Жанр: Любовные романы
Шесть причин, чтобы остаться девственницей
...о не вызывать.
Из гостиной выскочил Леон.
— Что случилось?
— Дверь не открывается, — пояснила Кэтлин. — Похоже, они
застряли.
— Они там вдвоем? — прорычал Леон. — Я сейчас взломаю дверь.
Я взломаю дверь!
— взревел он, прильнув губами к замочной скважине.
— Только попробуй! — Кэтлин отпихнула Леона и загородила дверь
собственным телом.
— Да не переживайте вы так, я никуда не спешу, — сказал
Оливер. — Подумайте лучше, как открыть замок.
— У меня где-то был гаечный ключ, сейчас принесу, — крикнула
Кэтлин. — Я просуну его в щель под дверью, и ты сможешь открыть замок
изнутри. Я всегда так делаю.
— Ты хочешь сказать, что я не первая жертва? — Оливер недоверчиво
хмыкнул. — И многим из твоих гостей пришлось томиться в ванной?
— Извини, случается.
Кэтлин помчалась на кухню и принялась судорожно рыться в ящиках буфета,
выкидывая на пол все, что попадалось под руку: кольца для салфеток, пульт
дистанционного управления от видеомагнитофона, ворох старых чеков и
квитанций, посудные полотенца, инструкцию от холодильника, перепачканную
засохшим желтком подставку для яиц и, наконец, ржавый гаечный ключ.
Инструмент передали узнику. Вскоре дверь открылась, и на пороге появился
Оливер.
— А где Эмили? — спросила Кэтлин, вытягивая шею и пытаясь
заглянуть ему через плечо.
— Я здесь! — пискнул испуганный голосок.
Она стояла в дверях спальни — ярко-алая блузка казалась выцветшей тряпкой по
сравнению с пылающим лицом Эмили.
— Какого черта ты там делаешь?! — взорвалась Кэтлин.
— Извини, я не думала, что ты будешь против, — пролепетала
Эмили. — Честное слово, я ничего не трогала. Просто сидела на кровати и
ждала.
— Эмили любезно пропустила меня вперед, — объяснил Оливер.
— Ах, как мило. — Кэтлин скрипнула зубами и сжала кулаки, с трудом
подавив в себе желание начать биться головой о стенку.
— Я ждала, когда освободится ванная комната, — уточнила
Эмили, — и разглядывала альбом с фотографиями. Великолепные снимки. Я и
не знала, что ты была в Индии.
Заткнись ты со своей Индией!
— едва не заорала Кэтлин.
— Оливер, — Эмили беспокойно взглянула на него, — ты не
выходил целую вечность. С тобой все в порядке? Что ты там делал?
— Ну, я полагаю, мы обойдемся без подробностей, правда, Эмили? —
влезла в разговор Кэтлин. — Оливер, можешь не отвечать.
— Надо же, как обидно. — Оливер удрученно по-цокал языком. —
Эмили, жаль, что мы не застряли вместе. Вдвоем было бы веселее. Дорогая
хозяюшка, — он повернулся к Кэтлин, — я готов принять ваши
извинения:
Прости, Оливер, к твоему следующему приходу я обязательно починю
замок
.
— Извини, — сухо бросила Кэтлин.
— Ну, теперь наконец настала моя очередь, — Эмили протиснулась в
ванную, — если никто не возражает. Я не буду закрываться на замок, так
что постарайтесь не входить.
Десять минут спустя все вернулись в гостиную. Желающих сидеть на диване не
оказалось. Оливер, Эмили и Леон устроились на полу возле журнального
столика, а Кэтлин отправилась на кухню за следующим блюдом.
Раскладывая по тарелкам салат, она с удовлетворением отметила, что Эмили
успокоилась и непринужденно болтает с Оливером.
Ладно, фокус с ванной не удался. Пускай поедят, а потом Кэтлин снова
попытается выдумать какой-нибудь хитрый трюк. Надо любым способом выманить
Леона из комнаты и дать им возможность побыть наедине. Ха, легко сказать.
Слизняк не намерен сдаваться. Даже видя, как Кэтлин с трудом балансирует
тяжелым подносом, нагруженным тарелками и салатницами, он не сдвинулся с
места, чтобы ей помочь.
Однако по дороге на кухню Кэтлин посетила простая и, само собой, гениальная
мысль. Она взяла керамическую миску с остатками салата, подержала ее на
вытянутых руках и медленно разжала пальцы. Миска упала на кафельный пол и со
страшным грохотом разлетелась вдребезги. Кэтлин удовлетворенно кивнула: ей
никогда не нравилась эта посудина, и вдвойне приятно избавиться от нее ради
благородного дела.
— Леон! — властным тоном позвала Кэтлин. — Иди сюда, мне
нужна твоя помощь.
Что-то в ее голосе подсказало Леону-лучше исполнить приказание, и как можно
скорее. Он явился на кухню, увидел разбросанные по полу осколки и тяжело
вздохнул:
Вот растяпа
. Фраза привела Кэтлин в бешенство, но она
благоразумно промолчала — сейчас не время препираться с любовником, надо
постараться задержать его на кухне. Кэтлин отступила в сторону, чтобы Леон
мог приступить к уборке, и прикрыла дверь.
Пока он ползал на коленях, собирая осколки. Кэтлин вытерла стену, заляпанную
оливковым маслом, и взялась за мытье посуды. Леон удивленно вскинул глаза.
— Посуда могла бы и подождать.
— Я быстренько, — заверила его Кэтлин.
Леон заполз в щель между холодильником и плитой, выгреб завалившиеся туда
кружочки огурца, пару долек авокадо и несколько листиков салата, затем
тщательно подмел пол. Но и этого Кэтлин показалось мало — она велела взять
тряпку и до блеска вымыть кафель.
— Из тебя выйдет отличный муж, — сказала Кэтлин, когда Леон,
выполнив задание, поднялся на ноги. — Женщина, которой ты достанешься,
будет довольна.
— Ты себя имеешь в виду?
— Нет. Думаю, на меня ты не претендуешь.
— Думаю, и ты на меня не польстишься.
Кэтлин ласково улыбнулась, подошла к Леону и, приподнявшись на цыпочки,
чмокнула его в нос. Он притянул ее к себе.
— Ведь не польстишься?
— Даже и не надейся.
— Зря, упустишь классного парня. Ты даже не представляешь, какой я
хороший.
— Неужели?
Он наклонился и поцеловал Кэтлин, она просунула руки ему под пиджак и
прижалась к мягкому телу Леона.
— Эй, вы двое, идите сюда! — послышался из гостиной голос
Оливера. — Что вы там застряли?
— Сейчас! — крикнул Леон, еще крепче стискивая Кэтлин в своих
объятиях.
— Пора возвращаться. — Кэтлин куснула Леона за ухо и, оттолкнув в сторону, открыла дверь.
— Чем вы там занимались? — спросил Оливер, когда они вошли в
комнату.
В его голосе слышалось явное раздражение. Кэтлин внимательно посмотрела на
сердитое лицо Оливера, потом обернулась и взглянула на Леона — тот стоял на
пороге и с покорной улыбкой ждал, позволят ли ему вернуться в гостиную или
дадут новые хозяйственные поручения. Внезапно Кэтлин почувствовала страшную
усталость: ей надоело выстраивать мизансцены и постоянно держать в голове
сценарий заговора, да и странное поведение Оливера сбивало с толку.
Она зажгла стоящие на камине свечи и погасила верхний свет. Гостиная
погрузилась в полумрак: мерцание свечей и пляшущие по стенам таинственные
тени создавали романтическую атмосферу. Кэтлин с удовлетворением отметила,
что, пока Оливер и Эмили оставались наедине, они гораздо ближе придвинулись
друг к другу. Оливер сидел на ковре, вытянув ноги вперед, Эмили пристроилась
у него под боком. Он что-то увлеченно рассказывал, а она слушала, затаив
дыхание. Кэтлин заметила, как Оливер осторожно снял со щеки Эмили прилипшую
крошку.
Она ему нравится, решила Кэтлин, а может быть, и больше чем просто нравится.
Надо только чуть-чуть подтолкнуть Оливера, настроить его на нужный лад — и
дело пойдет.
Но странное поведение Эмили снова нарушило все планы. Завидев Кэтлин, она
поднялась на ноги и начала собирать оставшиеся на столе тарелки.
— О, не надо, сиди, пожалуйста, — воскликнула Кэтлин.
— Нет, нет, я хочу помочь.
И прежде чем Кэтлин успела возразить, Эмили вышла из комнаты.
Леон, который уже подогнул колени, собираясь сесть на пол, проворно вскочил
и метнулся к камину, где стоял пустой бокал. Прихватив его, он потащился на
кухню вслед за Эмили.
Кэтлин тяжело вздохнула. И почему они все время бегают с места на место?
Похоже, собрать всех троих гостей в одной комнате задача невыполнимая.
— Верно, — сказал Оливер, словно отвечая на ее вопрос. —
Оставь их в покое, посиди рядом со мной.
Кэтлин неохотно повиновалась. Она опустилась на пол и замерла в напряженной
позе, прикидывая, как отогнать Леона от Эмили и заставить его перебраться на
диван, и наоборот — усадить беспокойную девушку поближе к Оливеру.
Однако ни Эмили, ни Леон не спешили возвращаться в комнату. И чем дольше их
не было, тем смелее становился Оливер. Не переставая вести оживленный
разговор, он подбирался все ближе и ближе. Поначалу Кэтлин делала вид, что
не замечает его перемещений, потом начала потихоньку отодвигаться в сторону.
Она то и дело беспокойно поглядывала на дверь, теперь уже опасаясь, как бы
Эмили не вошла и не застукала Оливера в момент очередного маневра.
Кэтлин подалась вперед и, вытянув шею, умудрилась разглядеть сквозь стекло в
кухонной двери, как несчастная Эмили, загнанная в угол наползающим на нее
слизняком, слабо отбивается посудным полотенцем. Кэтлин прикусила губу,
чтобы не расхохотаться, — горький смех режиссера, чей спектакль
провалился. Ну надо же — все наперекосяк! А что подумают Джо-Джо и Холли?
Они никогда не поймут, как трудно пришлось Кэтлин и каких усилий ей стоило
держать ситуацию под контролем... и как настойчив был Оливер.
Нет, только не поддаваться! Она должна оказать Оливеру решительное
сопротивление! Он, конечно, безумно соблазнительный, но в данном случае для
Кэтлин гораздо важнее чистая совесть и возможность со спокойной душой
говорить правду и только правду, когда придет время давать отчет подругам.
Они убедятся — Кэтлин порядочный человек, способный достойно вести себя в
любых сложных ситуациях.
А с другой стороны, вряд ли Холли и Джо-Джо всерьез рассчитывали на какие-то
грандиозные результаты. Смешно было бы надеяться, что на первом же свидании
между Эмили и Оливером вспыхнет настоящая страсть! Кэтлин устроила
вечеринку, изо всех сил старалась создать интимную обстановку, дала им
возможность побыть наедине. И если Эмили, вместо того чтобы ворковать с
Оливером, предпочитает драить кастрюли — это ее проблема. В конце концов.
Кэтлин сделала все от нее зависящее, а дальше пускай мамочки-наседки берутся
за дело и готовят площадку для следующей романтической сцены. Но самое
важное, девушке и самой надо хоть немного проявить инициативу, нельзя же
сидеть сложа руки и ждать, что все решат за тебя. Да и вообще, кто сказал,
что она нравится Оливеру?
— Иди ко мне, — шепотом позвал Оливер. — Сюда, поближе.
— Ближе некуда, — хихикнула Кэтлин. — Расскажи про Америку.
Говорят,
Крутой поворот
провалился?
Кэтлин обожала читать глянцевые журналы и до мельчайших подробностей помнила
все скандальные истории, слухи и сплетни из жизни голливудских
знаменитостей.
— Да. Отвратительная получилась мелодрама. Зато потом я снялся в
потрясающем триллере
Затяни петлю потуже
. Успех был оглушительный...
Оливер вплотную придвинулся к Кэтлин и стал рассказывать о съемках фильма.
Она внимательно слушала, пытаясь вникнуть в смысл рассказа, но близость
Оливера мешала сосредоточиться. Кэтлин смотрела, как двигаются его губы, как
переливаются золотистые пряди густых волос, и сама чувствовала на себе
пристальный взгляд Оливера.
Леон стоял возле раковины, смотрел, как Эмили моет посуду, и судорожно
соображал, с чего начать разговор. У него было два варианта:
Ах, твои
прекрасные руки, покрытые радужными пузырьками Фэри
, сводят меня с ума
или
Эмили, ты уже целую минуту моешь одну и ту же формочку из-под суфле
.
Эмили же думала об Оливере и о том, что происходит с ней самой: почему она
предпочла сбежать на кухню и мыть посуду, вместо того чтобы сидеть рядом с
ним.
Предпочла
— не то слово, конечно, она сочла бы за счастье быть рядом
с ним, смотреть на него, слушать его голос, но на Эмили напала какая-то
странная робость, постепенно перешедшая в тихую панику и полный паралич.
Эмили презирала себя и не могла поверить в собственную трусость — и это
после разговора с Артуром, который вселил в нее столько уверенности, и после
всех ожиданий и надежд, с которыми она шла на встречу! Невероятно!
Еще год назад Эмили могла легко и свободно общаться с Оливером, ей ничего не
стоило подойти к нему на вечеринке и пригласить на танец или позвонить и
предложить вместе пообедать в ресторане. Почему все так изменилось? Несси!
Тогда Эмили понимала: в его жизни есть Несси. Именно ее присутствие делало
ситуацию простой и ясной — между ними ничего нет и быть не может, они только
друзья. Теперь же, зная, что Оливер свободен и, судя по всему, не станет
возражать, если их дружба перейдет в романтические отношения, Эмили
испугалась.
Что со мной? — грустно думала Эмили. — Почему я такая?
Хотя разве в течение сегодняшнего вечера Оливер делал какие-то намеки или
пытался за ней ухаживать? Нет. С первой же минуты, как только Эмили вошла в
квартиру, она почувствовала — его отношение ничуть не изменилось. Более
того, Эмили нравилось, что Оливер по-прежнему не смотрит на нее как на
потенциальную подружку, с которой можно весело провести время. Он был
искренне рад встрече, обнял Эмили, прижал к себе и расцеловал в обе щеки —
все как и раньше, они близкие друзья — и только. Поэтому-то Эмили и не могла
вдруг начать вести себя так, как ей хотелось, или, по крайней мере, так, как
она это воображала и планировала. Когда Леон пытался кормить ее с ложки,
Эмили поймала насмешливый взгляд Оливера. Раньше она непременно ответила бы
ему какой-нибудь шуткой, а теперь смутилась до такой степени, что вынуждена
была выйти из комнаты.
Оливер не смотрит на нее как на девушку, за которой можно ухаживать. Почему?
Она ему не нравится? Или все дело в том, что эта девушка — невинная
девственница? И прав Сэм, говоря, что после разрыва с Несси Оливер не станет
искать серьезных отношений. Ему захочется легкого, ни к чему не обязывающего
флирта. В таком случае он и близко не подойдет к Эмили.
В начале вечера, когда они оказались на кухне вдвоем с Кэтлин, Эмили едва не
выложила ей всю правду о своем чувстве к Оливеру и связанных с ним
переживаниях. Вспомнив об этом внезапном порыве, Эмили густо покраснела и
еще ниже склонилась над раковиной. Как ей могло такое прийти в голову?
Откровенничать с Кэтлин! Правда, сегодня Кэтлин сама доброжелательность —
заботливая, внимательная, беспрестанно порхает вокруг Эмили, восхищается ее
новой блузкой, как безумная хохочет над каждой ее шуткой, сама все время
отступает в тень, всячески старается, чтобы дорогая подруга была в центре
внимания, как будто догадывается, о чем думает Эмили и что ее беспокоит.
Один раз Кэтлин даже перебила ее и вставила, как-то совсем не к месту,
загадочную фразу:
Если ты знаешь, чего хочешь, — действуй!
Эмили
начала было по привычке возражать и доказывать, что именно так она всегда и
поступает. Но Кэтлин пожала плечами и перевела разговор на другую тему.
Сейчас Эмили пожалела, что не прислушалась к ее словам более внимательно.
Домыв посуду, Эмили уселась на табурет возле окна и благосклонно позволила
Леону самому приготовить кофе. Наблюдая, как он шарит по шкафам в поисках
кофейных чашек, молока и сахара, Эмили молча радовалась медлительности
своего кавалера, с ужасом представляя, что рано или поздно придется покинуть
уютную кухоньку и снова сидеть в гостиной рядом с Оливером.
Леон, естественно, был счастлив как можно дольше оставаться наедине с Эмили.
Однако, когда кофе был сварен и выпит, а все возможные для разговора темы
исчерпаны, им не оставалось ничего другого, как вернуться в комнату. Леон
взял поднос с кофейником и двумя чашками для Кэтлин и Оливера и пошел
вперед. Вдруг он резко затормозил и попятился, бормоча какие-то невнятные
извинения. Эмили едва не врезалась ему в спину. Она засмеялась и попыталась
отодвинуть Леона в сторону, но тот стоял как вкопанный, загородив весь
проход. Эмили не могла не то что протиснуться в гостиную, но даже
разглядеть, что там происходит. Она слегка ткнула Леона кулаком в бок, и он
отступил, давая дорогу Оливеру, который появился на пороге и быстро
проскользнул мимо них в ванную. Почему-то волосы у него были растрепаны, а
на щеках горел яркий румянец.
Около полуночи Кэтлин закончила уборку, приняла душ, переоделась в пижаму и
юркнула в постель. Свернувшись калачиком, она прикрыла глаза и тяжело
вздохнула — на душе было противно: неприятное чувство, похожее на угрызения
совести по отношению к Леону, и ужасный стыд за себя, когда Кэтлин
вспоминала лицо Эмили. Да, возможно, Эмили ведет себя как примерная
воспитанница благородного пансиона, но эта воспитанница нравилась ей все
больше и больше. Наивная дурочка, после двух бокалов вина она едва не
выложила Кэтлин свои тайные мысли об Оливере. Перед глазами снова возникло
испуганное лицо Эмили, на котором легко можно было прочесть все ее сомнения
и надежды. Кэтлин натянула одеяло на голову — то ли отхлестать себя по
щекам, то ли сразу помереть от стыда.
— Ты меня слушаешь? — спросил Оливер, заглядывая ей в глаза.
Когда он успел придвинуться так близко, настолько близко, что Кэтлин ясно
видела поры у него на носу и жесткие волоски бровей? Она чувствовала его
дыхание у себя на щеке, легкий запах одеколона и тепло, исходящее от его
тела. Он придвинулся еще ближе; если бы Кэтлин высунула язык, она могла бы
коснуться губ Оливера.
— Совсем необязательно задавать мне вопросы об Америке.
— а о чем же тебя спрашивать?
— Кто сказал, что меня надо о чем-то спрашивать?
Оливер придвинулся почти вплотную, взял Кэтлин за подбородок и, мягко
приподняв ей голову, собрался поцеловать. Кэтлин замерла, не в силах
пошевельнуться, но в следующее мгновение дернулась, словно прикоснулась
губами к электрическому проводу.
Нет, нет, нет — этого нельзя допустить!
Неимоверным усилием воли она заставила себя немного отодвинуться от Оливера
и прикрыла глаза, стараясь успокоиться. Затем снова взглянула на него.
— Не надо, — едва слышно выдохнула она.
— Надо. Ты самая сексуальная женщина, какую я когда-либо встречал.
— Не говори так.
— Почему?
Кэтлин закатила глаза и тихо застонала.
— Леон? Брось ты его, зачем тебе этот тюфяк. Никогда не поверю, что он
тебе нравится.
— Нравится, — упрямо сказала Кэтлин. — И я не хочу его
потерять.
— Не теряй. Но возьми еще и меня.
Оливер снова наклонился и потянулся к ней губами. В животе у Кэтлин что-то
оборвалось и сладко заныло.
— Ты предлагаешь жить втроем?
— Ну, не совсем. Даже если ты будешь в центре кровати, боюсь, я не
смогу вынести присутствие Леона с другого края, — Оливер коснулся
губами ее губ, — а также саму мысль, что ты будешь с ним, когда рядом
нет меня.
— Эгоист. — Кэтлин выпрямилась и мотнула головой. — Да будет
тебе известно, мы с Леоном очень счастливы.
— Не верю.
— Твое дело. Мне совершенно безразлично, веришь ты или нет.
Кэтлин замолчала, и постепенно до него стало доходить: она говорит вполне
серьезно. Оливер нахмурился, а Кэтлин, поняв, что трюк сработал, наградила
его прощальным поцелуем в нос.
— Извини. Возможно, со стороны мы выглядим странной парой, но на самом
деле нам очень хорошо вместе.
Оливер отступил, скривив рот в презрительной улыбке, потом пожал плечами и
снова вернулся к самоуверенному и беззаботному тону.
— Отлично. Поздравляю. Считай, что я ничего не говорил.
— Но ты поедешь с нами в горы? Или ты согласился исключительно потому,
что рассчитывал заарканить меня?
— Нет. За кого ты меня принимаешь?!
— Там будет Эмили и Холли, а еще она собирается пригласить Сэма, —
сказала Кэтлин и на всякий случай добавила: — Для компании.
— Ладно, я подумаю.
Оливер чмокнул ее в щеку, легко поднялся на ноги и вышел из комнаты.
11
Телефон взорвался оглушительным звоном. Кэтлин заворочалась в постели и
спрятала голову под подушку, дожидаясь, когда автоответчик сам вступит в
разговор с непрошенным абонентом.
Подъем! — скомандовал голос Холли. — Кэтлин! Ради бога, возьми
эту чертову трубку. Сейчас половина десятого, пора давать отчет о событиях
вчерашнего вечера
.
Кэтлин высунула голову из-под подушки и приоткрыла один глаз.
Я знаю, что ты дома, а также я желаю знать... — Холли осеклась, — если
только... — в ее голосе послышалась тревога. — О, Кэтлин, нет! Только
не это! Скажи, что я ошиблась
.
Внутри у Кэтлин все оборвалось, она открыла второй глаз и в панике
уставилась на телефон.
— Ты ведь не... не уехала ночевать к Леону?
Нет. Я развлекалась иным способом — целовалась с Оливером
.
Кэтлин выползла из постели и потащилась на кухню, надеясь там переждать
атаку Холли. Но даже сквозь закрытую дверь до нее долетали сердитые вопли
подруги.
Или ты делаешь вид, что спишь? — Холли изменила тактику. — Не-ет,
этот номер не пройдет. Если ты, словно трухлявое бревно, лежишь в постели и
слушаешь, как я тут надрываюсь — ля, ля, ля-я-я, — запела Холли дурным
голосом, — я все равно не дам тебе покоя. Сними трубку! Пожалуйста,
иначе буду звонить каждые пять минут. Эй, просыпайся!!!
Иногда она бывает просто невыносима. Кэтлин боролась с искушением схватить
трубку и поделиться с Холли этим наблюдением. Ладно, скоро в автоответчике
кончится пленка, и Холли, наконец, заткнется. Кэтлин нужно время, чтобы
собраться с мыслями и подготовиться к отчету о первом, безнадежно
провалившемся этапе операции.
Тем временем Холли перестала петь и заговорила серьезным голосом:
Я понимаю: случилось нечто непредвиденное. Появился еще один персонаж,
который может разрушить все наши замыслы и создать массу проблем
.
Кэтлин вздрогнула и распахнула дверь в коридор.
Как она узнала? Эмили не
видела, когда мы с Оливером... Да и вообще — мы не делали ничего плохого
.
Тем временем на другом конце провода Холли разразилась такой грозной
тирадой, что автоответчик испуганно крякнул:
Рейчел мне все рассказала. Сэм Финч, верно? Откуда, черт побери, он
взялся! — Холли тараторила, с каждой фразой все больше ускоряя темп,
пока не начала захлебываться словами. — Эмили заявила, что кое-кого
встретила в Корнуолле! И Рейчел ужасно беспокоится. Правда, потом Эмили все
превратила в шутку и клялась, что между ними ничего нет. Но Рейчел
показалось, что даже в самой интонации Эмили, когда она говорила о Сэме,
было нечто особенное. А еще, нет, ты только представь — он подарил ей розу!
Но мало того, Сэм не покупал эту злосчастную розу, он ее вырастил, нет, еще
круче — он вывел новый сорт розы и преподнес цветок Эмили. О-о, проклятье!
Кэтлин, перезвони мне
. Холли сердито фыркнула и бросила трубку.
Кэтлин в задумчивости открыла ящик буфета, взяла чайную ложку и полезла в
холодильник. На верхней полке стояла вазочка с шоколадным муссом — угощение
предназначалось гостям, но после бесконечных недоразумений и беготни,
которую они устроили в ее крохотной квартирке, спасаясь друг от друга то в
кухне, то ванной, Кэтлин совершенно забыла о десерте. Она поставила на
поднос вазочку с муссом, сварила кофе, отрезала пару кусочков французского
батона и потащила завтрак обратно в спальню.
Мы не делали ничего плохого, — словно заклинание повторяла
Кэтлин. — Подумаешь, поцеловались разок. Большое дело!
Однако ни
Холли, ни Джо-Джо ей не поверят. То есть они не поверят, что все
ограничилось одним поцелуем. Еще бы, зная привычки и обычную манеру
поведения Кэтлин. И мамочки-неседки тут же всполошатся: ах, как бы бедняжка
Эмили не попала в лапы развратному негодяю — и, прикрывая ее своими
крыльями, отступят на прежние позиции. Им не составит труда убедить пугливую
девушку, что Оливер не тот мужчина, который ей нужен.
Годится Оливер на роль принца или нет — а после событий вчерашн
...Закладка в соц.сетях
