иной угрозы в себе не таит. Конечно, любая женщина,
задержавшая на нем взгляд, подвергается определенной опасности.., но это в порядке
вещей.
Пугает другое, то, что она сама вот-вот потеряет голову и натворит бог весть каких
глупостей!
Мелисса стиснула зубы. Еще чего не хватало! Нет-нет, она отнюдь не сентиментальная
дурочка. Иначе не достигла бы в жизни столь многого. И даже ради красавца Луиджи не
выставит себя полной идиоткой. Как выставляла себя идиоткой ее мать, вечно
"западавшая" на смазливую физиономию! О да, мамочка считала, что это так романтично
- менять мужчин как перчатки! Вот только ее дочь смотрела на вещи совсем по-другому.
Опять же, ну и куда вся эта "романтика" завела ее мать? Всю свою жизнь та порхала как
бабочка с цветка на цветок, все ее существование сводилось к нескончаемой череде
вечеринок и развлечений в окружении толпы любовников. Вроде Луиджи дель Кастаньо.
Кто-кто, а Мелисса отлично знала, что такие мужчины собой представляют. Они
слишком богаты, слишком красивы и слишком сексапильны, чтобы не быть
бессердечными подлецами. Привыкли, чтобы женщины падали к их ногам!
Но вот она падать не станет!
Мелисса состроила недовольную гримасу.
Ну и к чему все эти увещевания и предостережения? Луиджи дель Кастаньо одобрен на
роль ее спутника самим Джованни, а следовательно, никакой опасности не представляет.
Ну да, он смотрит на нее весьма многозначительно - так и она на него пялится во все
глаза! Но это ничего ровным счетом не значит. Она просто не позволит себе забыться и
натворить глупостей.
Ее несокрушимая уверенность относительно своей безопасности просуществовала
недолго - собственно, минут пять от силы. К тому времени, как Мелисса выбралась на
мелководье, Луиджи уже вытерся досуха полотенцем и, нимало не смущаясь, завладел ее
шезлонгом. Улегся на спину, закинув руки за голову, да так и впился в нее долгим,
пристальным взглядом.
Под этим взглядом Мелисса на целые полсекунды смутилась так, как никогда в жизни.
И острее, чем когда-либо, осознала, что из одежды на ней почти ничего и нет. Бикини
словно съежилось, то, что от него осталось, сверху чуть прикрывало вздымающуюся грудь,
лишний раз подчеркивая напрягшиеся соски, а снизу пикантным треугольничком
обрисовывало то, что должно было бы прятать.
В придачу во всем теле ощущалось легкое покалывание, словно от электрических
разрядов.
С каждым шагом к шезлонгу Мелисса все больше подпадала под власть жадного,
оценивающего взгляда сапфирово-синих глаз.
О, с каким облегчением она схватила полотенце и поспешно завернулась в него, словно
в кокон! А в следующий миг - словно переключатель щелкнул! - Мелисса вдруг осознала,
что они с Луиджи поменялись ролями: она смотрит на него во все глаза, а он, так сказать,
добровольно подвергается осмотру.
О нет, надо отдать ей должное, она его разглядывала отнюдь не так демонстративно,
как он - ее. У Мелиссы хватило сообразительности сделать вид, что она занимается
волосами: вынимает заколки, встряхивает пышными кудрями, давая им свободу. Но
Луиджи-то видел, что взгляд Мелиссы устремлен на него - из-под полуопущенных
длинных ресниц она украдкой наблюдает за каждым его движением.
Вот и славно. Очень даже славно. Пусть себе смотрит - смотрит и восхищается. Пусть
захочет его с неодолимой силой.
Так же, как он хочет ее...
Луиджи резко сел, сложившись чуть ли не вдвое, словно складной нож. И от души
надеясь, что движение это выглядело вполне естественно.
Что за неприятный сюрприз! С какой стати его тело нежданно-негаданно
отреагировало на испытующий взгляд девушки, да еще с такой силой? Неимоверным
усилием воли Луиджи подавил непристойный отклик. Незачем шокировать весь пляж!
Но услужливое воображение уже подсказало ему место, куда более подходящее. Место,
где подобная реакция будет вполне уместна. Частный пляж.., и они с Мелиссой вдвоем,
наедине...
Мелисса поднимает руки, распускает волосы, и каштановый переливчатый водопад
рассыпается по точеным плечам и драпирует нагую грудь...
И вновь Луиджи приказал себе: опомнись!
Довольно!
- Извини, - произнес он, вставая и указывая на покинутый им шезлонг. - Это же ведь
твое место. Я переберусь на соседний.
И он небрежно перебросил полотенце туда.
Но жеста его девушка не оценила.
- Я, пожалуй, вернусь в номер... - Голос ее дрожал, и Мелисса ужаснулась собственной
слабости. Не следует ей так реагировать на этого мужчину. Не следует, и все тут! - Хочу
принять душ, соль с себя смыть.
Она вежливо улыбнулась, избегая встречаться с Луиджи взглядом, и, схватив пляжную
сумку, кое-как всунула ноги в сандалии. Надо отсюда бежать - и поскорее!
Луиджи проводил девушку задумчивым взглядом. А затем, неспешно вытянувшись на
шезлонге, уставился в синюю даль, туда, где сливались море и небо. Да, приходилось
признать, что Мелисса Гринбери здорово его "заводит". И как быстро!
Для донжуана с его опытом это нечто из ряда вон выходящее.
И сколь же отрадное...
И.., опасное?
Луиджи непроизвольно нахмурился.
Но все же идет по плану, разве нет? Мелиссе полагается вызвать в нем здоровое
желание.
В конце концов, расчетливое обольщение должно выглядеть убедительно.
Убедительно? Да он, черт подери, чуть ли не весь пляж успел убедить!
Луиджи не без раздражения велел себе прекратить иронизировать и проанализировал
положение дел. Именно так он поступил бы, столкнувшись с очередной проблемой в
сфере бизнеса. Итак, что он имеет?
Мелиссу Гринбери, которая здорово его "заводит". Это несомненный плюс. Ее явное
желание плюс его желание - отличные рычаги воздействия на ситуацию. Чем
эффективнее рычаги, тем быстрее он добьется цели.
А цель у него одна: спасти брак Лауры.
Для этого необходимо затащить Мелиссу Гринбери в постель. Чем скорее это
произойдет, тем скорее он выпихнет ее из своей жизни. А также и из жизни Джованни.
То, что, оказавшись в постели с Мелиссой Гринбери, он получит удовольствие, - это
лишь побочное обстоятельство и к делу отношения не имеет.
И лучше бы ему об этом не забывать.
Луиджи прикрыл глаза. Заходящее солнце ласкало разгоряченную влажную кожу.
Мышцы расслабились.
День выдался долгий и хлопотный. Долгая, хлопотная неделя... Долгий, хлопотный
месяц...
Как давно ему не доводилось понежиться на солнышке, никуда не торопясь,
наслаждаясь теплом, и ветерком с моря, и пряным запахом соли и свежести.
Да, небольшой отпуск - именно то, что ему сейчас нужно. Никаких деловых встреч,
никаких звонков, и чтобы ни почту не проверять, ни биржевые сводки не прочитывать...
Просто затвориться здесь, в идиллическом мирке цветов и пляжей, а мир пусть себе
живет своей жизнью. Решено: он сегодня же свяжется со своим заместителем, переложит
на его плечи все неотложные дела, а сам неспешно, с удовольствием займется Мелиссой.
Устроившись в плетеном кресле на балконе, девушка рассеянно листала детектив. Хотя
уже стемнело настолько, что она и буквы-то с трудом различала, а зажигать лампу ей не
хотелось. Куда интереснее было любоваться эффектной подсветкой садов из полутьмы. В
кронах деревьев тут и там загадочно мерцали подвесные фонарики, искристые гирлянды
оплетали ветви, на поверхности бассейна плясали цветные блики. Отдыхающие выходили
на вечернюю прогулку, заглядывали в бар пропустить глоточек чего-нибудь
горячительного перед ужином. Звенел детский смех.
Пожалуй, она поужинает пораньше в уютном ресторанчике отеля, что облюбовали себе
семейные пары с детишками. Луиджи дель Кастаньо наверняка не садится за стол так
рано.
И скорее всего почтит своим вниманием бар, чем "шведский стол"...
И тут в мысли девушки властно вторглась телефонная трель. Мелисса машинально
сняла трубку, полагая, что звонят снизу, со стойки регистрации. Грудные, бархатистые
интонации Луиджи дель Кастаньо застали ее, что называется, врасплох.
- Я заказал столик на половину десятого.
Смотри не опаздывай. Ты ведь успеешь одеться и все такое?
В голосе его прозвучала ироническая нотка, как если бы он снисходительно допускал,
что к ужину женщины одеваются и прихорашиваются целую вечность.
Мелиссе понадобилось несколько секунд, чтобы осмыслить услышанное. И даже тогда
ответила она невпопад:
- Но никаких столиков заказывать вообще-то не надо. Просто заходишь, когда
вздумается, и все. "Шведский стол" работает до десяти.
- Мы ужинаем не в отеле. - Теперь, судя по голосу, Луиджи забавлялся от души. - При
всей моей любви к детям я бы предпочел местечко более тихое и романтическое.., если ты
меня понимаешь.
- Да, но ты вовсе не обязан приглашать меня на ужин, - смятенно пролепетала девушка.
- А что делать, если мне ужасно хочется с тобой поужинать? - усмехнулся Луиджи. -
Прямо напротив нашего отеля, через улицу, ресторан "Аполлон". Там очень мило. Свечи
на столах, живая музыка... Жду тебя внутри в половине десятого, не забудь. - И он повесил
трубку, даже не дав ей возможности возразить.
Мелисса закусила губу, не зная, что теперь делать. Она вспомнила, как Луиджи
смотрел на нее, когда она выходила из моря. Этот жадный, оценивающий взгляд навсегда
врезался ей в память. Как он смотрел на нее, загорающую у бассейна. Как он смотрел на
нее в баре отеля...
Да ничего это не значит! - одернула себя Мелисса. Этот мужчина ведет себя так по
отношению к любому существу женского пола. И любая женщина платит ему той же
монетой.
Наверняка, как только он переступит порог ресторана, все дамы обернутся в его
сторону. И что с того? Он пригласил меня на ужин только ради Джованни. Ясно?
Мелисса вдохнула поглубже - и разом почувствовала себя лучше.
Но тут же накатила новая тревога. Девушка бросилась к шкафу, распахнула дверцы и
принялась лихорадочно перебирать содержимое.
Да ей же надеть нечего! Для ужина при свечах в модном ресторане необходимо
вечернее платье. Пока Джованни был здесь, она ни о каких тряпках не задумывалась:
футболка с джинсами были в самый раз или, допустим, ситцевый сарафан на бретельках с
узором из ромашек. В бутике отеля Джованни купил ей дорогой купальник, а ничего
больше на море и не требовалось. И у себя в номере, кроме Джованни, она никого не
принимала. А для него она, как говорится, в любом наряде хороша.
Но ресторан "Аполлон"... Мелисса конечно же хорошо разглядела снаружи это
великолепное мраморное сооружение. Портик с колоннами украшала копия "Аполлона и
Дафны" - самой знаменитой скульптуры Бернини из коллекции галереи Боргезе.
Оригинала Мелисса не видела, но даже копия казалась ей шедевром из шедевров. Чего
стоят разлетающиеся волосы нимфы, навеки застывшие в камне гирляндами листьев, и
плавные, округлые очертания мраморных фигур, что словно дышат теплом живого тела!..
Надо ли говорить, что внутрь она ни разу не заглядывала - незачем, да и не по карману. Не
в ситцевом же сарафанчике туда идти! Еще не хватало, чтобы суровый швейцар указал ей
на дверь!
Ну, значит, вопрос решился сам собой. Так угодно судьбе. Раз у нее нет подходящего
платья, значит, с Луиджи дель Кастаньо она не ужинает. Сейчас она позвонит вниз,
попросит соединить ее с номером Луиджи и, извинившись, отклонит его приглашение.
Или.., можно спуститься все в тот же бутик и купить себе что-нибудь подходящее.
Там продаются наряды на все случаи жизни - в том числе и вечерние платья. Такие
дорогие, что просто дух захватывает. Но те, кто могут позволить себе остановиться в отеле
"Адриатика", могут позволить себе и одеваться по здешним ценам. Более того, ей самой
платить не придется: Джованни говорил, что она может заказать себе что душе угодно в
любом из гостиничных магазинчиков, от спортивного до ювелирного, и записать покупку
на его счет.
Внезапно преисполнившись решимости, Мелисса схватила со стола ключ и чуть ли не
вприпрыжку помчалась вниз, в бутик.
Луиджи в очередной раз поглядел на часы.
Мисс Мелисса изволит опаздывать. Что его, в сущности, не удивляло. Женщины, как
правило, пунктуальностью не отличаются. Он задумчиво потягивал пиво, в очередной раз
просматривал меню либо, подняв взгляд, любовался фонтаном в центре зала. Над
мраморной чашей словно вырастало лавровое деревце, рассыпая во все стороны
искрящиеся струи-листья...
Послышались легкие шаги, с тихим шелестом взметнулась и опала невесомая ткань.
- Прости, я опоздала, - чуть запыхавшись, извинилась девушка.
Медленно, очень медленно Луиджи повернул голову. Глаза его потрясение
расширились.
Выглядела его гостья.., сногсшибательно.
Она была в темно-алом. При ее каштановых волосах и зеленых глазах алый был вроде
бы неуместен. Такой цвет идет жгучим брюнеткам - смуглым, черноволосым, кареглазым
итальянкам. Или, напротив, белокожим блондинкам.
И все же на ней алый цвет смотрелся просто потрясающе.
Тонкий, невесомый шелк словно парил в воздухе, трепетал, как крылья бабочки,
влюбленно льнул к прекрасному телу. Каштановые кудри были уложены в высокую,
элегантную прическу, а не просто сколоты на затылке, как на пляже. Девушка словно
сделалась выше, грациознее, величавее.
В ушах чуть подрагивали серебряные серьги-цепочки с подвесками-хрусталиками.
Такие же цепочки - трогательное воплощение чистоты и хрупкости - обвивали ее шею и
запястья. Какая тонкая у нее талия - просто ладонями обхватишь! А точеные, словно
вышедшие из-под резца скульптора плечи! А гордая посадка головы!
Умело наложенный макияж эффектно подчеркивал безупречные черты лица.
Перламутрово-розовая помада идеально сочеталась с алым шелком, благодаря теням и
контуру для век глаза казались еще глубже и выразительнее, скулы - еще выше. В воздухе
разливалось тонкое, манящее благоухание жасмина и розы...
Как идут ей эти духи!
Откинувшись на спинку стула, Луиджи самозабвенно пожирал красавицу глазами. И,
вдруг осознав, что ведет себя как последний невежа, порывисто вскочил и выдвинул для
нее стул.
Мелисса чинно присела на краешек, поблагодарив кивком головы. Невозмутимое
спокойствие давалось ей с трудом: пульс участился, дыхание сделалось прерывистым.
Неудивительно - после такой-то спешки! Она проторчала в бутике целую вечность,
перемерив все платья своего размера. Продавщицы, надо отдать им должное, проявили
ангельское терпение, уверяя, что магазин работает до полуночи, так что времени у нее
сколько угодно. Или это был тонкий сарказм?
Отчего-то именно в этот раз Мелисса никак не могла решиться. Наконец послушалась
внутреннего голоса и остановилась на алом шелке. Здравый смысл подсказывал, что это
не ее цвет и даже не ее фасон, но платье так эффектно облегало фигуру, невесомая ткань
так ласково касалась ее кожи, так вкрадчиво нашептывала что-то будущей владелице...
Словом, Мелисса не устояла и подписала чек...
И теперь получила зримые доказательства того, что не ошиблась!
Она позволила себе немного расслабиться, уселась поудобнее. Ее спутник, разумеется,
щеголял в превосходно сшитом костюме - сшитом явно на заказ, вплоть до рубашки.
Пиджак безупречно сидел на широких плечах, подчеркивая мужественную, властную
красоту владельца.
Девушка заставила себя отвести глаза от пресловутых широких плеч и могучего торса -
и встретиться с Луиджи взглядом. Он сидел напротив, глядел на нее в упор - и явно
наслаждался тем, что видит.
- Привет! - по-идиотски выпалила Мелисса.
Нет, нужно немедленно взять себя в руки.
Нужно вести себя как ни в чем не бывало. А то она вся дрожит и трепещет, как
барышня викторианских времен на выданье!
У столика словно из ниоткуда возник услужливый официант.
- Что будешь пить? - поинтересовался Луиджи.
"Что-нибудь покрепче, нервы успокоить", - чуть было не ляпнула Мелисса, но вовремя
прикусила язык. Вот только крепких спиртных напитков ей не хватало, и без того в голове
мутится!
- О, гранатовый сок, если можно, - потупившись, попросила она. Луиджи удивленно
изогнул бровь, и девушка игриво добавила:
- Под цвет платья, ты не находишь?
Улыбаясь краем губ, Луиджи продиктовал официанту заказ по-итальянски. Тот
захлопнул блокнот - и мгновенно растворился в воздухе.
- Платье просто роскошное, - восхищенно похвалил Луиджи.
- Я его только что купила... Собственно, поэтому и опоздала...
Голос Мелиссы дрожал и срывался. Девушку это и раздражало, и пугало одновременно.
Словно сопливая девчонка-школьница на первом свидании! Вот ведь нелепость!
Но ничего не попишешь: она и впрямь ощущала себя неопытной, робкой девчонкойшкольницей.
Сердце замирало от радостного возбуждения, а все из-за представительного
черноволосого красавца, что как ни в чем не бывало сидит напротив нее. Мелисса в сотый
раз повторяла себе, что этот человек здесь только ради Джованни, и разум даже готов был
внять голосу логики. Разум, но не тело. Тело каждой своей клеточкой откликалось на
незримый призыв, трепетало в экстазе, как трепещет и мерцает волшебный свет на
рождественской елке.
- Ради такого стоило и подождать, - улыбнулся Луиджи и вновь окинул собеседницу
взглядом, чтобы лишний раз убедиться в своей правоте.
Официант принес сок. Мелисса благодарно поднесла бокал к губам. А в следующий
миг подоспел метрдотель с двумя переплетенными в тисненую кожу меню. Он
почтительно раскланялся с Луиджи и оттараторил по-итальянски названия фирменных
блюд.
Мелисса слепо уставилась в меню, не в состоянии прочесть ни слова. В последний раз
поклонившись, метрдотель временно удалился, и Луиджи перевел для девушки названия
наиболее притягательных кушаний.
- О, только не кальмары! - Мелисса комично сморщила носик. - Эти их присоски на
щупальцах.., бр-р! Гадость какая!
Луиджи весело рассмеялся.
- Ну, щупальца заказывать не обязательно, можно только тушку, - заверил он. - А
осьминогов ты уже пробовала?
Мелисса картинно передернулась.
- Я, пожалуй, предпочту просто рыбку, без лишних изысков.
Девушка выбрала жареную на гриле дорадо с овощным гарниром ассорти, салат с
грибами, решительно закрыла меню. И в свою очередь залюбовалась мраморным
фонтаном.
- Какое восхитительное место! - тихо вздохнула она.
Ощущение неземного блаженства переполняло ее до краев. Цветущий сад за окнами,
благоуханный средиземноморский вечер, трепетный отблеск свечей на столах и, главное,
общество Луиджи дель Кастаньо, что сидит напротив и глаз с нее не сводит.., чего еще
желать от жизни?
- Здесь и впрямь недурно, - кивнул Луиджи.
Мелисса вскинула глаза, улыбнулась собеседнику и обнаружила, что ни на пейзаж за
окнами, ни на мраморный фонтан в центре зала он не смотрит. А жадно вглядывается в ее
лицо. И выражение сапфирово-синих глаз не оставляет места сомнениям...
Щеки девушки ярко вспыхнули, и она поспешно поднесла бокал к губам, скрывая
волнение.
Луиджи, задумчиво сощурившись, наблюдал за ней. Для девицы, которая живет на
деньги богатых покровителей, она на редкость скромна. Даже флиртовать не пытается!
Вероятно, в этом-то и состоит ее притягательность. Она не закидывает удочку в сторону
потенциальной добычи, она ждет, чтобы добыча приблизилась сама...
Да уж, красотка знает себе цену!
В груди Луиджи бушевали противоречивые чувства. Вот сидит перед ним Мелисса
Гринбери, такая прелестная, что просто дух захватывает. Но как закрыть глаза на то,
какое недостойное применение находит она своим чарам? Нет, забывать об этом никак
нельзя!
Он отомстит за боль, причиненную любимой сестре...
Он вновь оглядел девушку взглядом знатока. И впрямь редкостная красавица, такие
встречаются одна на тысячу. Не всякая женщина выглядит одинаково эффектно и в
бикини, и в вечернем платье, а эта преобразилась словно по волшебству! У бассейна и на
пляже Мелисса казалась воплощением чувственного соблазна - языческая богиня,
зацелованная солнцем.
А сейчас перед ним грациозная, исполненная достоинства светская дама - гордая
посадка головы, чуть приоткрытые губы, округлая грудь бурно вздымается под тонким
шелком.
Нужно лишь протянуть руку, чтобы дотронуться до них кончиками пальцев. Накрыть
ладонью эти нежные, зовущие округлости...
А в следующий миг накатило желание - точно обрушилась стена огня. Как тогда, на
пляже.
Желание требовало удовлетворения. Прямо сейчас! Немедленно!
С видимым усилием Луиджи взял себя в руки. Что за черт? Он ведет себя как
одержимый любовью подросток - а из-за кого, спрашивается? Из-за хитрой интриганки
Мелиссы Гринбери.
Да-да, именно об этом ему и следует помнить. Мелисса Гринбери пользуется
желанием мужчин в корыстных целях - чтобы ей, например, покупали платья вроде того,
что сейчас так эффектно облегает ее стройную фигуру.
Луиджи вновь захлестнул гнев - темный, нерассуждающий, безжалостный, точно
цунами.
Так и следует реагировать на мерзавку. Чувственное желание тоже допустимо, только
пусть возникает по его, не ее, воле и ни в коем случае не вырывается из-под контроля.
Да, он обольстит Мелиссу Гринбери, овладеет ею, наслаждаясь каждым мгновением..,
и небрежно отшвырнет в сторону, точно негодную перчатку.
И так Мелиссе Гринбери и надо. Ничего лучшего она не заслуживает.
Мелисса наколола на вилку кусочек сочной рыбы и поднесла ко рту. До чего же
удивительно: она, словно в замедленной съемке, отслеживает каждое свое движение. И не
только свое.
А и каждый жест, каждую улыбку, каждую мельчайшую подробность внешности
Луиджи дель Кастаньо.
Как ни странно, ужин в его обществе оказался тяжким испытанием для ее
многострадальных нервов. Мелиссе ничего так не хотелось, как просто сидеть и
любоваться своим сотрапезником, открыв рот от восторга. Но такое поведение, мягко
говоря, неприемлемо.
Нельзя же выставлять себя полной идиоткой, в первую очередь перед ним! Так что
Мелиссе волей-неволей приходилось поддерживать разговор, притворяясь, что мозги у
нее в полном порядке. Мило объяснять, что именно ей хотелось бы посмотреть в Риме в
первую очередь, чем так хороши здешние места и какие именно услуги предоставляет
отель своим постояльцам.
Мысленно Мелисса не уставала благодарить собеседника за тривиальность выбранных
тем.
Беседа более осмысленная была ей сейчас явно не по силам.
А вот болтовня о виндсерфинге в самый раз.
Поскольку Мелисса ровным счетом ничего об этом развлечении не знала, говорил
главным образом Луиджи, а ей оставалось только поддакивать да время от времени
вставлять вопрос-другой. Девушка сидела смирно, подперев голову рукой, и размышляла,
что такого притягательного заключено в его сапфировых глазах, и как выразительно
двигаются его губы, когда он вдохновенно что-то рассказывает, и как эффектно лежат его
черные шелковистые волосы...
Вообще-то к виндсерфингу Мелисса боялась даже подступиться. Уж больно много
усилий он требует. А все вокруг, как назло, демонстрируют настоящий класс! То-то она
опозорится на их фоне: будет то и дело падать с доски самым нелепым образом. Ну много
ли в этом радости? А вот Луиджи, судя по его энтузиазму и глубоким познаниям, этим
видом спорта овладел в совершенстве. Что, впрочем, и неудивительно. Такие мускулы за
рабочим столом в офисе не накачаешь!
- Бесполезно, - покачала головой девушка. - Виндсерфингом меня не соблазнишь. Я бы
лучше на лодке покаталась, понежилась под солнышком...
- Ну, на веслах особо не понежишься, - рассмеялся Луиджи.
- Да я скорее о катере думала.., где особых усилий не требуется, - беспечно ответила
она.
- То есть работать вы не любите? - В выражении лица Луиджи, в интонациях его голоса
ровным счетом ничего не настораживало, и все же...
- От работы кони дохнут, - шутливо отмахнулась Мелисса. - Кроме того, сейчас я на
каникулах, так что не работать имею полное право.
На мгновение по лицу его вновь скользнула тень. Но Луиджи тут же продолжил,
невозмутимо и спокойно, так что девушка тут же отчитала себя за дурацкую
подозрительность:
- А что именно ты делаешь, когда работать все-таки приходится?
Он был уверен, что знает ответ заранее. Она конечно же скажет, что позирует для
модных журналов, снимается в рекламе, переходит с одной работы на другую по
несколько раз за сезон. Словом, придумает что-нибудь, чтобы придать легкий налет
респектабельности своему истинному призванию - паразитировать на богатых
любовниках.
- Ну, смотря что ты подразумеваешь под работой... - протянула девушка.
Мелисса отнюдь не собиралась рассказывать о своей жизни до встречи с Джованни.
Это все - прошлое, с ним покончено раз и навсегда.
- Я подразумеваю зарабатывание денег, не без ехидства объяснил Луиджи.
- А, это, - с деланным легкомыслием отозвалась она. - Ну, можешь назвать меня
счастливицей: для меня эта проблема просто не стоит.
Особенно теперь, благодаря Джованни. Он так облегчил мне жизнь!
И это была чистая правда. Щедрость Джованни превосходила все мыслимые и
немыслимые ожидания. Он не только помог ей с переездом в Италию, но еще и
позаботился о том, чтобы она ни в чем не нуждалась.
Луиджи слепила безудержная ярость. У бесстыдной твари хватает наглости сидеть
перед ним и похваляться, что Джованни осыпает ее деньгами и что до него были и другие!
- Выходит, для тебя жизнь одни сплошные каникулы. Да ты и впрямь счастливица! -
отозвался Луиджи и даже заставил себя улыбнуться.
Но неужели обуревающее его бешенство дало о себе знать? В зеленых глазах девушки
промелькнуло что-то вроде недоумения.., или даже страха? Она открыла рот, собираясь
что-то сказать, но тут к столику вновь скользнул метрдотель, спрашивая, всем ли гости
довольны и все ли им по вкусу.
Гости с энтузиазмом закивали, метрдотель поклонился и вновь исчез - а ощущение уже
развеялось. Мож
...Закладка в соц.сетях
