Жанр: Любовные романы
Музыка судьбы
...амберту о твоей чрезмерной фамильярности в тот вечер.
Алан сухо улыбнулся.
— То есть, ты намекаешь на то, что твой будущий муженек мне все кости
переломает, не так ли?
О'Мейл не переставал думать о том, что будь Джулия его невестой, одна мысль
о ее связи с другим мужчиной привела бы его в ярость.
Она бросила на него взгляд, полный неприязни.
— Ты...
— Кстати, а как твоя матушка? — внезапно переменил тему Алан,
чувствуя, что Джулия собирается уйти, и одновременно не желая допустить
этого.
Перемена темы застала ее врасплох. Немного помолчав, она устало ответила:
— С матерью я не говорила с того самого дня, как мы с тобой ужинали.
— Откладываешь волнующий момент? — слегка упрекнул ее Алан. —
Неужели это справедливо по отношению к собственной матери? В конце концов,
исходя из того немного, что ты рассказала мне, я сомневаюсь, чтобы ты
ответила ей хоть какой-то снисходительностью.
Щеки Джулии вновь порозовели.
— Послушай, но ведь это совершенно не твое дело, Алан!
— Лицемерка, — тихо пробормотал он.
Ее глаза расширились от негодования.
— Тебя это совершенно не касается, но я твердо намерена поговорить с
матерью. Но так, как мне нужно. И тогда, когда мне нужно.
Он кивнул.
— А тем временем она может пока повариться в собственном соку!
Джулия нахмурилась.
— Ты ничего не знаешь о моей матери...
— Я знаю, что она позаботилась о том, чтобы приехать сюда и рассказать
о запланированной поездке с другом в Венецию, — возразил Алан. —
Несмотря на то что, вероятно, догадывалась, как ты на это прореагируешь.
Джулия растерянно смотрела перед собой, с горьким недоверием оценивая
сказанное. О'Мейл не сдерживал своего натиска и постоянно давил на нее. Но
что он мог поделать: холодная леди, словно закрытая непроницаемой толщей
льда, была ему недоступна.
С того самого момента, как она переступила порог его дома, Алану больше
всего на свете хотелось вновь поцеловать ее!
Джулия тяжело вздохнула, бросив на О'Мейла недоуменный взгляд. Сегодня он
выглядел по-другому, и дело было не в щетине, не во взъерошенных волосах и
не в измятой одежде. В конце концов, художник мог и не обращать внимания на
свой внешний вид. Нет, было что-то еще... Только она никак не могла понять,
что именно!
— Ты можешь запросто жить с мужчиной, который годится тебе в отцы. Но
кто поможет твоей матери? И почему надо осуждать ее, если она пытается
обрести для себя хоть капельку счастья на склоне лет? — едко проговорил
Алан.
Джулия покачала головой, слабо улыбаясь и не задумываясь над его колкостями,
особенно касающимися разницы лет между ней самой и ее женихом.
— Сомневаюсь, что моя мать всерьез озабочена своим возрастом. В ее роду
почти все доживали до восьмидесяти!
— Вот-вот, — кивнул Алан. — Будь я на твоем месте, то хотя бы
пожелал ей удачи!
Но Джулия, наконец, точно осознала, что делает Алан, и собиралась дать
почувствовать ему, что все прекрасно понимает и без него.
Она уверенным тоном произнесла:
— Я пришла сюда не для того, чтобы вместе с тобой обсуждать судьбу
своей матери!
Его губы искривились.
— Знаю, ты явилась попросить меня, чтобы, когда позвонит Уиндем,
ответить, что я не смогу написать твой портрет.
Посмотрев на него, Джулия смогла окончательно понять, что О'Мейл не собирался выполнять ее просьбу.
— Совершенно очевидно, что я зря потратила силы, — вздохнув,
торопливо сказала она и мельком взглянула на изящные золотые часики. —
У меня нет времени обсуждать это с тобой, Алан...
— Конечно, не стоит заставлять Ламберта ждать, — сурово заключил
О'Мейл. — И вездесущий Тони наверняка уже заскучал в автомобиле, —
добавил он с издевкой.
— Насчет Ламберта ты ошибся, он опять в отъезде. Сегодня я ужинаю с
подругами, поэтому не хочу опаздывать. А насчет Тони ты прав, он ждет в
машине.
— Хорошо хоть в этом не ошибся.
Джулия взяла свою сумочку.
— Очень жаль, Алан, что мы не можем прийти к какому-нибудь дружескому
соглашению по поводу портрета, — холодно произнесла она. — Я
действительно надеялась, что нам удастся...
Его зрачки недобро сузились.
— Мне все-таки хотелось бы кое-что узнать, Джулия, — проронил Алан
странным вкрадчивым тоном.
Джулии показалось, что он подошел слишком близко, и тепло его дыхания она
чувствовала у себя на плечах. Все это напомнило ей о минутах, проведенных в
его объятиях.
До встречи с Ламбертом, почти год назад, у нее было несколько поклонников.
Отношения с ними ни в малейшей степени не казались ей серьезными. Ни один из
них не смог заставить хоть немного быстрее биться ее сердце. А теперь, после
помолвки с Ламбертом, уже было поздно пытаться снова отыскать в себе
возможность любить и принимать чью-то любовь.
Джулия боялась повернуться лицом к Алану, стараясь сдержать участившееся
дыхание.
— О чем еще тебе хотелось узнать, Алан? — спросила она.
— Скажи, что было в том письме, ну помнишь, в зеленоватом конверте...
Оно тебя так перепугало, — медленно произнес О'Мейл.
Она застыла, словно окаменев, каждый мускул ее тела замер, дыхание сбилось,
а к горлу внезапно подступил комок. Джулия ощутила, как кровь разом
отхлынула от лица.
— Джулия! — Алан прикоснулся к ее плечу, повернув к себе. —
Что с тобой? — в испуге пробормотал он, когда увидел уже знакомую
реакцию женщины.
Она сглотнула, силясь что-то сказать, но язык, казалось, отказывался
повиноваться ей. Перед глазами возникли неясные, размытые очертания, и
разглядеть лицо Алана она уже не могла. Хотя видела, что его губы двигаются,
понимала, что он, наверное, что-то говорит.
А потом все вокруг поглотила темнота...
7
Алан сумел подхватить Джулию, не дав ей упасть, осторожно перенес на диван.
Укладывая, случайно задел заколку, и ее волосы рассыпались по подушке.
Джулия показалась ему легкой как пушинка, и теперь, когда он посмотрел
сверху на ее стройное тело, бледные и немного провалившиеся щеки, то с
тревогой заключил, что за последние несколько дней она сильно похудела. И
вообще выглядела какой-то изможденной. Из-за него? Потому что он поцеловал
ее, разбудив дремлющие чувства? Или она мается из-за того письма, о котором
он только что напомнил?
Последнее предположение, судя по реакции на его вопрос, наиболее вероятно.
Но от кого был тот злополучный конверт? Что могло содержаться в письме,
чтобы разговор о нем так убийственно повлиял на нее даже спустя несколько
дней?
Джулия начала приходить в себя, ее глаза приоткрылись, но она снова
зажмурила их, когда увидела над собой пристальный взгляд О'Мейла.
— Ну же, — подбадривал ее Алан. — Все будет хорошо!
Джулия сделала гримасу, как будто отвечая, что ему только так кажется, а
потом медленно открыла глаза. Она тяжело вздохнула и облизала пересохшие
губы.
— Можно мне стакан воды? — хрипло спросила она, отводя в сторону
взгляд.
— Не двигайся, я сейчас принесу, — предупредил Алан и быстро вышел
в кухню.
К тому времени, когда он вернулся, Джулия сидела на диване, поправляя
растрепанные волосы.
— Мне уже лучше, — виновато сказала она.
— Ты когда-нибудь выполняешь то, о чем тебя просят? — рассердился
Алан, подождав, пока та отпила немного воды из стакана и поставила его на
кофейный столик.
— Редко, — ответила Джулия, опять состроив гримасу. — Уж
прости меня за это. Понять не могу, что со мной случилось.
— А я могу, — резко ответил Алан. — У тебя такой вид, будто
ты несколько дней не ела! — по тому, как зарумянились ее щеки, он
заключил, что попал в точку, и строго спросил: — Почему ты не принимаешь
пищу?
Джулия гневно взглянула на него.
— Не думаю, что вопросы моего питания должны каким-то образом касаться
тебя.
— Ты только что упала в обморок в моем доме, так что меня это
касается! — сурово сказал он.
Джулия покачала головой, вновь с тревогой посмотрев на часы.
— Мне действительно пора домой.
— После того как тебе стало плохо, я вышел и попросил Тони отменить
твою вечернюю встречу с подругами, — мягко сказал Алан.
— Что-что? — открыла рот Джулия, и глаза ее расширились от
удивления.
— Я уверен, что ты все отчетливо расслышала, — спокойно произнес
О'Мейл. — Кроме того, я сказал ему, что больше в этот вечер он тебе не
понадобится, и отпустил парня домой. Кстати, он не скрывал своей радости.
Если бы ситуация не оказалась действительно серьезной, Алан счел бы реакцию
на собственную самонадеянность довольно забавной. На Джулию, лишившуюся дара
речи, в самом деле, стоило посмотреть...
— А где сегодня вечером будет Ламберт? — резко спросил Алан.
— Я же сказала, он в отъезде, — выдавила из себя Джулия, очевидно,
все еще ошеломленная тем, как Алан О'Мейл в считанные минуты лишил ее
возможности распоряжаться своими планами.
— Как он может так часто оставлять тебя одну, зная, что ты подвержена
таким стрессам? — едва скрывая гнев, воскликнул О'Мейл.
Джулия с негодованием взглянула на него.
— Каким стрессам?
Да, ее красота была просто чарующей, в этом не было сомнений. Но Алану не
давали покоя ее глаза, какие-то непомерно большие, и впадины на щеках,
подчеркивающие тени под глазами.
О'Мейл сурово покачал головой.
— Ты упряма, словно непослушная скаковая лошадь...
— Благодарю тебя! — презрительно бросила она.
— Это был не комплимент, — парировал он.
— А я и не восприняла это как комплимент, — отрезала Джулия.
— Ты...
— Обед подан, мистер Алан, — объявила вдруг миссис Дэвис,
появившаяся на пороге гостиной. Очевидно, она постучала, но не дождалась
ответа.
Джулия сразу притихла.
— Разве мы собрались обедать, Алан? — спросила она.
Тот ни на секунду не поддался внезапной мягкости ее голоса. Он знал, что
Джулия пребывает в тихой ярости по поводу его столь самонадеянного решения
отменить ее планы на вечер. И еще при этом иметь нахальство приказать
экономке подать для них обед! Столь дерзкая манера поведения вообще выходила
за рамки понимания мисс Макколган!
— Ведь нам обоим нужно подкрепиться, Джулия, — примирительно
сказал он.
Глаза ее гневно засверкали, но взгляд, брошенный в сторону миссис Дэвис,
говорил о том, что она слишком воспитана, чтобы в присутствии прислуги
высказывать О'Мейлу все то, что накопилось у нее на душе.
Алан посмотрел на экономку.
— Мы будем готовы через несколько минут, миссис Дэвис, — спокойно
заверил он.
— Как ты посмел? — гневно спросила Джулия, как только прислуга
вышла. — Как ты посмел, я спрашиваю?
— Просто я подумал, что тебе не помешает немного поесть, — пожал
плечами Алан.
— Я не об обеде, — возбужденно продолжала Джулия. — Как ты
посмел отменить мои планы на вечер? Почему отослал Тони? — Один-
единственный поцелуй не предоставил тебе таких прав, — презрительно
сказала она.
После нескольких напряженных дней Алан почувствовал некоторую
расслабленность. Ведь, несмотря на ее отрицания, он знал наверняка, что
недавнее внезапное проявление страсти кое-что значило и для самой Джулии.
Иначе бы она не упоминала об этом постоянно!
Не растерявшись, он весело подмигнул:
— Зато, какой это был поцелуй, не так ли?
— Ты... ты просто неисправим!
— Согласен! Это частица моего неотразимого обаяния, — пожал
плечами Алан О'Мейл.
Джулия смерила его взглядом, но уже без прежнего отвращения.
— Самонадеянность — отнюдь не достоинство и не добродетель,
Алан, — ехидным тоном произнесла она.
— Идиотское голодание, кстати, тоже, — отмахнулся он и настойчиво
произнес: — Итак, идем обедать!
Алан ждал, пока она примет какое-нибудь решение. Не слишком терпеливо, но
все-таки ждал. Хватит, наверное, стычек для одного вечера!
— Ладно, согласна, — сдалась, наконец, Джулия. — Но лишь
потому, что Тони отпущен домой, а ужин действительно отменен. Однако при
одном условии.
— Каком же? — напрягся Алан.
— Никаких вопросов по поводу моей личной переписки, — попросила
она.
— Хорошо, — успокоил ее он, поскольку имел некоторые основания
надеяться, что когда-нибудь, в не слишком отдаленном будущем, все равно
узнает, что же содержалось в том злополучном письме.
Миссис Дэвис поставила на стол перед ними фарфоровую супницу с густым
овощным супом. Потом разлила его половником по тарелкам. Джулия, все эти дни
действительно питавшаяся кое-как, поскольку мысли об Алане не оставляли ее в
покое, вдруг почувствовала, что очень хочет есть. Она подняла глаза и с
благодарностью взглянула на экономку.
— Наверно, я доставила вам массу хлопот? — тихо спросила гостья.
— Что вы, ничуть! — заверила ее пожилая женщина. — К тому же
мне очень приятно увидеть мистера О'Мейла за обедом, ведь обычно он
постоянно отсутствовал в это время! — слегка пожурила она хозяина дома,
прежде чем снова отправиться в кухню.
Джулия с удовольствием проглотила несколько ложек супа, стараясь не глядеть
на О'Мейла и тщетно пытаясь сохранить на лице невозмутимое выражение. Слава
Богу, она не единственная, кто нарушает режим питания!
— Ладно, упрек заслужен, — пробормотал Алан после некоторого
молчания. — За истекшие три дня я так и не удосужился отдать должное
кулинарному мастерству миссис Дэвис. — И он состроил недовольную
гримасу.
Джулия не была уверена, что ей понравился намек О'Мейла. Ведь с тех пор, как
она ужинала с ним в ресторане, а потом целовалась, прошло как раз три дня...
— Какой восхитительный суп, — вежливо отозвалась Джулия, не желая
вспоминать роковые события.
Она помолвлена с Ламбертом, слишком многим обязана этому человеку, и
целоваться с Аланом О'Мейлом не следовало ни при каких обстоятельствах. И
теперь, чем скорее она забудет об этом, тем лучше.
— Я думал...
— Мне бы понравилось, если бы ты...
Оба перестали говорить, посмотрев друг на друга.
— Давай ты первый, — уступила Джулия.
— Нет, ты первая, — настаивал Алан. — Несмотря на то, что ты,
может быть, думаешь обо мне всякое, я все-таки не забыл о джентльменских
манерах, — добавил он.
Она пожала плечами.
— Я собиралась спросить тебя, сможешь ли ты передумать и не забивать
себе голову моим портретом? — С этими словами Джулия прекратила есть
суп и выжидающе посмотрела на О'Мейла.
— Нет, — коротко и неуступчиво ответил Алан.
— Что ж, спасибо за откровенность и прямоту, — сказала она и с
показным безразличием пожала плечами. Неужели он настолько глуп, что не
понимает, как небезопасно для него проводить с ней так много времени!
Джулия вдруг грустно осознала, что у них с Аланом тоже получается какая-то
странная парочка. Она оделась, чтобы вечером выйти в свет, а О'Мейл помимо
того, что был небрит, выглядел так, будто спал всю ночь в той одежде, в
которой вышел к столу.
И в этот момент он, похоже, догадался, о чем она думает, проведя рукой по
небритому подбородку.
— Если не возражаешь, как только мы покончим с этим превосходным супом,
я могу подняться наверх и побриться.
Уж конечно, она бы не возражала. Но совсем не по той причине, какая пришла в
голову О'Мейлу. Истина заключалась в том, что в таком виде Алан выглядел
почти как капитан пиратского судна. Правда, при всей небрежности он был все
же чертовски привлекателен!
Но больше всего Джулию смущало то, что Алан О'Мейл, похоже, в очередной раз
догадался, хотя бы частично, о чем она думает. Если не обо всем!
— На мой счет не стоит беспокоиться, Алан, — ровным голосом
проговорила она. — Мне абсолютно все равно, брился ты сегодня или нет.
Однако ее снисходительный тон не оказал ни малейшего воздействия на хозяина
дома.
— Кажется, не я один обладаю монополией на грубость, — просто, без
эмоций, отметил он. — И это радует.
Покончив с супом, Джулия выпрямилась и с безразличным видом посмотрела на
него.
— Ты что-то собирался сказать, — напомнила она.
Алан пожал плечами.
— На выходные я собираюсь съездить в Ирландию. И мне хотелось бы, чтобы
ты составила мне компанию. — Губы О'Мейла насмешливо изогнулись, когда
он увидел, как изменилась в лице Джулия.
— Ну и ну! — только и смогла произнести она.
— Я ведь предлагаю не какую-то секс-прогулку или что-то
незаконное, — весело пояснил он. — Мы поедем в замок моего деда.
От такого пояснения это приглашение не стало для Джулии более невинным. Ведь
О'Мейл не сказал, что его дед будет в то же самое время присутствовать в
своем замке!
— Что же ты мне на самом деле предлагаешь, Алан? — стараясь
сохранить спокойствие, спросила она.
— Я... — Голос Алана оборвался, когда из кухни возвратилась миссис
Дэвис, чтобы забрать тарелки из-под супа. — Так вот, — продолжил
он, когда экономка вышла. — Я точно знаю, как и где мне хочется
написать твой портрет.
— Как и где? — осторожно повторила Джулия, которой совершенно не
понравился этот намек.
— Я ведь не портретист, Джулия, — нетерпеливо прервал ее хаотичные
мысли О'Мейл. — И об этом же говорил твоему жениху при первой нашей
встрече.
— Но ты вдруг стал сам настаивать на том, чтобы непременно написать мой
портрет, — напомнила она.
— Да. Я непременно и напишу, — увлеченно подтвердил О'Мейл. —
И для художника было бы непростительно не отразить на холсте такую красоту.
Но я не хочу, чтобы ты специально позировала. Если потакать прихоти Уиндема,
то достаточно сделать крупный постановочный снимок и повесить на стену твое
фото, — с оттенком неприязни в голосе произнес он. — А мне
хотелось бы написать тебя в одном из залов замка, возле окна, с
развевающимися на ветру золотистыми волосами...
— И в прозрачном платье, — насмешливо заключила Джулия.
Она с трудом могла представить себя позирующей Алану О'Мейлу в таком виде.
То, что он предлагал сейчас, было чистой фантазией, и она уже знала, что с
этим художником надо держать ухо востро!
— Я не думаю, что Ламберт мог предположить подобное развитие событий,
когда просил тебя создать мой портрет, — насмешливо проговорила она.
— Как тебя изобразить — это мне решать. Если ему не понравится то, что
я сделаю, холст останется у меня, — твердо сказал он.
Джулия медленно покачала головой.
— Но я не могу поехать с тобой в Ирландию, Алан.
— Да почему же? — воскликнул О'Мейл, все больше загораясь новой
идеей. Он неожиданно почувствовал вдохновение, и ему не терпелось приступить
к работе. — Там будет мой дед, так что бояться тебе абсолютно
нечего, — заверил он Джулию.
Она неуверенно переспросила:
— Твой дед, говоришь?
Алан усмехнулся.
— Он — большой любитель путешествовать. Но стоит мне сообщить ему, что
я привезу с собой красавицу Джулию, старик наверняка никуда не уедет, —
пообещал Алан. — Деду сейчас за семьдесят, но хорошенькие женщины ему
весьма по душе!
Джулия слабо улыбнулась, услышав такую характеристику пожилого человека, но
вид ее по-прежнему выражал упорство.
— А где именно в Ирландии живет твоя матушка? — попробовал немного
сменить тему Алан, зная, что надо, во что бы то ни стало заручиться
согласием Джулии.
— Моя мать? — немного оцепенев, переспросила она.
— Прошу тебя, не отвлекайся, — слегка пожурил ее Алан. — Я
предлагаю всем нам вместе отправиться в Ирландию. Твоя матушка, ты говорила,
тоже живет там... Если это недалеко от поместья моего деда, то ты сможешь
запросто заехать к ней.
Джулия покачала головой, чувствуя, что разговор набирает обороты не оставляя
ей возможности для раздумий.
Но он теперь представлял ее в замке своего деда и знал наверняка, как
здорово она будет выглядеть на фоне средневековых стен.
— Но я никогда... — осекшись, Джулия прикусила губу.
— Никогда что? — нахмурился О'Мейл. — Никогда не навещала
свою мать в Ирландии? — недоверчиво покосился он. — А как долго,
ты сказала, она там живет?
— Пять лет, — неохотно признала Джулия.
— Выходит, ты нечастый гость у родной матери, — с упреком произнес
он.
Ее щеки запылали от негодования.
— В мои будущие планы входило навестить мать, но...
— ... Меня они не касаются. Это ты хотела сказать? — насмешливо
закончил Алан. — Возможно, так и есть. Однако теперь, раз мы собираемся
в Ирландию, то в любом случае...
— Я с тобой ни о чем не договаривалась, — запротестовала Джулия.
— Кстати, в начале следующей недели тебе нужно будет увидеться с
Грейс, — нахмурившись, продолжал, он.
— Грейс? — удивленно переспросила Джулия. — Ты имеешь в виду
Грейс О'Халлоран?
— Или Грейс Макналти, как тебе больше нравится, — кивнул
О'Мейл. — Я хотел бы, чтобы она скроила и сшила для тебя платье. То, в
котором ты будешь позировать. Мне точно известно, как оно должно выглядеть.
Так что, Грейс сможет еще до встречи с тобой сделать выкройку, а затем
быстро произвести примерку. Я не слишком быстро говорю, Джулия? —
саркастически спросил он, вглядываясь в ее лицо.
— Да уж, чересчур! — возбужденно ответила гостья. — Ты... —
Она осеклась, когда в комнату вошла миссис Дэвис, чтобы подать горячее.
Жареный цыпленок со свежеиспеченной картошкой и овощным салатом.
— Выглядит восхитительно, — поблагодарила Джулия экономку.
— Спасибо, миссис Дэвис, — улыбнулся Алан, прежде чем старая
женщина вновь оставила их наедине. — Прости, о чем ты говорила? —
спросил Алан, когда положил на ее тарелку порцию картофеля с кусочками
курицы.
— Понятия не имею, какое у меня расписание на следующую неделю, —
решительно произнесла Джулия. — Но я очень сомневаюсь, что смогу
выкроить хотя бы пару свободных дней, чтобы выбраться в Ирландию. Даже если
мне очень этого захотелось бы, — раздраженно заключила она.
— Но ведь ты и не хочешь, — легко догадался Алан.
— Да, не хочу, — с усилием ответила она.
— Гм, — задумчиво отреагировал он. — Зачем тебе с таким
напряжением работать? Ты уже несколько лет возглавляешь список ведущих
манекенщиц, и денег, наверное, на все хватает, не так ли?
То письмо в зеленом конверте... Быть может, кто-то шантажирует ее? Но
причина? Алан ломал голову, но ничего не мог придумать. А ведь разгадка
наверняка помогла бы ответить на многие вопросы, которые не давали покоя
О'Мейлу с того дня, когда Джулия получила злополучное письмо!
— Дело не в деньгах, Алан, — уверенно сказала она. — Я, как
бы это тебе объяснить, просто люблю работать, мне необходимо постоянно быть
загруженной. К тому же у меня и моих коллег довольно недолгий срок службы.
Ведь пройдет совсем немного времени, и мне уже не удержаться наверху.
Неплохая попытка уйти от волнующей темы, отметил про себя Алан. Если бы он
был человеком, которого легко сбить с толку...
— Ну-ну, — насмешливо проговорил он. — Так в чем же тогда
истинная причина?
Ее глаза сверкнули голубизной.
— Я ведь только что объяснила, — рассердилась она. &mda
...Закладка в соц.сетях
