Жанр: Любовные романы
Поруганная честь
...высунулся из окна и
крикнул:
- Ничего особенного! Просто одной леди попала под шляпку пчела!
Меган прыснула смехом Блейку в плечо. Поскольку леди не унимались, Джейк
предложил с кривой ухмылкой.
- Дайте-ка мне маленького шалопая. Я возьму его с собой на крышу подышать
воздухом. По-моему, тут немного
душно. - С этими словами он сунул зверька под рубашку и ловко пролез сквозь окно
на крышу раскачивающегося
дилижанса, провожаемый восхищенным взглядом молокососа.
После этого все немного успокоились. Блейк вытянул перед собой длинные
ноги, надвинул на глаза шляпу и
погрузился в дремоту. Через несколько минут Меган положила голову на его твердое
плечо последовала его примеру. Блейк
был рядом с ней, значит, все в этом мире шло как тому и следует. Позже, после
полуденной остановки и смены лошадей,
любопытство одолело молокососа, заставив забыть про первоначальный страх.
Внезапно он делался болтливым как сорока,
его переполняли вопросы про Запад и его обитателей.
А вы... хм... вы настоящий ганфайтер? - спросил он Джейка, который снова
перебрался внутрь кареты.
Даже Меган ахнула от его неуклюжего вопроса и почувствовала, как рядом с
ней напрягся Блейк. В карете повисло
тяжелое молчание, так что можно было услышать, как упала шпилька.
- Что ж, вполне настоящий, - ответил Джейк, направив холодные глаза на
молодого человека. - Если ваш
следующий вопрос будет о том, сколько человек я убил, то лучше не задавайте его.
Юнец сглотнул.
- Нет, сэр, - кротко ответил он. - Мне просто интересно, почему вы
привязываете кобуру к ноге?
- Так быстрей выхватывать оружие. Еще есть вопросы? - протянул Джейк.
- Да. На самом ли деле существует чудовище джила и что это такое?
- Ох, они вполне настоящие. Это такие ядовитые ящерицы, которые водятся в
здешних местах. Безобразные как
смертный грех! Напоминают съежившегося дракона, а когда зашипят, вы готовы
поклясться, что они сейчас извергнут пламя
прямо вам в глаза. Взрослые достигают в длину около двух футов.
Меган задрожала, хоть и догадывалась, что Джейк все приукрасил, чтобы
напугать парня. Во всяком случае, она хотела
на это надеяться, поскольку подозревала, что чудовище джила понравится ей не
больше, чем змеи.
Парень на время угомонился, но вскоре громко прокашлялся и сказал:
- Я... хм... смею надеяться, что вы не обидитесь, но я заметил, что у вас
обоих, джентльмены исключительно хорошие
зубы. - Его нерешительный взгляд перебегал с одного на другого. Видя, как оба
подозрительно насупились, он поспешил
объясниться: - Я дантист, видите ли, так что обращаю внимание на такие вещи, и у
большинства мужчин которых я видел,
разъезжая по Западу, зубы просто ужасные, все желтые и гнилые. Поэтому невольно
удивился, почему у вас такие ровные и
белые.
Меган подавила смех, ожидая ответа.
- Молоко, - услышала она бормотание Блейка.
- Что вы сказали, сэр? - переспросил парень.
- Я сказал - "молоко, - проворчал Блейк. - Молоко и умение увернуться,
когда дерешься на кулаках.
Джейк картинно пожал плечами:
- Может, тебе это и помогает, и я согласен с тем, что ты сказал насчет
кулака, но вот молоко я терпеть не могу,
никогда не употреблял.
- Тогда в чем же ваш секрет, сэр?
- Виски и горячие бабы, сынок, - с серьезным лицом заверил его Джейк, хотя
глаза его озорно сверкнули, когда
молодой дантист густо покраснел. Женщины возмущенно закудахтали, а Меган
спрятала смущенное лицо в ладонях.
Джентльмены же просто хлопали глазами, гадая, шутит Джейк или нет. Блейк просто
потряс головой. Он по опыту знал, что
его приятель всегда с удовольствием разыгрывает наивных сопляков, а этот
оказался особенно благодатной мишенью. -
Конечно, если пересолишь с одним, то можешь и горячку схлопотать, - продолжал
Джейк с невозмутимым лицом, - а если
не доберешь со вторым, тогда здоровье подкачает. Фокус в том, чтобы вычислить,
что и как, пока не поздно.
Как обычно водилось на маленьких станциях, женщины ложились в одной
спальне, а мужчины устраивались кто где -
на койках, столах, походных постелях и на сене в конюшне. В эту ночь Меган
пришлось устроиться в комнате вместе с двумя
высокомерными особами, ее попутчицами. Никто из них не был в восторге от
удобств, но Меган сказала себе, что одну ночь
можно и потерпеть.
Очевидно, женщины считали по-другому. В комнатушке были две двуспальные.
кровати, и, когда Меган ненадолго
отлучилась, чтобы умыться, каждая успела захватить по кровати, улегшись прямо
посредине и не оставив для нее места.
Вернувшись, она замерла в дверях, а нахалки посмотрели сквозь нее, словно она
была пустое место, а потом переглянулись.
"Что ж, мы еще посмотрим! " - упрямо подумала Меган.
Словно ничего не заметив, она стала раздеваться, с сожалением подумав, что
не догадалась купить ночную рубашку.
Ну да ладно, одну ночь прекрасно проспит в сорочке и панталонах. Если бы она
взяла ночную рубашку, не осталось бы места
для шали, да и вообще едва ли она ей в дальнейшем пригодится. Во время конного
перехода придется спать одетой.
Закончив раздеваться и аккуратно сложив одежду, она встала между кроватями
и, подбоченясь, громко заявила:
- Ну, у кого из вас, леди, ноги теплей, к той я и лягу, так что думайте
скорей. Я устала.
Обе женщины разинули на нее рты, а она подошла к кровати, на которой
лежала Милдред, откинула одеяло и рявкнула:
- Подвиньтесь, дорогуша! Я надеюсь, что вы не храпите.
Милдред словно язык проглотила, а Меган как ни в чем не бывало залезла к
ней и подтолкнула в бок.
- Нет! Я никогда!.. - оскорблено пискнула та.
- Что ж, буду надеяться! - снисходительно проговорила Меган, задувая
лампу. - И не тяните на себя одеяло.
Милдред съежилась на краю, а Меган устроилась поудобней, намереваясь
хорошенько отоспаться, и довольная улыбка
заиграла на ее губах.
На следующий день, когда карета остановилась на полуденный отдых, Меган с
радостью рассталась со своими
попутчиками. Те должны были туг перекусить и ехать дальше. Они же отправятся
отсюда своей дорогой. Меган и Блейк еще
заканчивали свою последнюю трапезу за столом, когда кучер въехал во двор на
полегчавшей карете. Джейк уже отправился
наружу седлать лошадей и проследить, все ли их вещи выгружены из кареты, -
задача, на которую он вызвался добровольно,
чтобы Меган и Блейк мот ли побыть хоть немного наедине.
Дверь открылась, и новый кучер вошел в комнату, смеясь над какой-то шуткой
своего напарника. Что-то в этом
человеке насторожило Меган, и, когда он проходил мимо нее, она подняла глаза.
Дыхание у нее перехватило, и она едва не
подавилась куском пирога.
- О Господи! - тихо вскликнула она.
Блейк вопросительно поглядел на нее, но, прежде чем она успела объяснить,
возница повернулся к пассажирам и
объявил:
- Карета отправляется через десять минут, так что доделывайте свои дела,
друзья. - Он обвел глазами комнату и
добавил: - Это особенно касается вас, леди. Я не делаю по пути незапланированных
остановок... - И тут вдруг взгляд его
упал на Меган. - Ты! - взревел он, ткнув в нее пальцем. - Ты та девчонка,
которую украли из моего дилижанса по пути в
Тусон!
- Нет! Нет, вы ошибаетесь, - солгала Меган, встав и загородив собой
Блейка. - Вы приняли! меня за кого-то
другого, мистер.
- Черта с два! - заревел парень, надвигаясь на ее - Ты та самая дочка
Коулстона, или меня зовут не Джо Ланди!
- Вот не повезло, - пробормотал позади нее Блейк. Он встал и подтолкнул ее
к двери, но тут выяснилось, что Джо
Ланди преградил ему дорогу не только к передней двери, но и в коридор, ведущий
на кухню и к черному ходу. Свободной
осталась дверь, ведущая на второй этаж в спальни. Они бросились туда.
Блейк перескакивал через три ступеньки разом и почти волоком тянул за
собой Меган. Лодыжками, коленями,
щиколотками она пересчитывала ступени. Услышав крик Джо: "Стойте, буду стрелять!
- она впопыхах даже не испугалась.
Едва они свернули с лестницы в коридор, как от перил полетели щепки. У Меган так
стучало сердце, что она даже не
слышала выстрела.
Блейк метнулся в первую комнату, увидел, что она не запирается, и бросился
в следующую. В той жили владелец
станции и его жена, и на двери была крепкая щеколда. Втолкнув Меган внутрь,
Блейк захлопнул дверь и запер. Затем,
услышав, как по лестнице загрохотали несколько пар башмаков, на всякий случай
загородил дверь тяжелым комодом. Меган
еще не успела перевести дыхание, когда Блейк подтолкнул ее к окну, распахнул его
и заорал Джейку. Она еще не поняла, что
происходит, а он уже вылезал в окно.
- Блейк! - пронзительно закричала она. - Что ты делаешь? Мы на втором
этаже, опомнись! - Она сидела на
подоконнике, вцепившись в оконную раму и глядя вниз на далекую землю. Ногти
судорожно вцепились в дерево.
- Сейчас некогда думать, Меган. Вон едет Джейк. Когда его лошадь окажется
под окном, ты Должна прыгнуть, -
отрывисто сказал Блейк. - Он подхватит тебя.
- Прыгать?! - закричала она под пронзительные вопли и тяжелый стук в
дверь. - Я не могу! - - Она умоляюще
заглянула ему в лицо. Вид у него был непреклонный. - Не могу! Если Джейк меня не
поймает, я переломаю себе все кости!
- Нет, не переломаешь. Слушай, сейчас нет времени на споры, любовь моя. До
земли всего лишь пятнадцать футов.
До спины лошади, считай футов на пять меньше. Я опущу тебя практически в руки
Джейка. Тебе придется лететь самое
большее пять футов. - Говоря это, он оторвал ее руки от рамы и схватил большими
руками за запястья. Дверь за спиной
задрожала от натиска мужских тел. Блейк подтолкнул коленом ее зад, спихивая с
подоконника.
Меган повисла в воздухе, удерживаемая только руками Блейка, который
осторожно опускал ее.
- Блейк, если это причинит вред нашему ребенку, я никогда не прощу тебя.
Он подтянул ее кверху, так что их лица оказались почти на одном уровне,
только его было как бы перевернутым. По
крайней мере, так ей казалось. Но она была до того напугана, что ничего не
понимала.
- Какому ребенку? - нелепо спросил он с глупой усмешкой на лице.
- Тому, которого я, возможно, ношу.
- И ты мне говоришь это сейчас! - Блейк удивленно потряс головой. - Нечего
сказать, подходящее ты, дорогая моя,
нашла время. - Он быстро поцеловал ее и разжал руки.
19
С большим трудом они бежали из городка Сокорро. Кружили, петляли и вскоре
оторвались от преследователей. Затем
направились на запад, надеясь, что никто из попутчиков не знает конечной цели их
путешествия: вполне возможно, что ктонибудь
мог подслушать их неосторожные разговоры. Правда главная цель поездки уж
точно осталась в секрете равно как и
личность Джейка.
Когда миновала опасность, Блейк поравнялся Меган и схватил поводья ее
лошади.
- Окей, милая моя малышка, давай-ка поговорим об этом нашем ребенке, про
которого ты до сегодняшнего дня
молчала.
Меган нерешительно взглянула на него, пытаясь угадать его реакцию на эту
новость. Как бы она ни была напугана, все
же ей показалось, что он усмехается и вроде бы доволен, но полной уверенности не
было.
- На самом деле я еще не знаю наверняка,
Блейк, - поспешила объяснить она. - Вот почему и молчала.
- Но у тебя есть причины предполагать, что ты носишь моего ребенка?
Она кивнула:
- Думаю, что это так; надеюсь, что это так. Она пристально смотрела, как
он глубоко вздохнул и на мгновение закрыл
глаза, потом отозвался:
- Это все усложняет, сомнений тут нет, но я тоже надеюсь, querida. - Его
сапфировые глаза ласково заглянули ей в
лицо, потом опустились на пока еще плоский живот. Меган порадовалась тому, что
Джейк едет впереди, на достаточном
расстоянии, когда Блейк растроганно сказал: - Мне хочется увидеть, как ты
округлишься моим ребенком, почувствовать, как
он шевелится у тебя внутри. Как на твоих щеках заиграет румянец материнства, как
твои груди наполнятся молоком; следить
за мельчайшими изменениями в тебе, пусть самыми незаметными, и знать, что наша
любовь создала жизнь внутри тебя.
Он потянулся и положил ей на живот руку, и она ощутила жар от его
прикосновения даже сквозь одежду. Лошади
беспокойно задергались, но это не смутило его: он нагнулся и нежно поцеловал ее
в губы.
- Я люблю тебя, моя голубка, и буду всегда любить тебя и детей, которых мы
сотворим вместе
- Ах, Блейк! Я так рада, что ты испытываешь то же, что и я! Меня очень
тревожило, что тебе не понравится это
известие, тем более сейчас. Я ведь понимаю, что время не самое удачное, все еще
так неопределенно.
Шершавые пальцы погладили ей щеку. Глаза улыбнулись.
- Не думаю, что от тебя или от меня зависят такие вещи. Природа поступает
по-своему и в свое время. Когда ты
будешь знать точно насчет ребенка?
Щеки ее покрылись густым румянцем. Она смущенно пробормотала:
- Думаю, что через две или три недели. У меня не... хм...
Улыбнувшись на ее замешательство, он сказал:
- Я понимаю, что ты пытаешься сказать, лапушка. Не стесняйся. Со мной ты
не должна испытывать никакого
смущения. Ведь ты же станешь моей женой.
Радость вспыхнула на ее лице, и в этот миг она показалась Блейку еще
прекрасней, чем прежде.
- Правда? - прошептала она, словно боялась, что все это сон и она может
вспугнуть его и оказаться в суровой
реальности.
- Мы поженимся, как только я все улажу, - заверил он ее. Потом его лицо
посерьезнело, и он решительно заявил: -
Я сделаю копии всех документов, касающихся нашего брака, рождения ребенка, наши
завещания, бумаги на право владения
собственностью - все что нужно. Наши дети не должны пройти через то, что выпало
мне за эти последние годы. Чтобы
никто не мог поставить под сомнение права ребенка ни на наследство, ни на
отцовское имя. В этом я клянусь тебе, Меган.
Никто не посмеет порочить твою репутацию, пока я жив. Остается надеяться, что
удастся подтвердить мое право на имя
Монтгомери еще до рождения ребенка. Я хочу, чтобы он носил это имя по праву и
закону! Я знаю, что отец тоже хотел бы
этого.
Меган потребовалось собрать все свое мужество чтобы ответить так, как, по
ее мнению, следовало ответить. Его
ласковое прикосновение вызвало ней мучительное желание укрыться в его объятиях.
A его голос заставлял ее сердце
трепетать от всепоглощающей любви к нему. Непослушные губы с трупом подчинились
ей:
- Блейк, ты вовсе не обязан жениться на мне ради ребенка. Я не хочу, чтобы
ты...
Она поймала его взгляд и осеклась: лицо его настолько посуровело, что
казалось высеченным из камня. Схватив ее за
плечи, он едва не вытряхнул ее из седла.
- Мой ребенок не будет рожден ублюдком, - прорычал он сквозь стиснутые
зубы. - Даже и не думай, Меган. Ты
выйдешь замуж за меня, пусть хоть весь мир рухнет, и ничто, пока я жив, не
помешает этому. Слышишь?
Она решительно встретила его взгляд.
- Да, слышу, - упрямо заявила она. - Теперь постарайся понять и меня,
всемогущий Блейк Монтгомери. Мне не
нужен муж, который взял бы меня в жены ради ребенка или моей репутации! Я хочу
знать, что мужчина, которому я решу
посвятить свою жизнь, женится на мне потому, что любит, потому, что не мыслит
без меня жизни, а не из-под палки, хотя бы
она и называлась чувством долга.
Блейк беспардонно рассмеялся - не хмыкнул, а засмеялся в полный голос,
просто зашелся хохотом.
- Ах, Меган, если задеть твое самолюбие, ты преображаешься. Глаза мечут
громы и молнии, щеки пылают будто
спелые вишни, а рот делается самым соблазнительным на свете после яблока Евы.
Он схватил ладонями ее вспыхнувшее лицо и заглянул в глаза.
Разве ты не знаешь, как сильно я люблю тебя? - искренне спросил он -
насмешливости в голосе как не бывало. -
Ты держишь весь мой мир в своих ладонях, моя жизнь в каждом твоем вздохе. Ничто
на свете не заставило бы меня жениться
на тебе, если бы я сам этого не захотел но я очень этого хочу, любовь моя. Хочу,
чтобы ты стала моей женой, чтобы ты была в
моем сердце всегда. Ты мне нужна, querida, нужна твоя улыбка которая озаряет мои
дни, твои ласки, украшающие мне ночи.
Без твоего вспыльчивого нрава и острого язычка моя жизнь стала бы невыносимо
скучной. Поверь, я обожаю в тебе все, даже
когда злюсь на тебя настолько, что готов побить.
Улыбка с примесью лукавства снова засияла на ее лице.
- Теперь ты не сможешь побить меня, Блейк. Ведь я, возможно, ношу твоего
ребенка.
- Тогда я найду другой способ заставить тебя расплатиться, если ты
провинишься, понятно? - возразил он с такой же
лукавой усмешкой. - Кстати, а имя - Эндрю Мэтью.
- Прошу прощения? - непонимающе подняла брови Меган.
- Прощаю.
- Блейк, не валяй дурака! - разозлилась она. - Что еще за Эндрю Мэтью?
- Он перед тобой, любовь моя. Блейк Эндрю Мэтью Монтгомери. Мать была ярой
католичкой и гордилась мной так,
как только может гордиться мать, но даже она не величала меня таким громким
именем, - как ты, - "Всемогущий".
- Если бы она могла предвидеть, до чего ты станешь властным, наверняка
тоже назвала бы тебя так.
Вырвав поводья, Меган ударила коня в бока и ускакала вперед. Блейк лишь
покачал головой, с улыбкой глядя ей вслед:
"Нет, жизнь с Меган будет полна сюрпризов, с ней не соскучишься".
Они ехали тропой, ведущей по долине реки Хила. Извиваясь между горами,
прорезая леса, Хила текла из штата НьюМексико
в суровые земли Аризоны. Тропа была в основном прямой, но не самой
удобной для езды. Путь им выпал долгий.
Резервация Сан-Карлос находилась среди самой бесплодной унылой местности, какую
только Меган видела своей жизни.
Взглянув с высоты на открывшийся угрюмый ландшафт, она задрожала.
- Здесь, похоже, поработали руки дьявола, а не Бога, - пораженно вздохнула
она. - И как только мог Господь
создать такой безжизненный, неприветливый край, как этот? Как правительство
может рассчитывать, что кто-либо, даже
индейцы, смогут тут выжить? На этой проклятой земле уж точно никто долго не
проживет.
- Я полагаю, что именно на это они и рассчитывали, - с неодобрением
произнес Блейк.
- Это нехорошо, - заявила Меган, печально покачав головой.
- Нехорошо, - согласился Блейк. - Кстати, родственники моей матери жили
бок о бок с индейцами более-менее
мирно много лет. Они торговали землей, лошадьми, товарами, но уважали право
индейцев на их родную землю. Другие могли
бы поступать таким же образом. Нельзя сказать, что все мексиканцы пришли на эту
территорию с такими мирными
намерениями. Многие проявили себя такими же жадными и развращенными, как и
американцы. История сообщает, каким
подлым и беспощадным был Кортес в отношении ацтеков в Мексике. А сейчас
американское правительство, по-моему, слепо
копирует Кортеса в своей политике против индейских племен.
И все-таки прогресс нельзя остановить, и кому-то придется платить за это
сполна. Белые люди все время что-то
захватывают, присваивают, бросают взгляд на Запад, в сторону более плодородных
земель. Моя собственная ферма тоже
когда-то была землей, которой владели индейцы, и за нее было заплачено кровью
как индейцев, так и белых. Моя семья
виновата не меньше остальных, если уж говорить о вине за все это. - Он широко
взмахнул рукой, показывая на голую
землю, которая стала теперь домом для некогда гордого народа апачей.
- Возможно, но ты по крайней мере сочувствуешь печальной участи индейцев,
- возразила Меган. - Не
торжествуешь, как многие другие.
- Нет, если уж на то пошло, то я жалею их хотя у меня хватает ума не
говорить им об этом! Они гордый народ и
скорее перережут человеку глотку, чем примут его жалость.
С тех пор как они въехали на землю резервации, их не оставляло ощущение,
что за ними постоянно наблюдают, хотя ни
одной живой души не было видно. Когда же они направились по бескрайней пустыне в
сторону поселения Сан-Карлос,
центра резервации, Меган потребовалась вся сила воли, чтобы не оборачиваться в
седле и не высматривать индейцев,
которые, как она знала, едут за ними по пятам. Блейк строго предупредил ее,
чтобы она не подавала вида, что нервничает,
Хотя и сам он, и Джейк зорко осматривались по сторонам и держали оружие под
рукой. Расположившись на ночлег, лошадей
привязали неподалеку. Даже Меган легла спать, положив рядом с собой заряженное
ружье
Когда они без происшествий добрались до поселения Сан-Карлос, Меган
вздохнула с облегчением. Но если она и
надеялась найти в маленьком поселке передышку от удручающего ландшафта, то ее
ждало разочарование. На пыльной улице
стояли унылые глинобитные строения. Чуть ниже площадки, на которой располагались
дома, протекал среди чахлых деревьев
грязный ручеек. Горячий ветер гулял по иссушенной голой равнине, вздымая
столбики пыли. Жара была невыносимой, земля
потрескалась безжалостным солнцем. Если не считать берега ручья нигде не росло
ни единой былинки. Еще более печально,
чем выжженная равнина, выглядели здесь люди. Неужели эти грязные, ободранные
индейцы и в самом деле были теми
благородными дикарями, которые властвовали над просторами континента сотни лет
до прихода белого человека?
Меган изумленно покачивала головой. Зрелище словно в аду! Этих людей не
просто покорили, их лишили всякого
намека на достоинство, всякой возможности гордиться собой. Эти люди, некогда
доблестные воины, теперь жались в тени
жилищ. Кто спал, Другие брали, третьи безнадежно смотрели в никуда, их черные
глаза были тусклыми как сама смерть
Единственным выражением в этих обсидиановых глазах была глубокая ненависть, от
которой по спине Меган пробегала
дрожь.
Мужчины и женщины носили странную одежду, частично из оленьих шкур,
частично из ткани, которую они
выменивали. Встречались мокасины и хлопчатобумажные штаны, рубашки и юбки.
Большинство мужчин носили на лбу
полосы цветной ткани, чтобы волосы не падали на лицо, а не кожаные повязки, как
другие племена Дети бегали голые.
Какими бы причудливыми ни были одежды, Меган видела, что даже то ее старое
рваное платье было намного лучше, чем их
убогие рубища.
Мужчины, женщины, дети - все были одинаково грязными. Волосы падали
сальными, спутанными прядями. Ветхая,
замызганная одежда болталась на высушенных телах. Дети были настолько тощими,
что их грудная клетка напоминала
стиральную доску с болтающимися по бокам тонкими ручонками А их лица! Боже, их
лица! Настолько лишенные надежды!
Меган с большим трудом удавалось не выказывать жалости, особенно когда она
заметила, что и дети выглядели такими же
трагически подавленными. Ни одной улыбки, ни одного смешка, никто не произнес ни
единого слова, когда трое всадников
въехали в маленький поселок. Они просто смотрели горящими от ненависти глазами.
- Печально, не так ли? - пробормотал Блейк а Меган с трудом проглотила
комок, застрявший у нее в горле.
- Грустно или нет, но я бы посоветовал не спускать глаз с лошадей, и
особенно с Лобо, - произнес Джейк. - Для
этих голодных бедняг волк кажется получше хорошей говядины.
Они остановили коней у здания агентства и не успели спешиться, как
навстречу им выскочил мужчина.
- Добро пожаловать в Сан-Карлос, - произнес он с кривой усмешкой, растянув
тонкие губы в подобие улыбки. - Я
Джон Телл, местный агент. Вы что, друзья, заблудились, или у вас есть ко мне
какое-то дело?
Соскочив с лошади, Блейк помог спешиться Меган. Потом подошел к Теллу и
протянул ему руку.
- Вообще-то мы разыскиваем здесь одного человека. Может, вы поможете нам
его отыскать. Но прежде всего мне
хотелось бы узнать, найдется ли в доме место, где моя жена отдохнула бы от
солнца?
Заметив Меган, Джон Телл уже не мог оторвать от нее глаз. И теперь
вспыхнул в явном смущении.
- Да, да, конечно, - забормотал он. - Прошу вас, заходите в дом. Сейчас я
пришлю вам что-нибудь из питья.
Простите мою неловкость. Не часто встречаешь леди в наших местах.
Агентство выглядело внутри так же жалко, как и снаружи. Письменный стол
был завален кипами бумаг. Два шатких от
старости стула стояли перед ним, и агент галантно предоставил свое собственное
ободранное кресло в распоряжение Меган,
а сам торопливо расчистил угол стола и присел на него. Помощник принес стаканы
тепловатого яблочного сидра, чтобы они
смогли промочить пересохшие глотки, затем поспешно удалился.
- Ну, так кого вы можете тут разыскивать? - Телл настороженно покосился на
двух крепких муж-чин, стоявших
перед ним с обманчиво расслабленными мышцами и с привязанными к ноге кобурами с
оружием.
- в Санта-Фе нам сказали, что мы можем тут найти священника по имени отец
Мигель, - закинул удочку Блейк. -
Он не так давно жил у апачей Зирикауа.
Телл нахмурился:
- Нет, ни в Сан-Карлосе, ни во всей резервации не найдется ни одного
священника.
- А не может он находиться в другой резервации, к примеру в районе форта
Апаче?
Телл покачал головой:
- Сомневаюсь. Скажу вам вот что... Вы, друзья, оставайтесь на ночлег, а я
позову сюда Наиче. Если священник
находился в его племени до того, как их переместили сюда, он должен об этом
знать.
Блейк согласился, к неудовольствию Меган. Они провели ночь в маленькой
пустой кладовке позади кон юры Телла,
расстелив на полу походные постели. Как ни поразили ее условия в этом поселке,
но от агента Телла она услышала, что в
маленьких семейных стойбищах, рассеянных по всей огромной резервации, дела
обстоят еще хуже. Апачи живут там в своих
хижинах в жуткой нищете, без нормальной еды, одежды, одеял. Многие болеют, а
врачей нигде вокруг нет.
И все-таки Телл уверял, что положение со временем улучшится, он собирался
научить апачей земледелию, как это
сделали в другой резервации, которая находится ниже по течению реки Хила. Они
станут строить оросительные каналы и
выращивать овощи и хлеб. Меган не верилось, что в этой безводной и пыльной
местности может вырасти хоть что-то. Тут
нужно быть волшебником, и она пожелала Теллу удачи в его планах. Не делая какихто
хотя бы минимальных сдвигов к
лучшему, эти люди скоро вымрут по милости правительства, отправившего их сюда.
Пролежав, пять минут, Меган ощутила зуд. Которое время она пыталась не
обращать внимания говоря себе, что у нее
расшатались нервы и разыгралась мнительность. Она извивалась, ворочалась и
скребла себя, пока постель не превратилась в
большой ком. Наконец сдалась и, усевшись со слабым вздохом, запустила пальцы в
волосы и с остерве
...Закладка в соц.сетях
