Жанр: Любовные романы
Высокий, сильный, опасный
...— Просто восхитительно, — поддержал Энди.
— Она не хочет сниматься, — твердо заявила Дженнифер.
— Она этого не сказала, — заметил Джо.
— Послушайте, перестаньте, — вмешалась Серина.
— Серина! — одернул ее Энди.
— Эбби тяжело больна, а вы все просто идиоты, если не видите
этого, — упорствовала женщина.
— Дженнифер с ней здесь все время, она ее дочь, и ей лучше знать, что
Эбби на самом деле думает и как себя чувствует, — сказала Келли.
Энди направился к Дженнифер, остановился перед ней, улыбнулся и скрестил
руки на груди. Это был солидный мужчина, широкоплечий, высокий, когда хотел,
весьма импозантный.
— Возможно, Дженнифер просто немного ревнует.
— Что? — Девушка задохнулась от возмущения.
— Ты прямо как бультерьер, никого не подпускаешь к Эбби. А она сегодня
была просто великолепна. И она знаменитая актриса. Может, ты на самом деле
чуть-чуть ревнуешь, держа Эбби подальше от света софитов?
Кровь бросилась ей в лицо. Она даже не могла найти слов, чтобы выразить свое
негодование. Помощь пришла с неожиданной стороны.
— Энди, ты идиот, — сказал Конар, входя в комнату. Он, вероятно,
слышал комментарий Энди Ларкина. Но к удивлению Дженнифер, Конар встал на ее
сторону. Улыбнувшись, он добавил: — Моя сводная сестра — одно из самых
прелестных созданий на свете. Она обожает Эбби и хочет уберечь ее от таких
жадных до денег монстров, как ты, Джо и Хью. — На мгновение его глаза
задержались на Дженнифер. — Так вот, учти, теперь тут два бультерьера.
Энди повернулся и пошел к двери.
— Возможно, Эбби хочет сниматься, — бормотал он.
— Я никогда не удерживала маму от работы, — вспыхнула Дженнифер.
— Что ж, мы будем иметь в виду этот фильм ужасов, ведь так, Джен?
— Конечно.
— Хватит, — вдруг вмешалась Вера. — Это дом Эбби. Очень мило,
что Дженнифер нас пригласила. Мистер Паркер, расскажите нам еще какие-нибудь
легенды, связанные с этим домом.
— Вера, может, не надо? — запротестовала Дженнифер. — Ты
потеряла сознание, когда увидела в дверях Лайама.
— Ну, не преувеличивай, — возразила Вера.
— Конечно, нет, — поддразнил ее Хэнк, — ты упала в обморок,
это гораздо изысканнее.
— И так типично для южан, — рассмеялся Джей Браден.
— А разве наши персонажи в сериале южане? — заинтересовалась
Келли.
— Итальянцы, с самого юга, — заверил ее Хэнк.
— Думаю, моя героиня настоящая южанка, — сказала Вера, поправляя
волосы. Она с улыбкой подмигнула Дженнифер. Джен улыбнулась в ответ.
Временами легкомысленность Веры была очень кстати. Вот и сейчас она
разрядила обстановку. — Так что еще произошло в этом доме? —
настаивала Вера.
— Я помню, была какая-то история о фокуснике, — сказал Даг.
— Ну да, я тоже слышал. Фокусник в ящике, — вспомнил Торн. —
Предполагали, что он исчез, как Гудини. Когда ящик открыли в первый раз, его
там не было. Определенно, кто-то помог ему вылезти, иначе он бы просто
задохнулся.
— Так что все-таки случилось? — спросила Келли.
— Это захватывающая история, — прокомментировал Хью, потягивая
коктейль.
— Но дело в том, что он не появился и на следующий день. Он словно
растворился в воздухе, — сказал Дрю.
— Где же он был? — спросила Серина и состроила гримасу Дженнифер,
пытаясь вовлечь ее в разговор, чего той явно не хотелось.
— Где он был, пока его искали, этого не знает никто, — продолжил
Дрю. — А когда появилась полиция, он снова лежал в ящике. Мертвый.
— От удушья? — тихо спросила Келли.
— От сердечного приступа, — сообщила Дженнифер.
— Но как...
— Этого никто не знает, — понизил голос Дрю. Он был прекрасным
рассказчиком. — Он исчез и появился снова, мертвый. Вот и все, что
известно.
— Господи, неудивительно, что говорят, будто в этом доме обитают
призраки, — проронила Вера.
— Нет здесь никаких призраков, — запротестовала Дженнифер.
Она снова вернулась за стойку бара. На этот раз она готовила коктейль для
себя, голова кружилась. Ведь завтра будет плохо, корила она себя. Кто знает,
может, в этом доме и есть что-то странное? Кажется, он немного покачивается
и вращается. Возможно, это какой-то спецэффект, скрытый в стенах. Да и пол
то опускается, то поднимается.
Через несколько минут Серина поднялась, объявив, что ей пора. Дженнифер
отправилась к машине вместе с ней и Келли.
— Да, жизнь интересная штука, — задумчиво произнесла Серина,
остановившись около своей ярко-синей
мазды
. — Конар Маркем...
неотразим.
— Супермен, — сухо заключила Келли.
— Конечно. За что же еще его снимают? — Дженнифер старалась, чтобы
ее голос звучал бесстрастно.
— За что? — улыбаясь, переспросила Серина. — А я рада, что он
присоединился к нам. Он поднимет рейтинг сериала. От него исходит такая
энергия...
— Животный магнетизм, — сделала вывод Келли.
— Само обаяние, — сквозь зубы процедила Джен.
Серина взглянула на нее и рассмеялась:
— Ну да, он тебе не нравится. А мне так очень. Ты не станешь возражать?
— Давай действуй, — сказала Дженнифер. — Вы в чем-то похожи.
Хотя, насколько я знаю, он не проводит много времени перед зеркалом.
— В нем правда есть что-то животное, — поддразнила Келли.
— Ладно, девочки, я, пожалуй, воспользуюсь разрешением Дженнифер
поближе подружиться с этим парнем, — подвела итог Серина.
— Тебе вовсе не нужно мое разрешение, — отозвалась
Дженнифер. — Не смущай меня!
— Извини, я этого не хотела. Просто неудачно выразилась, —
запротестовала Серина. — Ведь в первую очередь я твой друг.
— Да, мы как три мушкетера, один за всех и все за одного, —
вставила Келли, глаза ее искрились смехом. — Но согласись, грустно было
бы упустить такого жеребца.
— Ну так не упускайте, — тряхнув головой, рассмеялась Дженнифер.
— Но если ты чувствуешь... — начала Серина.
— Я серьезно. Думаю, он постарается быть славным малым, —
проворчала Дженнифер. — Ну, подружки, по машинам и домой. Вы получили
мое благословение брататься с врагом.
— Ах, вот ты о чем! Но я вовсе не хочу брататься с твоим врагом, —
заявила Серина.
— Тик-так, тик-так, тик-так, биологические часы не отстают, — послышалось у них за спиной.
Все трое обернулись на голос Дага. Он улыбнулся, прошел мимо них и уселся в
машину Серины.
— Без паники. Я один слышал ваши девичьи откровения. А ваш, как вы
выразились, жеребец не слышал ни слова. Он в доме, беседует с полицейским.
— Даг, это просто неприлично — встревать в чужие разговоры, —
вспыхнула Дженнифер.
— Я только пытался спасти дружбу, поэтому буду предельно откровенен.
Дженнифер, не тревожься, если Серина попытается добиться расположения
новоявленного героя, хотя он и появился здесь, чтобы захватить твое место в
жизни и в мире. А ты изо всех сил стараешься держаться достойно и
цивилизованно.
— Даг, ты драматизируешь. Так ты никогда не напишешь свой великий
американский роман.
— Черт, это было бы обидно.
— Я никогда никого не просила проявлять грубость по отношению к
Конару, — жестко заметила Джен.
— Серина, можешь спокойно переспать с ним, — дурашливо сказал Даг.
— Послушай, я вовсе не говорила, что хочу добиться его внимания или...
— Дженнифер, разве ты не говорила, что кое-кто может с ним
переспать? — гнул свою линию Даг.
— Даг, отправляйся домой!
— Я остаюсь!
— Нет, если ты не в состоянии вести себя прилично.
— Я оскорблен. Я прихожу, чтобы защитить ее от злых козней, а она
разбивает мне сердце.
Дженнифер потянула носом и поморщилась, помахав рукой в воздухе.
— Слишком много виски, я полагаю.
Даг тоже принюхался.
— Водка, — заключил он.
— Нечего меня обнюхивать. Я выпила один коктейль несколько часов назад,
а потом пила только воду и кофе. Отправляйтесь спать, вы оба, — сказала
Серина.
— Спокойной ночи, — добавила Келли.
Вокруг гудели моторы. Остальные гости тоже покидали дом, Дженнифер
беспрестанно раскланивалась с отъезжающими.
Когда они приблизились к дому, Даг поцеловал ее в щеку.
— Доброй ночи, Джен. Большое спасибо за приглашение. Я провел чудный
уик-энд.
— Ты идешь спать?
— Иначе я просто упаду.
— Но...
Даг, казалось, не слышал ее. Он поднимался по лестнице. Потом остановился и
повернулся к ней:
— Эй, Джен!
— Что?
— Знаешь, у нас сложилась какая-то особенная дружба. Ты, Серина, Келли,
я... еще кое-кто.
— Конечно.
— Значит, ты понимаешь, о чем идет речь.
— Послушай, я действительно стараюсь быть милой и не искать повода для
ссоры...
— Верю. Думаю, здесь нечто большее. Природа, знаешь ли.
— Не понимаю, о чем ты говоришь.
— Ты слишком много выпила сегодня.
— Это ты много выпил.
— Спокойной ночи, дорогая, — усмехнулся Даг.
Дженнифер тряхнула головой, направилась было к кабинету, потом заколебалась
на пороге. Лучше бы ей пойти к себе и лечь спать, предоставив Конару
спокойно попрощаться с Лайамом и запереть дом на ночь.
Она долго колебалась.
— Дженнифер?
Удрать? Зачем? Она не боялась своего врага. Дженнифер расправила плечи и
вошла в кабинет.
Мужчины сидели в глубоких креслах у камина, но поднялись, когда она вошла.
Джен направилась прямо к стойке. Обычно за вечеринку она выпивала один или
два бокала. Но сегодня ее как подменили.
Она воображала себе возможный разговор с Конаром.
Пожалуйста, уезжай. Я
действительно люблю свою мать и стараюсь справиться с ее болезнью, а ты
превращаешь меня в алкоголичку
.
Ну конечно, он уже поглядывает на нее неодобрительно.
Я не заставляю тебя
столько пить, ты сама это делаешь
, — скажет он. Мистер Совершенство.
Все правильно.
Она наполнила бокал, не обращая на них никакого внимания, затем ослепительно
улыбнулась Лайаму:
— Я так рада, что вы пришли к нам на вечеринку. Вам понравилось? Хотя
мы несколько эксцентричные люди.
Конар подошел к стойке, и едва Дженнифер успела сделать один глоток, как он
спокойно забрал бокал у нее из рук. Она негодующе уставилась на него.
— Твой покровительственный тон совершенно неуместен. Лайам много раз
бывал и на съемках, и на телевидении, — заметил Конар.
Ее глаза расширились.
— Я не собиралась никому покровительствовать. И буду тебе очень
признательна, Конар, если ты позволишь мне говорить то, что я хочу.
К ее изумлению, Лайам тоже подошел к бару. Вид у обоих мужчин был более чем
серьезный.
— Я не хотела вас обидеть, детектив Мерфи.
— Знаю.
Лайам обворожительно улыбнулся. Он был высокий, широкоплечий. Ей так
хотелось прижаться к его широкой груди. Определенно она выпила слишком
много, если в ее голове бродят подобные мысли. Сказать бы Конару, что он
может убираться ко всем чертям, а она собирается переспать с этим храбрым
парнем.
Краска залила ее щеки. Она даже не знает, женат ли он. Дженнифер тряхнула
головой. Господи, она совсем забыла об Эбби.
Она по-прежнему стояла за стойкой бара, Конар и Лайам — перед ней.
— Я как загнанная в угол крыса, — пробормотала она.
— Нам нужно поговорить, — сказал Лайам.
Она потянулась за бокалом, чувствуя на себе их испытующие взгляды. Может, у
нее запачкано лицо или шпинат застрял в зубах? Нет, на столе не было
шпината. Да она почти ничего не ела. Тогда почему они так уставились?
Конар крепко взял ее за запястье. Бокал накренился, виски полилось на
ковер...
— Джен, хватит.
— Детектив Мерфи, не могли бы вы проинформировать мистера Маркема, что
у нас свободное общество, что я нахожусь в своем доме и мне больше двадцати
одного года, то есть я совер... совер... шеннолетняя... — С этим словом
она справилась с трудом.
— Лайам как раз рассказал мне кое-что. Думаю, тебе следует это знать, — перебил ее Конар.
— Что? — Она взмахнула ресницами.
— Вы знаете, что такое люминал? — спросил Лайам.
Дженнифер нахмурилась.
— Кажется, да. Полиция разбрызгивает его, чтобы найти следы крови,
невидимые невооруженным глазом.
— Правильно, — заметил Конар.
— Сегодня вечером обработали дом Бренды, пытаясь определить следы
киллера. Дом был в полном порядке, но...
— Определенно она убита в душе, Джен. Зарезана в собственном
душе, — дополнил Конар.
Ей вдруг захотелось, чтобы они оба исчезли.
— О... — простонала она. — Мне так жаль Бренду, но какое это
имеет отношение...
— Тень Хичкока, Дженнифер, — настаивал Конар, глядя прямо на
нее. — Кто эти люди, что пытаются имитировать Хичкока?
Ее вдруг охватил страх, дрожь пробежала по телу.
— Позвольте немного приглядеть за вами, хорошо? — мягко произнес
Лайам, встретив ее растерянный взгляд. — Уже утро. Мне пора, —
сказал он. — Всего доброго, Дженнифер, и спасибо. Вечеринка была
замечательная.
— Я провожу тебя, — сказал Конар.
Они вышли. Дженнифер заторопилась. Ей хотелось подняться наверх и лечь до того, как Конар вернется.
Но почти на самом верху она оступилась и... скатилась по ступенькам вниз.
Прямо к ногам Конара. Ее щеки заалели, как кардинальская мантия. Конар молча
нагнулся, поднял ее и помог прислониться к стене. Он был высокий. Мощный. От
него исходила такая энергия, такая сила! Она не хотела замечать ее,
сопротивлялась долгие годы...
— Ты пьяна. Я тебе помогу.
— С чего ты взял? Тебе любой скажет, что я вообще почти не пью.
— Сегодня ты наверстала упущенное.
— Да, потому что ты с твоим полицейским пытались уверить меня, что кто-
то собирается меня убить.
— Я никогда этого не говорил.
Его лицо было совсем близко. Красивое лицо — строгое и сдержанное. Эти
глаза... цвета холодной стали смотрели сурово и испытующе. Его жаркое тело
почти касалось ее. Дженнифер почувствовала, что покорена окончательно.
Присущий одному ему запах дурманил ей голову.
Влекущая сила...
Он действительно ею обладает.
— Ты и Лайам меня просто достали.
— Потому что ты не слушаешься.
— Что?
— Позволь мне позаботиться о тебе.
— Я и не запрещала.
— Ты откровенно высказывала свое негодование по поводу моего приезда.
— Послушай...
Она вдруг вспомнила Келли, со смехом говорившую ей и Серине, что он
настоящий жеребец. И тихонько рассмеялась.
— Что такое?
— Ничего.
— Ты споришь со мной, только лишь бы поспорить.
Дженнифер вдруг ощутила, как бурлит ее кровь. Она словно горела в огне.
Наверное, все из-за выпитого за вечер или...
Или дело в нем. Он был так близко, что кружилась голова и томление
разливалось по всему телу, делая его безвольным и податливым...
Она продолжала улыбаться.
— Дженнифер...
— Я вовсе не борюсь с тобой, — с трудом выговорила она.
— Да, но ты все время пытаешься сбежать. Уходишь из дома раньше, чем
я. — Конар пристально посмотрел на нее. — Что с тобой происходит?
— Я... Мне, право, лучше лечь.
Он несколько секунд смотрел на нее, затем неожиданно подхватил на руки. Она
протестующе вскрикнула, потом расслабилась и закрыла глаза.
Голова шла кругом. На секунду приоткрыв глаза, она сообразила, что отчаянно
вцепилась в Конара.
— Пожалуйста, Дженнифер, хотя бы сейчас не сопротивляйся.
Она подняла на него взгляд, понимая, что нелепо улыбается, но была не в
силах остановиться.
— Бороться с таким жеребцом как ты, Конар? Я об этом и не мечтаю.
— Жеребцом?..
— Это не я придумала.
— А кто?
— Келли, кажется. А может, Серина.
— Наконец кто-то оценил меня по достоинству.
— Они тебя не знают.
— Да? А ты знаешь?
— Они с тобой не живут.
— Ты тоже. Я хочу сказать, что ты тоже не знаешь моих привычек. Может,
я не спускаю за собой воду в туалете, бегаю вокруг дома с голым задом или
настаиваю на всеобщем контроле над всеми и вся.
Улыбка ее стала шире. Конар поднимался по лестнице прямо к ее комнате.
Голова у Дженнифер раскалывалась, она застонала.
— Сил нет бороться с тобой, даже если бы захотела. Вряд ли я смогла бы
сама подняться по лестнице.
— Если тебя тошнит, то уж, будь добра, потерпи.
— Меня не тошнит.
— Ну конечно, такую утонченную красавицу тошнить не может.
— Ты надо мной смеешься?
— Ничего подобного. Это слова Лайама, а не мои.
— Ой, — буркнула она, помолчав минуту. — Конар!
— Что?
— Меня тошнит.
Он пробормотал проклятие, ногой распахнул дверь в комнату и втащил ее в
ванную. Дженнифер с трудом встала на ноги, потом обрела равновесие.
— Позволь, я тебе помогу. Ты себе голову разобьешь.
Он намеревался поддержать ее, но это было уж слишком унизительно.
— Нет. — Она замотала головой, выталкивая его из ванной. Тошнота
подступала к горлу, и она бросилась к раковине.
Как ни странно, она почувствовала себя лучше. Значительно лучше. Снова и
снова она подставляла лицо под струи холодной воды. Прополоскала рот,
почистила зубы.
— Дженнифер! — барабанил в дверь Конар.
Девушка навалилась на дверь.
— Я в порядке, Конар. Я... Спасибо, — натянуто сказала она. —
Я хочу принять душ.
Тяжело дыша, она прислонилась к двери. Конечно, она чувствовала себя немного
получше, но все-таки ужасно. Может быть, душ поможет.
Сбросив одежду и стараясь удержать равновесие, она встала под тугие струи
воды. Хорошо бы еще таблетку аспирина. Возможно, это избавит ее от мук
похмелья. Она встряхнула головой. Ни разу, с тех пор как ей исполнилось
восемнадцать, не приключалось с ней подобной гадости.
Наконец она выключила воду. Замотала полотенцем голову, завернулась в
большую махровую простыню, прислонилась к двери, чтобы обрести устойчивость,
подождала минуту и вышла.
Конар стоял у окна, гладя на внутренний дворик и скалы, окружавшие ущелье.
— Конар, там что-нибудь...
— Нет.
— Тогда почему ты еще здесь?
Он опустил голову, но Дженнифер успела заметить, что его губы дрогнули в
улыбке. Конар снова поднял на нее глаза.
— Если бы я услышал, что ты упала, то подоспел бы раньше, чем ты
захлебнулась.
— Я в порядке.
Он кивнул, все еще глядя на нее. Затем подошел. Сердце ее глухо забилось.
Кровь, казалось, вскипела в жилах. Дженнифер ненавидела себя. Она пришла в
возбуждение только от того, что он подошел к ней, ей хотелось ощутить
прикосновение его рук... всем телом. Ах, Господи, если бы она могла сбросить
эту чертову простыню и прижаться к нему. Снова эта влекущая сила. Слишком
много выпито. Слишком долгое одиночество, никакой личной жизни, кроме работы
и заботы о...
Конар положил руки на ее влажные плечи, ее плоть мгновенно отозвалась.
Великолепные руки. Большие, с длинными пальцами. Она не сводила с них глаз.
Он приподнял ее лицо за подбородок и посмотрел ей в глаза строго и серьезно.
— Позволь мне побыть здесь, хорошо? Мне ничего не нужно, я только хочу
помочь.
Она не могла дышать. Кровь стучала в висках, сердце колотилось с неистовой
силой. Слышит ли Конар его удары? Как неловко.
— Как твоя голова, получше? Ты слышишь меня?
— Мне нужен аспирин.
Конар скрылся в ванной. Дженнифер бросилась к кровати и вытащила из-под
подушки ночную рубашку. Совсем не то, что ей представлялось подходящим для
подобного случая. Длинная хлопковая майка с плюшевым мишкой на правом плече.
Со скоростью света Дженнифер натянула ее через голову, сбросив простыню.
Полотенце тоже свалилось. Она потянулась за ним и ударилась головой о
тумбочку.
— Черт! — вырвалось у нее.
Конар мгновенно оказался рядом, помогая подняться. Он с тревогой смотрел на
Дженнифер.
Голова у нее отчаянно болела. Конар усадил ее на кровать, в замешательстве
она откинулась на подушки. Он присел рядом.
— Подожди минутку... Я принесу аспирин.
— Правда, я в полном порядке.
— Сиди.
— Конар, это просто... Я хочу сказать, Эбби беспокоится, полиция
беспокоится... Я думаю, у Эбби галлюцинации. Поэтому ты стал моим
телохранителем, работаешь со мной, следуешь за мной по пятам, следишь за
мной, живешь со мной, спишь со мной... — Дженнифер внезапно умолкла,
какого черта эти слова пришли ей на язык!
— Сплю с тобой? — Бровь Конара медленно поднялась, он еле
сдерживал смех. — Это что — приглашение?
— Нет... Я... я...
Он потянулся вперед и поцеловал ее в лоб.
— Я никогда не говорил, что хочу спать с тобой. — Конар рассмеялся
и исчез за дверью.
Дженнифер чувствовала себя полной идиоткой. Она подскочила к двери,
распахнула ее и крикнула:
— Это не приглашение!
Она услышала, как его смех эхом отдается внизу, в холле, затем он поднял
голову и крикнул:
— Запри двери, Дженнифер! Войди в комнату и запрись.
— От тебя?
— От любого, кому взбредет в голову бродить посреди ночи.
Он скрылся в своей спальне.
Странно, она стояла в коридоре в ночной рубашке, и ее вдруг охватил сильный
озноб.
А что, если...
Странное ощущение. За ней следят... словно чьи-то глаза наблюдают за ней из
темноты старого дома.
Как и советовал Конар, она быстро скользнула в свою комнату и закрыла дверь.
И заперла ее.
Дрожь постепенно утихла. Но чувство досады осталось.
Пробормотав сквозь зубы проклятие, Дженнифер прошла через комнату, забралась
в постель и натянула на голову одеяло.
Глава 8
Ему доводилось видеть трупы и раньше. Во время погружений с целью поиска и
спасения утопающих он насмотрелся на них достаточно.
Но Бренда... он никогда не видел ничего подобного. Глубокие раны и
кровоподтеки покрывали все ее тело. Правда, лицо было не тронуто. Падение со
скал лишь немного повредило его прелестные черты, но следы ножа
отсутствовали.
Бренда не выходила у него из головы. Она преследовала его и днем, и ночью.
Он хотел проснуться, но не мог. Она постоянно стояла у него перед глазами,
одна фотография сменяла другую.
— Когда ее обнаружили, ее глаза были открыты, — объяснял Лайам,
заметив, что Конар разглядывает фотографии. — Бренда боролась с
ним, — продолжал он. — Видишь порезы у нее на ладонях? Она его
видела. Пыталась отбиваться.
Она его видела...
Глубокой ночью, когда он наконец заснул, Конар тоже увидел все это. Темная
фигура, приближающаяся к прозрачной занавеске душа. И Бренда, заметившая
нападавшего.
Нет, это не Бренда.
Это Дженнифер. Потемневшие от воды мокрые волосы спадают ей на плечи. Он
даже слышал шум душа. Глаза Дженнифер устремлены на него.
Огромные, голубые...
— Конар...
Она умоляюще шепчет его имя...
— Помоги мне...
Дрожа всем телом, он проснулся.
Комната тонула в кромешной тьме. Никогда, даже будучи ребенком, он не боялся
темноты. Шторы в старой комнате Дэвида Грейнджера, плотные и тяжелые,
совершенно не пропускали света. Конар поднял руку, взглянул на светящийся
циферблат наручных часов.
Пять утра. Рановато. Он накинул махровый халат, подошел к окну, раздвинул
шторы, посмотрел на бассейн, на скалы, окружавшие дом. Было еще совсем
темно, но небо уже прорезали
...Закладка в соц.сетях
