Жанр: Любовные романы
Список жертв
...ние социальных программ. Это была весьма нелегкая работа,
особенно когда приходится иметь дело с Эйденом. Старший брат стремится
максимум средств вложить в создание новых отелей.
Отель
Чикаго-Гамильтон
был одним из любимых творений Эйдена, и он
использовал его в качестве образца для остальных предприятий. Обслуживание
клиентов здесь возводилось в ранг священнодействия, штат подбирался со всей
возможной тщательностью, и не было ни одного самого незначительного момента
в функционировании сложного механизма отеля, который не был продуман со всей
тщательностью. Благодаря этому отель
Чикаго-Гамильтон
неизменно — с
момента основания — получал все возможные награды и номинации. Впрочем,
Эйден брал на работу только людей, которые разделяли его убеждения, а потому
все отели отличались безупречным обслуживанием и высочайшим уровнем
персонала.
Риган вошла в офис, и первым, что увидела, была жизнерадостная улыбка ее
помощника. Генри Портман еще учился в колледже, а потому работал неполный
день, но этот молодой афроамериканец имел тело спортсмена, сердце льва и
мозги Билла Гейтса, а потому Риган весьма его ценила.
— Мегера заглядывала, — сообщил он. — Искала вас.
— Мы пересеклись в холле, — улыбнулась Риган. — Она
собирается явиться на десятичасовую встречу и инспектировать меня. Есть еще
хорошие новости?
— Есть и хорошие, и плохие тоже.
— Давай сначала хорошие.
— Материалы для творческих программ в пути, и теперь в списке
получателей на две школы больше, чем раньше. — Генри довольно
ухмылялся. — Еще вам надо подписать шестнадцать писем. Шестнадцать
выпускников школ — все очень умные и достойные ребята — отправятся в
колледж, и обучение не будет стоить им ни копейки.
— Здорово! Знаешь, в такие дни я по-настоящему люблю свою работу.
— Я тоже... Ну, по большей части.
— Ага, похоже, мы добрались до плохих новостей, да? Риган села за
письменный стол и принялась подписывать письма. Генри вкладывал подписанные
бумаги в готовые конверты.
— Сегодня утром возникла проблема... Вообще-то она возникла еще с месяц
назад, но я ничего не стал вам говорить, думал, сам справлюсь. Помните парня
по имени Моррис? Питер Моррис?
— Нет. А что такое?
— Он получил от нас грант, по истечении года прислал новую заявку, а в
повторном гранте вы ему отказали. Это произошло приблизительно месяц назад.
Он немедленно подал еще одну заявку. Решил, что произошла ошибка или он
бланк неправильно заполнил. Парень вбил себе в голову, что нужно просто еще
раз прислать бумажку — и выплата гранта возобновляется автоматически. Потом
он позвонил и спросил, когда будут деньги. И никак не мог поверить, что
выплаты не производятся автоматически каждый год, если ты получил первый
грант. Я ему все объяснил... — Генри покачал головой и закончил: — А через
неделю он звонит снова и говорит, что я не понимаю, что такое автоматически
возобновляемые выплаты.
— Звучит мрачно.
— Не то слово! Мужик меня за... достал, в общем. Я не хотел вас
беспокоить, но он звонит и звонит. А с тех пор как вы вернулись из Рима,
стало просто невыносимо. Может, он решил, что если капать мне на мозги
достаточно часто, то я дам ему деньги, просто чтобы отвязался?
— Ну, раз все так далеко зашло, мне и правда стоит самой с ним
поговорить. Найди для меня его дело, хорошо? Нужно как следует обосновать
причину отказа. Она ведь была, не так ли?
— Да я уже все принес. — Генри указал на одну из папок на
столе. — Могу сэкономить вам время и напомнить, почему вы отказали ему
в дальнейшем финансировании. Он использовал деньги первого гранта не по
назначению. Средства были выделены на закупку мебели и прочего для
социального центра.
— А, теперь я вспомнила.
— Моррис заявил, что он все купил, как и было оговорено. Просто куда-то
подевал чеки.
— А ты что сказал на это?
— Я сказал, что такое бывает и это не страшно, и поинтересовался, когда
мы с вами можем заскочить в центр, чтобы своими глазами увидеть, что именно
там появилось: мебель, оргтехника или ремонт хотя бы... Ох он и
выкручивался! Вы бы послушали это мычание и блеяние! Риган печально покачала
головой:
— Иными словами, он ничего не купил для центра.
— Похоже на то. И мне кажется, парень не понимает, что его ждут,
большие неприятности. Когда его наниматели узнают, что он растратил деньги,
они подадут на него в суд. Я бы подал. — Вздохнув, Генри добавил: — Ну,
про суд я ему говорить не стал.
— Ты не нагрубил ему, надеюсь?
— Не так-то просто быть вежливым, если имеешь дело с таким типом, но я
сумел сдержаться. Ну... не могу сказать, что мы расстались лучшими друзьями,
но я не хамил. Он хочет прийти сюда и поговорить с вами лично. Заверил меня,
что сможет заставить вас передумать.
— Вряд ли.
— Я тоже так думаю... Но это показалось мне странным. Он говорил так,
словно лично знаком с вами или что-то в этом роде. Вообще парень из тех, что
создают проблемы. Не знаю уж, как он смог пройти отбор — обычно бухгалтера
весьма тщательно изучают кандидатов. И еще я думаю, что, если он станет
настаивать или там угрожать, вы обязательно должны сообщить об этом Эйдену.
Генри сразу понял, что этого говорить не стоило: начальница одарила его
таким взглядом, что он сразу стал меньше ростом.
— Я не собираюсь вмешивать братьев в свои дела, Генри. И не будем больше поднимать этот вопрос.
— Слушаюсь, мэм. Не будем.
— Если Моррис станет угрожать, я поставлю в известность службу
безопасности и полицию. И хватит на сегодня разговоров о Питере Моррисе. Вот
держи, я подписала все письма, и теперь их нужно отправить.
Генри собрал конверты и пошел к двери, но Риган окликнула его:
— Да, вот еще что. Распечатай, пожалуйста, записи к сегодняшней
встрече, которые Эйден прислал мне по электронной почте. Это для Эмили,
которая собирается лично контролировать проведение собрания.
— А потом мне придется их относить? — Генри умоляюще смотрел на
своего босса, но Риган хмыкнула и сказала:
— Ты выживешь.
Генри помедлил и нерешительно сказал:
— А вот насчет Эйдена...
— Да?
— Может, я не должен вам этого говорить, но ведь работаю-то я на вас, а
не на вашего брата...
— И что? — Риган с любопытством ждала продолжения.
— Он заходил сюда пару недель назад. Вас не было... и он сказал, что,
если у вас возникнут какие-нибудь проблемы, я должен ему позвонить.
— Эйден обожает нас опекать, — сказала Риган ровным голосом, не
показывая, насколько неприятно ей такое недоверие брата. — У него
своего рода отцовский комплекс по этому поводу.
— Я сказал ему, что у вас нет никаких проблем и вообще у нас все идет
отлично. Ведь так? Мы правда помогаем людям, а именно это имеет значение.
— Ты прав. Только это имеет значение.
Генри уже был за порогом, но вернулся с очередной порцией плохих новостей:
— Забыл еще вот что: на прошлой неделе я застукал тут Мегеру.
— В моем кабинете?! И что она тут делала?
— Мне она заявила, что принесла вам какие-то бумаги. Честно сказать, я
потом перебрал все папки на столе — среди них не было ни одной новой. Мне
кажется, мисс Эмили шпионила... И я думаю, что она лазила в ваш компьютер.
— Ты уверен?
Риган чувствовала, как внутри поднимается злость. Всему есть пределы. Что эта Эмили себе позволяет?
— Практически уверен. Вы ведь всегда выключаете компьютер на ночь,
перед тем как покинуть офис. Я только что пришел, а Мегера уже тут как тут,
и комп в рабочем состоянии. Неприятно, да?
Неприятно — это слишком мягко сказано
, — подумала Риган.
— Думаю, нам стоит теперь запирать на ночь дверь кабинета, —
продолжал Генри. — Просто, чтобы не давать Мегере возможности сунуть
нос куда не надо.
— Для начала мы должны перестать звать Эмили Мегерой. Боюсь, это входит
в привычку и рано или поздно вырвется в разговоре с ней.
Генри ухмыльнулся и передернул плечами, показывая, что он не станет особо
сожалеть, случись такая бестактность.
Риган работала до половины двенадцатого, а затем поднялась в свой номер,
чтобы освежиться и привести себя в порядок.
До ресторанчика
Палмс
было не так уж далеко, и она решила пройтись пешком.
Девушка надеялась, что прогулка поможет ей избавиться от тяжелых мыслей. Не
так-то просто сохранить душевное равновесие, узнав о том, как беззастенчиво
Эмили вторгается в ее жизнь. Да, прогулка на свежем воздухе — именно то, что
нужно. На обратном пути нужно будет зайти к юристам, занести отчеты о
грантах... Да, еще там по дороге будет магазинчик Дикерсона — не забыть
заглянуть и купить флакон лосьона для Софи. Подруга обожает товары именно
этой марки, а ее день рождения уже не за горами. Главный подарок — шикарную
сумку от Прада, которая как-то привела Софи в восторг, — Риган уже
купила. Теперь оставалось наполнить ее всякими приятными вещичками, которые
нравятся подружке. Если останется время, нужно еще забежать в парфюмерный
магазин
Ниман-Маркус
и купить духи от Веры Уонг. Софи в этом сезоне
отказывалась даже нюхать что-то другое.
Риган спустилась вниз, продолжая раздумывать о непростительном и странном
поведении Мегеры, и тут увидела ее саму. Девушка решительно пошла навстречу
мисс Милан.
— Эмили, у вас есть минутка? Мне нужно с вами поговорить.
— Конечно. — На лице Эмили было написано раздражение, которое она даже не пыталась скрыть.
— Генри сказал, что вы на прошлой неделе заходили ко мне в кабинет рано
утром, когда там никого не было.
— Да, — равнодушно ответила Эмили, и Риган была безмерно удивлена
ее невозмутимостью. Почему-то она ожидала, что Эмили станет отрицать факт
вторжения.
— А что именно вам понадобилось в моем кабинете?
— Я приносила вам бумаги.
— Почему вы не отдали их Генри или не оставили папку на его столе в
приемной?
— Мне не хотелось, чтобы он их потерял. — Эмили смотрела мимо
Риган, показывая, насколько безразличен ей данный разговор.
— Генри никогда ничего не теряет, — горячо возразила Риган. Она
собиралась добавить еще несколько хвалебных слов в адрес своего помощника,
но Эмили не дала ей такой возможности. Она просто пошла прочь, бросив через
плечо:
— Он потерял бумаги Эйдена, не так ли?
— Нет, не так, — решительно сказала Риган.
— Тогда это вы их потеряли.
Эмили уходила по направлению к лестнице, а Риган осталась на месте, вне себя
от растерянности и злости. И что прикажете делать? Немыслимо кричать Мегере
вслед и невозможно гнаться за ней по коридору. Нужно как-то поставить эту
особу наместо, сказала она себе. Так больше не может продолжаться. А пока —
успокоиться. Сосчитать до десяти и подумать о чем-нибудь хорошем.
Риган вышла на улицу, вздохнула полной грудью и немедленно поняла, что день
сегодня чудесный. Небо поражало голубизной, и в нем торжествующе сияло яркое
солнце. В расставленных вдоль улицы керамических и каменных плошках
распустились яркие весенние цветы. Риган с наслаждением втянула в себя
воздух, в котором аромат весны смешивался с неизбежными индустриальными
запахами города... и тут же начала чихать.
Всего-то шесть или семь раз, сказала она себе, переводя дух. Должно быть,
пыльцу снесло ветром. И глаза совсем не слезятся. Итак, вот он — позитивный
настрой. Теперь пришло время двинуться в путь. И тут Риган увидела папика —
первого за сегодняшний день. Он стоял на перекрестке, собираясь пересечь Мичиган-
авеню, и обнимал ярко-рыжую девицу, которой Риган в жизни не дала бы больше
восемнадцати лет от роду. Мужик годился ей в дедушки. Ну, если он был из
тех, кто поздно раскачивается, — то в отцы. Однако в том, как он
держался за свою спутницу, не было и намека на родственные чувства. Глупышке
такое внимание явно льстило — она громко и пронзительно смеялась. Риган
передернуло: какой кошмарный звук, того гляди стекла в витринах треснут. Она
решительно сжала в руках сумочку и быстро прошла мимо, едва удержавшись от
того, чтобы не выпалить вслух что-нибудь язвительное. Потом ей попалась еще
одна такая же парочка — голубка в обнимку со старым хрычом, — и к тому
моменту как Риган добралась до ресторана, от ее позитивного настроя не
осталось и следа. Солнце резало глаза, а от запаха бензина мутило.
В дверях ресторана ее встретил Кевин — лучший друг Генри. Это был
очаровательный молодой человек, которому едва исполнилось двадцать. Высокий
и очень худой, он сверкал радостной улыбкой на темном лице. Миндалевидные
глаза искрились весельем, и так же весело и беззаботно топорщились темные
волосы, заплетенные в короткие косички.
Он оглядел Риган с головы до ног, кивнул и важно заявил:
— Вы сегодня чудесно выглядите. Этот ладно скроенный костюмчик
прекрасно подчеркивает...
— И что же именно он подчеркивает? — поинтересовалась Риган, вопросительно изогнув бровь.
— Все изгибы, — прошептал Кевин, понизив голос, и щеки его
вспыхнули густым румянцем.
Ах ты, поросенок!
— весело подумала Риган, но ничего не успела сказать.
Кевин уставился на ее туфли и присвистнул:
— Ухты, неужто это туфельки от Джимми Чу?
— Что ты понимаешь в туфлях от Джимми Чу? — Риган не смогла
удержаться от смеха.
— Да ничего, — весело отозвался Кевин. — Просто моя подружка
мне все уши про них прожужжала. Ну я и решил: вы такая стильная и всегда
прекрасно одеты — так у вас их должно быть пар двести и все от Джимми Чу.
— Боже, Кевин, что ты говоришь? У меня нет двухсот пар туфель... и не
только туфель. Какой, интересно, предмет одежды может быть в таких
количествах у нормального человека? И кстати, эти туфли вовсе не от Джимми
Чу, ясно? А теперь скажи — это новая сережка?
— Точно. — Кевин расплылся в довольной улыбке. — Кэрри
подарила ее мне на годовщину — ну, когда мы отмечали полгода со дня нашего
знакомства. Отец был не в восторге, но я опять получил все баллы выше
средних, так что он сделал вид, что ничего не заметил. А Кэрри хочет
уговорить Генри тоже сделать пирсинг. — Тут он заметил хозяина
ресторана, направившегося в их сторону, и быстро зашептал: — Вот идет мистер
Лагги. Похвалите его папоротники и прочий дизайн. Мужик буквально помешался
на озеленении.
Риган встретила хозяина теплой улыбкой и словами:
— Мне очень нравится ваш новый интерьер, мистер Лагги. Особенно эти
миленькие папоротники.
— Неужели вы заметили? — Хозяин ресторана расцвел счастливой
улыбкой.
Еще бы, — подумала Риган. — Попробуй не заметить — они повсюду.
Не ресторан, а девственный лес
.
— А вам не кажется, что их несколько... многовато? — осторожно
поинтересовался мистер Лагги.
— Ну что вы, ни в коем случае! Все очень к месту.
Риган почти не кривила душой: папоротники и прочая зелень гармонировали с
весенним настроением и вносили нотку свежести в интерьер ресторана. Кроме
того, многие экземпляры были достаточно высоки, чтобы служить естественными
ширмами. Таким образом посетители получали иллюзию уединения: каждый столик
словно на отдельной опушке.
— Сколько человек будет обедать? — спросил Кевин.
— Трое, — отозвалась Риган. — Софи заказывала столик на
двенадцать тридцать, но я пришла немного раньше.
— Отведи гостью к четвертому столику, — приказал официанту мистер
Лагги. — Я как раз сегодня поставил там новые фикусы. Чудо как хороши.
Кевин, который стоял за спиной невысокого и плотного хозяина, закатил глаза
и состроил гримасу, демонстрируя изнеможение. Четвертый столик прятался в
окружении фикусов, пальм и папоротников. Корди и Софи опаздывали. Риган
ужасно хотелось есть, она попросила спрайт и теперь пила воду маленькими
глотками, надеясь обмануть желудок. Она уже успокоилась и чувствовала себя
неплохо, но тут в ресторан вошла очередная парочка, чей вид навел ее на
грустные мысли. Позитивный настрой, сказала себе Риган. Может, это любящий
дедушка решил сводить внучку в ресторан. Когда они шли к столику, она
заметила, что сухая рука пожилого человека лежит на пояснице девушки. И что
он, интересно, делает? Ласкает или всего лишь направляет свою спутницу?
Риган прекрасно понимала, что ее любопытство выходит за рамки нормы, но
ничего не могла с собой поделать. Ей обязательно нужно было выяснить: внучка
это или подружка старикана. Она наклонилась и, высунувшись из-за
папоротника, следила за парочкой. Они продвигались в глубь помещения, а она
все наклонялась и наклонялась, не желая выпустить их из виду... и в конце
концов чуть не рухнула на пол — едва удержалась, схватившись за край стола.
Ей стало стыдно — ну можно ли быть такой дурой?
Риган села прямо и аккуратно расправила скатерть на столе. Хорошо хоть
приборов не было, а то все полетело бы на пол. Нужно отвлечься. Подумать о
чем-то другом.
Сказать всегда легче, чем сделать. И девушка не удержалась: она встала на
коленки и раздвинула листья, чтобы видеть парочку. Они как раз подошли к
столику. Риган отвела в сторону сочный лист папоротника, но он выскользнул
из пальцев и хлестнул ее по лицу. Однако даже это не заставило ее одуматься.
Словно охотник из засады, наблюдала она, как девица усаживается за столик.
Мужчина не сел напротив — он пристроился на диванчике рядом. Вот Кевин подал
каждому из них раскрытое меню. Он не успел даже отойти от столика, мужчина
обнял свою спутницу за плечи, наклонился и поцеловал.
— Развратник старый, — прошептала Риган.
— И что это ты делаешь? Увлеклась ботаникой?
Девушка так и подскочила от испуга: Софи появилась совершенно неожиданно.
Риган быстро отпустила листья, с независимым видом поправила ветку фикуса,
села на место и сказала недовольно:
— Ты опоздала.
Но Софи было не так-то просто сбить с толку.
— Признавайся, за кем подглядывала? Надеюсь, это какой-нибудь
симпатичный мужик.
— Прости. Просто там папик со своей подружкой.
— Опять, да? Все никак не можешь избавиться от этого?
— Ничего не могу с собой поделать, — печально кивнула
Риган. — К тому же они буквально везде. Ты себе не представляешь...
Софи засмеялась, и Риган залюбовалась подругой. Надо же, она похожа на
подростка: волосы собраны в конский хвост, щеки раскраснелись. Софи всегда
передвигается бегом, потому что вечно везде опаздывает.
— Мне нравится твоя новая блузка, — сказала Риган, стремясь
поменять тему. — Очень миленькая.
— Я слишком люблю розовый цвет, да? — Подруга скроила гримаску
раскаяния. — Но ничего не могу с собой поделать! Вот и с этой блузкой —
увидела и просто не смогла удержаться!
После того как официант принял от Софи заказ на напитки и исчез, Риган
заметила:
— Поверить не могу, что тебе удалось прийти раньше Корди. Такого прежде
не случалось. Интересно, что именно ее задержало.
— В некотором роде это моя вина. Я ей сказала, чтобы она приходила к
часу или даже четверть второго.
Официант принес чай со льдом. Софи принялась сыпать в него сахар. Провожая
глазами третий пакетик, Риган удивленно протянула:
— Но почему же...
— Дело в том, что она уже полностью в курсе. Я посвятила ее в свои
планы с месяц назад. А тебе не стала тогда ничего говорить: ты была в
разъездах и вообще ужасно занята.
— Я всего лишь слетала в Рим.
— Да? А до Рима были Хьюстон и Майами, если не ошибаюсь. И еще какой-то
город.
— Лос-Анджелес.
— Точно!
— Ладно, признаю, что последние два месяца я была в Чикаго наездами. А
теперь расскажи мне, во что именно ты посвятила Корди. О каких планах речь?
— Собственно, план один, но он заслуживает того, чтобы заняться им
вплотную.
Это было сказано необычайно серьезно, даже торжественно, и Риган, удивленная
таким пафосом, воскликнула:
— Я сгораю от нетерпения — ты сама таинственность! В чем же этот
один
план
заключается?
— Не смейся надо мной!
— Что ты, как я могла? Клянусь твоим чаем со льдом и тремя пакетиками
сахара, что я абсолютно серьезна!
Официант услышал эти слова, и через секунду перед Риган возник бокал чаю со
льдом. Она вздохнула и поблагодарила услужливого юношу.
— Кстати, о планах! — воскликнула Софи. — Программа на сегодняшний вечер изменилась.
— Мы не будем ужинать вместе?
— Будем, не переживай. Корди уже заказала столик. Но сначала мы пойдем
на прием. — Софи вынула из сумочки пачку бумаг и принялась раскладывать
их на столе.
— Это что? — с подозрением спросила Риган.
— Сейчас объясню.
— А что за прием?
Софи не ответила. Она хмуро разглядывала группу бизнесменов, которые
рассаживались за соседним столиком.
— Эй, Софи, что с тобой?
— Они на тебя пялятся.
Риган бросила быстрый взгляд в сторону мужчин.
— Не на меня, а на тебя. Просто не обращай внимания.
— Но один вполне симпатичный.
— Прием. — Риган не желала смотреть на симпатичных
незнакомцев. — Рассказывай.
— Он специально для тех, кто заранее подписался на семинар выходного
дня. Для таких предусмотрительных и пунктуальных, как мы.
Подруга выпалила фразу и с улыбкой удачливого фокусника воззрилась на Риган.
— Не выйдет, — твердо сказала та.
— Еще как выйдет! Тебе нужно отвлечься. Слишком много поездок, а после
Рима ты вообще сама не своя. Общение со сластолюбивым отчимом плохо
подействовало на твои нервы. Я предлагаю прекрасный выход из положения. Во-
первых, ты можешь переключиться на что-то абсолютно новое. Это всегда
приносит свои плоды. А во-вторых, мы преследуем благородную цель, понимаешь?
Это своего рода миссия.
— И насколько благородна наша цель? Софи наклонилась через стол и
прошептала:
— Мы должны поймать убийцу.
Глава 5
Сообщение Софи не произвело на Риган особого впечатления. Она знала подругу
слишком долго и успела привыкнуть к манере Софи все драматизировать.
— Значит, мы должны поймать убийцу? — переспросила она.
— Это и есть наша миссия!
— Ладно. А как мы это сделаем?
— Ты мне не веришь, да, Риган? Но я действительно хочу подловить этого
мерзкого ублюдка и передать его в руки полиции.
Риган удивленно вскинула брови. Обычно подруга не ругается и терпеть не
может крепких выражений. Похоже, дело серьезное.
— О ком мы вообще говорим?
— Доктор Лоуренс Шилдс, — мрачно ответила Софи. — Докторская
степень по психологии, и он целенаправленно использует свои навыки для того,
чтобы обирать несчастных одиноких женщин. Не важно, какого возраста, —
лишь бы деньги были. Ты что-нибудь слышала о нем?
Риган задумчиво кивнула:
— Читала пару статей.
— Все читали. И народ к нему толпами валит. Молодежь ищет гуру, который
мог бы им объяснить, что делать с той долгой дорогой, которая ждет впереди,
а люди в возрасте зачастую жаждут свернуть с избранного пути и как-то
изменить свою жизнь, только многие понятия не имеют, как это сделать. И те и
другие идут за помощью к доктору Шилдсу на его семинары, посвященные тому,
как помочь самому себе и сделать жизнь прекрасной и удивительной, — это
и есть самое ужасное!
— В газетах не было ничего, кроме хвалебных слов. Говорят, он хороший
специалист.
— Ничего подобного! Эти статьи заказаны и оплачены. Доктор Шилдс
прекрасно знает законы рынка и не скупится на рекламу. Он проводит в Чикаго
два семинара в год и каждый раз успевает унавозить почву, прежде чем собрать
урожай.
Софи говорила все громче. Негодование мешало самоконтролю.
— Должно быть, он неплохо зарабатывает, — протянула Риган. Она
пыталась прикинуть, скольк
...Закладка в соц.сетях
