Жанр: Любовные романы
Летняя рапсодия
...bsp;— Он покачал головой. — Не выйдет, черт возьми.
Ты меня сюда затащила... так что оставайся и страдай вместе со мной.
Вечеринка в курятнике! — Его губы насмешливо дрогнули. — Сожалею,
мадам!
Он схватил Уитни за руку и, невзирая на ее протесты, вытащил из машины.
— Пошли. — Он захлопнул дверцу. — Хетти ждет. Они все хотят,
чтобы ты осталась с нами.
— Но у меня нет подарка для малыша...
— Господи, это что — прием у королевы?! Просто подержи Троя... он
дичится незнакомых...
Что тут возразить? Тем более что с Люком ей все равно не справиться: если
она не пойдет с ним добровольно, то он потащит ее силой, она это
чувствовала.
— Ну ладно! — Она уныло улыбнулась. — Тогда чего же мы ждем?
Пошли внутрь, а то заработаем воспаление легких!
— Молодчина! — Люк схватил ее за руку, и, как дети, они вместе
побежали под дождем по лужам к входной двери салона.
У Уитни дико и странно начинала стучать в висках кровь... и ее вдруг
переполнило чувство головокружительного счастья, давно уже позабытое.
— Спасибо за отличную вечеринку, девочки!
Люк высунулся из окна отъезжающей машины и замахал рукой группе женщин,
толпившихся возле салона Хетти, а Уитни откинулась на сиденье и улыбнулась.
Вообще-то вечеринка действительно удалась. Она пила дешевое шампанское, ела
купленный в супермаркете шоколадный торт и качала на коленях сонного Троя, в
то время как Люк, в огромной короне из золотой фольги и в белом фартуке с
оборочками, принимал подарки для своего сына. И после был поздравлен всеми
по очереди с тем, что он такой чертовски классный парень!
Когда они уже выехали из Эмералда и катили по дороге, ведущей к поместью
Браннигенов, Люк вдруг сказал:
— Ты мне должна, Уитни.
— Подарок для Троя? Конечно, я знаю.
— Нет, не подарок для Троя. Ты мне должна за то, что заманила меня в
ловушку. — Его руки твердо сжимали руль. — Ловко, мисс Маккензи,
очень ловко.
— Ну... и чего же ты хочешь?
— Мое требование очень просто...
— Да?
— Выслушай мой план насчет виноградников. И на этот раз выслушай
спокойно, не выливая на меня ушат проклятий.
— Я ничего не выливала! Я слушала тебя спокойно, внимательно и...
— Да, по виду. Внутри же ты вся бурлила, как кастрюля с кипятком.
Он, конечно, прав. Тогда она действительно была вне себя от гнева. И, хотя
Уитни старалась не думать, в какую переделку она попала, тревога за будущее
нет-нет да и всплывала из глубин ее подсознания.
— Хорошо, я выслушаю тебя. Но ничего не обещаю.
— Просто послушай, — сказал Люк. — Это все, чего я прошу.
Они приехали домой, и Люк поднялся наверх уложить Троя.
Уитни сняла куртку, повесила ее в шкаф. Взглянув на свое отражение в
зеркале, она достала из сумки щетку и расчесала влажные волосы. Щеки ее
порозовели, а глаза казались огромными, яркими и неправдоподобно зелеными.
Люк сумел прочитать гнев в ее глазах, когда они ссорились; может ли он с
такой же легкостью читать в них и другие эмоции? Уитни затрепетала...
Она должна быть очень осторожной. Если он поймет, как чувствительна она к
его сексуальному магнетизму, то наверняка воспользуется ее уязвимостью.
Девушка сунула щетку обратно в сумку и услышала голос Люка с лестницы.
— Я рад, что ты их все-таки не обрезала, — сказал он.
Чувствуя, как подпрыгнуло ее сердце, Уитни защелкнула сумку и отвернулась от
зеркала.
— Трой спит?
— Так действительно очень красиво. — Люк уже спустился
вниз. — Как правило, блондинки не в моем вкусе, но в данном случае...
— В твоем вкусе блондинки или нет, меня совершенно не
интересует. — Ее прохладный тон явственно давал понять, что нет никакой
необходимости продолжать этот разговор. Она направилась в гостиную. —
Мы можем поговорить здесь. Только сначала я разожгу камин.
Подойдя к камину, она наклонилась, чтобы открыть ящик с поленьями, и вдруг
сообразила, что Люк стоит прямо за ее спиной. Он мягко положил руку на ее
плечо.
— Сядь, я сделаю это сам.
Девушка опустилась в удобное низкое кресло, скинула кроссовки и, поджав
ноги, стала внимательно наблюдать, как Люк укладывает в камине дрова.
Вскоре ярко запылал огонь. Несколько мгновений Люк смотрел на пламя, потом
отряхнул руки и повернулся к ней:
— Хочешь чего-нибудь выпить?
— Нет, спасибо, но себе налей.
Он отрицательно покачал головой.
— Ну... как тебе понравилась вечеринка?
— Очень.
Люк сощурил глаза.
— Ты ведь не слишком хорошо знакома с Хетти и остальными, не так ли?
— Когда твоя бабушка вернулась из больницы, Хетти раз в неделю
приезжала к ней сделать прическу. До этого... да, до этого я почти ее не
знала. Крессида обычно отвозила меня к своему парикмахеру в Пентиктон.
— А Дикси Мэй?
— Они все заканчивали школу, когда я была еще в седьмом классе. Мы
ездили в школу на одном автобусе, но они никогда не обращали на меня
внимания. А я всегда на них пялилась. Даже завидовала им. — Ее губы
сардонически скривились. — Как ты сам сказал — у меня были ножки как
палочки и соломенного цвета косички. А они все были такие хорошенькие,
особенно Дикси Мэй с ее белокурыми кудрями, модной одеждой и ее... ну, ты
знаешь!.. — Она передразнила жест Люка, описав в воздухе несколько
округлых движений.
— Но ты их недолюбливала, да? Эту компанию?
— Они были частью твоего окружения, так что... да, недолюбливала. Кроме
того, они были слишком громкими и самоуверенными.
— А сейчас?
— Громкие и самоуверенные они все до сих пор, но на самом деле они
отличная компания, Люк. Они сделали все, чтобы я чувствовала себя свободно и
уютно.
— Вначале они присматривались к тебе, но потом ты им понравилась. Это
было заметно.
— А почему бы и нет? — смущенная внезапной натянутостью в его
голосе, подчеркнуто небрежно сказала Уитни.
Он смотрел на нее, словно задавая себе тот же самый вопрос. Но вот он
встряхнул головой, будто прогоняя эти мысли, и девушка поняла, что неважно,
к какому выводу он пришел, делиться этим с ней он не собирается.
Вместо этого он опустился в кресло напротив нее. Расставил колени, оперся о
них локтями и внимательно посмотрел на Уитни сияющим взглядом синих глаз.
— Я знаю, — сказал он, — что ты боишься продавать машину и
вкладывать всю выручку в виноградники, но могу гарантировать, что, к какому
бы выводу ни пришло судебное разбирательство, в финансовом отношении ты не
пострадаешь. — Он наклонился вперед. — Ты мне веришь?
Уитни смешалась, но только на секунду.
— До сих пор ты мне не давал повода тебе не верить.
— О'кэй. Тогда — план. Я попрошу моего адвоката составить контракт,
согласно которому ты получаешь каждый доллар, вложенный тобою в дело,
обратно с процентами, если суд решит дело в мою пользу.
— Если судья объявит завещание не имеющим силы, то ты автоматически
наследуешь поместье?
— Если судья решит, что завещание недействительно, то вступает в силу
предыдущее. Согласно словам Максвелла, никакого предыдущего завещания не
было. Похоже, моей бабуле не хотелось думать о том, что однажды она может
умереть...
— Очевидно, ее настроение изменилось после того, как врачи обнаружили
опухоль. Она составила завещание дня через два после возвращения из
больницы. Она была очень подавленна и плохо себя чувствовала. —
Печальные воспоминания нахлынули на Уитни, но она постаралась отогнать
их. — Продолжай, — сказала она. — А если нет другого
завещания?
— Тогда будет считаться, что бабушка умерла, не оставив завещания. И
поскольку у нее нет в живых мужа или детей, то наследство отойдет к ее
внуку.
— Тебе.
— Да.
Он так уверен в выигрыше, отметила про себя Уитни. Но откуда у него эта
уверенность? Чем больше девушка думала об этом, тем больше тревожилась. Она
только что сказала Люку, что верит ему... но как далеко он готов зайти,
чтобы достичь желаемого?
— Уитни?
— Извини, я задумалась. Вернемся к твоему плану о виноградниках...
какова будет твоя доля участия в работе?
— Мои связи. Мой опыт. И мой тяжелый труд.
— Связи?
— Я здесь родился и вырос, Уитни. Я знаю кучу народу в этой сфере
деятельности. Я уже прощупал почву, поговорив с Викторией Мосс с Полынных
виноградников. Она согласна снабдить нас черенками
пино бланк
и
пино
гри
. Она даже подумывает о предоставлении нам кредита.
— А твой опыт?
Люк сухо рассмеялся.
— Я начал работать на виноградниках с тех пор, как мне стукнуло два
года, когда сумел выдернуть первый сорняк! А в двенадцать лет я уже мог и
починить шпалеру, и обрызгать составом лозу, и управляться с трактором.
Учась в старших классах, я каждое лето проводил на виноградниках.
— Но это было столько лет назад! С тех пор многое изменилось, методы и
оборудование ушли далеко вперед...
— Последние годы я работал на виноградниках долины Напа. Особенно часто
я имел дело с прививкой, учился у специалистов.
— Ты же утверждал, что все это время валялся на пляже?! — Уитни
негодующе взглянула на него.
— Это ты так решила. Я только сказал, что Калифорния — это страна
прибоя и загорелых красоток. Ты же предположила и остальное...
— Ну все равно! Если бы ты был аккуратнее с деньгами, то не вернулся бы
домой без цента на банковском счету.
— Пойми, я готов работать как черт, чтобы поставить поместье на
ноги, — не обращая внимания на ее насмешку, продолжал Люк. — Я
найму опытных специалистов из Калифорнии, найду бригаду хороших местных
рабочих и сам буду вкалывать всю неделю круглосуточно.
— По-моему, ты кое-что забыл! — прервала его Уитни. — Вернее, не кое-что, а кое-кого.
Люк настолько увлекся, излагая свой план, что несколько мгновений смотрел на
нее совершенно непонимающим взглядом.
— Трой? — наконец сказал он и тряхнул головой. — Нет,
конечно, я не забыл о Трое.
— Но ты же сам все время твердил, что не отдашь его в ясли; так кто же
будет сидеть с ним, пока ты работаешь?
— Ты.
— Я?
— Он привык к тебе, ты же сама это видела на вечеринке у Хетти! Они все
пытались его потискать, а он тянулся к тебе. Ты же говорила, что шансы
получить работу учительницы равны практически нулю, и вообще через какие-то
два месяца начинаются школьные каникулы... — Он пожал плечами, словно
хотел сказать:
О чем тут можно спорить!
Уитни медленно поднялась на ноги.
— Ты все продумал, не так ли, Люк Бранниген!
Он тоже встал и подошел к ней вплотную.
— Да. — Его глаза напряженно блестели. — Ты согласна мне
помочь?
Уитни подмывало отступить на шаг назад, вырваться из-под влияния его
властной ауры, но она заставила себя не двинуться с места.
— Я не могу ничего сейчас сказать. — Уитни почувствовала, как
напряглись мышцы у нее на шее, когда она посмотрела на Люка. — Но я
подумаю.
— Не затягивай. Если мы возьмемся за дело, то надо начинать срочно.
Апрель — лучший месяц для прививок. Уитни, у меня долг перед бабушкой за все
годы моего отсутствия. Я чувствую... я просто обязан добиться успеха, чтобы
почтить ее память. Кроме того, пусть меня черти возьмут, если я позволю
нашим виноградникам сгнить на корню, а именно это и произойдет, если мы не
объединим усилия...
Объединим усилия. Слова повисли между ними в воздухе.
— Я отвечу тебе утром. — Уитни отчаянно пыталась стряхнуть с себя
невидимую руку, давящую ей на затылок и толкающую к Люку. — Я... пошла
спать.
Ей хотелось протянуть руку к его лицу, дотронуться пальцами до его щеки,
хотелось почувствовать его губы на своих... Вряд ли соображая, что она
делает, Уитни кончиком языка провела по вдруг пересохшей верхней губе.
— Ты нарываешься на неприятности, — тихим голосом произнес
Люк. — Не делай так... и не смотри на меня таким взглядом... если не
готова к последствиям.
Последствиям! О, она прекрасно понимала, что он имеет в виду... но нет, ни
за что!
Ее щеки запылали, она резко развернулась и устремилась к двери.
Если она в конце концов и решит объединить силы с Люком, то должна будет
сделать все возможное, чтобы их связь была чисто деловой. Более близкие
отношения неминуемо приведут к разбитому сердцу и катастрофе.
Когда Уитни на следующее утро вошла в кухню, Люк убирал тарелки в шкаф.
— Можешь налить себе кофе, — сказал он рассеянно.
Ее взгляд метнулся к кофейнику, и девушка увидела, что тот наполовину полон.
Господи помилуй, неужели он сварил и на ее долю?!
Она налила себе полную кружку, добавила сахар и торопливо отхлебнула глоток.
— Ммм, — смакуя крепкий ароматный напиток, невнятно промычала
Уитни. — Спасибо.
— Пожалуйста.
Трой сидел на своем стульчике, весь вымазанный в каше, и широко распахнутыми
голубыми глазами неотрывно смотрел на нее. Уитни поставила кружку на стол и
подошла к малышу.
— Привет, дружочек... как ты сегодня?
— Ма-ма-ма! — Трой увидел у нее в волосах заколку, тут же уронил
ложку и протянул ручонки к золотым кудрям Уитни.
Девушка ловко уклонилась от его липких ладошек и мягко рассмеялась.
— Эй, это нельзя! — Она взглянула на Люка. — Он...
Она резко осеклась, с удивлением увидев блеск чувственности в его глазах, и
дрожь пробежала по ее телу. У Уитни появилось странное ощущение, что он
взглядом раздевает ее — раздевает и наслаждается каждым сладким моментом.
Колени ее задрожали, и она, взяв тряпочку с раковины, принялась вытирать
ручки Троя... втайне пытаясь унять бешеный стук сердца.
— Вот так. — Она стерла мазок каши с волос мальчика и слегка
отступила от него и Люка, вроде чтобы полюбоваться произведенным эффектом.
— Ох, — сказала она, — ну какой же ты очаровательный молодой
человек!
— Весь в папу! — шутливо откликнулся Люк.
Сделав глубокий вздох, Уитни метнула осторожный взгляд в его сторону и с
облегчением заметила, что мужчина смотрел на нее весело и чуть насмешливо,
без всякого намека на сексуальность.
— Конечно, — произнесла она с нарочитой небрежностью. — Вы
очень привлекательная пара, отрицать нельзя. — И подчеркнуто взглянула
на электронные часы на плите. — Уже начало девятого.
— Я ждал тебя. — Люк облокотился о стол. — Ты приняла
решение?
Уитни насмешливо подняла брови.
— Ты специально сварил на мою долю кофе, чтобы подмаслить меня, поднять
мне настроение и добиться таким образом объединения усилий?
— И не на такое пойдешь, чтобы добиться своего.
— Мог бы не утруждать себя, — сказала она сухо, взяла со стола
свою кружку, обхватила ее обеими ладонями и посмотрела на Люка сквозь пар,
поднимающийся от горячего кофе. — Я решила принять твой план.
— Вот и славненько. — Он ухмыльнулся. — Ты об этом не
пожалеешь.
— Но я хочу, чтобы составленный адвокатом контракт лежал передо мной,
прежде чем я приму
окончательное решение.
— Справедливо.
— И если я продам
мерс
, то хочу пользоваться пикапом на равных с
тобой правах.
— Без проблем. Но при условии, что в первую очередь бизнес, а потом уже
удовольствия.
— Конечно. — Она вздохнула. — Но кое-что все еще меня
беспокоит.
— Я думал, что мы достигли соглашения по всем основным проблемам...
— Мне не нравится наша договоренность насчет Троя...
Услышав свое имя, малыш залопотал и стукнул кулачком по вымазанному кашей
столу.
— Ма...
— Если я буду проводить с ним много времени, — продолжала
Уитни, — то он очень быстро ко мне привяжется. И для него будет большим
ударом, когда нам со временем придется расстаться.
— У тебя есть лучшее предложение?
— Как насчет его матери?
Трах! Она как будто бросила в него гранату. Его взгляд стал тяжелым, а лицо
потемнело.
Уитни ухватилась за свою кружку, отчаянно желая, чтобы из нее вылетел джинн
и унес ее куда-нибудь подальше, лишь бы скрыться от свирепого взгляда Люка.
— Это, — резко сказал он, — исключено.
— Ладно. — Уитни постаралась придать своему тону легкость, чтобы
сгладить напряжение, которое сама же и вызвала. — Давай подумаем еще.
Как насчет постоянной няни?
— Нет.
— Но...
— Если ты не хочешь ухаживать за Троем, то план целиком снимается. Мы
просто сидим здесь, ничего не делая, и ждем, что решит судья.
— Но если мы так поступим...
— Да?
— ...то мы опоздаем с прививкой. Во всяком случае, в этом году.
— Правильно.
— Но это... такая потеря времени. И с финансовой точки зрения очень
неразумно.
Трой сбросил со столика свою ложку, и она со звоном упала на пол. Малыш
испугался и заплакал.
Люк посмотрел на Уитни. Она вздернула брови, а увидев вызов в его глазах,
вздернула их еще выше. Они долго смотрели друг на друга, потом, резко
выдохнув, Уитни поставила кружку на стол. Вынув Троя из стульчика, она
легонько подбросила его в воздух.
Малыш перестал плакать и радостно запустил пальцы в ее волосы — наконец-то
вожделенная блестящая заколка оказалась у него в руках!
Уитни крепко держала ребенка и смотрела в упор на Люка.
— Я в жизни не ухаживала за детьми, — сказала она. — Все, что
я знаю о детях, может быть написано на острие иглы.
Улыбка Люка преобразила все его лицо. Он оторвался от стола.
— Значит, придется тебе пройти курс ускоренного обучения. Урок номер
один: купание.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
— Подъем, подъем! Просыпайся...
Уитни протестующе застонала и потянула на себя одеяло, пытаясь накрыться с
головой.
Зашуршали, раздвигаясь, шторы, и она страдальчески поморщилась.
— Прекрати, — сонным голосом сказала она. — Уходи!
— Я принес тебе чашку кофе.
— Кофе?
Уитни выпростала из-под одеяла руки и сладко потянулась. Взглянув на часы,
она обнаружила, что еще нет и шести, и удивленно раскрыла рот. Господи!
Неловко приподнявшись на локте, Уитни увидела, что Люк направляется к двери.
Еще полностью не проснувшись, она успела заметить плотно облегающую плечи
белую футболку, узкие синие джинсы, подчеркивающие мускулистость сильных
ног, и энергию, которая исходила от него электрическими волнами. Дрожь
пробежала по ее телу.
— Подожди! — хрипло сказала она ему в спину. — В чем дело?
Он обернулся.
— Трой проснулся, — сказал он. — Я переменил ему подгузник,
так что он еще поиграет в кроватке, — в глазах Люка появился опасный
блеск, — пока ты пьешь кофе и быстренько принимаешь душ.
Уитни откинула с лица спутанные волосы, и взгляд Люка опустился на ее еле
прикрытую грудь.
Сердце у нее заколотилось быстрее, когда она сообразила, что ночная рубашка
соскользнула с ее плеча. Первым порывом было тут же натянуть на себя одеяло,
но она сдержалась. Если этот мужчина вторгся в ее личную комнату — даже с
лучшими намерениями... а она надеялась, что так оно и есть, не похоже, чтобы
Люк был любителем подсматривать в замочную скважину, — и если он вдруг
увидел какую-то часть ее тела и нашел ее волнующей, то это целиком и
полностью его трудности.
— Спасибо за кофе. — Она потянулась к ночному столику за
чашкой. — Но ты наверняка забыл про сахар. — Она попробовала
напиток... и подняла брови. — Ура!
— Да уж, ура! — Его глаза все так же жадно смотрели на ее
полуодетое тело. — Ладно, я пошел. — Он прокашлялся. Потоптался на
месте. Неловко посмотрел в сторону.
Уитни почувствовала, как ее щеки заливает румянец, и понадеялась, что Люк
этого не заметит. Он слишком далеко от нее, да и смотрит вовсе не на ее
лицо!
— Ну... пока. — Она отпила еще глоток и посмотрела на мужчину
поверх чашки.
— Ты больше не завалишься спать, я надеюсь?
— Нет. И не волнуйся насчет Троя. Твой ускоренный курс оказался весьма
интенсивным. Мы прошли все детали его дневного режима, и теперь я вполне
справлюсь — мы вполне справимся, твой сын и я!
— Ты уверена?
— Абсолютно.
— Тогда я пошел. Я оставлю дверь открытой, чтобы ты слышала Троя.
И он ушел. Но ушел, едва передвигая ноги. Вся эта энергия, бившая ранее
через край... куда же она пропала?
С насмешливой улыбкой Уитни рассеянно посмотрела вниз... и ее лицо застыло в
ужасе. По-видимому, когда она тянулась за чашкой, ее ночнушка соскользнула
еще ниже с плеча, и маленький розовый сосок торчал всем напоказ.
А-ах!
Она
лихорадочно принялась оправлять рубашку... Но слишком поздно.
Слишком, слишком поздно.
Уитни поморщилась. Что подумал Люк? Что она бесстыжая. Слово само возникло у
нее в мыслях, а вслед за ним и еще несколько, совсем уж неприличных.
Но, в конце концов, в этом нет ничего нового!
Она одним большим глотком допила оставшийся кофе, выпрыгнула из постели и
поспешила в ванную.
После обеда Люк заявил, что собирается в Пентиктон. Вернулся он около пяти,
но за ужином ни словом не обмолвился о результатах своей поездки.
Вечером, когда Уитни поднималась вверх по лестнице в свою спальню, он появился на пороге библиотеки.
— Задержись на минутку, — сказал он.
Держа в одной руке кружку горячего шоколада с расплавленным суфле, а другую
засунув в карман махрового халата, Уитни остановилась на ступеньках.
— Итак, — сказал он, — как тебе сегодня в няньках?
— Твой сын загонял меня с самого рассвета, да и днем решил проснуться
пораньше. Не знаю, кто из нас в настоящий момент больше вымотан!
— Я как раз шел в кухню за пивом. Ты не слишком устала для разговора?
— Разговора о чем?
— О завещании.
— О, — Уитни пожала плечами. — Да, я устала... но это
ничего. — Она повернулась и пошла обратно на кухню.
Там она уселась на один из стульев, стоящих у кухонного стола.
Люк открыл холодильник, достал банку пива и, с треском открыв ее, сделал
внушительный глоток. На его верхней губе осталась пивная пена, и Уитни
обнаружила, что смотрит на нее как завороженная... Люк рассеянно слизнул
пену кончиком языка.
— Марилла Итон представила к рассмотрению мое заявление о вызове в суд
и иск о незаконном владении.
Наблюдая за его языком, Уитни ощутила горячую волну желания где-то внизу
живота. Но эти спокойно произнесенные слова мгновенно уничтожили
зарождающийся огонь.
Конечно, она знала, что Люк планировал опровергнуть завещание. Но все же
известие о том, что он уже запустил механизм в действие, потрясло девушку.
Она постаралась сохранить и внешнее, и внутреннее спокойствие и спросила:
— И что от меня требуется?
— Максвелл представит твое заявление о защите. Состояние будет
заморожено, и суд назначит распорядителя — Марилла заверила меня, что у нас
не будет проблем в получении от него полномочий в управлении виноградниками
так, как мы захотим на этот период времени.
— И день слушания дела?..
— Не раньше чем через год. — Он досадливо сдвинул брови. —
Без сомнения, будет куча бумажной волокиты... и если дело затянется, знаешь,
кому это будет выгоднее всего?
Уитни цинично засмеялась.
— Конечно, тебе, если ты выиграешь.
— Нашим адвокатам. Мисс Итон загребет примерно двадцать процентов
всего, что я получу, если выиграю, ну а Эдмунд Максвелл вне зависимости от
результата получит свою долю.
— Но ты же не рассчитываешь, что они станут работать за просто так? У
юристов огромные накладные расходы.
— Но я знаю, как мы с тобой можем сохранить все хозяйство.
...Закладка в соц.сетях
