Жанр: Любовные романы
Невеста на продажу том 1-2.
...риподняв его так, что их глаза
встретились.
- Да, думаю вы не могли представить себе такую неожиданную, нежеланную помолвку.
Вы все еще считаете, что влюблены в Эверетта? - он испытывающе посмотрел на
Викторию.
Она беспомощно пожала плечами, искренне озадаченная.
- Я.., я не знаю. Мы подходили друг другу. Он негромко рассмеялся:
- А мы, значит, не подходим. Может быть, поэтому я и принял предложение вашего
отца. Я собирался ухаживать за вами. Тори. Вы это знаете. Но вы были готовы выйти за
этого болвана, - ее глаза гневно сверкнули, и он извинился. - Простите.., за бранное слово,
но не за сам факт того; Чарльз Эверетт вам не подходит, Тори.
- А вы? - казалось, вопрос напросился сам собой. Она не успела сообразить и
промолчать.
- Думаю, да. Уверен в этом, - решительно подтвердил он. - Чарльз - слабак. Он все
получил от рождения и занимался только тем, что проматывал свое состояние. А теперь,
когда ваша семья осталась без денег и не может помочь его политической карьере, он
бросил вас.
- Это несправедливо! Вы передергиваете. Он.., он просто не в состоянии помочь моему
отцу, а вы можете, - слова Риса укололи Викторию, ибо она тоже считала, что Чарльз
отказался от нее, даже не попытавшись оказать сопротивление.
- Он не любит вас, Тори. И вы его не любите.
Вы это уже фактически признали.
- Вы, стало быть, любите меня, - усмехнулась она. Тори была слишком зла, чтобы
попридержать язык.
- Может быть, не сильнее, чем вы любите меня, - загадочно отозвался он. - Нас влечет
друг к другу.., больше того, мы любим друг друга, не отрицайте этого, - добавил он, когда
она вздрогнула от негодования. - Вашей семье нужна защита, а мне нужна жена, леди,
хозяйка дома, который я строю. У меня грандиозные планы, Тори, и вы - составная часть
этих планов.
Она прикусила язык, воздержавшись от резкой отповеди. Как смеет он даже
помышлять о подобном? Почему он возомнил, будто бы ее влечет к нему, из-за того, что
он пару раз нахамил ей? Она переменила тему разговора и заговорила о вещах, не
вызывающих столько эмоций.
- Так поедем же и посмотрим на ваше гигантское строение, о котором ходит так много
слухов, мистер Дэвис.
Он схватил шляпу и взял ее под руку, увлекая к двери.
- Зовите меня Рис, Тори. Думаю, в сложившихся обстоятельствах это вполне прилично,
как вы считаете? - он заметил, открывая дверь, что она покраснела от смущения. Она не
ответила, он вынул руку девушки из-под своего локтя и опять поднес ее к губам. - Ну,
Тори, назовите же мое имя! - настойчиво попросил Рис.
- Как вам будет угодно. Рис, - послушно молвила она, почти с такой же неприязнью
произнося иностранное имя, с какой она относилась к его власти над собой.
Он галантно подсадил ее в экипаж. Тори вспомнила Четвертое июля и их совместную
поездку вместе с пьяным Сандерсом. Вспоминая ужасные события, после-, девавшие за
этой поездкой, она хранила холодное молчанке.
Рис умело подхлестнул лошадей и лениво улыбнулся.
- Прекрасный день, чтобы строить планы о свадьбе, Тори. Где по-вашему лучше
устроить церемонию - в церкви или в нашем новом доме? Выбирайте.
Тори захотелось закричать, что ей не оставили никакого выбора... Какое ей дело до
того, где это будет происходить? Чуть не прикусив язык, она все-таки спросила:
- Можно ли будет это сделать в епископальной церкви?
Он пожал плечами.
- Почему бы и нет?
- Вы как-то сказали, что воспитывались у сестер милосердия. Я решила, что все
демократы - католики, - пояснила она.
Он рассмеялся.
- Вы произносите слова "католик" и "демократ", как будто они обозначают социальные
язвы. Что же касается моего пребывания у сестер милосердия, то боюсь, спасать мою
душу было слишком поздно. Мне было уже четырнадцать лет, когда меня окрестили. Мне
сгодится любая церковь, любовь моя. Вот видите, как со мной легко поладить, -
добродушно заметил он.
- Но вы все же демократ, - колко возразила она.
- Вы хотите, чтобы все было по-вашему, милочка? - подтрунивающе спросил он. -
Может быть, если я подключусь к строительству железных дорог, мне придется поменять
свои политические позиции, но учтите, этот вопрос я еще не решил.
Она изучающе посмотрела на его четко очерченный профиль.
- Железные дороги? Вам скоро предстоит бороться за пост губернатора. Он взглянул на
нее.
- А вам хотелось бы этого? Чарльз - политический деятель.., или считает себя таковым.
Тори ощетинилась.
- Чарльз баллотируется в сенат. Я абсолютно уверена, что из него выйдет отличный
сенатор. Но на ваш вопрос я отвечаю отрицательно. Мне никогда не нравились толпы, не
нравится быть на виду, как это бывает с женами и семьями политиков.
Он немного подумал, потом наклонился к ней и насмешливо прошептал:
- Вы это спрашиваете потому, что можете оказаться женой политика-демократа?
Она фыркнула, но не удосужилась ответить.
- Давайте поговорим о церквах, а не о политике.
- Ах, чтобы между нами было больше согласия? Хорошо! Хотели бы вы, чтобы из
Денвера приехал епископ и обвенчал нас?
Голова Тори повернулась помимо ее воли.
- Вы знакомы с епископом епископальной церкви? - спросила она с явным
недоверием.
- Скажем так, он дружит с некоторыми моими старыми друзьями в Денвере, Думаю, я
смогу договориться об этом, пока вы будете покупать себе приданое, - Рис помолчал, но
все же не смог удержаться и добавил:
- Впрочем, до меня дошли слухи, что он тоже демократ.
На этот раз она лишь улыбнулась.
- Ерунда.
Они проезжали по улицам Старлайта мимо рядов элегантных домов, построенных
богачами, среди которых были купцы, шахтовладельцы и скотоводы, которые
предпочитали городскую жизнь пастбищам в диких долинах Сан-Хуана. Когда они
пересекли южную черту города и проехали пару миль в шикарном черном экипаже Риса,
Тори увидела цель их поездки. Наполовину построенный дом стоял на высоком холме
примерно в четверти мили от них.
Уже несколько недель до Тори доходили слухи об этом строительстве. Лиззетт
Джонсон назвала дом сказочным дворцом, гадая, кто будет та счастливица, что станет его
хозяйкой. Несмотря на все свои переживания, Тори не смогла сдержаться: ей хотелось
хоть краешком глаза взглянуть на особняк, вызывавший столько пересудов.
И действительно, это был настоящий дворец, построенный из красновато-розового
песчаника, который добывали на каменоломнях штата. Здание построили так, что,
несмотря на массивность, оно всегда хорошо освещалось внутри.
Оно походило на средневековый замок и было даже украшено изваяниями каменных
драконов у парадной лестницы. Рис помог Тори спуститься на землю и высокопарно
произнес:
- Добро пожаловать в логово дракона, любовь моя!
Он немного помолчал, а потом, видя, что она озирается, пытаясь оглядеть
колоссальный дом, спросил:
- Ну, как вам все это?
Тори на мгновение онемела, а затем, обретя дар речи, повторила:
- Логово дракона?
- Да, логово дракона Уэльса. Когда архитекторы показали мне чертежи каменного
здания, не смог удержаться, чтобы не заказать их. Сам Ричмонд мог бы ими гордиться, -
видя что она никак не реагирует на его слова. Рис терпеливо добавил:
- Ричмонд - это Генрих VII, первый монарх из династии Тюдоров, на знамени
которого...
- Красный дракон, - резко перебила она его. - Я кое-что читала из истории, мистер...
Рис, - Тори старалась загладить свою резкость.
Хотя, когда Хедда застала ее за чтением учебников Сандерса по истории, она тут же
подсунула дочери журналы мод. Благопристойные дамы не читают книг по истории или
скандальную поэзию таких людей, как Байрон или Ките:
Рис поднял брови, удивленный ее познаниями.
- Одно очко в пользу дамы. Но вы все-таки не ответили на мой вопрос об этом доме.
Нравится он вам или нет?
- Я просто ошеломлена, - искренне призналась Виктория. Но поскольку у многих
богачей Колорадо дома были не хуже, то Тори привыкла к показной роскоши. Ей все
равно больше нравился простой дом Лауры Эверетт, сложенный из белых бревен, он был
куда лучше кирпичного особняка ее родителей. Но во всяком случае, даже кирпичные
дома строили с мансардами и кружевными решетками; так было принято в Старлайте. А
этот особняк.., она подбирала слово... какой-то средневековый.
- Разрешите мне показать вам сначала его наружную часть. На заднем дворе ждет
несколько сюрпризов.
Что же это, гадала она, яма для медведей? Или рабочие копают ров и строят
перекидной мост? Рис взял ее под руку, но не успели сделать они несколько шагов, как
навстречу им, неуклюже волоча ноги, вышел настоящий великан с редеющими светлосерыми
волосами и кислой, тупой физиономией.
Почувствовав, как она вся напряглась при приближении Клауса, Рис поприветствовал
человека, у которого явно не все были дома:
- Здравствуйте, герр Крюгер. Тори, разрешите представить вам герра Клауса Крюгера,
начальника стройки. Герр Крюгер, это мисс Виктория Лафтон, моя невеста.
Тори неловко кивнула, а немец расплылся в широкой улыбке, хмурости как не бывало.
Он церемонно, с большим изяществом для такого крупного человека поклонился и
произнес:
- Для меня большая честь, прекрасная леди, познакомиться с будущей женой герра
Дэвиса. Он постоянно приезжает сюда и торопит рабочих, чтобы они поскорее закончили
для вас дом.
Чувствуя, что Крюгер может слишком много рассказать о его слабостях, Дэвис перебил
его:
- У вас есть какие-нибудь проблемы, Клаус?
- Да, человек, который доставил стекло для солярия, разбил один лист и говорит, что
не станет за него платить.
- Что, лист был плохо упакован? - Клаус покачал головой, и Рис продолжал:
- Поездка из города сюда не такая долгая, и дорога совсем не ухабистая. Он не мог
разбить этот лист.
- Я ему сказал то же самое, когда он приехал, - заметил Клаус.
В этот момент из-за угла дома показался высокий, угрюмый извозчик со значком
возницы на рукаве - черной, свившейся в кольцо змеей. На нем были замасленные брюки
из оленьей кожи, на поясе висел довольно страшный нож. Растрепанные космы давно не
видели воды и мыла. Он остановился, чтобы сделать последний глоток из своей фляжки,
потом с шумом сплюнул на землю комок желтоватой слюны.
- Вы Дэвис? - крикнул он скороговоркой, проглатывая некоторые буквы. Он явно был в
задиристом настроении и, видимо, давно не выходил из запоя, - Да, это я, - спокойно
ответил Рис. - А вы работаете в компании Лоринга по доставке грузов?
- Да, и не собираюсь платить за этот дурацкий лист изогнутого стекла, который
разбился.
- Вы не правы в двух отношениях. Во-первых, вы больше не будете работать в компании
Кэсс Лоринг, когда я сообщу ей о том, что вы пили на работе. А во-вторых, она вычтет из
вашей зарплаты деньги за разбитое стекло. А теперь извинитесь перед дамой за грубость
и убирайтесь отсюда, - приказал Рис.
- Черта с два, богатая скотина, - выругался извозчик и потянулся к своему кнуту.
Зная, что можно ждать от опытного возницы. Рис не стал терять времени, а быстро
подбежал к нему. К счастью, расстояние между ними было небольшим, а рефлексы
подвыпившего человека - замедленными. Рис выхватил у него кнут еще до того, как
извозчик успел взмахнуть им. Используя рукоятку и сам тяжелый кнут из сыромятной
кожи как дубинку, он врезал им по голове возницы, сбив его с ног. Тот с грохотом рухнул
на землю. Когда поверженный человек схватился за свой страшный нож, Тори ахнула.
Рис не растерялся. С непостижимой быстротой носком кожаного сапога он ударил по
кулаку, сжимавшему нож, который отлетел в сторону и упал со звоном у ног Крюгера.
Тори отпрыгнула назад. Немец поднял его и, улыбаясь, глядел, как Рис схватил пьянчугу
за ворот грязной рубахи, поднял одной рукой, а другой саданул по челюсти. Голова
возницы откинулась назад и свесилась набок. Извозчик потерял сознание. Рис бросил его
на землю и сказал Клаусу:
- Пожалуйста, займитесь им.
- Я и сам собирался это сделать, герр Дэвис. Только я не стану проявлять мягкость, -
ответил немец, улыбнувшись.
Рис улыбнулся ему в ответ:
- А потом, Клаус, сообщите о случившемся в Денвер. Кэсс доведет дело до конца.
Немец потащил высокого, худощавого мужчину с такой же легкостью, с какой Тори
могла бы нести пуховую подушку. Рис вытер руки о прекрасно вышитый полотняный
платок и обернулся к невесте. Его прическа почти не растрепалась, лишь одна прядь
свисала на лоб.
- Продолжим нашу прогулку?
- Вы всегда сохраняете такое спокойствие, когда кто-нибудь пытается исполосовать вас
кнутом, а потом ножом? - ее сердце все еще учащенно билось. - Вам даже нравится
применять силу, правда?
В голосе Тори звучали обвиняющие нотки. Он сделал невинные глаза и любезно взял
ее под руку.
- Вы опасаетесь за меня, Тори? Очень трогательно!
Она заскрежетала зубами, но ничего не ответила. Они опять пошли вдоль дома, минуя
шелестящие на ветру сосны и густые вечнозеленые кустарники, отбрасывавшие
прохладную тень. Место было великолепное и, очевидно, строителей просили не
вырубать окружающие деревья, чтобы не нарушать природную красоту. Увидев фасад
здания. Тори чуть не лишилась дара речи, и такое же впечатление произвела на нее и его
задняя часть. Она пришла в полный восторг.
Рис чувствовал, что она приятно поражена, но старается скрыть это.
- Вам нравится, любовь моя?
- Я не видела соляриев с тех пор, как закончила школу в Сант-Луисе, - ответила Тори,
стараясь сохранить спокойствие, как будто увиденное не произвело на нее особого
впечатления.
Большие металлические жерди, установленные вокруг южной стороны дома, частично
были закрыты матовым стеклом. Несколько последних панелей из специально
изготовленного стекла лежали на траве. Одна из них была разбита в нескольких местах.
- Когда закончится строительство, солярий будет достигать тридцати футов в длину и
пятнадцати в ширину. Он примыкает к задней гостиной, чтобы максимально закрыть
южную сторону от жары. Можно будет выписать любые виды растений для оранжереи -
все, что хотите, такие же прекрасные цветы, как вы сами: орхидеи с Гавайских островов,
тропические цветы из Южной Африки...
- Вообще-то я предпочитаю цветы родного Колорадо: васильки, лилии, люпин, -
сказала Тори; ей не понравилось, что ее сравнили с цветами из оранжереи.
- Как это патриотично с вашей стороны. Тори. Очень патриотично. Колорадские
полевые цветы вы сможете выращивать здесь круглый год, - продолжал он. - Мы будем
сидеть в солярии и любоваться ими на Рождество, а на улице будет сверкать снег. В доме
я устрою центральное отопление.
- В некоторых лучших домах города уже установлено такое отопление. Папа тоже
собирается провести его на следующий год, но мне никогда не казалось, что это так
важно, - сказала она, не задумываясь, когда они направились к большому фонтану в
центре двора.
- Я заказал также несколько каминов. Люблю в холодный день смотреть на язычки
пламени, - Рис также представлял себе, как они будут нежиться на просторной кровати в
спальне. Волосы Тори будут отливать золотом, отсвечивая в прыгающих отблесках
пламени, кожа ее будет напоминать горячий белый шелк, когда он будет ласкать и
гладить ее. Он отогнал эротические фантазии. От фонтана они пошли к большой
конюшне в глубине имения.
- Я слышала, вы купили несколько рысаков. Не соревнуетесь ли вы с Чарльзом, Рис? -
спросила она, когда от конюшни они повернули опять к дому.
- Между прочим, я вполне могу составить ему конкуренцию. Я превзошел его в сделках
со скотом и по добыче серебра на приисках. Почему бы не посоревноваться и в области
лошадей? - Рис пожал плечами и шутливо добавил:
- Я мог бы надевать на скачки одежду ваших любимых цветов.
Он открыл перед ней парадную дверь.
- Я чувствую себя барышней из романа "Айвенго" или какого-нибудь другого дурацкого
средневекового романа. Посмотрев на этот дом, можно подумать, что вы слишком
начитались таких книг.
- А вы прочли их слишком мало, - возразил Рис и взмахнул рукой. - Это прихожая. Я
представляю себе, что здесь должна свисать хрустальная люстра высотой в шесть футов..
А как кажется вам? Мне хотелось бы, чтобы вы занялись внутренним убранством дома.
Тори. Выбирайте мебель, обои, драпировки, все остальное. Отделочные работы
закончатся через месяц. Вы можете заказывать все, что угодно, у Лорингов в Денвере. Это
крупнейшая фирма штата по импорту и грузовым перевозкам.
- Вы назвали женщину по фамилии Лоринг, когда разговаривали с, этим ужасным
извозчиком. Эта компания принадлежит ей? - Тори разглядывала блестящие дубовые
полы и лестницы из красного дерева с замысловатой резьбой, которая спирально уходила
на большую высоту.
- Да, этой компанией совместно руководят Кэсс и ее муж Стив, но в последние годы он
увлекся железнодорожным бизнесом, которым занимается вместе со своим другом
Уильямом Джексоном Палмером. Кэсс же командует извозчиками. И всегда этим
занималась, - добавил он и, ухмыльнувшись, припомнил скандальные истории о
шестнадцатилетней девушке, которая орудовала кнутом и материлась наравне с грубыми
мужиками.
- Женщина, которая руководит извозом? - переспросила Тори. По ее тону можно было
заключить, что она не считает дамой женщину, которая занимается таким делом.
Рис тоже не считал Кэсс дамой в строгом смысле этого слова. Она была просто Кэсс,
приятельница его друга Блэки Драго. Не возвращаясь больше к этому вопросу, он провел
Викторию по огромной круглой гостиной на первом этаже башни, по центральной
столовой, залу для танцев, своему кабинету, библиотеке, по нескольким гостиным
меньшего размера и привел в кухню.
- Дом такой огромный, что напоминает лабиринт, - заметила Тори, когда они
подходили к спиральной лестнице, ведущей на второй этаж. Повсюду наподобие пчел
суетились рабочие, каждый занимался своим делом, за всеми внимательно присматривал
Клаус Крюгер.
- У вас будет столько слуг, сколько вы захотите, - повара, горничные, дворецкий. Все,
что касается домашней прислуги, я оставлю на ваше усмотрение.
Он по-хозяйски поддерживал ее за локоть, когда они поднимались по лестнице, что
было вполне уместно для жениха, но ее это все равно раздражало. Она посмотрела на
длинный коридор, в котором виднелись двери из орехового и красного дерева.
- Вы, наверное, исчерпали запасы многих строительных складов от Миннесоты до
Африки, - заметила она с кислой миной. Большое богатство давало большую власть, этот
урок она твердо усвоила, живя в доме Стоддарда Лафтона.
Рис отворил первую дверь и показал миленькую комнату с чарующим видом на горы
Сан-Хуан. Их шаги гулко отдавались от пустого, только что настланного пола второго
этажа. В отличие от первого на верхних этажах плотнические работы уже закончились.
Рис и Тори были там совершенно одни.
- Я подумал, что эта комната может стать детской. Не для младенца, конечно. Его
комната будет примыкать к нашей спальне.
К нашей спальне. Эти слова резанули слух Виктории. Каждый мужчина надеется
получить наследника. Разве ее мать не сообщила ей об этом неопровержимом факте? Она
почувствовала, как слабеют ее колени, как учащенно бьется сердце. Я должна буду
разрешить ему делать со мной ужасные вещи, мама предупреждала об этом.
Рис чувствовал, что Тори замирает от страха. Раньше, когда они оставались одни, она
всегда становилась сердитой, напряженной, заносчивой, даже возмущалась, но никогда не
испытывала страха. Озадаченный, он пытался припомнить, что же он сказал ей такого
обидного, ведя по коридору.
- Комнаты на южной стороне предназначаются для нашей семьи, а на другой - для
гостей.
И тут до него дошло! Спальни для детей - детей, которых, он надеялся, они когда-то
заведут.
- Здесь будет детская. Тори, - произнес он негромко, бесстрастным голосом, вводя ее в
небольшую, прекрасно спланированную комнату, украшенную затейливой резьбой по
дереву. Эту комнату с соседней соединяла внутренняя дверь.
Вводя невесту туда. Рис сказал:
- А это - основная спальня.
Она взглянула через неширокий проем двери в просторную комнату с множеством
окон по обеим сторонам. В дальней стене был сложен большой камин.
- Это ваша спальня? А где моя? Он нахмурился.
- Я же сказал, это помещения для хозяев. Вот наша общая спальня, соединенная с
детской. Они обе изолированы от других комнат.
- Порядочные джентльмены всегда позволяют своим женам иметь отдельные спальни,
- деревянным голосом, как попугай, повторила Тори слова матери. Ее родители никогда
не спали в общей комнате.
Он проглотил крутившееся на кончике языка грубое выражение и холодно произнес:
- Я не настоящий джентльмен. Тори. Моя жена будет спать со мной.
Глава 12
Тори сидела в пассажирском вагоне небольшого поезда, который шел в Денвер из Рио
Гранде, и неотрывно смотрела в окно. Дорога петляла среди гор, открывая ее взору все
новые виды. Она приближалась к Денверу, столице штата! Возможность увидеть
прекрасный город почти что заставила ее забыть о неудобствах езды в прокопченном
вагоне в августовскую жару. Возможно, если бы рядом с ней не сидел этот
возмутительный человек, она бы легче перенесла клубы дыма, валившие из паровоза.
Рис наблюдал за своей бунтующей будущей супругой, видел, как она крутит под
перчаткой, стараясь не показывать этого, свой обручальный перстень с бриллиантом в два
карата на божественном пальчике. Она продолжала сердиться на него из-за разных
проступков. Гнусным уже было хотя бы то, что он настаивал на совместной спальне.
Позже он опрометчиво заявил вслух, что ей надо забеременеть, чтобы родить детей. Ему
холодно объяснили, что джентльмены никогда не обсуждают с женами таких
неделикатных тем, тем более не делают этого с невестами.
Он надеялся, что поездка в Денвер вместе со Стоддардом и Хеддой поможет смягчить
трения. Но пока что Холодная надменность матери и кислое безразличие Стоддарда,
казалось, только усиливали неприязнь Тори к предстоящему бракосочетанию.
Но какой женщине не нравится делать покупки? Тори и Хедда должны были подобрать
ей приданое и все внутреннее убранство для Логова дракона. Что касается суммы
расходов на такую поездку, то она могла лишь порадовать невесту, но этого не произошло.
Он не обращал внимания на ее недовольное выражение лица и взглядом поддразнивал ее,
зная, как болезненно она воспринимает его намеки.
Стоддард наблюдал за обменом взглядами между дочерью и Дэвисом. Хедда же
презирала Риса до такой степени, что еле удерживалась в рамках приличий.
Объявление о помолвке на прошлой неделе просто убило ее, несмотря на то, что
полученное Тори кольцо стоило целое состояние. Хедда излила на своего мужа все
презрение и отвращение, которые она питала к валлийцу. Лафтон надеялся, что эта
поездка изменит сложившиеся отношения.
Стоддард знал беспутный характер своего сына и немедленно по обнаружении
растраты нанял сыщиков. Одна ниточка вела в Денвер. Если ему удастся накрыть юношу и
деньги до того, как Сандерс промотает или потеряет их, то он сумеет спасти свой банк и
отправит надменного картежника туда, где ему и место - в салун. Он взглянул на
великолепный пейзаж, открывавшийся из окон вагона. Вчера вечером шел небольшой
снег, что нередко наблюдается в августе на высотах, которые сумела преодолеть
узкоколейка генерала Палмера. Теплый полдень бабьего лета растопит снег. Шелестящие
на ветру листья осин скоро позолотятся. Вдали сверкал старый величавый страж штата -
пик Пайк. Зубчатые красно-золотистые верхушки гор со всех сторон поднимались над
железнодорожным полотном, рискованно проложенным среди холмов и обвивавшим их
извилистыми петлями. Заостренные зимними ветрами ели и сосны летели навстречу
поезду, выставляя свои зеленые ветви. Но Стоддард, озабоченный финансовыми и
семейными проблемами, не замечал окружающей его красоты.
Другое дело - Рис. Величие Скалистых гор, вызывающее благоговейный трепет, сами
размеры и разнообразие ландшафта Колорадо всегда потрясали его, хотя он прожил в
этом штате уже больше пяти лет. Он много путешествовал с тех пор как уехал из приюта
сестры Фрэнсис Роуз в Нью-Йорке, проехал по Миссисипи от Сант-Луиса до Нового
Орлеана. Потом он двинулся на запад к Галвестону и на север, пересекая огромные
равнины Техаса. Он даже повидал легендарный Тихий океан и работал банкометом за
столом для игры в фараон в шикарном казино Сан-Франциско. Но его всегда влекли к
себе горы. "Именно здесь я хотел бы навсегда поселиться". Он перевел взгляд с видов за
окном на сидевшую рядом с ним молодую женщину. Он проведет с ней всю оставшуюся
жизнь. У Тори было все - красота, воспитание, невинность, и вместе с тем ум и даже
душевность, лишь бы удалось освободить ее от хрупких шнурков корсета Хедды. У нее
было все, кроме любви к нему. Он считал, что со временем это изменится, и опять
устремил свой взор за окно, чтобы насладиться проплывающими видами.
Через некоторое время он улыбнулся Хедде и опять обратил свое внимание на Тори.
- Нам действительно следует определить дату, любимая, ты согласна? В конце концов,
официальная помолвка состоялась.
Тори перевела взгляд с Хедды на Риса, но она еще не успела ответить, как вмешался
Стоддард.
- Для этого будет масса времени после того, как мы все уладим в Денвере, то есть
когда мы купим все, что нужно из одежды и для дома, - торопливо поправился он.
- У Лорингов огромные склады. У них такой же большой выбор товаров, как в
крупнейших торговых домах Нью-Йорка. Не думаю, что отбор домашней утвари займет
много времени, - заметил Рис, все еще не отводя своего взгляда от Тори. - Конечно,
остается проблема приданого... - Он замолк, не договорив, с удовольствием наблюдая за
тем, как она покраснела.
Тори представила себе его сладострастные мысли о просвечивающем нижнем белье и
чулках из чистого шелка. Ее губы дернулись, несмотря на смущение, когда она подумала,
что купит полдюжины ночных сорочек из красной фланели вместе с ночными
панталончиками... "Но он с удовольствием стянет их с тебя", - прошептал ей коварный
внутренний голос. Она опять покраснела.
- Думаю, стоит отложить свадьбу на декабрь, - холодно предложила Хедда. - Это даст
достаточно времени для подготовки. Праздники очень подходят для свадьбы, в конце
концов, - добавила она со слащавым
...Закладка в соц.сетях
