Жанр: Любовные романы
Волнующая поездка
..., уехать и никогда больше не
возвращаться сюда. Но она знала, что не сделает этого. Потому что в эту
самую минуту ее сын собирается совершить свою первую прогулку верхом. И она
будет присутствовать при этом, даже если это приведет ее в ужас.
После восторженной поездки Дилана на лошади, после энергичной разминки,
утомившей и расслабившей Бекки и Джетта, и после приятного ужина,
приготовленного Коки, она сидела в патио с Гарреттами, потягивая чай со
льдом и наблюдая закат. Дилан и Эван играли с грузовичками в песочнице.
Дюжины мыслей пробегали в ее голове. Борьба с Джеттом заставляла ее
пересматривать свои взгляды на безопасность.
Даже при том, что ей стоило огромных усилий подавить свои переживания, Бекки
была довольна, что сдалась. Джетт проявил максимальную осторожность, мягко
обучая и поощряя мальчика, как будто тот был его собственным сыном. И больше
всего Джетт покорил ее тем, что все время держал руку на поводьях и
страховал Дилана.
В кухне, расположенной сзади, послышался звон тарелок. Бекки встала с
садового стульчика.
— Наверное, надо помочь Коки убраться.
Джетт поймал ее за руку.
— Забудь об этом. Никто не путается в кухне Коки.
— Кроме Кейти, — уточнил Колт, обнимая жену. Кейти, являвшая собой картину
материнской безмятежности, улыбнулась:
— Он даже мне в последнее время не позволяет находиться там.
— Это потому, что ты беременна, — сказал Джетт. — Коки балует тебя еще
больше, чем Колт.
— Эй, — заметил Колт, изображая оскорбление. — Разве я тебя мало балую,
любимая?
Свернувшийся на кондиционере серый гладкий кот жмурился, заинтересованно
глядя желтыми глазами на пару колибри, летавших вокруг кормушки, сооруженной
Коки. В песочнице Дилан с Эваном имитировали звуки моторов грузовиков.
Солнце дошло уже почти до горизонта.
Колт встал.
— Простите, что разрушаю компанию, но мне еще надо закончить одну работу в
офисе.
Его жена тоже поднялась.
— А я сегодня совершенно измотана, у меня была масса дел.
Все улыбнулись.
Держась за руки, Кейти и Колт сказали:
Доброй ночи
— и прошествовали в
дом, оставляя Джетта и Бекки с мальчиками. Кот спрыгнул вниз и последовал за
Кейти.
В потемневшем небе появились первые звезды. На земле, едва различимые в
льющемся из дома свете лампочек, мерцали ищущие себе пару светлячки.
Джетт закинул руки за голову и потянулся.
— Даже воздух сегодня хорошо пахнет.
Бекки смаковала прохладный сладкий чай, избегая смотреть, как Джетт
потягивается. В течение их совместных разминок ей удавалось сохранять
приличное расстояние и не обращать внимания на импульс чувственности,
который постоянно возникал между ними. Но вне занятий, когда ее внимание не
было отвлечено физическими тренировками, она не могла не ощущать его
присутствия.
— Это осенний воздух. Я люблю это время года.
— Я тоже его люблю.
Руки Джетта устало упали на колени. Бекки догадалась, о чем он думает.
— Хорошее время года для родео, не так ли?
— Да. Через пару месяцев начнутся финальные соревнования. Если я в скором
времени не вернусь на арену, мои возможности победить испарятся.
— А ты не хочешь подождать, пока колено полностью заживет, и попытаться
принять участие в них в следующем году?
Он покачал головой.
— Я близок к завершению как никогда. Это удачный год. Если я не сделаю этого
сейчас, будет поздно.
Его настроение удивило и заинтересовало ее.
— Где твой оптимизм сегодня?
— О, я все еще оптимистически настроен, а то бы не планировал снова
гарцевать на быках в этом сезоне. Но я знаю себя. С каждым годом травмы
становятся все тяжелее и требуется все больше времени на восстановление сил
и здоровья. Время не щадит спортсменов.
— Чем ты займешься, если это конец? Если ты не сможешь вернуться в спорт?
Он пресек ее острый взгляд.
— Даже не думай об этом, Бекки-Ребекки. Доктора говорят, что у нас с тобой
большие успехи в реабилитации. Если все пойдет так же и дальше, колено будет
достаточно здоровым для того, чтобы вернуться. Мне следует идти дальше. Мне
это просто необходимо.
Ей была ужасна сама мысль о том, что он снова может пораниться или, что еще
хуже, может погибнуть, как Крис. И, возможно, именно это было проблемой,
мучавшей ее в последнее время. Она не хотела, чтобы он уехал, потому что
боялась за него.
— Почему родео имеет для тебя такое большое значение?
— Не знаю. Возможно, чтобы доказать себе, что я могу делать что-что такое,
чего большинство мужчин делать не могут.
— Говорят, ты рискуешь ради того, чтобы на тебя смотрели.
— Возможно.
Повернувшись к ней и игриво засмеявшись, он мягко перевел разговор на другую
тему. Такой мужчина, как Джетт, не хотел углубляться в причины своего
поведения.
— Как ведет себя джип? Нет ли каких-нибудь проблем?
— Это рай на колесах. — Бекки чокнулась с ним стаканом чая. — Генератор
работает бесперебойно. Батарея никогда не садится. И двигатель не
перегревается. — Она мягко засмеялась. — Я не знала, что такое вообще
возможно.
Она не хотела говорить о том, что каждый раз его незримое присутствие в
машине ошеломляло ее. Аромат его одеколона. Его странное и неожиданное
собрание музыки — мелодии ковбойского салуна и христианские псалмы в
исполнении чернокожих певцов были перемешаны с тяжелым металлом. Музыка
столь же сложная, как и этот мужчина.
— Я не знаю, как отблагодарить тебя за него.
Он похлопал по шине, обернутой вокруг его ноги.
— Ты уже сделала это. Я слишком ленив, чтобы так много
заниматься, ты же заставляешь меня делать это.
Бекки покачала головой. Она уже узнала его достаточно хорошо, чтобы понять,
что сейчас он чего-то не договаривает. Джетт Гарретт мог быть непоседой, но
он не был ленив.
Сгустилась темнота, малыши вылезли из песочницы и направились к дому.
— Мальчики, вы куда? — окликнула их Бекки.
— Мне нужно на горшок. — Эван взялся за шорты.
Дилан сделал то же самое.
— И мне тоже.
— Тогда идите. И не забудьте помыть руки.
Держа стакан чая, она поднялась. После ухода мальчиков сразу стало слишком
тихо. Джетт нарушил тишину:
— Спасибо за то, что разрешила Дилану покататься сегодня на лошади, и за то,
что доверила мне заботу о нем.
Доверила ему? Но доверяла ли она? Бекки посмотрела на него. Ее вдруг
потрясло осознание того, что она сейчас поняла. Пока ее сын в течение тех
немногих минут хохотал и сиял от счастья, находясь в седле Шкипера, она
знала, что Джетт не позволит ему упасть.
— Ему очень понравилось.
— Мне тоже, — сказал Джетт. — Мне понравилось видеть его ликующим. Он
замечательный ребенок. Крис гордился бы им.
— Крис назвал бы его девчонкой.
— И был бы не прав. И я был не прав. Дилан, возможно, немного сомневается в
своих силах, но у него есть смелость.
— Больше, чем мне хотелось бы. Вчера он убежал от меня в магазине, потому
что хотел за двадцать пять центов покататься на лошадке, но у меня не было
времени.
Вчера он напугал ее так, что она опрометью помчалась из магазина. Но,
несмотря на то, мать упорно звала его, он продолжал бежать, направляясь
прямо к пластмассовому пони.
— Иногда я вижу в нем так много качеств Криса, что это пугает меня до
смерти. Что будет, если с ним тоже случится что-нибудь ужасное? Я не могу и
в мыслях перенести, что тоже потеряю его.
— Тебе, наверное, было очень тяжело — ведь ты была с Крисом во время
несчастного случая.
— Это было ужасно. — Она вздохнула, стараясь не позволить страшным мыслям
снова захватить ее. — Сейчас я бы хотела, чтобы мы не ходили на озеро в тот
день. Я бы хотела...
— Я помню, когда это случилось. Я был в Колорадо-Спрингс, и там до меня
дошла эта ужасная новость. Никто не мог поверить в то, что Крис ушел из
жизни.
— Он и не должен был. Если бы я была более осторожна...
Джетт наклонил голову, нахмурясь.
— Ты?
Она кивнула.
— Я. Я одна ответственна за смерть Криса.
Джетт придвинулся поближе к ней, провел пальцем по ее щеке и спросил:
— Как же это произошло?
Бекки никогда, ни одной душе не рассказывала полную историю того дня.
Не понимая, почему, она чувствовала, что просто обязана выложить Джетту ту
ужасную тайну, которой ни разу не поделилась ни с кем. Под прикрытием
темноты сделать это было легче.
— Я была небрежна и глупа... И я убила его.
— Смерть Криса была несчастным случаем, Бекки, — после долгого молчания
сказал Джетт.
— Нет, это был не несчастный случай. — Она покачала головой, когда он начал
спорить. — Нет. Мы делали это нарочно. Мы только что узнали о том, что я уже
шесть недель беременна. Это было празднование. — Горький звук вырвался из ее
горла. — Крис даже выпил за это без остановки несколько кружек пива.
— А ты?
— Нет. Я не пила. — Благодарение богу, она не добавила этого груза к своей
вине. — Я не хотела навредить ребенку принятием алкоголя. Мы с Крисом часто
играли на озере — катались на скутере, на водных лыжах, состязались в
гребле. Водные спортивные состязания были нашим любимым развлечением. —
Бекки все еще скучала по ним, хотя не позволяла себе этой роскоши после
рождения Дилана. — Мы проводили летом на озере почти каждый уикенд, так что
я никогда не рассматривала игры на воде как возможную опасность. Мы оба были
превосходными спортсменами. Казалось, ничто не может случиться с нами. У
каждого из нас было по скутеру. Мы очень любим игру, где каждый должен был
сделать что-то оригинальное, чтобы проявить свою храбрость, подъезжая друг к
другу, пока кто-то один не уступит и не свернет. Никто из нас никогда не
получал никакой травмы. Никто не мог заставить Криса признать поражение. Он
часто дразнил меня трусишкой. Я мысленно переигрывала тот момент миллион
раз. Так или иначе, я слишком долго ждала, чтобы уступить ему дорогу. К тому
времени, когда я дернула руль, чтобы увернуться, было уже слишком поздно.
Они оба взлетели в воздух, выброшенные из скутеров, подобно двум живым
пушечным ядрам.
— Кроме временной потери дыхания от очень сильного удара о воду, у меня
больше ничего не было.
— А Крис?
— Нет. Крис был... — Она с трудом сглотнула. — В действительности, он был
уже мертв. Несколько недель он находился на искусственной вентиляции легких,
в то время как мы надеялись и молились, чтобы он вышел из комы. Но я знала,
что Крис ушел от нас намного раньше того момента, когда его сердце перестало
биться.
Пальцы Джетта нежно погладили ей плечо. Он ничего не говорил. Подбодренная,
Бекки нетерпеливо продолжала изливать душу:
— Один из скутеров ударил его по голове. Власти так и не вычислили, который.
— Но ты обвиняешь себя.
Он мягко сжал ей плечо.
— Конечно, обвиняю. Я знала Криса. Повернуть первой, отступить — было моей
ролью в этой игре. Я убила его, Джетт. Поскольку не была достаточно
осторожной. У Дилана нет отца из-за меня.
— Крис не должен был играть с тобой в такие игры. Если бы моя жена была
беременна...
Он замолчал и потер рукой лицо.
— Я должна идти домой, — сказала Бекки. — Скоро шесть.
Но не двинулась с места. Она стояла, обхватив себя руками и рассуждая о том,
что может подумать Джетт о такой безрассудной женщине, как она, подвергшей
опасности не только свою жизнь, но и жизнь своего будущего ребенка. Женщине,
которая виновна в смерти мужа. И все ради забавы.
— Делать больше, чем считается возможным — участь некоторых людей, Бекки, —
сказал он наконец. — Криса. И моя. И твоя также. Крис сделал свой
собственный выбор. А ты не совершила в тот день ничего особенного, просто
вела себя естественно, как возбужденная хорошей новостью энергичная женщина,
такая, какая ты есть.
Она в знак опровержения помотала головой.
— Я больше не хочу быть такой. Это слишком рискованно.
— Но ты такая, — сказал он нежно, притягивая ее к себе. Его голос упал до
шепота. — А ему ничто не могло помешать. И никто. И ты тоже не могла.
Ее охватила дрожь. Джетт массировал ей спину теплыми руками, затем мягким
скользящим движением обнял ее. Она охотно поддалась, нуждаясь в этом.
— Мне жаль Криса. Я сожалею о том страдании, через которое ты прошла. Но
такие люди, как Крис и я, делают свой собственный выбор. Независимо от того,
сколько сил ты приложила для моего выздоровления, если я решу завтра сесть
на быка, ты ничего не сможешь сделать, чтобы остановить меня. Крис поступил
бы так же.
Она покачала головой.
— Я знаю. Но избавиться от чувства вины трудно.
— Но ты можешь. Ради Дилана и ради себя. Ты должна научиться снова быть той,
прежней, естественной. И позволить Дилану быть самим собой.
Бекки подозревала, что он прав, но страх был сильнее доводов разума.
Джетт слегка отступил и пристально поглядел в ее лицо. Она ощущала, что
творится в его голове. Каждый момент, проведенный в такой близости с ним,
все больше подтверждал, что Джетт беспокоится о ней. И это были опасные
мысли.
— Я действительно должна идти.
— Нет. Еще нет. Ты творишь со мной забавные вещи, Бекки. Я хочу тебя. — Он
пробормотал это, а потом подтвердил слова поцелуем.
Когда поцелуй закончился, Джетт выглядел таким же ошеломленным, как и она.
— Я же велела тебе не делать этого больше.
Самодовольная улыбка сошла с его восхитительных губ.
— Должно быть, опять сказывается сотрясение мозга. Я забыл.
— Не забывай больше. — Затаив дыхание, Бекки осмотрелась вокруг, желая
ускользнуть от него. Но она не могла ускользнуть от себя.
Морщинка появилась между его бровями.
— Не уходи.
Он сделал шаг, чтобы снова взять ее руки. Бекки отступила назад. Она не была
уверена, что, если бы он обнял ее, она бы смогла сопротивляться.
— Давай же, Бекки-Ребекки, — заговорил Джетт сладким голосом, который
внезапно стал низким и хриплым. — Мы оба одиноки. Мы можем поиграть, если
захотим.
Действительно ли он хотел именно этого? Поиграть с ней, как будто она
игрушка, которую можно использовать и затем отказаться от нее? Она не хотела
такой игры с Джеттом, чтобы потом остаться одинокой и пустой. Она хотела...
О, нет.
Если она не уйдет от него сейчас, то разобьет свое сердце навсегда.
Ухватившись за первую попавшуюся мысль, Бекки быстро проговорила:
— Но я не одинока. Я
... встречаюсь кое с кем.
Глаза Джетта сузились, пронзая ее так, как будто он видел, что она лжет.
— Ты имеешь в виду того парня, Бентона, которого я встретил около твоего
дома?
— Бенчли? Да, именно его я и имею в виду. И ему не понравится, если меня
будет целовать другой мужчина.
— И когда же ты с ним встречаешься? — нахмурился Джетт. — Ты работаешь целый
день, а каждый вечер проводишь здесь. Единственное время, которое у тебя
остается — ночь...
Бекки не знала, смеяться ей или плакать. Она не спала с Шерманом. Но ее
личная жизнь не касалась Джетта.
— Давай поговорим напрямую, Джетт. Наши отношения... как мои, так и твои...
— она показала дрожащим пальцем на себя и на него, — профессиональные. Не
больше и не меньше. Просто мы немного... распустились в последнее время. Но
это должно закончиться здесь и сейчас. Завтра меня на ранчо не будет. У меня
свидание.
Даже если Шерман занят завтра вечером, она назначит свидание своему отцу или
встретится со своей лучшей подругой, Шэннон. У нее состоится завтра
свидание, и не с Джеттом Гарреттом. С этого момента она восстановит их
сугубо профессиональные отношения. Не будет больше игр в дротики. Не будет
совместных тренировок. Не будет сводящих ее с ума поцелуев.
Не будет абсолютно ничего.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
— Ты не можешь со мной так поступить.
Джетт был близок к панике. Он так крепко сжал телефонную трубку, что чуть не
сломал ее.
Один страстный, сводящий с ума поцелуй — и весь мир едва не соскочил со
своей оси. Если бы он знал, что Бекки так отреагирует, он бы не поцеловал
ее.
Вообще-то, если задуматься, то поцеловал бы. Он знал, что она вся горит
страстью, и то, что вчера произошло между ними, стоило той взбучки, которую
она ему сейчас устраивала.
— Ты знаешь все упражнения наизусть, Джетт, — промурлыкала Бекки совсем
рядом с его ухом. С каких это пор ее голос стал таким сексуальным? — У меня
больше нет причин приезжать к тебе ежедневно на пять часов. Я буду
появляться через день на один час. Этого, пожалуй, хватит.
— Я не могу один делать эти упражнения. Я никогда сам не вылечу колено и навсегда останусь калекой.
— Ты вполне способен упражняться сам.
Как она может оставаться такой спокойной?
— Но тебя здесь не будет, и кто же заставит меня делать эти упражнения? Я
ленивый. Я все заброшу.
— Ты не бросишь заниматься. Ты слишком близок к выздоровлению и к своей
следующей идиотской поездке на быке.
Она была права, черт побери. Но он хотел ее. Он был уверен, что еще немного,
и она прекратит бороться с ним. Тогда они смогут развлечься прежде, чем он
уедет. Кроме того, он не сможет один довести дело до конца, ему необходима
ее хватка и уверенность в себе.
— Почему ты так поступаешь? Потому что я тебя вчера поцеловал? Потому что ты
ответила на мой поцелуй? Потому что я заставил тебя признать, что ты
страстная женщина? — Его вопросы были встречены тишиной, которую он посчитал
за согласие. — Давай же, Бекки, это был только поцелуй.
Она тяжело вздохнула.
— Я тоже имею право на личную жизнь, Джетт.
— О! — Снова этот упрямый пижон Бенчли. Он-то надеялся, что вчера она
пошутила насчет него. Очевидно, нет. — Я со своими упражнениями мешаю твоей
любовной связи с Бенчли. Извини меня. Я забыл.
— Возможно, тебе еще раз нужно проверить голову. Ты слишком многое забываешь
в последнее время.
Последний раз в своей жизни он обиделся в десять лет, когда мать отказалась
купить ему мотоцикл
харлей
. И теперь почувствовал такую же обиду. Что с
ним случилось? С каких это пор женщина может причинить ему столько
неприятностей? И с каких это пор он заботится о ней? У него было много
знакомых кудрявых красоток, не ждущих многого, они всегда были рады хоть
немного побыть с ним, в его объятиях.
Но он не хотел ни одну из них. Он хотел маленькую рыжеволосую тигрицу,
которая и подгоняла его, и обуздывала, и заставляла смеяться.
— Джетт? — Сладкий голос вывел его из оцепенения. — Я возвращу тебе джип
завтра, хорошо?
Боль отозвалась в его животе. От этой упрямицы у него будет язва желудка.
Он должен закончить этот разговор прежде, чем начнет просить и скулить, как
голодная собачонка.
— Можешь взять его себе.
Чтобы она не начала спорить, Джетт бросил трубку. Захромав от кухонного
стола, он заметил, что Коки уже в кухне.
— Я думал, что ты в прачечной.
— Время готовить ужин.
Чтобы доказать это, Коки повернулся к нему спиной и снял миску с верхней
полки шкафа.
Джетт направился к двери. Серый кот Кейти с сочувствием смотрел на него с
подоконника, как будто знал о том, что он несчастен.
— Не ставь приборы для Бекки и Дилана. Они не приедут.
— Я слышал.
Джетт остановился в дверях и повернулся.
— И все? И никаких шпилек? Никакого мудрого совета?
— Не для тебя. — Коки стукнул яйцом по краю миски. — Но если бы Бекки
спросила меня, я бы посоветовал ей бежать от тебя далеко и быстро.
— Тебе не надо этого делать. Она уже убежала.
Она бежала от него с того самого момента, как он встретил ее.
— Это очень хорошо. Такая женщина, как Бекки, не нуждается в приятеле,
который разок поцелует ее, а потом умчится на родео. Ей нужен настоящий
мужчина. — Коки резко повернулся и нацелился огромной деревянной ложкой в
Джетта. — Тебе не понять.
Джетт вонзил в старого повара острый взгляд. Видел ли он вчера, что они
целовались, или сам сделал такой вывод?
— Вероятно, у нее есть мужчина, Коки. И это меня вполне устраивает. Нет
времени флиртовать с ней. В Санта-Фе родео начнется уже через две недели...
И я хочу туда поехать.
Подавив зевок, Бекки попробовала сосредоточиться на кинофильме. Рядом с ней
на кушетке перед телевизором сидел Шерман Бенчли, одетый в идеально
отглаженные брюки и рубашку для гольфа, тот мужчина, с которым у нее сегодня
было свидание. Дилан давно убежал играть в свою комнату. Бекке было жаль,
что она не ушла вместе с ним.
Свидание с Шерманом никогда не приводило ее в трепет, и в этом было самое
ценное.
Шерман был безопасен и удобен. Однако сегодня вечером она нервничала и не
могла сидеть спокойно. И виноват в этом был только Джетт Гарретт. Если бы он
не поцеловал ее так страстно, то все было бы прекрасно.
Вздохнув, она положила еще один ломтик жареного картофеля в рот и
захрустела.
Шерман посмотрел на нее с укоризной. Она прервала его комментарии к фильму —
комментарии, которые уже начинали ее раздражать. Он всегда так поступал —
раскрывал сюрпризы, прежде чем они случались, и эта его привычка начала
выводить Бекки из себя.
— Теперь смотри, Ребекка. — Шерман нацелился пультом в экран. — Бандит с
пистолетом сейчас скроется за дверью спальни.
С едва скрытым раздражением Бекки ответила ему:
— Знаешь, Шерман, у меня превосходное зрение. Я могу смотреть этот фильм
самостоятельно.
Нажав на кнопку
пауза
, он отложил пульт, чтобы повернуться к ней.
— Действительно, Ребекка, у тебя сегодня неважное настроение. Критические
дни?
Никакие вопросы не раздражали ее так, как эти. Сжав зубы, она ответила:
— Женщины утомляются и расстраиваются безо всяких определенных причин,
Шерман. Так же, как и мужчины.
— Ты переутомилась. Я должен был подумать об этом. — Он схватил ее руку и с
сочувствием пожал ее. — Ездить каждый вечер на ранчо и иметь дело с этим...
ковбоем, — сказал он с отвращением. — Я знаю, что тебе нужны деньги, но
хочу, чтобы ты остановилась.
— В сущности я уже остановилась. Мы урезали наши занятия, теперь они будут
проходить через день.
— Это хорошо. Судя по поведению этого пещерного человека и учитывая то, как
часто ты там бывала, я уже начал подозревать, что между вами что-то есть.
— Между Джеттом Барреттом и мной? — Она попробовала засмеяться, но у нее
ничего не получилось. — Этот мужчина треплет мне нервы.
— Ты слишком доверчива, Ребекка. Он смотрел на тебя как собственник. Таким
людям нельзя доверять.
Неожиданное удовольствие согрело ее душу. Неужели Джетт действительно
смотрел на нее как собственник?
В этот момент в комнату ворвался Дилан верхом на палке.
— Я ковбой, как Джетт! — закричал он. — Я скачу на лошади и бросаю лассо!
Бекки почувствовала на себе сверлящий взгляд Шермана.
— Все это прекрасно и замечательно, но ездить верхом нужно во дворе.
— Правильно, молодой человек, — вставил замечание Шерман. — Теперь, если ты
спокойно поиграешь в своей комнате, я прослежу, чтобы твоя мама разрешила
тебе покататься на лошадке завтра в магазине.
Дилан покачал головой.
— Я теперь езжу на настоящих лошадях. Джетт позволяет мне.
Шерман с недоумением повернулся к Бекки. Его серые глаза стали еще более
холодными.
— Это правда?
— Угу. — Дилан достал чипсы и положил в рот сразу несколько штук. — Когда-
нибудь Джетт подарит мне лошадь. Она будет моей собственной, когда я
вырасту.
— Дилан, — прервала его Бекки, довольная тем, что ее сын возразил Шерману.
Она понятия не имела о том, что он мечтает о таком подарке со стороны
Джетта.
— Ребекки, не позволяй ему вести себя так. Дисциплина в раннем возрасте
обязательна.
Она много раз слышала теории Шермана о воспитании детей и раньше всегда
соглашалась с ним. Но сегодня вечером у нее проснулся дух противоречия, и
она кинулась на защиту Дилана.
— Совершенно естественно, что маленькие мальчики такие шумные, беспорядочные
и грязные. — Она не могла поверить в то, что повторяла высказывания Джетта.
— И я хочу, чтобы Дилан рос нормальным ребенком, Шерман, а не какой-то серой
мышью.
Шерман поднялся с кушетки и отряхнул брюки, как если бы ее мебель была
пыльной.
— Ты сегодня сама не своя. Я думаю, что мне лучше уехать.
Он прав. Она была сама не своя по вине Джетта. Этот беспокойный ковбой
смутил ее так, что она сделала больно хорошему человеку.
Она проследовала за ним до самой двери.
— Мне жаль, Шерман. Правда.
Повернувшись, он снисходительно улыбнулся:
— Отдыхай. Ты перенапряглась. Я заеду завтра вечером около половины шестого,
и мы славно пообедаем в ресторане.
— Давай лучше в шесть тридцать.
Он напрягся.
— Почему так поздно?
— У меня завтра после работы запла
...Закладка в соц.сетях
