Жанр: Любовные романы
Никогда в жизни!
...sh; На, и заткнись! Помаду я не брала! Мне никогда ничего не покупают,
все только тебе! Я тебя ненавижу!
— Ты взяла, она лежала здесь!
— У тебя здесь такой бардак, неряха, постоянно что-то теряется!
Уля с нежностью провела рукой по черенкам.
— Какие крупные, — восхитилась она. — Наверняка будут цвести
уже в этом году!
— Мам! — Из окон теперь полились вопли отчаяния. — Ма-а-ама, скажи ей! Она меня бьет!
— Врунишка, вот тебе! Ма-а-ам! Это она меня бьет! Уля положила саженцы
у забора.
— Извините, я на минутку, сейчас вернусь. — И она скрылась в доме.
Внутри все стихло.
Уля вернулась через минуту с тремя кружками чая на подносе и поставила на
пенек у ограды. Сквозь сетку просунула кружку мне. В доме стояла тишина,
синица заливалась где-то в старом саду. Мы смотрели на Улю выжидательно.
— Подрались, — пояснила она.
— Ну и как они? — поинтересовались мы с соседкой в один голос.
Уля обладает уникальной способностью улаживать конфликты, а также не
участвовать в них. Видно, и здесь она что-то сделала. Мне было крайне
любопытно, как она поступила. И на чью встала сторону. На сторону той
дочери, которая подозревала вторую в том, что та у нее позаимствовала что-то
без спросу, или приняла сторону второй, которая пусть даже взяла, но лишь
потому, что у нее самой этого нет. Раз у нее нет, значит, она обделенная. Но
даже если девочка чувствует себя обделенной, ей не следовало бы оскорблять
сестру. В свою очередь, ее оскорбления — лишь ответ на ругательства первой.
Может быть, Уля учитывала то, кто первый затеял драку?..
Эта проблема показалась мне весьма занимательной в тот теплый весенний день.
Относится ли моя подруга одинаково ровно к обеим любимым дочерям? И вообще,
воспринимает ли их свару всерьез? И если поддерживает, то которую? И почему?
Потом я задумалась о Тосе. Она в единственном числе, и я всегда на ее
стороне, хотя иногда этого не показываю. А вот если бы у меня было две
дочки? Как, к примеру, нас — у этого забора?
Кому я дала бы черенки, которые вот-вот превратятся в прекрасные кусты?
Ах, нашей соседке следовало бы подумать и обо мне. Хотя как знать, саженцы
могли и не приняться, потому что они были уже большими, да и вообще,
возможно, не так уж хороши.
Но что же сделала Уля? Она просто вошла в комнату, где сцепились ее дочери и
каждая звала маму на помощь. Произнесла там единственную фразу:
— Я прошу сию же минуту перестать бить моего ребенка!
И спокойно отправилась готовить чай.
Саженцы утратили для меня всякую ценность. А вот Уля в тот весенний день
показала мне, в чем состоит мудрость матери. Спокойствие. Терпение. И —
любовь. Ей не надо было принимать ничью сторону. Она была на стороне обеих
своих дочерей. Я смотрела на подругу с восхищением.
Уля нагнулась за прутиками и сказала соседке:
— Я так тебе благодарна, они станут очень красивыми! А Исе
действительно нечего надеть. Завтра с ней съездим и что-нибудь купим. Как
чудесно они будут цвести!
Соседка добавила:
— Я так и подумала, что если вы посадите по одному саженцу, каждая со
своей стороны, то и собаки не потопчут, и кусты будут красиво переплетаться.
Можете себе представить мои чувства. Ведь я давно не маленькая завистливая
девочка! Порой мне даже кажется, что у меня хороший характер. А тут — такой
прокол! Маленький штришок к моему характеру. Иногда мне хочется стать Улей!
Потому что для нее самой важной старшей дочерью является старшая дочь, а
самой важной младшей дочерью — младшая.
Тося вытащила из носа серьгу, потому что в дырочку забивалась грязь. Ко
всему прочему она разлюбила своего парня. Надеюсь, что у нее не будет
осложнений при насморке.
Послезавтра должен вернуться Ирек.
Голубой не писал.
Почему мужчины такие обидчивые?
Ирек не позвонил. Я звонила ему на сотовый — отключен. Не понимаю, что
произошло. Не знаю, что случилось, не знаю, что случилось, что случилось...
Я предчувствовала, что будет именно так. Подозревала. У меня все время было
такое чувство. Все было слишком прекрасно, слишком. Не знаю, что делать. Я
не нахожу себе места. Почему это несносное солнце светит, хотя он не звонит!
Лучше бы лил дождь.
Я наведалась в редакцию. Получила очередное послание от Голубого.
Дорогая пани Юдита! Я попытался откликнуться на Ваше предложение, высказанное более
чем ясно: Если могу Вам помочь в Ваших домашних делах, — и вот тебе
на, я Вам пишу, а Вы отвечаете сухо, будто совсем незнакомому. А может быть,
все-таки чуточку эмпатии? Если этот термин вызывает трудность, напомню, как
он объясняется в Словаре иностранных слов, изданном нашим научным
издательством: эмпатия — это эмоциональная идентификация с другим лицом,
способность сопереживать. Если бы Вы были хоть немного способны к этому, то
не оставили бы меня на мели. А вдруг мне тяжело без Ваших писем? Теперь очень важный для меня вопрос: имеется ли у Вас какая-нибудь
информация, чем можно порадовать женщину? Заранее Вам благодарен. Ой, Голубой, если уж порадовать, так точно не мужчиной. Не обольщайся.
Я решила заняться письмом поинтереснее.
Уважаемая пани редактор! Не знаю, то ли я ненормальная, то ли окружающий меня мир сошел с
ума. Непонятно, почему в двадцать восемь лет я должна перестать мечтать
только потому, что мой парень считает, что все это несбыточные фантазии. Мы
встречаемся уже четыре года. Я не возражала, когда он сказал, что еще не
созрел для семейной жизни. Я ни на чем не настаивала, считала, что это
вопрос времени. Но за эти четыре года он ни разу не вспомнил ни о моем дне
рождения, ни об именинах. Когда я все же сказала ему, что меня такое
отношение обижает, он разозлился и ответил, что не любит, когда на него
давят. Я не могу относиться к происходящему, как прежде, отстранение: для
меня подарки — свидетельство памяти и любви. Он смеется надо мной, говорит,
что мне нужен рыцарь на белом коне, а это детство. Не знаю, почему меня преследует злой рок и когда он перестанет идти за мной
по пятам. Не возьму в толк, чем провинилась. Я уже не хотела ни на кого
накликать оспы и была довольна тем, что Тося бывает у отца и любит своего
единокровного братика. Но такого поворота в сценарии я не смогла бы
придумать даже в самых смелых мечтах.
Уля подошла сегодня к забору и спросила, смотрела ли я по телевизору
новости. Нет. Я никогда не смотрю новости. Разве что когда болею. Мне
нравятся документальные фильмы и кино о любви. А не эта дребедень.
Почувствовала, что Уля как-то замялась там, у ограды. Спросила се:
— А в чем дело?
— Тебе неплохо бы сегодня посмотреть новости. Я приду к тебе, когда
начнется Панорама, — ответила она.
Это на нее не похоже, я позвонила маме, чтобы узнать, что произошло. Мама
всегда в курсе событий. Она бы предупредила меня, что надо посмотреть
программу новостей, потому что... Не только потому, что интеллигентные люди
должны быть в курсе происходящего. А кто меня гнал на прогулку в половине
восьмого, во время Новостей, когда у нас ввели военное положение? Мама
ничего не рассказала, а только спросила, как дела у Тоси.
У Тоси все было в порядке.
Уля пришла к началу Панорамы. С собой она принесла налитые рюмки.
Что за дела?
Панорама началась. Уля предложила:
— Выпей.
Ну, я выпила...
Вот оно.
Иероним К. Задержан предполагаемый главарь преступной группировки из города
X. А вот его супруга, прибывшая на предварительное слушание дела в суде.
Здесь же его дети. Двое. Очень милые. А вот его шеф. Не такой милый. Вот
судебные материалы. Комментарий. Спецгруппа уже несколько месяцев...
Доблестная полиция высчитала... Уже в аэропорту, где обвиняемого встречала
жена, когда тот возвращался из Лондона...
Ирек был как живой. Я залпом опрокинула рюмку. Уля перелила мне из своей и
отправилась к себе за бутылкой. Я выключила телевизор. Вернулась Уля. Борис
улегся возле камина, Сейчас попытался вцепиться ему в хвост. Я выпила вторую
рюмку. Уля робко заметила:
— Он бы наверняка позвонил, если бы его не поймали. Может быть, это
ошибка?
Пес с ней, с этой бандой, но жена! Соврал!
— Ты наверняка была для него чем-то очень важным, — заключила Уля
и налила мне еще.
Это уж точно! Ну и дура же я! Разве не странно было, что он не дал мне номер
домашнего телефона? Только сотовый. Что он так внезапно уезжал. Что у него
был водитель. А почему он не отвез меня домой? Потому что ждала жена. И я
позволила водить себя за нос! Боже праведный, мне того и гляди стукнет
сорок, моя дочь скоро станет совершеннолетней, может, даже сделает себе
татуировку, а я все еще пребываю на уровне... на каком-то там уровне
развития! В общем, ясно каком!
Уля попыталась меня утешить — несомненно, я должна была ему нравиться, раз
он скрыл существование семьи... Да, несомненно!
У меня не осталось даже ненависти к мужчинам. Они меня добили. Если я болею,
то лечить меня приходит ветеринар. А если уж кому понравлюсь, то мафиози!
Все, выхожу из игры.
ХОЧУ СПУСТИТЬСЯ ВНИЗ!
Я медленно приходила в себя. Пожалуй, расставание с Эксом я перенесла легче.
По крайней мере там все было ясно. Не знаю, почему судьба ко мне так
немилосердна. Какие должны быть статистические шансы, чтобы в возрасте
тридцати семи лет повстречать мужчину, влюбиться, а тот оказался членом
преступной группировки? Вероятно, Господь Бог вознес меня на самые высоты
статистики. Хочу спуститься вниз!
С сегодняшнего дня я полна решимости не откладывать работу на завтра.
Решено: утром встаю и делаю гимнастику. Работаю до двух. Затем огород. Потом
опять работа. Основательно возьмусь за воспитание дочери. Сегодня вечером
наведу порядок в шкафах на кухне. Завтра в ванной, включая бортик унитаза.
Пора начать жить нормально. Никаких мужчин — пусть даже самый что ни на есть
золотой сыщется!
Позвонил Ирек. Мол, он мне все объяснит. Сказал, что я свет его очей. И так
далее. Я сказала, чтобы он расслабился.
Вчера ночью кто-то ходил у нас под окнами. Надеюсь, что это не имеет ничего
общего ни с чем, но все-таки я испугалась. Не могла заснуть, позвонила Уле.
Она обещала выглянуть в окно. В три часа ночи раздался ее крик:
— Воры!
Подруга заметила, как кто-то перепрыгнул через ограду. Мы позвонили в
полицию. Полицейские уехали на драку в другой конец поселка.
Некто скрывался. Мы сообща решили обратиться в охранное
агентство. Днем нам установили сигнализацию. В придачу мы получили по два
сигнальных пульта. В случае нападения достаточно нажать на кнопку.
И почему мне в голову пришло сюда перебираться?
Вчера мы с Тосей мирно смотрели сериал Секретные материалы. Борис
раскинулся на тахте, Сейчас весело скакал по цветам, пока я наконец не
вышвырнула его в прихожую. Мы с аппетитом поедали заказанную пиццу — Тося
далека от анорексии. Агент Скалли как раз вошла в темное помещение, где
притаился тип, который, прежде чем убить, превращается в какое-нибудь
чудовище. Агент Скалли, хотя обо всем осведомлена, как ни в чем не бывало
продвигалась вперед, держа на взводе невзрачный пистолет. А мы уже слышали
дыхание этого монстра!
И в этот миг появились мужчины в черных костюмах, с оружием в руках. Не на
экране. У нас дома.
Тося уронила пиццу, я остолбенела.
— Совершено нападение! — крикнул один из них. — Пароль!
На агента Скалли набросилось чудовище, ее крохотный пистолет покатился по
полу в каком-то ангаре.
— Пароль!
Тося подняла с ковра пиццу.
— Наш? — спросила моя сообразительная дочь. Непонятно, от кого она
унаследовала крупицы здравого рассудка.
— Мы должны осмотреть помещение, поступил сигнал о нападении.
Святые угодники, это оказались всего лишь те, что защищают нас! Слава тебе
Господи! Вот беда, они хотели осмотреть дом.
На кухне царил бедлам, я вытащила все из шкафов, чтобы помыть, но решила,
что закончу завтра. В ванной все тоже было вверх дном, потому что уборку я
отложила на завтра. Унитаз! У Тоси в комнате — бардак, потому что она как
начала, так и закончила, ведь у нее есть право на свое место на земле.
Охранники проверили все. Я пыталась им втолковать, что на нас никто не
нападал. Как на грех, я забыла пароль, и мне пришлось звонить Уле. Уля
помнила. Я назвала пароль. Отменила сигнал о нападении. Мужчины как-то
странно смотрели на меня. Когда они выходили, им под ноги бросился Сейчас.
Как вы думаете, чем он играл? Сигнальным пультом!
Один из охранников обернулся в дверях и посоветовал:
— Вы все-таки установите хоть какой-нибудь замок. Мы вошли, потому что
все было открыто.
Решено. В порядке перехода на новый образ жизни — надо врезать этот чертов
замок.
Позвонил Ирек.
И какого лешего он звонил?!
Я четко выдерживала свой распорядок дня. Сделала гимнастику, позавтракала и
в девять утра села за компьютер. Проверила почту.
Дорогая редакция! Моя жизнь полна неурядиц и всяческих проблем, но одна не дает мне
покоя. Помогите! В ванной появились маленькие подвижные насекомые, почти
прозрачные, без крыльев. Я не знаю, что это за букашки и как от них
избавиться. Дорогая, а не хотите ли махнуться со мной? Я готова поменять своего
возлюбленного на чешуйниц. Могу их даже взять несметное количество. А как
насчет проблем покруче? Чтобы вас бросил муж, дочь вставила серьгу в нос, а
любимый человек оказался мафиози? Советую: купить козу и три недели держать
ее возле чешуйниц. Потом козу выдворить. И чешуйницы мигом перестанут
беспокоить вас...
Нет, не следовало ни на ком срывать свою злость.
Дорогая читательница! Чешуйницы —
это небольшие мягкотелые
бескрылые насекомые длиной семь — десять миллиметров, напоминающие маленьких
рыбок. Их тельце покрыто отливающими металлическим блеском серебристо-серыми
чешуйками. Они заводятся преимущественно в квартирах панельных домов. Эти
насекомые предпочитают влажные, теплые и темные места. В наших квартирах они
появляются в шкафах под мойкой, возле канализационных труб, под ванными, в
напольных покрытиях. Их можно обнаружить, когда включаем свет. Одна я какая-то слепая. Прозрела задним числом. Да взять того же Эксика.
Пришел, сказал, что жить со мной не может... Не желаю больше думать о
мужчинах. Буду думать о чешуйницах. Всегда.
Чешуйницы могут подниматься по вертикальной поверхности, но только
шероховатой — из раковины или ванны им уже не выбраться. Они любят углеводы:
сахар, муку, крупы, обойный клей. Их развитие длится около года, живут они
до трех лет. Яйца этих насекомых не развиваются при температуре ниже двадцати
двух градусов и влажности воздуха менее пятидесяти процентов. Они не очень
опасные, редко когда случаются нашествия этих насекомых в таком количестве,
чтобы они могли испортить обои или книги. Книгам больше всего вредит развод. Я недосчиталась половины своей
библиотеки. И все лишь потому, что мир заполнен мужчинами. Мир, в котором
обитают чешуйницы, намного лучше.
Следует избегать отсыревания напольных покрытий, повышенной
влажности под тумбами и ванной. Если насекомых много, можно расставить
ядовитые препараты, применяемые для тараканов и муравьев. Можно использовать
также аэрозоли. Обрабатывать следует только места обитания чешуйниц:
поверхности под ванными, шкафами, мойками. И почему против этих несчастных, очаровательных, безобидных насекомых
придумано столько отравы? Почему никто не изобрел средств, которыми можно
было бы опрыскивать непорядочных мужчин? Не предложил какую-нибудь
профилактическую меру, предотвращающую их гнездование и делающую невозможным
их размножение? Мой бывший все-таки был честным. Он ни минуты меня не
обманывал. Сразу сказал, что Йоля — очередная женщина в его жизни. Хорошо
устроился.
Второй конверт. Интересно, Голубой, как всегда, меня подкалывает? Хотя какое
это имело значение...
Уважаемый друг! Существует только одна возможность — так считает известный
психотерапевт — найти честного, хорошего, чуткого и умного партнера. Надо
прежде всего самому стать таким человеком. Если Вам действительно необходим мой совет относительно женщин, то
знайте, что им не так много и нужно. Они хотят любить и быть любимыми.
Однако я не слишком умудрена в этих вопросах, потому что в моей жизни не
было удачных и прочных союзов. Когда я вспоминаю свои письма к Вам, то ловлю
себя на том, что сегодня я бы совсем иначе ответила на Ваше первое письмо. В
то время у меня было довольно мрачное настроение. Вы обратились за помощью в
редакцию, когда Вас бросила жена, а ответила Вам женщина, от которой именно
в тот момент ушел муж. Простите меня, пожалуйста, за то первое письмо,
написанное рукой уязвленной и надломленной женщины. А теперь, оставив всякое
желание досадить мужчинам, я отвечу Вам откровенно, насколько это в моих
возможностях. Сделать приятное женщине совсем несложно: достаточно выслушать
ее и не пытаться тут же решить ее проблему. Именно в такой поддержке она
более всего нуждается. И совсем простые житейские мелочи: советую Вам заботиться о ней.
Если она любит цветы — должна их получать. Если любит путешествовать —
поезжайте с ней, даже взяв кредит в банке. Окупится. Если она любит
душещипательные фильмы, сходите с ней иногда на такой. Есть вещи похуже
слезливых фильмов — поверьте мне. А кроме всего прочего, нужно в общем-то
любить друг друга. Чего Вам сердечно желаю от имени всей редакции... Сегодня Тося вернулась из школы на четыре часа позже! Я думала, что вся
поседею. Мало того — начала городить околесицу: будто бы сначала им
перенесли факультатив, потом маленький фиат врезался в бетономешалку и кто-
то погиб, в связи с чем она не могла попасть к подруге, к которой должна
была сходить сразу же после школы, и все в том же духе.
Я сказала Тосе, чтобы она перестала врать. Не понимаю, почему ей
понадобилось прибегнуть к помощи своей весьма буйной фантазии. Я не могу
доверять дочери. Как жаль. Тося расплакалась и закрылась в своей комнате.
Вечером зашла Уля и сказала, что Кшись приехал на три часа позже.
Единственная дорога из Варшавы была заблокирована, потому что маленький
фиат врезался в бетономешалку. Я извинилась перед Тосей.
Почему человек, иначе говоря я, по мере того, как стареет, забывает, что
давал себе слово никогда не делать определенных вещей?
Тося даже и не обиделась. Просто ей было неприятно.
А я вспомнила себя в девятнадцать лет. После выпускных экзаменов я работала
в больнице санитаркой. Если не ошибаюсь, мне хотелось тогда стать врачом. В
те времена такая работа давала дополнительные баллы при поступлении в
медицинский, поэтому я обратилась в больницу, меня взяли. Старшая медсестра
строго предупредила меня, что я должна явиться к ней в семь часов
утра, — так началась моя медицинская карьера.
В первый день я с величайшим трудом встала в шесть. В половине седьмого я
уже ехала на трамвае. Без двадцати семь мой трамвай столкнулся с другим на
одном из оживленных варшавских перекрестков. Тот другой вагон сошел с рельс.
Люди кричали, двери не открывались, запах горящей электропроводки усилил
панику. В конце концов мы выбрались из вагона. Я даже не успела испугаться —
меня страшило только то, что я опоздаю. Остальную часть пути (три остановки)
я неслась во весь дух, потому что трамваи не ходили.
Я влетела в отделение с большим опозданием, и, конечно, первой, кого я
увидела, была старшая медсестра. Она стояла посреди коридора как изваяние
Грозная и мрачная. Я, запинаясь, начала что-то мямлить о происшествии, она
взглянула на меня с некоторой неприязнью и отправила драить ванные комнаты.
На следующий день я встала в пять тридцать. В шесть десять вышла из дома —
было темно, мрачно и туманно — и пешком отправилась в больницу. Я знала, что
никаких причин опаздывать у меня нет. Возле большого сквера на углу Плоцкой
стояли люди, ожидавшие автобуса.
Подъехал автобус, все вошли, последняя женщин уже поднялась на ступеньку,
как вдруг подскочил мужчина и вырвал у нее сумочку. Женщина упала и начала
кричать. Я подбежала к ней, за убегающим похитителем бросились вдогонку
мужчины из автобуса, приехала милиция. Без пятнадцати семь милиционеры
достали блокнот, чтобы записать мои данные как свидетеля происшествия. В
семь двадцать восемь на кукушке мы подъехали к воротам больницы — я их
упросила.
Первым человеком, на которого я наткнулась, была старшая медсестра. Она
осведомилась, почему я опоздала. Выслушав мои объяснения, велела мне вымыть
раковины.
На следующий день я снова встала в пять тридцать. Села на автобус, на
котором могла проехать только часть пути. Шел дождь. Я вышла из автобуса,
оставалось только перейти на другую сторону Вольской и дойти до больницы
пешком. Я стояла на краю тротуара и ждала зеленого света. Рядом стояли люди,
тоже спешившие на работу. Вдруг один из мужчин шагнул вперед на мостовую,
упал, его начало трясти, он бился головой об асфальт, изо рта потекли слюни.
Другой молодой мужчина втащил его обратно на тротуар, крикнул:
— Помогите кто-нибудь, это припадок эпилепсии. Люди отпрянули, я стояла
как вкопанная.
— Ну что вы стоите? — обратился парень ко мне. — Позвоните в
Скорую.
Загорелся зеленый, люди двинулись через улицу, я стояла столбом, потом,
резко развернулась и пошла искать телефон-автомат.
В больнице я оказалась без двадцати пяти восемь. Первой, кого я встретила,
была старшая медсестра. Коридор закружился у меня перед глазами. Она
набросилась на меня:
— А сегодня что стряслось? Пожар? Землетрясение? И тут я взглянула на
нее и сказала:
— Извините, сегодня я проспала.
Она просветлела. Улыбнулась. Успокоилась.
— В следующий раз не ври. Принимайся за дело.
Трудно поверить, не правда ли? Вот тогда я поклялась себе, что всегда буду
верить тому, что говорят другие. Сама не знаю, почему мне гораздо легче кому-
то не поверить, чем предположить, что он говорит правду. Пусть самую
невероятную. Я забыла про ту старшую медсестру, и вот результат. Плачущая
Тося.
Я забыла о том, что, когда со мной происходили самые нелепые и необычные
вещи, я слышала: Ты всегда все преувеличиваешь. Или: Ладно-ладно, а
теперь скажи, как это было на самом деле. Либо: В том, что ты говоришь,
только пятьдесят процентов правды. Либо: Брось ты, у тебя буйное
воображение... Либо: Чего ты плетешь? Не проще ли сказать правду? А
теперь я сказала Тосе то же самое!
Как живая стояла у меня перед глазами старшая медсестра. Руки в боки, в
белом халате. На фоне больничного коридора, заставленного кроватями. Я
почувствовала даже запах лизола. Сквозь этот запах до меня донеслись слова:
Пожар? Землетрясение? И я вновь увидела ее улыбку, когда врала, что
проспала.
Тосюня, я — дура, и у меня провалы в памяти. Ты простишь меня?
Только что примчалась из школы Тося. В свитере с меховым воротником. Не было
у нее такого свитера! В зеленых брюках. Из дома она ушла в джинсах. Голубых.
Зато куртку я узнала. Дочь бросила мне:
— Я тебе сейчас покажу!
Я аж подскочила.
Человеку всегда приходится платить по счетам. Прошу покорнейше.
После той истории с факультативом и ее поздним приходом из школы мне
предъявлен счет. Наверняка она снова была у отца и любит братика и Йолю
больше меня, а мне она будет только показывать!
Тося закрылась в своей комнате, я села писать. Работать.
Дорогая редакция! У меня страшные ногти, какие-то пятнышки, ну и вообще с ними что-
то не то, просто не знаю, что сделать. Волосы тоже постоянно
сальные... Главное — спокойствие. У меня много работы. Надо отвечать на письма.
Дорогая Моника! Ногти защищают кончики пальцев от неблагоприятного воздействия
внешних факторов. При продолжительном контакте с водой или химическими
веществами они становятся сухими, ломкими, на них образуются бороздки.Поэтому некоторые домашние работы: уборку, стирку, покраску — следует
выполнять в перчатках. По ногтям можно распознать многие кожные заболевания,
например, псориаз, экзему, плоский лишай, а также различные грибковые
заболевания. Некоторые болезни связаны с гормональными и трофическими
нарушениями. Показателями этих заболеваний может быть слоистость ногтей,
деформация ногтевой пластины, поперечная или продольная исчерченностъ
ногтя.
Боже мой, какие у меня неухоженные руки! Появились продольные бороздки на
ногтях, а я даже не обр
...Закладка в соц.сетях
