Жанр: Любовные романы
Боваллет или влюбленный корсар
...ван всем как
кавалер французского двора,
путешествующий с целью расширить свои знания о мире. Таким образом, у Боваллета
оказался покровитель, который ввел
его в высшее общества. Дон Диас пригласил его быть гостем на приеме, дававшемся
в его доме этим вечером, и Боваллет, не
колеблясь, принял приглашение. Он еще немного побыл в галерее, беседуя с
испанскими грандами, а потом откланялся.
Джошуа нервно ожидал возвращения хозяина и облегченно вздохнул, увидев,
что тот, наконец, входит в комнату. Сэр
Николас бросился в кресло.
- Клянусь смертью Господней, что это за двор! - воскликнул он и
расхохотался. - Что за король! Что за
замороженный король! Вот если бы кто-нибудь прошептал ему на ухо: "Перед тобой
Эль Боваллет!" Я бы дорого отдал,
чтобы только увидеть, как он вздрогнет.
- Господи, спаси и помилуй! - набожно проговорил Джошуа. - Нет, мне это
совсем не нравится! - Вид у него был
встревоженный. - И сколько мы тут пробудем, хозяин?
- Кто знает? Нет, какой рассказ для Дрейка! Дай мне Господи, все это
выдержать, чтобы рассказать ему потом!
- Дай-то Бог, дай-то Бог, - мрачно согласился Джошуа.
- Успокойся, жулик, пройдет всего три недели, "Рискующий" доберется до
нашей контрабандистской деревушки и
каждую ночь будет подходить к берегу, ожидая моего сигнала.
- К чему все это, если вас поймают? - ядовито поинтересовался Джошуа.
- Меня не поймают, можешь быть уверен. Послушай, друг мой, вот что. Дорога
у нас нелегкая, в пути нас поджидают
опасные пропасти. Если я вдруг оступлюсь и провалюсь в одну из них... - Он
помолчал, нюхая свой ароматический шарик,
глаза его сузились и стали задумчивыми. - Да. Если только меня поймают, Джошуа,
сразу же съезжай отсюда со всеми
моими пожитками. Ступай в какую-нибудь таверну победнее и затаись там, так я
смогу найти тебя. Если же ты точно узнаешь
о моей гибели, или если я не найду тебя через десять дней, со всей скоростью
пробирайся в порт известной тебе деревушки и
сигналь фонарем, как только наступит темнота - ты знаешь, как. Но это в самом
крайнем случае. А пока верь в удачу
Боваллета. Ступай и разнюхай, где находится дом дона Диаса де Лоса. Я приглашен
туда сегодня вечером. Кроме всего
прочего, очень обяжешь, если узнаешь что-нибудь о доне Мануэле де Рада.
- Чума бы забрала всех женщин! - буркнул Джошуа, тщательно закрыв за собой
дверь.
В доме дона Диаса де Лоса уже собралось много народу, когда туда прибыл и
Боваллет. В одной комнате, где толпились
молодые кавалеры, шла игра в кости, однако обстановка очень напоминала холодный
прием, где каждый принужден
выполнять свои обязанности. Пышно одетые господа группами прохаживались туда и
сюда; среди них были и женщины, уже
не столь сдержанные и благоразумные, как испанки прошлых дней. Прислуживающие
гостям лакеи были одеты в ливреи с
гербами де Лоса на рукавах. Гостей угощали освежающим питьем. В бокалах
венецианского стекла светилось вино -
вальдепеньяс из Морены, красное вино из Винароса и Беникарло, мансанилья, самое
слабое шерри Сан Лукара. Подавались
также сладости и фрукты - гранаты из Астурии и виноград из Малаги, но и только.
Англичанину, привыкшему к роскоши,
угощение показалось вовсе скудным, учитывая, особенно, всю пышность даваемого
празднества. Дом дона Диаса мог
похвастаться пушистыми коврами, стульями, обитыми шелковистым бархатом, тяжелыми
серебряными канделябрами,
часами из Толедо редкостной работы, гобеленами и шелковыми занавесями, но,
казалось, в испанские обычаи не входило
обильное угощение гостей на званых вечерах, как это было принято в более
радушной Англии.
Подавляющая торжественность царила на приеме, словно каждый из гостей
думал только о канонах светского
поведения. Никто не повышал голоса, даже смеясь, разговор шел размеренный и
педантичный. Смех Боваллета прозвучал в
этом чопорном собрании так необычно, что многие повернули головы - узнать, чем
вызван такой неподходящий звук.
А смех был вызван разговором с доном Хуаном, господином из Андалусии,
которому дон Диас представил Боваллеташевалье.
Этот южанин обладал хорошим чувством юмора, чего явно не хватало
мрачным кастильцам или гордым арагонцам.
Он-то и брякнул какую-то шутку, стремясь развлечь шевалье. Они беседовали так
непринужденно и весело, что дон Хуан
поздравил шевалье с прекрасным знанием испанского. Нет сомнений в том, что
сеньор уже бывал в Испании раньше, или,
может, у него есть друзья-испанцы?
Боваллет сослался на испанского друга, заявив, что имел удовольствие знать
дона Мануэля де Рада и Сильва.
Правильно ли он произнес имя?
- А, бывший губернатор Сантьяго! - вспомнил дон Хуан и покачал головой.
Шевалье поднес к носу золотой шарик с благовонием, однако глаза его были
устремлены на собеседника.
- Я как раз собирался нанести ему визит, - сказал Боваллет.
- Значит, вы еще не знаете, сеньор, дон Мануэль умер около трех месяцев
назад. Это странная история!
- Умер! - повторил Боваллет. - Как же так?
- Это все климат Вест-Индии, сеньор. Опасный, да, предательский климат! Но
было и еще кое-что, от этой истории у
вас просто дух захватит!
- Но будьте же так добры, сеньор, расскажите мне!
Южанин слегка развел руками.
- Вы, в своей Франции, слышали когда-нибудь об одном английском пирате?
Его называют Эль Боваллет!
- Конечно! - глаза сэра Николаса танцевали. - Кто же о нем не слышал? Мне
приходилось слышать, что его
называют Бедствием Испании! Ведь так?
- Точно так, сеньор. Увы! Говорят, что он прибегает к колдовству! - Дон
Хуан широко перекрестился, и собеседник
поспешил последовать его примеру. Густые ресницы сэра Николаса едва могли
спрятать смешинки, плясавшие в его
опущенных глазах. Но дон Хуан, поглощенный рассказом, этого не заметил. - Он
разграбил и затопил корабль, на котором
дон Мануэль направлялся домой, и, вы с трудом в это поверите, - забрал дона
Мануэля и его дочь на свой корабль!
- Вот как! - Боваллет поднял брови, изображая вежливое удивление. - Но
зачем же?
- Кто может на это ответить, сеньор? Скорее всего, это был каприз безумца,
ибо едва ли можно полагать, что у такого
человека могут быть рыцарские намерения. Те, кто встречал его, говорят, что он
сумасшедший. Но он еще имел наглость,
сеньор, войти в испанский порт и там высадил дона Мануэля на берег!
- Вы удивляете меня, сеньор! - воскликнул сэр Николас. - Я полагаю, этот
прославленный флибустьер увез дочь
дона Мануэля в Англию?
- Этого можно было ожидать, однако вы ошиблись. Донья Доминика не
пострадала, но вот отец ее умер вскоре после
их прибытия. Сейчас девушка находится под опекой своей доброй тетки, доньи
Беатрисы де Карвальо.
"Спасибо за эти сведения! " - подумал Боваллет, стараясь запомнить имя.
Вслух же он сказал:
- Но вы рассказываете о каких-то чудесах, сеньор! Вырваться невредимой из
лап такого отчаянного негодяя, как этот
Боваллет!..
Господин, стоявший неподалеку от них, повернул голову и пристально
посмотрел на беседующих. Он поклонился
сначала дону Хуану, а затем шевалье.
- Прошу прощения, сеньор, но вы произнесли одно имя. Не пойман ли наконец
этот разбойник?
- Нет, нет, сеньор, - ответил шевалье. - Может быть, его жизнь зачарована?
Я слышал, что об этом говорят.
- Мы еще посмотрим, сеньор, - сказал новый собеседник. - Может, вы
встречались с ним?
- Да, я видел его, - ответил сэр Николас. Длинные пальцы, вертевшие
ароматический шарик, даже не дрогнули. -
Он иногда наезжает в Париж.
Дон Хуан живо заинтересовался такой новостью.
- В самом деле? Что же, он и в самом деле сумасшедший, как о нем говорят?
Те, кто имел с ним дело, описывают его
так: темноволосый смеющийся человек.
Белые зубы на мгновение блеснули.
- Да, сеньор, он часто смеется, - согласился сэр Николас. - Осмелюсь
предположить, что если бы в эту минуту он
стоял здесь, окруженный своими врагами, то и здесь он бы смеялся. Уж такой он
человек!
- Едва ли можно в это поверить, сеньор, - ответил величавый собеседник. -
Однако очень скоро он перестанет
смеяться, - он коротко поклонился и отошел в сторону.
В это время к ним приблизился дон Диас и положил руку на рукав Боваллета.
- Я искал вас, шевалье. Я хотел бы представить вас вашему
соотечественнику, это французский посол, мосье де
Ловиньер.
Даже взмахом ресниц Боваллет не выдал, как некстати было для него такое
знакомство. Опасность притаилась перед
ним, и он, улыбаясь, направился к ней.
Дон Диас провел его через комнату и сказал вполголоса:
- Решено, что будет лучше, сеньор, если ваше пребывание в Мадриде не будет
держаться в тайне. Иначе мосье де
Ловиньер мог бы что-нибудь заподозрить. Мне не надо предупреждать вас, чтобы вы
держались с ним очень осторожно. Он
стоит вон там, около двери.
Француз оказался седовласым человеком с орлиным носом и пронзительным
взглядом глубоко посаженных глаз. Дон
Диас представил ему шевалье, посол тоже поклонился и окинул Боваллета взглядом,
который, казалось, проникал насквозь.
- Кузен герцога де Гиза? - повторил он. - Но я думал... - Он слегка
нахмурился и продолжал смотреть прямо в
лицо Боваллета. - Правда, я совсем немного знаком с де Гизами...
"И слава Богу", - подумал Боваллет. Вряд ли можно было ожидать, что
приверженец партии двора* будет в дружеских
отношениях со знаменитым семейством де Гизов.
* Приверженец партии двора - в это время во Франции шли религиозные войны
между католиками и гугенотами.
Король Генрих III старался не обострять и без того напряженную в стране
обстановку, тогда как семейство де Гизов
руководило католической партией.
- Я дальний родственник герцога, мосье, - сказал сэр Николас.
- Вот как? - Де Ловиньер продолжал испытующе смотреть на него. - К какой
же ветви семьи вы принадлежите,
мосье, осмелюсь вас спросить?
Колебаться было нельзя.
- Самой младшей, мосье. Герцог - мой двоюродный кузен.
- Я слышал о вас, мосье, - ответил посол. - Однако я полагал, что вы
моложе. Надолго вы в Мадрид?
- Нет, мосье, совсем нет. Я собираюсь посетить Севилью и Толедо.
- О, да, вам непременно следует проехаться на юг, - кивнул де Ловиньер.
Какая-то дама, опираясь на руку своего мужа, приблизилась к ним и
заговорила с послом. Боваллет благодарно
ретировался со спокойным сердцем. Правда, он не был бы так спокоен, если бы
узнал, какой постскриптум написал на
следующее утро де Ловиньер к своему письму домой.
"Я был бы благодарен, - писал его превосходительство, - если бы вы
разузнали, что за человек шевалье Клод де Гиз,
приходящийся кузеном ныне здравствующему герцогу. Сообщите мне все, что вы о нем
узнаете, в особенности что касается
его наружности, роста и черт характера. Ваш преданный друг, Анри де Ловиньер".
Глава X
На следующее утро сэр Николас, еще лежа в постели, прихлебывал горячий
шоколад и слушал своего слугу. Джошуа
узнал все, что было нужно, и теперь раскладывая одежду хозяина, вел рассказ в
свойственной ему манере. Бутылочка вина,
распитая им вместе с хозяином "Восходящего Солнца", развязала язык, и без того
привыкший к сплетням. Кто, как не
Джошуа Диммок, мог так хитро выяснить всю интересующую его информацию? Сэр
Николас может быть спокоен: леди
найдена.
- Она под опекой своей тетки, я знаю, - коротко заметил сэр Николас.
Джошуа был ошарашен.
- Да, так и есть, дон Мануэль умер три месяца тому назад. И леди наследует
все. Все!
- Это уже не наше дело, - сказала Бовал-лет. - Не повезет же она свои
земли в Англию.
- Верно, хозяин, все верно. Но есть еще кое-что, о чем вы еще не слышали.
Поговаривают о ее замужестве.
Сэр Николас зевнул.
- Им еще будет о чем поговорить!
- Хозяин, болтают, что она вскоре выйдет за своего кузена, некоего Диего
де Карвальо.
- Так-так! - сказал Боваллет. - Но ведь еще рано говорить о помолвке.
Кузен, ты говоришь? Значит, он должен
получить специальное разрешение церкви на брак между родственниками, если только
я что-нибудь в этом понимаю.
- Вы не так поняли, хозяин. Еще ничего не решено. Все это только слухи. -
Джошуа приложил палец к носу. - Но
над этим стоит подумать, хозяин. Я узнал, что эти Карвальо бедны, как церковные
мыши. Вы скажете, тут нечему удивляться?
Верно, даже среди тутошней знати мало найдется тех, у кого есть чем позвенеть в
кармане. Чудно, чудно! А сколько
важности! У нас в Англии все по-другому. Это я говорю почти шепотом, можете не
бояться. Подумаем дальше, хозяин. А что,
если эта тетка, ее зовут Беатриса, да будет вам известно, что, если она затевает
темное дельце с целью прибрать к рукам все
состояние?
- Вполне возможно, - кивнул сэр Николас. - Прибавь еще взятку церкви,
чтобы ускорить получение разрешения.
- Конечно, хозяин, я тоже так думаю. Ох уж эти мне священники! Если,
конечно, все, что о них болтают - правда!
- А что ты узнал об этом доне Диего? - потребовал сэр Николас.
- Не так уж много, сэр. Безвредное создание, так мне кажется. Тоже мне,
испанские кабальеро! Тьфу, сравните их с
любым молодым англичанином! Конечно, он позер и мот, но здесь все молодые люди
такие. Он занимается тем же, что и вся
молодежь, то есть шатается по городу. Что касается остального, так я слышал, что
он довольно привлекательный человек,
хорошо ездит верхом, знает, как пользоваться мечом, и считается образцом
элегантности. Сразу можно представить себе
этакого фата и щеголя. Ничего не хочу сказать, но мне кажется, мы вполне можем о
нем особенно не думать.
- Очень может статься, что нам придется о нем думать, и немало, -
предостерег сэр Николас. - Что еще? Отец
этого достойного отпрыска еще жив?
- Жив, хозяин, но это тоже безвредное создание, если только я все верно
понял. Об этом человеке говорят странные
вещи - будто бы он целиком у жены под каблуком, - тут Джошуа сделал
соответствующий жест. - Вот так! Еще, если
только я все правильно понял, его жена - очень странная дама, сэр. Вы бы даже
назвали ее оригиналкой. Несомненно, мы с
ней еще познакомимся. Как мне удалось выяснить, у них есть поместья где-то к
северу от Бургоса, но в настоящее время, сэр,
они все вчетвером живут в собственном доме в Мадриде. Дом этот, как я узнал,
стоит чуть в стороне от Пласа дель Ориенте.
Пока вы спали, хозяин, я немного побродил по городу. Здесь есть отличные
постройки, будьте уверены, и превеликое
множество папистских церквей, столько, что от одного их вида все внутри простотаки
переворачивается. Дом Карвальо
найти очень легко. Позади него есть стена, вся поросшая плющом, и, насколько я
могу судить, за этой стеной находится сад.
- Он понимающе подмигнул. - Думаю, это нам пригодится. Кроме того, хозяин, ровно
через неделю в этом доме дается бал
в честь дня рождения Диего. Об этом здесь много говорят, так как, похоже,
испанцы не очень-то часто устраивают праздники.
На этом балу будет вся местная знать.
- Значит, и я должен быть там, - ответил сэр Николас, соскакивая с
постели. - Вот только как познакомиться с
этими Карвальо?
- Прогуляйтесь по Ментидеро, хозяин, - посоветовал Джошуа. - Как я слышал,
там собираются все придворные.
Можно сказать, это что-то вроде аллеи герцога Хэмфри у нас дома, только в
карикатурном виде!
- Хорошая мысль, - согласился Боваллет, одеваясь. - Может, мне повезет, и
я повстречаюсь с моим вчерашним
собеседником.
Ментидеро представляло собой слегка приподнятую дорогу вдоль стен церкви
Сан Фелипе эль Реаль, стоявшей у входа
на Калле Майор. Здесь встречались, чтобы блеснуть остроумием, все придворные
кавалеры - обменяться сплетнями,
поболтать о последнем скандале, продемонстрировать друг другу новую моду. Внизу
виднелся ряд небольших магазинчиков,
где можно было купить всякие пустяки: пару вышитых перчаток для дамы, узел
любви*, пряжку, или брошь из тяжелого
серебра хитрой работы. Напротив Калле Майор находился дворец Оньяте, где вдоль
узкого тротуара художники выставляли
свои работы, стремясь привлечь внимание придворных. В центре Калле находился
рынок, там собирались водоносы, площадь
кипела народом и шумела. Тут и там виделись кофейни, где можно было встретиться
с друзьями.
* Узел любви - узел на поясе, шнурке и т. п., служащий для украшения; или
же узел на ленте, который носили или
дарили в знак любви.
Господин из Андалусии, и в самом деле, прогуливался по Ментидеро и был, по
его словам, крайне рад снова
встретиться с шевалье. Сэр Николас присоединился к нему, они стали прохаживаться
туда и сюда, вскоре сэр Николас
заговорил о своем деле. В связи с кончиной дона Мануэля, которого он надеялся
застать в Мадриде, он хотел бы
познакомиться с его достойным родственником. Однако он не знал, как к этому
подступиться, поскольку не был знаком с
семейством Карвальо.
Оказалось, это было очень легко исправить. Дон Хуан де Аранда сам
представит шевалье, когда тому только будет
угодно. С доном Диего де Карвальо можно было познакомиться даже этим утром, ибо
дон Диего находился неподалеку, они
только что прошли мимо него, когда разговаривали с де Лара и молодым Васкесом.
Собеседники повернули и медленно пошли той же дорогой назад.
- Насколько мне известно, дон Диего - настоящий кабальеро? - спросил
Боваллет. - Единственный наследник, не
так ли?
- Именно так, сеньор, - дон Хуан был несколько сдержан, и Боваллету пришло
в голову, что он явно недолюбливает
дона Диего. Дон Хуан кивнул и заговорил снова: - Вот дон Диего, сеньор, тот, что
пониже ростом.
Впереди них грациозно прогуливался стройный молодой человек, занятый
ленивым разговором с другим, не менее
элегантным. Дон Диего был очень смугл, с черными волосами и бровями, почти
сросшимися над тонкой переносицей,
полными, хорошо очерченными губами. В мочке его левого уха покачивалась серьга,
он был обильно надушен мускусом, а в
белых пальцах кружил алую розу. Плоская бархатная шляпа с пером ловко сидела на
его тщательно завитой голове, высокий
воротник был богато отделан кружевом, а короткий плащ позволял видеть подкладку
из алого шелка.
Сэр Николас не мешкая прошел вперед и, дождавшись, когда дон Хуан
представит их друг другу, отвесил один из
самых вежливых поклонов.
Дон Диего тоже поклонился. Выпрямляясь, он увидел, что на него смотрят
блестящие голубые глаза. Мужчины
застыли, оценивая друг друга, возможно, каждый из них почувствовал мгновенную
неприязнь к другому, но оба скрыли это
неблагородное чувство.
- Шевалье путешествует ради собственного удовольствия, - сказал дон Хуан.
- Все мы должны оказать ему
настоящее испанское гостеприимство, чтобы дома, в Париже, он мог рассказать о
нашей стране только самое лучшее.
Дон Диего вежливо улыбнулся.
- Надеюсь, так оно и будет, сеньор. Однако шевалье приехал в самое
неподходящее время: сезон развлечений
заканчивается, все мы подумываем об отъезде за город, как только двор переедет в
Вальядолид!* - Он посмотрел на
Боваллета. - Жаль, что вас не было здесь месяц назад, сеньор. Бой быков мог бы
заинтересовать вас, было также и auto da
fe*. Собралось великое множество народу... - задумчиво продолжал он. - Можно
было упасть в обморок от жары и
зловония простолюдинов.
* Вальядолид - город в центральной части Испании, бывший в XIV - XV веках
столицей Кастильского и Леонского
королевств. На лето туда выезжал двор. Здесь в 1506 году умер Х. Колумб.
* "Акт веры" (португ.) - публичная церемония исполнения приговоров святой
инквизиции в Португалии, Испании и
их колониях.
- В самом деле? - саркастически поинтересовался Боваллет. Он очень
старался, но не мог не скривить губы в
презрительной улыбке. - Как же много я пропустил!
- Да, и я боюсь, что на некоторое время мы будем лишены подобных
развлечений, - сокрушенно сказал дон Диего.
Его ленивый взгляд снова остановился на Боваллете. - Я сожалею, что вчера
вечером меня не было в доме де Лоса, где, как
мне сказали, я мог бы иметь счастье познакомиться с вами. - Он опять довольно
небрежно поклонился.
- Мне тоже жаль, сеньор, - ответил сэр Николас. - Я искал дона Мануэля де
Рада и Сильва, мы немного знакомы,
но, увы! - я услышал печальное известие о его смерти.
- В самом деле, увы! - отозвался дон Диего. Однако Боваллету показалось,
что эти слова были произнесены отнюдь
не искренним тоном.
- Я буду иметь честь нанести визит вашему отцу, сеньор, - сказал Боваллет.
- Это большая честь для моего отца, сеньор. Надолго вы в Мадриде?
- Возможно, всего на несколько недель. Но я, мне кажется, задерживаю вас.
- Ник отступил на шаг назад, снова снял
шляпу и поклонился. - Надеюсь, мы еще увидимся, сеньор.
- Я буду с удовольствием ожидать этой встречи, - ответил дон Диего.
На этом они расстались. В этот же день сэр Николас разыскал своего
покровителя, дона Диаса де Лоса, и без труда
получил от него письмо, рекомендующее его дону Родригесу Карвальо.
- Все идет отлично, - сказал себе сэр Николас, шагая к "Восходящему
Солнцу". - На сегодня хватит, пожалуй.
Терпение, Ник!
Утром он направился в Каса* Карвальо, ему повезло, и он застал дона
Родригеса дома. Однако если он надеялся
увидеть Доминику, то его поджидало разочарование. Он не заметил даже ее тени,
хотя он внимательно осмотрел все окна,
когда слуга вел его через patio* в дом.
* Casa (исп.) - дом.
* Двор перед домом, особенно внутренний двор, куда падают лучи солнца, а
также вымощенная площадка перед
домом для развлечений на воздухе.
Николаса провели в темноватую библиотеку, окна которой выходили в тот
самый окруженный стеной сад, который
приметил Джошуа. Вдоль стен комнаты стояли шкафы с толстыми книгами в переплетах
тисненой кожи, кроме этого здесь
стояло несколько стульев орехового дерева, покрытых тонкой резьбой, каталанский
сундук с плоскими пилястрами спереди и
по бокам, и низенькая скамеечка для ног у окна.
Вскоре вошел дон Родригес, держа в руке письмо дона де Лоса. Это был
худощавый человек средних лет, с чересчур
близко посаженными глазами. Глаза эти перебегали с места на место, нигде подолгу
не задерживаясь. Линия его рта говорила
о слабости характера и какой-то раздраженной неуверенности, особенно когда он
обидчиво выпячивал нижнюю губу.
Он приветливо принял шевалье и долго распространялся по поводу печальной
смерти своего родственника. Он шумно
вздыхал, качал головой, опускал глаза и без передышки говорил об опасных
контрастах климата Вест-Индии.
Боваллет начал было уже терять терпение, когда их разговор прервал звук
шагов по песчаной дорожке во дворе. Тень
упала на высокое и узкое окно, послышалось тихое шуршание юбок.
Сэр Николас быстро обернулся, но женщина, заглядывавшая в окно, была не
Доминика. Это была полная дама, на ней
было богато вышитое платье из пурпурного шелка. Волосы ее были причесаны
несколько экстравагантно, а воротник высоко
поднимался за ее головой. Несомненно, когда-то она была прелестна. Губы ее
слегка улыбались, как улыбались глаза под
устало опущенными веками. Эта улыбка, казалось, означала, что леди сочувствует
вам, слегка забавляясь при этом, смотрела
на мир слегка цинично, и находила его слишком глупым. Двигалась она как человек,
который никогда не спешит, и, несмотря
на свое необъятое платье, передвигалась с определенной грацией.
- А, шевалье! Моя жена - донья Беатриса, - сказал дон Родригес. Он
обратился к даме с некоторым волнением,
словно благоговел перед ней. - Любовь моя, позвольте вам представить
благородного путешественника, приехавшего в
Мадрид - шевалье де Гиза.
Сочувствующие глаза осмотрели сэра Николаса, улыбка стала шире. Донья
Беатриса протянула вялую руку и с явным
одобрением взглянула на Боваллета, когда тот галантно склонился над ее рукой.
Голос у нее был такой же ленивый, как и весь
ее вид.
- Француз... - протянула она. - Мне всегда нравились французы. Но ради
чего же вы приехали сюда, шевалье?
- Всего лишь ради собственного удовольствия, сеньора.
Казалось, ей было трудно поднять брови.
- Какое же удовольствие вы находите в Мадриде? - поинтересовалась она.
Затем она прошла к стулу, тяжело
опустилась на него и принялась медленно обмахиваться. - Мадрид кажется мне
невыносимо утомительным.
- Но, сеньора, я нахожу здесь немало приятного! - возразил Боваллет.
- Вы молоды, - проговорила она оправдывающим тоном. - И вы - француз.
Сколько энергии! Сколько энтузиазма!
- В Мадриде немало поводов для энтузиазма, мадам, - вежливо сказал сэр
Николас.
- А! Когда вы доживете до моих лет, сеньор, вы поймете, что в мире очень
мало поводов для радости...
- Я надеюсь сохранить мои иллюзии, мадам.
- Гораздо лучше не иметь их вообще, - протянула дама.
Дон Родригес, заботливо суетившийся вокруг своей супруги, извиняюще
улыбнулся. Казалось, ему все время хотелось
объяснить ее странности этой слабой, неуверенной улыбкой.
- Давайте поговорим на вашем родном языке, шевалье. Я говорю по-французски
очень плохо, но это такой вежливый
язык. - Говорила она, впрочем, очень бегло.
- Любовь моя, шевалье надеялся встретить вашего бедного брата. Мы говорили
о его печальной кончине.
Она ответила, даже не удосужившись посмотреть на него.
- Почему же печальной, сеньор? Надо надеяться, он нашел успокоение. Так вы
были знакомы с моим братом,
шевалье?
- Нет, мадам, но одно время я был знаком с его другом, и надеялся на этом
основании познакомиться с ним самим.
- Вы нашли бы его совсем не интересным человеком, - ответила донья
Беатриса. - Гораздо лучше быть знакомым
со мной.
Сэр Николас поклонился.
- В этом я уже уверен, мадам, - и подумал при этом, что так оно и есть.
- Вы должны прийти на мой бал в пятницу вечером, - заявила она. - Все это
будет очень скучно и утомительно, но
вы развеете мою скуку. Думаю, вам стоит познакомиться с моим сыном. - Она
вздохнула и обратилась к дону Родригесу. -
Сеньор, дон Диего еще не ушел. Прошу вас послать за ним.
- Я уже имел удовольствие, мадам, познакомиться с вашим сыном вчера на
Ментидеро.
- А, тогда вы не захотите видеть его снова, - ответила она, словно точно
поняла его мысль. - Сеньор, не посылайте
за ним.
Сэр Николас прикусил губу.
- Напротив, я буду счастлив, мадам.
Веки ее на какое-то мгновение приподнялись. Он подумал, что никогда не
видел таких холодных и циничных, но
одновременно добродушных глаз.
-
...Закладка в соц.сетях
