Жанр: Любовные романы
Непобежденная
...видимо, очень
нужна, если она рискнула отправиться в
Лондон, не дожидаясь, когда Серл за ней приедет.
Ида все еще обдумывала его слова, когда их лошади остановились перед палаткой
Серла и ее хозяин бросился им
навстречу - растерявший всю свою степенность и взволнованный, словно юноша, Ида
и Дрого тепло поздоровались с ним, а
затем Ида направилась к горевшему неподалеку костру, чтобы поговорить с Аверил и
Этелредом. Они сидели у огня вместе с
Браном, Годвином и детьми, находящимися на попечении Иво и Мэй. Ида заметила
среди ребятишек несколько незнакомых
мордашек.
- Сколько их сейчас? - удивленно спросила она, садясь на бревно рядом с
Браном. - Когда мы подошли к Лондону, у
Мэй и Иво было девять приемышей. Похоже, их число несколько возросло.
- Четырнадцать. Не считая Уэлкома и Эрика, которые перебрались к Годвину, -
ответил Бран. - Я сказал Дрого, что
ему надо поскорее получить свою землю и со всех ног бежать туда, иначе скоро ему
придется возводить палаточный городок
для всех сирот и брошенных детей, которых подбирают Иво и Мэй.
- Брошенных детей?
- Утром они нашли возле своей палатки трех подкидышей. Думаю, эти дети -
нежеланное потомство какой-нибудь из
женщин, которые едут в обозе армии.
Ида горестно покачала головой, но тут же подумала, что Мэй и Иво способны
дать малышам ту заботу, которой их родная
мать наверняка дать им не способна. Ида повернулась к своей сестре и перехватила
быстрый испытующий взгляд, который та
бросила на Серла.
- Он хороший человек, - сказала Ида Аверил, и та вспыхнула.
- Но как можно играть свадьбу почти сразу после смерти отца? - голосом, в
котором слышались обида и смятение,
спросила она старшую сестру.
- Отец погиб уже несколько месяцев назад... Хотя, честно говоря, я и сама
удивляюсь такой спешке. Но сейчас мы
должны думать о матери. Мы находимся уже в другой стране. Домой нам не вернуться
- там живут норманны. Нашей
матери нужна крыша над головой, надежное плечо, нужен кто-то, кто смог бы о ней
позаботиться. А положение супруги
норманнского рыцаря освобождает от многих проблем.
- Она говорит, что любит его.
- Если она это говорит, то, по-видимому, так оно и есть. Послушай, Аверил,
когда отец был жив, она относилась к нему
безупречно, окружала теплом и уважением. Что плохого в том, что теперь она
вернулась к человеку, которого любила в своей
молодости?
- Ты в самом деле так думаешь?
Помедлив мгновение, Ида кивнула. Она действительно теперь думала именно так -
после разговора с Дрого, который
разрешил многие ее сомнения.
- Да. Поверь мне, Серл - действительно замечательный человек, добрый,
честный. Вы отлично уживетесь.
- То же самое говорит нам и Бран, - произнес Этелред.
Услышав свое имя, Бран удивленно повернул к ним голову.
- Он стал хвалить норманнов? Невероятно! - улыбнулась Ида.
- У меня есть для этого основания. - Юноша насупился. - Я никогда не кривлю
душой, даже если говорю о
норманнах. Хотя мне этой нелегко, - хмуро добавил он.
- Но ты способен пересилить себя, и это очень хорошо. - Ида снова повернулась
к Аверил: - Тебе стоит это перенять.
- Я постараюсь, - пробормотала Аверил. - В любом случае это должно быть
лучше, чем жизнь в монастыре.
Ида внезапно заметила, что Аверил посмотрела куда-то в сторону, потом слегка
вздрогнула, покраснела и поспешно
опустила глаза. Повернув голову, Ида на миг изумленно застыла: там, куда
украдкой глядела Аверил, стоял рядом с Дрого
Унвин, и щеки его были не менее пунцовые, чем у ее младшей сестры.
Ида встретилась с понимающим взглядом Бран.
- Думаю, очень скоро Аверил изменит свое отношение к норманнам, - заметил
юноша.
- Похоже на то, - рассмеялась Ида.
- Чему это вы так смеетесь? - подозрительно спросил Дрого, но не успели они
ответить, как он снова задал вопрос: -
У нас что, появились новые дети, или у меня просто плохая память?
Бран сообщил ему о недавнем прибавлении в семействе Иво. На вытянувшееся лицо
Дрого жалко было смотреть.
- Тебе надо поговорить с ними, - сказала Ида. Он тяжело вздохнул, а затем
негромко рассмеялся.
- Давно пора. А то придется воспользоваться советом Брана и убежать в свои
владения, как только они у меня появятся.
Ида изменилась в лице. Слова Дрого напомнили ей, что скоро она должна
остаться одна. Но когда он взял ее за руку,
чтобы сопровождать на свадьбу, Ида сумела изобразить подобающую такому случаю
радостную улыбку. Первый же взгляд
на Ведетт развеял последние сомнения Иды: новобрачная выглядела как молодая
девушка; глаза ее излучали любовь, щеки
горели румянцем, движения были изящными и грациозными. Она вся светилась от
счастья. А Серл...
Серл тоже словно помолодел лет на двадцать, и каждый, кто видел его и Ведетт
рядом, готов был сказать, что брак их
будет долгим и крепким...
Церемония бракосочетания прошла быстро. После свадебного пира Ида уединилась
с Ведетт, чтобы поговорить.
- Мама, ты рассказала Аверил и Этелреду правду обо мне? - спросила она,
помогая ей снять наряд невесты.
- Да, - ответила Ведетт. - Они немного испугались, потому что всегда
побаивались Старой Эдит, только и всего. Я
даже немного удивилась, что они не изменили своего отношения к тебе.
- Я тоже удивлена. Они мне даже ничего не сказали. Думаю, на эту новость они
не обратили особого внимания,
поскольку у нас был общий отец.
- Ты все равно осталась их сестрой, а это - единственное, что для них важно.
- Хотела бы и я смотреть на некоторые вещи так же просто. Знаешь, я частенько
жалею, что уже не ребенок.
- Да, - согласилась Ведетт, - с возрастом все становится гораздо сложнее. А
ты не знаешь, как Аверил и Этелред
восприняли мое замужество?
- Как я поняла, Аверил эта новость немного ошарашила, но Этелред отнесся к
ней спокойно. Бран сказал ему, что Серл
- хороший человек, и ему это показалось вполне достаточным.
- Так и должно быть, - улыбнулась Ведетт. - Этелред боготворит Брана... А
теперь, я думаю, нам надо поговорить о
Дрого.
- В другой раз, мама. Сегодня - день твоей свадьбы. И кроме того, если
откровенно, мне нечего тебе сказать. У нас
ничего не изменилось.
- Хорошо, отложим этот разговор, но не надолго. Война окончена, и Вильгельм
будет коронован всего через несколько
дней. Сейчас вам с Дрого самое время принять какое-то решение.
- Я это знаю.
Ведетт поцеловала ее в щеку.
- Я очень хочу, чтобы ты была счастлива. Как я сейчас. Единственное, о чем я
сожалею, - что не молода и не смогу
подарить Серлу ребенка.
И тут Ида снова услышала голос. Впервые он не вызвал в ее сердце никакой
тревоги. Некоторое время она сидела
неподвижно, глядя прямо перед собой, но это длилось лишь несколько мгновений.
Внезапно напряжение спало, и Ида мягко
улыбнулась.
- Ты подаришь Серлу двух прекрасных сыновей. - Увидев, как изумленно
расширились глаза у Ведетт, Ида громко
рассмеялась. - Не могу понять;
- ты рада моим словам или они привели тебя в ужас?
- Разумеется, я счастлива, что смогу подарить Серлу детей. Меня просто
ошарашило то, что я увидела. Даже в дрожь
кинуло. Ты была так похожа на...
- Старую Эдит... Я как будто видела и даже слышала ср. Неужели тебя саму не
пугает твой дар?
- Немного, - призналась Ида. - Хотя с каждым разом все меньше. - Услышав
снаружи деликатное покашливание
Серла, она, торопливо поцеловал мать в щеку, бросила: - Будь счастлива, мама, -
и быстро выбежала из палатки.
Как оказалось, у Дрого было в лагере много дел, так что Иде представилась
возможность навестить своих старых друзей.
Она узнала, что Мэй и Иво воспользовались присутствием в лагере священника и
тоже обвенчались; поговорила с Годвином,
Браном...
Когда пришел Дрого, чтобы отвезти ее в Лондон, Иду рновь охватили тревожные
мысли о будущем, от которых ее на
время отвлекли беседы с друзьями. Весь день она старалась не выдать, какая боль
гложет ее, старалась урезонить самое себя.
И вот теперь... Она чувствовала, что впадает в самую настоящую панику. Что ее
ждет? Хоть Ида и не желала себе в этом
признаваться, но она смертельно завидовала счастью Ведетт и Мэй, счастью,
которое для нее оставалось по-прежнему
недоступным. Внезапно ей захотелось, чтобы Дрого остановился и ответил на вес
мучающие ее вопросы. Ей даже на
мгновение показалось, что она чувствует на себе его пристальный взгляд, но нет,
ему и в голову не придет, какие мысли ее
обуревают, и она ничего не скажет ему, ничего... Потому что тогда она может
разрушить то немногое, что их связывает, и
потерять его навсегда. И если уж им суждено расстаться, то надо ценить то
короткое время, которое ей осталось быть вместе
с Дрого.
Когда они вернулись в свой дом, Ида уже полностью взяла себя в руки, но она
слишком устала от изнуряющей душу боли,
слишком много утратила надежд, чтобы суметь тотчас стать самой собой.
Раздевшись, она легла и на несколько минут
уткнулась лицом в подушку; почувствовав, что внутреннее напряжение спало, она
повернулась и стала молча наблюдать, как
Дрого неловко стаскивает с себя доспехи.
- Жаль, Унвин мне не поможет, - пробормотал он. - Не понимаю, почему он
задержался в лагере.
Ида тихо рассмеялась:
- Хотел посмотреть на мою сестру.
- На Аверил? - удивленно спросил Дрого.
- Он от нее почти не отходил.
- Но она так молода...
- Ей тринадцать. Но она скоро подрастет. Если его семья не будет возражать...
- Его семья только и сделала, что вручила ему меч и выпроводила из дому. Он
сам всего добился. А добился Унвин
многого - только что его произвел в рыцари сам Вильгельм. Но все же мне придется
поговорить с ним. Аверил только
тринадцать, и ждать ему придется долго. Я не могу позволить, чтобы все эти годы
он пропадал неизвестно где, забывая о
своих прямых обязанностях. - Он покосился на Иду. - Я видел, как ты
разговаривала с Браном. Как он?
- Его хромота прошла; исчезла и скорбь от поражения. Все, о чем он сейчас
думает, - как перенять от Серла его
мастерство владения мечом.
Дрого с сомнением покачал головой;
- У меня еще нет земли, а вассалов едва ли не больше, чем у любого сеньора.
- И их число растет с каждым днем, - добавила Ида, стараясь скрыть, как
больно кольнули ее слова о земле.
- Целая армия детей. Не знаю, как Иво и Мэй с ними управятся. Если бы я так
сильно не занимал их работой, они сейчас
имели бы столько же своих. - Он мгновение помолчал. - А я-то думал, что мой не
поворотливый Иво закончит свои дни в
одиночестве...
- Человек с таким добрым сердцем, как у него, никогда не останется один.
- Это верно. - Он привлек ее к себе. - Но хватит разговоров. Все последние
дни я вижу тебя в этой комнате только
спящей. И мне это не очень-то нравится.
- Мне тоже, - смущенно призналась она, подумав, что сегодняшняя ночь должна
остаться в ее памяти на всю долгую
жизнь, которую ей предстоит провести без Дрого.
Глава 23
Ида сидела на краешке кровати, молча наблюдая, как Унвин помогает Дрого
облачиться в доспехи для предстоящей
встречи с Вильгельмом. Вот он и наступил, решающий момент в ее жизни. Когда-то
Эдит предсказала ей, что Дрого будет ее
суженым, - но что с того? Она ведь не говорила, что он непременно поведет Иду
под венец... Она с горечью подумала, что
счастье миновало лишь ее одну. Ведетт обвенчалась с Серлом, своей первой
любовью. Мэй перестала быть пленницей и
вышла замуж за Иво. По тому, как терялся Унвин при встречах с Аверил, было
видно, что и она по прошествии некоторого
времени лишится своей девичьей свободы. И лишь Ида осталась в одиночестве. Кто
знает, не окончит ли она свои дни так
же, как Старая Эдит? От этой мысли по телу ее пробежала дрожь.
Все то время, что она провела с Дрого, Ида горячо надеялась, что с окончанием
военного похода он ее не оставит;
благородное происхождение давало ей возможность стать хозяйкой в его доме. Но
несколько дней назад она узнала новость,
которая разрушила все ее чаяния. Предусмотрительный и расчетливый Вильгельм, не
желая ссориться с саксонской знатью,
решил наградить своих особо отличившихся воинов весьма своеобразным способом. Он
не стал отнимать земли у их
исконных владельцев, но обязал своих рыцарей жениться на дочерях самых богатых
саксов - в качестве приданого они и
получали столь желанный земельный надел. Здесь был и политический расчет -
родственные узы должны сделать союз
между норманнами и саксами более прочным. Дрого тоже ждала награда, и немалая.
Но этот солидный кус земли он
получит, только вступив в брак со знатной саксонкой...
- Как я выгляжу? - спросил Дрого Иду.
- Как знатный сеньор. - Она натянуто улыбнулась. - При твоем появлении весь
двор Вильгельма превратится в
бледную тень.
- Неплохо сказано, - произнес он, довольно улыбаясь ее нехитрой лести. - А
что твои голоса говорят о моем
будущем?
- Я уже долгое время их не слышу, - тихо ответила Ида.
- Может, это и хорошо, - сказал Дрого и, подойдя к ней, коснулся ее лба
губами, - Лучше никаких предсказаний, чем
плохие.
- Верно. - Она провела пальцами по его щеке. - Следи за тем, что делается у
тебя за спиной.
- Я всегда об этом помню. К тому же меня будет охранять Танкред, он ждет за
дверью. Я вернусь сразу после встречи с
Вильгельмом.
Ида улыбнулась одними губами; как только Дрого и Унвин вышли, она бросилась
на постель и разрыдалась. Ее суженый
не просто уходит - он уходит от нее навсегда, за землей и богатой саксонской
девой, не оставив ей ни тени надежды!
- Старая Эдит, Старая Эдит, - всхлипывая и содрогаясь всем телом, бормотала
Ида. - Ну что тебе стоило добавить:
ты, Ида из Пивинси, не только встретишь своего суженого, но и сумеешь его
удержать.
- Ты разговариваешь сама с собой?
Увидев Мэй, бесшумно закрывающую за собой дверь, Ида поспешно вытерла глаза и
села.
- Как ты тихо входишь, - недовольно буркнула Ида. - Я от испуга на целый год
постарела.
- Я подумала... Может, мне нужно помочь тебе подготовиться к возвращению
твоего господина? - ответила Мэй.
Ида выпрямилась и, мрачно глядя прямо перед собой, задумчиво произнесла:
- Думаю, когда Дрого вернется, мне лучше быть в каком-нибудь другом месте.
- Но он будет рад рассказать тебе о том, что даровал ему король.
- Будет ли? - с сомнением покачала головой Ида и печально пояснила: -
Вильгельм не хочет быть королем в стране, в
которой он может опираться лишь на горстку норманнов. Поэтому он решил привлечь
на свою сторону саксов, переженив
своих лучших воинов на самых знатных саксонках.
- Но вы тоже знатная саксонка.
- У меня нет земель. - На миг Иде стало стыдно за эту ложь, но она пока не
хотела выдавать свой секрет. - Если Дрого
женится на мне, многие саксы будут этим недовольны и сочтут меня выскочкой, не
ровней своим дочерям. К тому же они
могут вспомнить, что мой отец воевал против Гарольда.
- Ты - единственная женщина, которая присягнула на верность Вильгельму. Для
тебя он может сделать исключение.
- Я думаю, это было просто что-то вроде игры. Конечно, я не нарушу данную
клятву: вполне возможно, что Вильгельм в
нее и поверил, но что с того? Я не рыцарь, который мог бы за него сражаться. Не
богатый сеньор, который мог бы пополнить
его казну. Он пожелал услышать мою клятву лишь потому, что я предсказала ему это
в Пивинси. По-видимому, норманны
так же суеверны, как и саксы. Но теперь, когда Вильгельм коронован, он и думать
обо мне забыл. - Ида поднялась, чтобы
одеться. Что бы ее ни ожидало, она встретит свою судьбу в лучшем наряде. Это
прибавит ей хоть немного мужества.
- А что же тогда будет? - спросила Мэй, расшнуровывая простое коричневое
платье, в котором была Ида.
- Не знаю. Это зависит от того, даст ли Вильгельм Дрого землю просто так или
же эта земля будет ему дарована лишь
вместе с рукой какой-нибудь саксонки.
- Он не примет награду на таких условиях, - тихо сказала Мэй.
- Не волнуйся, примет, - яростно выдохнула Ида. Увидев, как испуганно
отдернула Мэй руки, она, уже спокойнее,
пояснила: - Если его король скажет, что он должен жениться для того, чтобы
получить землю, то Дрого это сделает. Он
никогда не скрывал, почему присоединился к армии Вильгельма - ради земли и
титула.
- Но ты все равно могла бы остаться с ним.
- На каком положении? Пленницы? Шлюхи? Война окончена, и я больше не могу
твердить себе, что мне нужен кто-то,
кто бы меня защищал.
- Что же ты теперь будешь делать?
- У меня есть много возможностей. В конце концов, я знаю и английский, и
французский. - Ида вымученно
улыбнулась. - Так что мне будет на что жить.
- Да, жить ты сможешь. Но будешь ли ты счастлива? - Мэй нахмурила брови. - Та
старая женщина предсказала тебе,
что господин Дрого будет твоим суженым, ведь так?
- Да, она это говорила. Но она не сказала, что я выйду за него замуж и что он
будет меня любить. Я как раз и думала об
этом, когда ты вошла. Ладно, не смотри так мрачно. Подождем, пока Дрого вернется
от Вильгельма. - Она вздохнула. -
Сейчас моя судьба в руках Вильгельма. Я не удивляюсь. Это тоже было мне
предсказано.
Дрого взволнованно мерил шагами холодный зал большой башни. Их гулкое эхо
время от времени заставляло его
останавливаться, но через мгновение он снова начинал метаться по залу. Дрого не
мог понять, что его тревожит. Этого
момента он ждал многие недели, ради него он рисковал жизнью. Казалось бы, он
должен сейчас испытывать радость, и вот...
- Ты не перестанешь бегать? - раздраженно спросил Танкред.
Дрого повернул голову. Танкред с бесстрастным лицом стоял, опершись о стену,
и наблюдал за ним.
- Я чуть шею себе не свернул, глядя, как ты носишься взад-вперед. Что ты так
нервничаешь?
- Тебе показалось.
- Может быть. Но вид у тебя отнюдь не самый счастливый, - удивленно заметил
Танкред.
- А по-твоему, я должен прыгать до потолка?
- Не обязательно; но ты ведешь себя как преступник перед исполнением
приговора. Все, что сейчас тебя может
беспокоить, - много ли будет болот на твоих будущих землях. Так в чем же дело?
- Я и сам не знаю, что со мной, - тихо признался Дрого.
- Может, ты боишься, что не получишь того, что заслужил?
- Нет. Что бы наш король мне ни даровал, это все равно будет больше того, чем
я сейчас располагаю. Я буду ему
благодарен даже за самый маленький клочок земли. - Чуть помедлив, он кивнул. -
Да, именно так я и думаю.
- Но тебя что-то гнетет, и я не могу понять что. Возьми себя в руки. Сейчас
ты встретишься с королем. Он не должен
видеть, что ты взволнован. Если ты не можешь объяснить свое состояние мне, то не
сможешь объяснить его и Вильгельму.
- Нет, - возразил Дрого. - Я сумею поблагодарить короля за его щедрость -
достойно и от души. А потом я заберу
Иду и немедленно удалюсь в свои земли. Я не хочу больше быть при дворе, где
полно интриг, где тебе постоянно
расставляют сети, в которые трудно не попасть. Ты не желаешь поехать с нами?
- Этим утром мне уже было пожаловано небольшое владение неподалеку от
Гастингса. Если твои земли будут лежать
там же, я был бы рад составить вам компанию, - ответил Танкред.
Дрого подошел к нему и положил руку на его плечо.
- Я рад твоей удаче. Но мне будет очень недоставать тебя.
- Кто знает, может, мы и правда будем жить рядом?
- Это было бы замечательно. Вассалом какого сеньора ты будешь?
- Понятия не имею, - рассмеялся Танкред. - Король пытается узнать, кто
владеет землями, часть которых дарована
мне, но пока еще ему никто этого не сказал. Мне предстоит узнать сие на месте. -
Немного помолчав, Танкред пристально
взглянул в глаза Дрого. - Ты уверен, что тебе следует брать с собой Иду?
- Конечно. Почему я должен ее оставлять? Танкред не успел ответить - в зал
вошел человек, объявивший, что рыцаря
Дрого просят войти. Дрого поспешил к двери, чувствуя, что вопрос Танкреда снова
привел его в смятение, почти погашенное
их мирным разговором.
Подойдя к массивному дубовому трону, на котором восседал Вильгельм, Дрого
учтиво поклонился. Вильгельм указал ему
на скамью справа от себя, и, поклонившись еще раз, Дрого опустился рядом с
королем и осторожно огляделся. На
противоположной стороне сидели норманнские воины и наемники, сопровождавшие
Вильгельма, которых сегодня тоже
ждала награда. Их было много, и Дрого подумал, что его визит к Вильгельму не
должен занять много времени.
- Я очень рад, что и ты, и все твои люди остались живы в этом походе, -
произнес Вильгельм.
- И я рад этому, сир, - ответил Дрого. Вильгельм усмехнулся, однако тут же
снова принял величественный вид.
- Нам удалось одержать победу быстрее и меньшей кровью, чем я предполагал.
Однако закрепить эту победу будет
совсем не просто. Мы - воины, мы не знакомы с обычаями и законами саксов и даже
говорим на другом языке. К тому же я
не знаю, на кого мне здесь опереться: многие знатные саксы погибли - если не в
войне с нами, то в междоусобных распрях;
многие из них бежали. Пока я даже не в состоянии определить границы своих
владений. - Вильгельм в раздумье покачал
головой. - Наверное, пройдут годы, прежде чем мы действительно завоюем эту
страну.
Чувствуя, что король ждет от него ответа, Дрого пробормотал:
- Трудно ожидать, что потерпевшие поражение саксы сразу начнут оказывать
поддержку завоевателям.
- Завоевателям - нет. Но своим родственникам... Видишь ту прекрасную
саксонскую женщину в дальнем углу
комнаты?
У Дрого сжалось сердце от ужасной догадки. Повернув голову, он увидел
светловолосую стройную девушку, которая,
судя по всему, чувствовала себя здесь очень Неловко. Даруй ему Вильгельм ее руку
при высадке на берег Англии, Дрого
посчитал бы это весьма щедрым вознаграждением. Теперь же он был почти в панике,
зная, что за предложение должен
сделать сейчас Вильгельм.
- Она довольно красива, - только и смог произнести Дрого.
- И одинока. Ее отец и братья пали в бою при Гастингсе, оставив ей богатые
земли с четкими границами. Тот, кто станет
ее мужем, будет и могущественным, и богатым.
- Если он возьмет ее в жены...
Вильгельм кивнул.
- Родственные связи между норманнами и саксами, между прежней знатью и новой
помогут быстрее забыть былую
вражду.
Наступила пауза. Дрого знал, какого ответа ждет от него Вильгельм. В самом
деле, что может сказать простой воин, когда
ему предлагают землю, власть и богатство? И тут Дрого вспомнил совет мессира
Бергерона, который тот дал ему во время их
последней встречи. Теперь этот совет вовсе не казался Дрого странным. Сейчас он
как раз стоит перед выбором, от которого
зависит его дальнейшая судьба. Он должен выбирать между счастьем и своими
мечтами о земле и богатстве.
- Ты сомневаешься? - удивленно спросил Вильгельм.
- Я не могу предложить руку этой женщине, - тихо ответил Дрого, сам
пораженный тем, что так легко отверг все, к
чему стремился, а может быть, и лишился благосклонности короля.
- Землю этой саксонки ты можешь получить только вместе с ее рукой. Мы не
должны остаться в этой стране
иностранцами.
Дрого поднял глаза на Вильгельма; вместо ожидаемого гнева и ярости он увидел
на его лице только удивление.
- Вы знаете, почему я не могу этого сделать, ваше величество.
Король несколько мгновений молчал.
- Пожалуй, странно, что ты предпочел земли и богатство женщине. Ну что ж. Ты
сделал свой вы бор. Мне очень жаль,
что он оказался именно таким. Ничего большего я предложить тебе не могу. Пока. А
может быть, и позднее.
- Я понимаю. - Странно, но слова короля не вызвали в сердце Дрого никакого
сожаления.
- Возвращайся к своей маленькой саксонской леди, мой друг. Я хотел бы, чтобы
у вас родилось много сыновей и у
каждого была твоя мощь и ее сила духа. Насколько я помню, она благородного
происхождения? Все земли, которыми
владели она и ее семья, я оставлю а ее собственности. Ты можешь получить хотя бы
их. Это все, что я могу для тебя сейчас
сделать.
- Благодарю вас, мой король, - ответил Дрого, поднимаясь со скамьи и склоняя
голову.
- Надеюсь. Мне еще не раз понадобятся отважные воины. Желаю, чтобы твоя Ида
оказалась дороже, чем все, от чего ты
отказался.
- Она действительно намного дороже. Беж и ее некому втягивать меня в
неприятности.
Вильгельм громко рассмеялся, привлекая удивленные взгляды норманнов.
Поднявшись с трона, король положил руку на
плечо Дрого и проводил его к двери.
Оказавшись в зале, Дрого остановило я, Танкред и Унвин выжидательно смотрели
на него. Дрого даже отпрянул назад,
представив их реакцию на его новость. Да они просто сочтут его cyмасшедшим!
- Теперь я понимаю, Танкред, почему ты спрашивал про Иду, - медленно произнес
он. - Вильгельм раздает земли
вместе с ее владелицами.
Танкред кивнул.
- Я уже слышал об этом. В беседе со мной король спрашивал, не возьмешь ли ты
дочь саксонского графа.
- Он не предлагал ее руку тебе?
- Я не так родовит, как ты. Он искал подходящую пару. Она понравилась тебе?
- Нет, - ответил Дрого и увидел, как брови Танкреда удивленно поползли вверх.
- Я сказал Вильгельму, что не возьму
эту женщину.
- Она такая уродливая? - спросил Унвин.
- Вовсе нет. Она очень красива. Но мне она не нужна.
- Ему нужна только Ида, парень, - хлопнул Унвина по спине Танкред.
- Ида, конечно, замечательная женщина, - недоуменно протянул Унвин, - но она
бедна, и у нее нет земли.
- Это верно, - согласился Дрого. - У нее есть лишь дом в Пивинси.
- И она не дочь графа...
- Но она принадлежит мне; это - высший титул. Вильгельм пообещал сохранить
для меня все земли ее семьи.
- Неужели тебе достаточно? - спросил Танкред. - Это же наверняка меньше, чем
ты мог получить.
- Да. Но за это я должен был отдать слишком много. - Дрого рассмеялся. -
Вильгельма эта новость не поразила.
Думаю, и тебя, Танкред, тоже. Она поразила меня. Я очень хотел этой земли. Но
быть с этой женщиной, как оказалось, я хочу
больше. - Он помолчал, искоса бросив взгляд, на своих воинов. - Вильгельм ничем
не наградил месня, н теперь я ничем не
могу вознаградить вас за вашу верную службу.
- Ты и не должен нас ничем награждать. - Должен. Я многим вам обязан. Вы
сражались плечом к плечу со мной. Если
б не вы, я бы вряд ли сейчас был жив. И теперь мне нечем вас отблагодарить. По
этой причине я сейчас жалею о своем
выборе, но только по этой. Я не могу расста
...Закладка в соц.сетях
