Жанр: Любовные романы
Негасимое пламя
...сон, - пророкотал из-за зубчатой стены
голос Саймона. - А я говорю, что мост
будет поднят. И не думайте, что мы такие дурни, какими вы нас считали, - нам
хорошо известно о бесчестных намерениях
сэра Ральфа!
Рис повелительно поднял руку, и Саймон отступил назад.
- Командуете здесь... что вы хотите сказать? - недоверчиво переспросил
Джексон. - Это я командую здесь, слышите
- я! А где молодой лорд Уолтер? Ну-ка, кто-нибудь, сходите за ним, живо!
- Лорд Уолтер уже ничем не сможет вам помочь, Джексон. Он внизу, под
стражей! - громко крикнул Рис, подходя к
краю стены, откуда капитан Джексон мог разглядеть его. - Я захватил этот замок и
объявляю его собственностью Оуэна
Глендовера, повелителя Уэльса! Вас перехитрили, Джексон. Так что убирайтесь
подобру-поздорову, поспешите припасть к
ногам хозяина. Расскажите ему, как вас разбили тридцать валлийцев. Если не
ошибаюсь, вы считали, что достаточно
нескольких англичан, чтобы перебить нас? Не так ли, Джексон?
Капитан замер как статуя. Лицо его побагровело и перекосилось от бешеной
ярости. Погрозив Рису закованным в латную
перчатку кулаком, он все же был вынужден признать, что потерпел неудачу. Все
стало ясно как Божий день.
При мысли о собственной глупости достойный капитан заскрежетал зубами. Ему
не раз приходилось слышать, что все
валлийцы - просто свора хитроумных мошенников, и сегодняшние события
подтвердили, что ума и сообразительности им
не занимать.
- Опусти мост, и я отпущу тебя с миром, валлиец, - предложил наконец
Джексон. Это была последняя отчаянная
попытка спастись от несмываемого позора. - У тебя нет ни единого шанса! Когда
вернется сэр Ральф, вам не уйти живыми.
Рис откинул назад темноволосую голову, и над стеной прогремел его
торжествующий смех.
- Неужели ты думаешь, будто я поверю, что ты обещаешь мне пощаду?! Кроме
того, если ты еще не знаешь, сюда
движется войско самого Глендовера, а с его помощью мне вообще нечего бояться!
Боюсь, нынче ночью холодновато будет
вам спать под открытым небом. А потому послушайтесь доброго совета -
отправляйтесь разыскивать своего лорда, И когда
найдете, можете передать, что вас послал Рис из Трейверона!
С этими словами Рис повернулся, чтобы уйти, не заботясь о том, что
представляет собой отличную мишень: он успел
заметить приготовившегося стрелять лучника. Рис едва успел дойти до узкой
стрельчатой двери, как мимо его уха
просвистела стрела и воткнулась в щель между камнями.
Все, кому не надо было дежурить на крепостной стене, собрались в большом
зале. Одного взгляда, украдкой брошенного
на Уолтера, было достаточно, чтобы Джессамин стало ясно: вряд ли от него будет
какая-то польза. Ее брат тяжело опустился
в кресло, едва не упав при этом. Когда она заговорила с ним, Уолтер оглянулся, и
она со страхом увидела на его лице
глуповатую ухмылку.
- Все в порядке, не так ли, сестричка? - пробормотал он невнятно. Голос
его слегка дрожал, лицо было перепачкано
вином.
- Пока да. Почему бы тебе не пойти к себе, Уолтер? Тем более что самое
страшное уже позади.
- Хочешь от меня избавиться?
- Послушай, завтра тебе станет лучше!
- Лучше? Если мне станет еще лучше, чем сейчас, я просто умру! - Он
попытался встать, уцепившись за стол, но ноги у
пего дрожали, глаза были мутными. За спиной сестры маячила какая-то высокая
фигура. Уолтер с трудом сообразил, кто этот
мужчина. - Хорошая работа, лорд Рис. Вы надежный союзник.
- Спасибо, Уолтер, - сухо ответил Рис, заметив, что брат Джессамин
попросту напился. - А теперь отправляйтесь
спать, завтра поговорим.
- Ну, о чем ты... еще рано! Мы ведь можем сыграть в шахматы, - промямлил
Уолтер и предпринял еще одну неудачную
попытку выпрямиться. - Послушайте... я так счастлив! Мы сыграем партию в честь
нашей победы.
Рис покачал головой:
- Только не сегодня. Это был нелегкий день. Не забывай, я с утра успел
поработать плотником, потом тушил пожары...
так что партию в шахматы мы сыграем завтра. Идет?
Уолтер уже начал было плаксиво ворчать, как вдруг неожиданно для всех лицо
его расплылось в улыбке и он мешком
свалился в кресло.
- Ладно, уговорили... Завтра так завтра!
После этого он упал головой на стол и захрапел. Рис позвал слуг, чтобы те
перенесли своего хозяина в постель.
Джессамин не знала, куда девать глаза.
- Я должна извиниться за Уолтера. Он никогда не переносил вида крови, так
что этого следовало ожидать. Теперь ты и
сам видишь, что из него плохой помощник.
- Ты не можешь всю жизнь оберегать его, - тихо сказал Рис. Он любовно
пригладил ее растрепавшисся волосы и
направился в сторону собравшихся в зале воинов.
Тут были и его люди, и воины Кэрли. Поговорив с ними, Рис объяснил
каждому, чего ждет от них. А старый Саймон уже
проникся искренним восхищением к высокому темноволосому валлийцу и всем его
людям и догадывался, что и воины Кэрли
испытывают те же чувства. И сейчас, когда лучники Риса должны были
рассредоточиться вдоль стен вместе с солдатами
гарнизона, никто и не подумал возражать.
Освободившись наконец, Рис сел ужинать вместе с Джессамин.
- Как ты думаешь, мы еще в опасности? - спросила она, когда они
разделались с супом.
Рис тяжело вздохнул. Ему так не хотелось разрушать ее иллюзии!
- Джессамин, не хочу тебя обманывать... Похоже, что сейчас замку ничто не
угрожает, но я не уверен, что они не
вернутся! Будем надеяться, что такой крохотный замок, как твой Кэрли, не так уж
важен для сэра Ральфа и он предпочтет
оставить все как есть. К тому же им неизвестно, получим ли мы подкрепление. Если
повезет, они даже не узнают, что я
покинул замок. Конечно, если не позаботились оставить поблизости своих шпионов.
- Когда ты собираешься уехать?
- Я смогу остаться здесь дней на десять, не больше, Я и так рискую
опоздать, особенно если погода испортится. Если
отряд не прибудет в назначенное время, Глендовер сочтет меня изменником.
- Иногда десять дней кажутся вечностью, - прошептала Джессамин, взяв его
руку в свою, и ужаснулась, увидев на
гладкой коже свежие царапины и порезы. - Я попробую вообразить, что ты мой муж и
хозяин этого замка. -
Улыбнувшись, словно оказывая ему огромную милость, Джессамин добавила: - И я даю
тебе разрешение, если пожелаешь,
поместить в герб Дакре спои цветы Ллиса!
Услышав такое великодушное предложение, Рис весело ухмыльнулся;
- Ага, стараешься умаслить меня! А как насчет валлийского дракона?
- Никакого дракона! - решительно возразила Джессамин.
- Может быть, поспорим на этот счет?
- Послушай, мы же договорились, никаких споров и ссор! - ласково напомнила
она, боясь, что Рис снова разозлится не
на шутку. - Так ты принимаешь мое великодушное предложение?
- Принимаю. А теперь, госпожа, не хотите ли, в свою очередь, выслушать и
мое великодушное предложение?
- О, любимый, ты же знаешь, что я готова для тебя на все! - прошептала
она, уронив голову на его мускулистое плечо,
и вдруг впервые почувствовала себя слабой женщиной, которую любят и лелеют.
- Тогда пойдем, не будем терять драгоценного времени. Почему-то у меня
такое чувство, что эти десять дней и ночей
промелькнут для нас как одно мгновение.
- Как один сладкий поцелуй, - добавила она, подставив ему свои губы. - Мне
кажется, мы никогда не сможем
насытиться!
- Надеюсь... я бы этого просто не вынес, - хрипло прошептал он, подхватив
ее на руки.
Джессамин с улыбкой вспомнила, что они в первый раз будут делить ложе в ее
родном Кэрли. Поежившись от смущения,
она вдруг представила, что подумают слуги о своей госпоже - наверное, сочтут
распутной? Ей стало неловко, но она
заставила себя не думать об этом.
Было раннее зимнее утро. Воздух был свеж и прозрачен, как хрусталь, реку
затянула тонкая корочка льда, а промерзшая
за ночь трава покрылась инеем и сверкала в лучах солнца, как чистое серебро.
Вдруг, вырвав их из сладкого утреннего сна,
из-за крепостной стены прозвучал пронзительный вой трубы.
Рис одним прыжком соскочил с постели, отбросив в сторону одеяло.
- Что это? - закричала Джессамин. Завернувшись до подбородка в одеяло,
поскольку утренний холодок пробирал до
костей, она широко раскрытыми глазами испуганно уставилась на Риса, который,
судя по всему, готовился к битве.
- Похоже, наше блаженство пришло к концу, любимая! Если я правильно
угадал, это сэр Ральф явился к нам с визитом.
Знаешь, лучше оставайся здесь. Мне бы не хотелось, чтобы ты пострадала.
Едва он ушел, Джессамин подскочила к окну. Внизу сверкали доспехи и реяли
стяги. На них Джессамин с ужасом
разглядела свернувшуюся в клубок змею - казалось, мерзкая гадина безмятежно
греется в холодных лучах зимнего солнца.
Так, значит, сэр Ральф из Кэйтерс-Хилла все-таки явился! Джессамин мгновенно
отметила, что у них с собой не было ни
одного осадного орудия, стало быть, мысль о том, чтобы взять Кэрли приступом, не
приходила им в голову.
Спустя какое-то время Рис отыскал ее, дрожавшую от страха и холода, в
маленькой комнатке на самом верху осадной
башни. Лицо его было похоже на маску.
- Джессамин, любовь моя, я пришел просить тебя об одолжении. Знаю, что это
против твоих принципов, но только на
один-единственный раз я умоляю тебя забыть о наших спорах. Может быть, это наша
единственная надежда. Прошу тебя,
позволь мне поднять знамя с валлийским драконом и личный штандарт Глендоверов!
У Джессамин от неожиданности захватило дух. Слишком ошеломленная, чтобы
спорить, она стояла перед ним, бессильно
опустив руки, и понимала, что он затеял смертельную игру.
- Мы же уже говорили об этом... ты согласился.
- Я знаю, - непривычно кротко кивнул Рис и сжал ее пальцы. - Прости,
Джессамин, но это я виноват в том, что
произошло. Вес мой проклятый язык! Я полный идиот - сказал Джексону, что его
отряд разбит тридцатью валлийцами!
Если сэр Ральф подумает, что нас поддерживает Глендовер... только тогда он может
оставить нас в покое.
Джессамин понимала, что стоит им хоть раз поднять валлийского дракона над
Кэрли, как их причислят к сторонникам
Глендоверов. И валлийское знамя, реющее над башнями замка, любой английский
отряд будет вправе считать за вызов. Но
времени думать уже не было. Рис нетерпеливо ждал, что она решит.
Наконец с сильно бьющимся сердцем она кивнула: - Если ты уверен, что это
наш единственный шанс, пусть будет потвоему.
- Джессамин сознавала, что поступает нехорошо, не посоветовавшись с
Уолтером. Ей пришлось напомнить себе,
что даже в лучшие времена брат не отличался решительностью. Промедление же было
смерти подобно.
- Хорошо. Я надеялся, что ты согласишься. Даже приказал это сделать.
Джессамин почувствовала себя одураченной. Подскочив к окну, она оцепенела:
прямо перед ее глазами на верхушке
башни развевалось огромное белоснежное полотнище, в центре которого, окруженный
зеленой лентой, красовался огненнокрасный
свирепый сказочный зверь - эмблема валлийцев.
Отвернувшись, Джессамин мысленно обратилась к памяти отца, умоляя простить
ее. Узнай он о том, что они сделали,
старик перевернулся бы в гробу. Наверняка он решил бы, что предательница-дочь
изменила и родному Кэрли, и английской
короне. Сознание вины тяжким бременем легло ей на плечи. Оно вопреки строжайшему
запрету Риса и заставило ее выйти на
стену.
От вражеского отряда отделились трое. Джессамин с замиранием сердца
следила, как они медленно двинулись к замку; на
несколько шагов впереди со знаменем ехал оруженосец. Она без труда узнала в
одном из всадников сэра Ральфа. На нем попрежнему
был его великолепный шлем с пышным плюмажем, роскошные доспехи
ослепительно сверкали па солнце.
- Рис из Трейверона, я требую, чтобы ты освободил захваченный тобой замок!
- зычно крикнул сэр Ральф, голос его
долетел до самых дальних уголков замка, эхом отразившись от старых каменных
стен.
- Ни за что! Я захватил его, повинуясь воле моего сеньора, - последовал
решительный ответ Риса.
Ральф Уоррен и эти командиры быстро посовещались между собой. Прошло еще
несколько минут, и сэр Ральф снова
выехал вперед:
- Тогда я требую Кэрли назад именем моего сеньора - Генри, короля Англии.
Рис подошел к самому краю стены, его прикрывали трое самых метких
лучников.
- Не пытайся запугать меня, Уоррен, только зря потратишь время. Я тоже
действую от имени короля - только моего
сеньора зовут Оуэн, король Уэльса! - Рис несколько преувеличил, поскольку сам
Глендовер именовал себя всего лишь
принцем Уэльским.
Ральф Уоррен гневно указал на развевавшееся над башней замка знамя с
валлийским драконом.
- То, что вы подняли этот флаг, - измена!
- Ничего подобного! Это значит, что в замке находится валлийский отряд, -
только и всего!
Молчание, последовавшее вслед за этими словами, заставило сэра Ральфа
почувствовать себя на редкость неуютно. В его
планы не входило столкновение с военным отрядом, как бы мал тот ни был. По
правде говоря, он надеялся, что валлийцы
сдадутся без боя, когда узнают, сколько у него воинов.
- Если Кэрли удерживают воины Глендовера, почему они не решаются выйти и
сразиться с нами? - насмешливо
воскликнул сэр Ральф.
- А они сейчас внизу, завтракают! И не считают, что ради вас стоит
прерываться! - крикнул в ответ Рис. За его спиной
послышался громкий хохот.
Даже под сверкающим шлемом было видно, как побагровело лицо сэра Ральфа.
Повернувшись спиной, он опять принялся
шептаться со своими людьми.
- Тогда я хочу поговорить с хозяином замка. Пусть он решает, какому из
отрядов доверить охрану Кэрли!
- Ничего не выйдет. Он под надежной охраной!
В очередной раз посовещавшись, сэр Ральф подъехал к самому краю рва, лицо
его было угрюмым. Подняв глаза, он
громко объявил:
- А теперь слушай внимательно, валлиец! Мы сейчас тоже отправимся
завтракать. Так что у тебя есть ровно час, чтобы
одуматься и освободить замок.
С этими словами сэр Ральф повернулся и пошел к своему отряду.
- И что же теперь? - со страхом спросила Джессамин, бросив украдкой взгляд
на свирепого багрово-алого дракона. От
сознания угрожавшей им опасности желудок у нее свело судорогой.
- Сделаем то же самое. Лично я голоден как зверь. - Рис вошел в башню и
стал спускаться по узкой лесенке.
Джессамин заторопилась вслед за ним.
Завтрак прошел в напряженном молчании. Джессамин с трудом заставила себя
проглотить несколько кусочков. Ей
казалось, что вот-вот прозвучит сигнал тревоги, возвещающий о том, что начался
штурм замка.
Прошел час.
Они вернулись на стену. Долго ждать не пришлось. Через несколько минут на
краю леса вспыхнуло пламя, загорелись
повозки, которые следовали вместе с отрядом сэра Ральфа. Несколько воинов
кинулись тушить огонь, и на них немедленно
посыпался дождь стрел. Началась паника. Когда же им удалось подобраться к
повозкам, то первое, что они увидели, был их
повар. Он лежал без чувств, рука его была пригвождена к повозке стрелой, вокруг
которой была обмотана записка.
Поскольку ее написали по-валлийски, никто из людей сэра Ральфа не смог ничего
прочитать. Это разъярило их еще больше.
Рис с удовлетворением наблюдал за этой сценой. Пока сэр Ральф и его отряд
завтракали, он послал нескольких воинов в
лес, чтобы посеять панику. Они незаметно выскользнули из замка через подземный
ход и сыграли с сэром Ральфом шутку на
свой лад.
Неожиданно справа послышался скрежет и звон стали, за которым последовал
торжествующий вопль, С потемневшим от
тревоги лицом Рис обернулся в ту сторону и увидел, что англичанам удалось
захватить одного из его людей.
Через несколько минут сэр Ральф снова подъехал к замку, остановившись
возле рва с водой.
- Валлиец! - крикнул он, и Рис подошел к краю крепостной стены. - Мы
захватили одного из твоих людей.
По его сигналу один из воинов выехал вперед. Поперек его седла болтался
какой-то бесформенный сверток. Всадник
медленно двинулся вперед, чтобы дать возможность защитникам Кэрли полюбоваться
его окровавленным трофеем.
- Либо ты освободишь Кэрли, либо мы будем пытать пленника! И он расскажет
нам все, что знает. Так что у тебя есть
выбор. Убирайся из замка - и ты сохранишь ему жизнь! А если откажешься, то
убьешь его так же верно, как если бы сам
перерезал ему глотку!
Рис задумался, он слышал глухой ропот за спиной. Теперь он знал, кто попал
в плен, без труда опознав бесчувственное
тело. Это был Даффидд, молодой пастух из соседней долины. Острая боль пронзила
его сердце - Рис представил себе,
каково ему будет, когда придется сообщить давно овдовевшей матери паренька о
смерти единственного сына.
Помолившись про себя, чтобы замысел его удался, Рис решился на опасную
игру:
- Ты меня за идиота принимаешь, что ли? А, Уоррен? Любому видно, что
парень давным-давно мертв!
- Нет, он жив. Его просто слегка стукнули по голове.
- Если бы он дышал, вы бы давно взялись пытать его. Стали бы вы ждать так
долго? Так что мы опять вернулись к тому,
с чего начали, только теперь ты лишился своих повозок с продовольствием.
С потемневшим лицом сэр Ральф махнул рукой своему человеку, чтобы тот
убрал тело.
- Ты слишком умен, валлиец, и это не к добру! - прорычал он напоследок.
Будь проклят этот валлийский пес! Он и не подозревал, что придется
столкнуться с таким противником. Оставался только
один шанс перехитрить его, хотя при мысли об этом у сэра Ральфа вес внутри
переворачивалось.
- Что, просчитались, сэр Ральф? - презрительно хмыкнул Рис. Опершись на
зубчатый парапет ногой, обутой в высокий
сапог, он перегнулся через край. - Признаться, вы меня разочаровали.
- Я намерен разорвать тебя на куски и скормить на обед воронам! - зарычал
тот. Краем глаза он заметил, как стоявшие
за спиной валлийца лучники слегка натянули тетивы, и горло его перехватило
судорогой. - Благодари Создателя, что сейчас
у меня нет времени возиться с тобой. Можешь праздновать победу - пока! Сегодня
ты выиграл - но будет еще завтра! А
там посмотрим. И к удивлению Риса, с этими словами сэр Ральф повернул коня и
стремглав поскакал к своему отряду.
Подъехав поближе, он поднял руку, отдавая приказ сниматься с места. Рис следил,
как они швырнули на землю тело
несчастного Даффидда, После этого отряд развернулся и двинулся к реке. Вначале
он ожидал, что из леса появится другой
отряд, чтобы занять их место, но, сколько ни вглядывался, не заметил ничего,
кроме тонких стволов деревьев, чернеющих на
фоне бледного зимнего неба.
- Я не верю... просто не могу поверить в это! - воскликнул Уолтер. Повидимому,
ему наконец удалось набраться
мужества и вскарабкаться по винтовой лестнице на башню. - Великий сэр Ральф
убрался без боя, поджав хвост?! Ну и трус!
А еще считает себя великим воином!
- Не торопись. Он ушел... на сегодня. Не сомневаюсь, что он что-то
задумал.
Рис следил, как цепочка всадников медленно переправляется через реку. Судя
по направлению, они врядли вернутся в
Шрусбери. И поскольку сэр Ральф явно не готов "и к долгой осаде замка, ни к
тому, чтобы просто убраться восвояси, то все
это выглядело довольно странно. И это очень не понравилось Рису.
Сэр Ральф не вернулся ни ночью, ни на рассвете. Рис выслал разведчиков, но
они не обнаружили никаких следов
англичан. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.
- О, Рис, ты сделал это! - воскликнула Джессамин. - Он ушел, ушел! -
Девушка в восторге закружилась вокруг пего.
Схватив Риса за руки, Джессамин заставила его присоединиться к ней.
Вдруг Рис остановился и, схватив ее в объятия, приник поцелуем к ее губам.
Он разделял радость Джессамин, но
чувствовал, как в душе его шевелится страх. Все не так просто и хорошо, как она
думает. Он не мог больше оставаться в
Кэрли. Разрываясь между любовью к Джессамин, страхом за нее и клятвой верности,
которую он принес Глендоверу, Рис
чувствовал, что ведет неравную борьбу. И хотя он безумно желал остаться с ней,
но понимал, что должен в назначенное
время присоединиться к своему сеньору. Был, конечно, шанс, что сэр Ральф
внезапно потерял интерес к замку, который
вначале решил добыть любой ценой. Может, он получил приказ от Болингброка, и это
помешало ему осуществить свой план.
Как бы то ни было, но он предпочел уйти. Однако человек, особенно такой
могущественный, как Уоррен, пережив
поражение, обязательно отомстит. И сейчас, при мысли о том, какой может быть его
месть, Рис потерял покой.
Глава 16
Джессамин сонно приоткрыла глаза и прижалась к Рису. Сейчас она
чувствовала себя восхитительно счастливой. Трудно
было даже представить себе, что на долю женщины может выпасть такое счастье,
каким она наслаждалась вот уже целую
неделю. Дни и ночи их были полны блаженства. И тут она вспомнила, что как раз
сегодня он должен присоединиться к
Глендоверу в его крепости на холме!
Сердце Джессамин сжалось от отчаяния. С тяжелым вздохом она повернулась,
чтобы взглянуть на Риса. Возле постели на
маленьком столике все еще горела свеча. Надо было погасить ее, но они оба
позабыли об этом. Да и как они могли, когда
уснули почти мгновенно, заключив друг друга в объятия после нескольких часов
страстной любви?
Слезинка скатилась у нее по щеке. Джессамин недовольно вытерла глаза. Что
за глупости - в конце концов, она с самого
начала знала, что Рис уедет. Теперь ему придется скакать без отдыха, чтобы не
опоздать на назначенную встречу. И так он
очень рисковал - ведь Глендоверу вся эта история могла не слишком-то
понравиться.
Джессамин с улыбкой повернулась к Рису - одинокая свеча бросала янтарные
блики на смуглое спокойное лицо. Темные
ресницы густыми полукружьями лежали на щеках - он крепко спал и во сне казался
таким юным, безмятежным. Вдруг Рис
заворочался, и Джессамин залюбовалась густыми кольцами черных, как вороново
крыло, волос, разметавшихся поверх
сильной шеи, - они казались особенно темными на фоне ослепительно белой подушки.
Она опустила глаза, но при виде
широких, красиво развернутых плеч и литых мышц Джессамин почувствовала, как у
нее перехватывает дыхание.
Воспоминания прошлой ночи были еще слишком свежи. Рис заворочался во сне,
беспокойно откинул в сторону одеяло и
одной рукой прижал ее к себе.
Джессамин нежно поцеловала жесткие губы. Как она будет скучать без него! С
тех пор как они уехали из Честера, их
любовь крепла с каждым днем, и она не представляла, как будет жить без него. Рис
обещал вернуться. И еще он поклялся
разорвать помолвку с Элинед Глинн. Он дал ей слово, и Джессамин верила, что Рис
сдержит клятву, хотя и не могла без
ревности вспоминать прелестную Элинед.
- По какому поводу слезы? - шепнул Рис. Приподнявшись на локте, он нежно
коснулся се щеки и почувствовал, что
она мокрая.
- Зачем ты спрашиваешь? Тебе ведь и так все известно. Сегодня ты
уезжаешь...
Рис с улыбкой легонько толкнул Джессамин и опрокинул на подушки.
- Я скоро вернусь, обещаю! Ты же знаешь, что я не смогу без тебя...
Вдруг кто-то оглушительно забарабанил в дверь. Оба от неожиданности
подскочили и тревожно переглянулись.
Это оказался один из воинов Риса. Он пришел сказать, что все собрались и
ждут. Солнце уже час как встало.
Удивленный Рис соскочил с постели и распахнул тяжелые ставни. Было совсем
светло, и хотя небо затянуло тучами,
редкие лучи солнца нет-нет да и пробивались наружу.
- Солнца нет, но ведь нельзя забывать, что уже январь, - сказал он, прижав
к себе Джессамин, которая тихонько
подошла сзади и сейчас стояла босыми ногами на тростниковой циновке. - Не
печалься, любимая. Я вернусь, как только
смогу. И уж тогда ты всегда будешь со мной, понравится это Уолтеру или нет.
- А с чего бы ему возражать? Хотя, насколько я помню, он долго носился с
мыслью выдать меня за сэра Ральфа, но
сейчас, слава Богу, об этом не может быть и речи.
Нехорошее предчувствие заставило сердце Риса тоскливо сжаться. А что, если
сэр Ральф хотел захватить не только
замок? Ведь Джессамин так прекрасна; любой мужчина потеряет голову. Рис сам не
заметил, как вдруг стиснул ее с такой
силой, что у Джессамин вырвался сдавленный стон, а он, забыв обо всем, хрипло
прошептал:
- Не бойся ничего. И сэра Ральфа тоже. Если только этот мерзавец посмеет
прикоснуться к тебе, клянусь, я убью его на
месте!
В его голосе прозвучала такая мрачная угроза, что Джессамин стало не по
себе.
Но вот Рис уже полностью одет и готов к путешествию. Больше нельзя
откладывать неизбежное.
- Господь да хранит тебя, - прошептала Джессамин, голос ее дрогнул и
сорвался.
- И тебя!
С потемневшим лицом Рис смотрел на нее. Всего несколько минут... а там Бог
знает, сколько времени пройдет, прежде
чем они свидятся. Он так и не решился сказать Джессамин, что Глендовер скорее
всего будет сражаться до самой осени. Ему
не хотелось ее расстраивать. К тому же Рис знал, что Джессамин и так волнуется
за его жизнь, так для чего печалить ее еще
больше?! Только вот неприятно было обманывать ее. И сейчас, когда она подняла к
нему лицо, такое нежное, такое
доверчивое, Рис почувствовал угрызения совести.
Рука об руку они вышли из ее крохотной спальни, оставив позади волшебные
воспоминания, спустились по винтовой
лесенке и вышли во двор. Воины Риса уже сидели в седлах, нетерпеливые кони били
копытами, то и дело фыркая, и
крохотные облачка пара вырывались из их ноздрей. Небо угрюмо хмурилось, тучи,
будто полные непролитых слез, низко
нависли над замком, почти цепляясь за его зубчатые башни. День выдался серый,
даже солнце скрылось, и от этого все
вокруг стало еще мрачнее. Рис потоптался возле коня, уже оседланного и
нетерпеливо дергавшего повод, потом обернулся к
Джессамин и коротко бросил:
- Не доверяй никому, любимая! Я уверен, сэр Ральф задумал недоброе. Так
что обещай быть осторожной!
- Хорошо. Клянусь, если наш милый родственник вернется, пусть не
рассчитывает, что его примут с распростертыми
объятиями! - весело рассмеялась она, хотя сердце ее разрывалось на части.
Джессамин поклялась, что не проронит ни слезинки. Позже, когда Рис уедет,
у нее еще будет время наплакаться. Лишь
только он вскочил в седло, как неизвестно откуда выглянуло солнце, в его лучах
ослепительно сверкнули серебряны
...Закладка в соц.сетях
