Жанр: Любовные романы
Летняя буря
..., умыться и подмазать губы. Для Джеймса это
сошло бы. Но, стоя перед зеркалом и пытаясь левой рукой расчесать волосы,
она передумала. Для Джеймса специально одеваться не стоит, а вот назло этому
чудовищу в доме напротив — да!
Пусть поревнует!
Чарли переоделась в облегающий голубой свитер и короткую, до середины бедер,
юбку, попробовала сделать высокую прическу, но с одной рукой у нее ничего не
получилось. Разозлившись, она оставила эти попытки и дала кудрям упасть
самым естественным образом.
Джеймс уже проявлял нетерпение, хотя Чарли приводила себя в порядок всего
три четверти часа. Она дала ему маленькое ожерелье из жемчуга — подарок
бабушки — и попросила застегнуть.
— Ну и ну! Мы что, собираемся в увеселительное заведение?
— Да нет, — заверила его Чарли. — Это приятное местечко, вполне
приличное. Ты что, не можешь застегнуть?
— В свое время я перезастегивал их тысячи, — похвастался Джеймс, но тут
же поостыл и, застегнув наконец ожерелье, добавил:
— У меня такое впечатление, что наряжаешься ты не для меня.
— Не выдумывай. — Чарли взяла его за руку.
В соседнем доме как раз хлопнула дверь — это выпустили Сэма.
— Идем? — спросила она.
— А не рано ли для обеда?
— О Господи, нет. Мы должны успеть засветло.
Джеймс снова недоверчиво на нее посмотрел.
— Что это за ресторан, где обедают при дневном свете?
— Да нет же, — возразила Чарли, — просто.., с мостом вечные сложности,
и еще нет уличного освещения, поэтому я хочу спокойно добраться обратно.
Понял наконец?
— Думаю, что понял.
Она потянула его к двери, а когда они вышли, с грохотом захлопнула ее
здоровой рукой. Сэм рыл носом землю у своего заднего крыльца, но, услыхав
стук, взвизгнул и потрусил к ограде.
— Дверь заело? — спросил Джеймс. А Чарли снова схватила его за руку и потащила к той же ограде.
— Покоробилась от дождя, — объяснила она.
Сэм внимательно следил за ними и, чтобы не упустить Чарли, стремительно
кинулся к ним и чуть не сбил их с ног.
— Что это?.. — Джеймс в страхе спрятался за Чарли. — Что это такое?
У Джеймса действительно были причины для беспокойства. Считая себя
полноправным собственником Чарли, Сэм быстро сообразил, что его подружка
идет куда-то с другим мужчиной, встал в стойку пойнтера, почти уткнувшись
плоским рылом в бедро Джеймсу, заворчал и захрюкал, а так как Джеймс
продолжал стоять на месте, Сэм начал яростно визжать.
— Ну-ну. — Джеймс все же отошел назад. У Фила хлопнула дверь. Очень
кстати, подумала Чарли и отошла в сторону, чтобы Джеймса было видно из
соседнего дома.
— Не обращай внимания, — успокаивала она своего агента. — Это Сэм,
карликовая свинья.
— Какой же он карлик, скорее, огромный боров. Ты только взгляни на эти
клыки! Злющий, должно быть.
— Он играет, — заверила Чарли, — Сэм и младенца не тронет.
— Младенцы меня не волнуют, — сердито ответил Джеймс. — А как он
относится к взрослым?
Сэм внимательно слушал. Слов он не понимал, но тон разговора улавливал. Этот
пижон не должен увиваться вокруг Чарли! Атмосфера все накалялась: Сэм
попытался встать на задние ноги, для чего положил передние на брючный ремень
Джеймса, и, чтобы нагнать на него побольше страха, отчаянно завизжал. Джеймс
в ужасе отпрянул и снова спрятался за Чарли. Для Сэма это был сигнал начала
охоты. Издав злобный рык, он кинулся на Джеймса.
— Назад, Сэм! — Приказ исходил от подошедшего Фила Этмора.
Свинья замерла, а Фил уставился на троицу и так покраснел, что Чарли со
злорадством подумала, не хватит ли его удар. Она сделала шаг к нему,
вздохнула и, задержав дыхание, выпятила вперед грудь. Внимание Фила, вне
всякого сомнения, было приковано к тому, что мерцало у нее на шее, и это
явно ему не нравилось. К сожалению, Чарли не могла долго задерживать
дыхание, пришлось прекратить демонстрацию ожерелья. С невинным видом она
улыбнулась.
— Джеймс, познакомься, это мистер Этмор, мой сосед. А это его домашняя
свинья Сэм.
— Рад познакомиться, — Джеймс протянул руку, но Фил засунул обе руки в
карманы брюк и не выразил никакого желания обменяться рукопожатием. Сэм
почувствовал, куда ветер дует, уселся на толстый зад и завизжал.
Добившись желаемого эффекта, Чарли подхватила Джеймса под руку и потянула к
машине, которую он оставил на дороге.
— Не очень-то приятный парень, — сказал Джеймс, когда они отошли.
— Да, — неестественно громко ответила Чарли, — собака на сене и брюзга.
— Не собака, а свинья, — поправил ее Джеймс.
— Браво! — Чарли деланно засмеялась. — И весьма вздорный сосед.
— На острове только два дома?
— Только два, — печально подтвердила она. — Боюсь, что кому-то из нас
двоих придется съехать.
— Тебе может понадобиться хороший юрист, знающий местные законы. У
моего брата юридическая контора на Юнион-стрит. Вот его визитная карточка.
Скажешь, что от меня, он сделает тебе скидку.
Джеймс усадил Чарли в машину, взятую напрокат, сам сел за руль. Чарли
чувствовала, что игра удалась, и решила еще подлить масла в огонь
нагнувшись, она чмокнула Джеймса в щеку, а когда они отъехали, помахала Филу
из окна. На редкость удачный вечер, сказала она себе. Съел, чудовище?
Глава 7
На следующее утро Чарли проснулась рано — храп Джеймса сотрясал весь дом.
Ужин в ресторане оказался весьма посредственным — много вина сомнительного
качества, а обслуживание оставляло желать лучшего. По дороге домой Джеймс
пытался к ней приставать. Она же чувствовала стыд, а не злобу, так как сама
использовала его в своих целях. Поэтому вместо того, чтобы дать ему
пощечину, Чарли сняла его руку со своего плеча и отодвинулась в угол машины.
Уже дома Джеймс захотел выпить кофе. Чарли пожалела, что оставила его
ночевать, но делать было нечего, раз пригласила. Хотелось выспаться, поэтому
она добавила ему в кофе хорошую порцию бренди, и Серый Волк провел ночь на
диване, словно маленькая безобидная овечка.
Впрочем, из этой ситуации можно было еще кое-что извлечь. Она проснулась
раньше Джеймса и, оставаясь в ночной рубашке, приготовила ему на завтрак
гренки, кофе и апельсиновый сок. Рубашка доходила ей до лодыжек и совершенно
не просвечивала, но издали выглядела вполне сексуально.
— Я совсем не спешу, — удивился Джеймс, когда Чарли буквально запихала
в него завтрак и выставила за дверь.
Сэм, ранняя пташка, уже поджидал снаружи.
— Отойди, Сэм, — было ему приказано, и свинья неохотно отодвинулась.
Джеймсу казалось, что у него что-то не в порядке и с глазами и с головой.
Неужели две порции бренди так на него подействовали, недоумевала Чарли,
хотя, конечно, она не поскупилась. Чарли подставила Джеймсу свое хрупкое
плечико и помогла ему дойти до машины. Краем глаза она заметила подрагивания
тюлевой шторы в окне гостиной Фила.
Когда Джеймс, мечтая поскорее выпить что-нибудь от головной боли, уехал,
Чарли постояла немного на дороге, затем повернулась к дому Фила и с
наслаждением потянулась. Занавеска опустилась.
Съел?
— пробормотала она и
пошагала к своему дому. Захлопнув за собой дверь, она вдруг без всякой
видимой причины заплакала.
Чарли, не раздеваясь, лежала на кровати, когда боковая дверь задрожала так,
словно ее в третий раз пытался взять штурмом Серый Волк. Потерпев это пять
минут, она подошла к двери, чихнув, вытерла бумажной салфеткой глаза и
крикнула:
— Уходи, ты, умник! Твой дом рядом, а не здесь!
Но в дверь продолжали барабанить.
— Понятно, почему последняя экономка сбежала от него, — пробурчала
Чарли и принесла из кухни метлу. Держа ее наготове под мышкой, она щелкнула
замком, и дверь распахнулась — на пороге стоял не Сэм, а его хозяин. —
Какого черта вам тут надо? — Он выглядел очень решительно, и Чарли отступила
на пару шагов. Не подходите, — предупредила она.
Он остановился, опершись на косяк раздвижной двери, и постарался придать
лицу приятное выражение.
— Что вам нужно? Только попробуйте войти, я вас тресну метлой, —
прошипела Чарли. Последнее слово он точно услышал.
— Я зашел запросто, по-соседски. А метлой вы подметаете или это ваше
помело?
— Это называется
по-соседски
? — Чарли бросила на него свирепый
взгляд. Пряди рыжих волос упали ей на лицо, и она опустила метлу, чтобы
откинуть волосы. — Сначала вы оскорбляете меня, потом калечите, из-за вас я
лишилась средств к существованию, а теперь вы обзываете меня ведьмой. Вы
ведь это имели в виду, да? Ведьмой? — С каждой новой фразой голос ее звучал
все пронзительней, пока от возмущения не сорвался на поистине сатанинский
вопль.
— Успокойтесь, — сказал Фил. — Давайте все начнем сначала.
— Лучше не будет, — огрызнулась она, — хотя и так хуже некуда.
Он согласно кивнул, затем постучал в уже открытую дверь.
Господи, вздохнула Чарли, стоит только посмотреть на его ручищи. Он и
вправду может стереть меня в порошок или придушить, если я не пойду на
мировую. Она покраснела, он это заметил и расплылся в довольной улыбке.
— Ну так скажите что-нибудь, — предложила Чарли.
— Привет. Как поживаете?
— Как загнанная кляча, — резко ответила она. — Ваш проклятый любимец
думает, что я нанялась обеспечивать ему четырехразовое питание. У вас что,
нет в доме женщины, которая могла бы смотреть за ним?
— Но вы сами посадили Сэма на диету, — невинно заметил Фил тоном змия-
искусителя.
— Значит, я виновата? Я подаю в отставку, мистер Этмор. Сами заботьтесь
о своем дурачке. На этом острове явно не хватает места для нас двоих, не
говоря о вашей свинье!
Левая ладонь у нее машинально сжалась в кулак, но размахнуться она не
решилась — еще стукну его, и будут сломаны обе руки.
— Я пришел с протестом, мисс Макеннали. Разве вы не знаете, что по
закону штата нельзя ловить и держать в клетке диких птиц?
— Нет, не знала, так как плохо училась в музыкальной школе. О ком, то есть о чем, вы говорите?
— Это понятно, мэм. У вас за дверью стоит клетка, а в клетке —
серебристая чайка. Не сама же она туда залетела!
— Мэм? Я вам не матушка, черт возьми!
— Прошу прощения — вы очень изменились, — печально сказал Фил. — У вас
появилась седина и морщины под глазами. Вы быстро стареете, леди! Эй, куда
же вы?
Но Чарли Макеннали понеслась к большому зеркалу в спальне. Внимательно
изучив себя, она вернулась, закипая от гнева.
— Вранье! Даже мать не может любить такого сына, как вы!
— А как быть с чайкой? — с деланным простодушием спросил Фил.
— Не валите все на меня, вы... Я ведь вам говорила, что у нее сломано
крыло, поэтому я отвезла ее к ветеринару наложить шину! А вы что делаете?
Разорались, как ребенок, у которого сломалась игрушка. У птицы повреждено
крыло, и она пробудет здесь, пока ей не станет лучше. Вы все записали? Если
вам нужно позвонить в полицию — пожалуйста. — Чарли отошла в сторону и
жестом пригласила его войти.
— Ну уж нет. Я могу попасть в ловушку, вы попытаетесь скомпрометировать
меня или еще что-нибудь придумаете. Моя мать предупреждала меня о таких
девушках, как вы.
— Не сомневаюсь. Вы получили обратно свое кольцо? Я опустила его в
почтовый ящик!
— Я начинаю верить, что вы действительно были у ветеринара и я зря тут
шумел. Допускаю, я немного погорячился, но вы это заслужили! Можно было
предупредить кого-нибудь, а не исчезать неизвестно куда. Пойдемте ко мне,
Чарли. Я вас прощаю, забудем все, идет?
— Вы прощаете меня?! Да вы с ума сошли — у вас размягчение мозгов от
рыбьего жира. Я постараюсь все забыть, только если вы уедете отсюда. Я
слышала, что в Паго-Паго есть прекрасные дома. До свидания.
— Хватит, Чарли. У вас давление повысится. Черт возьми, вы прекрасно
знаете, что сами не справитесь. Что вы ели на завтрак?
— Тосты. Я приготовила три, но ваш проклятый.., ваше животное один
съело.
— А сок, а кофе, а яйца? Что это за еда для молодого организма? Только
взгляните на себя! Вы похудели по крайней мере на пять фунтов. И именно там,
где не следует. — Это Фил сказал, уже пройдя на кухню. Он похлопал Чарли по
бедрам. — Посмотрите, вот здесь не хватает пяти фунтов, а здесь... — его
руки потянулись кверху.
— Да как вы смеете! — Чарли попятилась, забыв, что сзади стоит
скамеечка для ног. Споткнувшись о скамейку, она с грохотом села на пол и
застонала от боли:
— Что вы наделали!
Чарли приказала себе не плакать. Этот тип больше не увидит ее слез!
— Помогите же мне! — Чарли сердито взглянула на Фила, осторожно
ощупывая место, которым она приземлилась.
— Ну уж нет, — сказал Фил, — вы еще ударите меня. Почему бы вам,
милочка, не стать на четвереньки, а уже потом подняться?
— Вы ужасно заботливы. — У Чарли перехватило дыхание, когда она
попыталась последовать его совету. — О Господи, колено!
Он опустился около нее и прекратил все свои подтрунивания, потом нежно
ощупал ее колено. У них в Гарварде, наверное, был специальный курс по
лечению колен, подумала Чарли, но вслух ничего не сказала — так ей были
приятны его прикосновения.
— Какое-то время вы не сможете наступать на ногу, — заключил Фил. — Я
ведь говорил, что вам одной не справиться.
— Глупости, — сердито ответила Чарли, — вы сами во всем виноваты.
— Может, вы расскажете, кто этот мужчина, с которым вы гуляли вчера
вечером?
Так я и знала, решила про себя Чарли, он наблюдал из окна, я видела, как
шевелилась занавеска. Ничего ему не скажу, просто буду глядеть на него с
надменностью и молчать.
— Какой у вас недоступный вид. — Фил рассмеялся. — А вы не хотите
рассказать, почему пригласили его провести у себя ночь?
— Так вы и это заметили? Пожалуйста, уходите.
— Что ж, глупости я от отца не унаследовал, — печально заметил Фил.
Ясно, что я вам не нравлюсь, и вы совершенно определенно попросили меня
удалиться. Вам наплевать на мое к вам расположение. В помощи вы не
нуждаетесь. И скорее ляжете в постель с коммивояжером, чем проведете время с
таким приятным парнем, как я. Мне все понятно. До свидания, мисс Макеннали.
Фил выпрямился во весь свой огромный рост, отряхнул брюки и посмотрел на нее
сверху вниз.
— Все именно так и есть, — согласилась Чарли, а про себя подумала:
Уж
очень хочется надуть тебя
.
Перепалка оставила у нее неприятный осадок, хотя главным злодеем в этом
спектакле был он, а не она. Фил со скорбной улыбкой направился к двери, а
Чарли раскачивалась из стороны в сторону, пытаясь встать, но боль в колене
не позволяла, и она с трудом удерживалась от крика. Когда она все же
решилась подняться на обе ноги, то даже испугалась — настолько острой
оказалась боль. Шлепнувшись на ближайший стул, Чарли закричала:
— Фил! Мистер Этмор!
Дверь шумно отворилась, и с серьезным видом появился Фил.
Вы только посмотрите на него, преодолевая приступы боли, сказала про себя
Чарли, стоит как ни в чем не бывало!
— Вы звали меня?
Только бы не заплакать! Чарли прилагала героические усилия, чтобы он не
увидел ни единой ее слезинки, иначе все пропало. Для виду чихнув, она
вытерла кулаком глаза и как можно непринужденнее сказала:
— Мистер Этмор, я, кажется, не могу ходить.
— Плохо. — Никакого намека на жалость или внимание с его стороны. —
Если хотите, я вызову
скорую помощь
.
— Нет, я не хочу никакой
скорой помощи
! — с раздражением ответила
Чарли. Она убрала упавшие на глаза волосы и с опаской изучала его лицо.
— Понятно. Может, вы все же были не правы? Вам ведь нужна моя помощь? А
я вовсе не такой плохой, как вам показалось.
Чарли чуть не задохнулась от злости. Хватит с нее того, что он оказался
прав, но признать это было выше ее сил. К сожалению, выхода не оставалось,
всю ночь на стуле не просидишь. На безрыбье и рак рыба.
— Я.., возможно, немного вспылила, — выдавши из себя Чарли.
— Возможно?
Охваченная порывом ярости, она не заметила легкой иронии в его голосе и
пробормотала:
— Я была не права, совсем не права. И мне нужна ваша помощь.
Если ты скажешь еще хоть слово, Фил Этмор, я тебя убью, подумала она. И он,
наверное, прочел ее мысли, потому что, ничего не сказав, нагнулся, поднял ее
и поудобней устроил у себя на руках. Молчи, уговаривала себя Чарли, хотя он
так крепко прижал ее, что она грудью чувствовала его железные мускулы.
Только не вздумай сказать, что ты не так уж и похудела, как ему кажется. Ни
слова!
Они пересекли лужайку, миновали цепную ограду и обошли дом сбоку. Фил ногой
постучал в дверь. Долго не открывали, наконец на пороге появилась Эмилия.
— Филип! Что случилось?
Отчего я ненавижу даже ее голос? — спросила себя Чарли. Он немного
пронзительный, но это улавливает только тренированное ухо музыканта. К тому
же слишком тощая, а мужчины любят миловидных, таких, как я. Как я? Да уж!
— У Чарли снова несчастье. — Фил прошел мимо Эмилии в гостиную,
осторожно опустил Чарли на диван и положил ее ноги повыше, на мягкие
подушки.
Неизвестно откуда появился Сэм и засопел у ее ног.
— Снова несчастный случай? Да это дитя просто жить не может без них,
так что, Филип, держись от нее подальше.
— Спасибо, Эмилия. Это не заразно. Ответ Фила прозвучал саркастически,
во всяком случае, Чарли этого хотелось, и она это услышала.
А пока что добрый сэр Галахад задрал ей юбку и явно переусердствовал. Чарли
попыталась опустить юбку пониже, но он отвел ее руку и строго сказал:
— Я должен посмотреть, в чем там дело. Вы думаете, я женских ног не
видел?
Эмилия захихикала, а Чарли сделалась багрово-красной и промямлила:
— Но ведь колено намного ниже. А у меня колено болит.
Все ее попытки опустить юбку ни к чему не привели — он их тут же пресекал.
— Колено распухло, — заявил Фил, — надо положить лед. Где еще болит?
Ему меня не провести, подумала Чарли. Если я скажу, где еще больно, он
захочет и туда положить лед... Ну нет, мистер Этмор.
— Больше нигде, — вздохнула она. Он недоверчиво посмотрел на Чарли.
— Честное слово, я нигде больше не ушиблась.
— Понятно, — фыркнул Фил, — вы скорее останетесь со сломанной спиной,
чем обратитесь ко мне за помощью. Эмилия, побудь с ней, пока я найду лед.
Или лучше я позову миссис Сатерленд.
— Она уехала, — тоскливо отозвалась Эмилия, — полчаса тому назад. Я не
против помочь тебе, Фил, сделаю все, что ты попросишь.
Оба ушли на кухню, и Эмилия при этом держала Фила за руку.
— Сделаю все, что ты попросишь, — передразнила Чарли тонкий, приторно-
сладкий голосок Эмилии. — Буду целовать твои босые ноги!
А я размозжу тебе череп лопатой! Чарли вдруг застонала. Ей очень хотелось
быть на месте Эмилии. В игре с Филом она зашла слишком далеко и начинала это
понимать. Он действительно хороший. Ну, может, не совсем, но.., и не плохой.
Можно сказать, даже приятный. И уж слишком хорош для всяких там Эмилий! А
был бы еще лучше, если бы выбрал в жены Шарлотту! В жены? Да она с ума
сошла! Чарли снова застонала. Тут появилась Эмилия, держа в руке пакет со
льдом и полотенце.
— Льда у нас оказалось мало, — радостно объявила белокурая красавица и,
схватив Чарли за больную ногу, подсунула под нее полотенце. — Фил поехал в
город за льдом.
— Господи, — охнула Чарли. Боль накатывала на нее волнами. — Я,
кажется, не кусок мяса.
— Разве? — Снова хихиканье, от которого Чарли заскрежетала зубами.
Растаявший лед может испортить Филипу этот красивый диван. — Эмилия шлепнула
пакет со льдом на ушибленное колено Чарли, явно не стараясь быть осторожнее.
— И вы, конечно, этого не допустите, — пробормотала Чарли и добавила
еще несколько слов на трех из шести известных ей языков.
Было ясно, что лингвистические познания Эмилии весьма ограниченны. Она
улыбнулась и отошла от дивана, спросив:
— Так хорошо?
— Прекрасно.
— Послушайте, мисс Макеннали, вы зря теряете время, только все кости
себе переломаете.
— Вы так думаете? — Чарли застонала, пытаясь хоть немного изменить
позу.
Эмилия же улыбалась, словно вся эта ситуация доставляла ей удовольствие:
— Судите сами: вам удалось привлечь его внимание, сломав себе палец, но
не надолго, хотя вы до сих пор с повязкой. Поэтому, когда вы увидели, что он
снова потянулся ко мне, вы ломаете ногу. — Сидя в кресле, Эмилия нагнулась
вперед и перестала улыбаться. — Что еще вы намерены сломать, когда и этот
номер не пройдет?
— Ах, вот оно что! Оказывается, Филип принадлежит вам, а я и не знала.
— Конечно. Вы не связаны с семьей Этморов столько лет, сколько я. Мы с
Филом детьми купались в одной ванночке.
Возможно, и теперь купаетесь, мрачно подумала Чарли. Или спите вместе, или
душ принимаете. Что со мной? Это какое-то сумасшествие. Я знаю, что сломаю в
следующий раз — шею Эмилии. Это станет вкладом в мировую культуру. Если бы
не воспитание, я бы плюнула в нее!
— Я и не знала, — сказала она, — у вас, наверное, было счастливое
детство. Завидую.
— Нам стоит позавидовать. Смотрите. Взгляд Чарли буквально приковался к
левой руке Эмилии, на которой сверкало чудесное кольцо. Чарли тут же его
узнала — это было то самое кольцо, что она носила, притворяясь помолвленной
с Филипом, и в порыве ярости бросила в его почтовый ящик. А как приятно было
чувствовать его на пальце! Чарли раньше никогда не носила колец — скрипачам
хорошо платили, но не настолько, чтобы покупать такие драгоценности. К
старости она могла бы скопить на кольцо, но тогда оно ей уже будет не нужно.
Чарли уставилась на Эмилию, надеясь, что та уйдет.
Но жизнерадостная Эмилия и не собиралась покидать сцену. Напротив, она
подвинула кресло поближе и устроилась прямо под носом у Чарли, а той было
некуда деваться. К тому же в руках у Эмилии появилось опасное оружие — две
вязальные спицы, — и она принялась за дело. Ничего себе, подумала Чарли, а я
и пуговицы не пришью. Придется, видно, наслаждаться этим милым домашним
уютом до прихода Фила.
— Знаете, — пальцы Эмилии так и мелькали, — мы с Филом родились в один
и тот же год, но я на месяц раньше.
— Да?
— О, по этому поводу у нас есть даже шутки, семейное развлечение. Раз в
году целый месяц я бываю старше его на год!
— Очень занятно. А ему это не мешает? Я имею в виду: любить женщину,
которая старше его?
Спицы замерли.
— Это семейная шутка, — сказала Эмилия с кислым видом. — Вам не понять.
В семьях массачусетской элиты любят невинные розыгрыши — это укрепляет
отношения.
— Понятно, — ответила Чарли.
Она попробовала повернуться — колено она повредила, это было ясно, но и зад
отбила тоже, малейшее движение причиняло боль. Чарли застонала, а ее
очаровательная собеседница подняла глаза от вязанья и улыбнулась:
— Божья кара.
— Вас никогда не собирались придушить? — спросила Чарли.
— Возможно, когда я была помоложе, — продолжала ее мучительница. — А
потом я вышла замуж и многому научилась от первого мужа. К несчастью, он
разорился, и бедной вдове трудно приходится.
— Не так трудно, как неработающему скрипачу, — с горечью вставила
Чарли. Я бы хотела...
Но тут появилась мать Фила; лучезарно улыбаясь, она спускалась вниз.
— Вот вы где! Я только что написала мужу — он очень обрадуется.
— О том, что Филип ссудит вас деньгами? — У Эмилии был вид человека, у
которого из-под носа стащили кусок пирога.
— Именно. — Миссис Этмор ликовала. — Конечно, это сделка: Филип пошлет
туда своего аудитора и архитектора. Но там все в порядке, и ему не о чем
беспокоиться. Правда, чудесно? Я хочу завтра же отправиться на Мальорку.
Поедешь со мной, душечка Эмилия?
— Нет, я, пожалуй, еще задержусь. Нам с
...Закладка в соц.сетях
