Жанр: Любовные романы
Проказница
...этом нет никакой
необходимости. Знала бы я, что ты так встревожишься, я
бы вообще об этом не упомянула. Пошли, Альберт уже оседлал Тора, и мне не
терпится убедиться, что он добился хороших
результатов в своих прыжках.
Джад не шевельнулся. Прошло немного больше недели после их свидания на
сеновале. Беспокойство не покидало его.
Могут ли быть какие-то признаки беременности через десять дней? - думал он.
Старший из пяти детей, он часто видел
недомогание матери, когда она вынашивала его братьев и сестру. А как его Ана?
Было ли ей дурно из-за лука или...
Опомнившись, он поспешил на трек.
Когда он прибежал туда, он убедился, что беспокоился зря. Ана стояла,
облокотившись на загородку. Тором занимался
Альберт. Остановившись рядом с ней, Джад испустил вздох облегчения.
- Слава богу, я думал, ты поедешь сама.
- Я и собиралась, но, видя, как ты расстроился из-за моего недомогания, я
решила не доставлять тебе лишнего
беспокойства. Мне кажется, ты сам нездоров, - продолжала она, вглядываясь в его
лицо. - Тебе явно не по себе. Может
быть, у тебя та же болезнь, что и у внука экономки. Лицо у тебя красное. Уж нет
ли и сыпи где-нибудь?
Джад усмехнулся:
- Ну, конечно, нет, любимая. Это твое нездоровье меня встревожило. А теперь я
вижу, что все в порядке, и я спокоен.
- Ну и хорошо. - Диана снова стала наблюдать за Тором. - Дядя Джастин мне уже
и так назадавал кучу вопросов. С
тех пор как заболел мальчик и еще дочь садовника, он воображает, что все мы
сляжем.
Джад осторожно смахнул с ее лба выбившиеся волосы. Как и он сам, Диана не
выносила шляп. Она говорила ему, что ей
нравится чувствовать на лице солнечные лучи. Мода требовала от женщин
"интересной" бледности, но лицо Дианы цвело
здоровьем. Джад надеялся, что ничего и никогда не омрачит ее красоту.
В этот момент Диана снова на него взглянула.
- Ну вот, ты опять.
- Опять что, любимая?
- Уставился на меня. Ты словно ожидаешь, что что-то должно случиться со мной,
и это действует мне на нервы. Не мог
бы ты найти себе... - Закрыв глаза, она схватилась за загородку.
- О нет, неужели опять?
Джад увидел, что она побледнела, и тревога поднялась в нем с новой силой.
- Ана, что случилось? Опять желудок?
- Нет, с желудком у меня все нормально. Но если тебе уж так необходимо знать,
у меня слегка кружится голова. Это от
бессонницы, и это - твоя вина.
- Моя? Последнюю неделю ты шла спать сразу же после ужина, а я до утра корпел
над разными бумажными делами по
поручению твоего дяди.
- Я знаю. Ты так много работал, что нам не удалось и разочек встретиться. С
того дня на сеновале ты меня избегаешь. И
не вздумай отрицать, потому что это правда. Я все ночи лежу без сна, думая, в
чем я провинилась перед тобой. Может быть,
ты... ты меня уже больше не любишь.
Последние слова она прошептала чуть слышно, но для Джада они прозвучали как
крик, крик смятения и боли. Он привлек
ее к себе.
- Ты зря волнуешься. Никого в жизни я не любил так, как тебя. Я бы только
хотел дать тебе больше, чем несколько
украденных часов в моем жалком жилище или на сеновале. Ты заслуживаешь кого-то
получше меня.
Диана посмотрела ему в лицо.
- Сколько раз мне тебе повторять, что я заслуживаю и желаю только тебя. Мне
не нужен великолепный дом и шелковые
простыни. Я люблю тебя. С самого начала я знала, что ты не мог мне ничего
обещать. Хотя я бы и хотела, чтобы все было подругому,
но я приняла эти условия и по-прежнему на них согласна.
- А твоя семья? Если что-нибудь случится и они узнают о нас, что тогда?
Она прижала пальцы к его губам.
- Я люблю своих родных, но я не позволю им решать мою судьбу. Что бы ни
случилось, клянусь, я никогда не пожалею,
что полюбила тебя!
Искренность ее слов и любовь, сиявшая в ее глазах, заставили Джада забыть,
что они на виду у всех. Он приник к ее губам
поцелуем, в котором излилось все его чувство к ней. Эта женщина значила для него
все. Он внезапно понял с предельной
ясностью, что никогда не сможет расстаться с ней. Будет у них ребенок или нет,
он найдет способ соединиться с ней
навсегда.
Детский голос, донесшийся из конюшни, прервал их поцелуй.
- Это твой кузен Майкл. Я должен обсудить с тобой кое-что очень важное, Ана.
Но с этим придется подождать. Ты
можешь прийти сегодня ко мне в десять часов?
- В десять? - Диана нахмурилась. - Разве ты не придешь ужинать?
- Нет, я извинюсь перед твоей тетей и скажу, что у меня дела в деревне. На
самом деле мне надо кое-что приготовить до
нашей встречи.
- Правда? - Диана улыбнулась. - Вы хотите сделать мне сюрприз, мистер Девлин?
Джад погладил ее по щеке.
- Да, любимая, но я больше тебе ничего не скажу. Достаточно будет сказать,
что этот сюрприз ты не скоро забудешь.
Майкл подбежал к ним. Он запыхался и раскраснелся от возбуждения.
- Ана, мама просит тебя прийти. Приехали Анжела с Джорджем, и у нас будет
праздник.
- А что мы будем праздновать?
- Я не знаю. Мама сказала, это сюрприз.
Схватив Диану за руку, он потянул ее за собой:
- Пойдем скорее, все уже ждут, и я хочу знать, что это за сюрприз.
Диана с улыбкой взглянула на Джада:
- И я тоже.
8.
- Ребенок? Ну какой же это приятный сюрприз! - воскликнул Майкл, вскакивая со
стула. - Вот если бы щеночек, было
бы лучше!
Виктория остановила сына, не позволив ему покинуть столовую.
- Майкл Прескотт, ты немедленно извинишься перед сестрой за грубость.
- Майкл мне не нагрубил, мама, - вступилась за брата Анжела. - Если бы мне
было пять лет, я бы тоже предпочла
котенка. - Она взъерошила ему волосы. - Мне очень жаль, что ты разочарован,
Майкл.
- Да ничего, Анжела. Извини меня, пожалуйста. Может быть, в следующий раз это
будет щенок или котенок.
Майкл подошел к отцу, разливавшему вино:
- Можно я пойду поиграю?
- Если мама позволит. В настоящий момент она не очень-то довольна вашим
поведением, молодой человек.
- Ну ладно, - вздохнула Виктория. - Только держись подальше от конюшни. Ты
будешь мешать там мистеру Девлину
и грумам. Если ты хочешь, чтобы мы взяли тебя на ярмарку в Вестингем на
следующей неделе, постарайся вести себя как
следует. Ты меня понял?
- Да, мама. Я буду хорошо себя вести, я обещаю.
Как только Майкл выскочил из комнаты, Диана подошла и обняла Анжелу.
- Я так за тебя рада. Джордж, кажется, очень доволен перспективой стать
отцом.
Глядя на мужа, беседовавшего с ее родителями, Анжела улыбнулась.
- О да. Джордж любит детей и так же, как я, хочет иметь большую семью. Я
думаю, он втайне надеется на появление
близнецов.
- Моя мама быстро охладила бы его надежды. Она говорит, что нет ничего
труднее, чем воспитывать близнецов. С
одним-то хлопот полон рот, а с двумя одинаковыми можно с ума сойти.
- А ты ничего не имеешь против брата-близнеца?
Диана покачала головой:
- Нет. Между мной и Джеймсом существует какая-то необыкновенная связь. Хотя я
люблю всех своих братьев и
сестренку Сару, к Джеймсу у меня особое чувство. То, как мы знаем и чувствуем
все друг про друга, не поддается
рациональному объяснению. Когда одному из нас плохо, другой всегда знает об этом
и приходит на помощь. И когда я
попадала в беду...
- Джеймс всегда был тут как тут, - перебила ее Анжела. - Помнишь, когда
Баркли Ивенстон пристал к тебе на балу у
Холстремов? Джеймс знал, что ты в опасности, хотя никто ему ничего не говорил.
Он выскочил на террасу и избил этого
негодяя до потери сознания.
Диана не желала обсуждать с Анжелой события той ночи и то, к чему они
привели. Она поспешила сменить тему:
- Хватит обо мне. Я хочу слышать о тебе и о будущем ребенке. Когда появится
на свет мой маленький племянник?
- Месяцев через шесть. Хотела бы я, чтобы это произошло поскорее.
- Тебе не терпится стать мамочкой?
- Да нет. Меня подташнивает по утрам. Я могла бы спокойно пережить это
неудобство, но Джордж вне себя от
беспокойства. Когда на днях у меня закружилась голова, он пришел в ужас. Я ему
объяснила, что у женщин в моем
положении такое бывает, но он меня и слушать не стал и послал за доктором. -
Анжела покачала головой. - Моего бедного
мужа удар хватит, пока этот ребенок появится на свет.
Диана сочувственно кивнула, но мысли ее были далеко. Нечто в словах кузины
привлекло ее особое внимание. Дурнота?
Головокружение? Тошнота по утрам? Странное совпадение, но у нее последние дни
точно такое же недомогание. Анжела
говорит, что женщины в ее положении...
- О боже! - ахнула она. - Не может быть!
Анжела встревоженно на нее взглянула.
- Диана, что с тобой? Ты вся покраснела и дышишь как-то странно. Уж не
подхватила ли ты эту болезнь, о которой
говорил папа?
Не желая волновать кузину, Диана поспешила скрыть свои чувства и улыбнулась.
- Нет, я вполне здорова. Просто я поняла, что мне, возможно, придется скоро
столкнуться с некоторыми осложнениями.
- Не могу ли я тебе чем-то помочь?
Диана перевела дух и отрицательно покачала головой:
- Спасибо за предложение, Анжела, но с этим мне придется справляться самой.
- Это несправедливо! - шмыгнул носом Майкл. - В доме со мной некому поиграть,
а в конюшню мама не пускает.
Того не делай, этого не делай! А что мне делать? Сидеть целый день у папы в
кабинете и читать?
Он шел по тропинке, пролегавшей за коттеджем управляющего, когда увидел, как
Джад вошел к себе в сопровождении
двух незнакомых мужчин. Любопытный по натуре, Майкл подкрался к открытому окну.
Он осторожно заглянул внутрь.
Джад расхаживал взад-вперед по комнате. Один из мужчин наливал из бутылки
вино в бокал. Другой, высокий, дородный,
рыжий, стоял у камина, разговаривая с Джадом. Судя по его тону и выражению лица
Джада, разговор был не из приятных.
- Ты должен ехать с нами, Джад. Когда мы встречались в Лондоне, я
предупреждал тебя: что-то может случиться.
Теперь этого не избежать. Ронана повесят, если ты не поможешь его освободить.
Джад покачал головой:
- Дермот, я ничего не понимаю. Мой брат никогда не был ни в чем замешан. Мама
писала мне, что его занятия идут
успешно и он хочет поступить в университет в Дублине. Как его могли арестовать
за покушение на судью?
- Это дело рук твоего дядюшки. Финбар вернулся и подстрекнул Ронана и еще
нескольких парней протестовать против
нового налога, введенного местным судьей, лордом Керклендом. Во время перебранки
в приемной судьи разбилась лампа, и
Керкленд получил ожоги. Финбар скрылся, а Ронана и остальных задержали и
обвинили в покушении на убийство. - Дермот
обернулся к своему спутнику: - Лайэм О'Тул, хватит тебе дуть виски. Расскажи
Джаду, как его дядя втянул парня в это дело.
Джад остановил его движением руки:
- Не трать зря слова, Лайэм. Я знаю, как Финбар умеет уговаривать. Это из-за
него погибли мой отец и братья, а я
оказался в бегах. Я слышал, что Финбар в Америке. Когда он вернулся?
Опустившись в кресло со стаканом виски, Лайэм тряхнул головой.
- Два месяца назад он явился в паб как ни в чем не бывало, заявив, что он
теперь, в твое отсутствие, глава семьи
Макбрайд. Сказал, что Макбрайдам нужен сильный человек, раз ты отказался от этой
роли. Я ему чуть башку не оторвал,
когда он намекнул, что ты сбежал из трусости.
- Я не трус и не Макбрайд, - отрезал Джад. - Мое имя Девлин. По милости
Финбара я явился на свет бастардом. У
меня это и в свидетельстве о крещении обозначено.
- Ты мне никогда об этом не говорил. А при чем тут Финбар?
- Мои родители были помолвлены, когда Финбар уговорил отца поехать с ним в
Англию перед свадьбой, чтобы купить
лошадей. Через несколько дней после их отъезда моя мать обнаружила, что
беременна мной. Они предполагали быть в
отсутствии месяц, а вернулись через год. У Финбара якобы украли все их деньги, и
им пришлось зарабатывать на дорогу
домой. Когда они вернулись, мне было несколько месяцев, а мать была опозорена
моим рождением.
- Ну что ты злишься? - вмешался Дермот. - Твой отец на ней женился и этим
поправил дело. Дэниэл Макбрайд
признал тебя своим сыном.
- Да, признал, и я любил отца, но все равно матери пришлось много вынести изза
Финбара.
- Да, но если его обокрали...
- Он солгал. Мне было десять лет, когда он, подвыпив, признался матери в
своем грехе и умолял ее простить его.
Финбар сам хотел на ней жениться и все это затеял, чтобы разлучить ее с моим
отцом.
Джад взял у Лайэма стакан виски и залпом осушил его.
- Но довольно о прошлом. Ронану нужна наша помощь. Суд был?
Лайэм покачал головой:
- Нет еще. У Керкленда слишком тяжелые повреждения, и он не мог
председательствовать в суде. Мы узнали от его
врача, что он поправится в конце месяца.
- Это значит, у нас есть еще пара недель. Где содержат моего брата?
- В тюрьме графства, - отвечал Дермот, - там военная охрана. Боятся, чтобы он
не сбежал, как ты. Они хотят, чтобы
его дело стало уроком остальным. Поэтому мы и приехали за тобой, Джад. Нам
необходима твоя помощь, чтобы освободить
его. Джад кивнул:
- Хорошо. Мне нужно отдать кое-какие распоряжения и кое с кем встретиться
сегодня. Мы отправимся завтра утром.
- Завтра утром будет поздно, - возразил Дер-мот. - Если мы хотим отплыть в
пятницу, мы должны выехать сегодня.
Лошади готовы.
Джад потер лицо.
"Проклятье, - думал он, - я не могу уехать, не повидавшись с Аной. Мне нужно
так много ей сказать. Если я сейчас
пойду в дом, ее дядя и тетя захотят узнать, зачем я пришел. А им пока нельзя
знать о нас".
Дермот похлопал его по плечу:
- Я знаю, ты боишься потерять работу. Пока мы с Лайэмом соберем твои вещи и
еды на дорогу, почему бы тебе не
написать письмо хозяину? Скажи ему, что у тебя дома большие неприятности и тебе
необходимо уехать на несколько недель.
Ты постараешься скоро вернуться. У твоего хозяина есть семья. Я уверен, что он
тебя поймет.
Джад провел рукой по волосам.
- Да, Прескотт меня поймет. - "А Ана?" - добавил он про себя.
Вспомнив, с какой любовью Ана говорила о братьях, он решил, что она поймет
его тревогу за Ронана и причину его
внезапного отъезда. Он подробно ей все опишет и объяснит, куда и зачем он едет.
Он попросит ее извиниться за него перед
дядей и тетей. Он еще раз расскажет ей о своей любви и пообещает скоро
вернуться. Она не должна думать, что он покинул
ее. Женщину, на которой хотят жениться, не покидают.
Майкл прятался в кустах, когда спустя какое-то время Джад и двое других
мужчин вышли из дома и поспешно скрылись в
лесу. Убедившись, что они ушли, Майкл пробрался в дом. На камине в гостиной он
увидел письмо. Встав на цыпочки, он
взял запечатанный пакет.
- Это адресовано Ане. Я передам ей, когда вокруг никого не будет. Если мама
узнает, что я был здесь, меня не возьмут
на ярмарку в Вестингем.
Майкл спрятал письмо под рубашку и выбежал из дома.
Диана одевалась к ужину, когда в комнату вбежала Тилли и сказала, что Майкл
заболел. У него та же болезнь, что и у
других детей.
- У бедного мальчика лихорадка и болит горло. А тело все покрыто волдырями.
Лорд Джастин говорит, что это
ветрянка.
- Ветрянка? Странное название для болезни. Он поправится, конечно?
- Поправится, если не будет расчесывать болячки. Твой дядя запер его в
детской, чтобы другие не заразились, но три
горничные, два лакея и кухарка уже заболели.
- Боже мой, значит, все теперь заболеют.
- Только не ты. У тебя была ветрянка, когда тебе было три года. Лорд Джастин
говорит, что ты не заболеешь.
- Отрадно это слышать. А как же Анжела? Она тоже болела раньше?
- Насколько я помню, она заразилась ветрянкой от тебя. Так что опасности для
нее быть не должно. Но женщине в ее
положении надо быть осторожной. Лорд Джастин настаивает, чтобы они с мужем
немедленно возвращались домой. Понятно,
он хочет уберечь своего первого внука.
Упоминание о "положении" Анжелы напомнило Диане ее собственные сомнения по
поводу своего здоровья.
"Это глупо. Ну да, меня тошнило, и голова кружилась, ну и что? Через
несколько дней у меня должны начаться месячные,
и тогда я буду знать точно..."
-...и если ты займешься этим, я помогу твоей тете на кухне.
Осознав, что Тилли говорит ей что-то, Диана рассмеялась.
- Прости, Тилли, я задумалась и не слышала тебя.
- И неудивительно. С тех пор как ты познакомилась с этим красавчиком,
мистером Девлином, ты частенько
задумываешься. - Тилли лукаво ей подмигнула. - Я говорила, что твоя тетя просила
ей помочь. Пока лорд Джастин
осматривает всех в доме, чтобы узнать, нет ли еще больных, она просит тебя
помочь Анжеле уложиться. Джордж увозит ее в
Лондон. А тем временем я помогу на кухне, где леди Виктория готовит ужин.
Диана встала, и Тилли застегнула ей платье на спине.
- Конечно, я помогу. Когда я провожу Анжелу и Джорджа, я загляну в детскую
навестить Майкла.
- Это тебе не удастся. Майкл наказан. Ему было велено держаться подальше от
конюшни, а он туда и направился. Лакей
нашел его там, грязного и горящего в лихорадке. Лорд Джастин запретил всем к
нему ходить, пока он не поправится.
- Бедный Майкл. Он не хотел сделать ничего плохого.
- Неделька в одиночестве научит его слушаться родителей.
Тилли повязала Диане пояс и отступила на шаг, чтобы полюбоваться делом своих
рук.
- Отлично, как всегда. Она распахнула дверь.
- А теперь ступай, детка. Дел полно, и мы не должны заставлять леди Викторию
ждать.
Услышав любимый, но не терпящий возражений тон, Диана усмехнулась.
Почему кажется, что ей снова пять лет?
- Джад, прости, я опоздала.
Было уже около полуночи, когда Диана открыла дверь коттеджа и вошла. Не
получив ответа, она ощупью приблизилась к
камину и зажгла свечу. Обойдя все комнаты, она опустилась в кресло у камина и
вздохнула.
Его нет! Не такого сюрприза она ожидала. Но после вечера, который она
провела, разве что-нибудь может получиться как
следует?
Помочь Анжеле собраться было делом нетрудным, но Джордж всех задергал. Он или
нервно шагал по комнате, или стоял
над своей женой, то и дело спрашивая ее, как она себя чувствует, нет ли у нее
сыпи или лихорадки. Терпению Анжелы скоро
пришел конец, и она отправила его дожидаться вниз. Но это привело к еще одному
осложнению.
Не уведомив жену, Джордж сообщил Виктории и Джастину, что они не останутся
ужинать, и приказал подавать лошадей.
Обычно кроткая Анжела возмутилась, узнав, что он уже простился с ее родителями
за нее и потребовал, чтобы она уехала, не
повидавшись с ними.
Диана была поражена, когда Анжела назвала супруга "отвратительным тираном".
Их разговор в холле становился все
громче, так что их мог слышать весь дом. Только вмешательство Виктории вразумило
наконец молодых супругов, насколько
нелепы были их разногласия, и они, примирившись, благополучно отбыли.
В то время как Джастин осматривал всех обитателей дома, а Виктория выступала
в роли миротворца, об ужине все
забыли, пока запах горелого мяса не наполнил дом. Диана бросилась на кухню,
помогла Тилли выбросить испорченную еду и
начала готовить заново. К тому времени, как всех осмотрели, накормили и уложили,
было уже одиннадцать.
Сидя в пустой гостиной, Диана поджала под себя ноги и устало закрыла глаза.
"Судьба сегодня решительно против меня! Джад хотел о чем-то поговорить со
мной, а я явилась на два часа позже.
Бедняга, наверно, сейчас повсюду ищет меня. Ну что же, я подожду его здесь. Нет
смысла нам обоим бродить в темноте".
Солнце проглядывало сквозь кружево занавесок, когда Диана проснулась от
громкого стука в дверь. Она выпрямилась в
кресле, пытаясь прояснить путавшиеся мысли. Тут только она осознала, что заснула
в гостиной Джада и что уже утро. Гнев
боролся в ней со смущением, когда она встала, оправляя измявшиеся юбки.
- Это просто возмутительно! - бормотала она себе под нос. - Почему Джад меня
не разбудил, когда вернулся? Когда
Тилли и моя тетка узнают, что меня всю ночь не было дома, я просто не знаю, что
они...
Стук повторился.
- Мистер Девлин, вы дома? Уже поздно, все вас ждут.
Диана узнала голос Альберта. Не хватало только, чтобы грум застал ее здесь в
такой компрометирующей ситуации. Она
поспешила в спальню Джада, чтобы разбудить его и сделать ему выговор за то, что
он оставил ее спать в кресле. Но на
пороге она застыла. Джада в комнате не было, и по виду аккуратно убранной
постели она поняла, что он не ночевал дома.
В этот момент Диана заметила, что ящики комода были выдвинуты. Заглянув в
них, она обнаружила, что они пусты.
Одежда и вещи Джада исчезли. Она бросилась в кабинет и стала перебирать бумаги
на столе, когда в комнату вбежал
Альберт.
- Простите, мисс Ана, - он стащил с головы потертую шляпу, - я ищу мистера
Девлина.
Диана пригладила волосы, надеясь, что она выглядит не слишком растрепанной.
- И я тоже его ищу, Альберт, но его здесь нет. Когда ты видел его в последний
раз?
Альберт наморщил брови, пытаясь сосредоточиться.
- Вчера... вчера вечером. Он приказал мне и другим ребятам собраться утром.
Мы хотели вычистить конюшню. Солнце
уже давно взошло, а он так и не пришел. Быть может, лорд Джастин его куда-нибудь
послал.
Хотя Диана знала, что это было маловероятно, она промолчала, небрежно пожав
плечами:
- Все возможно, Альберт. Почему бы тебе не вернуться сейчас в конюшню и не
занять людей работой? Я уверена, дядя
оценил бы твою инициативу.
- О да, благодарю вас, мисс Ана.
Альберт выбежал из комнаты. У Дианы снова начался приступ тошноты. Ноги у нее
задрожали, и она беспомощно
опустилась в кресло у стола, склонив голову на руки.
"Боже, я не верю, что все это действительно происходит. Джад исчез, не сказав
ни слова, а я... Но Джад говорил, что
любит меня, как он мог меня оставить?"
Сидя одна в пустой комнате, она безудержно разрыдалась.
9.
Прошла неделя. Отсутствие Джада по-прежнему оставалось необъяснимой загадкой.
Оставшись без управляющего своей
конюшней, Джастин Прескотт и Виктория по очереди исполняли его обязанности. В
такой суете в доме, где было полно
больных, никто не замечал, что происходит с Дианой.
Ее это нисколько не обижало, скорее она была рада. Приступы тошноты по утрам
продолжались. Месячные у нее
задерживались, грудь набухла, нервы расходились. С каждым днем она все больше
убеждалась, что беременна. А Джад
ничего и не подозревает! Больше всего она опасалась, как бы Тилли и дядя с
теткой не обнаружили ее тайну.
Однажды вечером, закрывшись в своей комнате, Диана прилегла на постель.
"Я не могу зря тратить время, ожидая вестей от Джада. Его нет, и мне придется
выпутываться самой. Но что мне делать?
Я не могу здесь оставаться дольше, это ясно. Как только все поправятся, тетя
Виктория поймет, что со мной что-то неладно,
и начнет задавать вопросы. А что я ей скажу? Что влюбилась как последняя дура?
Что я потеряла голову, и теперь у меня
будет ребенок?"
Глаза ее наполнились слезами, в горле образовался комок. Анжела радовалась
своей беременности, Диана при мысли о
своем положении впадала в отчаяние. Незаконнорожденный ребенок у молодой
девушки! Это опозорит семью, она станет
парией, отверженной. Ей случалось слышать истории о том, как таких детей
отдавали в приюты или пристраивали в семьи
ближайших родственников, чтобы скрыть их существование. Это было чудовищно, но
все же лучше, чем некоторые другие
способы.
Несколько лет назад прошел слух о хорошенькой девушке, только что появившейся
в свете, которая умерла,
воспользовавшись услугами бабки, пытавшейся помочь ей избавиться от ребенка.
Какая-то зараза попала в кровь, и бедняжка
умерла, как было объявлено, от инфлюэнцы. Но ее родные и близкие знали правду.
Самое ужасное было то, что человек, ее
соблазнивший, никак не пострадал. Богатый человек, герцог, вышел сухим из воды.
Он просто уехал с семьей
путешествовать по Европе на несколько месяцев. К тому времени, когда они
вернулись, все слухи улеглись, и он зажил своей
прежней жизнью. С ним все обстояло благополучно, а прелестная молодая женщина
погибла и была оплакана своей семьей.
Иногда Диане казалось, что Джад сбежал, заподозрив ее состояние. Она
вспоминала его вопросы о ее недомогании и как
он был озабочен, когда у нее закружилась голова. Была ли его озабоченность
искренней тревогой о ее здоровье, или он
испугался последствий их связи? Скрылся ли он, опасаясь гнева семьи или желая
избежать женитьбы на ней?
Если так, надо надеяться, что он нашел себе надежное укрытие, потому что
иначе ему придется плохо. Когда через
несколько месяцев вернутся ее родители и узнают о ее положении, ему не избежать
их мести. Ее отец, человек редкого
благородства, пойдет на все ради защиты своего ребенка. Да и ее мать в такой
ситуации не станет сидеть сложа руки. Вместе
с мужем она будет защищать честь своей старшей дочери.
Все эти опасения тяготили Диану. Ее родителей будет трудно остановить, но
один только бог ведает, что сделает с
Джадом ее брат-близнец Джеймс, когда он все узнает. Желает ли она, чтобы Джеймс
убил человека, которого она полюбила?
Нет, ни за что! Джад не заслуживает такой суровой участи. Правда, он говорил,
что любит ее, но не давал ей никаких
обещаний. Наоборот, он не раз предупреждал ее, что у них нет будущего.
Диана утерла слезы.
Что же, слезами горю не поможешь. Она сама навлекла все это на себя, и сама
должна отвечать за свои поступки.
Она погладила свой еще совсем плоский живот.
"Не бойся, малыш. Несмотря ни на что, я о тебе позабочусь. Я найду место, где
меня никто не знает, и назовусь вдовой. А
мое состояние позволит нам как-то устроиться в жизни. Так или иначе, сейчас мне
нужно уехать отсюда, пока..."
Стук в дверь прервал ее размышления. Она услышала голос Тилли.
- Миледи, здесь лорд Стивен. Он ждет вас в гостиной.
Диана села в постели. Впервые за много дней у нее забрезжила надежда.
- Спасибо, Тилли. Скажи ему, что я сейчас приду.
Войдя в гостиную, она удивилась, когда Стивен поспешно закрыл за ней двери.
Они были одни. Когда она попыталась
спросить его, в чем дело, он покачал головой и приложил палец к губам, давая ей
знак молчать.
- Что происходит, Стивен? - спросила она шепотом. - К чему вся эта
таинственность?
- Мы должны поговорить о Баркли Ивенстоне, чтобы нас никто не слышал.
В эту минуту Диана осознала, насколько новые заботы поглотили
...Закладка в соц.сетях
