Жанр: Любовные романы
Бедная Настя 2. Крепостная навсегда
...ан!
- Цыган? Ну, какой цыган, Лизонька, - по тону было понятно, что княгиня всерьез
обеспокоилась душевным здоровьем дочери. - Видать еще не поправилась - в последнее
время тебе все какие-то страшные сны снятся. То Владимир Корф тебя из леса вынес, то
теперь цыган напал. И где - в нашем доме!
- Это никакой не сон, маменька! Я видела его так же, как вас сейчас перед собой вижу!
- Ну, и каков он из себя? - понимающе улыбнулся Забалуев.
- Ужасный человек - глаза горят, волосы черные, и седая прядь надо лбом.
- Страшная картина, очень похожа на те сказки, которыми Сычиха пугает.
- Маменька!
- Ну, полно, полно, не смеюсь я, - пожала плечами Долгорукая. - И что же он хотел от
тебя, этот цыган?
- Он хотел меня предупредить, что Андрей Платонович не тот, за кого себя выдает.
- Что это значит? - нахмурилась княгиня.
- А я дальше вырвалась и слушать не стала.
- Вот что, милая, - твердо сказала Долгорукая после повисшей в кабинете паузы. -
Узнаю, что это - очередная твоя уловка, чтобы свадьбу отменить, накажу.
- Он сказал, что знает что-то о моем женихе!
- Довольно! Ступай сейчас же к себе, ложись в постель и постарайся заснуть, чтобы
всякая дурь из твоей головы за ночь выветрилась.
- Я никуда не пойду, пока не поговорю с Андреем. Где он?
- Андрей уехал в Петербург.
- Как уехал в Петербург?! И со мной не попрощался?! - Лиза была готова заплакать. -
Вы нарочно сделали, чтобы он уехал!
- Лиза, не говори глупостей!
- Ничего у вас, маменька, не получится! Я не выйду замуж за господина Забалуева - это
он виноват в том, что со мною случилось! Он кричал на меня, он меня ударил! - Лиза
обвиняюще указала рукой на Забалуева.
- Ой, ударил, - улыбнулась Долгорукая, - подумаешь! А как тебя иначе привести в
чувство? Будь я на его месте - поступила бы точно также! Повторяю, последнее время ты
ведешь себя отвратительно, Лиза!
- Вы знали?
- Андрей Платонович все объяснил мне. И я, должна признаться, чуть со стыда за тебя
не сгорела, пока он мне все это рассказывал. И после такого позора этот святой человек
еще и спас тебя и по-прежнему хочет жениться.
- Когда же вы простите меня, Елизавета Петровна, за мою минутную вспышку гнева? -
скромно потупил очи долу Забалуев.
- Лиза, Андрей Платонович давно загладил свою вину перед тобой - спас тебя, когда
другие ничем помочь не смогли. Так что иди в свою комнату и больше напраслину на
благородного человека не возводи. А вы, Андрей Платонович, проводите ее, а то, не
приведи Господи, опять какой-нибудь цыган объявится.
Забалуев предложил Лизе взять ее под руку, но она гордо отказалась и вышла из
кабинета с таким видом, как будто была заключенной и под конвоем. Забалуев кивнул
Долгорукой и поспешил за Лизой. Проводив ее до дверей комнаты, он осмелился
предложить ей свою помощь - Я помогу вам прилечь.
- Вы не муж мне и не будете им!
- Напрасно, вы ко мне столь суровы.
- А скажите-ка, Андрей Платонович, что вы с маменькой делали с расходной книгой
отца? Это ведь забота моего брата - заниматься делами в имении.
- Я просто помогал Марии Алексеевне разобраться с прошлыми расходами да и
будущие траты рассчитать. Одной ей тяжело вести такое хозяйство.
- Я обязательно Андрею напишу - расскажу обо всем! И про пощечину, и про книгу...
- Я бы очень не хотел, дорогая моя, чтобы вам снова цыгане пригрезились, - тихо
сказал Забалуев.
- Вы мне угрожаете?
- Елизавета Петровна, я прошу вас сменить гнев на милость. Я был не прав. Неужели
вы будете казнить меня всю нашу совместную жизнь?
- Когда я расскажу Андрею обо всем, ни о какой совместной жизни речи не будет. Вас
вышвырнут из этого дома!
- Вы сейчас утомлены немного. Я уверен - как только вы поправитесь, ваше отношение
ко мне переменится.
- Никогда! Прошу вас, оставьте меня.
- Как прикажите, Елизавета Петровна. Желаю вам сладких снов.
Забалуев бочком удалился. Он почти неслышно спустился по лестнице, но не успел и
нескольких шагов сделать по коридору, как его остановила сильная смуглая рука,
приставившая ему нож к горлу. Второй рукой цыган затянул его в угол за колонною, где
света было поменьше и место нелюдное.
- Узнал меня?
- Как ты сюда попал?
- Разве твоя невеста тебе не сказала, что я умею проходить сквозь стены?
- Только сделай что-нибудь, Седой, я закричу! Сбегутся люди, тебя под арест, а табор
твой разгонят.
- Зачем мне руки пачкать? Я тебя не трону. Л людей тебе самому звать не резон. Люди
придут, я им такое про тебя расскажу, что у них волосы дыбом встанут.
- А кто поверит в твои цыганские сказки?
- Вот и посмотрим, поверят или нет! Хочешь, прямо сейчас с твоей невестой поговорю,
а ты послушаешь?
- Не надо!
- Где деньги?
- Отдам. Завтра. Заброшенную избушку на берегу озера помнишь? Рядом с табором.
- Во сколько?
- В два часа пополудни, но только без свидетелей.
- Бог свидетель! Смотри, обманешь - не поздоровится!
- Без обмана, - прошептал Забалуев, - отдам, все отдам завтра же!
Забалуев почувствовал, что хватка ослабла, и острый металл уже не холодит
подбородок. И тогда он позволил себе оглянуться - цыгана и след простыл, словно и не
было его. Забалуев отступил и прижался к стене - его слегка потряхивало...
А Долгорукой опять не удалось довести дело с книгой до конца. В который раз в
кабинет проникла уставшая и какая-то осунувшаяся за последние дни Татьяна и сообщила,
что в гостиной барыню дожидается князь Репнин. Долгорукая удивилась, но потом
рассудила, что, возможно, этот визит как-то связан с намерением Андрея жениться на
княжне Репниной, и велела Татьяне принять гостя по первому разряду и предупредить
его, что сама она скоро спустится.
- Князь! Какой сюрприз! - ослепительной улыбкой приветствовала она Репнина, входя
в гостиную.
- Здравствуйте, Мария Алексеевна. Наконец-то, я добрался и до вас.
- Жаль, что мы увиделись мельком на спектакле - такая трагедия!
- А вы уже поправили здоровье?
- Здоровье? Ах, да, мне лучше, значительно лучше, - Долгорукая жестом пригласила
Репнина присесть на один из диванов.
Он последовал ее приглашению.
- Вы, оказывается, любите птиц? - Репнин кивнул на клетки с канарейками.
- Мой муж любил охоту, рыбную ловлю, а я вот завела себе птаху мелкую, этим и
довольствуюсь.
Я весьма рада познакомиться с вами поближе, Михаил Александрович! Андрей так
много говорил о вас.
- Он сейчас здесь?
- Нет, уехал в Петербург, к вашей сестре. Возможно, наши семьи скоро породнятся.
- Я знаю, что Наташа уже написала письмо родителям в Италию. Они ответили, что
будут счастливы благословить ее союз с наследником столь славной фамилии.
- А вы гостите у Корфов?
- Владимир - мой старый друг.
- Я так сочувствую его горю, - Долгорукая поднесла платочек к глазам. - Смерть барона
для всех нас большой удар.
- Вы хотели сказать - убийство?
- И не говорите, не говорите... У какого чудовища рука поднялась? Барон и так был
слаб сердцем, болел часто. Не дали старику умереть спокойно, ироды.
- Вам ведь довелось быть рядом с бароном в тот злополучный вечер?
- Да, да. Как сейчас помню - барон всем предлагал выпить с ним бренди. Но все
предпочли вино.
- А вернулись вы домой вместе господином Забалуевым?
- Но, почему, собственно, вы задаете мне такие вопросы?
- Я думал с вашей помощью восстановить доподлинно картину его последних часов.
- Что ж, похвально, я прекрасно понимаю вас, князь. Однако я думаю, что вам об этом
лучше поговорить с Андреем Платоновичем. Он в тот вечер приехал к Корфам раньше
всех. Когда Владимир пригласил меня в дом, Андрей Платонович был уже в библиотеке, а
Иван Иванович появился последним.
- Добрый день, князь. Рад вас видеть в добром здравии, - Забалуев, едва оправившись от
разговора в коридоре, поспешил в гостиную. Он услышал последние слова княгини, и они
ему не понравились. Забалуев решил вмешаться.
- Простите, вы так громко разговаривали, что я невольно слышал вас. И позволю себе
внести кое-какие уточнения.
- Буду вам крайне признателен, - кивнул Репнин.
- В тот злополучный день мы пили за здоровье моей невесты, поднимали тост за нашу
предстоящую свадьбу, - Забалуев бесцеремонно уселся в кресло напротив княгини и
выразительно посмотрел на нее. - Кстати, Мария Алексеевна, еще до моего приезда вас
видели в поместье Корфов - вы прогуливались по двору.
- Да полноте вам, Андрей Платонович, - Долгорукая махнула на него платочком,
словно отгоняла назойливую муху, - когда я приехала в поместье, то первым делом
повстречала Владимира. А вы были уже в библиотеке. Пойду, посмотрю, как там Лиза. Не
прощаюсь с вами, князь.
Долгорукая быстро поднялась и вышла из гостиной.
- Табачку, Михаил Александрович, не желаете? - поинтересовался Забалуев, доставая
свою любимую бомбоньерку - Благодарю, - отказался Репнин.
- Как угодно, - Забалуев набрал щепотку и затолкал ее себе в нос.
- Признаться, я озадачен, Андрей Платонович. Насколько я помню, во время пашей
последней встречи я просил вас о содействии в аресте управляющего Корфов, Карла
Модестовича. И вот вы являетесь с исправником не за управляющим, а для того, чтобы
арестовать Владимира. Будьте здоровы!
- Благодарю вас, - чихнувший Забалуев полез за новой порцией табачку. - Да я
собирался арестовать Владимира Ивановича, но это лишь часть задуманного мною плана.
Я хотел, чтобы настоящий преступник расслабился и раскрыл себя.
- И кто же он, по-вашему?
- Я готов назвать вам его имя, но в обстановке, где нас никто не смог бы услышать.
Давайте встретимся завтра!
- Где и в котором часу?
- Недалеко от моего поместья, ближе к озеру есть заброшенная избушка, любой
крестьянин вам ее укажет. Встретимся там завтра в два часа пополудни...
Оставив Забалуева и Репнина в гостиной, Долгорукая поднялась к Лизе. Разумеется,
поход к ней был скорее предлогом, чем насущной необходимостью. Долгорукой не
понравилось, как дотошно выспрашивал Репнин
и как ловко вмешался в разговор Забалуев, тут же принявшийся усердно выгораживать
себя. Подобное поведение будущего жениха дочери ее не порадовало, но и не удивило -
Мария Алексеевна и сама не была чиста перед Богом. Забалуев, конечно, тоже не ангел,
но полезный человек и вынужденный соратник в ее тяжбе с имением. И поэтому княгиня
сочла за лучшее избежать лишних и не совсем приятных вопросов молодого князя и нашла
для этого понятный и вполне правдоподобный предлог.
- Лиза! Что ты делаешь? - удивилась Долгорукая, входя в комнату дочери.
- Вот, нашла что-то любопытное, - Лиза стояла перед зеркалом и примеряла на себя
фату из сундука, доставшегося ей в наследство от бабушки. - Вы помните этот флер-доранж,
маменька?
- В этой вуали я венчалась с твоим отцом, - нахмурилась Долгорукая.
- Вы были счастливы в день свадьбы?
- Хотя мой брак устроили родители, я по-настоящему обожала своего мужа и была
счастлива.
- Маменька, простите меня за то, что я так часто говорила, будто вы не любили отца.
Теперь я вижу, что это не так. А вы помните день своей свадьбы?
- Это трудно забыть, - Долгорукая с подозрением взглянула на дочь, но Лиза смотрела
с такой искренностью, что княгиня растрогалась. - Когда я шла к алтарю, было столь
светло и празднично, что казалось, все вокруг пронизано любовью и радостью.
- О, как бы мне хотелось почувствовать это... - мечтательно сказала Лиза. - Смотреть
через вашу вуаль на своего жениха, и видеть мир, осиянный любовью. Маменька! Вы
позволите мне выйти замуж по любви?
- Ах, вот в чем дело! - Долгорукая тут же очнулась и заговорила своим обычным и
недобрым тоном. - Хитришь, милая, по-своему повернуть хочешь? Только ничего у тебя
не получится. Будет по-моему, ибо я не враг тебе - я тебе счастья желаю!
- Не зря вас папенька кавалерист - девицей называл! Вам бы армией командовать! - в
сердцах воскликнула Лиза.
- Отец ваш был чувством юмора не обижен, да и других, с позволения сказать,
достоинств у него тоже насчитывалось предостаточно. Только не все они столь
безобидные, как его умение пошутить.
- Но вы же любили папеньку, когда выходили за него?
- Не обо мне теперь речь и не о папеньке. Ты, слава Богу, вовремя узнала, что твой
ненаглядный дрался на дуэли из-за другой женщины! А представь себе, что тебе стало
известно об этом через много лет после свадьбы?
- Уж не хотите ли вы сказать, что тоже разочаровались? - догадалась Лиза. - Так вот о
чем мне пыталась сказать Сычиха... Папенька изменил вам?
- Довольно! - прервала ее Долгорукая. - Ты выйдешь замуж за Забалуева, это дело
решенное! И я не желаю впредь разговаривать о твоем отце! Никогда! А если кто-нибудь
вздумает рассказывать тебе всякие небылицы про него, тот об этом сильно пожалеет. И
запомни мои слова крепко-накрепко!
Долгорукая быстро вышла из комнаты, сильно хлопнув дверью.
Вернувшись в гостиную, она застала там одного Забалуева.
- Андрей Платонович, а где же князь?
- Михаил Александрович вдруг вспомнил о каком-то важном деле. Он просил
извиниться и передать, что еще непременно навестит вас.
- Ох, не понравились мне эти его расспросы! И куда он клонит, как вы думаете?
- Я лично подозреваю, что он, как утопающий, хватается за соломинку.
- Да с чего бы? Впрочем, я вмешиваться не хочу, дело это семейное.
- Не скажите, отравление - это уже по части полиции.
- Вот пусть исправник и разбирается, а у меня своих забот - полон дом! Надо к свадьбе
готовиться. Кстати, как вы насчет перепелок в винном соусе в качестве второго блюда? Я
бы лучше обсудила с вами меню.
- С превеликим удовольствием.
- Татьяна! - Долгорукая снова взялась за тесьму с колокольчиком. - Куда
запропастилась, негодная?
- И как вы терпите ее нерасторопность? - сочувствующим тоном сказал Забалуев. - Я
вот столкнулся с ней сегодня в коридоре - так чуть кипятком меня не обожгла. И на кого
глазела - не знаю, все по сторонам да по сторонам.
- Что правда - то правда, за слугами почти и не слежу - дел-то у меня предостаточно. За
всем и не поспеваю.
- А вы мне поручите - я вам содействие окажу.
- И то мысль, - кивнула Долгорукая и тут же набросилась на вошедшую Татьяну. - Где
была? Что долго бежала?
- Лизавете Петровне помогала.
- Ты что - доктор? Лучше вот принеси нам ликеру да не забудь, что рюмочки
маленькие, и фрукты к нему.
- Хорошо, барыня, - Татьяна кинулась выполнять, но в спешке не заметила, как
Забалуев в проход между диванами выставил каблучок. Татьяна покачнулась и упала на
колени. И откуда-то из складок платья вылетел конверт.
- А что это здесь у нас? - словно между прочим поинтересовался Забалуев, не позволяя
Татьяне поднять письмо. - А рука-то, кажется, Елизаветы Петровны.
- Дайте-ка, дайте мне его сюда! - потребовала Долгорукая. - Сейчас посмотрим.
Почитаем.
Татьяна поднялась и с обидой взглянула на Забалуева. Тот подошел к ней и тихо
сказал:
- Я тебя предупреждал, не серди меня. И это только начало.
- Что?! - вскричала Долгорукая. - Так вот в чем ты Лизке помогала!
Долгорукая подошла к двери и, распахнув ее, зычно закричала:
- Эй, кто-нибудь! Живо ко мне!.. А ты стой, не двигайся, негодяйка! Сейчас
разбираться стану.
- Маменька, что случилось? - в гостиную заглянула Соня.
- Сонюшка, - расплылась в улыбке княгиня, на глазах разом переменившись. - Вот как
славно, что ты рядом оказалась! Окажи любезность, дружочек, поднимись к сестре,
попроси спуститься ко мне. По очень важному делу.
- Как прикажете, маменька, - кивнула ничего не подозревавшая Соня.
Она все это время выполняла просьбу Лизы - искала пару ее туфельки. Когда Забалуев
принес Лизу в дом, то на ней оказалась всего одна туфелька. Поначалу на это внимания не
обратили, а, заметив, не расстроились. Однако Лиза эти туфельки выделяла и в тот день
надела их специально для Владимира, которого надеялась встретить на спектакле. Соня
не поняла, почему пропажа показалась сестре такой существенной, но Лиза все твердила
о Владимире, который нашел ее в лесу. Она была уверена, что потеряла одну туфельку,
как Золушка, и что вторая осталась в руках у принца.
Соня согласилась помочь сестре, но, прежде всего, потому, что хотела убедить ее -
сказки сказками, а спас ее все-таки Забалуев. Соня хорошенько порасспросила Андрея
Платоновича, где он нашел Лизу, и долго ходила вокруг указанного места, но никаких
следов туфельки не нашла. Забалуев от ее вопросов отмахнулся, а Соня впервые серьезно
задумалась - может быть, Лиза и в самом деле видела не сон?
Посетовав перед сестрой на неудачу в "своих поисках, Соня сказала, что маменька
ждет их в гостиной. Лиза нехотя оставила занятие у бабушкиного сундука и вместе с ней
спустилась вниз.
- Ты писала? - с порога набросилась на Лизу Долгорукая, размахивая перед ее лицом
конвертом, найденным у Татьяны.
- Я.
- Вот как - признаешься? И не страшно? Снова, значит, мать обойти решила! А ты,
Танька, у нее на посылках? На конюшню отправлю - выпороть так, чтобы всем в округе
было слышно!
- Татьяна ни в чем не виновата, - заступилась за нее Лиза. - Письмо Андрею она
собиралась передать по моей просьбе. С каких пор мы наказываем крепостных за то, что
они выполняют приказы хозяев?
- Хозяйка здесь - я! Татьяна должна была донести мне о твоем намерении. Она же
этого не сделала, значит, заодно с тобой и против меня, своей хозяйки!
Ишь, чего удумала - "Приезжай, дескать, братец, расторгни помолвку"!
- Прошу прощения, Мария Алексеевна, - грустно сказал Забалуев. - Все это печально
для меня, я, можно сказать, оскорблен в своих лучших чувствах. Я хотел бы откланяться,
ибо и времени у меня уже нет, и...
Забалуев демонстративно полез в карман за часами, но не нашел их, и на лице его
отразилось искреннее недоумение и обида.
- И часов, как я вижу, тоже. А куда это часики мои запропастились?
- Может, дома оставили, Андрей Платонович? - предположила Соня.
- Нет-нет, когда я приехал к вам, часы были при мне. Значит, где-то в доме пропали.
Впрочем, я, кажется, догадываюсь, куда они делись. Ловко! То-то ты на меня в коридоре с
чаем припадала, - Забалуев так выразительно посмотрел на Татьяну, что ни у кого в ее
вине и доли сомнения не должно было остаться.
- С чего вы взяли? - возмутилась Лиза. - Таня - честная девушка!
- А вот сейчас мы и посмотрим, какая она честная. Вы позволите? - Забалуев
повернулся к княгине за разрешением.
- Да, пожалуйста, - кивнула та, - ищите, да только я тоже сомневаюсь. Татьяна ни в чем
таком прежде у нас не замечена.
- Ничего я не брала! - воскликнула Татьяна.
- А вот мы в фартуке посмотрим - что-то он тяжеленький. Что это там тикает? Не мои
ли часы? - Забалуев виртуозно извлек из кармана Татьяниного фартука свои часы. -
Воровка! Вот, милые дамы, вы сами все видели. Как пострадавшее лицо, я требую
наказать виновницу этой отвратительной кражи!
- Клянусь, я впервые их вижу!
- Так как же они у тебя оказались? - нахмурилась Долгорукая.
- Подкинули! Сейчас и подкинули!
- Уж не на меня ли ты намекаешь... - начал Забалуев.
- На кого ж еще, Андрей Платонович? - дерзко спросила Татьяна.
- Ты как смеешь голос поднимать, мерзавка?! - завелась княгиня. - Да я тебя за одно
это велю на конюшне выпороть!
- Не на конюшне, а во дворе, чтобы все видели! - поддакнул Забалуев.
- Маменька! Андрей Платонович! Успокойтесь, прошу вас! - взмолилась перепуганная
за Татьяну Лиза.
- Барыня, да не брала я...
- Молчать!
- Таня! - вмешалась Соня. - Скажи, может быть, ты взяла эти часы почистить и забыла
положить?
- Взять, значит, взяла, а положить, забыла? Нет, это и называется украсть! - не
унимался Забалуев.
- Господь с вами! - взмолилась Татьяна.
- Маменька, посудите сами - для чего Татьяне эти часы?
- А ты, Лизавета, ее не защищай, у вас, я смотрю, круговая порука. Скажешь, и письмо
она не брала?
- Письмо было, - признала Татьяна, - а часы - не мое, не виновата я!
- Как вы все это терпите, Мария Алексеевна? - взвизгнул Забалуев. - Выпороть ее, да и
дело с конпом! Вся спесь из нее разом и выйдет. А на вас, Елизавета Петровна, я
удивляюсь! С какой стати вы крепостную девку так защищаете?
- Таня мне подруга! А вы в нашем доме распоряжаться людьми не смеете.
- Не дерзи, Елизавета! Андрей Платонович спас тебя. Где твоя благодарность?!
- Меня Владимир спас, на руках из леса вынес!
- Думаю я, не поправилась еще Лизавета Петровна, ей бы снова в постель надо лечь -
отдохнуть, глядишь, ум и просветлеет, - с угрозой в голосе сказал Забалуев.
- Маменька!..
- Все! Довольно, утомили. Ничего больше слышать не хочу. Дмитрий! - крикнула
Долгорукая. Тот немедленно возник, словно из ниоткуда. - Веди Таньку на двор, да народ
собери, пусть видят, и чтобы впредь никому воровать не повадно было!
- Марья Алексеевна! Барыня! - взмолилась Татьяна, падая перед ней на колени. -
Ничего я не брала! Клянусь!
- Язык-то прикуси! - прикрикнул на нее Забалуев и оглянулся на озадаченного таким
поворотом событий Дмитрия. - Тебе хозяйка чего велела? Драть ее, как Сидорову козу!
Дмитрий еще раз посмотрел на княгиню, вроде с сомнением - та кивнула, исполняй,
мол, что велено! Тогда Дмитрий подхватил Татьяну с колен и поволок на двор. Лиза с
Соней кинулись следом, но Долгорукая преградила им путь.
- Куда собрались? Я с вами еще не закончила...
Забалуев же поспешил посодействовать экзекуции. С видимым удовольствием он
наблюдал за тем, как Дмитрий кликнул подручного конюха Алешку и наказал ему
Татьяну стеречь. Потом притащил откуда-то лавку и велел Алешку звать всех сюда.
Татьяна Богом просила его - остановись, миленький, не виновата ни в чем! Но тот ничком
положил Татьяну на лавку и склонился над ней, чтобы привязать.
- Ты, Таня, меня извини, - улучив мгновение, прошептал он так, чтобы Забалуев не
услышал. - Мы - поди подневольные. Барыня приказала - надо исполнить...
- Эй, ты там! - закричал на него бдительный Забалуев. - Чего глазами хлопаешь?
Начинай - видишь, уже сбежались все!
Дмитрий оглянулся - перепуганные дворовые жались по сторонам от крыльца - и
взмахнул плетью. Ударил легонько, потом еще раз, еще...
- Так', и это все? - снова подал голос Забалуев. - Дальше! Дальше!
Дмитрий снова занес плеть над Татьяной, как вдруг услышал:
- Не сметь! Что здесь происходит?!
- Барыня приказала, - Дмитрий бросил плеть и виновато уставился на Андрея, невесть
как и когда вернувшегося в имение.
- Андрей Петрович... - Забалуев даже задохнулся от неожиданности. - Эта дрянь у меня
часы украла.
- Я не трогала ваших часов! - простонала Татьяна.
- Трогала не трогала, а прикарманила!
- Этого не может быть, - сказал Андрей, подходя к Татьяне и освобождая ее.. - Я не
верю вам!
- Поживите с мое - поверите. У меня в имении таких ловких много. По всем хлыст
плачет!
- Вот у себя в имении порядок и наводите! - Андрей подхватил Татьяну под руки и
повел во флигель, где была ее комната.
- Никогда не прощу себе, что оставил тебя... - сказал Андрей, укладывая Татьяну на
постель.
- Пустяки, барин. Заживет.
- Ты, Таня, прости меня, я не думал, что такое может случиться. И, поверь, ни минуты
не сомневаюсь в том, что ты невиновна.
- Ах, Андрей Петрович... Они ведь меня не за часы отхлестать хотели, а за письмо.
Лиза вам написала - рассказать хотела...
- С Лизой я и сам поговорю, а ты лежи, поправляйся.
Андрей нежно поцеловал Татьяну в лоб и бросился к матери. Долгорукая сидела в
гостиной, где продолжала распекать Лизу, да и Соне за компанию доставалось по ходу от
матушки.
- Это с каких же пор в нашем доме чужие расправой над слугами распоряжаются?
- Андрей? Что за манеры? Врываешься, кричишь! Откуда ты? Ты ведь уехал в
Петербург?
- Я вернулся. Душа была не на месте, чувствовал что-то. И, как оказалось, не зря.
- Чувствовал? Не то ты чувствовал! - рассердилась Долгорукая. - Татьяну в краже
уличили, вот и отвечает за содеянное.
- Это вас Андрей Платонович убедил в этом?
- За него часы убедили - их в Танькином фартуке нашли. Я видела собственными
глазами. Ну, не сами же они туда прыгнули!
- От Андрея Платоновича, подозреваю, еще и не таких фокусов можно ожидать.
Маменька, нельзя верить этому человеку! Наверняка, он сам и подсунул их Тане в карман.
- Андрей! У тебя нет оснований обвинять достойного человека в такой мерзости.
- Зато у меня есть, - заявила Лиза. - Андрей, ты совершенно прав, что не доверяешь
Забалуеву. Он - страшный человек, я уверена - он мстил Татьяне за ее помощь мне. И за
то, что она видела, как он ударил меня.
- Что? - побелел Андрей. - Господин Забалуев посмел поднять на тебя руку?! Когда это
случилось?
- В день спектакля у Корфов.
- И мне никто не сказал? Вы знали об этом, маман? - Андрей обернулся к матери и все
понял. - Знали. Знали и настаивали, чтобы я поскорее уехал... Потому что понимали - я не
позволю принимать этого мерзавца в нашем доме!
- Лиза преувеличивает, - пожала плечами невозмутимая Долгорукая. - Да, Андрей
Платонович погорячился, но она сама виновата в этом! Она его вынудила.
- Погорячился? - Андрей повысил голос. - Маменька, он ударил вашу дочь! Вы
понимаете, что это значит?
- Я понимаю только то, что моя дочь способна вывести из себя кого угодно. Ей давно
нужен муж, который сможет держать в узде ее норов.
- Нет! Я этого не допущу. Я увезу ее с собой в Петербург. А вы, маменька, запомните -
Лиза не выйдет за Забалуева. И поместье Корфов ей ни к чему. И полагаю, больше нам
спорить не о чем!
- Андрей, я знала, что ты спасешь меня! - воскликнула Лиза и бросилась к брату на
шею.
- Ступай пока к себе, сестричка, - улыбнулся он, мягко отстраняя Лизу. - А я еще скажу
пару слов господину Забалуеву, если он не сообразил вовремя исчезнуть.
Забалуев не сообразил. Он был уверен, что княгиня справится со строптивым
сыночком, и поэтому, когда Андрей снова появился на крыльце, встретил его с весьма
самоуверенной ухмылкой. Но Долгорукий сразу же взял совершенно неожиданный для
него тон.
- Господин Забалуев! Я прошу вас немедленно убраться отсюда. Вы осмелились
поднять руку на мою сестру. Ваша свадьба отменяется, и вам больше нечего делать в этом
доме.
- Мне очень жаль, молодой человек, но если меня не будет в этом доме, т
...Закладка в соц.сетях
