Жанр: Любовные романы
Открой свое сердце
...жные одеяла, и Джош аккуратно застелил ими три
койки, а на четвертую сложил одежду, полотенца и прочие вещи, привезенные с
собой. Забравшись на свою постель, он откинул с окна сплетенную из травы
штору.
- Тут так жарко.
Вообще- то из-за малых размеров и ровной поверхности остров неплохо
продувался океанским бризом, и Дэниел уже успел отметить, как-де приятно
после одуряющей духоты на несколько дней получить такую освежающую
передышку.
- Ничего удивительного, — откликнулся Дэниел, роясь в ящике в
поисках свечей, — если носиться на такой скорости, как ты, рискуя
сломать шею!
- Я — мальчик! Мальчики должны носиться, — назидательно
объяснил Джош, и Кэрис с Дэниелом не смогли удержаться от смеха.
Когда стемнело, они разожгли костер, и на обнаруженной в хижине большой
сковороде Дэниел подогрел лепешки — шедевр кулинарного искусства
Шафран. Сдобренное специями, кушанье отлично шло и в холодном виде, но
Дэниел настаивал на том, что, во-первых, пираты не едят холодной пищи, а во-
вторых, костер послужит другим пиратам сигналом, что остров занят, а
следовательно, им нечего соваться сюда, коли жизнь дорога.
Уже совсем поздно вечером умаявшийся за день Джош лежал в постели и со
слипающимися глазами внимал Дэниелу. Тот рассказывал сыну о Генри Моргане
— самом отважном и удачливом пирате, когда-либо бороздившем воды
Карибского моря, который в конце концов сумел добиться в Англии признания и
уважения, был посвящен королем Карлом II в рыцари, а затем сделался
губернатором острова Ямайка.
- Он что, был отцом Фиесты? — сонно спросил Джош. Но прежде, чем
Дэниел успел что-либо ответить, мальчик уже крепко спал.
- Так был или нет? — с серьезным видом спросила Кэрис, когда
Дэниел вышел на крыльцо хижины.
Он сел рядом, но не коснулся ее, не взял за руку. Оба босые и загорелые, они
походили на туземцев. За несколько часов пребывания в этом первобытном раю
обоих отпустило прежнее тягостное напряжение. Но еще не настолько, чтобы
Дэниел заключил Кэрис в объятия, а та стала бы сконфуженно бормотать
покаянные слова о том, что в действительности любит его, что лишнего
наговорила под влиянием минуты... из-за ревности и чувства собственной
незащищенности и прочего в том же роде. Быть может, это произойдет завтра.
Или послезавтра. Нельзя вернуться на Левос как были — в ссоре,
переполненными злостью и взаимной обидой.
- Он был любителем женщин.
- Кто, отец Фиесты?
- Генри Морган, дуреха, — рассмеялся Дэниел. Кэрис решила
посчитать последнее выражение изъявлением нежности с его стороны.
- Он долго обхаживал одну красивую даму. Забросал ее дарами —
серебром, дорогим хрусталем и фарфором. Всю награбленную добычу складывал к
ее ногам.
Кэрис улыбнулась украдкой, подумав, что знает еще одного такого человека
(пиршество под звездным небом с привлечением сокровищ Фиесты было
незабываемо!).
- Но все было напрасно. Она упорно отвергала его ухаживания, —
негромко продолжал рассказчик. — Говорила, что скорее умрет, чем
испытает бесчестье в его объятиях.
- Первая феминистка, — как бы про себя обронила Кэрис. — И
что же, удалось лысому разбойнику добиться расположения своей благочестивой
красавицы?
Он осторожно взял ее за руку.
- Нет, не удалось. — В приглушенном тоне звучала скрытая
добродушная усмешка. — Тогда он настолько обезумел, что посадил ее под
замок, причем — совершенно голой.
Когда позже Кэрис — как была, в шортах и майке, — скользнула под
одеяло и вытянулась на своей постели рядом с койкой Джоша, на губах ее все
еще блуждала улыбка. Вверху, сквозь просвет в пальмовых листьях, виднелись
звезды — те самые, в отношении которых Дэниел недавно заключал сделку
с богами. А сам Дэниел сейчас, под теми же звездами, гасил последние красные
угольки костра. Кэрис тоже с удовольствием уступила бы свою душу богам.
Только не за звезды, а за то, чтобы Дэниел простил ее и любил, как прежде.
За то, чтобы все уладилось завтра утром, в крайнем случае, днем.
- Давай же, давай, Джош, копай глубже. В карте сказано, что сокровище
Моргана зарыто здесь, где сходятся тени от двух пальм.
Джош стоял на коленках, весь красный от усилий, на лбу поблескивали капельки
пота.
- Ух, устал. А эти тени все время убегают вместе с солнцем. Только что
были вот тут.
Кэрис многозначительно покосилась на Дэниела, как бы говоря: твоя хитрость
разгадана.
- Ну да, но здесь же говорится про тень в три часа пополудни. Давай-ка
попробуем глубже.
С помощью лопаты Джоша и старой сковороды они лихорадочно работали еще
несколько минут, пока Джош взволнованно не воскликнул:
- Есть! — И вытащил из песка старую коробку. Взрослые следили за ним с затаенной улыбкой.
Кэрис была посвящена в тайну. Утром, когда Джош еще отсыпался, она застала
Дэниела копающим песок. Оказывается, накануне он заметил время, когда две
наклоненные пальмы отбрасывают скрещивающиеся тени, и поставил на месте
палочку. Пока Дэниел зарывал заранее приготовленную коробку, Кэрис наскоро
нацарапала что-то вроде карты на деревяшке, которая чудом избежала костра.
Деревяшку они потом засунули под крыльцо хижины, так, чтобы мальчик не мог
ее не заметить. Их план сработал.
- Ух, ты! Раковины, книжка, машина, — бормотал довольный Джош.
— А еще... какая-то лепешка. Это же пирожок нашей Шафран! Как он сюда
попал?
Кэрис недоуменно пожала плечами. Добавить пирожок было ее идеей. Ну, нельзя
же, чтобы Джош всерьез поверил, что обнаружил клад Генри Моргана! Впрочем,
Джош бы и так все понял — мальчик ведь совсем не глуп. Однако на
всякий случай, для смеха, Кэрис предложила зарыть и лепешку.
- Ой! — ликующе закричал Джош. Среди ракушек он обнаружил
маленькую, аккуратную коробочку.
Няня тоже подалась вперед. Этого и она не видела.
- Часы, часы! — воскликнул Джош, дрожащими от возбуждения
пальцами извлекая из футляра золотые детские часики. — У меня еще
никогда не было часов! Это будут первые!
Дэниел застегивал ремешок на запястье сына.
- А ты умеешь определять время?
- Конечно, умею. Меня Кэри научила. — Он, наморщившись, уставился
на циферблат. — Сейчас... десять... нет, пятнадцать минут третьего.
Нет, десять минут четвертого.
- Молодец, — одобрил сына Дэниел и встретился глазами с Кэрис.
— А я собрался отправить тебя в отставку, — сказал он ей. Та
только хмыкнула.
- Еще что-то — для Кэри, — объявил Джош, вытащив маленький
бумажный сверток с ее именем, который мальчик сунул няне в руки.
Глаза Кэрис удивленно расширились. Этого она тоже не видела.
- Открывай! — потребовал Джош.
Кэрис взглянула на таинственный сверток и усмехнулась:
- Ну, если это еще одна лепешка... — Она развернула бумагу и
откинула слой ваты. — О! — вырвалось у нее.
- У-у! — разочарованно протянул Джош. — Какое-то старое
кольцо. — Он вскочил на ноги. — Пить хочется. Пойду попью.
Мальчик уже собрался уйти, потом, поколебавшись, обвил руками шею отца и
крепко прижался к нему. И Дэниел, и Кэрис онемели от изумления.
- С-спасибо за часы. Я... всегда буду их носить. — Джош разжал
объятия, сконфуженно покраснел и побежал к хижине.
Кэрис все так же стояла на коленях перед вырытой ямой и ничего перед собой
не видела из-за слез. В руке она держала кольцо, но слезы ее были вызваны
даже не подарком. Сын наконец-то с любовью обнял отца!
- Кэрис, — осторожно произнес Дэниел, выводя ее из забытья.
- О, Дэниел, ты сделал его таким счастливым! — прошептала она.
— И дело даже не в часах. Джош тебя обнял!
- Я знаю, — мягко сказал он — только голос его чуть дрожал.
— Кэрис, — повторил он. Смахнув слезы, та увидела, что он кивает
на кольцо. — Это кольцо моей матери. Оно всегда было при мне. Извини,
что без футляра...
Кэрис в некотором замешательстве перевела взгляд на кольцо. Оно было
прелестно — крохотный сапфир в окружении россыпи бриллиантов. Глаза
женщины вновь затуманились. Но теперь это были слезы горя. Она отчаянно, до
боли, закусила губу.
- Спасибо, — прошептала она.
Его прощальный подарок... Сердце тяжело стучало в груди. Все правильно: он
вернул себе любовь и привязанность сына и этим подарком благодарил Кэрис за
помощь. Выражал свою признательность и одновременно давал понять, что больше
не нуждается в ее услугах.
- Очень красивое... Всякий раз, надевая это кольцо... я буду думать...
Она как- то поднялась на ноги.
- Кэрис? — Дэниел подошел к ней, взял за руку, пытаясь удержать.
— О чем ты будешь думать? — беспокойно спросил он.
Она молила Бога, чтобы слезы не пролились сию минуту — ей прежде надо
скрыться... где-то скрыться от Дэниела.
- О тебе... и о Джоше и... всегда буду вспоминать...
Горячие, горькие слезы вдруг хлынули потоком, и она бросилась бежать, сунув
кольцо на бегу в карман шорт. Но на острове негде было укрыться, кроме как в
хижине, куда уже зашел Джош. Остановившись на несколько секунд перед дверью,
Кэрис попыталась отдышаться и взять себя в руки. О, ей до последнего
хотелось верить, что не все потеряно, что у них есть будущее. Со вчерашнего
дня теплившийся огонек надежды в ее душе окреп и уже начал разгораться... Но
она ошиблась, надежды больше нет, оставалось лишь страшное, разрывающее ей
сердце чувство утраты.
Однако ребенку не нужно видеть ее печаль. Мальчик никогда не должен узнать,
какие чувства испытывала она к его отцу. Кэрис поспешно стерла с лица слезы,
чтобы Джош ничего не заметил, постаралась улыбнуться и с гордо поднятой
головой вошла в хижину.
- Вот так клад мы сегодня откопали, да, Джош? — начала она.
— Джош...
Распростершись на кровати, мальчик спал. Кэрис шагнула к нему и остановилась
перед койкой.
- Ах, Джош, — любовно прошептала она, наклоняясь над ребенком и
ласково отводя с его лба взлохмаченные волосы. И тут же отдернула руку.
Ребенок весь пылал. — Джош! — в смятении повторила Кэрис,
опускаясь на колени и приподнимая его голову. — Джош, милый, очнись!
Мальчик застонал, веки его приоткрылись и тут же снова бессильно упали.
Побелев как смерть, Кэрис в панике бросилась к двери.
- Дэниел, Дэниел! — отчаянно закричала она с порога.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
- Джош, сынок, как ты себя чувствуешь?
Глаза ребенка снова приоткрылись, с трудом фокусируясь на лице Дэниела.
- Где Кэрис? — пробормотал он.
- Я здесь, Джош. — Няня, подскочив, опустилась на колени рядом с
Дэниелом и обеими руками взяла маленькую ручку.
- Голова болит, — простонал малыш.
- Я с тобой, Джош, потерпи, скоро все пройдет, — успокаивающе
приговаривала Кэрис.
Мальчик вновь погрузился в забытье, и взрослые растерянно поднялись с колен.
Дэниел запустил пятерню в волосы.
- Его надо везти обратно, — решительно сказала Кэрис.
- Ты думаешь, это серьезно? — отрывисто спросил он.
- Я... я не знаю. — Кэрис терла лоб, мучительно стараясь
собраться с мыслями. — Ему было жарко еще вчера. И сегодня утром тоже.
- А я еще заставил его копать. Он говорил, что устал...
- Не вини себя, Дэниел, — сказала ему Кэрис. Это она, она во всем
виновата. Была занята только собой... собственными переживаниями. Джош
заболел — а она не заметила!
- Едем! — вдруг резко сказал Дэниел. — Вещи оставляем
здесь. Ты беги отвязывай лодку, а я сейчас заверну его в одеяло и перенесу
на пристань.
- Может, отправимся сразу в Сент-Люсию? — предложила Кэрис.
- Слишком далеко для такой лодки, — отрицательно покачал головой
Дэниел.
- Но на Левосе нет доктора! — вскричала Кэрис. — Только
сестра Шафран, которая лечит травами.
- Беги в лодку, Кэрис! — твердо повторил он, а сам поспешно
скрылся в хижине.
Кэрис со всех ног помчалась к причалу, где качалась на волнах привязанная
лодка. Одеревеневшие от волнения пальцы никак не могли справиться со старой,
истрепанной веревкой.
А вот и Дэниел с сыном на руках. Он передал ей малыша, прыгнул в лодку и
завел мотор.
Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем их глазам открылась пристань на
Левосе. Пляж был заполнен курортниками Фиесты. Кто-то занимался серфингом,
кто-то потягивал напитки в расположенном тут же, на пляже, баре. Люди
беззаботно смеялись.
Выпрыгнув на берег, Дэниел проворно привязал бе, побежал по причалу. Спешка
и волнение Дэниела не остались незамеченными. Смех затих, люди провожали
взглядами мужчину с мальчиком на руках.
Дальнейшее воспринималось Кэрис как сквозь дымку. Она оказалась на вилле.
Слабо постанывавший Джош лежал на широком кресле в огромном, прохладном, с
мраморным полом зале, а Дэниел громко обращался к набившимся в дом гостям
— спрашивал, нет ли среди них врача.
- Врача нет, — не теряя спокойствия, возвестила Фиеста. — А
теперь все лишние убирайтесь отсюда, — скомандовала она. — Здесь
не цирк! — И, выпроводив любопытных, захлопнула за ними парадные
двери.
Сквозь пелену тумана Кэрис слышала, как Фиеста вызывала по телефону вертолет
с бригадой
Скорой помощи
. Потом почувствовала, что хозяйка берет ее под
руку и увлекает в глубь залы, к задним дверям, через которые был ход в
другие комнаты и на кухню. У Кэрис больно защемило сердце: Фиеста хочет от
нее избавиться! Джош теперь в надежных руках, и няня больше не нужна.
У дверей Фиеста, повернула ее, дрожащую всем телом, к себе лицом.
- Кэрис, слушай внимательно. Пройдешь через черный ход и мчись домой.
Собери сумку с необходимыми вещами для себя, Джоша и Дэниела. Вам придется
задержаться в городе по крайней мере на сутки. Знаю, ты захочешь
удостовериться, все ли в порядке с Тэрой. Только, пожалуйста, побыстрее:
вертолет уже в пути.
- Вещи для меня? — растерянно переспросила Кэрис.
Фиеста в ответ улыбнулась и слегка сжала ей плечо.
- Ты ведь сейчас очень нужна Джошу, да и Дэниелу тоже. Тебе нельзя
падать духом — ты должна быть им обоим поддержкой и опорой. Ну, давай!
И Кэрис понеслась со всех ног.
Дома она торопливо объяснила Шафран, что произошло, и горничная, горестно
охнув, немедленно принялась собирать ей вещи. Кэрис остановилась перед
кроваткой дочери. Слава Богу, дорогое дитя, не ведая печали, мирно
посапывало во сне, а на розовых детских губках играла счастливая улыбка.
Мать еще раз убедилась, что девочка под заботливым присмотром, и мысленно
благословила верную Шафран.
Гигантская
стрекоза
уже со стрекотом опускалась на площадку перед главным
входом, когда Кэрис, задыхаясь, вбежала в дом... в залу через заднюю дверь.
И тут же в оцепенении застыла на месте.
Дэниел сидел, неотрывно глядя на пребывавшего в беспамятстве Джоша, а рядом
с ними стояла Симона, заботливо поглаживая плечо Дэниела.
- Я лечу с тобой, Дэниел, без меня ты не справишься. Давно надо было
уезжать отсюда, как я говорила, тогда бы ничего такого не произошло.
В ответ тот тяжело вздохнул.
- Да. Это я виноват.
Симона нежно сжала его руку выше локтя.
- Я знаю, тогда у тебя нашлись причины. Теперь же забудь весь этот
вздор. У нас все пойдет хорошо.
Ошеломленная, Кэрис опустила дорожную сумку на пол. Значит, в больницу с
Джошем и Дэниелом летит Симона...
Парадные двери вдруг отворились, и вошла Фиеста в сопровождении доктора и
медсестры. Дэниел чуть отошел от сына, освобождая место врачу. Последовал
разговор, из которого Кэрис ничего не расслышала — настолько
оглушительно стучала кровь в ее висках. Внезапно появились какие-то люди,
Джоша подняли и понесли, Кэрис инстинктивно метнулась вслед за ним, но ее
остановила чья-то цепкая рука.
- Ваши услуги больше не требуются. — Кэрис вскинула голову. Перед
ее лицом оказалось лицо Симоны, ее обжигающе ледяной взгляд. — Да в
вас никогда особенно и не нуждались, — со злобой прошипела Симона.
— Вами пользовались — до поры до времени. И вы, пусть вы ловкая
штучка, должны были это понимать.
Кэрис открыла рот и — не могла вымолвить ни слова. Джоша уже уносили
на маленьких носилках. Дэниел разговаривал с врачом, Фиеста — с
медсестрой.
Губы Симоны искривила усмешка.
- Впрочем, кажется, вы этого не поняли, — жеманно выговорила она.
— Тогда постараюсь вам объяснить. Вы были нужны Дэниелу до тех пор,
пока помогали ему вернуть ребенка. Теперь у Дэниела есть сын и есть я, и не
воображайте себе ничего другого. Будьте довольны тем, что он не винит вас в
болезни мальчика. Он винит только себя.
Охваченная страшным нервным ознобом и тупой, сковавшей ее изнутри болью,
ничего кругом не видя, Кэрис дала оттеснить себя назад. Она смутно слышала,
как Дэниел окликнул ее по имени, но не могла шевельнуться. Однако вдруг
рядом оказалась Фиеста, она потянула за локоть Симону, а другой рукой
подтолкнула вперед Кэрис. — Улетают. Иди же, Кэрис.
Снедаемая страхом и мучительной тревогой, Кэрис стояла у окна, она ожидала
возвращения Дэниела. За стеной, в больничной палате, лежал Джош. По приезде
в больницу Дэниел поднял на ноги весь персонал и к тому же добился, чтобы им
сразу же отвели комнату по соседству с палатой Джоша. Все это время Кэрис
скромно держалась в стороне, стараясь не создавать излишней суеты. В какой-
то момент до нее донеслось шепотом произнесенное слово —
менингит
, и
она едва не лишилась чувств. Дэниел осторожно обнял ее за плечи, проводил в
эту комнату и оставил, велев отдыхать, пока в ней нет надобности.
Но разве могла она отдыхать? Как безумная, Кэрис мерила комнату шагами.
Иногда в ее мозгу возникали мысли о Симоне, но она гнала их прочь, потому
что сейчас главное был Джош. Когда же она появится, эта надобность в ней? И
появится ли? Дэниел прекрасно управляется сам, а Джош... Джош лежит без
сознания.
- Дэниел! — всхлипнув, бросилась она навстречу вошедшему мужчине
с бледным, осунувшимся
лицом.
- Все в порядке, милая, все в порядке, — приговаривал он, обнимая
ее и приглаживая ее непослушные волосы.
- Как же... Я слышала —
менингит
.
Он чуть отодвинул ее от себя и взял в ладони ее заплаканное лицо. Усилием
воли улыбнулся — ободряя ее.
- Мы доставили его вовремя, — прошептал Дэниел. — Врачи
успели откачать у него спинномозговую жидкость, чтобы уменьшить давление на
мозг.
- О, нет, — только и смогла выдохнуть она — прежде, чем
погрузилась во тьму небытия...
Когда Кэрис пришла в себя, то поняла, что лежит на кровати, а Дэниел,
приподняв ее за плечи, держит у ее губ бумажный стаканчик с водой.
- Хороша же я, — отпив глоток ледяной воды, слабо выговорила
Кэрис. — Должна быть вам поддержкой и опорой, а сама... — Она
приподнялась и посмотрела на него тревожно расширившимися глазами. —
Скажи, как он там.
- Спит. Доктор сказал, что он проспит долго, но потом дело пойдет на
поправку. Это вирусная форма, не такая опасная. А он достаточно крепок,
чтобы...
В сознании Кэрис молнией сверкнула страшная мысль, сердце пустилось вскачь.
Тэра! Когда Кэрис ее оставляла, девочка казалась вполне здоровой, но если
вирус... А дети, что были на празднике? Джош в ту ночь спал вместе с
другими. Голова еще кружилась, но Кэрис лихорадочно начала сползать с
кровати. Дэниел подхватил и удержал ее.
- Не волнуйся, с Тэрой все в порядке. Слышишь? — втолковывал он,
обнимая женщину. — Когда доктор сказал мне о вирусе, я немедленно
позвонил на остров. Фиеста заверила меня, что Тэра чувствует себя хорошо,
так же и остальные дети. Чтобы не оставалось сомнений, я выслал на остров
врача и медсестру, хотя наш доктор считает, что Джошу просто не повезло. Он
мог подхватить заболевание, например, купаясь в море.
- К-как ты догадался, о чем я подумала? — дрожащим голосом
произнесла женщина, постепенно расслабляясь. Он сумел все предусмотреть, обо
всем позаботиться!...
- Потому что я и сам отец, к твоему сведению, — улыбнулся он.
- О, Дэниел, — счастливо вздохнула она, — ты чудесный отец.
— Только подумать: первая его мысль после Джоша была о Тэре и других
детях на острове! Кэрис переполнилась любовью к нему.
- Это ты чудесная, — нежно промолвил он. — А сейчас давай
немножко позаботимся о нас самих. Посмотри, на кого мы с тобой похожи:
босые, в грязных шортах — ну ни дать ни взять парочка пиратов с
разбитого корабля. Давай-ка, прежде чем увидеться с Джошем, приведем себя в
порядок.
Она кивнула, плача и улыбаясь одновременно.
- Тут рядом — душевая комната. Иди первая, а я пока поищу что-
нибудь поесть.
- Нет, я даже думать не могу о еде.
- Это необходимо. Тебе надо подкрепиться. Нам с Джошем без тебя просто
не обойтись. — Он наклонился, легонько поцеловал ее в лоб и вышел.
Дверь за Дэниелом закрылась, и Кэрис тяжело вздохнула. Он прав: чтобы помочь
Джошу выздороветь, им потребуется много сил. Бедный малыш проснется один, в
незнакомом месте, в больничной обстановке... Ему захочется, чтобы рядом с
ним была... был кто-то близкий... его отец, чтобы тот посидел у его постели.
Мрачные мысли вновь обступили Кэрис, и она поспешила в душ — в
надежде, что избавится от них.
Но все было тщетно. Когда она сбрасывала на пол шорты, из кармана выпало
колечко с сапфиром и, покатившись по полу, ударилось о кафельную стену. Как
зачарованная следила за ним Кэрис, а в голове вертелись слова — те
слова, которыми недавно обменялись Симона и Дэниел. Кэрис своими глазами
видела, что у него наладились отношения с Симоной.
Она повернула кран и решительно шагнула под ледяные струи. Но кошмар не
исчезал: в голове неотвязно звучали последние слова Симоны: ее, Кэрис,
использовали, обошлись с ней как с вещью, и больше она не нужна. А Дэниел
взял ее с собой в больницу только потому, что из-за болезни Джоша в ней
вдруг снова возникла потребность. Когда же мальчик поправится... Кэрис резко
выключила воду и вышла из душевой.
Она расчесывала у окна волосы и вздрогнула, когда в комнату вошел Дэниел с
подносом.
- Мне удалось раздобыть сандвичи и чай. А ты уже освободила душ?
- Да, — бросила она.
- Ну как, тебе лучше? — Он тоже взял из стопки на кровати два
полотенца.
- Да, гораздо лучше, — соврала Кэрис. Может ли ей быть лучше,
когда все так ужасно? Милый Джош серьезно болен, а ее собственная жизнь
— снова разбита. Как сам Дэниел может думать о каких-то там сандвичах,
о том, свободен ли душ? Это оттого, ответила она себе, что он старается
скрыть страх и тревогу.
Что ж, и я стану делать то же самое, поклялась Кэрис. Ради Джоша я тоже
должна быть сильной и не думать о себе.
Она достала из сумки чистую одежду для Дэниела — полотняные брюки и
легкую рубашку — и разложила на его кровати. Вынимая вещи, на
мгновение поднесла их к лицу, но одежда была выстирана и не хранила его
запаха.
Когда из душа вернулся Дэниел — с обмотанным вокруг бедер полотенцем и
вытирая другим мокрые волосы, — Кэрис сидела по-турецки на кровати и
прихлебывала чай.
Она не могла смотреть, как он одевается прямо при ней, не стесняясь, словно
они были муж и жена, словно по-прежнему принадлежали друг другу. Ей не
хотелось видеть это великолепное тело, которое она совсем недавно обнимала.
Не хотелось усугублять и без того горькое чувство потери.
- Мистер и миссис Кеннеди, вас зовет сын, — просунулась в комнату
голова медсестры.
Кэрис поперхнулась чаем и изумленно уставилась на нее, потом в
замешательстве отвела взгляд. Значит, персонал больницы думает, что они
— муж и жена, а Джош — их сын.
- Кэрис, — позвал Дэниел.
Она подняла глаза и увидела, что Дэниел решительно протягивает ей руку.
- Он зовет тебя, — хрипло, через силу выговорила она.
- Он зовет маму и папу, — улыбаясь, терпеливо объяснила сестра.
У Кэрис сжалось сердце. Медсестра явно ошибалась, он не мог так сказать:
Джош знал, что у него нет матери. Ах, нет, он, должно быть, бредил: времена
смешались в его болезненном сознании, он позабыл, что мать умерла, и звал ее
живую!
- Кэрис! — уже настойчивее повторил Дэниел. Она растерянно
уставилась на него, не зная, что делать. Ей до смерти хотелось увидеть
мальчика, но только не так, не под видом ожидаемой матери. Парализованная
внезапным и неясным страхом, она не могла тронуться с места.
Дэниел приблизился к ней и взял ее за руку.
- Да что с тобой?
Не в силах говорить, она, на ватных ногах, потянулась за ним. Ее пошатывало,
и, чтобы не дать ей упасть, Дэниел крепче сжал ее руку. Они вошли в палату,
-&nbs
...Закладка в соц.сетях
