Жанр: Любовные романы
Высокий, сильный, опасный
... Думаю, она хочет дождаться, когда вечеринка будет в самом
разгаре, чтобы появиться во всем блеске.
— Дженнифер! — позвала Серина.
Она обернулась. Серина все еще стояла у стойки бара. Жестом она указала на
дверь. Там, сверкая лысиной, стоял Торн Маккей. Он двинулся к Дженнифер.
— Извини, Дрю. Думаю, мама уже готова.
— Иди-иди, Джен, я здесь прекрасно устроюсь.
— Знаешь, сегодня соберется весь коллектив нашего сериала.
— Догадываюсь. Я видел Хью Таненбаума.
Дженнифер не заметила, что режиссер, близкий друг Джо Пенни и Энди Ларкина,
уже приехал. Он болтал с Келли Трент и Джеем Браденом. Сейчас в комнате было
несколько незнакомых лиц, но большинство составляли реквизиторы, осветители
и декораторы их сериала.
— Все отлично. Приятно побыть среди твоих гостей. А ты иди, —
настаивал Дрю.
Не успела Дженнифер дойти до двери, как появилась Эбби. Ее волосы лежали
естественно, собранные на затылке в тугой узел. Искусный макияж, придавая
еще больше выразительности ее лицу и глазам, был почти не заметен. Огромные
глаза сияли. На ней было длинное свободное одеяние, нечто восточное, из
алого шелка, дополняли великолепный наряд крупные золотые украшения.
Если уж ты куда-нибудь собралась, наставляла она как-то Дженнифер, сделай из
своего появления настоящее событие.
Саму Эбби нельзя было упрекнуть в застенчивости. Ее феерическое появление
действительно не оставило никого равнодушным. Легкий шепот пронесся по
комнате, и все головы повернулись в ее сторону, все глаза устремились на
нее.
— Хэлло! Приветствую вас всех, дорогие мои. Спасибо, что пришли.
— Эбби! — произнесли, а скорее, восхищенно выдохнули по крайней
мере несколько пар губ. И вся компания окружила ее.
В этом невероятном наряде она выглядит такой хрупкой, — подумала
Дженнифер. — Она приняла большую дозу лекарств и не дрожит. Пока...
Но эти предательские признаки... это движение подбородка... легкий трепет
пальцев... А Эбби, игнорируя досадные симптомы, любезно раскланивалась с
гостями, смеялась, оживленно болтала, расточала улыбки — играла настоящий
спектакль.
— Дрю, Дженнифер!
Эбби скользнула через комнату и, слегка улыбнувшись, поцеловала дочь.
Видишь, моя дорогая, видишь, как я отлично справляюсь? Ты не должна так обо
мне беспокоиться. Тебе не следует держать меня под замком и прятать от
людей
.
— Дрю! — Она разволновалась, увидев старого друга, и дрожь ее
стала заметнее. Голос вибрировал от переполнявших ее эмоций. — Я так
рада, что ты здесь.
— И я тоже, я скучаю по этому старому дому. Сто лет здесь не был, Эбби.
— Вы, наверное, знаете массу всяких захватывающих историй, —
сказала Серина.
— Так и есть. Кому интересно, пойдемте со мной, я вам кое-что покажу.
Расскажу правду о витраже над лестницей, о нем сложено столько легенд!
Вся компания потянулась к двери. Эбби опиралась на руку Дрю. Дженнифер
отстала.
Конар остался за стойкой бара. Он был явно чем-то озабочен. Дженнифер
подошла и уселась на высокий стул. Съела оливку. Конар машинально загружал
стаканы в посудомоечную машину.
— В чем дело? — спросила она.
Не поднимая глаз, он пожал плечами:
— Дэвид Грейнджер купил это произведение Тиффани в подарок жене, чтобы
загладить вину, когда Женевьева Бортни заявила, что ждет от него ребенка. Я
уже слышал эту историю, — ответил он.
— Я не об этом. Почему ты такой странный? — спросила Дженнифер.
В нее впился суровый взгляд серых глаз. Он все еще в дурном настроении,
решила она.
— Почему это тебя так беспокоит? — буркнул Конар.
В нем не было враждебности. В сущности, он был оскорбительно безразличен.
Она улыбнулась:
— Потому что несколько минут назад ты был почти мил, а теперь мрачнее
тучи.
Он заколебался. Дженнифер подумала, что может получить в ответ насмешливую
улыбку. Но пронзительные серые глаза продолжали изучать ее без тени юмора.
Обеспокоенная, она сказала:
— Ладно, извини за все.
Он отвернулся выключить воду.
— Ты здесь ни при чем. — Он вытер руки и оперся о стойку. — Я
сегодня ушел вместе с Лайамом.
— Знаю, — машинально ответила она, потом сообразила, что он в какой-
то мере отвечает на ее вопрос. — И куда вы с ним отправились?
— В полицейский участок, — ровно сказал Конар, потом добавил: — На
столе Лайама лежала пачка фотографий. Тебе следовало бы их посмотреть. В
сущности, тебе просто необходимо их увидеть. Тогда ты бы так не возражала
против моего присутствия.
— На них Бренда Лопес?
— Да, Бренда Лопес. Хотя ты едва ли узнала бы ее. Ты представить себе
не можешь, как жесток может быть человек.
Дженнифер почувствовала, что к горлу подступает тошнота.
— Я не поняла... Мне казалось, у тебя довольно приличное настроение...
Не обращай внимания на Веру, она иногда бывает легкомысленной. Плетет бог
знает что.
— Я знаю, она не хотела сказать ничего плохого.
— Тогда в чем дело?
— Я видел эти фотографии. Вот и все. Я старался выбросить их из головы,
понимая, как важен для Эбби сегодняшний вечер. Но когда Вера начала эту
тему... Словом, у меня резко изменилось настроение.
В комнату влетела Вера Хаусман.
— Так вот вы где!
— Вера, — пробормотал Конар. Он старался быть вежливым, но голос
выдавал сдерживаемое волнение.
Кот на раскаленной крыше
. Казалось, он весь
напрягся и ощетинился, как запертый в клетке зверь.
— Идемте. Сейчас начнется спиритический сеанс, — выпалила Вера.
— Спиритический? — осторожно переспросила Дженнифер.
— Да, дорогая моя, именно так. Не правда ли, интересно? Пойдемте, мы
все идем в большую гостиную. Мы сядем рядом, возьмемся за руки, будем
смотреть в окно... Да, причем двери, выходящие во внутренний дворик, должны
быть обязательно открыты. Так вот, мы сядем и попытаемся вызвать призраки,
которые обитают в этом доме.
— Вера, послушай, — начала Дженнифер.
— Дрю Паркер знает всю подноготную. Он потрясающий человек! Идемте,
идемте. Твоя матушка дала добро, мы все участвуем.
Вера исчезла столь же стремительно, как и появилась. Дженнифер и Конар какое-
то время смотрели друг на друга, потом последовали за ней, чуть не
столкнувшись в дверях.
Оба замерли в узком дверном проеме. Дженнифер ощущала его близость, вдыхала
его запах, восхитительный запах. От его тела исходил жар, больший, чем от
очага.
— Только после тебя, — учтиво сказал он, пропуская ее вперед.
Она кивнула и быстро прошла в гостиную.
Длинный старинный дубовый стол был выдвинут на середину комнаты. Дрю Паркер,
растерянно улыбавшийся, поскольку невольно затеял все это, уселся во главе
стола. Эбби устроилась напротив. Очаровательная Вера, беспрестанно
кокетничая, расположилась рядом с Дрю. Джо Пенни — около Эбби, Хью Таненбаум
— по правую руку от нее. Спиной к дверям, ведущим во внутренний дворик, или
патио, как называла его на итальянский манер Эбби, сидели Келли, Серина,
Даг, Энди Ларкин, Джим Новак и Хэнк Ньютон — патриарх киносемейства
Валентайнов, седовласый, прямой, с красивым глубоким баритоном. По другую
сторону стола расположился технический персонал фильма.
— Сюда, дети мои! — воскликнул Хэнк, указывая на свободные стулья
рядом с собой. — Хэлло, Конар. — Он поднялся пожать Конару
руку. — Добро пожаловать в нашу компанию. И спасибо — ты поднимешь
рейтинг нашего фильма.
— Посмотрим, — ответил Конар.
Порядок за столом нарушился, поскольку те, кто еще не видел Конара, поднялись его поприветствовать.
— Послушайте, — запротестовал Энди, — Конар знает, что мы все
рады его участию. К тому же мы платим ему кучу денег. Давайте вернемся к
спиритическому сеансу. Призраки ждут.
В возникшей суете Дженнифер потеряла из виду Эбби. Когда все снова уселись,
она взглянула на мать.
— Мама... — начала она, испытывая неловкость.
— Все хорошо, дорогая, садись.
— Итак, вы знаете, что однажды здесь снимали подобную сцену, —
начал Дрю. — Дэвид Грейнджер был хорошим парнем, но пошел не по тому
пути. Он хотел стать великим режиссером или актером, но больше всего вторым
Гудини — великим фокусником всех времен и народов. Он сдавал дом для съемок.
Знаменитая сцена спиритического сеанса в фильме
Смерть во мраке
снята за
этим самым столом, за которым сейчас сидим мы.
— Потрясающе, — выдохнула Вера.
— Действительно, потрясающе, — согласился Дрю. — За
исключением того, что Ceлия Марстон, исполнительница главной роли, умерла
вскоре после посещения этого дома.
— Фантастика! — воскликнула Вера.
— Трагедия, — пробормотал Конар.
Дженнифер удивилась, когда сообразила, что он стоит чуть позади нее, положив
руку ей на талию. Еще больше она удивилась внезапно возникшему ощущению
покоя и уюта, когда он учтиво подвинул ей стул. Она не знала, что это было
на самом деле — игра или искреннее внимание, предназначенное ей? По-
видимому, ему не нравилась затея с сеансом. Он был все еще там, в своих
мыслях, и перед его глазами все еще стояли те фотографии, которые он видел
на столе Лайама Мерфи.
— Это Голливуд, — сказал Дрю, — место, где грезы и смерть так
близки!
— Строго говоря, мы не в Голливуде, — заметил Даг.
— Но достаточно близко от него, — раздраженно оборвала его Вера.
— Мы собрались здесь не для того, чтобы пререкаться, — улыбнулся
Джим Новак.
— Дрю, что нам нужно теперь делать? — спросил Хью Таненбаум.
Он через стол подмигнул Дженнифер. Ему давно перевалило за сорок, и, сколько
она себя помнила, он всегда был рядом. Много лет назад он работал с ее
матерью, и с тех пор они оставались друзьями. За Хью закрепилась слава
удачливого режиссера, поскольку у его фильмов был разумный бюджет, а сами
фильмы таковы, что толпы зрителей осаждали билетные кассы. Ведь не важно,
какие времена на дворе, людям всегда нравятся фильмы, которые берут за
живое.
— Правда, давайте вернемся к спиритизму, раньше начнем — быстрее
закончим, — объявил Джей Браден. — Я просто умираю от голода.
— Отлично, все возьмитесь за руки, — сказал Дрю. Его карие глаза
блеснули. Склонив седую голову, он подмигнул Эбби.
Дженнифер протянула руки Конару и Хэнку. Она не поднимала глаз от стола.
Теперь мать наблюдала за ней. Улыбнувшись, Эбби соединила руки с Джо Пенни и
Хью Таненбаумом.
— Выключить свет, мистер Паркер? — спросил от двери Эдгар.
— Да, пожалуйста. И проследите, чтобы двери к бассейну были открыты.
Когда погас свет, все вдруг умолкли. Темнота поглотила силуэт Эдгара,
который прошел через комнату. Высокие французские двери, ведущие к бассейну,
казалось, распахнулись сами собой.
Дженнифер не ощущала собственного напряжения, пока не почувствовала, что
Конар и Хэнк пытаются освободить запястья от ее судорожно сжавшихся пальцев.
Затем они оба сами взяли ее за руки, не позволяя ей снова испытывать их
кости на прочность.
— Селия Марстон, — произнесла Келли. — Что с ней случилось?
Думаю, вы бывали на ее могиле. Кажется, она рядом с Мэрилин.
— Мэрилин? — переспросил Даг.
— Монро! — возмущенно подсказал Торн Маккей.
— Ладно вам, — сказал Энди Ларкин, — здесь спиритический сеанс, а не кухонная склока.
— Как она умерла? — спросил Джим Новак.
— Говорят, она упала со скалы, что позади дома, — сказал Хью
Таненбаум.
— Она упала, — подтвердила Дженнифер. — Я помню, в газетах
писали, что это несчастный случай.
— Упала или ее столкнули? — настойчиво допытывался Энди
драматическим шепотом.
— Мы этого никогда не узнаем. Никого из нас здесь тогда не было, —
сказал Конар.
— Я был, — объявил Дрю.
— Если вы намерены всю ночь болтать, давайте, я принесу что-нибудь
выпить, — предложил Джей Браден.
— Не разбегайтесь, дети мои. Сделаем все, как полагается, или оставим
эту затею, — распорядился Джим Новак.
— Так она упала, или ее столкнули? — стоял на своем Энди.
— В конце концов, можно мне что-нибудь выпить? — снова подал голос
Джей.
— Джей, мы не должны разнимать руки, — напомнила ему Серина.
— Селия Марстон. Упала она, или ее столкнули? — Джим Новак
повторил вопрос Энди.
— Не знаю, я слышал только ее крик, — интригующе объявил
Дрю. — А потом... она уже оказалась на дне каньона.
— Наверное, это была сумасшедшая ночь, все напились, и одному Богу
известно, что тут творилось. Скорее всего она упала, — сказал Конар так
резко, что за столом воцарилась тишина.
Он все еще видел другое тело, лежащее внизу на камнях.
— У нас ведь спиритический сеанс, правда? — беспечно сказала Эбби,
взглянув на Конара, и улыбнулась так, словно у них была общая тайна. —
Пусть Дрю вызовет дух Селии, и мы ее спросим.
— Отлично. Тогда сосредоточьтесь. Прислушайтесь к той тишине, что вас
окружает. Слушайте мир, ночь... — монотонно говорил Дрю.
Свет, идущий от бассейна, проникал в дом и отбрасывал на стены причудливые
зыбкие тени. Луна поднялась высоко, по воде бежала серебристая дорожка.
Пальмы клонились на ветру и трепетали, шелестя огромными резными листьями.
— Держите друг друга за руки, — тихо напомнил Дрю.
— Держим, — за всех ответила Серина.
— Закройте глаза и сосредоточьтесь. Селия... Ceлия Марстон, —
нараспев произнес Дрю. — Много лет назад ты вышла из-за этого самого
стола, за которым теперь собрались мы. Ты была молода, красива, весь мир
лежал у твоих ног. В ту ночь ты покинула этот дом и отправилась... навстречу
смерти. Мы пришли помочь тебе, Селия, раскрыть эту тайну. Отзовись, дай
знак, что ты здесь, с нами...
По комнате пронесся ветер, что-то с глухим стуком упало на пол. Занавески
взлетели к потолку и затрепетали, как темные крылья.
С противоположной стороны стола раздался пронзительный вопль.
— Что случилось? — закричала Дженнифер, вскакивая на ноги.
— Энди Ларкин, — в гневе вопила Серина, — убери свои лапы с
моей...
— Серина, я не...
— Скотина!
— Послушайте, — вмешался Джо Пенни. — Все шло отлично. Чего
стоит один этот ветер! Надо было заснять все на пленку. Серина,
перестань, — увещевал он разбушевавшуюся женщину. — Ведь вы были
женаты, что такого, если он немного тебя...
Серина застонала:
— Джо, ты действительно не соображаешь, что за гнусность ты только что
сказал?
— Дорогая...
— Отстань.
Конар поднялся, собираясь включить свет.
Вдруг снова послышался леденящий душу крик. Все похолодели. В распахнутых
дверях возникла фигура, силуэт ее колебался в неверном чередовании света и
тени. Она стояла, молча взирая на собравшихся. Как по заказу сверкнула
молния, прорезав ночное небо.
Тень не исчезла.
Безмолвно и сурово она смотрела на них, словно явилась из глубин
преисподней.
— Костлявая... Черт, я же говорил, надо выпить! — прошептал Джей
Браден.
Келли ахнула.
Молния снова расколола небо, но тень осталась на месте. Мрачная, огромная и
зловещая, она наблюдала и ждала...
— Она вернулась, — прошептала Вера, — она вернулась.
— Кто... кто?.. — заикаясь начала Келли.
— Кто вернулся? — спросила Серина.
— О Господи! — истерически вскрикнула Вера. Вскочив, она прижала
руки к горлу. — Какой ужас... Вы вызвали смерть!
— Черт побери, что здесь происходит? — раздался низкий голос.
Тень шагнула вперед.
Глава 7
Дрю Паркер бросился к рухнувшей в кресло Вере. Конар, пробормотав проклятие,
направился к выключателю. Яркий свет залил комнату.
— Все в порядке? Что здесь творится, черт побери? — повторил
призрак
, он же Лайам Мерфи, стоя в проеме дверей, ведущих в патио.
Все дело в его плаще, догадалась Дженнифер. Широкий и свободный, он создавал
в темноте иллюзию жуткой призрачной фигуры.
— Лайам, — выдохнула Эбби.
Она оставалась спокойной и рассудительной, в отличие от Веры, которая с
пунцовым лицом и закрытыми глазами полулежала в кресле, наслаждаясь тем, что
все хлопочут вокруг нее. Келли побежала за водой, Дрю обмахивал ее платком.
— Я постучал в парадную дверь, но, кажется, меня никто не услышал.
Поэтому я обошел дом вокруг и, увидев распахнутую дверь, намеревался войти.
Вот и все. Так что это здесь происходит? — требовательно спросил он.
— Спиритический сеанс, — пояснила Серина, не сводя глаз с вновь
прибывшего.
— А вы, собственно, кто? — спросил Джей.
— Не волнуйтесь, — сказала Эбби с усмешкой, — он не актер.
— Полицейский, — предположил Энди.
— Это детектив Мерфи, — подтвердила Дженнифер.
— Господи, — воскликнул Хью Таненбаум, — надеюсь, вы не
обнаружили очередной труп?
Лайам улыбнулся.
— Нет, — мягко сказал он.
Энди Ларкин поднялся и подошел к нему.
— Хэлло, детектив. Я Энди Ларкин, продюсер и актер в сериале
Долина
Валентайнов
. Наверное, смотрите иногда? Если вам понадобится подработать,
для хорошего полицейского всегда найдется роль в нашем фильме. Кто-нибудь
хочет выпить?
— Черт! Конечно! — отозвался Джо Пенни.
Вся компания поднялась из-за стола и направилась к бару.
Еда была восхитительна. Эбби составила меню, Эдгар отдал соответствующие
распоряжения, прислуга сделала все остальное. Здесь соседствовали
разнообразные овощные блюда, специально предназначенные для вегетарианцев,
традиционные японские суши, фаршированные яйца, куриные крылышки под острым
соусом, несколько видов макарон, пирожные, фрукты.
Дженнифер, готовя напитки для гостей, старалась держаться поближе к матери,
которая, словно королева, восседала в большом кресле посреди кабинета.
Хью Таненбаум пытался уговорить Эбби сниматься в его фильме.
— Не роль, а сокровище, Эбби. Ты так прекрасна, так великолепна.
— ...и так не готова к подобным эскападам в данный момент, —
вежливо возразила Эбби.
— Ты такая же упрямая, как и твоя дочь.
Эбби взглянула на Дженнифер:
— Хью предлагал тебе роль?
— Угу-у, — неопределенно протянула Джен.
— Вы вдвоем в одном фильме... Вы ведь никогда вместе не
снимались? — не унимался Хью.
— Послушай, — запротестовал Джо Пенни, — если Эбби и будет
еще работать, то у меня.
— Ты делаешь
мыльные оперы
, а я — настоящее кино.
— Ты хочешь сказать, что ты художник, а я нет? — вспылил Джо.
— Я этого не говорил. Фильм снять даже легче. Эбби будет проще работать
со мной, если она вдруг плохо себя почувствует.
Энди Ларкин протестующе покачал головой.
— Мы сделаем для Эбби что угодно.
— Знаете, у меня есть сценаристы, которые могут все, — заметил
Хью.
— Прошу прощения, — откашлялся Даг и поднял свой стакан, —
действительно, у них есть сценарист, который умудряется возвращать к жизни
бедняг, побывавших в утробе акулы!
Смех, прозвучавший в ответ на его слова, разрядил возникшее было напряжение.
— Знаешь, я восхищаюсь твоей работой, — сказал Джо Пенни,
повернувшись к Хью. — Я пошлю своего сценариста поучиться у вас, как
делать настоящее кино.
Хью поднял свой стакан, приветствуя Джо.
— За вас, друзья! Ваша
мыльная опера
лучше всех.
— Ну что, слышали?! — воскликнул Дрю и зааплодировал.
— Мы просто не что иное, как Общество восхищения друг другом, —
пробормотала Дженнифер, кладя лед в стакан Хью Таненбаума.
Она подняла глаза. Конар стоял, облокотившись на каминную полку. Он
наблюдает за ней, сообразила Дженнифер.
За ней...
И за Эбби.
— Ты разбогател благодаря своим фильмам, — говорил Джо Пенни
Таненбауму. — И должен радоваться.
Хью, улыбнувшись, пожал плечами:
— Да. Но все меняется. Мы с Эбби помним времена, когда были великие
режиссеры, когда актеры играли, а не прятались за спецэффекты. Величайшие
режиссеры... заставляли вас волноваться... создавали ощущение страха,
тревоги... из ничего, можно сказать, из воздуха.
— Спецэффекты могут способствовать занимательности фильма, —
услышала Дженнифер собственное возражение.
Джо кивнул:
— Да, есть выдающиеся фильмы, построенные на спецэффектах. Но вспомни
старый фильм
Призраки
с Джули Харрис и Клэр Блум. Ничего не происходит.
Совершенно ничего. Только несколько раз хлопнули двери. И создается
атмосфера тревоги и неопределенности. Потрясающе! Ведь это страшный фильм,
очень страшный.
— Реализуется то, что заложено в воображении зрителя, — сказал
Конар. — Нет ничего ужаснее того, что может нарисовать воображение. Ты
это хотел сказать?
— Именно, — согласился Джо.
В противоположном углу комнаты Лайам Мерфи пробормотал:
— Существуют реальные страхи, леди и джентльмены.
— Конечно, — ответил Конар. Он пересек комнату и поставил стакан
на стойку бара, не обращая внимания на Дженнифер. — Реальные... и
воображаемые... И ты, Хью, и ты, Джо... вы оба одержимы фильмами Хичкока.
— Мы восхищаемся им, — ответил Джо, поглядывая на Хью в поисках
поддержки, словно оба они, отчаянно спорившие несколькими минутами раньше,
вдруг стали лучшими друзьями.
— Что до психологического нагнетания страха, — продолжал
Конар, — вспомните знаменитую хичкоковскую сцену в душе. Нож так и не
коснулся Джанет Ли. Мы видели нож, видели ее лицо, блеснувшее лезвие, тень
убийцы. Но результат был весьма реален. Ее зарезали.
— В сущности, для создания такого эффекта не нужны реки крови.
— Согласен. Хичкок — великий мастер кино, — сказал Конар. Он
посмотрел на Джо. — Но зачем нам повторять его? Нужно искать что-то
новое. Особенно в сериалах.
— В сериалах тоже может быть атмосфера тревоги и напряженного
ожидания, — запротестовал Джо.
— Слава Богу, я снимаю не сериалы, а кинофильмы, — пробормотал
Хью. — Эбби, не сомневаюсь, со временем ты согласишься. Мы перепишем
сценарий для тебя. И для Дженнифер. И чем черт не шутит, может быть,
уговорим сниматься и Конара. Это станет событием века.
— Конар не захочет, — сказал Энди Ларкин.
— Кто знает? — пожал плечами Конар. — Если Эбби и Дженнифер
согласятся...
— Будет настоящее семейное дело, — пробормотал Дрю Паркер.
— Извините меня, — вступила в разговор Эбби. — Я так рада,
что вы все пришли. Я чудесно провела время, но...
Конар мгновенно оказался рядом с ней.
— Позволь мне помочь тебе, мама, — быстро сказала Дженнифер, выйдя
из-за стойки.
Конар уже держал Эбби под руку, и Дженнифер заметила, как дрожит рука
матери. Эбби оставалась с гостями чуть дольше, чем следовало.
— Нет, Дженни. Конар проводит меня.
Дженнифер неохотно подчинилась. Эбби поцеловала дочь в щеку.
— Доброй ночи, мама.
— Доброй ночи всем. Еще раз спасибо за то, что пришли.
И Эбби удалилась в сопровождении Конара с таким видом, словно только что
получила
Оскара
.
— Дженнифер, — окликнул Хью Таненбаум.
— Что?
— Эбби прекрасно выглядит.
...Закладка в соц.сетях
