Жанр: Любовные романы
Я дождусь...
...ои прямые обязанности, вздохнула про
себя Сьюзен. И я ничего не смогу ему возразить. Кроме того, мои вопросы
могут насторожить его, и тогда нам с Мелани уж точно не удастся ничего
разузнать. Да, он крепкий орешек... Девушка уже было отчаялась, как вдруг ее
осенило.
— Слушай, Мел, я придумала, что нам делать. Вернее, что ты должна
сделать. Пригласи Эдварда Каллигана на обед, а на обеде будем присутствовать
мы обе. Ведь это гениально, правда? Но пригласить должна именно ты, потому
что ты его знаешь, а я нет. — Мелани попыталась протестовать, но Сьюзен
не давала ей раскрыть рта. — Мел, ведь это невежливо: он был на твоей
свадьбе, он сидел за одной партой с твоим мужем, а ты до сих пор не подошла
и не пожала ему руку, Я понимаю, что ты немного стесняешься, даже
побаиваешься его! Увидишь, он с удовольствием примет приглашение, но только
от тебя, а не от меня, которую знать не знает. И потом, твоя совесть чиста.
Ты же не пряталась в его шкафу, как я, и не оказалась в самой гуще его
интимных проблем. Мне сейчас и в глаза-то ему стыдно смотреть. Хочешь —
верь, хочешь — не верь, но я чувствую себя перед ним виноватой.
Последний аргумент против идеи Сьюзен, за который ухватилась Мелани, звучал
так:
— Сомневаюсь, что он долго пробудет у нас. Такой человек может за
полчаса собраться и уехать на другой край света.
— Вот и приглашай его на завтра, на вечер, не сдавалась Сьюзен. Она
порывисто встала, провела ладонями по бедрам, чтобы разгладить узкую черную
юбку, которая заканчивалась ровно на середине колена. — Ну ладно, ты
думай, а я пойду в холл и займусь делами. Но учти, будущее твоего брака
процентов на семьдесят зависит от предстоящего обеда. — Сьюзен
придирчиво оглядела себя в старинном зеркале, подмигнула через плечо сестре
и вышла. Она понимала, что ее последняя фраза была больше похожа на
провокацию, но цель в конечном итоге оправдывала средства.
В это время суток у конторки регистрации было относительно спокойно, и
Сьюзен воспользовалась передышкой, чтобы разобрать накопившуюся
документацию. Возиться с бумагами всегда казалось ей утомительным занятием,
но избежать этой рутины было невозможно.
До недавнего времени отелем занимались их родители, но два года назад у отца
случился инфаркт, и было решено взять небольшой тайм-аут. По настоянию
врачей мать поспешила отправить мужа на отдых в Испанию. Так постепенно
отель перешел в руки сестер. Управлять любым бизнесом вообще непросто, а
здесь нужно было с ходу, не докучая персоналу расспросами, освоить все
премудрости гостиничного дела. Они постоянно должны были за чем-то следить,
что-то заказывать, и времени на личную жизнь, друзей и развлечения почти не
оставалось.
— Добрый вечер, Сюзи, — услышала она знакомый мужской голос с
приятной хрипотцой. — Интересно, ты когда-нибудь отдыхаешь?
Вопрос был на удивление созвучен ее невеселым мыслям, поэтому она не нашла в
себе сил ответить Норману своей обычной приветливой улыбкой. Он был шеф-
поваром ресторана. Настоящий мастер своего дела, виртуоз по части
приготовления самых сложных и экзотических блюд, Норман к тому же был
человеком честным и легким в общении. Их ресторан обслуживал не только
постояльцев, но и всех желающих, что приносило отелю существенную прибыль.
За шесть месяцев работы Норман полностью сменил штат обслуги и скрупулезно
отобрал помощников по кухне. Благодаря ему у Сьюзен работали только
профессионалы. Ресторан стал модным, и жители города, иностранные туристы и
прочие любители вкусно поесть с удовольствием приезжали сюда, чтобы отведать
блюда от шеф-повара.
— Не так часто, как бы хотелось, — печально ответила Сьюзен и,
подперев щеку ладонью, посмотрела Норману в глаза. Он был одним из тех
немногих мужчин, на которых она могла смотреть снизу вверх, даже надев туфли
на высоких каблуках. Высокий, стройный кареглазый блондин, он был по-мужски
красив. Много раз Сьюзен задумывалась над тем, почему, имея такие таланты,
Норман работал у нее и, судя по всему, уходить не собирался. Хотя иногда
ответ на этот вопрос становился очевиден.
— Сюзи, я хочу, чтобы ты приняла мое приглашение пойти завтра куда-
нибудь вместе. Знаю, что вечером ты свободна.
Девушка почувствовала себя неловко. Это был не первый раз, когда Норман
приглашал ее провести с ним вечер, а она всегда отказывала. И не потому, что
ей не хотелось, наоборот, она бы с радостью, но здравый смысл подсказывал,
что служебный роман может повредить их бизнесу. Необходимо было соблюдать
дистанцию, чтобы все оставалось по-прежнему стабильным. Доверительно
общаться, дружить, но не переступать черты. Иногда, конечно, хотелось
плюнуть на все и броситься головой в омут, но слишком многое было поставлено
на карту: дело, честь семьи, будущее ее и Мелани.
Сегодня, кстати, причина отказа была уважительной и правдивой — намеченный
обед с Эдвардом Каллиганом. Сьюзен была уверена, что хотя бы из уважения к
жене Дэвида этот гордец примет их приглашение. Она улыбнулась.
— Мне очень неловко, Норман, но я уже приглашена на завтра.
Он сделал несчастное лицо, но уходить не спешил. Его рабочий день
ужезакончился, а до закрытия ресторана оставались считанные минуты.
Последние посетители не спеша потягивали кофе из фарфоровых чашечек.
— Опять не повезло, — усмехнулся он. — И кто же тот
счастливчик?
— Ты его не знаешь, — ответила Сьюзен уклончиво.
— Так-так, — заинтересовался Норман и с заговорщицким видом
перегнулся через стойку. — Тайный возлюбленный, да? — Озорные
огоньки заплясали в его глазах.
— Вовсе нет! — прыснула Сьюзен. — У меня не остается времени
ни на тайных, ни на каких-либо других возлюбленных.
— Для меня есть какие-нибудь сообщения? — Холодный властный голос
прервал дружескую беседу.
Ни Сьюзен, ни Норман — в этом она была уверена на сто процентов — не
заметили, что кто-то подходит к конторке регистрации. Однако она тотчас
узнала этот голос, зря, что ли, она томилась в шкафу, слушая его
впечатляющие разговоры с невестой и длинноногой профурсеткой. По выражению
лица и презрительному взгляду, каким он окинул Сьюзен и ее собеседника,
девушка поняла, что Каллиган слышал кое-что из их разговора, в частности ее
замечание о возлюбленных. Она с достоинством повернулась, чтобы проверить
специальное отделение на вертикальной стойке, где должна была лежать
корреспонденция для постояльца номера люкс Эдварда Каллигана. Одному богу
известно, чего ей стоило скрыть свою неловкость и держаться по возможности
непринужденно. Дежурная улыбка появилась на ее лице.
— Нет, мистер Каллиган, для вас ничего нет. — За спиной Эдварда,
чуть поодаль, Сьюзен заметила женщину, которая равнодушно наблюдала за
происходящим. Наверное, это и есть та
дорогая
с длинными ногами в шелковых
чулочках, подумала девушка.
Каллиган кивнул, мрачно глянул на Нормана и со значением произнес:
— Если что, я буду в баре. — В следующее мгновение он чихнул и,
злобно пробормотав "черт побери", почти свирепо сверкнул своими холодными
голубыми глазами. Профессиональная улыбка все это время не сходила с губ
Сьюзен.
— Мистер Каллиган, — заговорила она как ни в чем не бывало, —
похоже, у вас начинается простуда. Могу предложить средство, чтобы
облегчить...
— У меня нет простуды, — резко оборвал он. — Если будут
звонки, знаете, где меня искать.
Он снова кивнул, повернулся на каблуках и пошел навстречу блондинке,
поджидавшей его у входа в бар. Сьюзен прищурилась, чтобы получше рассмотреть
эту таинственную леди. Лицо длинноногой златовласки, надо признать,
оказалось довольно смазливым. Каллиган подошел и взял ее под руку, она
буквально расцвела, затрепетала от счастья.
Так, прикинула про себя Сьюзен, если позвонит невеста, он в баре. В конце
концов, я не уполномочена врать или что-то придумывать о его
местонахождении. Конечно, я не скажу Глэдис, что в баре ее жениха ждет
другая женщина. Ладно, нечего забивать себе голову, это не мои проблемы.
— По-моему, я знаю его, — медленно произнес Норман, провожая
глазами парочку. Норман был своим человеком в отеле, и Сьюзен посчитала
возможным назвать ему имя загадочного гостя.
— Это Эдвард Каллиган, — как бы безразлично обронила она.
— Эдвард Каллиган? — Норман задумался, вспоминая, что же ему было
известно об этом человеке. — Неужели это действительно он? Невероятно
богатый и удачливый предприниматель, владелец сети роскошных ресторанов во
многих столицах мира, завсегдатаями которых являются сливки общества. Да.
Похоже, я не ошибся. — Норман присвистнул. — Слушай, Сюзи, а у
тебя не возникает вопрос, почему этот воротила остановился в таком скромном
заведении, как наше?
— Конечно, возникает. Наверное, он не хочет привлекать внимание или
афишировать свои отношения с той блондинкой.
— А почему? — наивно удивился Норман. — Она же просто красавица. Не женщина — мечта!
Сьюзен трудно было примириться с выдающимися достоинствами другой женщины,
но спутница Каллигана и впрямь представляла собой нечто особенное.
Маленькая, худенькая, словно выточенная из слоновой кости, она невольно
притягивала взгляды. Прелестные длинные ножки и юное, почти по-детски нежное
лицо делали ее похожей на дорогую куклу. Остается только прибавить к этому
портрету полное бесстыдство, усмехнулась про себя Сьюзен. Встречается с без
пяти минут женатым мужчиной, а при этом наверняка знакома с его невестой.
— Они не женаты, — объяснила Сьюзен. Подобная осведомленность о
личной жизни Каллигана могла бы удивить Нормана, но он, похоже, не обратил
на это особого внимания.
Норман лукаво подмигнул ей, перегнулся через стойку и сказал:
— Бьюсь об заклад, они представились как мистер и миссис Смит.
Сьюзен расслабилась и лучезарно улыбнулась:
— Знаешь, Норман, не пойму почему, но присутствие этого Каллигана
заставляет меня быть начеку. Что-то в нем настораживает.
В отличие от Сьюзен, Норман воспринимал все происходящее легко. Не пытался
анализировать ситуацию, а просто наблюдал забавные сценки из жизни людей. Он
немного отстранился от конторки и с прежней улыбкой принялся наставлять
Сьюзен:
— Не бери в голову. Твоя предубежденность против Каллигана продиктована
всей этой шумихой вокруг его имени. Я сам читал в газетах душераздирающие
письма брошенных им женщин, которые поливали его грязью. Относись к этому
проще, ведь это своего рода хитрый ход, реклама.
— Я их не понимаю, — искренне недоумевала Сьюзен. — Как бы
там ни было, но обсуждать личную жизнь публично?.. Я, наверное, другого
склада. А что ни говори, джентльмены, подобно Каллигану, как мы убедились,
предпочитают блондинок. — И она засмеялась.
— А я вот, — подхватил Норман, — предпочитаю рыжеволосых.
Неужели не соблазнишься завтра поужинать со мной? Хочешь, устроим все у меня
дома, и я сам приготовлю для тебя что-нибудь божественное?
— Еще раз прошу прощения, — с улыбкой сожаления произнесла
Сьюзен, — но я действительно не смогу.
— Ну что ж, не буду настаивать, но и сдаваться не намерен. Не последний
день живем. Все еще впереди. — Он взглянул на часы. — Всего
доброго, Сюзи, мне пора, а то моя крошка решит, что я нашел себе другую
женщину.
Сьюзен засмеялась и крикнула ему вдогонку:
— Увидимся послезавтра.
Норман помахал уже от самого выхода. После разговора с ним у Сьюзен было
светло на душе. Остроумие и оптимизм шеф-повара последнее время очень
помогали ей веселее смотреть на жизнь. Провести вечер с Норманом теперь уже
не казалось ей таким предосудительным, наоборот, встречи с ним сулили ей
долгожданное тепло, внимание, беззаботный смех. Сьюзен размечталась и на какое-
то мгновение потеряла ощущение времени и пространства. Воображение увлекало
ее все дальше и дальше от суеты и однообразия будней.
— Вы могли бы заказать мне телефонные переговоры на завтра на семь
часов утра? — Знакомый грубоватый голос внезапно вернул девушку с небес
на землю. Едва опомнившись, она снова увидела перед собой Эдварда Каллигана.
Еще и десяти минут не прошло, как он скрылся в баре со своей подружкой.
— Простите, что вы сказали? — смущенно переспросила Сьюзен.
— Я хочу заказать переговоры на утро, — повторил он
нетерпеливо. — Вам не трудно будет справиться с этим?
Щеки Сьюзен зарделись. Саркастический вопрос Эдварда больно задел ее
профессиональную гордость. Она еле сдержалась, чтобы не отплатить ему той же
монетой. Известная истина, мол, клиент всегда прав, не позволила ей
парировать укол.
— Не беспокойтесь, я справлюсь, — ответила она сухо.
— Смотрите не перепутайте, в семь тридцать, — кивнул он. —
Да, и еще кофе, пожалуйста. — Каллиган чихнул.
Сьюзен не всегда записывала просьбы и заказы своих клиентов. За два года
работы она так натренировала память, что могла запоминать большой объем
текущей информации и в нужный момент использовать ее. Но сейчас под
пристальным взглядом этого жесткого человека она аккуратно записала все в
специальный блокнот.
— Вы ошиблись, мисс. Один кофе, — поправил он, увидев ее пометки.
Сьюзен подняла на него глаза и была встречена наглой и насмешливой улыбкой —
Моя гостья уехала на ночь, — сухо объяснил Каллиган, перехватив взгляд
девушки, когда она машинально попыталась отыскать за его спиной маленькую
блондинку. Мало того что там никого не оказалось, так вдобавок Сьюзен еще
попала в неловкое положение. Теперь все прояснилось. Оказывается, она
поспешила с выводами, решив, что Каллиган проведет ночь не один. И поделом
мне. Я плохо подумала о человеке, которого, в сущности, совсем не знаю. А
теперь он стоит передо мной и смотрит так, словно видит насквозь, читает мои
глупые мысли и потешается. — Я ведь заказывал номер для одного
человека. — Каллиган прервал неловкую паузу. — Для себя, —
добавил он и снова чихнул. Сьюзен собрала волю в кулак, чтобы противостоять
торжествующей насмешке, которую читала в его глазах. Она была сильной
женщиной и по опыту знала, что и ее взгляд может быть непреклонным и
уничтожающим.
— Номер, мистер Каллиган, оплачивается как таковой, независимо от числа
гостей, которые будут в нем проживать, — заявила Сьюзен с вызовом.
— Неужели? — Каллиган сделал вид, что удивился, и его брови
поползли вверх. — В таком случае почему бы вам не присоединиться ко мне
наверху? Выпить по стаканчику на сон грядущий, — поспешил пояснить он,
заметив, как ярость полыхнула в темно-зеленых кошачьих глазах женщины.
После неосторожных высказываний Эдварда Сьюзен решила выдержать паузу, чтобы
опомниться и придумать достойный ответ. Она прекрасно понимала, что он
играет с ней, и в этой игре хотела быть с ним на равных. Если каждый день
этого ловеласа настолько насыщен общением с женщинами, проносилось у нее в
голове, как тот, которому я стала свидетельницей, неудивительно, что он
преуспел в науке обольщения. Даже я, умная, здравомыслящая женщина,
смутилась, когда он почти вплотную придвинулся ко мне и заговорил своим
возбуждающим тихим голосом. Ничего, сейчас я ему отвечу. Она состроила
вежливую улыбку и заговорила как ни в чем не бывало.
— Мистер Каллиган, вы производите впечатление человека, у которого
начинается серьезное заболевание. Может быть, ангина или грипп. И, учитывая,
что это заразно, для всех было бы лучше, если бы вы приняли лекарство и
легли спать в обнимку с грелкой, а не с женщиной. Они вам сейчас
противопоказаны. — Сьюзен торжествовала. Тирада, которую она
произнесла, была просто убийственной. Но на Каллигана она, похоже, не
произвела никакого впечатления. У него были железные нервы, и ни один мускул
на лице, а тем более глаза не выдали его истинных чувств.
— Позвольте мне самому решать, что для меня лучше. Я уже говорил вам,
что не болен. — Каллиган снова чихнул. — Просто у меня аллергия на
ваши духи. Поэтому, если вы все-таки надумаете присоединиться ко мне сегодня
вечером... — Он протянул руку, чтобы лучше рассмотреть ее имя на
табличке, приколотой к блузке, и как бы невзначай коснулся ее груди. —
Вы, милая Сьюзен, примите, пожалуйста, душ, чтобы смыть аромат духов. Я,
видите ли, чихаю от них, а это совсем не романтично. — Каллиган
замолчал и посмотрел на нее долгим немигающим взглядом.
Сьюзен оцепенела. Такое объяснение его нездоровья было неожиданным для нее.
Ей-то казалось, что после того, как она случайно узнала о подробностях его
личной жизни, Каллиган, сам того не подозревая, стал уязвим перед ней.
Подобная осведомленность могла в критическую минуту сыграть ей на руку. А
тут эта аллергия! Все логично, размышляла она. Каллиган чихал, только когда
находился рядом со мной. Так было утром во время регистрации, сейчас и... в
спальне его номера. Неужели он знал, что я там? Вдруг он будет меня
шантажировать?
Есть ли у него доказательства? Состояние шока не проходило. Губы не
слушались ее, и она не могла проронить ни слова.
Чтобы прервать тягостное молчание, Каллиган кашлянул.
— Я еще некоторое время не буду спать. Если вы передумаете и захотите
выпить после напряженного трудового дня или просто поболтать, я буду рад.
Только не забудьте смыть духи. — Он развернулся и пошел к лифту. Сьюзен
смотрела ему вслед, не в силах шевельнуться. Ее лицо неестественно
побледнело. Перед тем как двери лифта сомкнулись, Эдвард помахал ей рукой.
Нет, все это не случайно, размышляла Сьюзен. Не может даже самый наглый и
бесцеремонный человек так разговаривать с женщиной. Должна быть какая-то
причина, чтобы так измываться над незнакомым человеком. Неужели он знает,
что я была в его спальне? Неужели знает?
2
— Какая жалость, что у Нормана сегодня выходной, — с досадой
сказала Мелани, пытаясь, не повредив нежную мякоть, вынуть косточку из
авокадо.
Сестры уже два часа провели на кухне, занимаясь приготовлением фирменных
блюд своего шеф-повара, который в это время, устроившись на диване в своей
уютной квартире, потягивал виски и лениво гладил кошку.
— Нам бы его золотые руки и умение — был бы шанс ублажить Эдварда
Каллигана настолько, чтобы выудить из него все, что нас интересует. Как ни
странно, но вкусная еда просто чудеса творит с мужчинами. Уф! — с
облегчением выдохнула она, когда косточка наконец выскочила и, упав на пол,
покатилась к ногам Сьюзен. Мелани разрезала крупный лимон и обильно полила
его соком авокадо, чтобы плод не потемнел и не потерял своей
привлекательности. Это был один из кулинарных секретов, которыми иногда
делился с ними Норман.
После всего случившегося Сьюзен совершенно не разделяла энтузиазма, с
которым ее младшая сестра готовилась к предстоящему обеду. Она была
разочарована и расстроена, узнав, что Эдвард Каллиган принял их приглашение.
Оказалось, что Мелани успела перехватить его рано утром в холле, когда он
собирался идти на деловую встречу. Они мило поговорили, и, по словам Мел, он
искренне обрадовался возможности провести вечер в компании старых знакомых.
Но для Сьюзен перспектива пообщаться с Каллиганом уже не казалась такой
привлекательной, как раньше. Она смутно подозревала, что Эдвард имеет что-то
против нее. Во всяком случае, о чем-то догадывается. Сьюзен с детства не
любила неопределенности и недосказанности. После того разговора, поддавшись
порыву, она хотела немедленно подняться в номер Каллигана и расставить все
точки над
и
. Но здравый смысл и жизненный опыт подсказывали, что не стоит
принимать опрометчивых решений. В памяти всплыла мудрая поговорка "Не пойман
— не вор". И правда, думала она, Эдвард так и не открыл шкаф, не вывел меня
за руку оттуда. Значит, прямых доказательств моей вины у него нет, только
косвенные. Моя задача — замять это дело. По возможности не встречаться с
ним, чтобы не провоцировать на неприятный разговор, и тогда проблема
исчезнет сама собой.
Но прежде чем она успела поделиться своими переживаниями с сестрой,
объяснить, почему обед лучше не устраивать, та уже прибежала и с восторгом
сообщила, что приглашение принято.
— Между прочим, Мел, — чувствовалось, что Сьюзен
нервничает, — Каллиган вчера ужинал в нашем ресторане. И тебе лучше
меня известно, какой он гурман. Ты ведь не думаешь, что он не сумеет
отличить готовку профессионала от стряпни двух дилетанток.
— Ну конечно, не думаю, — с обидой отозвалась Мелани. — А что
ты предлагаешь? — Она нагнулась за косточкой и бросила ее в мусорный
бак.
— Я предлагаю напоить его, — спокойно сказала Сьюзен.
— Что? — Глаза Мелани расширились от удивления.
— Ну, не совсем напоить. Я неточно выразилась. Просто нужно, чтобы на
столе было много хорошего дорогого вина. Больше, чем предполагает подобный
обед. Он, я думаю, не обидится, а будет приятно удивлен.
Мелани с улыбкой на лице стала обдумывать эту смелую идею, а Сьюзен занялась
делом. Она очищала вареные креветки, чтобы потом залить их майонезом
домашнего приготовления и начинить ими авокадо. Возня с морепродуктами
всегда вызывала у нее чувство брезгливости, но, когда блюда из обитателей
морских глубин готовил кто-то другой, например Норман, она ела их с
удовольствием.
— Впрочем, меня все это больше не волнует, — продолжала
Сьюзен. — Я уже сказала, что вечером полно работы и мне некогда будет
рассиживаться в ресторане. Разберу документацию и подежурю на телефоне.
Настроение девушки стремительно поползло вверх. Уважительная причина, по
которой можно было не присутствовать на обеде, появилась как-то сама собой.
Теперь Сьюзен могла избежать серьезного испытания провести несколько часов,
поддерживая светскую беседу и оставаясь милой и вежливой, в обществе
человека, который был ей откровенно неприятен. Неожиданно все это перестало
казаться Сьюзен таким значительным. Все страхи, которые волновали ее,
исчезли. Стало безразлично, зачем Каллиган поселился в их отеле. Он не
сможет его купить, если они не будут заинтересованы в его продаже. А они не
будут заинтересованы никогда. И обед я задумала ради Мелани, размышляла
Сьюзен. Ей нужно разузнать побольше о Дэвиде. И если разговор получится, я
буду абсолютно лишней.
— Но ты же совершенно свободна до десяти часов, — заметила
Мелани. — У тебя будет почти полтора часа, чтобы посидеть с нами.
— Да что ты говоришь! — Сьюзен решила бороться до конца. — А
ты забыла, что в баре сегодня работает меньше обслуживающего персонала, чем
обычно?
— Нет, не забыла. Но я была уверена, что ты отправишь туда Дорис. Она,
по-моему, уже не раз выполняла эту работу и прекрасно справлялась. А мы в
это время приведем в порядок постели в номерах. И никаких проблем.
Сьюзен не уставала удивляться сестре. Беспомощная и неуверенная в отношениях
с людьми, Мел была сама логика и практичность, когда дело касалось
управления отелем. Наверное, свою роль сыграл пример родителей. Все проблемы
и неурядицы решались на глазах у девочек. Волей-неволей запомнишь, как выйти
из трудной ситуации. Мелани все правильно рассчитала, и Сьюзен просто нечего
было возразить. Дело, конечно, было не в загруженности и нехватке времени.
Просто не хотелось присутствовать на этом обеде.
Нужно было во что бы то ни стало избежать встречи с Каллиганом, но Сьюзен
чувствовала, что попала в заколдованный круг. Пространство отеля — это ее
мир, из которого ей не вырваться, и, пока этот человек находится здесь, она
не может игнорировать его. Значит, снова опасаться разоблачения? Прятаться в
собственном доме, где она привыкла отдыхать душой?
— Сюзи, ты скоро закончишь с креветками? Нам надо уже цыпленком
заняться. — Нетерпеливый тон сестры вывел Сьюзен из
задумчивости.
...Закладка в соц.сетях
